Текст книги ""Фантастика 2024-164". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Роман Злотников

Соавторы: Евгений Решетов,Даниил Калинин,Алексей Трофимов,Владимир Малыгин,Константин Буланов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 240 (всего у книги 349 страниц)

– Не задался поход. Вернёмся, подлечимся, людей наберём новых. Припасы, опять же, огненные на исходе. Надо новые делать. С графиней что будет, не знаю. Ты же пообещал ей, что до родичей доставишь. Опять время потеряем.

– И что предлагаешь?

– То и предлагаю. Отвозим графиню, если ты не против. Возвращаемся домой, где-нибудь остатки товара распродадим. Подготовимся лучше, и в следующий раз всё получится.

– Что там с постом нашим? Люди заждались. Ночь или день, а то я сегодня и не поднимался на палубу.

– Ночь.

– Утром возвращаемся, забираем бойцов. Потом ищем родичей графини. А там посмотрим, куда дальше.

– А с Рагнаром что думаешь?

– Посмотрим. Бойцов сначала заберём. На палубу выйду, воздухом подышу.

– Выйди, выйди. Пошли, провожу.

– Ты Иву провожай. Я себя нормально чувствую.

– Ну-ну. Чувствует он. Пошли, подышим на пару.

Преодолев лёгкое головокружение, добрался до борта, прислонился здоровым боком. Плечо задёргало, но терпимо. Пошевелился, устраиваясь удобнее, утвердился на ногах. Втянул ночной воздух, до боли в лёгких наполняя грудь. Тиха какая-то там ночь… Как там у классика? И чего-то там ещё про звёзды. Не помню. А ночь действительно тиха. Берега не видно в темноте, только по накатывающим запахам и можно определить его близость. Шумит осторожно море, плюхая мелкой волной о борт. В разрывах облаков проглядывают крупные яркие звёзды. Луна скрыта, надо подождать, пока откроется. Вот и облака пролетели, и вокруг всё озарилось ярким призрачным светом. И почему я ни разу не Айвазовский? Красота ночного моря, близкого берега, освещённого лунным светом, завораживала. Хорошо на юге. Закружилась голова. Слишком много кислорода. Пора в свою каютку.

Утро встретил на ногах. За ночь окончательно оклемался, рука почти не болела, если, конечно, не напрягаться. Попросил подвязать косынку, стало гораздо легче. Подошли к берегу, прошлись по раненым. С кем можно было поговорить, поговорил, выясняя, кто такие и откуда, какими силами пришли. Кстати, выяснилось, что норманны возвращались из Ируна, вволю там порезвившись. Городишко потрясли, хорошенько его ограбив и вдоволь погуляв. Горивой только покивал утвердительно на эти слова. Что-то я про добычу совсем забыл, что мы хоть захватили-то? Ладно, потом, никуда она не денется. Отошли чуть в сторону, надо было принимать решение, что делать с пленными. Вопрос решился буквально за минуту. Лишней крови никто на себя брать не захотел, не дело добивать раненых. Оставили им дракары, всю кожаную броню, кое-какое оружие. Остальное сразу после боя уже было перетащено на наше судно. Ну и хорошо. Напоследок попросил не нападать на наши суда, иначе будет плохо. На скептическое молчание пожал плечами в ответ:

– Дело ваше. Так, как повезло вам, не всем может повезти.

А что? Пока живы. Если повезёт, выживут. Ну а если нет, то значит, не повезло.

Оставив на берегу недоумевающих норманнов, подняли якорь и пошли назад. Нужно забирать наших бойцов. Может, и Рагнар уже там. На недоумевающие вопросы графини пока не стал ничего отвечать, а отослал её к Горивою, сославшись на слабость. Нечего мне сказать, да и разговаривать неохота, всё равно скоро расставаться. Единственное, так это попросил Горивоя предупредить на всякий случай возможную панику при встрече с нашими союзниками. Да разберутся, не маленькие.

Рагнар ждал нас. Горели костры на берегу, мурашами суетился лагерь около чёрной туши дракара, умостившего чёрный острый нос на жёлтый песок.

– Горивой, я на берег сойду, а ты на борту останешься. Приготовьтесь к бою, так, на всякий случай. Мало ли какие мысли у Рагнара появятся, особенно если прознает о побитых норманнах.

– Вот и я так же думаю. Только куда тебе на берег? Может, лучше я схожу, поговорю?

– Раньше надо было нам думать, теперь увидели нас. Не объяснишь им, почему я на борту остался. Бивой, становись рядом с дракаром. Да пушки проверьте и зарядите, пусть будут. Бойцы наши вроде спокойно стоят, встречают, но не расслабляйтесь.

Встали рядом, аккуратно по сброшенным прямо в воду сходням сошёл на берег, раздвигая сапогами упругую волну. Вымок, да и ладно, зато рану не потревожил, высохну. Пошлёпал к встречающей меня группе воинов во главе с Рагнаром, противно и громко чавкая сапогами.

– Заждались тебя, псковский ярл, – конунг внимательно глянул на мою подвязанную руку.

– Пришлось позвенеть мечами. Норманны напали.

– Что, прямо так взяли и напали? Даже не поговорили? – насторожился ярл.

– Из-за мыса выскочили и сразу в бой. Красный щит на мачте подняли.

– Далеко?

– Половину дня на восход. Я раненых приказал не трогать, оставил на берегу. Хочешь поговорить с ними, собирайся и иди за нами. Мы возвращаемся.

– Дальше не пойдёшь? Хотя, что это мы с тобой на берегу говорим? Приглашаю к нашему костру. Там удобнее будет.

– Пошли, коли приглашаешь! – Обернулся и крикнул внимательно наблюдающему за нами Горивою: – Оставайтесь на борту. Я с конунгом переговорю и отходим.

– Торопишься. Посидели бы, выпили. Добыча богатая. Делить нужно.

– Конунг, теперь ты торопишься. Присядем, тогда и будем говорить.

– Пошли, – скривился Рагнар недовольно, развернулся и потопал к костру, загребая песок.

Я чуть задержался, бросил вопросительный взгляд старшему поста. Тот понял правильно, поспешил успокоить:

– Всё в порядке, боярин. Увидели, сигнал подали, встретились и рассказали, как ты и велел.

– Молодцы! Ступайте на шхуну.

Присел у костра, принял протянутый кубок, ухватил кусок жареного мяса. Прожевал, запил, крякнул.

– Отличное вино. Долго вас ждали. Пришлось пост оставлять на берегу. Как погуляли?

– Жаль, что ты с нами не пошёл. Много пропустил. Да, привёз тебе несколько местных, будешь говорить? Только как ты с ними поговоришь? Язык-то знаешь?

– Знаю. Давай сразу и поговорю. Где они у тебя?

– Привести или не надо?

– Не надо.

– Пошли, послушаю, как ты с ними говорить станешь. Чуть в отдалении, под охраной двух воинов, тесной группой прямо на песке сидело несколько грязных и оборванных человек. Увидев приближающегося конунга, испуганно вскочили на ноги и неосознанно сбились плотнее. Как запугали бедолаг. Остановился, внимательно рассмотрел такие недавно ухоженные лица и ободранные руки, рваную дорогую одежду. Не простые люди. О чём мне с ними говорить? Графиня обстановку мне прояснила, какую информацию мне ещё нужно получить? Горивоя бы сюда, да он языка не знает.

– Ответите мне на несколько вопросов и пойдёте домой. Согласны?

Подняли головы, смотрят неверяще.

– А выкуп?

– Не нужен нам выкуп. Лучше ответьте, как место называется, откуда вас взяли, что на юге происходит? Где арабы?

Приободрились вроде, переглянулись, подтолкнули пухленького здоровяка вперёд.

– Арабы на юге, еле сдерживаем их. Захватили нас в Доностии, не повезло нашему городу, только-только вздохнули спокойно после нападения норманнов, как даны налетели, – испуганно вжал он голову в плечи, услышав зловещий хмык Рагнара. Помешкал чуть, но собрался с силами и продолжил: – Отдали всё, что было, как теперь жить будем…

– Ты на жалость не дави. Наверняка в подвале кубышка с золотом зарыта?

Услышав про золото, конунг заинтересовано придвинулся ближе. Поймал затравленный взгляд купца, злобно ухмыльнулся, поиграл ножом на поясе, вгоняя бедолагу даже не в бледность, а в синеву.

– Погоди, Рагнар. Помрёт ещё. Да и оно тебе нужно? Добычу взял и довольно. Пусть хоть что-то им останется.

Скривился недовольно дан, отошёл назад, а у самого глаза довольные, как у того кота, что горшок со сметаной уронил.

– Ты продолжай. Да не бойся, никто тебя грабить больше не будет. Пока. Я-то точно не буду, за других не ручаюсь. Скажи, во-он тот мыс видишь?

– Вижу.

– Что там за ним?

– Хондарибия. Хендай, Ирун, да много что.

– А Бордо далеко?

– Это тебе на север идти нужно. Пройдёшь сначала Байонну, потом будет большой залив, Аркашон, но ты иди дальше. Увидишь большую реку, туда и заходи. Поднимешься вверх, и будет Бордо. Только тебе не взять города.

– Рассказывай.

– Стены у графа высокие и крепкие. Войск хватает, и наёмники есть.

– Я не воевать туда иду. У меня судно товаром загружено, хотел бы его продать. Как думаешь, удастся?

Пухлый с сомнением искоса глянул на меня, на Рагнара. Правильно сомневается, подводит меня конунг.

– Это родич герцога нашего. Встретились недавно. Они на острова шли, – ответил на невысказанный вопрос.

Покивал головой, а что ему ещё остаётся:

– Не знаю. Ничего теперь не знаю. Вся торговля порушена с начала лета.

– Хорошо. Забирай своих людей и уходите. Отпускает вас конунг.

Не обращая больше на них внимания, обернулся к Рагнару:

– Пленников я отпускаю. Дай указание своим воинам пропустить их. Пусть уходят.

– А выкуп?

– Я им слово дал, если честно ответят на вопросы, отпущу.

– Это ты слово дал, а не я. У меня они бы и так всё рассказали.

– Конунг, дело твоё. Хочешь честь мою уронить? – бросил взгляд в сторону шхуны.

На борту зашевелились, почуял стреляный волк Горивой, что горячим запахло. Вот я ввязался. Кто меня за язык дёрнул? Что мне дело до этих пленных горожан? Нет дела. Но и мимо уже не могу пройти. Да и конунг на голову сядет, если слабину почует. Глупая была идея его с собой брать. Хотя он сам прицепился, долг у него. Кстати, может на этом и сыграть?

– Ты за мной зачем пошёл? Долг крови отдать? Или за добычей?

– Хорошая добыча долгу не помешает. Как я тебе его отдам, если ты боя избегаешь?

– Рагнар, пока ты мирных горожан грабил да с девками забавлялся, мне пришлось одному с двумя дракарами схлестнуться.

Ух, как вскинулся, кровью налился.

– Погоди, я не закончил. На долю в добыче, которую ты мне обещал, я не претендую. Забирай всё себе, но людей отпусти. Уговор?

Попыхтел, но трезвый расчёт взял верх.

– Уговор! – и в сторону воинам. – Выведите их из лагеря, да пусть удирают поскорее, пока я не передумал. Помолчал, успокаиваясь, и уже мне:

– Что ты там про схватку с норманнами рассказывал?

– Да напали на меня два норманна за тем мысом, про который я и расспрашивал. Теперь раненые на берегу отлёживаются, кто в живых остался, – чувствуя, как по спине стекает противная струйка пота, махнул рукой, показывая направление.

Тяжело переговоры даются, понервничал сильно. Хоть и шхуна почти рядом и мои люди наготове стоят, но всё равно находиться одному в окружении вооружённой толпы, да не толпы, а отряда опытных и умелых бойцов, страшновато. И что я за этих горожан впрягся? Жалко стало, наверное. Или потому, что с самого начала был против похода Рагнара с нами и, тем более, против таких вот его разминок. Ладно, проехали.

– А дракары?

– Зачем они мне? Там же и оставил. К берегу подтянули.

– Тебе они не нужны? Тогда заберу их себе?

– Да забирай. Там ещё раненые…

– Разберусь, – махнул рукой конунг, напряжённо размышляя.

– Ладно, я к себе. Подумать надо, с Горивоем посоветоваться.

– Иди, иди. Я позже подойду.

По сходням подняться у меня не вышло. Мокрые сапоги соскальзывали с досок, а рана не позволяла удержать равновесие, ведь для этого приходилось сильно наклоняться вперёд. Увидев мою скривившуюся от боли физиономию, Ждан отрядил на помощь пару бойцов, которые и занесли меня на борт. Спускаться было легче.

– Ну, что? – первый же вопрос Горивоя ввёл в ступор.

– Что?

– Что это было? Почему так напрягся? Мы уже к бою приготовились.

– Рагнар пленников приволок, чтобы мне было с кем поговорить про здешние места. А потом отпускать не хотел без выкупа.

– И что? Его право.

– Так он пленников для меня приволок. Значит, мои они, и я что захочу, то с ними и сделаю. Верно?

– Верно.

– Вот и я так же подумал. Рагнару же по-другому захотелось. Еле разошлись бортами.

– Лишь бы обиды не затаил.

– Это да. Про бой ему рассказал и про дракары, оставленные на берегу. Что-то конунг заинтересовался сильно.

– Да и пусть их забирает. Нам лишняя головная боль ни к чему.

– Вот и я так думаю. Смотри, к нам топает, послушаем, что скажет. Графиня, дети где? Что-то давно никого не видно.

– Отсиживаются в каюте, боятся. Пусть сидят, так лучше будет, вопросов меньше.

Прогнувшиеся под тяжёлым телом конунга сходни жалобно крякнули, но выдержали. Притопнув по настилу палубы, Рагнар довольно улыбнулся:

– Крепкий у тебя корабль. Где строили?

– Так у себя и строили. Свои верфи в городе.

– Хороший, быстрый, увезти много может. Только сидит низко, не везде пройдёт. Дракар лучше будет! – и, чуть помедлив, продолжил: – Куда дальше пойдём?

– Думаем с Горивоем. Раненых много, надо бы их домой отправить. А потом можно и продолжить поход.

– Хотел тебе то же предложить. Я бы те два дракара домой отвёл, воинов бы добрал, тебя дождался. Что скажешь?

– Согласен. Собирайте людей и идите к мысу. Я позже подойду.

Бросил Рагнар острый изучающий взгляд по сторонам, задержал его на чуть заметном тёмном пятне на палубе (так и не удалось до конца мою кровь отмыть), кивнул каким-то своим мыслям:

– Торопиться нам нужно, ярл. Будем ждать тебя.

Проигнорировав сходни, мощным толчком перекинул сильное тело через борт и аккуратно вошёл в воду, почти не подняв брызг. Несколькими прыжками выметнулся на берег и зычно заорал, поднимая своих людей. Засуетился лагерь, зашумел без суеты ненужной и вскоре опустел, оставив после себя дымы догорающих костров и кое-какой мусор, на который сразу же налетели вездесущие чайки, прыгая по песку и о чём-то крича и скандаля своими противными скрипучими голосами.

– Что задумал-то?

Шевельнул плечами, тут же скривившись от боли. Забыл. Повернулся к Горивою, кивнул внимательно наблюдающему за нами Ждану. Поманил рукой Бивоя.

– Погоди, все соберутся, скажу.

Дождавшись кормщика, всматриваясь в лица, начал говорить.

– Полежал я тут после ранения, подумал немного. Да и мозги мне тут некоторые прочистили хорошо…

Смутился Горивой, переглянулись виновато между собой мои товарищи, но взгляды не отвели, опять в лицо смотрят. Да тут, по всему, общий сговор.

– Раненых у нас много, половина команды небоеспособна, но вы об этом и так знаете. Есть предложение вернуться домой, пополнить команду, запасы и только после этого продолжить наш поход. Что скажете? Бивой?

– Моя команда не воевала, все на месте, поэтому и говорить не мне.

– Хм, понятно. Ждан?

– По мне бы нужно вернуться. Треть команды только на ногах. Остальные, кто сильнее, кто слабее ранены. Потеряли скольких, носовой скорпион без расчёта остался. Хорошо, что пушкари все целы.

– Осталось сказать, что пороха только-только на пару-тройку залпов, а впереди пираты, арабы, Византия, булгары, хазары. Ответить будет нечем, – подвёл итог Горивой.

Задумался, глядя на солнечные блики в волнах. Много задач я себе нарезал, попытался объять необъятное. Не проглотить такой кусманище с наскока. То, что лучше нам пойти домой, это никаких сомнений не вызывает. Слишком сильно мы на островах отметились. Да, спасли Рагнара, потрепали правящую верхушку, помогли чуток данам, короче, поспособствовали возникшей в королевствах неразберихе. Что из этого получится и получится ли, будет видно позже. По-любому уже не зря сходили, опять же прошли чуть дальше, чуть больше узнали, новые места для себя открыли. Нить рассуждений прервали скрипнувшие двери и высунувшаяся черноволосая прелестная головка, которая быстро осмотрелась по сторонам и, убедившись в отсутствии опасности, вопросительно уставилась на меня своими красивущими глазами. Вот же! Не дождавшись от меня никакого ответа, графиня грациозным, неуловимо быстрым движением оказалась рядом с нами и, тряхнув гривой роскошных волос, спросила:

– Я вижу, мы вернулись обратно?

– Да. Скоро отправимся к месту нашей схватки с норманнами и уже оттуда пойдём в Бордо. Потерпите.

– Хорошо. Я верю вам. – Опять быстрый укол красивых глаз, взмах длинных ресниц и прощальный скрип закрывшейся двери.

Помотал головой, прогоняя наваждение. Почему все на меня так смотрят?

– Что?

– Ничего. Красивая девка. Да мы так, – вразнобой начали оправдываться мои товарищи, которые только что понимающе хмыкали и многозначительно переглядывались между собой.

Ещё раз оглядел каждого, задержал взгляд на довольном Горивое и продолжил:

– Вот графиню отвезти к родственникам нужно. Но там мы можем вином трюмы набить.

– А может, никуда её отвозить не нужно? Может, с собой заберём? – задумчиво проговорил мой товарищ.

– А вот я сейчас Иву позову. Посмотрю, что она скажет на твоё предложение.

– Да я же не о себе забочусь. Что мы, не видим, что ли, как ты на неё смотришь? – замахал руками Горивой. – Вот так всегда. И делай после этого добро людям.

– Ну, Горивой. Ну… – махнул рукой, не найдя нужных слов. – Короче. Идём к Рагнару, оттуда в Бордо. Если будет возможность, распродаёмся полностью и набираем местных товаров. Не хочу пустым возвращаться. Шхуну оставляем у Изяслава. От него нас домой довезёт кто-нибудь. Так? – дождавшись общего одобрения, продолжил: – Тогда вперёд. Бивой, командуй.

Засуетились моряки, забегали. Новая весть мгновенно разлетелась по судну, радостный гомон прошелестел среди раненых, даже паруса взлетели и распрямились с довольным хлопком. Или мне всё это кажется? Да я и сам бы обрадовался возвращению, да вот предстоящее расставание с графиней омрачало душу. Ничего, прорвёмся.

Глава 14

Мимо бордо в псков

Встречный ветерок сильно замедлил плавание. Прошлый раз мы значительно быстрее добрались. Но тем не менее к исходу суток упавший на дно якорь поднял клубы песчаной мути в чистой и прозрачной воде неподалёку от знакомой бухты. Нет никакого желания на ночь глядя встречаться с данами. Лучше с утра, а то мало ли.

Рано утром, почти с первыми лучами восходящего солнца, я уже нетерпеливо топтал деревянный настил палубы. Пришедшая ночью в голову неприятная мысль практически так и не дала уснуть. Что, если Рагнар вырежет раненых норманнов, чтобы не было проблем с трофеями? Хоть они и враги, но жалко же. Что я, зря их пощадил? Вот с утра пораньше и вглядывался в надвигающийся берег, гадая, что там, за поворотом? На мачте, в вороньем гнезде, молчали. Сначала подумал, что наблюдатель спит, но заметил крутящиеся во все стороны вихры и успокоился. Пока опасности вокруг нет, но дежурная вахта, как, впрочем, и всегда, была готова к бою. Порох держим сухим. Подойдя ближе к берегу, с облегчением выдохнул, увидев оставленный нами лагерь с ранеными на прежнем месте. Поднявшаяся было суета, вызванная появлением из-за мыса наших мачт, сейчас затихала, на влажном от накатывающих волн песке остался только конунг с ближниками.

Подтянули к борту лодочку и вскоре уже весело обнимались на берегу с довольным Рагнаром. Радостному настроению конунга способствовали и два новых дракара, и заключённый с норманнами ряд. По нему все раненые переходили под его руку. Ну, раненые, ну, неудобно, но и места теперь гораздо больше на трёх-то судах, да и раненые скоро всё равно поправят своё здоровье, а опытные воины в походе никогда не помешают. Так что все затраты на их лечение и уход многократно окупятся. Опытными воинами никто просто так в это время не разбрасывался. Да и не пошли бы они за таким конунгом. Вот и хорошо, вот и правильно, а то я себе уже напридумывал всякого-разного.

Задерживаться не стали. Подтвердили договорённости встретиться на Рюгене и продолжить наш совместный поход на запад, распрощались и подняли якорь.

Несмотря на имеющиеся у меня приблизительные сведения о месте нашего назначения, всё равно один раз заблудились. Бухты с воды казались огромными, и мы заходили почти в каждую. Угадай попробуй, какая из них наша. К сожалению, пообщаться ни с кем не удавалось, потому что местные жители, как правило, отсутствовали. Побережье было неоднократно разорено и ограблено, местное население опасалось любого чужого судна. Рядом с одним таким поселением мы и заночевали. В пустые домишки даже заглядывать не стали. Во-первых, брать там явно уже было нечего, да и не нужно нам этого хлама, своего хватает. А во-вторых, мало ли какую местную заразу можно подхватить. Разбили лагерь, выставили караулы. На всякий случай костры укрыли от чужого взора с моря, вдруг кого нанесёт нелёгкая. Ночь прошла, в общем-то, спокойно, только уже под самое утро Ждан потеребил меня за плечо, тихонько разбудив.

Караульные засекли осторожное шевеление среди домов, сыграли по-тихому тревогу, приготовились к бою. Но так никого и не дождались. То ли возмутители нашего спокойствия заметили начавшееся движение в лагере и отошли, решив не связываться, то ли ещё что. Может, это просто местные жители проверяли свои халупки. Впрочем, что гадать? Поскольку народ уже не спал, тут же и позавтракали, собрались и ушли, подальше от греха. Может, это и впрямь местные копошились у себя дома, а может, и нет. Но нам-то зачем лишний раз судьбу испытывать? Раненых и так хватает. Ветер не поменялся, так же неторопливо и основательно мешал нашему упорному продвижению на север. К счастью, море также радовало своей пустынностью – хватит, навоевались. Хотя радость перебивалась и тревогой. Раз нет местных судёнышек, значит, они чего-то или кого-то боятся, значит, шныряют поблизости чёрные акулы норманнов.

После полудня, ближе к вечеру, берег ушёл резко вправо. Прошли прежним курсом ещё немного, пока далеко слева не показалась земля. Похоже, справа и есть тот большой залив, о котором меня и предупреждали. А появившаяся на горизонте земля – остров. Вариантов нет, надо опять проверять, уходить вправо вдоль берега и искать устье реки. И спросить не у кого, все разогнаны, распуганы, попрятались, как мыши. Придётся нам опять ночевать. Дело к ночи и если найдём нужное нам устье, соваться в него по темноте неохота. Да и на берег сходить тоже как-то не хочется. Давит какое-то предчувствие, томит душу. Такие вещи отбрасывать нельзя, заночуем на борту. Посоветовался с Горивоем, так тот сразу же накинулся коршуном. Ещё бы, в это время такой чуйке придавали огромное значение. Тьфу ты, точно. Мне даже та коняга со жрецами вспомнилась. Из храма, которая.

Шхуна потихоньку затихала, засыпая и плавно покачиваясь на пологих волнах залива. Постояли ещё немного вдвоём с Горивоем у нагревшегося за день борта, всматриваясь и вслушиваясь в темноту ночи. Где-то там недалёкий берег. Тихо вокруг. А к скрипу канатов и остывающего дерева мы уже привыкли. Ничего не нарушает ночного умиротворённого спокойствия. Даже графини давно не видно. За весь сегодняшний день на палубу не выходила. Может, случилось что?

– Слушай, а где наши гости? Второй день никого не вижу.

– Как это не видел? А вчера на берегу?

– Ну так уже два дня после этого прошло.

– Соскучился?

– Тьфу ты. Может, я за детишек переживаю, которых мы взяли. Всё ли с ними в порядке, здоровы ли? Дети всё же. Я в их возрасте на месте не сидел.

– Всё с ними в порядке. Делом заняты. Нашему говору учатся. Опять же, обшить их нужно, не дело в рванье по кораблю ходить. Да и запретил им Бивой пока наверх выходить. Нечего под ногами путаться. А что дети… так они уже давно не дети. Столько за плечами. Ты всё по меркам своего мира меряешь, а тут взрослеют быстро.

– Хм, правильно. Я и не сообразил. А…

– А… тоже сидит в твоей каюте безвылазно.

– Да я о другом хотел спросить.

– Конечно, конечно. Я тебе о другом и ответил.

– Да ну тебя. Пошли спать.

– Как скажешь.

Вот и поговорили. Впрочем, спать и на самом деле пора. Завтра на утреннем совещании будем решать, стоит ли подниматься вверх по реке. Надо было того толстяка спросить, проходят ли до Бордо по реке суда? Не сообразил, да и как-то уверен был в её судоходстве.

Тихонько, стараясь не топать, прошёл к каюте Ждана, осторожно открыл дверь, почти не дыша проскользнул внутрь, выдохнул облегчённо. Рядом, за переборкой, графиня спит, нечего её своим слоновьим топотом будить. Жаль, конечно, что она на палубу сегодня не выходила. Может, завтра проведать? Нет, это будет невежливо. А увидеть хочется. Завалился на кровать, закрыл глаза. Воображение услужливо нарисовало врезавшуюся в память картинку выходящей из шалаша девушки. Уже проваливаясь в сон, успел улыбнуться очаровательному видению и заснул окончательно.

Ночь прошла спокойно. Утро… А каким может быть летнее утро на юге Франции? Конечно, прекрасным. Курорт. Морской. Вот так, в двух словах. Пока проводили совещание, подошло время завтракать. Потом подняли якорь и двинулись дальше, вглядываясь в близкий берег. Вскоре с мачты дал сигнал наблюдатель – устье обнаружено, чужих судов не видно. С опаской пошли вперёд. Вскоре река разветвилась на два рукава. И по какому плыть? Решили, что пойдём по правому, и угадали. Вот он, город Бордо, впереди за небольшим поворотом. Вот только соваться к нему нам не с руки, река у городских стен забита норманнами. Хорошо, что у нас на мачте наблюдатель сидит и паруса почти все убраны, а то бы вляпались. А так подошли незамеченными и, увидев такое дело, быстренько спрятались в изгибе берега под сенью деревьев, в нависающих над водой ветвях. Вроде пронесло. И что теперь делать? Разворачиваться? А как? Если заметят, то не уйдём. Дракары нас на вёслах быстро догонят, ветер слабый и манёвра у нас нет. Да какой манёвр? Сидим, как та муха в паутине, и дёрнуться боимся. Ждать темноты? Видимо, другого ничего не остаётся. Ждём. Осторожно высадились на берег дозоры, разошлись в стороны. Тягучая тишина упала на шхуну. Жарко, а мы в полном боевом облачении, солёный пот щиплет спину. Только и можно, что шлем снять и подставить вспотевшую голову лёгкому ветерку. Хоть какое-то облегчение. Сидел у борта, вглядываясь и вслушиваясь в скопление чужих судов вдалеке, и вспоминал недавний разговор с графиней.

Не успели мы укрыться в берегу, как из каюты появилась наша гостья. Горивой толкнул в бок локтем, и я оглянулся, сразу же поймав вопросительный взгляд карих глаз. Пожал плечами, а что ещё делать-то? Под нашими взглядами графиня оторвалась от двери и мелкими шажками осторожно приблизилась. Последовавший разговор передавать не буду, смысл и так ясен. Что делать? А кто его знает. Город – вот он. Соваться вперёд – чистое самоубийство. Сушей пробовать пробраться? Даже не обсуждается. Есть желание остаться? Да ради бога. Хотя мы бы не советовали. Сопроводить? Что мы, самоубийцы, что ли? Да и никто не откроет нам городские ворота, к которым ещё нужно как-то пробраться. Наверняка город плотно окружён. Слезами вот только не надо на нас давить.

Появившаяся вовремя Ива увела графиню, а мы переглянулись с Горивоем. Чую, в этот момент у обоих мелькнула одна и та же мысль. И чего меня в тот лес понесло? Помолчал, успокаиваясь. Людей у нас мало, и рисковать ими я не намерен. Ждать окончания осады? Смысл? Сколько можно простоять? Может, город завтра возьмут, а может, через день или месяц. И что будет с защитниками? Откупятся или нет, это другой вопрос, если живыми, конечно, останутся. Вот об этом и пришлось говорить с графиней чуть позже, когда решил, что прошло достаточно времени, чтобы дать ей успокоиться. Какой выход? Или оставаться на берегу одной, выставив нас последними негодяями, или пользоваться и дальше нашим гостеприимством и разделить с нами наш поход. Мы намереваемся вернуться домой, подлечить раны, восполнить запасы и повторить наше плавание. Вот тогда зайдём сюда же, и, если всё будет в порядке, у графини появится шанс вернуться к родичам. Хотя, если честно, я сомневаюсь, что она тут кому-то нужна. На заключительное мое предложение никаких возражений не последовало, только гордо поднятая прелестная головка да гневный высверк глаз показали твёрдый характер, а мгновение спустя короткий кивок выразил полное согласие с моими рассуждениями. Ну и хорошо, возвращаемся домой. Темноты дождёмся только.

Обратный путь прошёл спокойно и нудно. Если бы не присутствие подростков и графини, было бы совсем тяжко. Бойцы поправлялись, и койки в лазарете постепенно освобождались. Ива чаще стала появляться на палубе и как-то раз, наедине, ещё раз хорошенько мне выговорила и за этот поход с данами на Оловянные острова, и за наших потерянных людей. Прошлась по моему отношению к нашей гостье. Слушал я травницу и молчал. Что я могу ей сказать, как объяснить моё знание будущего? Да и стоит ли? Сам постоянно в голове прокручиваю всё случившееся, перебираю каждый прожитый день и более чем уверен, что всё сделано правильно. Чем крепче даны зацепятся за этот клятый остров, тем меньше вреда от англов будет в будущем. А та территория, которую они уже под себя подобрали, значительно превосходит аналогичную из моего времени. А они на этом не успокоятся, дальше пойдут, так что будем потом смотреть, что получится из этого вмешательства. Лишь бы с норманнами не задрались. При расставании я специально предостерёг сыновей Рагнара от такой возможной ошибки, но послушают ли меня они? Остров большой, на всех хватит. Зачем друг друга бить, если можно объединиться и вместе разбить королевства, а потом спокойно жить? Постарался осторожно вбить эту мысль им в головы, может, дойдёт?

Потери… Вот тут даже не знаю, что и сказать. Не удалось обойтись без них. Даже то, что лично ходил с бойцами и так же рисковал своей шкурой, никак меня не оправдывает. А рассказывать людям о том, что мы этими потерями уберегли нашу родную землю от более существенных в далёком будущем, так этого никто сейчас не поймёт. Кроме Олега, пожалуй. Так что это мой крест, который нести мне на своих плечах всю оставшуюся жизнь и который с каждым прожитым тут днём, месяцем и годом будет всё тяжелее и тяжелее…

О нашей гостье мне даже и говорить ничего не хочется. Да и сказать, честно говоря, нечего. Если о подростках всё с самого начала было понятно, ведь мы людей собираем отовсюду, откуда только было можно, и их постоянно не хватает, то с графиней даже наедине сам с собой не мог честно ответить, зачем согласился помогать? Нет, понятно же, что оставлять её на берегу там, в разорённой деревне, нехорошо, да и не смог бы я её оставить без помощи. Теперь вот приходится тащить с собой в Псков. Нужно ли мне это, не понимаю. Вначале как будто пыльным мешком по голове притряхнуло, а теперь даже и не знаю. Нет, красивая, конечно, и толковая. Под руку не лезет, из каюты практически не высовывается, глаза лишний раз не мозолит. Всё хорошо, но что-то не так. Смотрю я на неё, а перед глазами лицо жены вижу.

Вот как-то так и попытался объяснить Иве, мысленно, конечно, всё то, о чём она меня пытала и что выговаривала. На самом деле покивал головой покаянно, постоял рядом молча, вглядываясь в безбрежную даль, а тут и Горивой подошёл, увёл разборки в другую сторону. Спасибо тебе, дружище. После этого разговора начал присматриваться к людям, может, и ещё у кого такие же мысли в голове бродят? Но тут мне опять помог Горивой. Всё подмечал мой товарищ, не зря его Трувор со мной отправил, как чувствовал князь, что с нами может случиться. Вошёл следующим вечером ко мне в каюту, присел рядом.