Текст книги ""Фантастика 2024-164". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Роман Злотников

Соавторы: Евгений Решетов,Даниил Калинин,Алексей Трофимов,Владимир Малыгин,Константин Буланов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 334 (всего у книги 349 страниц)

– Я – архилич. У меня нет обоняния, – напомнил я и следом кое-что уточнил, хотя давно должен был сделать это: – Кира Игнатьева точно в особняке?

– Да. Окна её спальни на третьем этаже. Вон те, угловые, – уверенно сказала девушка и указала на них пальчиком, скрытым тонкой кожаной перчаткой.

– Хорошо, – кивнул я и, не вытаскивая руку из кармана, переодел перстень. Теперь на моём пальце сидела магическая цацка Г-ранга.

Тень негромко свистнула и кинула мясо за забор, а потом метнулась к соседнему дому. Я рванул за ней и затих в темноте, напряжённо глядя на кусты. Они задрожали и появились четырёхлапые силуэты.

– Один, два, три… – начала считать Тень.

– Пять. Я их хорошо чувствую. И помимо них, вроде бы, рядом больше никого нет: ни живых, ни мёртвых.

– Отлично. Значит, все псы прибежали. Повезло.

– Ага, только двум, кажется, ничего не досталось, – буркнул я. – Их угощение съели более расторопные собаки.

– На, – протянула мне девушка ещё несколько кусков мяса. – Брось их псам, а то я не докину.

Я размахнулся и резко швырнул куски. Они полетели с приличной скоростью. Одна собака даже болезненно тявкнула, когда мясо угодило в неё. Однако уже через миг она с большим аппетитом сожрала его, грозно порыкивая на своих товарок.

– Вот теперь все поели, – азартно потёрла ладошки Тень.

– А почему мы просто не убили их? Ты топишь за права животных?

– Чего? – не поняла она, а потом с осуждением проговорила: – Всё-таки видно, что ты архилич, а не человек, хотя, порой мне казалось, что ты именно человек. Но любой человек знает, что вампиры способны чуять кровь на большом расстоянии. Если бы мы убили собак, то Игнатьевы унюхали бы кровь и поняли, что творится нечто неладное. Ясно?

– Ясно, – пробормотал я, решив не огрызаться, хотя тон девчонки мне не понравился.

Глава 8

Тень подбежала к забору и уставилась на мирно дрыхнущих псов. Все пять тушек лежали в кустах и никак не реагировали на девушку.

– Отлично, – выдохнула Тень, потрогав ближайшего пса рукой, просунутой между прутьями забора. – Спят как бухие младенцы. Можно лезть.

Девушка ловкой кошкой взлетела на забор, а затем спрыгнула с него и перекатом погасила инерцию.

Моё же нынешнее тело было не столь ловким, поэтому я не так эффектно перемахнул забор, но всё-таки одолел его.

– Пошли, – махнула мне рукой девушка и, согнувшись, двинулась к дому, сливаясь с мраком. – И это… сообщи, если почувствуешь сторожа. У Игнатьевых он есть. Но этот человек больше предпочитает дрыхнуть в своей сторожке, чем охранять территорию. Он свято уверен, что только откровенный идиот полезет к вампирам.

Я кивнул и уже привычно двинулся за ней, настороженно прислушиваясь к своей чуйке. Она утверждала, что рядом нет ни живых, ни мёртвых.

Так по пути к дому нам никто и не встретился. А уже около оного Тень проговорила, глядя на фасад:

– Сумеешь забраться на третий этаж? Вон там куча декоративных деталей, за которые можно уцепиться, карабкаясь наверх. Я полезу первой и открою окно.

– Сумею, – решительно выдал я, оценив «маршрут».

Тень тотчас подошла к стене и полезла к окнам третьего этажа. И двигалась она так, словно с детства занималась скалолазанием. Она чуть ли не в мгновение ока добралась до окна, вытащила из кармана какой-то предмет и с помощью него вырезала в стекле отверстие. Сунула в него руку, открыла шпингалет и отворила окно. И уже через мгновение она скрылась в доме.

– Ну, поехали, – пробормотал я себе под нос и начал карабкаться по стене особняка. Делал я это неспеша и основательно, опасаясь сорваться. Всё-таки я и прежде не особо хорошо лазал по домам. Вот убивать и шутить – тут я эксперт.

– Ты долго? – нетерпеливо прошипела Тень, выглянув из окна.

– Если упаду, будет ещё дольше, – пробурчал я. – Не отвлекай меня.

Девушка фыркнула и скрылась с глаз долой. Но кое-кто всё-таки отвлёк меня…

До моих ушей донёсся лязг доспехов и негромкие голоса. Я тут же замер и повернул голову. По улице шли три стражника. И как раз сейчас они проходили мимо забора, опоясывающего территорию Игнатьевых. Если бы не мрак, то они бы точно заметили меня. А так – стражники должны были пройти мимо, ну, если я не выдам себя падением. Поэтому лучше переждать и не дёргаться, а то вдруг сорвусь.

– … Вот такая беда, Филип, – грустно закончил один из стражников. – Отхватил я себе палец. Теперь у меня их девять.

– Да ладно, не переживай. Я всегда считал, что десять – это слишком много, – сказал другой и громко захохотал.

– Тихо ты, – шикнул на него третий. – Гогочешь во весь голос, а дворяне спать изволят. Завтра нам влетит по первое число, если мы разбудим кого-нибудь.

– Я не так уж громко и смеялся, – попытался оправдаться хохотун Филип. – Вон собаки к забору не подбежали, а обычно они даже на звук наших шагов сбегаются.

– Да-а-а, – задумчиво протянул девятипалый и начал замедляться. – Странно это… Может, чего у Игнатьевых случилось?

– Ты не тормози. Не тормози. Шут с ними с этими вампирами, – торопливо выдал Филип, повернув голову в сторону особняка Игнатьевых. – Мало ли почему собаки не подбежали? Вдруг спят? Или сторож забыл выпустить их? Игнатьевых лишний раз лучше не тревожить. Проблем потом не сосчитаем. А может они кого и высосут из нас. Пойдёмте, пойдёмте, братцы.

«Братцы» охотно поддались на уговоры хохотуна и ускорила шаг. Вскоре они скрылись за поворотом.

А я, испытав истинное облегчение, продолжил карабкаться к окну. И буквально через десяток секунд добрался до него. Миновал подоконник и оказался в длинном коридоре с красной ковровой дорожкой и картинами на стенах.

– Тебя только за смертью посылать, – пробурчала Тень, выйдя из-за плотной портьеры.

– Логично. Я же – архилич.

– Вон за той дверью в конце коридора находятся покои Киры Игнатьевой, – указала девушка рукой. – Я с тобой не пойду. Драки и убийства – это не моё.

– Жаль. Многое теряешь, – иронично усмехнулся я и пошёл к покоям рыжей стервы.

Время у меня ещё было, как минимум, пара-тройка часов, так что уже можно не спешить, а постараться всё проделать без шума и пыли.

Я подошёл к двери и приложил ухо к её поверхности. Тишина. Тогда я посмотрел в замочную скважину и увидел лишь полумрак, укрывший большую кровать с балдахином. Комната оказалась довольно большой, прям здоровенной, поэтому моя чуйка не добралась до кровати, стоящей у дальней стены.

Ладно, пора заходить.

Моя рука мягко надавила на дверную ручку, и та поддалась. Я бесшумно приоткрыл дверь и сунул голову в образовавшуюся щель. Никто с криками не бросился на меня, посему я тихонько проскользнул в комнату. Прижался к стене и двинулся к кровати, держась во мраке, царящем около платяных шкафов.

Мои ноги ступали по толстому ворсистому ковру, скрадывающему звуки шагов. А глаза внимательно следили за кроватью.

Чуйка же вдруг просигнализировала мне, что за неприметной дверью в углу комнаты находятся двое: живой и мёртвый. О как… На кровати же, вроде бы, никого нет. Я уже более смело подошёл к ней и обнаружил лишь смятые простыни, пустую бутылку вина на прикроватной тумбочке и пару бокалов.

Хм, становится всё более интересно.

Я буквально на цыпочках подошёл к неприметной дверке и прислушался. Внутри царила тишина, нарушаемая едва слышным плеском воды и беззаботным мурлыканьем под нос. Замочной скважины в двери не оказалось, так что мне придётся рискнуть.

Я приготовился к использованию магии и одновременно осторожно приоткрыл дверь, плавно проскользнув в просторную ванную комнату с двумя незанавешенными окнами. Сквозь них проникал тусклый лунный свет. Он падал на бронзовую ванную на изогнутых ножках, похожих на лапы льва. И в ней, рыжей головой ко мне, лежала девушка.

Тёмная вода скрывала практически все её тело, а лицо с такой позиции хрен разглядишь, поэтому я не мог с уверенностью сказать Кира это или нет. Да и её мурлыканье под нос ничего не давало. Так голос не узнаешь. Но эту вампиршу точно было за что грохнуть.

Около ванной на кафеле лежал бледный обнажённый юнец с едва-едва появившимся пушком на гениталиях. И лежал он не потому что устал или счёл пол замечательной кроватью. Нет. Просто парнишка был мёртв окончательно и бесповоротно. Об этом твердили мои глаза и чуйка. На шее бедолаги красовались две точки, а рот оказался мучительно раззявлен. Сомнений быть не может, вампирша выпила его до дна, а теперь довольно плескалась в ванной. Я даже немного позавидовал ей. Она умрёт с хорошим настроением…

Я вскинул руку и выпустил «паутину» Г-ранга. Она туманной сетью пронеслась через всё помещение и ударилась в ванную. Металл остался нетронутым, а вот рыжая голова развалилась на несколько частей, булькнувших в воду.

Мурлыканье тотчас прекратилось. А я подскочил к ванной, сунул руку в воду с кровавыми разводами и вытащил за волосы часть головы.

– Всё-таки Кира! – обрадованно выдохнул я, узнав рыжую стерву по уцелевшему куску лица.

Меня тут же охватило облегчение. Кажется, ректор спасён. Надеюсь, вампиризм не сильно извратил его душу.

Но тут вдруг моё настроение испортил грозный мужской крик, раздавшийся в коридоре. Это ещё что? Нежели нас спалили?

Ответом на мои вопросы стал звук быстрых лёгких шагов и ворвавшаяся в ванную комнату Тень.

– Нас раскрыли! Надо бежать!

– Твою мать, – отбарабанил я и со злостью швырнул фрагмент головы в окно. Жалобно взвизгнуло стекло и осколками осыпалось на землю. – Уходим через окно.

Я подскочил к подоконнику и лихим ударом кулака с хрустом сломал деревянную раму. Она вылетела из окна и упала в цветы, растущие около дома.

Девушка мигом забралась на подоконник, лихорадочно осмотрела стену и, сглотнув, протараторила:

– Спуститься будет нелегко.

– Выбора нет, – выдал я, слыша нарастающий шум. Звучало всё больше голосов, бряцали доспехи и гремели отрывистые команды. Кажется, к нам направляется десяток-другой существ.

– Тут ты прав, – пролепетала Тень и принялась спускаться по стене.

Я последовал за ней, выкрутив свою ловкость до максимального значения. Но всего одно, слишком поспешное движение, привело к тому, что я сорвался и с воплем грохнулся в цветы. Боли не было даже несмотря на то, что в мою спину воткнулись куски стекла.

– Решил сократить путь, – иронично бросил я спрыгнувшей на землю девушке и встал на ноги, торопливо проверяя все функции своего мёртвого тела. Ежели какие-то кости и сломались, типа пары рёбер, то они не повлияли на работу моей тушки.

Я вместе с девушкой со всех ног бросился к забору, попутно накинув на нас четыре довольно слабенькие защиты: две от физического урона, и две от магического. И мне весьма вовремя удалось проделать это. Из разбитого окна ванной комнаты в нас полетели пули и светло-зелёные туманные магоформы, принадлежащие к магии жизни.

– Вампиры – это маги жизни⁈ – удивлённо выпалил я, заметив среди атакующих рыжие головы.

– Ты разве не знал? – удивилась девушка и тотчас указала рукой на отряд, выскочивший из парадного входа особняка. – Вон ещё!

– Сколько же здесь их⁈ – ахнул я, отметив то, что всех атакующих покрывала магическая защита. А кое-кого покрывала магическая защита прям очень высокого Б-ранга. Мне бы даже с перстнем А-ранга было бы тяжело справиться со всеми ними, что уж говорить о побрякушке Г-ранга, которая поблёскивала на моём сером пальце.

– Много, – выпалила девушка, подбежав к забору. – Кажется, именно сегодня Игнатьевы принимали гостей. А те, видимо, решили остаться с ночёвкой. Наверняка это тёмные боги решили подшутить над нами.

Тень быстро перемахнула забор, а я просто ухватился за прутья, поднатужился и раздвинул их. Получившейся «щели» вполне хватило для того, чтобы я боком протиснулся в неё, содрав с одежды пару пуговиц, зацепившихся за прутья. Они упали на землю. А мы с девчонкой ломанулись в самый тёмный переулок.

– Держите их! – заорали Игнатьевы, бегущие к забору.

Тотчас сбоку раздался пронзительный звук, извлечённый из свистка. И я увидел тем самых стражников, что прежде проходили мимо особняка вампиров. Они вышли из мрака, скрывающего ту сторону улицы, где стоял дом, с чьей крыши мы недавно спустились по верёвке.

Кажись, к дому с верёвкой нам не прорваться, поскольку все стражники мгновенно накрылись довольно сильными магическими защитами. Тьфу, млять! Тут каждый второй, что ли, маг? Мне эту троицу так просто не завалить. Пока я буду с ними биться, Игнатьевы подоспеют.

– Тёмные боги точно ополчились против нас! – с надрывом выдохнула девчонка и припустила что было силы.

Она побежала в противоположную от стражников сторону. А те бросились за нами, грохоча доспехами и стреляя из крупнокалиберных пистолетов. Одна пуля угодила в защиту девчонки, заметно снизив её прочность и заставив Тень побежать ещё шустрее.

Плащ развевался за её спиной, а ножки мелькали с умопомрачительной скоростью. Встречный ветер даже сорвал капюшон с её головы. И я увидел короткие белокурые волосы, острые ушки и тонкий профиль с большими голубыми глазками. Хм, симпатичная эльфиечка. На вид ей было лет двадцать.

– Надо прорываться к винному магазинчику. По-другому нам не покинуть Золотой квартал, – протараторила она на бегу, дыша так шумно, словно хотела выплюнуть легкие.

– Отстали немного, – проговорил я, повернув голову назад.

Стражники и Игнатьевы действительно оказались не такими хорошими бегунами, как мы с эльфийкой. Но у нас возникла другая проблема. Свист стражников привлёк внимание других представителей правопорядка. Тут и там начал раздаваться похожий свист, сигнализирующий стражникам, кто где находится. И этот свист со всех сторон стал приближаться к нам, словно эти черти точно знали, где мы. А они, кажется, и знали…

Я вскинул голову и увидел нескольких орлов, парящих в ночном небе. Видать, сраные друиды взяли их под свой контроль. В прежнем мире друиды не обладали такими способностями, а в этом, – видимо, обладают. Гадство!

– За нами следят орлы, – произнёс я, мчась рядом с начавшей уставать девчонкой, хотя мог бы и обогнать её.

– Знаю! – выдохнула она и бросила на птиц отчаянный взгляд. – Ты их не собьёшь?

– Нет. Не стоит даже пытаться. Они слишком высоко и успеют увернуться даже от «срезней».

– Проклятье! – зло прошипела девчонка и резко свернула в узкий проход между домами.

А там нам встретились стражники, оказавшиеся буквально в паре метров от нашего дуэта. Благо, они растерялись, видимо, не подозревая, что мы так близко. Правда, и Тень растерялась. Она пронзительно вскрикнула, а я выдал целую серию из магоформ. Маны-то у меня было завались.

Двое из трёх стражников погибли мгновенное. Их головы превратила в гниль моя магия смерти. А вот третий успел накрыться защитой и даже контратаковал. Его огненная магоформа «булава» расплескалась по моей магической защите, осветив ночь. Но на большее стражник не решился.

Он ринулся прочь, громко вопя. Но я без всякой жалости последовательно всадил в его спину две разные магоформы Д-ранга: «копьё» и «меч». Они проломили его защиту. А давно отстоявшая откат «паутина» развалила тело мужчины на пару десятков фрагментов. Они кровавыми кусками упали на брусчатку, заставив Тень прижать ладошку к губам и издать характерный блюющий звук. Но её не стошнило.

Она справилась с собой и побежала по проулку, лихорадочно протараторив:

– Слышишь, где больше всего свистят⁈ Они отрезают нам путь к ближней части стены, а там и находится винный магазинчик. Проклятье! Всё пропало! Нас поймают и обезглавят! И зачем я ввязалась в эту авантюру⁈

Девушка прямо на бегу начала плакать, а затем резком остановилась, упала на колени и ещё горше зарыдала, закрыв лицо руками.

Её плечи вздрагивали, а плач мог разжалобить камни. Однако судей он точно не разжалобит. Эльфийка права. Если нас поймают, то точно убьют. И хорошо если убьют без пыток. Хотя мне-то чего бояться пыток? Я ведь ничего не чувствую. Однако меня буквально раздирала одна лишь мысль о том, что мой многолетний труд споткнётся и упадёт прямо на финишной прямой.

Так, где там пирамида? Она всё так же пряталась за собором, находящимся в центре Золотого квартала. Возможно, город как раз и построили вокруг пирамиды. И раз путь к стене нам заказан, значит, сами боги велели мне прорываться к пирамиде. Надеюсь, для стражников такой манёвр станет неожиданностью.

– Хватит плакать, – схватил я девушку за хрупкое плечо. Казалось, сожми я пальцы чуть сильнее и сломаю её кости. – Вставай. У нас ещё есть шанс.

– Какой? – сквозь слёзы выдала она, посмотрев на меня полными надежды мокрыми глазами.

– Надо пробиться к пирамиде, – коротко выдал я, без проблем поставив девчонку на ноги.

– Зачем?

– Если я пройду через Врата, то стану богом.

Тень удивлённо распахнула ротик и посмотрела на меня, как на идиота, пускающего слюну, а затем истерично расхохоталась. Пришлось влепить ей слабенькую пощёчину, чтобы остановить смех. Голова девушки дёрнулась, рот закрылся, а глаза обожгли меня яростным взглядом.

Однако уже через мгновение Тень ломанулась в сторону пирамиды, со злой решимостью прокричав:

– Хрен им, а не суд надо мной! Я лучше сдохну, войдя во Врата. Лишу этих уродов радости суда надо мной. Пошли они все в жопу! И боги пусть туда же идут! И ты архилич иди в жопу!

Я бросился за ней, заметив нервную дрожь, сотрясающую тело девчонки. Её переполняла решимость обречённого на смерть. Она явно не поверила в то, что я могу стать богом, и решила по-своему уйти из жизни, через Врата, хотя могла бы просто попросить меня убить её. Но, видимо, где-то в её головке всё-таки сидела фантастическая мысль, что Врата наделят её божественной силой. Как говорится, утопающий схватится и за бритвенно-острый нож.

Мне играл на руку порыв девушки, поскольку её хоть и сжигали эмоции, однако она бежала к пирамиде такими путями, на которых нам не встречались стражники, оглашающие квартал звуками своих свистков. И даже орлы не помогали им в поимке нашего дуэта.

Глава 9

Вскоре показался собор. Серый и величественный. Он стоял в центре площади, мрачно нависая над округой. Несколько стрельчатых окон оказались освещены, и за ними угадывались очертания монахов. Мне кажется, что я даже заметил любопытную бородатую физиономию, приникшую к стеклу.

Тень тоже заметила монахов и показала им неприличный жест.

– Выкусите, недоноски! – истерично выпалила она и следом глянула на отряд стражников, выскочивших на площадь.

Они сразу же принялись стрелять в нас из револьверов и швырять магоформы. Но мы уже нырнули в узкую щель между особняками и, чуть ли не боком, помчались между стен, сложенных из блоков.

Я умудрился порвать рукав и потерять левый ботинок. Он угодил в какую-то выбоину. И я не стал спасать его, а продолжить бежать за девчонкой. А та выскочила из щели и очутилась ещё на одной площади. Только эту теперь занимала пирамида со срезанной вершиной. К ней вели широкие истёртые ступени, по бокам которых горели факелы. Площадь же освещали горбатые электрические фонари.

На вершине пирамиды красовались Врата Богов, а у подножия стояла очередь из десяти человек. Они тревожно оглядывали площадь и возбуждённо шептались, явно обсуждаю облаву, устроенную стражниками, перебудившими весь Золотой квартал.

Один из людей медленно и торжественно поднимался по ступеням пирамиды, вознамерившись пройти через Врата Богов. А те пока не подавали признаков жизни, то бишь не светились голубым светом.

– С дороги, проходимцы! – крикнул Тень тем людям, что стояли около пирамиды.

Они испуганно бросились в разные стороны, не став спорить с эльфийкой, окутанной защитной магией. Да и выметнувшиеся на площадь стражники добавили веса её словам. Любой бы понял, что эта ушастая девчонка и мёртвый красавчик – опасные преступники, раз за ними гонится такая орава стражников. А их и правда было много: штук тридцать.

В общем, среди околачивающихся около пирамиды людей смельчаков не нашлось. Никто не попытался задержать преступников, так что мы с девчонкой помчались по ступеням к Вратам Богов. Однако на нас обратил внимание человек, бредущий к вершине. Он повернул голову, помедлил пару мгновений и поскакал к Вратам. А те начали разгораться… По арке побежали голубые искорки и задрожал воздух вокруг неё.

– Если сейчас этот чёрт обгонит нас и нырнёт во Врата, то в следующий раз они включатся лишь через час. Верно⁈ – выпалил я.

– Ага, – прохрипела девчонка, бегущая из последних сил. Её шатало из стороны в сторону, а по юному лицу стекали капли пота. Глаза уже затянулись отупляющей усталостью, когда хочется просто упасть и на всё наплевать.

– Нам такой вариант не подходит, – отбарабанил я, повернув голову назад. Стражники уже бежали к пирамиде, не оставляя попыток нагнать нас.

– Всё, – едва слышно выдохнула эльфийка. – Не могу больше…

– Я тебя спасу, – пообещал я ей и что было сил рванул к вершине, попутно принявшись швырять магию в того урода, что мчался ко Вратам, уже засиявшим бледным голубым светом, озарившим округу.

Однако этот гад оказался магом огня, пусть и слабеньким. Он закрылся защитными магоформами, отразившими мои атаки. Брызги от столкновения магических энергий отразились в глазах отставшей эльфийки. Она уже ползла на четвереньках, с трудом преодолевая ступени.

– Твою мать! – вне себя от злости выдал я, скрежеща зубами. – Тёмные боги словно действительно ополчились против меня. Ну разве не могла ко Вратам идти какая-нибудь бабушка, помирающая прямо на ходу⁈ Но – нет! Маг! Да ещё, млять, какой прыткий! Он будто всю жизнь готовился к этому забегу! Надо что-то с ним делать… Стой, друг! Я заплачу тебе гору золота! Остановись!

– Да вот хрен тебе, – донёсся его приглушённый расстоянием мерзкий, высокий голосок, скребущий барабанные перепонки. – Я всё просчитал! Тот, кто сейчас пройдёт через Врата, станет богом. И это буду я, а не ты! Хи-хи.

Его крысиный, торжествующий смех ворвался в мои уши. И ведь этот придурок действительно верит в свои расчёты. Он без всякого сомнения мчался к Вратам. А те становились все ближе и ближе к нему. И, казалось, что уже ничто не сможет остановить его.

Но тут мне в голову пришла отчаянная идея…

– Ну, сука, держись, – прошипел я и активировал «кляксу» В-ранга.

Да, она была выше уровнем, чем мой перстень. Но магическая побрякушка всё-таки сумела исторгнуть её, но тут же взорвалась. Да так взорвалась, что у меня руку оторвало по локоть, а сам я грохнулся набок. Но зато «клякса» вонзилась в защиту бегуна, проломила её и впилась в его тело.

Чёртов «математик», что-то там высчитавший, пронзительно завопил, с ужасом глядя на то, как его тушка стремительно гниёт. Он упал на колени и пополз к Воротам. Они уже были совсем рядом, в каких-то двух-трёх метрах от него.

– Сдохни же! – выхаркнул я, встал на ноги и помчался к вершине, попутно бросив взгляд на стражников.

Они уже спеленали Тень и теперь мчались за мной, открыв огонь из револьверов. Мимо меня засвистели пули и зашуршала магия. Кое-что попадало в мои защиты, но они пока держались. Тело же даже с оторванной рукой вполне хорошо функционировало. Рука – это же не нога. Поэтому я довольно шустро бежал по ступеням, вцепившись взором в гниющего бегуна. Он превратился в жижу с костями буквально в полуметре от Врат. А те уже полностью разгорелись, сияя, как пламя Прометея в ночи.

Я преодолел последние ступени и влетел во Врата, отчаянно надеясь, что Список – это не мистификация.

Меня накрыла тьма, а затем я почувствовал чудовищную боль, словно в моё тело слюнявыми пастями впились десятки голодных псов, решивших разорвать мою плоть. Нет, не плоть. Саму душу!

Казалось, что боль никогда не пройдёт. Она сводила меня с ума. И я бы, наверное, сорвал горло, пронзительно вопя, но оно у меня попросту отсутствовало.

Я вообще не понимал, что происходит. Вроде бы моя душа после перехода через Врата покинула тушку лича, но куда она попала? Может, я всё-таки умер и сейчас лечу на перерождение? Вот это был бы эпический провал.

Но вдруг тьму разорвало свечение. И оно оказалось не белым, как во время перехода из тела в тело, а золотистым.

Моя душа устремилась к свечению, как мотылёк к зажжённой лампочке. И буквально через миг я очутился в этом свечении, а потом снова наступила тьма. Однако появилось ощущение реальности.

Я чувствовал под своей щекой шероховатый камень то ли плиты, то ли мощёной дороги. Кажись, я лежу на ней. Причём голым. Наверное, надо бы украдкой открыть глаза и осмотреться. Чувствую я себя на удивление хорошо, поэтому, ежели чего, могу и сразу в драку ввязаться, если кто-то решит покуситься на мою жизнь.

Мой левый глаз чуток приоткрылся и увидел древний, как дерьмо мамонта, храм. В жаровнях изгибались языки пламени, потолок подпирали потрескавшиеся мраморные колонны, а около белой, как алебастр, стены, красовались искусно выполненные статуи. Какие-то уже наполовину разрушились, а какие-то казались новенькими, словно вчера сделанными.

– Можешь встать, хватит притворяться, – раздался позади меня глубокий, властный мужской голос.

– А я и не притворяюсь. Просто наслаждался лежанием на плитах, – иронично проговорил я, резко приняв вертикальное положение.

Я действительно оказался голым. При этом я был в своём родном теле, в том самом, в котором родился. Мой взор сразу заприметил знакомый изогнутый шрам на ноге. Я получил его, когда сверзился с забора, кидая камни в толстого стражника.

– Вероятно, у тебя много вопросов, – произнёс седобородый, благообразного вида старец в белой хламиде и с золотым обручем на длинных, седых волосах.

Его лицо было испещрено бесчисленными морщинами, крючковатый нос нависал над бледными губами, а в ярких, синих глазах горела такая магическая мощь, что мне аж захотелось попятиться. Но я наоборот – до хруста расправил плечи и вскинул голову, бесстрашно глядя на этого старца, явно прожившего уйму лет. От него буквально веяло древностью, как и от всего этого места.

– Вы не ошибаетесь. Вопросы есть, – наконец-то проговорил я, нисколько не стесняясь своей наготы. – И вот первый… Я стал богом или просто умер и теперь меня ждёт перерождение?

– Пойдём, Абрат, – приглашающе махнул рукой старец, назвав меня по имени, тому имени, что дала мне мать при рождении.

– Если вы знаете моё имя, то назовите своё, – проговорил я, двинувшись за дедком.

– У меня много имён, но ты можешь называть меня Ой.

– Хм, я уже слышал это имя. Так называют одного из богов высшего пантеона. Он отвечает за всё, что связано с рождением. Обладает магией жизни, – произнёс я, почувствовав, как от волнения покалывает подушечки пальцев. Бог! Передо мной настоящий бог!

– Верно, – кивнул старик, подвёл меня к статуям и указал на одну. – Кто это?

– Парень какой-то, – недоумевающе произнёс я, прищуренными глазами рассматривая экспонат. – Его недавно вырезали из мрамора. Физиономия, конечно, у него довольно высокомерная и слащавая, а поза горделивая. Мне бы такой человек не понравился, ежели бы он существовал в реальной жизни. Наверняка, он был бы ещё тем засранцем. Постойте… этот шрам на ноге. Так это же я!

– Верно. Это младший бог смерти Абрат.

Меня тут же охватило невероятное облегчение. На губах появилась дурацкая улыбка, а ноги подогнулись. Я сделал это! Мне удалось стать богом! Всё было не зря!

Хотелось плясать и орать во всё горло от счастья. Но я, пусть и с огромным трудом, однако всё-таки подавил эмоции и натянул на физиономию каменное выражение. Не пристало богу смерти, пусть даже младшему, лыбиться, как идиоту.

Старик же с печалью в глазах посмотрел на меня и проговорил:

– Придёт время, когда твоя радость испарится, и ты поймёшь, что быть богом – тяжёлая ноша.

– Да, да, я всё понимаю, – отмахнулся я и следом спросил: – Поведайте же мне о тех плюшках, что сулит статус бога. Да и вообще, введите меня в курс дела. Вы ведь явно здесь за этим.

Ой тяжело вздохнул, заложил руки за спину и двинулся вдоль шеренги изваяний:

– Как ты уже понял, каждая из этих статуй – это бог. Кто-то жив, а кто-то уже погиб. Но всех их питала вера разумных существ. Без неё любой бог не сильнее обычного архимага. Тебе нужно будет завоевать веру существ. Строить для них храмы, зиккураты или иные здания, куда мог бы прийти каждый желающий и помолиться богу смерти Абрату. Но сам ты не должен возводить места для поклонения себе. В мирах смертных ты должен действовать только через своих эмиссаров. Так велит закон Равновесия. А ежели ты нарушишь его, то Первый тебя покарает.

– А кто такой Первый? – мрачно спросил я, заподозрив, что жизнь богов – это совсем не пьянки до упаду и вседозволенность.

– Самый сильный из нас. Никто не знает, как он выглядит и над чем властвует. Он всегда приходит из ниоткуда в новом обличии и молча делает своё дело. Даже имя Первый ему дали другие боги. Истинного его имени не знает никто. Однако все боги знают, что именно Первый следит за соблюдением Законов из Великой Книги. Напомни, чтобы я дал тебе экземпляр.

– Непременно, – кивнул я, облизал губы и, помявшись, спросил: – А вот, если вдруг, один мой знакомый бог захочет уничтожить империю мерзопакостных существ, то что будет, если он разрушит их столицу, перебив всех правителей?

– Первый отправит его в Никуда. Ты же знаешь, что боги не перерождаются? Колесо не принимает их души.

– Ого-го, – почесал я в затылке. – Вот это новости.

– А так ли уж тебе нужно было становиться богом? – понимающе усмехнулся старик. – На тебе теперь лежит великая ответственность. Будучи младшим богом смерти, ты должен помогать заблудшим душам добираться до Колеса.

– Призракам, духам и прочим монстрам, коими стали люди после смерти? – вопросительно заломил я бровь. – По моим сведениям, их нынче так много, что впору поднять вопрос о некомпетентности других богов смерти. Я же не один такой.

– Не один. Но все они выполняют свои функции. Кто-то лучше, кто-то хуже, но никто не отлынивает, даже те, кто погряз в интригах.

– Интриги я люблю, но чую, что мне пока в них лучше не встревать.

– Мудрое решение, – похвалил меня Ой.

– А вот если вернуться к проблеме моего знакомого бога, – проговорил я, прекрасно понимая, что такой чушью не обману древнего бога, который уже песком кашляет. Но всё-таки мне почему-то не хотелось прямо говорить, что ящеров хочу уничтожить именно я. – Так вот эмиссары моего знакомого бога могут разгромить империю этих зловредных существ, после поражения которых трава сразу же станет зеленее, девке симпатичнее, а солнышко ласковее? Первый не станет убивать этого бога? Или всё же грохнет его?

– Не станет, – обнадёжил меня старик. – Боги часто воюют руками разумных созданий. Возможно, и за империей этих поганых существ стоит какой-то бог, а может и коалиция из богов.

– О как, – неприятно изумился я.