Текст книги ""Фантастика 2026-79". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)"

Автор книги: allig_eri

– Без неё не уйду, – жёстко ответил ему, решив не притворяться, что не слышу этого крика. – Сейчас возьму её и направлюсь следом!

– Мальчишка! – сплюнул он, но махнул рукой, как я того и хотел. А вот если бы продолжил бежать, не обращая на него внимания, то гад наверняка бросился бы следом или приказал схватить меня как шпиона Челефи. Пф-ф!

– Кирин, я здесь! – удалось разобрать крик девушки, а потом быстро добраться до Люмии, которая смешивала в ступке какую-то бурду. – Я сейчас зелье сделаю и…

– Нет времени, мы сбегаем, – тихо шепнул ей на ухо. – Витте сам говорил, что нас задержат ровно до дня единения Империи, а потом мы будем свободны. Время перевалило за полночь, выходит, что наш договор с главой стражи Морбо завершён.

– Мы… сбегаем? – широко открыла она глаза.

– Думаешь, не стоит? – ухмыльнулся я. – Давай, девочка моя, собирай… что тут у тебя? И готовься. Я к Каратону и… где Ресмон?

– Там, – Люмия махнула рукой в сторону небольшой группы, стоящей вдоль командирского навеса, где уже никого не было.

И вот, спустя десяток минут (Каратон подлечил мне голову), наша группа (к которой примазалась Вивиан) уверенно повернула на лестницы, сворачивая с маршрута, ведущего в сторону дворца. Всё-таки победа за Хауэром? Последний вопрос я, не выдержав любопытства, таки задал вслух.

– Угу, – хмыкнула Вивиан. – Почти все по итогу направились за ним, но Витте и несколько его сторонников попросту сбежали. Никто не стал их атаковать или ловить.

– Стоять! – раздался крик за спиной. – Побег! Версы убегают!

– Сучий потрох, – зло произнёс я. – Ресмон, завали вон ту улицу, – ткнул пальцем, – как только мы через неё пробежим!

Здоровяк специализировался на земле, так что проблем с тем, чтобы оторваться от преследования, не возникло. Честно – я вообще не ожидал, что за нами организуют погоню! Ещё и от кого – не от сионов (инсурии слишком медленные), не от других лояльных магов, а простых солдат! Была даже мысль их убить, но не стал. Зачем организовывать лишние жертвы среди своих? Ладно ещё тогда, в лазарете, это было нужно, чтобы показать серьёзность обстановки и железно быть уверенным, что Ресмона вылечат, но тут-то для чего⁈

– Эй! Стойте! – Голос со спины, хотя проход был завален, оказался полнейшей неожиданностью. Мой динамичный барьер, который я заранее на себя наложил, даже замигал от подобной «встряски».

– Это Костон! – воскликнул Каратон. – Чего он хочет?

– Вот и спроси у него, – буркнул Ресмон, тоже создавая барьер.

– Я хочу с вами! – нагло заявил осторожно приближающийся новичок. – Возьмёте?

– Мы, так-то, – взял я слово, выходя вперёд, – уходим в сторону вольных городов и армии императора. Куда и должны были пойти, но оказались задержаны Витте.

– И эта тоже? – ехидно он указал на Вивиан.

– Она наш проводник, – хмыкнул я.

– Можешь считать меня ренегаткой, – улыбнулась рыжая. – Хотя я честно буду служить нашему Господину Вечности! – девушка притворно освятила себя знаком Хореса.

А иных вариантов попросту нет. Даже в самых отдалённых деревнях рано или поздно донесут. И скорее рано, чем поздно, всё-таки почтовые шкатулки – это хоть и дорогая вещь, но не такая уж редкость: на каждое поселение несколько штук найдётся, а это значит – Тайная полиция прознает о «неизвестном подростке» если не в этот же день, то на следующий точно. А если жить где-то в лесу, отшельником… то какая это, к чёрту, жизнь? Лучше уж честно работать, получать хоть какие-то деньги и привилегии да приносить пользу обществу и государству.

Хотя… опять же, это отлично работало в Империи, где те же маги-боевики имели на порядок лучшие условия жизни, даже не думая куда-то сбегать. В колониях, ха-ха, система работала значительно хуже!

Ну да не мне об этом думать. Может, если когда-нибудь выдастся такая возможность, то сообщу императору, герцогу или какому министру. Эх… мечты…

– Во-во, – Костон махнул рукой, – я тоже так хочу! Какая разница, сколько придёт людей? Скажем, что тоже из Фусанга.

– Малой Гаодии, ты имел в виду? – скрестив руки на груди, поправил его. – Никто из проживающих там не называет третий континент островом Фусанг, это прерогатива выскочек из колоний, ты уж прости за откровенные слова.

– Ага, я понял, что ты важный мальчик, – оскалился парень. – Но я не желаю оставаться в Морбо! Также не хочу лизать жопу Витте, мне хватило того времени, что мы провели вместе!

Облизнув губы, я на мгновение задумался. Причины «против»? Может ударить в спину. Зачем? Может быть предателем. Почему? Кашмирец. Хо-ро-шо… Но тогда почему Костон пошёл за нами? Мы – самая дерьмовая цель для этого самого «удара в спину»! Если он работает на мятежников, то куда правильнее было бы идти с людьми Хауэра, а там провести диверсию, помогая Челефи захватить дворец визиря. В крайнем случае – направиться с Витте и сделать какую-то пакость уже у него. Пытаться же убить нескольких магов, которые сваливают подальше и даже в теории не могут помешать Челефи, откровенно глупо.

Хм, принимается. Шанс, что Костон работает на мятежников, предельно низок. Другие причины не брать его с собой? Ха-а… а нет их. Даже лично меня он не так уж и сильно раздражает. В пределах нормы. А вот польза от ещё одного колдуна в отряде просто запредельная.

– Ладно, идём с нами, – согласился я принять его.

Возражений не последовало, однако Каратон коротко на меня покосился, хоть и промолчал. Ресмон лишь нахмурился, однако тоже никак не прокомментировал ситуацию. Люмия едва заметно улыбнулась, а Вивиан фыркнула.

– Так это, – спросил новичок по пути, – куда путь держим?

– Изначально планировался поезд. – Улицы были пусты, но периодически я слышал крики, словно кого-то резали, пусть и в отдалении от нас. Однажды мы наткнулись на нескольких женщин, тихо сидящих в трущобах, за кустами, и молящихся самодельному алтарю Аммы. – Но после известий о том, что железную дорогу подорвали, в планах порт.

– Тем более нужный нам поезд, который направляется в сторону пустыни Сизиан, должен проходить по западному пути, – дополнил Каратон. – А он слишком близко к войскам мятежников. Легко перехватить и всё уничтожить.

– С кораблём такого не случится, – вздохнул я. – Но там тоже есть свои подводные камни.

– Типа возьмёт ли нас капитан? – предположил Костон.

– Не провели ли там диверсию люди Челефи, – неприятно нахмурился я. – Иначе придётся пробираться до границ Морбо пешком.

– Я владею формой, – похвастался новичок. – Дюнный жаворонок. Можно попробовать…

– Ах, если бы твоему примеру следовали все! – не сдержал я раздражения. – Ресмон предпочёл выбрать боевого медведя, Вивиан – кобру…

– Ты просто не видел, какая она красивая, – надуто пробурчала девушка.

– … Каратон и Люмия вообще не стали изучать это великолепное ответвление магических искусств, – закончил я. – Так что остаётся надеяться лишь на корабль.

– Неудачники, – ухмыльнулся Костон, получив парочку неприязненных взглядов. – А ты сам что? – вопрос, очевидно, был адресован мне.

– Ворон, – пояснил ему и замер, когда Вивиан подняла руку.

– Мародёры, – сказала девушка неожиданно серьёзным тоном. – Несколько десятков, вытаскивают вещи из тех богатых домов.

Осторожно выглянув из-за угла, я заметил большую повозку с лошадью и трёх мужчин с ружьями в руках, которые ходили вокруг. Ещё примерно десяток занимался тем, что быстро складировал набитые добром мешки прямо в телегу.

– Вон ещё, – прижавшись ко мне, Вивиан показала в тёмный переулок, между домами, где притаилось ещё несколько человек. Рядом с ними я заметил лежащие на земле тела. Похоже, кого-то уже завалили.

– Барьеры на себя – и вперёд, – думал я не дольше пары ударов сердца. – Это кратчайший путь до порта, – коротко покосился я на рыжую, которая кивнула, подтверждая мои слова, – а значит, мы не имеем права отступать и сворачивать.

Ресмон что-то негромко проворчал, а Костон лишь усмехнулся.

– Ты не против того, что мы убиваем твоих соотечественников? – решил я закрыть для себя этот вопрос.

Кашмирец пожал плечами.

– Они не из моих друзей или родственников, – голос его прозвучал неожиданно глухо, – а потому я не против. И не задавай больше тупых вопросов, Кирин, ладно?

– Ладно, – улыбнулся я.

Быстро распределив роли, двинулись вперёд. Я, Ресмон и Вивиан шли первыми. Причина проста – у нас всех имелась стихийная защита. У меня – вода, у этой парочки – земля. Сам не ожидал, но девушка делала упор именно на ней. Почему-то думал, что будет огонь. Глупый стереотип, что рыжие должны быть огненными…

Следом шли Каратон с Люмией, удерживая аж двойной барьер. Поскольку эта парочка особо в боях не участвовала, я решил перестраховаться – мало ли, вдруг от нервов или ещё чего кто-то не удержит барьер и в них попадёт пуля? А так есть страховка – второй барьер. Пусть это и было чуточку сложнее, имею в виду, что динамичную защиту пришлось ещё и растягивать на второго человека, но ничего запредельно трудного в подобном не имелось.

Последним шёл Костон. Не потому что слабый или я ему не доверял – нет, причина проще. У него из стихий упор шёл на ветер и немного молнию, а потому парень планировал взлететь, как только мы начнём наводить среди мародёров неразбериху, и бить противников сверху.

– Ты умеешь ходить по воздуху⁈ – удивился я. Это считалось одним из высших приёмов пользователей ветра. Ходить по небу, как император Дэсарандес.

– Умею, – гордо выпятил он грудь. – Поддержу вас с высоты – это куда эффективнее, чем в форме птицы, тем более сразу буду с воздушным барьером.

Довольно слабый барьер, ведь не мог что-то отбить, лишь отклонить. А это работало далеко не со всеми атаками, лишь с пулями на излёте и им подобным. Впрочем, я слышал, что мастера ветра умели закручивать его вокруг себя столь плотно и сильно, что создавали натуральную стену. Жаль, что подобное было описано лишь в книгах и вряд ли встретится мне за короткую жизнь.

Нас заметили почти сразу, но было поздно. В телегу уже летело два мощных булыжника, один за другим. Маги земли могли создавать внутри камня некое «напряжение», которое заключалось в нагнетании давления, чем-то похожем на мои удары водой. Такой «заряженный» камень при попадании попросту взрывался, разбрасывая вокруг сотни и тысячи мелких осколков, разрывающих врагов на части. Очень опасный приём, который можно проводить, лишь если уверен в своих союзниках (что они не подставятся под эту шрапнель). Сейчас именно так и было.

За раз полегло более десятка мародёров. Раздались крики раненых. Какой-то парень, чуть старше меня возрастом, судорожно завывал, удерживая окровавленную культю ноги двумя руками. Её срезало острым куском разорвавшегося камня сразу под коленом, отчего он истекал кровью. Чуть в стороне от него стоял мужчина с огромной дырой в животе. Он медленно заваливался, но в последний момент умудрился устоять. Ненадолго, конечно, ещё пара секунд – и его тело беззвучно рухнуло в грязь.

В нас полетели пули, из тёмного переулка выбежало подкрепление, а несколько человек, умудрившихся выжить или отделаться лёгкими ранами, помчались в сторону дома. Не успели – струя воды нагнала их, разрубая пополам. Сверху полетели воздушные серпы, добивая наблюдателей, которые стояли чуть в стороне, а потому не попали под раздачу.

В подобравшихся чуть ли не впритык мародёров – они что, в ближний бой хотели перейти? – полетели настоящие очереди мелких камешков на скорости, которая даже превышала скорость полёта пули. Целые каменные потоки выкашивали успевших залечь ублюдков, которые ничего не могли противопоставить четырём атакующим колдунам. Кто-то, осознав, во что ввязался, завывая от страха, бросился бежать, но Костон убивал таких сверху, набрасываясь как ястреб и терзая жертву то острыми воздушными серпами, то внушительными воздушными молотами, которые оставляли от врага окровавленную и переломанную лепёшку, как от попадания здоровенного куска камня. Даже не скажешь, что работал воздушник!

Моя новая «капля» сорвалась в бородатого мужчину, чей возраст доходил до пятидесяти лет, который умудрился подбежать чуть ли не вплотную. Он громко кричал и заносил саблю, не понимая, что это абсолютно бесполезно. Удобно быть магом, хоть и жалко, что жизнь…

– Да ну!.. – лишь реакция позволила отскочить в последний миг. У ублюдка была антимагическая защита.

Моя вода, крутящаяся вокруг, как барьер, при соприкосновении с его телом моментально нарушила свой поток, стекая вниз, будто на меня вылили ведро помоев. В следующую секунду, пока двое «земельщиков» направили на врага серию камешков – магия из которых исчезала ещё на подлёте, – только богатый опыт рукопашных драк в Третьей магической спасал мою жизнь. Я пнул мужчину, умудряясь выиграть секунду, а потом создал брызги кипятка на уровне его лица. Кашмирец невольно прикрыл глаза, что являлось естественной реакцией человека, но, опять же, выиграло мне время.

БАХ! – прозвучал выстрел, и в грудь мужчины попала пуля. Оглянувшись, я заметил Люмию, которая подобрала с земли ружьё убитого мародёра, совершив меткий выстрел.

Что-то едва слышно пробурчав на мунтосе, противник упал. Его губы окрасились кровью, которая потекла на бороду.

Мощный удар лапой обратившегося Ресмона отбросил его тело в сторону, после чего здоровяк в форме медведя, не обращая внимание на антимагический амулет, растерзал немолодого кашмирца-мародёра в клочья, буквально разрывая на части.

– Вот видишь, – спустился с небес Костон, – а ты говорил, что полезная форма только воздушная!

Смуглый колдун достаточно нервно осматривался вокруг, что позволило мне с ходу понять крайне простую и очевидную истину: он, как и мы, не привык к такому уровню насилия, отчего сейчас ощущает себя не в своей тарелке.

Странно было бы другое, всё-таки вряд ли он в страже более года. Скорее всего – меньше. Спрашивать про время и возраст среди магов не особо в почёте, причина очевидна.

– Люмия, – отвернувшись от Ресмона, я подошёл к девушке, которая уже отбросила ружьё. – Спасибо! – и обнял её.

– Кирин, – уткнулась она мне в грудь. – Я… боялась промахнуться и попасть в тебя.

Подавил желание сказать, что Каратон бы меня вылечил. Скорее всего. Если бы Люмия не попала мне ровно в голову. Тогда, боюсь, вряд ли вышло бы что путное. Хотя я слышал о случаях, когда целители умудрялись восстановить тело, в котором уже не было души. Жуткое зрелище, как поговаривали. Человек бессмысленно смотрел в стену, ни на что не реагируя, пока не умирал от голода.

– Ну-ну, – провёл я ладонью по её запылённым волосам, – ты молодец, – и поцеловал в солёные от выступивших слёз губы.

– Хватит миловаться, – буркнула Вивиан. – Челефи на подходе, а мы ещё не в порту.

– Р-ра-а! – Ресмон вернулся в человеческую форму и отряхнулся. Каким-то образом маг обращался в идеально чистого и здорового зверя, даже если сам в этот момент был в грязи или крови. Верно и обратное. Имею в виду, что возврат в человеческий облик обращал тебя именно в тот самый вид, который был изначально. Работало всё на энергии, ею же и «лечилась» раненая форма. То есть если в виде ворона я сломаю крыло, то нужно насыщать его форму энергией, пока не почувствуешь, что всё восстановилось. Понимание исцеления приходит интуитивно.

Кстати, вроде как есть какие-то исследования, где учёные собирали магов-оборотней и заставляли обращаться с разными артефактами, которые потом должны были оставаться на их теле, проверяя, что с ними случилось. К сожалению, я лишь натыкался на отсылки к этой книге, но не читал её сам. А жаль: наверное, было бы интересно.

Вернувшийся в свою естественную форму здоровяк не был измазан в крови и не порвал одежду, зато довольно ухмылялся.

– Видали, как надо сражаться против антимагии⁈ – возбуждённо махнул он рукой в сторону мертвеца.

– Забери у него амулет, – сказал я, – а потом уходим.

Подобные артефакты слишком ценны, чтобы оставлять их за спиной.

– Поспешим, – Костон посмотрел на небо, – я обращусь и посмотрю, что там, возле порта. Идите по второй Грязной улице, – маг покосился на Вивиан, – там вас и отыщу.

Рыжая кивнула, показывая, что поняла его. И мы побежали, хотя на миг возникла мысль порыться в вещах мародёров. Не пригодилось им – пригодится нам. Жаль, что времени и правда не было.

Ещё на подходе нос ощутил запах гари. Нагнавший нас Костон подтвердил дерьмовые перспективы: порт горел.

Глава 3

– Даже если я выживу, никто не поверит мне, когда я вернусь.

– Тогда мы должны быть уверены, что ты умрёшь.

Принц Феогар Мантеррийский и Мэглис Изгнанник, «Диалоги Великой войны».

* * *

Сайнадское царство, столица Каржах, дворец Велеса II по прозвищу «Отступник»

Широкая комната с высоким потолком, казалось, целиком состояла из белоснежного мрамора, изысканного чёрного дерева и золота, которого здесь было так много, что переплавь его на металл, можно было бы одеть в золотые доспехи всю гвардию царя.

Помещение было очень светлым, причём освещение являлось естественным, а не артефактным или, тем паче, свечным. Расписанные мозаичные окна позволяли солнцу проникать внутрь, освещая диваны, мягкие подушки, бассейн и множество девушек-рабынь самых разных цветов и форм, которые сияли красотой и обнажённой кожей, чью наготу прикрывало лишь статусное страусиное перо между бёдер.

То был царский гарем, где величественные колонны поддерживали потолок, а само помещение выходило на нагретые и ухоженные сады, полные плодоносных деревьев и прекрасных цветов.

«Дворец перьев» – его неофициальное название. Именно здесь Велес принимал посетителя.

– Передай Кальпуру, – царь сидел, подперев подбородок кулаком, – что если этот сукин сын Челефи добьётся в Морбо успеха, то Сайнадское царство во всём поддержит притязания Кашмира на независимость. Мы включимся в войну с Империей и поможем колониям восстать! Пусть прольётся кровь! Где мы – там и остальные. Дэсарандес не выстоит, рухнув, как колосс на глиняных ногах.

– Будет сделано, великий царь, – глубоко поклонился Гердей, первый посол.

Едва он покинул помещение, как Велес закрыл ладонями вначале глаза, а потом и всё лицо. Нервное напряжение правитель могучего царства мог показать лишь здесь. Плечи мужчины тут же начали разминать и успокаивающе ворковать. Изящные силуэты начали мягко оглаживать его мышцы, расслабляя и даруя покой уставшим чреслам. Велес убрал руки с лица и даже едва уловимо улыбнулся. Ровно до момента, как не вспомнил об ожидаемой встрече с посланниками императора, которые уже дожидались его подле тронного зала.

Вот уже несколько дней, как Велес думал, стоит ли ему рискнуть? Бросить игральные кости, надеясь, что повезёт? Раз за разом царь второй по размеру (после Империи Пяти Солнц) страны южной части континента гонял в голове одни и те же мысли, находя как причины «за», так и «против». Сомнения одолели стройный ум владыки, заставляя вспоминать старые пророчества и молить о мудрости предков. Ну или хотя бы богов.

Дэсарандеса, Велес, до поры до времени, не воспринимал всерьёз, считая всего лишь ещё одним человеком, создавшим религию самого себя. Мало ли было таких как он? Одарённых шарлатанов, которые возвеличивали собственное имя?

Конечно же он не верил, что император живёт столь долго, что застал ещё Великую войну, находя это забавной байкой для плебса. Конечно же не считал, что он обладал способностями, выходящими за пределы обычного сиона. Конечно же находил себя выше этого выскочки, который сумел объединить огромный остров Фусанг под своей властью.

«И я бы объединил, если бы проживал на ограниченной земле, окружённой водой», – думал Велес.

Однако, донесения шпионов, успешные войны, расширение территории, распространение религии, влияние на политику всего региона и прочие факторы, заставили царя перестать столь несерьёзно воспринимать этого человека.

Дэсарандес был больше, чем красноречивым оратором, больше, чем умелым главнокомандующим, больше, чем сионом или владельцем уникальных артефактов – куда как больше!

«Кто он такой?» – всё чаще задумывался Велес, из года в год наблюдая, как территория Империи всё растёт, а «руки» Дэсарандеса становятся длиннее.

Наконец, царь сайнадов собрал совет, где поручил своему племяннику, Билгану, разобраться с ситуацией. Спустя два месяца, ему был предоставлен подробный отчёт, в конце которого его родич ответил:

– Мы разузнали всё, что смогли и всё, что представляло бы хоть толику интереса для нашего царства, – докладывал он. – По большей части Дэсарандес не представлял из себя чего-то запредельно необычного, действуя как удачливый правитель, всеми силами расширяющий свою территорию, вот только… кое-что странное мы всё-таки раскопали.

– Не тяни, – грозно нахмурился Велес, сжимая кулаки на своём троне.

– Все его враги умирают, – ответил племянник.

Когда Империя объявила войну кочевникам бескрайней пустыни Сизиан, то Велес лишь радостно потирал руки. Сайнадское царство несколько раз пыталось расширить свои владения, заполучив себе эту территорию. По большей части она была бесплодна, но оазисы, на которых пустынники возвели поселения, представляли интерес. Да и границы были бы более защищены. Никто не стал бы нападать на сайнадов, если для этого необходимо было преодолеть несколько сотен километров раскалённого песка!

У Велеса ни разу не получалось дойти до Агвана, столицы пустынников. Каждый раз его армия, – даже после самой тщательной подготовки: с рунными накидками, обеспечивающими прохладу, с магами, которые создавали воду, со специально выращенными, выносливыми верблюдами, – просто раздёргивалась на куски. Сотня тут, сотня здесь, постоянные налёты, засады кочевников, ночные нападения, уничтожение логистических путей и обоза, проклятое солнце, голод и жажда, проникающий всюду песок, и прочее-прочее… По итогу, доходя до потерь в треть всего войска, даже без единого, крупномасштабного столкновения с противником, Велес отступал.

Однако, там, где у него не получилось, Дэсарандес сумел завоевать Сизиан за три месяца. За три!

Фактически, это равнялось скорости продвижения его конницы, которая прошла пустыню насквозь, захватывая всё на своём пути.

– Превратности судьбы, – задумчиво хмыкал царь, изучая карты. Он находил это везением или сговором, только и всего. – Враги объединяются, – шептал Велес, проводя пальцами по изукрашенному пергаменту.

Проблемой было то, что теперь их границы оказались плотными, как кирпичи в одной стенке, а значит, что рано или поздно Империя вступит за порог уже из государства. Ворота для этого у Дэсарандеса есть.

Всего пять лет назад Велесу доложили, что в Сизиане перестраивают поселения, превращая зачуханные деревни в крепкие хозяйства, возводят форты и амбары, копают новые колодцы, на что направлены тысячи магов со всей страны. Шпионы сообщили, что планах было даже создать реку, которая пройдёт вдоль всей пустыни. Что это значило для Сайнадского царства? Враг укрепляет границы – то есть, готовится воевать. И пусть эти начинания не были выполнены в полном объёме и до сих пор медленно, будто бы лениво приводятся в исполнение (очень мешают наполнившие пустыню лафтетары), но ситуация всё равно крайне не нравилась царю, особенно когда он заметил, что ещё один его сосед – расколотый на части Нанв, подвергся нападению.

«С этой стороны границы остался лишь я и Истла, – Велес поджал губы. Итог казался очевидным. – Ещё и эти миссионеры!..» – раздражённо подумал он.

Царь прекрасно понимал, что война им уже объявлена, но ведётся иными, тайными путями: торговлей, религией, дипломатией и культурой.

– Дэсарандес сражается скорее булавками, чем мечами! – воскликнул Велес, а потом, стряхнув объятия рабынь, направился в тронный зал. Пора было принять очередное посольство Империи.

«Впрочем, – хмыкнул он, по пути кивая гаремным евнухам, которые как обслуживали все нужды „дворца перьев“, так и вели здесь охрану – царь не желал рисковать, что кто-то посмеет посягнуть на его собственность, – теперь я тоже её веду».

Велес вспомнил про Челефи и ухмылка появилась на его губах сама по себе. Вот она, фигура, которая сломит Империю изнутри!

«А если слухи про культ Амма окажутся верными, то я и вовсе в замечательном положении! Пусть Империя больше моего царства почти в три раза, пусть их армия сильнее, многочисленнее и опаснее, но у меня нет внутренних проблем, а у них есть. И пока Дэсарандес играется в солдатиков, его трон падёт! Колонии освободятся и хаос затопит всю Империю!»

Едва не рассмеявшись, мужчина зашёл в тронный зал, ощущая отличное настроение. Конечно, где-то глубоко в душе у него скребли кошки, ведь Велес не был дураком и понимал, что Челефи, как бы силён не был, является лишь одним человеком, которого очень легко убить. К тому же, делать ставки на внутренние проблемы врага, надеясь, что они помешают вести войну – весьма самонадеянно. И всё же, по сравнению с тем, какой груз проблем Велес ощущал на своём хребте ещё год назад, это были хорошие новости.

«Особенно, если Морбо будет захвачен», – мелькнула у него мысль, когда царь уселся на величественный трон. Ему доложили, что в данный момент идут кровопролитные бои на улицах, а также попытки захватить дворец наместника. Пока, увы, провальные. Но Кальпур считал, что город не выстоит, а потому Велес имел осторожную надежду на успех как этого «укола» Дэсарандесу, так и остальных своих планов.

– Запустите их, – махнул он рукой, отчего слуги тут же открыли массивные и тяжёлые ворота, а стража приняла ещё более помпезный вид. – Посмотрим, что император хочет мне сказать.

Царь уже знал, что люди сюда были направлены не из Таскола, а прямо из войска Дэсарандеса, отчего хотел посмотреть, чем попытается подкупить или напугать его Дарственный Отец. Конечно же Велес не исключал и попытку убийства, а потому дипломаты сдали оружие и даже прошли проверку на магию, дотронувшись до сферы. Пусть подростков среди посольства не было, но царь не исключал, что кому-то изменят внешность, искусственно состарив. И пусть у него была Слеза и защитные артефакты, но мужчина не хотел рисковать понапрасну, отчего делегатов едва ли не раздели, в попытках обезопасить своего правителя.

Посольство состояло из трёх человек. Один из них шёл на подрагивающих ногах, отчего придворные Велеса начали прятать улыбки. Ещё бы! Похоже, кем бы этот мужчина ни был, он потрясён величием Каржаха и дворца самого царя Сайнадов.

Когда они подошли ближе, Велес сурово посмотрел на эмиссаров сверху вниз. Правитель не вставал с трона и демонстрировал пренебрежение. Взгляд его был строг и требователен, словно рассматривал раба, который не справился с возложенной задачей.

Велес молчал, надеясь ещё больше запугать этих людей, но один из них сделал короткий шаг вперёд и заговорил первым.

– Император Дэсарандес шлёт тебе своё приветствие, могучий царь, и просит отправить трёх посланников в Ороз-Хор, чтобы ответить сообразно, – на этом моменте посол поклонился.

– Сообразно? – хмуро переспросил Велес, невольно схватившись за Слезу. Через мгновение царь понял свою ошибку, ведь на него были устремлены взгляды всего двора, но не стал спешно одёргивать руку, изображая, будто бы ничего не случилось. Нет, опытный правитель понимал, что раз не сдержал чувств, то теперь вынужден играть до конца, а потому рука продолжала оставаться на Слезе.

Люди на галереях осматривали процессию, стража на миг замерла, готовая прикрыть Велеса даже своими телами. Колдуны Сайнадов собрались возвести барьер, а сионы – рвануть к трону, блокируя атаки, ежели у посланников найдутся спрятанные амулеты антимагии, которые не сумели обнаружить.

Но следующие действия трёх человек из Империи не просто удивили собравшихся, они их шокировали.

Каждый из послов вытащил изо рта бритву и резким, умелым движением перерезал себе горло. Кровь хлынула на зеркально отполированный пол, пачкая его тёмно-красным цветом.

– Остановите кровь! – выкрикнул церемониймейстер царя, первым отошедший от потрясения и повелительно махнул рукой в сторону магов, пока умирающие дипломаты, упав на колени, принялись без слов и не открывая рта напевать гимн Империи.

Впрочем, по другому они и не могли, ведь говорить что-то с перерезанным горлом становилось фактически невозможно. Даже такие действия дались им с трудом, отчего пение вскоре обратилось в хрип.

– Делайте, что он говорит! – рявкнул Велес, подскочив с трона, и лишь тогда маги рванули вперёд, но почти сразу развели руками.

– Исцеление не действует! – произнёс один из волшебников, когда подбежавшие рабы и лекари из простых людей, стали пытаться оказать им помощь. – Что-то из них мешает лечению, но амулета антимагии не видно. Может, они проглотили Слезу?..

Таким образом, прямо на глазах Велеса, его многочисленной свиты, стражи и даже мелькающих позади рабов, трое посланников Дэсарандеса добровольно лишили себя жизни, до последнего вздоха напевая гимн своей страны.

– Он подослал ко мне трёх самоубийц, – растерянный царь упал обратно на свой трон.

«Это послание, – мелькали мысли в его голове. – Он будто бы говорит мне: 'Видишь, что я могу? А ты так сможешь?»

Следующие дни весь дворец стоял на ушах. Слухи моментально разошлись по всему Каржаху, а потом и за его пределами. Велес рвал на голове волосы, ведь как бы ни ответил на такое, он оказывался в проигрышном положении. Если бы он сумел найти трёх фанатиков, повторивших поступок имперских дипломатов, то как бы отреагировали на такой неоднозначный шаг его подданные? А жрецы Триединства? Энтесу? Аммы? Все они осудили бы его и были бы правы! А что если бы у фанатиков в последний момент не хватило силы воли на такой поступок? Кого бы обвинили в этом позоре? Кого призвали к ответу за провал? Если же проигнорировать послание, то Велес фактически признавался, что не в состоянии править столь же успешно, как его враг!

В конечном итоге, после трёх дней совещаний за закрытыми дверьми, на сотни раз обсуждая ситуацию со своими самыми доверенными советниками и придворными, Велес решил, что это провокация. Дэсарандес вынуждал его открыто вступить в войну и напасть на Империю.

«Что он задумал⁈» – как безумный целыми днями гадал царь Сайнадов, не в силах сосредоточиться ни на чём другом.

Между тем, по дворцу гуляли самые разные слухи и сплетни. Наиболее часто повторяемая среди них была о том, что Дэсарандес без боя разбил Велеса всего за одно утро.

В конечном итоге, спустя неделю времени, Велес направил ответное посольство, самое обычное, во главе с Гердеем, в столицу Империи. Путь шёл морем, чтобы не попасть в возможную мясорубку Кашмирских волнений. Цель посольства была в заключении мирных, торговых отношений и обсуждении условий союза. Предлагались сделки по ряду артефактов и ценных ресурсов. Передача сведений о магии и тайнах создания оружия, промышленных производств и прочего.