Текст книги ""Фантастика 2026-79". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)"

Автор книги: allig_eri

Дэбельбаф важно кивнул.

– Теперь Хиделинда стала не нашим, а их оружием, – произнёс министр.

Милена успела прийти к тем же самым выводам. Ещё только заглянув в окровавленные покои, она поняла, что все обвинения свалятся именно на неё.

«Сперва слухи о пророчестве, по которому Дэсарандес падёт, потом убийство „Святой матери“ культа Амма, которая находилась у меня в гостях», – эти мысли доставляли столько боли и тяжести в голове, как будто бы кто-то ударил её в висок.

Как и говорил Киан, не важно, что обвинения нелогичны и не выдерживают никакой критики. В глазах народных масс Милена уже успела получить статус крайне жестокой личности, «кровавой императрицы», которая зачастую решает свои проблемы при помощи убийств. И раз Мирадель убила Хиделинду, значит, ей было чего опасаться. Следовательно, сама Милена верит в пророчество и слухи о скором крахе Империи!

Всё это играет лишь на руку врагам, которые только сильнее убедятся в своих первоначальных выводах о том, что их страна несёт бремя лжи, обмана, страха и смерти. Вновь начнутся многочисленные шепотки о том, что Хорес – демон.

Случившееся откровенно смердело началом катастрофы. Первой каплей дождя с пасмурного неба.

– Нельзя допускать, чтобы сведения о случившемся покинуло территорию дворца, – жёстко заявила императрица.

На подобное заявление и министр, и капитан смущённо отвели глаза. Лишь высший жрец продолжил смотреть прямо, хоть и по прежнему задумчиво.

Реакция оказалась Мирадель понятной, отчего она раздражённо фыркнула, попытавшись замаскировать невольную демонстрацию истинных эмоций под обычный выдох.

– Впрочем, – продолжила Милена, – думаю уже поздно об этом думать.

– Слишком много людей задействованы в работе во дворце, ваше величество, – извиняющимся тоном произнёс Мариус. – При всём желании невозможно заткнуть каждый рот.

– Мы должны ударить первыми! – громогласно и уверенно заявил капитан гвардии.

Беза старался казаться тихим и незаметным, ожидая, что вину за случившееся взвалят на его плечи, всё-таки именно гвардия отвечала за безопасность Ороз-Хора. Однако сейчас, послушав слова императрицы, осознал, что пока ещё не лишился монаршей милости, отчего осмелел.

– Что бы мы не предприняли, нужно будет поспешить, – высказался Силакви. – Ситуация не располагает к долгому ответу…

Милена кивнула, но мысли её были далеко. Женщина механически рассматривала убитого стражника, тело которого до сих пор лежало в коридоре. Она отмечала его раны, смотрела на сохнувшую кровь. Труп уже начал вонять, хоть пока едва ощутимо, словно нерасторопный слуга забыл проветрить помещение.

«Абсурд! Мы затеяли настоящий военный совет прямо рядом с местом совершённого преступления. Вплотную к мёртвым телам, секрет возникновения которых собираемся скрыть», – мимоходом подумала Мирадель.

Вот только заговор рядом с разлагающимися трупами – единственное, что было доступно императрице на данный момент.

«Живым всегда приходится переступать через мёртвых, если, конечно, они не хотят к ним присоединиться», – про себя вздохнула Милена, а потом сосредоточилась, пытаясь придумать способ выкарабкаться из этой кучи дерьма.

– В первую очередь необходимо начать открытое официальное расследование, – произнесла женщина, начав мерить коридор шагами. – Разумеется нам не поверят, но мы хотя бы не будем подобное замалчивать, – она приподняла палец, которым потом поправила волосы и тихонько хмыкнула. – Нужно подготовить заявление, а также назначить главой комиссии по расследованию этого преступления какого-то известного народного судью, отличающегося принципиальностью… У нас такие есть, я это знаю, – взглянула Мирадель на жреца.

– Я слышал о нескольких инквизиторах, которые весьма серьёзно подходят к своему делу и известны фактом неподкупности, – кивнул Киан, отвернувшись к стене и изучая богатые барельефы стен. – Ивен Дорантус, например, – он пожал плечами и посмотрел на императрицу. – Думаю, есть неплохой шанс, что такой человек даже сумеет что-то обнаружить, хоть работать придётся по старому…

Убийство было обнаружено слишком поздно, отчего дворцовые некроманты смогли рассмотреть лишь фрагменты памяти трупов, которые не дали ровным счётом никакой информации, даже сведений о численности напавших.

Выслушав предложение Силакви, Милена одобрительно улыбнулась. Она знала Дорантуса, который был одним из тех людей, которые открыто и безбоязненно могли обвинить даже аристократа. Ивен славился благочестием, прямотой и суровым, неподкупным нравом. А самое главное – он был выходцем из народа – история жизни которого могла бы попасть в книги, если бы кто-то и когда-то решил этим заняться, – что служило ему своеобразной защитой от политического влияния столичных чиновников.

– Что же, так и сделаем, – подвела итог Мирадель. – Между тем, пока идёт расследование, нужно будет найти новую «Святую мать» культа Амма. Эту Фиру. Где там она сейчас? В Кашмире?

– Я слышал, что она в его восточной части, – едва уловимо склонил голову высший жрец. – Если это так, то есть шанс, что Фира попадёт в руки Челефи.

– Тогда обе проблемы уничтожат сами себя, – мечтательно усмехнулась Милена. – Но я не могу всерьёз надеяться на подобное чудо. В любом случае, – дёрнула она плечами, – в первую очередь поиск, потом уже решим, как будет лучше всего сработать с ней.

– Полностью поддерживаю, ваше величество, – угодливо заявил Карсин, закивав с такой важностью и пафосом, что выглядел откровенно смешным. – Как говорится, у безголовой змеи и зубов нет.

Императрица закатила глаза. У капитана гвардии была раздражающая привычка вставлять бессмысленные цитаты или изречения, взятые, без сомнения, из какого-то популярного списка «афоризмов на все случаи жизни». Ранее женщина считала подобное признаком живого ума и интересного собеседника (тем более, что чисто внешне Беза был весьма симпатичным мужчиной, которому Милена многое могла простить), но годы правления поставили мозги ей на место, а потому теперь подобное находилось ей ни больше ни меньше, как причудой, к которой можно было бы проявить снисхождение, если бы не нынешний повод и трупы, лежащие в прямой видимости.

– План как план, – прокомментировал Дэбельбаф. – Мне, как министру разведки, добавить нечего. Фиру мы отыщем, тут проблем не возникнет. Даже Челефи не помешает моим людям вызнать всё нужное, хоть и, безусловно, создаст ряд проблем. – Главный шпион встретился глазами с Миленой и быстро отвёл их, переключаясь на барельефы. Императрица ощутила, что даже этот человек чувствует себя не в своей тарелке.

Мирадель открыто поморщилась, показывая, что осознаёт сложность ситуации. Морбо всё ещё был в руках бунтовщиков. Логистика и торговля была полностью перерезана, а внезапно появившиеся орды кашмирцев периодически атаковали то в направлении Родении, то Виртала. Люди хватались за оружие, а колония медленно, но верно, сползала в хаос. Войска губернатора Брагиса с трудом защищали центр, полностью игнорируя окраины, которые ещё не вспыхнули лишь каким-то чудом.

По докладам того же Дэбельбафа, к Челефи присоединялись целые армии! Служащие там кашмирцы устраняли офицеров и командиров, захватывая власть над боевыми подразделениями и шли на соединение с мятежниками, захватывая и вырезая по пути небольшие заставы или даже целые крепости. Они также умудрились захватить несколько крупных транспортных кораблей и теперь имели теоретическую возможность напасть даже на Малую Гаодию.

Ситуацию усложнял факт наличия магов и сионов на их стороне. Инсуриев было меньше, но и они зачастую меняли сторону: кто от безысходности, а кто из расчёта.

Столь серьёзные беспорядки сильно портили экономику и создавали массу проблем, радуя этим многочисленных врагов Империи, одной из которых безусловно являлась Фира.

«Слабость, – осознала Милена. – Все вокруг чуют нашу слабость. Стоило лишь наладить ситуацию с Сайнадским царством, как голову подняли колонии и культы. Вслед за ними, вероятнее всего, ударят и остальные».

– Если мне дадут возможность дать рекомендацию, – дополнил Мариус, – я бы не спешил отдавать приказ именно на арест Фиры. Лучше провести переговоры. Может, пойти в чём-то на уступки культу Амма, до возвращения императора и армии…

Войска на Малой Гаодии безусловно имелись, но никто в здравом уме не горел желанием отправлять их в мятежный регион и оставлять без защиты собственные земли. В таком случае Империя превращалась в лакомый кусок сразу для всех соседей и торговых партнёров. Никто в таком случае не помешает тому же Тразцскому тирану (чьи земли находились за Ржавым океаном, не столь далеко от их торговых партнёров, с одним их которых, королевством Рох, он сейчас и воевал) привести на их территорию десятки тысяч своих дикарей и шаманов – как магов называли варвары Великой Прерии, – грабя и сжигая богатые города.

Мирадель прикрыла глаза, ощущая себя на очередной развилке, «между собаками». Слишком много таких ситуаций было на её памяти. Слишком часто ей приходилось решать судьбу всей страны. Её хрупкие женские плечи не выдерживали столь чудовищного давления. Милене хотелось видеть рядом того, кто сумеет поддержать, помочь, дать ей почувствовать себя слабой и защищённой, надёжно прячущейся от проблем за чьей-то спиной. Так, как она ощущала себя, когда в Тасколе находился Дэсарандес. Но её мужа снова не было рядом. Она вновь осталась одна.

От безысходности императрица посмотрела на Киана. Высший жрец ответил хмурым взглядом.

– Нужно хорошо подумать, что делать, когда мы найдём Фиру, – сказал он, поджав губы. – Возможно, правильным будет возложить на неё вину за смерть Хиделинды, объявив, что они не поделили власть внутри культа. Это будет хорошим предлогом для выставления ей условий или даже ареста.

– Ареста… – повторил Дэбельбаф, откровенно скривившись. – Я уже говорил, что не рекомендую его. Таким способом, высший жрец, мы лишь ещё глубже зароем сами себя. Ближайшие десять лет Империя будет налаживать порядок на своей же территории и бороться с восстаниями, один за другим, в конечном итоге оказавшись под угрозой со всех сторон.

– В таком случае, – Силакви пожал плечами, – я бы порекомендовал посоветоваться с императором Дэсарандесом.

Милена ощутила, как каменеет её взгляд. Злость поднялась в душе.

«Император оставил править именно меня! Следовательно, он не доверяет больше никому. Ни другим герцогам, ни совету министров, ни даже тебе, Киан, тому, кто как и он сам, может слышать голос Хореса. Почему Дэсарандес не оставил пост своему „брату по вере“? Почему он, зная, как тяжело мне это даётся, упорно отдаёт весь контроль именно мне?» – недоверие пустило очередной росток в её душе. Женщина вообще много думала о том разговоре, который случился между ней и Силакви за стенами храма и по пути к нему.

– Отложим вопрос Фиры, – заявила Милена, – на сегодня наша основная цель – максимально подготовиться к возможному вторжению на территорию Малой Гаодии. Дэбельбаф, я желаю, чтобы количество осведомителей было увеличено. Они должны быть у каждого более-менее высокопоставленного чиновника. Я хочу знать о каждом шаге наших врагов. Беза, ты должен увеличить безопасность как дворцового комплекса, так и всего Таскола. Министр Моурен, – ответственный за стражу, Тайную полицию и суды, – и Лоринсон, – министр военных дел, – помогут тебе.

Женщина на миг задумалась, постукивая длинными пальцами себя по плечу.

– Ещё я желаю, чтобы склады наполнились продовольствием на случай осады. И свяжитесь с генералом Летречем, пусть выводит одну из колон с Ханг-Вана и перенаправит её в центр Малой Гаодии, в Сайбас.

Город Сайбас формально находился не в центре, в скорее ближе к Тасколу, но никто не стал спорить с императрицей.

– Герцог Вентуриос не одобрит такие перестановки, – осмелился заметить Дэбельбаф. – Я успел изучить этого старика, – фамильярно продолжил Мариус, – он сразу же вспомнит про угрозу с запада и наших «торговых партнёров», которые моментально воспользуются фактором ослабления границ, пусть даже нас разделяет Ржавый океан.

– С этим я разберусь сама, без вашей помощи, – отпустила Милена эмоции, обжигая их взглядом, отчего мужчины замерли, как мыши перед змеёй.

Мирадель прищурилась. Пальцы перестали постукивать и вцепились в собственное плечо.

– И чего вы двое встали⁈ За дело! Живо! – откровенно выкрикнула она.

Оба тут же бросились прочь. Что министр, что капитан имели изменённое тело, а потому показали примечательную скорость. Хотя Милена с досадой и толикой гнева заметила, как Дэбельбаф, перед побегом, бросил короткий взгляд на Силакви, молчаливо спрашивая у него подтверждение.

Хоть министр разведки и строил из себя серьёзную фигуру, но в по настоящему важные моменты прекрасно понимал, кто на самом деле является столпом Империи и чьи решения играют ключевую роль.

«Даже в его глазах я стою ниже», – осознала Милена. Факт, что в серьёзных ситуациях её мало во что ставят, оказался для неё ударом.

Неуверенность, колебания, опаска, сомнения – всё это поразило управляющий аппарат могущественной страны. Им требовался рулевой, который знал, что делать, но тот отправился в совершенно другое, весьма дальнее плаванье.

Мирадель подавила свой негатив, а потом, постаравшись успокоиться, тоже посмотрела на жреца.

«Я так давно привыкла к нему, что даже забыла обо всём том влиянии, которое он имеет. „Формальное“ равенство не такое уж и формальное, когда у тебя есть возможность говорить с богом», – подумала она. Последняя мысль обожгла её, как раскалённая кочерга, а также открыла глаза на излишние сомнения мужчины.

– Ты опасаешься вмешательства других богов, – осознала Милена. Её голова закружилась, женщина едва удержалась, чтобы не пошатнуться от усталости, словно носильщик, который в одиночку взвалил на плечи сразу целый ящик, рассчитанный на двоих. – Считаешь, что в дело вмешались сущности, чьё могущество не уступает Хоресу.

Киан Силакви ответил с хорошо ощутимой задержкой и нехарактерной сдержанностью.

– За время своей долгой жизни, – ему было более семидесяти лет, что было почти незаметно, благодаря магии искусных целителей, – я не встречал ничего, что выходило бы за рамки могущества волшебников, а также не видел ни одного божественного откровения, кроме того, что было даровано Хоресом, – заявил жрец. – Поэтому я и стал его самым верным последователем.

– Что это значит? – откровенно поинтересовалась императрица.

– Боги – абстракция, чья сила может существовать, а может и нет, – пояснил он. – Лично я верю лишь в то, что открыл мне Дэсарандес и Хорес. В гисилентилов и могущество Дарственного Отца. И если в дело и правда вмешались иные сущности, умудрившись обмануть даже их… Такое невозможно проанализировать и дать какой-то чёткий ответ.

Милена припомнила «Новый завет», написанный её мужем, отчего вздрогнула, ощущая холод стен, в которых стояла. Грудь стянуло и стало трудно дышать. На мгновение ей почудился запах бойни, какой стоял в подземных казематах Ороз-Хора, где опытные палачи умерщвляли сразу сотни людей.

– Новые сущности? Вряд ли. Вероятнее всего речь о наших старых врагах. Что-то изменилось, они пробуждаются. Печать уже не держит их столь хорошо, как раньше. Муж говорил мне, что они вернутся, – дрогнувшим голосом пробормотала женщина.

* * *

– По пути будет лишь один оазис – «Птичий холм», – заявил тонкоскулый мужчина с длинными волосами, завязанными в хвост. – Это повод позаботиться о снаряжении и пропитании.

– Предлагай, – коротко заявил Дризз, на что Джарнес Ульпис, наш новый проводник, нанятый за весьма солидную сумму и сразу четыре артефакта (Огненная сфера, амулет регулирования температуры, светильник и кольцо, отгоняющее насекомых), которые я, недолго думая, выложил из своей сумки, пожал плечами и посмотрел в мою сторону. Характерно так посмотрел.

– Я ведь уже говорил, – вздохнул в ответ, – Хродбер мой наблюдатель и более опытный в вопросе путешествий человек. Я доверяю его мнению, так что будь добр, действуй согласно договорённостям.

Причины его необычного поведения в том, что гильдия (точно ли это была именно гильдия убийц, я до сих пор не уверен до конца), с которой мы, в конечном итоге, сумели связаться, выставила довольно высокий ценник, отчего средств Дризза не хватило, а взять деньги из магистрата, как делал раньше, он уже не мог. Поэтому расплачиваться пришлось именно мне, посредством передачи дорогих артефактов. Из-за этого и заказчиком, пусть и формальным, в конечном итоге, тоже стал именно я. Такие вот дела.

– Закупаем провиант, чтобы хватило до оазиса «Птичий холм», потом верблюдов, да отправляемся в путь, – ответил Ульпис. – Нечего тянуть. Если вас и правда ищут, то вопрос времени, как найдут. Агван, хоть и город, считающийся столицей региона, но, откровенно говоря, он довольно маленький. Здесь не так много мест, где можно спрятаться и ещё меньше людей, которые могут открыто выступить против наместника Иннеса.

– На тебя тоже закупаем? – с крестьянской прямотой спросил Ресмон, пользуясь тем, что Джарнес, как «мой» наёмник, говорил на таскольском.

– Хм, – улыбнулся он, – нет, у меня будет своё.

– Ещё бы, – проворчал я. – За такие-то деньги!

Слежка за нами давно отстала. Причина проста – нашей маленькой группке, в поиске нужного места, пришлось забраться в трущобы Агвана, где лишь откровенная демонстрация магии, а также взгляд матёрого душегуба, который демонстрировал Хродбер, позволила пробраться в обшарпанную таверну, больше напоминающую наркопритон. Там-то и удалось найти нужного связного, который и привёл нам представителя гильдии убийц Сизиана. Хотя лично я не был уверен в том, что это и правда так. Любой человек мог представиться работником такой организации, пользуясь нашим незнанием местных реалий.

– Хоть мы и не «забытые», – сказал тогда человек гильдии, – но тоже кое-что умеем. Так какое у вас дело?

А «дело» у нас оказалось весьма, на первый взгляд, простое: добраться до Монхарба, а лучше сразу до Кииз-Дара. На это непредставившийся мужчина не мог не уточнить, начав выпытывать из нас сведения. И так как Дризз чуть ли не физически излучал желание вырвать ему гортань, а Ресмон… – ну, тут даже говорить не о чем, то в переговоры вступил я, поведав об излишнем подозрении магистрата, а также о факте нашей принадлежности к подкреплению сил императора.

Может и не стоило открывать эту информацию, но лично я, пораскинув мозгами, счёл, что секрета тут особого нет. А если и есть, то в самое ближайшее время перестанет таковым быть. А значит, к чему эти сложности?

Гильдеец, узнав о ситуации, а также о нашей численности, откровенно рассмеялся, но почесав заросший подбородок, заказ принял. Ещё через час мы, уже с новым человеком, представившимся как Джарнес Ульпис, направились к одному из тайных выходов из города, по дороге заглянув на рынок, где прикупили еды и нескольких верблюдов.

– Живность выведут другие, – пояснил наёмник, перемолвившись с торговцем на мунтосе и оставляя верблюдов у него. – Тайный проход, через который пойдём мы, не слишком большого размера. Верблюды не пролезут. Мой сообщник заберёт их и выведет из города. Потом будет ждать нас в условленном месте.

– А не обманешь? – как всегда напрямик спросил Ресмон.

– Другого выбора у вас всё равно нет, – улыбнулся Ульпис. – Только довериться мне.

– Проклятье, – проворчал здоровяк.

Я негромко вздохнул, ведь он был полностью прав, а жизнь успела отучить доверять хоть кому-либо. Чревато проблемами.

В любом случае приходилось спешить, а потому я даже не спорил с очередным фактом передачи непростых в изготовлении артефактов, которые пришлось обменивать, получая необходимое. Конечно у меня имелись и деньги, включая золото, но… их было жалко. Потому что их покупательная способность, в связи с негласной осадой Агвана серьёзно так упала. Цены на еду и верблюдов стали на уровне Таскола! Где это, мать его, видано⁈

А осада, как выяснилось из расспросов Джарнеса, и в самом деле имела место быть. Лафтетары перехватывали все караваны, вне зависимости от числа. Какой-то хитростью завладели почтовыми шкатулками, отправляя ложные сведения и заманивая людей в пустыню, где и перехватывали. Наместник, конечно, успел доложить об этом, но в связи с очередным мятежом в Кашмире, всё внимание забрал лорд Челефи, отчего лафтетары и решились на такую рискованную операцию.

– Ходят слухи, – поведал Джарнес, – что Музгаш Чёрный, лидер самой крупной орды лафтетаров, задумал захватить Агван и сам править им, оставшись в услужении Империи. Он разумно посчитал, что Дэсарандес закроет на это глаза, особенно, если новый глава наведёт порядок в регионе или пообещает бoльшие налоги.

– Это… звучит даже разумно, – задумался я. – Такие случаи в истории были, а учитывая проблемы в Империи, Дэсарандес и правда может закрыть на это глаза, предпочтя разобраться с более важными проблемами, а потом все уже привыкнут к новой жизни.

– То что было когда-то в древней истории, остаётся в истории, а нынешняя ситуация создаст опасный прецедент, – буркнул Дризз. – Таким образом любой головорез может попытаться захватить власть.

– Видимо этот Музгаш посчитал такой риск приемлемым, – пожал я плечами.

Вот только в глубине души я поддержал Хродбера. Лафтетары вызывали лишь глубоко укоренившуюся душевную злобу.

В общем, из-за отсутствия новых торговых караванов, горожане жили лишь тем, что выращивали сами, а город, хоть и стоял на крупнейшем оазисе, не мог прокормить вообще всех желающих. Поэтому положение было не из лучших. До голода пока не дошло, но стремительно двигалось к этому направлению.

Как Ульпис рассказал по дороге, наместник Иннес дважды выводил войска, чтобы дать бой лафтетарам. Оба раза был разгромлен. О дальнейших его действиях было неизвестно. Может, он усиленно писал в Таскол, умоляя выделить войска. Может, решил скрыть факт собственной неудачи и надеялся решить свою проблему за чужой счёт. Последнее мне казалось более реальной причиной, особенно с учётом того, как его люди пытались нас задержать «хотя бы на пару недель». Точно ведь планировали третий «решающий» удар, посчитав, что большого количества магов и сионов будет достаточно для лёгкой победы. И это в самом деле было бы так, ежели у нас имелись бы эти самые маги!

Так или иначе, ни у меня, ни у моих спутников, не было никакого желания влезать во все эти политические игры, а потому со всей возможной скоростью бежали из излишне гостеприимного города.

Путь наш шёл во все те же трущобы, где пришлось добраться почти до самого края стены и одного, неприметного на вид, дома. Проблемы начались уже на подходе.

– Стража, – указал Джарнес, заметив нескольких мужчин в характерной форме, которые даже особо и не прятались. – Сучьи выродки! Похоже, как-то пронюхали о проходе…

Если не знали о нём изначально, – мысленно подумал я. Потому что это звучало логично! Правитель не столь уж большого города, если он не конченный идиот, обязан знать о таких важных вещах, как «тайный» проход за стены!

Впрочем, я не Хорес, мне свойственно ошибаться.

– Могу наложить маскирующий барьер, а там аккуратно пробежим у них под носом, – предложил я, приметив, что стояли стражники довольно расхлябанно и следили за окрестностями постольку-поскольку. К тому же, тут присутствовали лишь обычные люди, без инсуриев, сионов или магов. Что это, как ни шанс?

Или ловушка, – пронеслась новая мысль, которую я отринул. Слишком сложно для подобного! Или нет?..

– Рискованно, – задумчиво проговорил Ульпис, комментируя моё предложение. – Давай! – и всё-таки согласился. – Они точно не станут такого ожидать!

Тут я бы поспорил, но подыскивать другие варианты тоже не слишком-то хотелось. Нам и правда нужно было поспешить, ибо предположения о том, что нас попытаются схватить, слишком быстро начало обрастать подтверждающими фактами. Кроме того, если перекрыли даже «тайный» выход из города, то точно также сделают со всеми остальными. В конечном итоге мне придётся бросить своих соратников и улетать в виде птицы. Вопрос лишь куда?

В голове мелькнула мысль, что всегда можно пообщаться с наместником Иннесом, который столь сильно желает с нами поговорить, но воспоминания о тюрьме вовремя напомнили мне о рисках. Я, так-то, довольно молодой маг, у которого впереди ещё больше половины отмеренных двух лет! Не хочется столь бездарно их терять.

Переплетя пальцы, я вывернул их от себя и звучно хрустнул, после чего демонстративно посмотрел на Ресмона.

– Сам справишься? – приподнял я бровь, на что здоровяк фыркнул и прикрыл глаза. Пара секунд и его тело смазалось, оставляя смутно видимое пятно. – Неплохо, – кивнул я, оценив качество маскировки. – Но не забывай держаться подле тени. Мало ли?

– Знаю, – огрызнулся он, на что барьер пошёл рябью.

– Спокойствие, друг мой, – хмыкнул на это (для создания барьеров, включая и маскировочные, нужна эмоция спокойствия) и посмотрел на Дризза. – Антимагический амулет придётся снять, – откровенно сказал ему.

Мужчина прищурился, пристально всматриваясь мне в глаза, а далее подцепил свой кулон, снял с шеи и завернул в ткань, которую потом сложил в карман.

– Джарнес, встань поближе к Хродберу, – кивнул я на наблюдателя, а потом прижался к ним и сам, обтягивая нас всех тонкой плёнкой маскировочного барьера.

Передвигаясь по теням, удалось с горем пополам пройти сквозь жидкий и зевающий заслон. На руку сыграл факт наступления темноты. Солнце уходило за горизонт, так что на этом получилось сыграть. И вот, спустя несколько минут, мы, один за другим, нырнули в незапертую дверь дома.

Внутри было пусто, так что барьер я снял. Через несколько секунд рядом появился Ресмон.

– Громмок, – негромко позвал Ульпис. – Это я.

В ответ звучала лишь тишина.

– Не к добру, – проворчал убийца. – Тут всегда находится кто-то из наших, контролируя проход.

– Значит, его взяла стража, – высказался Дризз. – Вероятнее всего он уже начал болтать.

– Уходим? – поинтересовался я. – И кстати, это случайно не тот сообщник, который должен будет вывести наших верблюдов?

– М-м… – наёмник задумался и зажевав губу. – Нет, не тот. И давайте всё-таки попробуем пройти тут. Других проходов, скорее всего, уже попросту не осталось. А Громмок, если и начал болтать, то не сразу, иначе тут была бы засада, а так стража ходит только снаружи.

Джарнес подтвердил мои предположения о том, что прочие выходы уже оцепили. Наверное, можно было бы замаскироваться или попробовать покинуть Агван под маскировочным барьером… Чего уж, я мог бы направить проводника наружу, а сам улететь в виде птицы, но тогда Хродбер и Рес останутся внутри.

Приберегу этот вариант на крайний случай.

Ульпис быстро подошёл к углу, где подцепил половицы, под которыми прятался замаскированный люк.

– Если никто не положит половицы обратно, то любой стражник, оказавшись внутри, тут же нас вычислит, – взволнованно проговорил Ресмон.

– Поэтому тут и велось постоянное дежурство, – проворчал Джарнес. – Видишь, как неудобно без прикрытия?

– Плевать, – буркнул Дризз. – Мы заплатили за выход и побег, – в его словах прозвучала невысказанная угроза, заставившая наёмника нахмуриться, но потом, через силу, улыбнуться и молча последовать вниз по не слишком удобной лестнице.

– Рес, подопри входную дверь камнем потяжелее, – кивнул я в сторону прохода, ведущей на улицу. – Может, выиграем этим себе немного времени.

Если городская стража и правда не знала, где здесь тайный ход, то узнает в ближайшее время, ведь захватила этого… Громмока или как там его, – подумал я. – Следовательно, на счету каждая секунда.

Спустившись следом за Ульписом, я оказался в узком туннеле, выкопанном прямо в земле. Было тесно и неудобно, даже стоя одному, что говорить про весь наш квартет?..

– Его нельзя было немного расширить? – поморщился я, заметив, как из-под земли лезут черви. То сработал мой амулет, отгоняющий насекомых, ведь склизкие создания проворно поползли прочь.

Кроме того, здесь было очень темно, душно и создавалось ощущение, будто бы вся масса земли вот-вот обвалится, похоронив нас под собой.

– Для этого надо привлечь умелого мага, да ещё и людей, которые бы укрепляли всё балками, – откровенно ответил Джарнес. – Сам ход используется не так уж часто. Ранее по нему направляли контрабанду, но с приходом наместника Иннеса, её не стесняясь перевозят через главные ворота, – на этом моменте мужчина ухмыльнулся, а рядом со мной проворно приземлился Дризз, оглядев окружающее пространство. Мой взгляд сразу приметил на его шее цепочку знакомого амулета. Уже успел повесить обратно!

Хех, похоже, он опасается нас. Есть ли этому причина?

Дождавшись Ресмона, который подтвердил, что забаррикадировал дверь здоровенным, тяжёлым булыжником, я создал маленький шарик огня – сугубо для освещения, после чего мы направились за Ульписом. Ход вихлял, как пьяные матросы на борту корабля, попавшего в шторм. Периодически он немного сужался, но, благо, потом расширялся вновь, а то я было подумал, что придётся опускаться на четвереньки. Но нет, до этого не дошло, хоть время от времени я и стукался головой о низкий земляной потолок. Не представляю, каково было Ресмону! Ростом здоровяк с меня, но куда как шире в плечах.

Лезли мы долго, почти километр. Ноги, от неудобной позы, начали ныть и гудеть. С каждой минутой я всё больше задумывался над тем, чтобы попросить передышку или попробовать, прямо на ходу, наполнить их магической энергией, придав ей лечебные свойства.

Когда Ульпис остановился, а потом натужно закряхтел, отодвигая вертикально поставленный люк, я довольно выдохнул – наконец-то!

Выбравшись, оказались в небольшом, пыльном и очень тёмном помещении, напоминающем склад, где я, с протяжным вздохом, вполголоса бранясь, всё-таки уселся прямо на пол, растирая ноги, уже начавшие неметь.

– Поздравляю, мы снаружи, – улыбнулся Джарнес. – Проход шёл под стенами города и доходил до небольшой каменной скалы, которая своим видом скрыла нас от возможных наблюдателей. Это помещение, – обвёл он рукой вокруг, – создано специально затем, чтобы дожидаться ночи, а потом выходить в пустыню, оставаясь невидимками для стражи на стенах.

Удобно, что ночь уже успела наступить!

– Как-то просто всё, – проворчал Ресмон. – И что теперь будем делать?

– Конечно просто, к чему городить сложности? – Ульпис пожал плечами. – Чем проще план, тем выше шанс, что он сработает. Касательно же проблем – уверен, в ближайшее время люди Иннеса узнают о проходе и вплотную им займутся. Наверное наша группа – последняя прошедшая через него, – в словах мужчины прозвучала тоска.

– Так это, – словно оправдываясь, начал здоровяк, – как ты тогда обратно вернёшься?