Текст книги ""Фантастика 2026-79". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)"

Автор книги: allig_eri

– Гвардия царя Велеса, – прошипел Вешлер, стоящий рядом со мной. Пустынник выглядел удивлённо и даже чуточку шокировано. – Бросают элитные отряды уже во вторую атаку. Вот же… Изен, у нас лучший обзор, чем на земле. Вполне возможно, что там об этом ещё не знают…

– Предлагаешь мне «быстренько» об этом доложить, бросив командование⁈

– Маги всё равно не начнут действовать в ближайшее время, – пожал он плечами. – Кроме того, кто, кроме тебя? Другой оборотень не сможет в должной мере…

– Я понял, – прервал я его, выставив руку. – Дерьмо! Принимай командование, «перерожденец», но будь внимателен. Я постараюсь вернуться так быстро, как смогу.

– Не беспокойся, Изен, мы дождёмся тебя.

Сменив форму, я бросился вниз, выискивая руководство. Мне нужен был Лодж, который командовал непосредственно обороной. Остальные скорее прикидывали общую стратегию, а бригадир – работал тактически.

В первую очередь метнулся к артиллеристам, где все они ранее находились.

– Где бригадир⁈

– На первой баррикаде. – Голос из-за чёрной маски был глухим. – Двигай отсюда, парень. Зажигай!

В пушки грузили исписанные рунами ядра, щедро посыпая всё порохом. Отдельный человек с факелом поджёг фитиль. Счёт пошёл на секунды, однако ближайший ко мне артиллерист всё ещё продолжал корректировать прицел. В этот миг он взглянул вверх, на возносящуюся над входом скалу, где маленькая фигурка как раз размахивала двумя цветными флажками.

– Сотня метров! – выкрикнул он, махнув рукой остальным. – Прямо!

Откуда ни возьмись появившийся Крамер Моллиган, красуясь здоровым синяком под глазом, звучно повторил приказ. Артиллеристы, бешено матерясь, суматошно, но умело поправили свои орудия смерти.

– Залп!

Я, как и остальные, успел заткнуть уши и открыть рот. Прогоревший фитиль подорвал порох, вся конструкция вздрогнула, подпрыгивая и отправляя снаряд далеко вперёд. Ядро пролетело над баррикадой, набирая высоту.

– Выставляй! Ровняй! Натягивай! – тут же полетели новые крики.

Заскрипели канаты, которыми принялись менять положение пушек, но я уже не смотрел на них. Что было сил ускорившись, полетел в сторону следующих укреплений.

В средней баррикаде оставили проход не шире одной повозки, приготовившись тут же его закрыть. Где-то впереди рунные снаряды ударили в стену напирающей конницы. Ржание – нет, не ржание – вой раненых лошадей слышен был по всей долине.

Перед средней линией обороны заострённые колья вбили в землю на полосе в двадцать метров. И всё ещё добавляли новые. Оставляли между ними лишь узкую тропку: не длиннее шага, с двумя поворотами. К бортам нескольких десятков повозок баррикады продолжали приколачивать новые доски, подпирая их спереди десятками балок. Воины Первой умели учиться на собственных ошибках. Эти повозки уж наверняка не вывернут несколько всадников.

Отметив это краем глаза, я добрался до первой баррикады, приземлившись возле Райнаба Лоджа, наблюдающего за приближающейся массой ратников.

– Медленно идут, будто ждут чего-то, – сказал он мне, едва взглянув в мою сторону.

– Мы с вершины заметили, – не став тянуть, сразу выдал я, – что позади войск идут гвардейцы царя Велеса.

На меня тут же повернулись офицеры Лоджа и он сам. Впрочем, улыбался из них лишь последний.

– Не зря так тихо крадутся, верно, мужики? – произнёс он.

– Истинная правда, – не смог сдержать я лёгкой ответной улыбки.

– Ладно, поглядим. Мы и так намеревались покинуть эту баррикаду. – Бригадир пнул в один из висящих на борту мехов. – По крайней мере то, что от неё останется.

Позади артиллерия снова грохнула мощной канонадой выстрелов. Снаряды пролетели над головами солдат, в том числе и моей. Из первых рядов удалось посмотреть, как ядра попали в середину колонны сайнадов, живописно плеснув огнём, а потом разорвавшись с бешеной жужжащей яростью.

Ор сгорающих заживо был ужасен. Не менее отвратительными были визгливые завывания раненых. На несколько минут всё милостиво заволок дым. Когда он развеялся, колонна стояла, раздавшись в две стороны. В образовавшемся посредине проходе мелькало несколько пеших. Невысокие силуэты, нечётко видимые со стороны. Вроде бы без доспехов и, если зрение не подводит, даже не мужчины. Женщины. Молодые. И…

Бригадир сообразил раньше.

– Сайнадские версы! – взревел он. – Готовят удар! Быстро! Двигайтесь! Всем отступить за телеги, которые зачаровали маги! За повозки с рунами, сукины дети! Живо!

– Слишком далеко, чтобы их снять, триста метров, – проговорил какой-то офицер. – Разве что пушки или… – мужчина взглянул на меня. – Ваши маги, лейтенант?.. Смогут ли они?..

– Сделаю всё, чтобы успеть это выяснить, – сказал я и в тот же миг обратился в вóрона, взлетая над толпой суматошно бегающих солдат.

Стремительный полёт не мешал мне наблюдать за происходящим. С обоих флангов нарастал топот копыт. С места неторопливо сдвинулся и главный отряд, пеший. Однако стоящий у баррикады Лодж не отрывал взгляда от нескольких невысоких фигурок, стоявших посредине вражеского строя. Одна из них, женская, подняла руки, закручивая поток воздуха.

Началось… И я не успевал!

Хрипло каркнув, ускорился, но у вóронов есть лимиты. Это не орёл и не сокол.

Уже подлетая к своим, которые продолжали прятаться и наблюдать за происходящим со стороны – ждали, пока настанет миг, когда можно исполнить мой приказ, – я снова оглянулся.

Поток воздуха, который закрутила сайнадская колдунья, поражал воображение. Возникло даже ощущение, что это не ветер, а поток мутной серебрящейся массы, который… волшебница бросила в баррикаду.

Время странно замедлилось. Казалось, что целый мир замолчал, а сайнадские войска, стоящие рядом, попросту исчезли. Сама колдунья застыла в странной позе, с руками, вытянутыми вперед, и с полураскрытыми ладонями, словно пустив меж пальцами длинные нити. Я успел осмотреть и её, и страшный воздушный удар, летевший в сторону Первой.

Чудовищная туча пыли и грязи вздымалась там, где пролетал поток.

Всё длилось какую-то долю секунды, а дальше удар врезался в зачарованную повозку, стоявшую подле бригадира Лоджа.

Несколько солдат в последний момент отпрыгнули в сторону. Колья, вбитые перед укреплением, брызнули во все места, словно пики, выбитые сумасшедшим потоком магии, который затем вдарил по укреплениям. С оглушительным треском тяжёлый зачарованный купеческий фургон, сколоченный так, чтобы перевозить по любой дороге целые тонны товара, взлетел в воздух, вырванный из шеренги. Не помогли ни защитные чары, ни верёвки и цепи, связывавшие его с остальной баррикадой. Последние и вовсе рвались, словно льняные нити, а доски, гвозди и куски дерева летели во все стороны. Фургон несколько раз перевернулся в воздухе и грохнулся о землю. Остановился только перед линией частокола, защищающего вторую баррикаду.

Полсотни метров, – промелькнуло в моей голове. – Он пролетел больше полусотни метров. Триединый, какая же запредельная мощь у этой суки!

В возникшем проломе могло встать шестеро едущих стремя в стремя всадников.

Отвернувшись, я наметил точку посадки и приземлился с остальными.

– Смена планов! – крикнул я им. – Зарни вывел магов!

– Уже заметили, – выругался Фолторн.

– Все силы – на их уничтожение, – чуть менее эмоционально добавил я. – Земельщики – отмена рва, бьём валунами. Постарайтесь взять землю из гряды, где мы стоим, только так, чтобы она не обрушилась ко всем херам!

А внизу сайнады готовили ещё один удар. Магичка отошла в сторону. Похоже даже для обвешанных артефактами колдунов эта атака была чрезмерно сильной. Могу поверить! Не уверен, что сумел бы сам снести столь здоровую, качественно зачарованную повозку.

На её место встал другой волшебник. Его руки уже нагнетали пучки молний, которыми он управлял с поражающей воображение чёткостью и мастерством.

– Атакуем! – рявкнул я, а потом, подавая пример, начал формировать огромный шторм кипятка. Требовалось некоторое время, но я считал, что оно того стóит.

Полсотни магов запустили свои сильнейшие атаки. Били нещадно, «из тени», до последнего оставаясь скрыты. Враг однозначно не ожидал подобного, а потому поплатился.

Строй солдат раздирали лучи, валуны взрывались потоком осколков, огненные шары сжигали за раз по пять-шесть ратников, водяные струи, под запредельным давлением шинковали людей и лошадей на розовые кусочки плоти… Всё это дополнялось молниями, воздушными разрезами и даже кусками льда.

Вся сила стихий словно бы восстала против врага на этом пятачке земли.

И в заключении, я обрушил на ратников, казалось, несколько тонн кипятка, который ещё и закрутил в настоящий торнадо, уничтожающий и воинов с антимагией, и без.

Шум, казалось, взял новый уровень. Если ранее, во время, скажем, обстрела Первой, он казался непомерным и громким, то сейчас попросту оглушал. Ярость стихий не была безголосой, ей вторили умирающие люди, которых натурально обращало в ничто.

Пятачок земли, радиусом в пару сотен метров, превратило в хаос, который невозможно было как-то утихомирить. Нельзя было спрятаться, ни под землю, ни в воздух. Только сдать назад.

Да, к сожалению сразу оказалось ясно, что если мы хотим как-то спасти наших соратников, то придётся чем-то пожертвовать. В этом случае жертвой стала эффективность. Нет, мы по-настоящему стёрли хороший кусок противника, включая их колдунов. После такого не останется даже костей. Но… мы были вынуждены бить в «голову» армии, в сторону магов, покуда её «хвост», представляющий элиту Сайнадского царства, в должной мере и относительном спокойствии сдал назад.

– Стоп! – рявкнул я, заставив поток ветра разнести звуки по нашей поляне. – Назад! Поднять барьеры!

Я чувствовал, как с меня стекает пот. Тело, несмотря на горный холод и зиму, моментально подняло температуру. Я даже ощутил, как меня мутит и пошатывает. Организм, сколь бы закалён он ни был, не мог в должной мере пережить столь быстрое изменение температуры. Я же повысил её очень и очень солидно.

Конечно высокое сопротивление позволяло закрывать глаза на такие трюки, но ранее я обычно не начинал бой с использования самых масштабных и сильных своих чар. Как-то… понемногу разгонялся, что ли?

Почти все колдуны услышали приказ. Начали появляться плёнки барьеров. Тех, кто в пылу боя ничего не заметил, толкнули товарищи.

Мы успели очень вовремя. В нашу сторону уже начали пускать пули. Несколько пролетавших в небе птиц использовали потоки магии, но потом вынуждены были улепётывать на всех порах. Всё-таки магов в этом месте набралось изрядно.

– Держим оборону и плавно отступаем! – приказал я, а в следующий миг пролетевшая мимо пуля поразила Драба, колдуна из Шестой дивизии. Парень вскрикнул, повалился на холодную, промёрзшую почву и закашлял кровью.

Как⁈ Барьеры ведь…

– Стреляют антимагическими пулями! – рявкнул я. – Всем назад! Залечь на землю!

Сам же пополз к Драбу, собираясь выковырять из него пулю, а потом подлечить.

– Поздно, – каким-то образом рядом возникла Даника. С толикой меланхолии на лице, пустынная волшебница ела изюм в меду. – Он умер почти сразу. Пуля задела сердце и левое лёгкое.

– Почём знаешь? – скорее по инерции спросил я, приложив палец к шее волшебника. Пульса не было.

– Наблюдательность? – пожала она плечами. – Будешь?

Я взял немного изюма, перевернулся на спину и посмотрел в небо. Серое.

Изюм горчил.

* * *

Дахабские горы, взгляд со стороны

Солдаты Первой залегли за баррикадой, пережидая буйство стихий. Люди не рисковали даже смотреть туда, ведь яркость вспышек легко могла ослепить.

К сожалению, светопреставление длилось недолго. Союзных магов начали обстреливать, вынуждая их залечь, в то время как сайнадские колдуны – уже новенькие – принялись убирать последствия колдовства своих коллег, сражающихся на противоположной стороне.

Офицеры сайнадов быстро формировали новый строй. Младший воевода Пилекс Зарни орал, брызгая слюной, что атака не должна быть сорвана.

– Они использовали всё, что могли! Вы понимаете это⁈ – надрывался мужчина. – При всём желании они не сумеют подобное повторить! Соберите ещё ратников, у нас есть резервы! И в бой! В бой!

Меткие стрелки, владеющие особыми, зачарованными ружьями, позволяющими стрелять на значительно большее расстояние, выцеливали отдалённую площадку, откуда волшебники Первой совершили свой чудовищный удар. Часть «снайперов» владела запасом антимагических пуль, отчего являлись натуральными охотниками на магов.

Безусловно подобные ружья и пули к ним являлись колоссальной редкостью. Фактически, царь Велес выделил их из запасов собственной гвардии – как и предоставил воеводе Кердгару Дэйтусу своих лучших людей.

Для Сайнадского царства была очень важна молниеносная победа. Ради неё они были готовы практически на всё.

Активность офицеров и помощь магов не прошли впустую, но собрать разрозненные части столь быстро было попросту невозможно. Оставалось сделать ставку на качество. Буквально через десять минут, по практически полностью засыпанной новой наколдованной почве, направилась элита сайнадов – гвардия самого царя Велеса.

Следом за ними уже готовили более «простой» строй – ратников, которых наскоро направляли вперёд, даже не выставив в подобие строя. Да и зачем? Гвардия, часть из которой представляли собой сионы, проломит оборону, позволяя более многочисленным, но куда менее сильным ратникам добить войско Нанва.

Зарни, наблюдающий за происходящим со стороны, довольно потирал руки, уже представляя, как получит славу человека, одолевшего знаменитого после Фирнадана Тольбуса Логвуда. Ради этого, а также карьерного продвижения, младший воевода гнал людей на баррикады – в прямом смысле этого слова.

Сперва с флангов налетела лёгкая конница, засыпав всех пулями. Защитники скорчились за бортами, слыша стук снарядов, впивающихся в дерево. Часть из них успешно прошибала доски, то и дело раня солдат. Мимо бригадира Лоджа пролетело сразу две такие пули. Ещё одна отрикошетила от шлема и скользнула по кольчуге. Райнаб готов был заползти под повозку, если бы сумел.

Внезапно кто-то встал над его головой: смутно знакомый бригадиру солдат упёр край щита в борт, создавая временную защиту. Сержант, с характерными пометками на теле, присоединился к нему. Оказывается, внизу они прятались втроём. По повозкам загромыхали тяжёлые сапоги, и через мгновение вся баррикада была облеплена солдатами. Пехота упирала тяжёлые щиты точно так же, как виденный Лоджем солдат. Стрелки сидели на корточках подле остальных или прятались под козырьками. Выжидали.

Бригадир кивком поблагодарил стоящего рядом бойца, а потом поднялся на ноги. Град пуль словно бы стих.

– Стрелки! Сейчас!

Голос сумел прорваться через шум пальбы и нового наступления. Почти полторы тысячи человек, растянувшиеся по всей протяжённости линии, выглянули из-за заслонов в миг, когда к баррикаде приближалась лава всадников, чтобы вывернуть повозки. Солдаты дали залп почти в упор, в конскую грудь, целясь именно в лошадей. Несколько сотен скакунов взвизгнули единым голосом и упали. Пули, которые вполне себе могли пробить полный незачарованный доспех, порой пролетали конские тела насквозь.

После залпа стрелки подхватили оружие и дисциплинированно бросились в сторону второй – средней – баррикады. В битву вступила пехота.

На первой баррикаде одновременно могло встать не больше пяти сотен человек. Стреляющие обходили это ограничение, выставляя ружья в щели фургонов, но для сражения такое подходило слабо, отчего солдаты поделились на линии. Вторая линия стояла позади, помогая обороняющимся длинными копьями и дротиками. Тяжёлые снаряды летели в нападающих, убивая или раня животных и людей. Однако воинам не удалось сдержать всех атакующих: десятки крюков стукнули о борта, верёвки натянулись и мощно рванули. Несколько повозок, ослабленных предыдущей атакой, вывернулись наружу. Пехотинцы, которые не успели соскочить, были вырезаны в мгновение ока. В баррикаде образовалось несколько очередных проломов.

Знак, что пора отступать.

Бригадир, которому доверили командование войсками на передовой, сам принимал подобные решения, а потому махнул рукой. Горнист подул в рог, и почти половина солдат Первой покинули баррикаду, бегом бросившись в сторону проломов в частоколе. Там они сомкнулись, выставляя щиты.

Оставшиеся люди не теряли времени. Они вытаскивали заранее заготовленные бурдюки, меха и пузыри, наполненные маслом, которые споро подвешивали на фургоны, не забывая проткнуть их так, чтобы жидкость медленно стекала на дерево и успевшую немного отсыреть солому, разложенную под телегами.

Горн заиграл снова, и остальные солдаты, включая тех, которые стояли на баррикаде, закончив свои приготовления, бросились назад, занимая позиции подле второй линии обороны.

Однако за пределы второй баррикады они не отступали.

Всадники-гвардейцы сайнадов, мчащиеся на прорехи из вырванных фургонов, получили броски дротиков, но ожидаемо устояли. Оставшийся куцый строй солдат Первой, защищающий места с прорванной обороной, мгновенно бросился врассыпную, пропуская кавалерию внутрь.

Тяжёлая конница оказалась между первой и второй линиями баррикад. Новоприбывшие высоко держали свои копья, по нескольку человек въезжая в проломы. Были на них кольчуги, шлемы и щиты, расчерченные рунами, дававшими им повышенную защиту как от обычных атак, так и от магии.

Оказавшись внутри, гвардейцы Велеса моментально оценили ситуацию и помчались дальше – в стену щитов, которую подняла вторая половина пехоты, защищающая среднюю баррикаду. Выскочившие из-за укреплений стрелки выпустили поток смертоносного металла, чья сила позволила выбить нескольких гвардейцев из седла, однако основная масса сохранила положение, а в следующий миг копья ударили в ростовые щиты. Древки почти всегда ломались, но сила удара опрокидывала солдат, заставляла отступать, сбивая строй. В возникающие дыры въезжали кони, расталкивая пехоту своим весом, а тяжёлые сабли и топоры на длинных рукоятях звенели о шлемы и щиты. Солдатам Первой не хватало пик, копий и рогатин, что позволило бы держать всадников на расстоянии. Коротких мечей – для схваток в тесном строю, когда от противника отделяло лишь дыхание, – было недостаточно. Казалось, что пехоту вот-вот припрут к заострённым кольям средней баррикады и вырежут. В пролом первого ограждения ворвались уже более пяти сотен всадников и продолжали въезжать всё новые. На подходе были спешащие ратники.

Райнаб Лодж, отошедший за вторую баррикаду, сохранял спокойствие. Несколькими экономными движениями он послал вперед с полсотни солдат, подпёрших дрогнувшую было шеренгу. Потом отмахнул в сторону показавшихся на свет сапёров. Умелые броски метнули в сторону оставленной первой оборонительной линии зажигательную смесь. Кстати пришлось и масло, которое войска Первой оставили на покинутых баррикадах. Оно успело вытечь, отчего целая линия фургонов, включая и сено, полыхнула едва ли не мгновенно. Лошади, въезжающие в проломы, ржали, становились на дыбы и отступали перед жаром.

Стрелки вновь спустили курки, и несколько десятков из сотен всадников-гвардейцев, пойманных внутри горящего полукруга, повалились с сёдел.

Их рунное снаряжение не было рассчитано на естественный огонь, лишь на физические атаки и магию.

– Держать щиты! – рявкнул Лодж.

Щиты пехотинцев, стоявших сразу перед гвардейцами, подтянулись вверх. Нападавшие, которые уже должны были думать, что пробились сквозь пехоту и вот-вот снесут уже вторую баррикаду, внезапно оказались в ситуации человека, чей конь по брюхо провалился в зыбучие пески. Щиты пехоты создали ровную поверхность без дыр, куда можно было бы вбить остриё, а удары саблей или топором не имели ни шанса проломить преграду. Несколько мгновений кавалеристы отчаянно лупили в неё, а потом вновь поднявшиеся стрелки разрядили ружья, сбивая всадников с лошадей.

Какая-то часть, разумеется, погибла, но основная масса, надёжно закованная в защитное снаряжение, всё ещё жила. Ситуацию осложняли сионы, которые встречались среди гвардейцев, обычно имея офицерские звания. Однако здесь снова сыграли сапёры, метнувшие очередные «зажигалки» и кое-какие бомбы.

Полыхнуло. Взрыв опрокинул как конных, так и пеших, но будучи направленным именно против врага, нанёс им подавляющий урон.

Откуда ни возьмись, внизу, возле второй баррикады, появились ветераны: Чёрные Полосы, Дикие Гуси и оставшиеся сионы Первой. Оставив вершину на магов и лейтенанта Изена, остальные направились на помощь своим войскам.

Гвардейцы Велеса оказались в безвыходной ситуации, ловушке, и, как видно, поняли это. С баррикады их непрерывно расстреливали из ружей, метя с расстояния в десяток шагов в явственные на фоне огня силуэты. Каждый миг кто-то из всадников валился на землю – сам или вместе с конём. Пробиться вперёд не получалось, отступить – некуда. Отгороженные кольцом полыхающих повозок, они таяли на глазах.

Животные хрипели, брызгая красным, ручьи крови лились из ноздрей и рта. Всадники ссаживались и добивались на земле. Многие горели заживо, бессмысленно бросаясь из стороны в сторону и пытаясь сорвать с себя зачарованную чадящую форму.

Несколько десятков оставшихся наездников бросились назад, пытаясь выскользнуть из ловушки. Проломы в баррикаде были в пару-тройку метров шириной, однако перед каждым из них оказались навалены кучи соломы, досок и веток, пылавших теперь не хуже повозок. Только там, где первую баррикаду атаковали магией, дерева не было, его сдуло вместе с фургоном. И именно там уцелевшие всадники искали спасения.

Но бригадир Лодж не намеревался им этого позволить:

– «Бегущий град»! Вперёд! В наступление! – скомандовал он.

«Лишние» представители Первой поспешно сдали в стороны, отлично зная эту старую, но всё ещё актуальную тактику. Между тем пехотинцы, стоявшие в первой линии, расступились, пропуская второй ряд. Солдаты умело сформировали разомкнутый строй и двинулись в атаку. Первый ряд метнул свои дротики и остановился. Второй миновал его, дал залп и также остановился, третий, четвёртый и пятый повторили атаку. В миг, когда последняя линия метала дротики, солдаты первой линии сомкнули щиты и вытащили мечи. Лишь теперь Полосы, Гуси и сионы присоединились к ним, бросаясь в финальную, добивающую атаку.

Солдаты успешно прижали сайнадов к пролому. На этот раз ситуация перевернулась зеркально, и уже всадникам было некуда отступать: дорогу закрывала стена огня с единственным узким разрывом, через который они могли отходить лишь по одному, потому что жар, бьющий от пылающих повозок, сужал дорогу буквально до нескольких шагов. Град дротиков возымел страшные последствия, гвардейцы и лошади падали, громоздясь путаницей тел, бьющихся в крови и грязи. Из шести сотен гвардейцев Велеса осталось едва ли шестьдесят, прочие были мертвы или умирали, но те, что оказались между горящими повозками и стеной из щитов и мечей пехоты Первой армии, перестали искать пути бегства. Развернув коней они встали напротив атакующих солдат. Длинные копья склонились в сторону врага. Пехота Первой расталкивала их щитами и подбирались поближе к лошадям.

– Щиты! – раздался голос Лоджа.

Щиты взметнулись над головами. Объезженные для битвы кони пытались кусаться или подниматься на дыбы, бить копытами – безрезультатно. Пехотинцы в первой шеренге все силы клали просто на то, чтобы удерживать щиты на нужной высоте, а вторая шеренга тем временем ринулась в атаку. Солдаты шли под щитами товарищей и, добираясь до лошадей, вбивали клинки им в грудь либо подрезали ноги. Клёпаные доспехи коней не были зачарованны, так что не уберегали от достаточно сильного укола, нанесённого в упор, а кожаные ленты, обёрнутые вокруг лошадиных ног, не служили преградой для острых кромок мечей. Ржание и визг лошадей наверняка можно было слышать и на вершине Алербо.

В несколько минут весь первый ряд пал на землю, а пехота двинулась вперёд, на ходу добивая лошадей и всадников. В этом им активно помогало неожиданное подкрепление Маутнера и Дуфа. Внезапно всё смешалось: пехотинцы, гвардейцы, лошади, сионы, ветераны и обычные солдаты. Часть кавалеристов, кони которых были ранены, соскочили на землю, чтобы сражаться с противником пешими. Но в схватке, ведомой в толпе и тесноте, Первая армия не знала себе равных.

Немногих сионов оттеснили, сосредоточенно добивая точно такие же сионы Нанва. Остальных же взяли на себя умелые воины, прошедшие Фирнадан и знающие, как сражаться в любых условиях, даже, казалось бы, безнадёжных.

Пехотинцы старались сомкнуть ряды, сократить дистанцию, чтобы невозможно было размахнуться тяжёлой длинной саблей или топором. Били щитами, опрокидывая противника или ломая ему кости. Удары наносились в щели зачарованной брони, позволяя убивать «неуязвимых» гвардейцев практически как простых солдат. Их резали быстро и умело, как могут только профессиональные мясники. В несколько минут всё было кончено.

– Назад! – крикнул Лодж.

Пехота отступила с поля боя, оставив на окровавленной земле более шести сотен мёртвых сайнадов. И, насколько можно разобрать, ранеными – в непосредственной стычке – оказалось всего лишь несколько бойцов. Когда Первой удавалось навязать врагу собственные условия битвы, их подготовка и вооружение превращали всякий отряд в машину для убийства.

– Стена! – рявкнул Лодж.

Шеренга выровнялась. Пехота сомкнулась так, что между щитами не вошло бы и остриё ножа. Мечи плашмя ударили в толстую оковку верхнего края щита, и более чем из пяти сотен глоток выживших и выстоявших исторгся яростный вопль, вызов. Никто не смеет считать объединённую армию некогда вольных городов обычным мясом, о которое тупят мечи.

Столь быстрое и демонстративное уничтожение элиты сайнадской армии заставило врагов остановиться, а потом и вовсе сдать назад. Неорганизованные орды ратников в ужасе отступали, страшась даже подойти к охваченным огнём укреплениям.

Приближался полдень, и пока что победа оставалась за Первой.

* * *

– Хорошо управились, – сказал я Маутнеру. Капитан сидел возле второй баррикады, переводя дух после только что завершившегося штурма.

– Лучше, чем я ожидал, – согласился он.

– Что сейчас? – огляделся я. – Станем защищать вторую баррикаду?

– Логвуд уже встретился с Лоджем, Гаюсом, Дэйчером и Эдли, – назвал он самых высокопоставленных и умелых командующих. – Решили, что это будет лучшим выбором. А ещё мне сообщили, что выражают благодарность магам, которые очень своевременно уничтожили сайнадских колдунов. Если бы не это, у бригадира не получилось бы запереть гвардейцев в ловушке.

– Мы сделали свою работу, – пожал я плечами. – Безусловно сделали хорошо, – позволил себе скупую улыбку, – но и только.

Со вздохом Маутнер поднялся на ноги.

– А ещё, по их мнению, беженцы всё ещё слишком медленно поднимаются наверх.

– Ты же говорил, что их Серые Ворóны гонят?

– Возможно пустынникам всё-таки понадобится помощь, – оскалился капитан. – Я уже направил туда три десятка Полос. Пусть помогут, пока у нас есть время. А теперь давай-ка прогуляемся на верх. Хочу посмотреть, что делают сайнады.

Под «прогуляемся» Маутнер имел в виду, что я доставлю его наверх при помощи водных щупалец. В принципе, я мог позволить себе столь лёгкое чародейство без особых опасений, так что уже через десять минут мы стояли на вершине, осторожно выглядывая из-за деревьев.

– Гляди, – кивнул капитан.

Первая баррикада медленно догорала. Вокруг неё громоздились кучи трупов, взрытая копытами земля выглядела как свежевспаханное поле, на котором как раз взошёл странный урожай: обломки копий, брошенные ружья и мечи, воткнутые дротики и блестящие на солнце пули, которых было так много, что некоторые участки казались усыпанными чешуёй.

По внутренней стороне огненного полукруга несколько десятков солдат поспешно снимали сей урожай, вытаскивая оружие из земли и тел. У Первой было слишком мало ресурсов, чтобы бросать столько оружия.

– Не туда. На сайнадов, – поправил меня Маутнер.

Оторвал взгляд от суеты солдат, я глянул дальше. Малый воевода и его войска готовились к очередной атаке. И на этот раз было понятно, что они подходят к делу со всей серьёзностью. Разделялись на чёткие отряды, которыми управляли «головы». По тысяче, значит… Между ними то и дело сновали гонцы. Как минимум три группы в несколько сотен человек направлялись в сторону ближайшего леса. А за армией, на достаточном расстоянии, разбивали командующие шатры. Похоже Зарни осознал, что придётся задержаться.

Интересно, он делает это ровно в том месте, которое заминировали сапёры? – подумалось мне. – Или вряд ли можно рассчитывать на такую удачу? Ха-а… надо было, наверное, Ариану с ними посылать. Глядишь, Оксинта помогла бы своей избранной.

– Уже знают, что не возьмут врата долины с ходу, а потому готовятся к битве всерьёз, – озвучил капитан мои мысли. – Если полагаешь, что предыдущая атака была сильной, то посмотришь, что здесь будет твориться через час.

– Чёрт бы их побрал, – вздохнул я. – Вот зачем вообще лезут? И так отхватили себе столько земель! Могли бы и остановиться, сказать: «Мы утёрли Дэсарандесу нос, ведь прошли куда дальше Фирнадана». Но нет, продолжают переть и хоронить своих же солдат. Да, мы отступаем, но потерь им создаём куда больше, чем они нам! – сплюнув, мотнул головой. – У них уже больше половины Нанва в руках…

– Дерьмо у них в руках, – оборвал меня капитан. – Или забыл, что приказом Логвуда мы сжигали и уничтожали вообще всё, что только было можно? Сайнадам оставляли лишь руины и пустые каменные коробки. Ценности были взяты с собой и уверяю, аристократы до сих пор тащат свои сраные сундуки, набитые золотом. Что по пути сюда, что в гору сейчас. И плевать им, что это замедляет нас. О нет, заменили телеги, побросали фургоны, но основное-то, основное – у них при себе. Наверняка за нашей спиной нынче больше богатств, чем в сокровищнице самого Велеса. И они, – кивнул он в сторону готовящейся к битве армии, – прекрасно об этом знают. И видят, как всё это утекает от них. Остаётся лишь гнать и гнать дальше. До самого Магбура. Но лучше, в идеале для них – перебить всех нас прямо здесь. Уверен, Зарни планирует ещё до темноты захватить долину.

– Не захватят, – хмыкнул я.

Взгляд Маутнера вперился в моё лицо.

– Ты что, всё ещё охвачен горячкой боя? Я понимаю, ты – Сокрушающий Меч Кохрана и уже доказывал это. Волшебник, который может больше. Просто факт. Однако даже ты бывал ранен. Рука, – указал он на всё ещё не до конца исцелённую конечность, – тому пример. Думаешь, наша удача будет вечной? Кое-что я скажу тебе, лейтенант. Напомню, скажем так. С последнего привала солдаты Первой маршировали всю ночь и весь день, чтобы добраться сюда. Следующую ночь окапывались без минутки отдыха, а нынче с самого утра сражаются. Они уже смертельно устали, а к вечеру будут мертвы. Клятые сайнады не простят нам все свои унижения. Станут атаковать раз за разом, пока пехота от усталости не сможет поднять мечи и щиты. Или думаешь маги снова успешно проявят себя? Теперь про вас знают. А потому помешают. Может обстрелом, может своими колдунам, которых у Зарни не меньше, а то и больше. И тогда, возможно, тебе, Сокрушающий Меч, придётся самолично сдерживать всё их колдовство, на деле доказывая ранее сказанные слова. А теперь – спускай меня вниз. Я узнал всё, что нужно. Ныне у нас не будет и минуты передышки. Сообщи об этом Лоджу, чисто на всякий случай. Я направлюсь к чёртовым Ворóнам и попытаюсь их поторопить. Даже если придётся лупить ублюдков-беженцев, да травить их собаками. Ещё проверить резню скота… Проклятье, мне бы десяток колдунов, а не только тебя с Фолторном! Триединый, каждый человек на счету, каждая пара рук…