Текст книги ""Фантастика 2026-79". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)"

Автор книги: allig_eri

Соавторы: Павел Чук,Вай Нот,Саша Токсик,Валерия Шаталова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 315 (всего у книги 348 страниц)

Глава 18

Интересный случай…

Октавия действительно умудрилась меня удивить.

Но нужно ещё немного времени, чтобы выяснить всё наверняка. Да и желательно девушку куда-то перед этим положить.

Хотя она и не потеряла сознание, но на ногах не держалась и даже не пыталась.

Октавия не делала попыток даже за меня зацепиться, чтобы устоять.

Так что мне приходилось самому её поддерживать, чтобы эта сумасшедшая не грохнулась на пол.

В конце концов, я просто подхватил её на руки, что у девушки вызвало новый взрыв восторга.

– Мой принц… – будто пьяная бормотала она, глядя на меня очарованными глазами.

Я же, осмотревшись, обнаружил в комнате небольшой диванчик.

Сам бы я там вытянуться в полный рост не смог, но для такой крохи, как Сципион, вполне подойдёт.

– Октавия, – обратился я к ней, уложив на мягкое сидение, – я собираюсь провести полное обследование твоей энергосистемы.

– Делай со мной всё, что хочешь, – счастливо отозвалась она.

Я хмыкнул. Её состояние явно нельзя было назвать адекватным. Надеюсь, когда она придёт в себя, то не начнёт второй тур битвы.

Тем более что сама сражаться она ещё долго не сможет. Это значит, что придётся столкнуться со всеми защитниками её замка. Слишком много суеты.

Да и другим Сципионам я бы предпочёл пока на глаза не показываться, если она вдруг соберётся позвать на помощь свой клан.

Но в любом случае, это всё будет потом.

А сейчас, надо разобраться, что с ней. У меня уже появилось предположение, но это кажется слишком невероятным совпадением…

Я положил руку на её лоб и начал анализировать работу её энергосистемы.

На первый взгляд, всё выглядело как обычно. Как и у любого мага, привыкшего работать с энергией скверны.

Для её функционирования в организме перестроилась энергосистема, а очаг находился в сформированном самоцвете.

Но очень скоро я обнаружил кое-что любопытное и очень мне знакомое.

Я даже засмеялся. Ну надо же!

Оказывается, одержимость Октавии имела под собой некоторую основу.

Но знала ли она сама об этом?

Судя по всему, кто-то из её дальних предков действительно был некромантом.

Скорее всего, не очень сильным, потому иначе дар Сципион не смог бы развиться в Октавии до такого уровня..

Но всё-таки какая-то частичка родового дара некромантов в ней тоже была.

– Ты смеёшься… – отреагировала она с лёгкой долей подозрения, – что случилось?

– Дай мне ещё пару минут. И я всё расскажу, – пообещал я ей.

– Ладно, красавчик… но не думай, что я позволю тебе себя обмануть…

Даже в состоянии полного блаженства она всё ещё пыталась казаться грозной, но делала это крайне лениво, будто по привычке.

А я вновь погрузился в работу. Судя по всему, некромант, который был её предком, не принадлежал именно к роду Рихтер.

Это легко считывалось по энергетике дара. Даже если на первый взгляд, у двух родов – одинаковый дар, всё равно есть нюансы, которые отличают их друг от друга. Уж своих родственников я узнаю наверняка. Очень серьёзные подозрения по этому поводу были у меня насчёт нашей новой сотрудницы Шарлотты.

Здесь же структура энергии напоминала о способностях двух родов, которые служили клану Рихтеров. Подробнее понять было трудно, слишком много времени прошло, да и Октавия оказалась не прямым потомком. Доля крови была совсем небольшой.

Но, на самом деле, особого значения это сейчас не имело. Я просто хотел убедиться, что Октавия – не моя вторая найденная далёкая внучка.

– Ты готова воспринимать информацию? – спросил я у Сципион, когда закончил с обследованием.

– Я соображаю лучше, чем ты думаешь, – отозвалась она.

– Что ж, тогда слушай. Внутри тебя присутствует не только дар клана Сципион. Есть и другой. И из-за этого энергии внутри тебя постоянно конфликтуют. Ты же знаешь, как именно спасают одарённых от передоза благодати лекари?

– Конечно, – кивнула она, – но причём здесь это?

– Тогда ты должна знать, что после этого сами лекари сталкиваются с таким явлением, как откат. Поглощая «благодать», их дар перерабатывает её внутри своего организма, но при этом сам лекарь обычно испытывает жуткую боль.

– И что ты хочешь этим сказать? – напряглась Октавия.

– Внутри тебя есть часть такого же дара. И она постоянно борется с благодатью. А так как ты не знаешь, что с этим делать, то живёшь в состоянии вечного отката.

– Подожди! – Октавия аж вскочила с дивана.

И откуда только силы взялись? Ещё одно доказательство тому, что представителей Великих Кланов нельзя недооценивать.

– Ты хочешь сказать, что я пиявка? – возмущённо добавила она, тыкая мне в грудь маленьким, как и она сама, пальчиком.

– А что, если я скажу тебе, что ты не пиявка, а некромант? – серьёзно ответил я.

Октавия смешно наморщила лоб и нахмурилась. А потом обиженно сказала:

– Неужели ты думаешь, что я сама не знаю, что это невозможно? Ты смеёшься надо мной и издеваешься над моим увлечением. Все некроманты уничтожены, а об их магии почти ничего не известно. Всё, что я собирала по крупицам – это лишь пыль… полная ерунда, годная лишь на то, чтобы пугать слабаков и идиотов. Но ты, не являешься ни тем ни другим. Теперь я это вижу. Так зачем? Хочешь выставить дурой меня⁈

Выдав эту тираду, она снова села на диван, но теперь с крайне расстроенной физиономией.

Красивые девушки, они как котята. Даже если творят полную дичь, хочется их утешить и погладить.

Тем более что и по-настоящему навредить не могут ни те ни другие. Во всяком случае, мне.

С другой стороны, я узнал, что Октавия всё-таки не была совсем уж сумасшедшей. То, что она играет в некромантов не всерьёз и отдаёт себе в этом отчёт, даёт надежду, что с ней можно договориться и по другим вопросам.

– А что, если не все некроманты уничтожены? – снова заинтриговал я её, а когда она подняла на меня свой одновременно недоверчивый и заинтересованный взгляд, продолжил, – ты же сама видишь, насколько я похож на Максимилиана Рихтера? Те, кто видел портреты, говорили, что у нас буквально одно лицо.

– Это ничего не доказывает, – упрямо ответила она.

Я кивнул.

– Вот только я действительно дальний потомок Рихтеров. Более того, во мне пробудились древние силы.

Эту легенду я подготовил для «ведьмы» Сципион заранее. К тому, что перед ней и правда стоит тысячелетний маг, да ещё и её кумир, эта особа с подвижной психикой явно не готова. А так, версия половинчатая, но при этом довольно заманчивая.

– Ты что, правда, пытаешься меня сейчас убедить, что ты владеешь даром некроманта? – не сдержав усмешки, спросила Октавия.

Винить её в излишней подозрительности я не стал. Мало кто на её месте поверил бы на слово, даже учитывая весь антураж и её увлечение.

– Именно так, Октавия. Я – некромант. Возможно, первый настоящий за много веков.

Она фыркнула.

– Почему я должна тебе верить? Ты можешь доказать свои слова?

– Могу. Но ты должна понимать, что это великая тайна. Никто кроме тебя не должен узнать того, что я тебе расскажу.

Октавия задумалась, а потом медленно ответила:

– Клянусь, если твои слова окажутся правдой, я унесу твой секрет в могилу.

Она произнесла эту фразу подчёркнуто пафосно и серьёзно.

Но будет ложью сказать, что меня это полностью убедило. Другое дело, что именно одержимость Октавии некромантами и её интерес к Рихтерам, в каком-то смысле выступали гарантом того, что вести обо мне не разлетятся по всему миру. Ну или по всем великим кланам.

Она захочет сохранить это знание лично для себя. Как сохранила частичку истории Рихтеров в своей коллекции.

В этом я был уверен. И только поэтому раскрыл ей долю правды.

Можно сказать, нам это выгодно обоим.

– Ты права в том, что искусство некромантов давно утеряно. Но это не значит, что его невозможно возродить. Именно для этого я взял фамилию предка, а затем вновь создал клан Рихтер. Под видом обычных лекарей, мы проводим эксперименты и по крупицам восстанавливаем тайное искусство некромантии.

Октавия внимательно меня выслушала, но, судя по всему, её это совершенно не убедило.

– Это всего лишь слова, – коротко ответила она. – Знал бы ты, сколько раз меня пытались обмануть…

– Разумеется, но я могу доказать, на примере твоих кукол или, как ты их называешь, химер.

Октавия встала и обошла всех троих своих слуг, после чего с грустью констатировала:

– Они мертвы. Ты сломал их.

– Как сломал, так и починю. Я же некромант, – подмигнул я ей, – кстати, кто они?

– Обычные воры, – отмахнулась она, – пытались влезть в мой музей. Но для меня их ценность была в другом.

– Что ж, тогда смотри, – я подошёл к её «жнецу», дотронулся до него и поднял его уже в виде умертвия.

– Ох, – не сдержала удивлённого возгласа Октавия, – он и правда вновь двигается… это действительно живой труп?

Я кивнул.

– Точнее будет назвать его умертвием.

– Не химера? – переспросила она огорчённо.

Я засмеялся.

– Извини, Октавия. Ты, конечно, хорошо поработала над своими куклами. Но до настоящей химеры им далеко.

На секунду она надула губы, но быстро отбросила свои обиды в сторону. Слишком уж была в восторге от увиденного.

Она подходила к жнецу, дотрагивалась до него, пыталась подчинить. Я даже чувствовал те крохи её некро-дара, которыми она пыталась перехватить у меня управление.

Но, в конце концов, она сдалась.

– Что бы это ни было, но это точно больше не моя кукла. Я не могу им управлять. И жизни в этом существе тоже не чувствую. А ты можешь ему приказывать? Пусть он… ну хотя бы подпрыгнет пять раз.

Улыбнувшись, я приказал умертвию выполнить её пожелание. И, похоже, это окончательно её убедило.

– Поверить не могу… – потрясённо прокомментировала она, – я столько лет мечтала увидеть некромантию в действии. А теперь… я даже не знаю, что сказать.

Она замолчала, явно пытаясь всё переварить. Я не торопил.

Тем более, что больше никакой агрессии или враждебности она не проявляла. И я знал, что это не потому, что я оставил её почти без сил. У магов такого ранга всегда есть в запасе какие-то трюки.

Особенно, когда они находятся на своей территории.

Уверен, что в этой комнате помимо черепов-безделушек, найдутся и настоящие боевые артефакты, которые она бы могла пустить в ход.

Но не стала.

Вместо этого Октавия неожиданно предложила:

– Макс, ты удивил меня. И это мягко сказано! Мне даже немного неудобно, что я пригласила тебя в гости так, – она замялась, – так настойчиво. Но я готова отплатить тебе экскурсией по моему музею! Не только ты собираешь старинные знания, уверена, что я тоже смогу тебя удивить. Все экспонаты там связаны с некромантами или даже непосредственно с Рихтерами.

Она говорила так воодушевлённо, словно хвасталась и в то же время ждала от меня похвалы.

Что ж, попасть в её музей изначально было одной из моих целей.

Так что я не видел смысла отказываться от такого предложения.

Тем более что торопиться нам было некуда. По настроению Октавии я видел, что она как и я, теперь настроена на долгий разговор.

И я уже даже не был уверен, у кого из нас накопилось больше вопросов.

– С удовольствием взгляну на то, что ты собирала долгие годы. Уверен, это впечатляющая коллекция, – слегка польстил я ей, – только ты уверена, что нижнее бельё – подходящая форма для прогулки по музею?

Октавия мгновенно покраснела как помидор и, кажется, только сейчас вспомнила, что на мне одни трусы, а она всё ещё в образе БДСМ-госпожи.

Она снова непроизвольно опустила взгляд вниз, к моему паху, и покраснела ещё больше. Казалось ещё чуть-чуть, и из ушей красотки Сципион повалит настоящий пар.

Но всё-таки она взяла себя в руки и попыталась принять самый что ни на есть невозмутимый вид. Правда, дрожащий голос выдал её с потрохами.

– Разумеется, – ответила она, – сейчас твою одежду принесут. И пожалуй, я тоже переоденусь.

Круто развернувшись, она убежала прочь из комнаты.

В то время как ровно через минут, сюда вновь сбежались уже знакомые мне служанки.

– Давайте мы поможем? – чуть ли не хором начали предлагать они.

Смена обстоятельств моего пленения, похоже, их ничуть не удивляла.

– Оставьте одежду и можете идти, – сдержанно послал их я.

И они тут же последовали моему указанию.

А я обнаружил, что за то время, пока мы с Октавией знакомились, служанки умудрились отпарить и разгладить мой костюм, который не мог не помяться в дороге.

Так что через пару минут я выглядел так, будто только что вышел из дома.

А совсем скоро в комнате появилась и Октавия.

На этот раз она надела длинное чёрное вечернее платье с глубоким декольте.

И, несмотря на её низкий рост, посмотреть там было на что. Здесь природа размером её не обделила.

Девушка была изящной, словно кукла. А удивительно светлая, почти белая кожа окончательно делала её похожей на искусную статуэтку руки кого-то из гениев прошлого.

Хотя сама она, очевидно, больше хотела продемонстрировать своё золотое колье, разумеется, с черепом.

Причём я его узнал. Пусть оно не было артефактом, но зато когда-то принадлежало представительнице клана Рихтер. Если точнее, то моей двоюродной сестре.

Той самой, с которой мы всегда плохо ладили.

– Пойдём? – лучезарно улыбнулась мне Октавия, подхватывая меня под руку.

Я повёл её как настоящий кавалер.

Зачем отказывать даме в милых глупостях?

Мы миновали лабиринт комнат и переходов, пока, наконец-то не вышли к первому из залов музея.

– Тут ничего интересного нет, – махнула рукой Октавия, – ну, точнее, есть, конечно, но не по нашей теме.

Вот как. Тема уже стала «нашей». Я улыбнулся.

– Тогда веди туда, где интересно.

– Конечно! – радостно ответила она, – я и подумать не могла, что когда-то смогу обсудить свою коллекцию с кем-то, кто действительно способен её оценить!

В конце концов, мы добрались до не самого большого зала, но конечно же, украшенного черепами.

К счастью, меня это всё ещё забавляло, а не раздражало. Но даже в лучшие годы Рихтеров, мы не пихали свой герб в каждый угол. Октавия же, видимо, вовремя останавливаться не умела.

Но разочаровало меня совершенно другое обстоятельство.

Мы шли мимо знакомых мне штандартов и картин. Я видел мебель и украшения, когда-то принадлежащие клану. Был даже целый набор посуды с гербом Рихтеров.

Но, как я не надеялся, в музее Октавии не нашлось ничего по-настоящему ценного.

Говорить я ей, конечно, об этом не стал. Она так гордилась своей коллекцией и с таким жаром рассказывала про каждую вещь, что было просто бы просто жестоко указывать на бесполезность её сокровищ.

К тому же это ведь я смотрел на все эти вещи с точки зрения полезности. А если мыслить как историк, который собирает по крупицам почти легендарную картину прошлого, то, может быть, и обычная тарелка в его глазах имеет свою цену.

– Ну вот! – довольно закончила показывать экспонаты Октавия, – теперь ты видишь, как серьёзно я отношусь к своему увлечению. И я уже поняла, что перстень ты мне не отдашь. Но, может быть, ты сможешь подарить мне что-то другое? – ничуть не стесняясь потребовала она дары, – я с удовольствием приму любой предмет связанный с Рихтерами и найду для него достойное место в этом зале. А я, в свою очередь, позволю тебе бывать здесь сколько и когда захочешь… В разумных пределах, конечно

– Я подумаю, что можно выбрать, – не стал я обещать ничего конкретного.

Но ей хватило и этого. Она благодарно сжала мою руку, а потом воскликнула:

– Ах да! Есть ещё кое-что! Пойдём!

Она потянула меня к выходу из зала, а затем мы ураганом пронеслись по коридорам её замка, чтобы оказаться в стеклянной беседке в саду.

Здесь царила крайне умиротворённая атмосфера. Вокруг было много ярких, ароматных растений. Пели птицы. А напротив беседки шумел небольшой искусственный водопад, воды которого стекали в ручей.

Как река окружала замок, так и ручей окружал беседку.

Заметив мой взгляд, Октавия пояснила:

– Это не просто вода. Это место охраняется едва ли не лучше, чем любая другая комната в замке. Но маскировка поражает, правда? Я билась над ней целую сотню лет.

И действительно, только когда я подошёл к ручью практически вплотную, то осознал, что в него вплетены десятки магических ловушек.

Октавия – плохой воин. Но в некоторых сферах, похоже, удивительно талантлива.

Причём вся эта защитная система отзывалась буквально по мановению её руки. И она провела меня внутрь без какой-либо задержки.

В то же время я осознавал, что если бы захотел вломиться сюда один, то неизвестно, сколько часов, а может быть даже дней, мне бы понадобилось, чтобы распутать этот клубок заклятий.

Но вот мы оказались внутри. И что же она здесь прятала?

Прежде всего, я увидел большой мольберт, на котором стояла недописанная картина. На ней был изображён я сам, таким каким она видела меня на том самом портрете.

Но на рисунке я сладко, даже слишком, улыбался, положив руку на щеку Октавии, а она млела от этого прикосновения.

– Ой, – смутилась Октавия, – я совсем забыла о картине… вообще-то, – перевела она тему, – я привела тебя сюда, чтобы показать кое-что другое.

И она нажала какую-то кнопку на стене беседки. После чего, прямо по центру из-под земли выдвинулся постамент.

И вот здесь я сразу почувствовал энергию настоящего артефакта.

Похоже, что-то интересное она всё-таки откопала.

Но вот когда защитный купол постамента открылся, я снова едва удержался от вздоха разочарования.

Кожаная перчатка, которая здесь хранилась, безусловно, была полезным артефактом, но в данный момент абсолютно мне не нужным.

Она позволяла брать в руки, проклятые предметы, не получая от них никакого урона. Но, какой от неё толк, если ничего подобного у меня сейчас не хранилось и даже не предвиделось?

Может быть в будущем…

Октавия же пока важно объясняла:

– Я не знаю, для чего нужен этот артефакт, но он, несомненно, обладает очень большой магической силой. Я периодически пытаюсь разгадать его назначение, но пока без особых успехов.

Она грустно вздохнула.

Я же вновь похвалил её коллекцию, отчего она просто светилась. А затем вновь подошёл к мольберту, за которым она предавалась своим фантазиям, и, наконец, задал вопрос, ради которого всё и затевалось.

– Октавия, скажи мне… знаешь ли ты, что на самом деле случилось с Рихтерами?

Глава 19

Октавия замолчала, подошла ко мне ближе и надолго задумалась, глядя на водопад за стеклом.

Потом потёрла пальцами виски и начала отвечать:

– Хотела бы я сказать, что знаю достаточно. И что мои знания точны и правдивы. Но это не так. Вероятно, ты знаешь, что любая информация о Рихтерах находится под запретом?

Я кивнул.

– Знаю, но не понимаю почему, – я поднял руку, показывая перстень. – Даже с этим перстнем устроили балаган… «Перстень древнего рода…» Кто-то словно переписал историю мира.

Октавия вздохнула и ответила:

– Скорее всего, так и есть. Я знаю только ту версию, которую рассказывали, когда память о клане некромантов ещё сохранялась. Всё же я постарше тебя, – она усмехнулась. – Да, похоже, что историю переписывали в несколько этапов. До тех пор, пока не пришли к тому, что Рихтеров никогда не существовало, как и дара некромантии в принципе.

– Расскажешь? Мне всё равно интересно, даже если эта версия далека от правды.

– Конечно. Только давай лучше вернёмся в замок. Слуги приготовят нам чай.

– Лучше кофе, – улыбнулся я.

И через пять минут Октавия привела меня в небольшой кабинет с камином и полками, битком набитыми книгами.

Возле камина стояли два мягких кресла и журнальный столик. Не знаю, как она успела отдать команду слугам, но на нём уже стоял кофейник и две наполненные горячим напитком чашки.

Магия, не иначе

Я с удовольствием вдохнул аромат, заодно удивившись, что в этой комнате черепов не оказалось вообще.

Я даже решил об этом спросить.

– Ну… это… – смущённо протянула Октавия, – Я стараюсь не выставлять своё увлечение напоказ, так что всё не выходит за рамки нескольких комнат. Все и так считают меня сумасшедшей. Да и Регина… наша глава, – пояснила она сразу, – в общем, меня много раз предостерегали, чтобы я не слишком афишировала то, что вообще в курсе, кто такие Рихтеры.

– Она это как-то объясняла? – сразу уточнил я.

– Ну… как и все, – пожала плечами Октавия, – собственно об этом я и хочу тебе рассказать. Об общепринятой легенде.

Я взял в руки кружку кофе и приготовился слушать.

И Октавия начала:

– Легенда гласит, что однажды великие кланы открыли «благодать» – чудесное средство, которое делало мир лучше, а самих одарённых – сильнее.

– Открыли? – переспросил я удивлённо.

Это надо умудриться, приписать себе в заслугу мировое бедствие.

– Да, именно так, – подтвердила Октавия, – И только Рихтеры и подвластные им кланы выступили против благодати.

Удивительно, но самое начало легенды действительно частично пересекалось с правдой. Похоже, мои враги использовали старый как мир способ вранья. Когда правду перемешивают с ложью, и таким образом убедить других становится проще.

Я слушал дальше.

– Но Рихтерам это не нравилось лишь потому, что они сами не могли воспользоваться силой благодати. Другие кланы уже давно подозревали, что это проклятый клан. Их дар всегда казался остальным противоестественным. И теперь, это стало очевидным для всех.

Я усмехнулся. А вот появился и особый взгляд на события тех лет.

Заметив мою реакцию, Октавия отвлеклась от рассказа и серьёзно спросила:

– Тебе есть что добавить?

– Нет, – покачал головой я, – просто это слишком предсказуемо.

– Именно, – согласилась она, глотнув кофе из кружки, – так что ты, наверное, уже и сам догадываешься, что, якобы, было дальше. Рихтеры попытались уничтожить благодать, но Великие кланы объединились и пошли на них войной. И стёрли с лица земли проклятый клан во имя всеобщего блага.

– Но? – с улыбкой уточнил я. – По твоему выражению, в этой истории должно быть «но».

– И здесь ты в точку, – кивнула Октавия, – Всегда есть «но». Перед своей гибелью, глава рода Рихтер, тот самый Максимиллиан, на которого ты так похож, сотворил страшное заклятие. Он превратил благодать в скверну и открыл очаги по всей земле, чтобы уничтожить всех других магов, кроме некромантов. Ведь, как известно, только проклятые могут чувствовать себя в очагах, как дома.

– Вот значит как, – ответил я, – но даже как-то разочаровывает. Я ожидал большего.

– Зачем выдумывать какую-то сложную версию, если поверили и в эту? – пожала плечами Октавия.

– А что же ты? Почему ты в неё не веришь? – спросил я, подливая себе кофе из кофейника.

– Да, – кивнула она, – я и впрямь в это не верю. Можно сказать, что всё моё увлечение Рихтерами началось с того, что мне в руки попали некоторые материалы, – она сделала драматическую паузу, а потом продолжила, – это были подлинные записи самого Макса Рихтера. Даже удивительно, как они дожили до наших лет, но факт остаётся фактом, – она понизила голос, – я нашла их в одном родовом склепе Рихтеров.

Я удивлённо поднял бровь:

– И где именно ты его обнаружила?

Она неопределённо махнула рукой.

– Далеко отсюда. Да и я была не первой, там уже всё было разграблено до меня. Ну, почти всё. Я всё-таки обнаружила небольшой тайник, где нашла записи и вот это колье, – она показала пальцем на свою шею.

Я задумался. Колье сестры и какие-то мои исследования. В этом склепе должен был покоиться кто-то приближённый к верхушке клана, если не сама Эльза. Мне стоило бы самому туда наведаться в будущем. Кто знает, может быть там спрятан далеко не один тайник. Надо будет потом выяснить у Октавии, где точно находится это место. Но сначала, закончим с другой темой.

– И что же было в этих найденных записях? – поинтересовался я.

Она накрутила на палец локон и медленно ответила:

– Исследования об опасности очагов. Разработка их разделения на уровни, которой мы пользуемся сейчас. А ещё заметки самого Максимиллиана, о том, как именно он их уничтожал. Это совершенно не стыкуется с тем, что Рихтеры якобы сами повинны в их появлении, не находишь?

– А почему ты так уверена, что записи подлинные? – не мог не спросить я.

– Не уверена, что имею право об этом говорить… хотя… к чёрту! – решилась она, – у Регины в закрытом зале библиотеки есть целая книга, написанная Максом Рихтером. Полагаю, она её не решилась уничтожить, потому что это просто потрясающий трактат об устройстве энергосистемы одарённых и о том, как именно работают энергопотоки. Полезность этой книги трудно переоценить. Возможно, что даже Вийоны не раскрыли бы эту тему лучше.

Я хмыкнул. Эта книга всегда хранилась в академии клана. По ней училась наша молодёжь. Значит, Регина всё-таки умыкнула её себе.

Я даже не удивлён. Она всегда была жадной до моих знаний. И с удивительным упрямством посылала своих шпионов, часть из которых я возвращал ей в виде перевязанных бантиком взрывающихся умертвий. Других оставлял себе, как материал для химер.

Но её никогда это не останавливало.

– Получается, ты сравнила почерк? – уточнил я у Октавии.

– Не только. Я провела несколько независимых экспертиз. Разумеется, втайне от нашей главы. Но все они показали одно и то же. Что записи делал один человек.

– Получается, ты скрываешь от Регины Сципион, сколько на самом деле знаешь?

Октавия медленно кивнула.

– Скрываю. О таких вещах нельзя говорить открыто. Более того, что может скрыть опасные знания, лучше, чем коллекция безделушек? – она невинно похлопала ресничками. – Так что свою находку я не обсуждала ни с кем. Кроме тебя.

– Польщён, – улыбнулся я.

– Это не просто так, – серьёзно ответила Октавия, – считай это платой за твою откровенность. Ты убедил меня в своих способностях. И это не менее опасная правда, чем та, о которой я рассказала тебе сейчас. Так что если это выплывает наружу…

– Нас обоих уничтожат, – закончил я. – Тайные знания неспроста бывают таковыми, так что теперь мы с тобой повязаны общей тайной.

Мои слова, вместо того, чтобы напугать Октавию, заставили её оживиться.

– Что ж, я рассказала тебе обо всём, что знаю, – подытожила моя собеседница, – но… есть ещё кое-что, что я хочу тебе показать, – таинственно добавила она.

– Не возражаю, – улыбнулся ей я.

– Тогда пойдём!

Октавия изящно вспорхнула с кресла и, вновь взяв меня под руку, потащила за собой.

И очень скоро мы оказались в спальне.

Здесь, как и в своём кабинете, она не стеснялась дать волю своей любви к черепам и прочей готике.

По центру комнаты стояла огромная круглая кровать с чёрным балдахином. Возле дверей несли дежурство две куклы, в виде скелетов в доспехах. В этот раз она не пыталась использовать биологический материал, и кости только казались настоящими.

Но на антураж они играли прекрасно. Как, в общем, и всё здесь.

Даже на подоконнике росли цветы в горшках-черепах.

– Здесь тоже хранится какой-нибудь артефакт? – невинно поинтересовался я, уже понимая к чему всё идёт.

Но мне нравилось её смущать.

Однако в этот раз, Октавия была настроена столь решительно, что не стала стесняться своих желаний и заявила прямо:

– То, что я не стану делать из тебя свою куклу, ещё не значит, что я отпущу тебя просто так, Макс Рихтер, – миниатюрная девушка упёрла кулачки в бока. – Об этом дне я мечтала всю свою жизнь, но была уверена, что он никогда не настанет. Так, что, потомок ты или нет, но от меня ты не отвертишься.

И после страстного поцелуя я сам отнёс её на кровать.

* * *

– Макс… – счастливо потянулась Октавия, после того как проснулась, – это было… сказочно.

После нашей близости прошло не больше двух часов. Сам я, конечно, не спал, но и молча уйти было бы некрасиво. К тому же это бы, наверняка переполошило всех местных слуг.

Хозяйку бы тут же разбудили, а ей после сеанса лечения, просто необходимо было отдохнуть.

Теперь, когда она рассказала мне то, ради чего я добивался с ней встречи, у меня не было причин портить сложившееся между нами хрупкое доверие.

Конечно, о настоящем союзе речи ещё не шло, но и нового врага среди представителей Великих кланов я себе не нажил.

Уже не говоря о том, что сама Октавия оказалась весьма интересной и неглупой девушкой. С прибабахом, как и все Сципионы. Но при этом она не выглядела неуправляемой и непредсказуемой психопаткой, как та же Регина.

Кто-то мог бы с этим поспорить, вспоминая её выкрутасы в БДСМ-костюме, но только не тот, кто близко знал других представительниц её клана. По сравнению с ними, Октавия – сущий котёнок.

Да и в целом понятие нормы, применительно к магам великих кланов весьма относительно.

Я улыбнулся её словам, никак их не комментируя, но ей это было и не нужно. Она сама стремилась высказаться:

– Никогда не думала, что действительно встречу Макса Рихтера. Пусть и… не совсем настоящего.

Сказав это, она словно решила, что могла этим меня обидеть, так что сразу подскочила и начала активно жестикулировать руками:

– Не в смысле, что ты какой-то не такой. Просто ты так похож на того самого… исторического Макса, что я до сих пор не могу в это до конца поверить.

– Меня самого это удивляет, – не моргнув глазом соврал я. – Просто причуда наследственности.

И, видя, что я совсем не злюсь, Октавия начала закидывать удочки:

– Слушай… – протянула она, – после того, как ты сказал, что во мне есть частичка дара некроманта, это не выходит у меня из головы. Значит, я тоже могу научиться некромантии?

Не сказать, что я не ожидал этого вопроса, но пришлось немного её разочаровать.

– В теории – да. Но пока твои дары конфликтуют, опасно развивать оба. Неизвестно, как вообще твоё тело справится с этим. К тому же есть серьёзная вероятность, что это будет в ущерб твоему основному дару. То есть, ты можешь стать совсем слабым некромантом, и при этом перестанешь быть сильным заклинателем. Вряд ли такой размен тебя устроит.

Октавия задумалась.

– Ты прав… наверняка, ты знаешь, как сильно ненавидят Сципионов другие одарённые. Я не могу позволить себе слабость, если не хочу быть уничтоженной ими или даже своими собственными родственниками, – она нахмурилась, – но как же тогда мне быть?

Очевидно, этого аргумента оказалось недостаточно, чтобы девушка полностью отказалась от идеи обучиться некромантии. Так теперь она смотрела на меня, словно на последнюю и единственную надежду, ожидая, что я найду выход.

– Всё, что я могу тебе сейчас предложить, – ответил я, – это обучить тебя одному заклинанию. Благодаря ему ты сможешь хотя бы снимать боль от отката самостоятельно. Разумеется, если будешь серьёзно относиться к тренировке этой способности.

– Я согласна! – ни секунды не раздумывая, ответила Октавия, – ты не представляешь, какое это облегчение, не чувствовать боли после стольких лет… я будто заново родилась! Да я готова похитить тебя, только чтобы ты помогал мне её снимать, – улыбнулась она и сразу же добавила, – это шутка, Макс. Я своё слово назад не возьму. Сейчас ты мой дорогой гость и можешь покинуть замок, когда только пожелаешь.

– Сначала я обучу тебя заклинанию, как и обещал, – обрадовал я её.

В ответ на эти слова она захлопала в ладоши будто ребёнок. И с огромным энтузиазмом приступила к уроку.