Текст книги ""Фантастика 2024-164". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Роман Злотников

А как не сближаться? За чаем идти вниз нужно, там у нас камбуз, там и небольшая столовая. Опять заминка. Выручили гости, сразу решили расставить все точки:

– Можете не опасаться. Мы пришли поговорить об этом печальном недоразумении, – повёл глазами в сторону грузовиков. – Даже если не договоримся, до нашего отъезда никто вас не тронет.

– И власти?

– Я же говорю – никто.

Придётся верить. И потому что у меня другого выхода нет, и потому что вниз нам иначе не спуститься.

– Хорошо. Камбуз внизу.

И начал спускаться по трапику. Отдёрнул занавески на маленьком иллюминаторе, так будет светлее, повернулся к спустившимся гостям. Какой чай? Мы его ни разу не пили, обходились всё время водой и кофе. Может, он где-нибудь и лежит, да что-то я его не видел. И девчонка не находила. Да и зачем чай, если кофе много, и вкусного такого, ароматного кофе?

– Могу угостить только кофе. Заварить?

Переглянулись, дружно качнули головами:

– Жаль. Но тогда только поговорим.

– Хорошо. Присаживайтесь.

Подождал, пока рассядутся гости, и только тогда уселся сам, на диванчик напротив. Ваш ход.

– Ваш человек договорился с нами…

– Погодите, – перебил. Хоть это будет и невежливо, но лучше сразу обозначить позиции. – Это не мой человек. Скорее, он мой пленник, сбежавший с судна и решивший с вашей помощью его захватить. Что он вам наплёл, не знаю, да и знать не хочу. Об одном жалею, что не убил его сразу же.

– Это несколько меняет дело… Но поймите нас правильно… То, что вы говорите сейчас, это тоже только слова, причём бездоказательные. Он уверял, что судно и груз принадлежат ему. Кто из вас прав?

Я даже опешил. С этой позиции я на эту проблему не смотрел. А если так?

– Надеюсь, молнию у меня в руках вы заметили? Думаете, что я позволил бы кому-либо мной командовать?

– Вы правы, но чего только в жизни не бывает…

– Согласен. Только не в этом случае. И, к большому моему сожалению, больше ничем свои слова не могу доказать. Разве только подняться наверх и его самого спросить.

– Думаете, он жив после всего?

– Когда мы уходили, был жив, – заосторожничал я. Мало ли что могло случиться? Хотя тут же проверил сканером – живой, дёргается, пытается освободиться.

– Что же, это единственный разумный выход.

Поднялся вслед за гостями на палубу, перепрыгнул на причал и подошёл к распятому телу.

Китайцы о чём-то тихо спросили переводчика, уточнили и повернулись ко мне. А мне и переводить не надо, отпирается сволочь, я и так это вижу, очень уж у него вид соответствующий. Шагнул ближе, рукой за карабин взялся, подёргал из стороны в сторону, вызвав этим простым движением громкий вой. Зажёг небольшой огненный шар, легонько толкнул его в лицо предателю. Ну, куда ты пытаешься отстраниться, позади крепкие доски борта грузовика. Остановил шар в пяди от ошалевших глаз, завоняли скручивающиеся от нестерпимого жара сальные волосы.

– Всё, тварь, прощайся с жизнью.

– Всё скажу, только не убивайте! Жадность попутала! – завыл переводчик.

Я отступил назад, оглянулся на гостей. Те только кивнули. Убрал шар. Посмотрел в стороны на лежащие тела. Плохо здесь, даже дышать тяжко.

Пока осматривался, гости о чём-то быстро между собой переговорили.

– Предлагаю начать разговор сначала. Ко мне можете обращаться так – господин Линг. Этого будет достаточно. Это мой брат и компаньон. Как обращаться к вам?

Тут уже я задумался. А что мне скрывать? Кто меня тут может знать?

– Зовите меня Слав. Так будет проще.

– Господин Слав, мы знаем, что у вас на судне есть интересующий нас товар. Мы хотим его купить.

– Правильно ли я понимаю, что это…

– Да, правильно. Можно ли на него посмотреть? К сожалению, среди этих людей был наш специалист… – чуть скосил глаза на лежащие тела.

– Можно. Нужно спуститься в трюм.

Всем спускаться не пришлось. Господин Линг самолично проверил груз и его качество, пока мы дожидались на палубе. Что-то меня начинает напрягать полная тишина вокруг. Если это такие крутые ребята, значит, у них везде свои люди. И поэтому после этой бойни никто из властей не спешит сюда с проверкой? Хотя, с другой стороны, всё прошло тихо и быстро, стрельбы не было, несколько жалких вскриков и всё. Может быть, поэтому никто и не спешит? Не знаю. И почему они сейчас готовы договариваться? Почему отступили от силового решения проблемы? А месть? Бойцов-то я положил, от этого никуда не денешься…

– Не ломайте себе голову, господин Слав. Произошло маленькое недоразумение. Бывает. Если вы не возражаете, я дам команду своим людям? Надо бы прибрать на причале…

Оказывается, второй брат тоже прекрасно говорит по-русски. Один я через пень-колоду местную речь понимаю. Сколько времени язык ломаю, а ощутимых успехов мало.

– Я не возражаю.

Старший из братьев оглянулся, поднял руку, покрутил кистью над головой. У одной из легковых машин открылась дверь, появилась маленькая тёмная фигура, сломалась в поясе. И сразу же скрылась.

И снова тишина и ни малейшего движения. А как же насчёт прибраться?

Ожил сканер. Опять грузовики на подходе и снова два. Любимое число?

– Сейчас подъедут наши люди, приберут здесь. Господин Слав, вам этот человек нужен? Или мы можем его забрать? Мы готовы его выкупить.

– Нет, мне он не нужен. Забирайте так.

Чувствую, предстоит тебе добрая беседа с хорошими и внимательными людьми. А не надо было жадничать.

Из подъехавших грузовиков выпрыгнули люди. На этот раз без оружия, засуетились, забегали с щётками и вёдрами, быстро загрузили тела и так же быстро исчезли, не забыв прихватить и мои законные трофеи. Только проводил горестно уезжавшие грузовики.

– Всё в порядке, господин Слав?

Я за этими переживаниями даже пропустил появление из трюма младшего братца. И смотрит вроде бы безразлично, но чувствую, что где-то глубоко внутри усмехается.

– Да. Всё просто отлично.

А потом мы поторговались. Для вида. Потому что никакого представления о ценах на этот товар я не имел. Да и вообще не был в курсе местных цен. А у меня ещё и шёлк есть в рулонах, и ещё много чего другого. А не попытаться ли и это заодно продать? И джонка мне теперь не нужна, куда я в одиночестве пойду? Что мне, жить надоело, что ли?

Договорился обо всём. И даже в банк меня отвезли, куда я определил все свои деньги. Неразумно? А у меня другого выхода нет. И как-то я с этими китайцами быстро общий язык нашёл. Даже в гости пригласили. Отказываться не стал, неразумно это. Поехал. А потом остался на неопределённое время. В результате прожил три месяца. Выучил наконец язык… Ну, как выучил? Стал более или менее сносно понимать и разговаривать. Собеседники мои смеялись, но хоть понимали, что я болтаю. Уже легче. Девчонка оставила меня в покое. Наконец-то. Больше я её не видел. Братья оказались слишком большими людьми для неё, не посмела противиться. Да и меня бы уже никто не понял. Поэтому мирно распрощались. Деньги у неё есть, на первых порах обещали за ней присмотреть, а пока куда-то к делу пристроили. Главное, не в бордель и хорошо. Разберётся, не маленькая.

Помогли избавиться почти от всего моего имущества, даже от паровика. А куда мне его? Я ведь себе приобрёл небольшой прогулочный дирижабль, что-то вроде воздушной яхты. Несколько раз поднимался в воздух с наставником, набирался опыта, изучал материальную часть. Время и пролетело. А потом подошла пора отправляться дальше на север, через горы. Долгов у меня нет, от меня братьям только прибыль вышла. Распрощался и набрал высоту. А на исходе второго дня полёта взорвался накопитель энергии. Повезло, что я в это время был в рулевой рубке, а не в машинном отделении. Дирижаблик хоть и маленький, но по размерам больше проданной джонки почти в полтора раза будет. Не достало меня взрывом, только контузило немного. Пока падали, отошёл, а дальше сумел благополучно приземлиться. Только остался без энергии. И что самое обидное, через горы не успел перелететь. Придётся опять к морю выбираться, благо оно тут недалеко, сверху всё прекрасно было видно. Опять же карта моя при мне осталась. Денег, правда, маловато, но ничего. Легко приходит, легко уходит, выкручусь.

А идти мне нужно будет чуть вверх. Я перед падением там какие-то строения видел, как раз на них и смотрел, когда рвануло…

Глава 8

Очень уж сильно я выложился в энергетическом плане, до самого донышка. Сколько сижу, а притока особенного или восполнения энергии так и не ощущаю. Пусто. Даже себя подлечить не могу. При разборке искорёженных взрывом конструкций всё равно где-нибудь да зацепишься об острый порванный металл. Раны резаные, болезненные, заживают плохо, да и забыл я уже, что это такое естественное заживление, поэтому они, раны то есть, доставляют большое неудобство. И вдобавок ожоги прибавились. Как солнечные – из-за своей дурости сильно обгорел в первый же день, так и тактильные, потому что приходится ползать среди раскалённых, нагревшихся за день обломков исковерканного металла, выискивая свои вещи и припасы. Ну и обязательно за что-нибудь горячее да ухватишься. Неприятные ощущения от ожога сразу же гарантированы. Солнце так за день раскаляет металл, что никакой сковородки не надо, можно так жарить. Эх, было бы что жарить, сухомятка уже начала надоедать. Холодильник мой сразу накрылся. Да что холодильник. При взрыве накопителей всё накрылось.

В основном все главные запасы собрал, именно поэтому пришлось и обгореть в первый же день, а ну как испортились бы? И вроде бы рубаху скинул всего на несколько минут, а хватило.

Теперь основную жару пережидаю под самодельным навесом рядом с обломками. Про палатку днём лучше не вспоминать и не заглядывать внутрь – задохнёшься от духоты. Использую её по прямому назначению только после наступления темноты, когда всё вокруг начинает остывать.

Всё свободное время, а его у меня появилось очень много, лежу под своим навесом, глотаю знойный степной воздух и перебираю воспоминания последних месяцев.

За это время, проведённое в гостях у братьев, я постарался хоть немного понять жизнь этого народа. Нет, это я красиво, конечно, сказал, понимаю, что за пару месяцев этого не осмыслить полностью, на это годы понадобятся, но составить хотя бы общее представление можно? Чтобы хоть немного понимать, что это за народ, чем он дышит. Пригодится, если я в столицу вернусь и до дворца доберусь… когда-нибудь. У нас с ними вроде как война намечалась, а зачем нам воевать? Земли что у нас, что у них достаточно, свободной, имею в виду. Ресурсы? Ну, может быть. Для этого нужно информацией обладать, хоть какой-то. Вот и попытался собрать хоть что-то, хоть какие-то сведения. То там в разговоре эту тему подниму, задам нужные вопросы, то в другом месте полюбопытствую. Приставленное ко мне сопровождение с грехом пополам изъяснялось на русском, а потом и я потихоньку начал разговаривать на местном диалекте, нещадно коверкая поначалу слова. Что делать, учиться дальше надо.

Если в самом начале моего знакомства с братьями я и задавал себе вопрос, а для чего им нужно так обо мне заботиться, предоставив мне кров, учителей и сопровождение, то позже эти вопросы сами собой отпали, когда я немного узнал о местных порядках и обычаях. А главное, узнал настоящую стоимость привезённого мной специфического товара. Представляю, какой удар хватил начальника порта на острове контрабандистов, когда он окончательно распрощался со своим судном и особенно с дорогостоящим товаром в его трюме. Но всё равно какие-то сомнения остались. Ох, не к добру такое гостеприимство. Что-то здесь другое. Больше всего похоже на то, что они каким-то образом узнали, кто я такой на самом деле. Надо ждать неприятностей. Можно было, конечно, удрать. А куда? Найдут меня в два счёта. Я со своей славянской внешностью среди них словно обезьяна среди заснеженного поля. И зачем удирать? Плохого я в отношении своей персоны пока не видел, наоборот, только хорошее. А такой шанс изучить возможного противника никак нельзя упускать. Да и новые знакомства не помешают в любом случае.

Почти свободное перемещение по всему поместью, в котором я гостил, дало мне неплохую возможность понаблюдать за тренировками местных бойцов.

«Магия магией, а такое дело всегда может пригодиться», – решил я и обратился к хозяевам с просьбой о тренировках. И получил отказ. Если бы я оставался здесь на несколько лет, то, возможно, ещё можно было бы попробовать позаниматься с таким старым, как я, человеком. А за такой короткий срок можно только азы общеукрепляющих упражнений освоить. И то не все. От таких слов местного наставника я настолько опешил, что даже не стал сразу возмущаться. Как же, я себя считал очень даже неплохо физически развитым и довольно-таки не слабым. А тут, оказывается, что я на самом-то деле немощная развалина. Поэтому заниматься начал сам, демонстративно, чуть в стороне от тренирующихся, с двойным усердием, тщательно контролируя свои нагрузки, потому как понятия об этом у меня какие-то были. Что я, зря, что ли, столько времени учёбе в академии посвятил, вместо того чтобы жить в своё удовольствие в столице?

Так и пролетели эти месяцы в непрестанных прогулках по городу, частых, почти ежедневных беседах то с одним братом, то с другим, а то и с двумя сразу, в изучении жизни и быта горожан, достопримечательностей и, конечно же, в тренировках. На многие свои вопросы я получил подробные ответы. И так же правдиво отвечал на заданные мне, стараясь избегать вопросов о своём положении в государстве. Справедливости ради стоит отметить, что такой вопрос прозвучал лишь однажды. Получив весьма уклончивый ответ, братья не стали настаивать на конкретике, видимо, решили отложить подробное выяснение на более позднее время. Что-то такое почуяли, получается.

Почти перед самым моим отлётом состоялся прощальный разговор, где из меня всё-таки вытянули признание – кто я такой на самом деле. Я постарался не говорить настоящей правды, отделался заявлением о том, что вхож во дворец и учился вместе с наследником. Вроде бы у меня получилось отговориться, очень уж я врал убедительно, тщательно контролируя эмоции и подражая моим собеседникам. А сейчас думаю, что не получилось. Ничего у меня не вышло, не поверили мне. Наверное, поэтому и произошёл этот взрыв. Ну не может такого быть, чтобы накопители просто так могли рвануть. Но и братьям зачем это нужно? Можно было меня вообще не отпускать. Если бы их подозрения в отношении моего происхождения подтвердились, то поиметь с этого можно было бы очень хорошо. Или бы сделали проще. Прикончили меня по-тихому у себя в поместье, получили бы при этом все мои немалые деньги… Зачем? Почему отпустили? Что-то я упускаю или чего-то не знаю. Так и не нашёл ответа на эти вопросы. Менталитет здесь такой, только на это и можно сослаться для собственного успокоения…

Утром резво выполз из палатки, залёживаться нельзя. Потому что с восходом солнца освежающая ночная прохлада быстро сменяется одуряющим жгучим пеклом. Ещё немного, и дышать под лёгкой тканью будет нечем. Зажмурился от яркого света после полумрака палатки, потянулся со стоном и наслаждением, разминая застывшие за ночь мышцы и замер. Рука медленно поползла вниз, к поясу. Эти дни я без оружия не хожу, даже сплю с ним, магии-то нет. Вот и сейчас нашариваю кобуру с пистолетом, а сам пересчитываю неожиданных гостей. Откуда они тут взялись и как так бесшумно смогли подойти? Как же плохо без магии! Словно слепой, глухой и безоружный. Пистолет не в счёт.

Впрочем, хотели бы напасть, давно бы напали, пока я сладко дрых. Медленно опустил руку, перестав судорожно лапать кобуру. Судя по всему, они тут долгонько сидят, гости эти. Ладно.

Подошёл к своему кострищу, прогоревшему ещё с вечера, потянулся к остывшему за ночь котелку, открыл крышку, налил через край в чашку холодного чая, протянул её сидящему рядом с моим импровизированным очагом гостю. Вторую пришлось выгребать из запасов. Оглянулся на молчаливых гостей и достал из ящика ещё несколько, сколько было. Больше нет, на всех всё равно не хватит. Выставил чашки-кружки в ряд, разлил остатки чая из котелка всем поровну, раздал сидящим. Даже себе не оставил, не хватило. Но, главное, незваных гостей напоил.

А они, гости то есть, не спеша допили чай, без звука поднялись на ноги и начали собирать мои вещи. Даже уже выдернули колышки от растяжек к палатке. Я было дёрнулся, да вовремя поймал внимательный, оценивающий взгляд старшего из них, так и продолжавшего сидеть напротив меня. Не верю, что это грабители, не похожи на них ни разу. Посмотрю, что дальше будет. Немного занервничал, когда начали моё оружие укладывать. Его у меня немного осталось, а у гостей совсем ничего стреляющего не вижу. И режущего, кстати, тоже. Что, здесь настолько безопасно? С трудом верится.

Быстро собрали мой лагерь, нагрузились и потянулись цепочкой в сторону гор. Сидящий напротив китаец кивнул одобрительно головой, в глазах мелькнула довольная улыбка. Поманил меня за собой. Ладно, раз уж мои вещи уносят, не оставаться же мне на месте?

Через несколько часов ходьбы силы вышли. Жарко, солнце печёт, дышать нечем, воздух настолько сухой, что лёгкие раздирает при каждом вдохе. А они мало того, что топают как заведённые, так ещё и нагружены моим добром, словно паровики. Тащат на спинах огромные свёртки и не запыхались.

Остановились на привал, когда у меня перед глазами уже начали разноцветные круги плавать. Думал, всё – не выдержу. На последнем издыхании перебирал слепо ногами, стараясь хоть как-то держаться за впереди маячившей спиной с объёмным тюком поклажи. Вода во фляге давно закончилась, глаза сами собой закрывались, даже не понял, что случилось, почему я уткнулся в тюк на спине впереди идущего? Только спустя мгновение измученный организм тихонько прохрипел о долгожданном привале. Ноги сами собой подкосились, упал там, где стоял. На раскалённую землю. Да и ладно. И это я всегда себя считал достаточно тренированным человеком! По сравнению с моими спутниками, большинство которых с виду гораздо старше меня, я полный слабак. Та же картина, что и в поместье у братьев. И это я ещё пытался заниматься. А если бы ничего не делал, а просто болтался по городу? Сдох бы давно наверняка. Не нравится мне эта страна, где почти все выносливее меня физически. Лежу, хриплю, но зарубку себе в памяти сделал. Магия магией, а своим телом заниматься необходимо.

Такая уничижительная самооценка никакого отторжения внутри не вызвала. Что на самого себя обижаться? Огорчало только одно. Мои запасы воды остались на месте стоянки, а фляга у меня уже пустая, всё выхлебал. Этот день я точно не переживу, от жажды засохну, а впереди наверняка ещё долгая дорога. Судя по тому, в каком направлении мы движемся, то топать нам нужно будет до тех самых строений в горах, которые я так внимательно рассматривал перед самым крушением.

Стало легче. Забытое чувство лёгкого исцеления прокатилось по телу. Глаза сами собой распахнулись, немного отступила жажда. Огляделся в замешательстве, наткнулся на внимательный взгляд пожилого. Это что получается – не всех магов в столицу забрали? Кто-то уцелел? Кивнул благодарно, попросил воды.

– Не надо тебе пить. Потерпи. Дальше легче будет. Вот это пожуй и проглоти.

И подаёт мне комочек какой-то сушёной смеси. Он что думает, я это есть стану? Ещё чего, нашли дурака. У меня же еды навалом. Той же колбасы и мяса копчёного…

Протянул руку, упал на ладонь твёрдый комок. Понюхал. Вроде бы ничем плохим не пахнет. Что это?

– Ты не нюхай. Жуй.

Хотели бы прибить, так давно бы прибили. Нечего дальше раздумывать. Сунул комочек в рот, осторожно дотронулся языком. Защипало, брызнуло кисленьким, ушла жажда, словно её и не было. Ух ты! Уже смелее даванул зубами, ощутил упругую резиновую податливость, заработал челюстями, чувствуя, как начинает оживать тело, как наливаются силой мышцы, как очищается зрение.

Ночевали в степи под открытым небом. Ни палаток, ни тентов. Даже костерка малого и то не разводили. К утру замёрз до потери сознания. А им хоть бы хны. С утра пожевали этой сушёной смеси, выпили чуть-чуть водички из бурдюков и пошагали дальше. Ну и я за ними. Правду сказать, эта смесь мне определённо начинает нравиться.

Следующая ночёвка получилась почти у самого подножия гор. Хотя так и не понял, где оно, это подножие. Так мне сказали, я и поверил. И сегодня до самого вечера шагалось не в пример вчерашнему легче. В первой половине дня меня ещё разок подлечили, а потом полностью втянулся в ходьбу. И солнце уже не казалось таким жарким. Даже взял на себя малую часть груза, заработав уважительный взгляд старика.

Побыв два дня среди этих людей, я научился немного различать их возраст. Потому что раньше этого никак невозможно было сделать из-за их одинаковых одежд, абсолютно голых черепов, одинакового коричневого загара. Даже походка у всех одинаковая.

А разговаривать я с ними не стремился. Каким-то образом понял, что болтовня пока будет лишней, следует потерпеть. Шёл, присматривался и молчал. Даже когда впереди показались высокие серые стены, выложенные из крупных обломков камня, я молчал. И когда при нашем приближении бесшумно распахнулись огромные, массивные даже с виду деревянные створки ворот, красиво окованные узорчатым железом с круглыми выпуклыми заклёпками, я снова мужественно промолчал. А дальше уже молчал из принципа.

Пошли по выложенной плоскими камнями дорожке – вокруг газон свежей зелёной травы, аккуратно подстриженной, плодовые деревья склонили свои ветви к земле под тяжестью плодов, лёгкий цветочный аромат витает в воздухе, заставляя морщить нос и принюхиваться, стараясь уловить приятный запах вновь и вновь. И жара пропала.

Ровная, словно по линейке, дорожка вывела на просторную прямоугольную площадку. Дальше широкие истёртые каменные ступени в главный храм этого места. Так мне показалось. А что это за здание на самом деле – я знать не знаю, только догадываюсь, куда попал. А вот зачем и почему, это другой вопрос. Усмехнулся от пришедшей в голову мысли. За последние месяцы у меня в основных только два этих вопроса.

Всю эту красоту успеваю заметить, пока мы пересекаем двор и подходим к храму. Так и держусь след в след за своими спутниками. Следом за впереди идущей спиной поворачиваю перед ступенями в сторону на очередную каменную дорожку. Успеваю сделать несколько шагов, как меня останавливают и заставляют выйти из нашего редкого строя. Провожаю взглядом свои удаляющиеся вещи. Увижу ли я их снова? Не знаю. Но почему-то никакого сожаления нет, слишком сильно я сейчас намаялся, все мысли только об одном – отдохнуть бы и помыться.

Старик манит меня вверх, на ступени, к входу. Что же, пошли. Поднимаюсь и выхожу на очередную широкую площадку. Старик тянет на себя тяжёлые массивные створки дверей. Дёргаюсь в естественном порыве помощи. А створка-то легко идёт. Входим вовнутрь. После солнечной улицы тут царит прохладный сумрак. Замираю на пороге, сзади ощутимо подталкивает вперёд закрывшаяся дверь. Сверху через маленькие окошки льётся слабый дневной свет. Мой провожатый настойчиво тянет вперёд, не даёт осмотреться. Наконец, глаза привыкают к полумраку. И я застываю в восхищении от увиденного. Внутри себя застываю, ногами же так и продолжаю шевелить, передвигаюсь вслед за стариком. До чего же здесь красиво! И громадная лакированная статуя передо мной, и широченные разрисованные полотна на стенах и, конечно же, сами стены. И люди. Вот и местный правитель появился. Или как его здесь правильно называют, не знаю. Пусть пока будет так. Мой сопровождающий скользнул вперёд, остановив меня коротким, вполне понятным жестом. Постою, раз просят.

Слышал я о таких местах, когда гостил у братьев китайцев, только бывать в них пока не доводилось. И что-то мне авария моего дирижабля стала казаться снова очень подозрительной. Ладно, посмотрим, что дальше будет.

А теперь нужно слушать очень внимательно. Кажется, сейчас со мной будут разговаривать. Между собой они уже переговорили, я не прислушивался, да и всё равно ничего бы не услышал. Теперь оба ко мне развернулись. Ну?

– Правильно о тебе Линг сказал. Лишнего не скажешь и не спросишь. Давай знакомиться, Наследник Севера…

Живу я в монастыре уже вторую неделю. Кручусь словно белка в колесе. Есть у настоятеля такая в его тесной каморке. Посмотришь на меня со стороны и не скажешь, что я наследник чего-то там. Скорее – распоследний трудяга. Впрочем, трудягой тоже быть не зазорно. Что я узнал во время первого, так ошарашившего меня разговора с наставником этого монастыря? Чем я тут занимаюсь всё это время? А познаю самого себя! Хотя что тут ещё можно познать? Чего я про себя такого этакого не знаю?

А оказался я здесь всё-таки по вине братцев! Ведь чуял, что не всё чисто с этим гостеприимством, с последующим моим полётом, и авария эта произошла совсем не на пустом месте. Ну не бывает такого с накопителями, не взрываются они просто так! Сколько в столице прожил, а о подобном никогда не слышал. Наоборот, нас уверяли в академии, что такого с ними в принципе не может случиться. Слишком много стоит там степеней защиты. Впрочем, слышал, не слышал, а я там не так долго и прожил, чтобы делать такие глубокие выводы. А, ладно. Короче, заложили меня братцы монахам. А всё началось из-за этих ингредиентов, пропади они пропадом. Да, в городе за них никто цены не давал, потому что покупатель на самом деле тут один, кому они нужны. Это монастыри. Именно в них ещё сохранились знания, как можно всё это использовать, остались и кое-какие маги, даже скорее не маги, а взаимодействующие с силами природы люди. Так они предпочитают себя называть. Потому что монастыри хоть и находятся вне политики и суетливой мирской жизни государства, но конфликтовать из-за столкновения интересов с властями никому не нужно. Зато здесь я узнал, для чего по всей стране отбирают людей с магическими способностями. Это и для боевых действий, и, что самое главное, для нужд государственной промышленности. Это же какая может получиться экономия, если маг, например, владеющий огненной стихией, будет приставлен к металлургии? Или к плавильным печам? То-то! А стихия земли? Тут вообще немереный простор для использования дармовой силы. А дармовое электричество, к примеру? Подключай всех магов к природным энергоканалам с одной стороны, и на выходе можно такое поиметь… Теперь становится понятен резкий рывок этой страны в различных отраслях экономики. Что тут скажешь? Остаётся только руками развести. Согласен ли я с этим? Даже обсуждать не хочу. Каждая страна живёт по своим правилам и законам. Если людей это устраивает, значит, нечего лезть со своим мнением. Никому оно здесь не нужно. А с государственной точки зрения разве я сам отказался бы от такой помощи? Не знаю… То-то…

О чём это я начал рассказывать? А-а, о мешках этих, кожаных, ни дна им, ни покрышки. С них всё и началось. Ждали меня монахи. С братьями они давно успешно сотрудничают. Те и указали мне нужный маршрут через горы. И проходить он должен был как раз рядом с монастырём.

По каким-то своим причинам никак не возможно было забрать этот товар в городе, нужно было его к ним привезти. И что, для этого обязательно нужно было устраивать мне катастрофу? Подошли бы, обратились по-доброму, сказали бы куда прилететь, я бы с великим удовольствием всё исполнил. И остался бы с целым дирижаблем и с деньгами. Или ещё лучше. Доехал бы сюда на своём паровике. И не надо было бы мне его продавать. А теперь что? Как мне отсюда выбираться? Оказывается, нельзя так было делать. Потому что иначе они бы сразу привлекли к себе внимание властей. Тогда я вообще ничего не понимаю! То все про них знают, то нельзя внимание привлекать. Ерунда получается. Темнят опять. Ничего подобного, опять менталитет такой, специфический, местный. Чушь полная. Точно темнят. Привыкли в своих стенах сидеть, жизни не видят, других людей за людей не считают. И ничего, к моему сожалению, уже не изменить. А то, что я окажусь после падения в целости и сохранности, так они были в этом совершенно уверены. И, на всякий случай, с земли меня страховали. Что-то я в падении никакой этакой поддержки не ощутил. Летел вниз, словно чугунный. А если бы мне энергии не хватило? Вот в этом и страховали. И в последний момент готовы были помочь. Но не понадобилось, к обоюдному довольству. Правда, настоятель меня уверял, что они только выкачали энергию из накопителя, дирижабль должен был после этого плавно опуститься на землю. Взрыва не должно было быть. Такого они точно не хотели и не ожидали. Готовились подстраховать медленное падение подпиткой накопителя, а пришлось страховать падение. Тут я полностью ох… впал в короткий ступор. Какая война с ними? Если они могут такие вещи проделывать? Это же весь наш воздушный флот так можно приземлить! И не только флот, накопители везде во всех двигателях используются! Ладно.

Только я по их милости остался без транспорта, дорогого, между прочим, значит, соответственно и без денег. Ну и без магии, само собой. И вот тут меня приятно обрадовали.

То, что помогут вернуть энергию, это хорошо, что обеспечат транспортом, тоже радует. Даже денег обещали выделить за содержимое кожаных мешков. И неплохих денег. А главное, это возможность повысить свой магический потенциал, научиться использовать те самые таинственные камни-кристаллы из голов мутантов. И немного подтянут меня в физическом развитии. А то смотреть на мои потуги без слёз невозможно, обмолвился настоятель. Ничего себе, снова смачный плевок в мой огород. И что вам всем моя физическая форма далась? Если вы все такие умные, почему за месяцы жизни в городе не стали со мной заниматься? Опять менталитет помешал? Или обычаи такие? Наверное, заниматься с такими, как я, нужно только во дворе монастыря? Нет? А похоже, иначе я вообще ничего не понимаю в ваших традициях.

– А в столице тебя подождут, никуда не денутся, – заметил настоятель. – А если денутся, зачем тебе такие подданные?

А пока нужно упорно заниматься собой, в перерывах вместо отдыха беседуя с ним, настоятелем, на различные темы. И сдаётся мне, всё, что мне тут наговорили до этого, это полная ерунда. На самом деле тут другое – эти темнилы ищут себе союзника. Очень уж стали зажимать их в Поднебесной империи. А тут я, весь из себя такой красивый, нарисовался. Прекрасная возможность со мной договориться. Куда я от разговора, и, вообще, отсюда, денусь без посторонней помощи? Пешком уйду? Далеко ли? Короче, всем всё вроде бы понятно. Умный поймёт недосказанное, а глупому этот разговор вообще был бы ни к чему. Вот только в довершение к мыслям о катастрофе у меня появилась новая мысль, а не они ли заказчики моего похищения? А?