Текст книги ""Фантастика 2024-164". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Роман Злотников

Соавторы: Евгений Решетов,Даниил Калинин,Алексей Трофимов,Владимир Малыгин,Константин Буланов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 349 страниц)

Несмотря на угрозы и оскорбления его голос звучал доброжелательно, а на лице читалось непомерное, я бы сказал даже детское любопытство. Его глаза блестели – он ждал объяснений. Я решил сказать первое что пришло в голову:

– Я могу управлять временем. Останавливать, замедлять, ускорять...

Не дав закончить предложение он с глупой улыбкой прервал меня фразой:

– Я все понял... Ты издеваешься надо мной! Я же тебе обещал. Проваливай отсюда. Забирай свое пиво и проваливай... Еще «повелителя времени» мне тут не хватало!

Он схватил меня за руку, дотащил до выхода и со словами: «Вали отсюда на хрен!» – закрыл дверь. Но когда он повернулся я уже сидел за столом и с ехидной улыбкой потягивал пиво. Его ухмылка пропала и сменилась задорной улыбкой. Он молча подошел ко мне и еще раз выставил за дверь... Потом еще раз... И еще раз... И еще раз... После десятой или одиннадцатой попытки он обречённо развел руками, вздохнул и сказал:

– Ну ты, конечно, засранец! Так издеваться над человеком... Совесть не мучает? А можешь так же над Джонни пошутить? Богом клянусь он в штаны наложит. А то этот сученыш вечно разыгрывает меня. Надо же ему отплатить когда-нибудь.

– Обязательно, но может в другой раз.

– Хорошо.

А теперь, после того что я увидел... Хочу услышать и твою историю. Ты ведь расскажешь? В этот раз я точно поверю в любой бред, который ты будешь нести...

– Надеюсь тебе некуда торопиться? Ведь моя жизнь намного длиннее чем твоя? А биологический возраст в тридцать один год лишь ее жалкая часть. Настолько жалкая, что ты себе и представить не сможешь. Не смотри на меня так... Чтобы начать понимать, о чем я говорю нужно слушать. Просто слушать и попробовать поверить. И что бы было понятнее я начну с самого начала. С моего рождения.

Родился я за тысячи километров от этого города в обычной семье. Мать была ветеринаром в какой-то небольшой клинике, а отец... О нем я мало что помню. Мать говорила он был автомехаником. Причем очень талантливым. Мог любое корыто с болтами превратить в автомобиль. Да ещё какой автомобиль! Клиентов было море. Поэтому практически все время он проводил в гараже. Иногда я заходил к нему, и он с радостью встречал меня и отвечал на кучу моих вопросов: «А что это? А что вон то? А это куда? А что оно делает?». Он все спокойно объяснял, показывал и всегда в конце спрашивал: «Понимаешь?». Я всегда соглашался и кивал головой чтоб не обидеть его. Хотя, что я мог понимать в пятилетнем возрасте?

А потом его не стало... Он так много работал, чтобы наша семья ни в чём не нуждалась, что его организм не выдержал. И в возрасте тридцати двух лет его сердце остановилось.

Мне было всего шесть, но мне навсегда врезалось в память это ужасное утро. Холодное, дождливое, темное... И крики матери, которая нашла его в гараже с нераскрытой упаковкой каких-то таблеток в руке. Она и не знала, что он болен ведь отец никогда не жаловался на здоровье. Видимо не хотел никого расстраивать. И наверняка боялся, что она будет запрещать ему много работать.

После смерти отца настали очень тяжёлые времена. Мать помимо основной работы начала подрабатывать официанткой в каком-то баре. Недосыпы и постоянная загруженность, отсутствие нормального отдыха сделали свое дело. И у нее начались проблемы со здоровьем и тогда вмешался мой дед Джонатан. Старый полковник в отставке пытался уговорить ее переехать к нему на ферму в другой город. Она сопротивлялась, говорила, что сама справится и пыталась убедить его в том, что это неправильно и для меня такая резкая смена обстановки будет очень тяжёлой. Но дед был непреклонен и в один прекрасный день просто приехал на военном грузовике с отрядом новобранцев, погрузил все наше имущество и сказал, что мы здесь больше не живем. Спорить с ним было бесполезно и потому к вечеру следующего дня мы уже жили на окраине другого города на его большой ферме.

Не знаю, чего боялась моя мать, но жить здесь было ничем не хуже, чем в городе. Даже лучше. Небольшой городок с его жителями был очень гостеприимным. Все были приветливыми и добродушными. Правда это касалось только взрослых. Мои же сверстники были, мягко выражаясь, странными. Школа была всего одна и в ней царила четкая иерархия. Были свои лидеры и свои неудачники. Отсутствие лидерских качеств, миролюбивый характер и молчаливость мгновенно сделали из меня мальчика для битья. Я постепенно стал ненавидеть школу и все что с ней связано. Начал прогуливать уроки. Однако мои «товарищи» порой натыкались на меня и за пределами школы и так же не давали мне спокойно жить. Иногда я, конечно, пытался дать сдачи, но из этого мало что выходило кроме моих синяков и ссадин. И вот однажды, после очередной неудачной попытки отбиться я лежал у себя в кровати и тихо ненавидел всю свою жизнь. И тут ко мне зашел дед. Посмотрев на мою побитую рожу, он спросил:

– Ну что, Марк, не надоело еще проигрывать, а?

Я молчал...

– Вижу, что надоело. Ненавидишь их, да?

– Да, ненавижу, но их много. Они старше и сильнее меня. Что я могу сделать?

– Ты можешь стать сильнее и наконец дать им отпор. Разве не так?

– Но как?

– Я покажу. С завтрашнего дня подъем в шесть утра. Ты будешь делать то что я скажу. Теперь ты моя собственность. А право голоса у тебя появится лишь после того как сможешь заткнуть каждого кто попробует оскорбить тебя или унизить.

В ответ я лишь согласно кивнул головой. Дед потрепал меня по макушке и вышел.

Я знал, что этот старый вояка – человек слова и потому к назначенному времени уже стоял на крыльце в спортивной одежде. Увидев меня, дед заулыбался:

– А ты хорош. Думал тебя пинками придется выгонять из кровати. Ну раз ты здесь, тогда побежали. Посмотрим из чего ты сделан.

– А я думал ты только стоять и командовать будешь?

Отвесив мне мощный подзатыльник, он громко сказал:

– Теперь ты солдат. Запомни – истинный командир не бросает своих бойцов в бой, он сражается вместе с ними. А за нарушение дисциплины – 30 отжиманий. На мои команды отвечаешь «Да, сэр»

– Но я...

– 40 отжиманий.

– А....

– 50...

– Да, сэр...

– А ты сообразительный. Упор лежа принять и пошел...

Отжавшись через превозмогания сколько положено, я хотел было присесть отдохнуть, но голос «командира» ясно дал понять, что теперь нужно бежать. И мы побежали.

Я ожидал от своего шестидесятилетнего деда куда меньше, чем тот темп, который он задал. Через две минуты бега по пересечённой местности мне хотелось выплюнуть легкие, упасть, схватиться за сердце и притвориться мертвым, но проявлять слабость сразу я не стал. Решив, что смерть в «бою» это уж точно не худший вариант, я стал держаться изо всех сил. И вот когда мы оббежали вокруг фермы и вернулись к дому я замертво рухнул на землю жадно глотая воздух ртом. Меня трясло, тошнило, сердце колотилось, а в голову будто забивали гвозди. Причем с одного удара и по самую шляпку в довесок припечатывая тяжелым молотком. Со стороны это, наверное, было жалкое зрелище, но дед видимо был удивлен и доволен, что я вообще выжил и потому аккуратно пнув меня ногой под зад изрек

Глава 3

– Вольно, солдат! На сегодня все. А вот завтра уже побежим нормально. Как мужики, а не старшеклассницы.

В ответ я лишь жалобно застонал и повернул голову в сторону дома. Там на крыльце стояла моя мать и пыталась что-то сказать:

– Ему всего тринадцать – он еще ребенок, а не твой солдат...

– С сегодняшнего дня он мужчина и сам решает кто он – ребенок или солдат. Тема закрыта!

После этих слов меня распирала гордость. За такую похвалу стоило умереть...

На следующее утро все повторилось. Бежали мы хоть и медленнее, но было значительно тяжелее. Ведь после вчерашнего забега ноги болели и едва меня слушались, но отступать было некуда. После двух кругов вокруг фермы мне пришлось отжиматься, подтягиваться и приседать. Для неподготовленного организма испытание было адским, но я молча пытался делать то что от меня хотели, а в конце, лежа на земле, старался стонать уже менее жалобно чем хотелось.

Мой организм, как оказалось, был достаточно крепкий и быстро привыкал к нагрузкам и уже через пару месяцев я мог спокойно делать то что хотел от меня мой командир. Каждый день, кроме выходных все было одинаково. Ранний подъем, бег, пресс, отжимания, подтягивания, приседания, колкости про то что я самый беспомощный боец, которого он только знал и много другого армейского юмора который я уже мог понимать, а иногда даже смеяться. Я прекрасно понимал, что все это не со зла, а для задора – чтоб не расслаблялся и продолжал стараться.

Так прошло еще где-то полгода. Мое бесформенное тело начало принимать приятные очертания. Я по-прежнему не выглядел устрашающим, но зато был быстрым, выносливым и достаточно смелым, чтоб на оскорбления сверстников отвечать отборными ругательствами, не боясь за это получить в морду. Уверенность в собственных силах росла очень быстро, но это была совсем не моя заслуга.

В один из выходных дней ко мне подошел мой дед и предложил пробежаться. Сказав, что путь, конечно не близкий и сложный, но то место того стоит чтоб увидеть его. Он указал пальцем на небольшую возвышенность за лесом. Прикинув расстояние и то, что путь будет в гору я предложил поехать на машине. Услышав гору шуток про то что я девчонка и боюсь сложностей у меня ни оставалось вариантов как обуть кроссовки и побежать следом.

Сказать, что дорога была сложная – это ничего не сказать. Высокая трава, в которой не было видно ни ям, ни кочек, потом поваленные деревья, рыхлая, влажная лесная почва, которая то и дело уходила из-под ног и все это при беге на возвышенность... На холм мы взобрались с большим трудом. Мой дед свалился лицом вниз и сделал вид что обнимает его и серьезно сказал:

– Двадцать лет назад он был гораздо ближе. Марк... А, знаешь ты был прав, – я лишь непонимающе улыбнулся, глядя на него. – Надо было на машине все-таки ехать...

– Дед, ты мужик или как? Жалуешься, как девчонка!

– Что?! Упор лежа принять, солдат!

– Ага. Сейчас... Хотя нет. Чет не хочется. У меня выходной сегодня.

– Ну и хрен с тобой. Так слабаком и останешься...

Мы переглянулись и засмеялись. После минутной истерики я все же смог успокоиться и спросил:

– Так что ты мне показать хотел?

– А ты вокруг посмотри.

Когда я оглянулся то увидел огромное озеро. Ума не приложу как я его сразу не заметил. Передо мной было словно жидкое зеркало невероятного размера. Оно было на столько огромное что смыкалось с небом на линии горизонта. И настолько чистое, и гладкое, что было непонятно где оно заканчивается и начинается небесная синева. В нем безмятежно плыли облака, и только лишь редкая, мелкая рябь говорила о том, что предо мной ни небо, а озеро.

– Это невероятное место. – сказал я.

– Твоя бабка тоже так говорила. Это она мне его показала. Если, вдруг, когда-нибудь надумаешь жениться. То веди ее сюда и делай предложение. Она вряд ли сможет здесь отказать. Эх … – сказал дед грустно вздохнув. – Даже я не смог... Хе-хе.

Сдержать смех было явно выше моих сил и лишь немного успокоившись я смог говорить:

– Ты серьёзно? Я думал бабушка шутила по этому поводу...

– Да куда там... Притащила меня сюда, напоила и такая типа случайно: «А может поженимся?» Ну а я с дуру согласился. А на утро, когда вспомнил что произошло то слов забирать уже не стал. Так мы и живем с тех пор вместе.

– Надеюсь моя женщина будет менее хитрая, а то не хочется так же глупо в ее сети попасть...

– Не будет. Они все хитрые. Лишь притворяются слабыми и беспомощными. Ходишь за ними, ухаживаешь, защищаешь, а потом и сам не замечаешь, как ты уже женат, а во дворе дети бегают...

Честно говоря, большую часть его слов я не слышал. У меня были проблемы посерьёзнее чем женитьба. В моем возрасте об этом не задумываются. Меня куда больше интересовало мое место в настоящей жизни. Просто учитывая мою растущую популярность мне не хотелось снова превращаться в неудачника, а для этого одной только силы может не хватить. Нужно что-то еще. Нужно уметь за себя постоять и причем так чтоб это и оспорить никто не мог... И тут и раздумий меня вывел голос:

– Марк, ты меня вообще слушаешь!?

– Прости, я задумался.

– И о чем же таком ты задумался, что перестал меня слушать?

– Ну... Я тут подумал в общем... Ты же своих солдат не только бегать учил? Драться, наверное, тоже. Научи меня.

– Эх... Я ему о жизни, душу можно сказать изливаю, а он... Ну весь в отца. Тот тоже вечно лез туда куда не надо... Вот зачем тебе это?

– Мужчина должен уметь драться. Разве не так? А то мало ли что...

– А ты себя прям уже мужчиной считаешь?

– Ты же сам меня так назвал. Приходится соответствовать...

– Ну что же... Вставай, мужчина. Давай, давай шевелись, а то я передумаю. Нападай.

– Что? Это как?

– Как можешь, так и нападай, а я посмотрю, что из этого выйдет.

Вначале я попробовал ударить рукой. Неумелый удар бы отражен, а в ответ прилетела увесистая пощечина. Щека загорелась. Следующий удар я попробовал сделать быстрее – эффект тот же. После второго удара щека буквально онемела. Я ощутил приятный задор. Кровь начала закипать и каждый мой выпад становился все агрессивнее. Помогало это слабо и сколько бы не старался мои атаки отражались и в ответ я получал неслабые тычки и пощечины. Бить сильно меня явно не хотели. Решив, что удар ногой будет неожиданным я вложил в него все силы и... Снова неудача. Только в этот раз все было намного жёстче. Схватив мою ногу дед подсек вторую и легким движением руки толкнул меня от себя. Я свалился как мешок с картошкой, ударившись спиной о землю. Встать мне не позволили, прижав ступней тело к травяному ковру.

– Да, Марк... Боец из тебя вообще никакой. Ну ничего... Даже из такой каракатицы можно сделать боевого осьминога. Работать тебе придется много, а учитывая, что твоя мать вряд ли позволит избивать тебя дома, то тренировки будут здесь. Может через годик ты даже ударить меня сможешь.

– А нельзя место поближе найти?

– Можно, но мне здесь нравится. Чистый воздух, людей нет и искупаться можно сразу. Будем на машине добираться. Ну по крайней мере я. Хе-хе.

– А я?

– Посмотрим.

– Что?!

С тех пор в моей жизни началась новая полоса, в которой не было места ни спокойствию, ни времени, ни отдыху. Практически все свободное время я тратил на попытки моего деда сделать из меня суперсолдата. Постоянные синяки, ссадины, растяжения, рассечения мешали спокойно спать и ходить. На моем теле уже не оставалось мест, которые бы не болели или не напоминали о себе в течении дня. Но тяжелее всего было не мне, а моей матери. Она не могла спокойно смотреть на то как ее единственный сын превращается в один сплошной синяк. Она много раз пыталась говорить со мной, с Джонатаном, но ее аргументы про цивилизованные методы решения проблем никого не убедили. И ответ всегда был один и тот же. Ведь никто никого ничего не заставлял делать. Это было мое решение и повлиять на него никак не получалось. И я по-прежнему истязал себя до потери сознания. Так было необходимо...

С тех пор как мать махнула рукой на мои самоистязания прошел не один месяц. Я больше не слышал в свой адрес речей про то что я себя угроблю так ничего и не добившись. Кажется, она поняла, что мальчик вырос и больше не нуждается в ее опеке или советах. У меня была цель, и я как мог шел к ней, иногда полз. Ну а когда совсем не было сил то смотрел в ее сторону.

Время шло очень быстро. Дни в воспоминаниях казались минутами. Да и вспомнить то нечего было. Каждый из них был похож на предыдущий. Тренировки, походы в школу, но только теперь кое-что изменилось. Вместе с растущими возможностями росли и амбиции. Я начал проявлять социальную активность. В основном в спортивной сфере. Теперь если в школе проходили какие-то соревнования, то я старался участвовать в каждом. Очень скоро выяснилось, что моих возможностей хватает для того чтоб обыграть практически любого в возрастной группе до 16 лет. Этим я и занимался регулярно – втаптывал в грязь самолюбие не окрепших подростков. Противников у меня не было, но с наступлением 16 лет и переходом в так сказать старшую школу появился он...

Его звали Адам. Сын директора школы. Спортсмен с чувством собственной неотразимости. Первый во всех дисциплинах включая избиение тех, кто слабее морально или физически. Он не понравился мне сразу. И это, не смотря на то что в моральном плане я отличался от него не сильно. Такой же амбициозный и дерзкий. Разве что в высокомерии. Я свое показывал только на спортплощадке, а он везде. И все бы так и осталось если бы я не стал претендовать на лавры в соревнованиях. Я почти не уступал ему ни в скорости, ни в выносливости, ни в силе. Обычно я всё-таки был вторым, но однажды выиграл. И не просто выиграл, а трижды за день. В забеге на 100, 400 и 1500 метров. Но забег был не на стадионе как обычно, а по пересечённой местности в лесу за городом. И если для меня такое было обычным дело, то для него это стало серьезным испытанием.

Первый забег на 100 метров я выиграл чудом, обогнав его всего на полшага. 400 метров дались мне легче чем ему и отрыв уже был шагов в пять. Ну а полтора километра были для него полным провалом. Среди двадцати участников он с трудом оказался на третьем месте, а я же по-прежнему был первым.

Судя по его отборным ругательствам, избиению деревьев и пинанию провинившихся камней мой оппонент был не в себе. Да что там говорить... Его просто раздирало от негодования. Трое дружков пытались успокоить взбесившегося товарища. Что-то говорили и с усмешкой махали в мою сторону руками. Адам же был зол и не переставал пялиться на меня. Было очень смешно за этим наблюдать и потому я даже не пытался скрыть своей улыбки.

После того как все успокоились состоялось вручение наград. Все как положено. Пьедестал, торжественная речь подвыпившего преподавателя по физподготовке и наконец на меня повесили типа золотую медаль. Адам получил серебряную, а его дружок Алекс – бронзовую. Он, кстати, единственный кто участвовал в забеге не от спортивного интереса, а просто так, от скуки. Лишь бы не сидеть на месте.

После забегов всем дали возможность погулять по окрестному лесу, а я решил сходить на речку, что текла неподалеку. Все что от нас требовалось это отдыхать и не потеряться за ближайшие 2 часа и вовремя вернуться к месту сбора. Учитывая количество людей, я был уверен, что среди них обязательно найдется тот, кого все будут ждать, а может даже искать до самого заката.

Чемпионские лавры сразу дали о себе знать. Столько внимания как сейчас у меня еще не было никогда. Непривычно как-то... И это все при моей любви посидеть, поразмышлять в одиночестве, подальше от всех. Мне это, конечно, нравилось немного, но я быстро устал от бесконечного общения и решил найти место более спокойное. Как оказалось, занятие не из легких. Ведь куда бы я не пошел везде кто-то лазил, кричал, смеялся, фотографировался и через одного хотели со мной познакомиться, поговорить или похвалить. Мне понадобилось не меньше получаса чтоб найти уединенное место. И для этого мне пришлось перебраться на другую сторону реки. Хорошо хоть она была неглубокая. Но намокнуть по пояс в прохладной воде все же пришлось.

Перебравшись на другую сторону, я снял с себя одежду и повесил на ближайший куст, а сам разлегся на солнышке рядом с берегом. Наслаждаясь журчанием воды и шелестом листвы, я смотрел в небо. Чистое, синее, с небольшими белыми облаками. Они же как люди. Никогда не найдешь двух одинаковых. Да, бывают похожие, но в чем-то они все равно отличаются. Пусть несущественно, но все же. Некоторые собираются в рядом, другие же плывут в гордом одиночестве, ведь не каждый любит толпы других. Не похожих на него облаков...

Солнце медленно катилось в сторону горизонта. До заката оставалась еще пару часов, и небо становилось немного темнее, а легкий ветер иногда награждал не слишком приятной прохладой. Я подумал, что пора бы одеться как вдруг в том месте где висели шорты и майка послышался шорох и хруст веточек. Я присмотрелся и увидел в просветах зелени чью-то белую шевелюру и сказал:

– Если собираешься стать разведчиком, то вначале хорошо подумай. Бесшумность – это явно не твоё.

– Разведчицей...

– Что?

– Разведчицей говорю. Я же девочка...

– Ааааа... А, у девочки есть имя?

– Мелисса меня зовут.

– Мелисса значит... Мелисса, а ты так и будешь в кустах прятаться или может покажешься? А то у меня ощущение, что ты не девочка, а говорящий куст.

Ветки затрещали и вместе какими-то непонятными слова появилась светловолосая симпатичная девушка. На вид ей было лет 16. Стройная, с длинными волосами, приятным личиком и серыми глазками. На ней была белая обтягивающая футболка и короткие, облегающие, черные шортики. Обуви на ней не было, а вся одежда была мокрая и смотрелась на ней еще более привлекательно. Ведь от воды она была полупрозрачная... Молодой организм видя такое реагировал абсолютно логично.

Заметив, как я разглядываю ее Мелисса нахмурилась. Ну да, наверное, мой взгляд был слишком наглый. Обычно я веду себя скромнее. Надо было немного разрядить обстановку...

– Мелисса, а скажи мне пожалуйста, что такая невероятно привлекательная девушка как ты делает здесь, да еще и одна?

Вышло не слишком хорошо, но на ее лице вспыхнула задорная улыбка.

– Марк, прежде чем подкатывать хорошо подумай – это явно не твоё...

После сказанных слов мы дружно засмеялись. Успокоившись, Мелисса окинула меня взглядом и как-то странно прищурилась.

– А ты чего тут в одних трусах валяешься?

– А что? Не нравится? Может я позагорать решил. Куда интереснее что здесь ты делаешь?

– Ну... Я...

– Подглядывала?

Лицо девушки приняло красноватый оттенок.

– Нее... Знаешь, воды много выпила... Ну и... Ну ты понимаешь...

– Ага... Приспичило типа...

– Угу...

– И так приспичило, что ты решила переплыть на другой берег и справить нужду здесь. Верно?

Глава 4

Глаза Мелисы забегали по сторонам, а лицо покраснело еще сильней.

– Какой ты догадливый! Все было именно так...

Я ухмыльнулся.

– Значит все-таки шпионила? Хм...

– Ничего не «хм...»! Не собиралась я за тобой шпионить. То есть собиралась, но... Не шпионить, а... Как это сказать.

– Проследить?

– Нет...

– Присмотреть?

– Да нет же...

– Аааа..., я понял. Ты решила подсмотреть. Вот.

– Ну блин... Да не собиралась я ни подсматривать, ни подглядывать... Познакомиться хотела... Просто там эти... Люди... Все лезут к тебе... "Чемпион, чемпион... Иди туда, иди сюда... Молодец!" А мне как-то стремно было, вот так как они. Смотрю, ты пошел куда-то. Ну и поперлась следом. Я же не думала, что в реку полезешь. Да еще и на другой берег. Хотела аккуратно перебраться, там дальше... Там дерево через реку лежит... Надо было здесь переходить. Зря только шла. Все равно в воду упала. Хорошо хоть не глубоко, а то я плавать не умею.

– Это часть мне понятна. А в кустах то ты чего пряталась, если познакомиться хотела?

– Че пряталась? Че пряталась? А чего ты тут в трусах разлегся? Я как увидела... В общем это первое что мне в голову пришло. А ты...

– А я тебя спалил, да?

– Да... Спалил... Не очень все удачно вышло...

– Ну почему же? Скорее наоборот. Необычное знакомство. Прикольно ведь.

– Очень...Раз уж мы знакомы... Ты не против если я присяду рядом?

– Ну не выгонять же мне тебя после всех твоих приключений.

– Спасибо тебе, добрый человек...

Мелиса присела рядом и стала разглядывать реку.

– Красиво здесь... Спокойно... Тихо...

– Любишь тишину?

– Не совсем... Природу люблю. Она редко бывает бесшумной, но ее звуки меня не напрягают.

– А что напрягает?

– В основном люди. Они вечно лезут, что-то хотят. Особенно парни... От них вообще нигде не отдохнуть. Куда бы я не пошла всегда найдется хоть один который испортит весь отдых своей назойливостью...

– Ну... Ты симпатичная... Чему тут удивляться? Я думал девушки вроде тебя любят внимание.

– Вроде меня? И много ты таких знаешь, что выводы делаешь?

– Ну...

– Я так и думала...

– Со стороны это выглядит именно так. Разве нет?

– Возможно... Но вот возьмем тебя, например. Ты же любишь внимание? Не отрицай. Я давно за тобой наблюдаю и это хорошо заметно. А сегодня... Ты же буквально купался в нем и тебе нравилось. Очень нравилось... Но потом ты просто ушел от всех. Просто ушел и все. Почему?

– Не знаю. Просто захотелось побыть одному. Наедине с собой как-то...

– Комфортнее? Да?

– Да.

– Вот и у меня так же. Любое внимание рано или поздно надоедает...

Внезапный порыв прохладного ветра навел мелкую рябь на кожу Мелисы.

– Марк, тебе не кажется, что похолодало?

– Может совсем немного... Просто солнце уже за холмом. Скоро темнеть начнет.

– А мне как-то холодно...

Я провел рукой по ее спине. Одежда была влажная и холодная. Не удивительно что она начала мерзнуть.

– Тебе бы переодеться, Мелисса. А то так и заболеть можно.

– И во что мне переодеться? Ты забыл? Мы же в лесу.

– Вон там на твоем шпионском логове висит моя футболка. Думаю, она уже сухая. Можешь ее одеть.

– А как же ты?

– А что я? Я и в одних шортах не замерзну.

– Ну как знаешь. Только не подглядывай. Хорошо?

Я отвернулся и услышал будоражащий шорох снимаемой одежды. Мозг сразу начал рисовать картину происходящего и с каждой секундой желание повернуться росло все сильнее. И когда я уже было решился повернуть голову то услышал предательскую фразу: "Я все – можешь поворачиваться".

В моей футболке Мелисса смотрелась уже не так эффектно. Она была на много размеров больше чем надо и висела на ней мешком, свисая до середины бедра.

– Спасибо за футболку, Марк. А ты не такой как все. Я думала, как и любой другой парень предложишь согреть теплом своего тела...

– А что, надо было?

– Нет. Просто вначале ты бесцеремонно пялился на меня и наверно успел глазами полностью не только рассмотреть, но и раздеть. А в конце... В общем я ждала чего-то подобного, а ты... Странный ты, Марк Сильвер... Очень странный... Пойдем назад. Я думаю нас уже ищут.

Мы пошли путем Мелиссы. Но только в этот раз при моей помощи она более удачно дошла до другого берега по стволу дерева. Правда в конце все равно запнулась и с визгом рухнула вниз. Я успел ее дернуть на себя и вместо воды она полетела в мою сторону. Потеряв равновесие, я завалился на спину утащив Мелиссу за собой. Она завалилась на меня сверху и ее лицо оказалось напротив моего. Так близко, что я ощутил тепло дыхания на своей коже. Она смотрела мне в глаза не отрываясь, а ее лицо наливалось румянцем. В воздухе повисло неловкое молчание, а потом... Мелисса подалась вперед и наши губы соприкоснулись. Всего пару секунд, но и этого было достаточно чтоб почувствовать, как тепло медленно растеклось по всему телу, заполняя меня как пустой сосуд... Но вдруг, будто опомнившись, Мелисса резко встала и упёрлась глазами в землю. У меня возникло ощущение что от стыда она готова зарыться прямо на месте.

– Прости... Не знаю, что на меня нашло... Как-то это неправильно все... Подумаешь еще что я...

– Не парься, Мелисса. Это же поцелуй, а не попытка убить меня. К тому же мне понравилось. Пойдем лучше быстрее, а то скоро стемнеет.

Всю дорогу мы шли молча. И если я шел и улыбался, то моя спутница наверняка шла и распинала себя за неподобающее поведение в вечер знакомства.

Когда мы подошли к автобусу, я заметил, как нас буквально прожигают взглядами. Мало того, что мы были последние, так ведь только слепой не заметит, что Мелисса шла в моей футболке, а я и вовсе в одних шортах с голым торсом. Я наклонился к уху и шепнул:

– Кажется завтра будет много вопросов...

В ответ она взяла меня за руку и с улыбкой ответила:

– Нет. Уже сегодня.

Мы сели в автобус и поехали. Мелисса всю дорогу держала меня за руку сказав, что ей так спокойнее. Не знаю уж почему ведь это было дополнительное привлечение внимания. Девчонки с соседних мест то и дело поглядывали на нас, перешептывались и хихикали. Скоро нас привезли к школьному стадиону. Мы подождали пока все выйдут и последними покинули автобус. Торопиться то все равно было некуда...

– Проводишь меня, Марк? Я тут недалеко живу.

– Конечно. Пойдем. А то темно. Украдут еще.

– Боишься?

– Может совсем чуть-чуть...

Дорога до дома была и вправду недолгой и уже минут через десять мы дошли спокойным шагом. Остановившись перед порогом Мелисса долго мялась и никак не решалась зайти домой, а потом поцеловала меня в щеку и со словами: «Ну ты и тормоз, Марк» – с улыбкой скрылась за дверью. Осознав свою ошибку, я тоже улыбнулся и отправился домой.

Погрузившись в приятные воспоминания о сегодняшнем дне, я и не заметил, как прошел полпути. На улице было тихо и мрачно. Темнота полностью вступила в свои права и лишь редкие фонари освещали дорогу. Я шел и совсем не глядел по сторонам как вдруг мне в лицо ударил яркий свет. За ним я увидел несколько человеческих фигур, но свет бьющий в глаза не позволял рассмотреть их лица... Источник света приблизился и тут же в лицо мне прилетел чей-то кулак. Следом второй, третий... Инстинктивно я сделал шаг назад, но обо что-то споткнулся и завалился на спину. А через мгновение мне прилетел сильный удар в голову, потом ещё, еще и еще... Встать мне не давали и потому единственное что я мог сделать это свернуться, закрывая лицо и живот, но после очередного удара в голову свет потух... Совсем...

Очнулся я с криками от невыносимой боли. Болело все. Тело, голова, руки, ноги при каждом вздохе будто выворачивало наизнанку. Было ощущение, что кости, прорывая кожу вылезают наружу. За собственными криками я почти не слышал происходящего вокруг. Видел только врачей, которые склонились надо мной, а потом на меня надели маску, и я через несколько секунд провалился в сон...

Проснувшись я ощущал сильный дискомфорт во всем теле. Как оказалось, почти все мои конечности, тело и голова были перетянуты бинтами. Видимо меня хорошо отделали после того как я отключился...

В коридоре напротив двери я увидел плачущую мать. Ее успокаивал врач, говоря, что жизненно важные органы не пострадали и потому я скоро поправлюсь. Мать лишь кивала головой и продолжала рыдать. Я окликнул ее, и она сразу же подбежала ко мне и начала тараторить:

– Сыночек, бедненький мой... Как же так? Кто же такое сделать мог с тобой? Тут болит? А тут? А тут?

– Мам... Не надо... Везде болит... Лучше не трогай пока...

Она убрала руку и снова заплакала.

– Ну не надо, мам. Тут и без твоих слез тошно. Лучше попить мне дай. Очень хочется.

– Вот, держи. Только много не пей. Доктор сказал, что нельзя, а то может назад все выйти.

Как оказалось, попить без посторонней помощи это прям проблема, но вылив половину стакана на себя я все же справился.

– Мам, а как долго я был в отключке?