Текст книги ""Фантастика 2024-9". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Евгений Ренгач

Глава 3

Когда мне рассказывали про Казематы, я представлял невысокое мрачное здание с прочными стенами. Этакая тяжёлая архитектура, но ничего грандиозного.

Но я опять недооценил Хавок.

Казематы оказались огромной башней из чёрного кирпича, куда больше напоминавшей владения Тёмного Властелина Саурона, чем городскую тюрьму. Громадное сооружение с десятком башен. В тёмных окнах пляшут огненные отблески, а сквозь узкие бойницы внимательно следят вооружённые арбалетами бойцы. Вокруг – ров, из которого доносится кровожадное сопение. Наверняка крокодилы или даже кто похуже…

Я обернулся. Где-то вдалеке, как будто на расстоянии в несколько километров я увидел знакомые очертания Хавока. Значит, Казематы располагались на самой границе города, но вдали от жилых районов.

Казалось странным, что я ни разу не замечал на горизонте подобной махины. Впрочем, у этого могло быть вполне простое и понятное объяснение. Власти города, Совет Старейшин, просто не хотели, чтобы подобное сооружение каждый день маячило перед глазами жителей и скрыли его при помощи тщательной работы Оптиков. Сколько могла стоить такая иллюзия я даже не хотел думать.

Мы стояли у подножия башни. От одного взгляда на неё по телу бежали мурашки, а сердце начинало биться быстрее. Не удивлюсь, если такой эффект достигается при помощи каких-нибудь артефактов…

И если на меня Казематы произвели сильное, но всё же не ошеломляющее воздействие, то вот о Тардже этого сказать было нельзя.

Несчастный парнишка упал на колени и рыдал, размазывая по лицу слёзы и сопли.

– Я здееесь умрууу!!! – проревел он. – Моооя сееемья мне не прооостит этот пооозор!

– Позор?! О семье нужно было думать раньше!!! Всё, что от вас требовалось – никого не убивать!!! – проревел откуда-то сверху низкий лающий голос.

Мы с Тарджем подняли глаза, и на лестнице, ведущей к Казематам, увидели громадный силуэт. Это был мужчина, очень высокий и крепкий.

Он сделал шаг нам на встречу, и огненные отблески Казематов осветили его лицо. Сначала я решил, что это орк или даже тролль, но первое впечатление оказалось обманчивым. Это был человек. Ему было сорок или пятьдесят лет, а его лицо можно было описать одним словом – суровое.

Прищуренные тёмные глаза, острые крылья носа, сжатые в ниточку губы, бледные впалые щёки с глубокими морщинами. Его волосы были коротко острижены до состояния седого ёжика. Одет он был в форменный чёрный плащ, полностью скрывающий ноги и оставляющий открытыми только подошвы тяжёлых сапог.

В правой руке он сжимал громадный хлыст. Настолько большой, что хлысты парней из Белого Клана казались на его фоне невинными детскими игрушками. Он слегка шевельнул рукой, и хлыст вспыхнул, охваченный пламенем. Пахнуло жаром. Это был настоящий огонь, сжатый в один тугой жгут…

От этого мужика исходила такая сильная энергетика, что сразу становилось понятно – шутить с ним не стоит ни при каких обстоятельствах. И если его что-то не устроит, он способен превратить жизнь того, кто ему не понравится в настоящий кошмар…

За его спиной возвышались две фигуры поменьше, также облачённые в форменные чёрные плащи и сжимающие в руках по хлысту.

– Мы никого и не убивали! – крикнул я в ответ.

Отвечать мне этот здоровяк даже не подумал. Он кивнул, и стоящие за его спиной фигуры стремительно рванули к нам. Я и понять ничего не успел, как они уже застегнули на наших руках стальные наручники. По телу растёкся холод. Я попытался призвать Атрибут молнии, ударить себя освежающим электрическим разрядом, но ничего не удавалось. Все мои способности исчезли, как будто их никогда и не было…

Стоило кандалам щёлкнуть на наших запястьях, как суровый громила парой мягких шагов оказался рядом с нами.

– Если Судья решил, что вы убийцы, значит, так оно и есть! – рявкнул он мне прямо в лицо, разбрызгивая слюну. – Меня зовут Грофф! Я старший надзиратель Казематов! Ваши жизни теперь принадлежат мне! Без моего приказа вы теперь не имеете права ни спать, ни есть, ни чихать, ни испражняться! Это вам, вонючим хумам, понятно?!

У меня возникло ощущение, что он как будто отыгрывал роль сурового начальника или вояки из старых голливудских фильмов. Настолько карикатурно агрессивным он был. Но, похоже, Грофф и не пытался играть роль. Он таким и был.

– Всё понятно! – от волнения забыв растягивать слова, проблеял Тардж.

Я же не спешил расписываться в собственной покорности. Умение подчиняться вообще не было моей самой сильной чертой…

Грофф понял это мгновенно.

От кандалов по моему телу побежали электрические разряды, и я, не удержавшись, рухнул на колени. Боль была просто безумной!

Старший надзиратель взмахнул хлыстом, и его охваченный огнём конец пролетел в миллиметре от моего лица.

– Кастиан Норд… Я знаю про тебя всё! Своевольный, непокорный. Втёрся в доверие к девчонке из мастеровых, подмял под себя её дело, а затем при помощи неизвестного артефакта в потасовке пришил Дона конкурирующего Клана! – прорычал он мне на ухо. – Ты тот, кого я ждал так долго! Чудовище, лишь внешне напоминающее человека! Монстр, которого я обуздаю! А ну скажи мне снова, ты понял, где твоё место?! Понял, по чьей милости ты теперь живёшь?!

Моё тело снова пронзила боль. Я попытался сопротивляться. Стиснул зубы, впился ногтями в ладони. Но боль всё равно была сильнее.

– Понял! Я всё понял! – не выдержав, простонал я.

– Ну и хорошо! – осклабился надзиратель Грофф и, тут же потеряв ко мне всякий интерес, пошёл ко входу в Казематы.

Двое других, пришедших вместе с ним, подхватили нас с Тарджем под руки, и поволокли за ним следом.

По телу всё ещё пробегали судороги боли. Кажется, я только сейчас начинал понимать, в каком месте я оказался. Похоже, что все пугающие слухи про Казематы и царящие там условия были правдой. Заключённых здесь не считали за живых людей. Оказавшись здесь, мы как будто были лишены права называться людьми. И с нами могли делать что угодно!

Вот уж не думал, что, вырвавшись из власти Отца Джуна, я так быстро окажусь во власти другого человека! И на фоне надзирателя Гроффа даже Отец Джун казался милой душкой без намёка на патологическую тягу к насилию…

Поднявшись по лестнице, я огляделся. Отсюда открывался вид на Хавок. Я увидел чистое небо над Благодатью, парки, фонтаны, множество несущихся по улицам мобилей… Город жил! Но мы больше не были его частью. Мы были в отдельном мире. Мире, не обещавшем нам ничего хорошего…

Нас ввели во внутренние помещения. Здесь оказалось на удивление многолюдно. В основном надзиратели в чёрной форме и заключённые с кандалами на руках, но встречались и люди в обычной одежде, наверняка посетители. Потолки здесь были высокие, а стены и пол сделаны из тёмного камня. Наверное, кто-то бы даже мог назвать это красивым. Но вот только мне до этой красоты не было никакого дела…

Следующие несколько минут заняла уже привычная для нас с Тарджем процедура оформления. Нас снова провели под аркой, при помощи Потока подсоединённой к Оракулу. История повторилась – никаких способностей и Атрибутов ни у меня, ни у Тарджа система не показала, но при этом на несколько секунд задумалась. В отличие от Шерифа Леблана, на это никто не обратил внимания.

Нас ещё раз обыскали и в сопровождении охраны отправили переодеваться в ярко-красные тюремные робы. Наверное, его выбрали из-за того, что он всегда бросался в глаза. Спрятаться где-то при попытке сбежать просто невозможно!

О том, чтобы провести какие-то гигиенические процедуры, никто и не подумал. Распространение в Казематах болезней, насекомых и вездесущих яргликов никого не волновало.

По всем помещениям нас сопровождали уже не два, а целых четыре крепких надзирателя, вооружённых искрящимися металлическим жезлами. При этом мы каким-то образом умудрялись привлекать внимание. На нас глазели. Целые колонны заключённых останавливались, показывая на нас пальцами.

– Привыкайте к славе, идиоты! Убийство Дона – не то преступление, что происходит каждый день! – проворчал Грофф, ожидавший окончания процедур и прислонил руку к огромным металлическим воротам в конце зала.

Ворота вздрогнули и со скрипом принялись открываться. Грофф шагнул внутрь, увлекая нас за собой. Мы в сопровождении охраны пошли за ним по металлическому мостику.

Как оказалось, за этими воротами начинались сами тюремные камеры. И они оказались не такими, как я ожидал.

Передо мной открылось огромное помещение с невозможно высокими, в несколько десятков метров, потолками. И оно всё, полностью, было заполнено камерами, небольшими металлическими клетками, горящими красным Руническим свечением. Все камеры были размещены в несколько нависающих друг над другом уровней. Верхние камеры висели в десятках метров над моей головой, а нижние – далеко внизу. Так далеко, что я не мог их видеть. Их разделяли только обманчиво тонкие перегородки.

Между камерами по подвесным лестницам ловко сновали надзиратели с огненными хлыстами в руках, успокаивая особо буйных заключённых. Над их головами парили светошары. Их были сотни, возможно, тысячи. Но даже их не хватало, и вокруг царила зловещая полумгла.

И пусть я не мог видеть заключённых в камерах над или под нами, я мог их слышать. Воздух так и разрывался от многочисленных криков.

– Парни, это те самые ублюдки! Они грохнули нашего Дона!!! Уроды! Проклятые хумы!!! Эх, вот бы мне до них дотянуться! Я бы их выпотрошил!!!...

Возгласы доносились со всех сторон. Я действительно чувствовал себя местной знаменитостью. Не думал, что когда-нибудь прославлюсь. К тому же таким печальным образом…

Единственное, что меня во всей этой ситуации радовало, так это что все камеры здесь были одиночными! При всём желании никто из них не сумеет нам с Тарджем навредить…

Мы продолжали идти по подвешенным между камерами шатким металлическим лестницам. Грофф и остальные надзиратели – быстро и уверенно, мы с Тарджем – пошатываясь и едва сохраняя равновесие. Судя по уверенной походке, старший надзиратель и не думал останавливаться…

– А вам не страшно держать всех в одном месте? – обратился я к Гроффу. Я не мог молчать. Просто не мог позволить ему думать, что он меня сломал. – А если они решат бежать или устроят бунт?

– Бежать? Нет, это всего лишь мелкие нарушители, приговорённые за какую-то ерунду… Им духу не хватит на побег! – Грофф махнул хлыстом, который всё ещё сжимал в руке. – Но вы, мальчики, здесь не останетесь! Вам, как особо опасным, светит Чёрный зал…

– Чёрный зал? Что это такое? – спросил я, чувствуя, что ответ мне очень не понравится.

Отвечать нормально Гроф не стал. Мы как раз подошли к высокой, метра в четыре высотой металлической двери, украшенной множеством Рун. Грофф приложил к ней руку, и она, нехотя, подалась.

Надзиратели быстрыми движениями сорвали с нас наручники и, пока мы не успели опомниться, толкнули нас внутрь.

И то, что я увидел, мне совсем не понравилось…

Глава 4

Чёрный зал представлял собой огромное пространство, доверху заваленное самой разнообразной рухлядью. Обломки столов, стульев и прочей мебели, а также целые горы пожелтевшего от времени вонючего тряпья соседствовали здесь с проржавевшими останками тюремных камер. Это был хаос из самых разных вещей, побросанных без намёка на порядок.

И вся эта вещевая анархия была весьма густо населена. Здесь были сотни живых существ, если не больше. Все разные, не похожие друг на друга, как представители человеческой расы, так и прочие, включая орков, эльфов, гоблинов. Представители всех основных групп Хавока были собраны здесь в одном месте.

Выглядели местные обитатели, как бы сказать помягче, довольно угрожающе… Все мрачные, в разорванной одежде, с множеством усиливающих Рун, шрамов и синяков, украшающих все открытые участки тела.

Типичные обитатели Кланов вне закона в своём обыкновенном виде и в естественной среде обитания!

Мы появились очень вовремя – в самой середине кровавой драки.

Крупный гном с пышной бородой до пояса и зажатой в мозолистой руке металлической киркой сошёлся в бою с облачённым в частично сохранившийся ржавый доспех гоблином.

Я мало знал об этих расах. Встречаться с ними мне доводилось лишь быстро, на ходу. Так что, пусть ситуация и не очень располагала к созерцанию, я воспользовался шансом и рассмотрел их внимательнее.

В целом, гномы выглядели также, как их представляют на Земле. Невысокие, кряжистые, с задубевшими от работы ладонями, с шикарными бородами. Только от местных гномов так и несло не запахом гор и рудников, а ароматами преступной жизни. Бороды были всклокочены, одежда разорвана, среди усиливающих Рун попадались татуировки с обнажёнными русалками. Про лёгкие миазмы браги я и вовсе молчу!

Гоблины на их фоне смотрелись неказисто. Ещё ниже бородачей, с длинными носами, торчащими в стороны ушами-трубочками, когтистыми ручками. Главной их фишкой были вытянутые ступни, делающие их походку необычно прыгучей, и зелёная чешуя.

Оба что-то яростно кричали. Как я понял, высказывали накопившиеся претензии.

Тут гоблин вскинул когтистый палец, и в гнома полетел концентрированный энергетический разряд, выглядящий как стремительный серебряный росчерк.

Уклоняться от атаки или попробовать защититься гном даже не подумал. Просто принял разряд на широкую грудь. Его глаза расширились, а заплетённые на голове волосы встали дыбом. Но этим всё и ограничилось. Набитые на его жилистые руки Руны блеснули. Ага, значит, у него есть защита!

Не прекращая басом извергать оскорбления, гном повернулся и посмотрел на сидящего в стороне человека.

Это был мужчина человеческой расы лет шестидесяти на вид, по-турецки восседающий на цветастом ковре, выглядевшем как самая дорогая вещь во всём зале. Крепкий и мощный, он был покрыт густой вязью сложных Рун. Вне сомнений, набивал их опытный Каллиграф, используя при этом отличную Рунную краску!

В руках он расслабленно крутил небольшой кинжал, горящий ровным красным пламенем. Причём крутил очень ловко, не глядя. Кинжал проворачивался вокруг ладони, нырял между пальцами – чувствовалось невероятное умение и годы практики!

Вокруг него толпился с десяток парней, ловящих каждый его жест и глядящих на него с таким уважением, как будто более важного человека не существовало во всём мире...

Я мало знал о нравах Преступного сообщества, но кое-что понял. Этот человек был местным авторитетом. И без его разрешения здесь ничего не делалось.

Поймав взгляд гнома, авторитет ухмыльнулся и легко и властно кивнул. Гном, словно получив разрешение, кровожадно улыбнулся и неуловимым быстрым движением бросил кирку.

Сделав в воздухе два оборота, кирка с отвратительным чавканьем вошла аккурат в лоб гоблина. Тот успел пару раз хлопнуть глазами, а затем кучей безжизненных лохмотьев свалился к ногам победителя.

Толпа вокруг заулюлюкала и захлопала в ладоши. Местных кровавая расправа нисколько не смутила. Напротив, зрелище доставляло им удовольствие. Судя по их довольным рожам, драки были едва ли не самым популярным местным развлечением.

Всё происходящее здесь напоминало мне подвал Особняка Отца Джуна, но только куда более жёсткую версию…

Гном схватил тело поверженного противника и потащил его в угол зала. Там я разглядел тёмный провал в полу, настоящую дыру, дна которой не было видно. И он собирался сбросить туда тело гоблина.

Такой расклад не устроил соплеменников погибшего. Наперерез гному выскочил целый выводок из шести гоблинов. Они схватили тело товарища за тонкие ручки и ножки и попытались оттащить в сторону. Но гном не собирался сдаваться так просто.

– Эй, кожаные задницы, обрушься на вас Великая гора! Вы какого известняка творите?! – пробасил он. – Я убил его в честном бою! Теперь его тело принадлежит мне!

– Заткнись, бородатый! Ты забрал его жизнь, но теперь его тело принадлежит его народу! – едва ли не в голос прошипели все шестеро гоблинов, по-звериному скалясь и грозя когтистыми кулачками.

Назревала новая драка. И гнома не собирались оставлять одного.

– Давайте, братья! Во имя Заброшенных рудников! – раздался многоголосый рёв, и на помощь к гному, потрясая молотами и кирками, выскочили ещё четверо его соплеменников.

Теперь расклад был пятеро на шестеро. Почти вровень! Назревала драка…

Об этом же подумали и участники конфликта. Воздух наполнился энергетическими разрядами и выпускаемыми из Универсальных колец потоками огня и льда. В радиусе нескольких метров стало небезопасно!

Но для местных такая забава выглядела привычно. Все, кто не участвовал в драке, мгновенно бросились как можно дальше, прячась за всем, что могло служить укрытием, активировали зашитые в кольца защитные сферы. Судя по их спокойным лицам и отточенным движениям, такая ерунда тут происходила едва ли не постоянно!

Я тоже рванулся, пытаясь скрыться, но на моё плечо легла тяжёлая рука надзирателя Гроффа.

– Стой где стоишь! – спокойно произнёс он. – Если суждено умереть, то прими смерть как мужчина, а не как прячущаяся по углам крыса!

– А вы разве не должны вмешаться?! Вы надзиратель, а это заключённые! Вы что, позволите им спокойно убивать друг друга?!

– Моя работа – следить, чтобы они не сбежали и не умерли от голода. Следить за тем, чтобы они не убивали друг друга, не входит в мои обязанности! – ровным голосом пояснил он. – В этом и есть смысл Чёрного зала! Чудовища, запертые вместе, сами делают свою жизнь невыносимой.

В этот момент в моей голове всё окончательно сложилось.

В Казематах действовала особая система. Заключённых здесь не пытались перевоспитать или исправить. Может, с теми, в предыдущем зале, какая-то работа и проводилась, но в Чёрном зале царили совсем другие порядки. Самых опасных преступников здесь запирали, полностью снимая с них ограничения на использование Рун и Атрибутов. У них было оружие и какие-то обломки старых вещей для того, чтобы создать себе хоть какие-то условия для существования. Им регулярно приносили еду, позволяя не сдохнуть от голода, а двери охранялись мощными Рунами и специальными механизмами. Вырваться отсюда было невозможно.

Оставалось только выживать. В компании самых отмороженных и опасных преступников многомиллионного Хавока, неспособных и дня прожить, не устроив кровавой бани. Нетрудно догадаться, что даже для самых сильных и жестоких парней отбытие наказания в таком месте становилось сложнейшим испытанием в жизни.

Теперь мне стало понятно, почему Казематов так сильно боялись. Отсюда действительно возвращались немногие…

Тем временем драка между гномами и гоблинами продолжалась. Правда, из сражения между двумя расами потасовка превратилась в массовое побоище. Теперь тут были все. Эльфы, люди, парочка каких-то волосатых здоровяков. Кто-то был здесь, потому что не успел убежать, а кто-то наоборот сам бросился в гущу сражения. Потому что просто не мог сидеть в стороне! Мелькали и обритые серые затылки орков. Конечно, эти точно не могут пропустить ни одной драки!

Стрельба энергией на расстоянии перешла в настоящую рукопашную. В ход пошли ножи, топоры, кирки и, разумеется, пудовые кулаки. Со всех сторон доносились крики боли, треск ломаемых костей и звон оружия.

Мы по-прежнему стояли достаточно близко к самому эпицентру этого праздника крови и жестокости. Крепкие ладони Гроффа, лежащие на наших плечах, не давали нам и шанса скрыться.

Тут один из гномов особо удачно махнул здоровенным топором, и голова зазевавшегося гоблина, совершив красивый оборот в воздухе, выкатилась прямо к нашим ногам. Струя крови из его растерзанной шеи брызнула прямо в лицо Тарджу.

Прямо на глазах его лицо из бледного превратилось в серое и абсолютно обескровленное. И это с учётом того, что у него от природы была весьма тёмная кожа!

– Я неее хооочу здееесь быть!!! – провыл он, падая на колени. – Выпууустите меееня!!!

В его голосе было настоящее отчаяние. На нас даже стали оборачиваться, как будто только сейчас заметив.

Но надзиратель Грофф оставался непреклонен. Он вообще ничего не сказал. Просто продолжил наблюдать за разворачивающейся перед ним дракой.

А она тем временем подходила к концу. И гномы одерживали безоговорочную победу.

Встав плечом к плечу, они, синхронно взмахивая кирками и молотами, теснили гоблинов, пока те не уткнулись тощими спинами в стену из сваленного в кучу хлама. На бородатых мордах гномов мелькнули злорадные ухмылки. На то, чтобы закончить бойню, им понадобилась пара минут И я со всем своим опытом участия в потасовках и жизни в Семье, никогда ещё не видел такой быстрой и брутальной резни.

В едином бородатом порыве они налетели на остатки гоблинов, оставляя после себя только истекающие кровью тела. А затем, подхватив их останки, потащили к дыре в углу. К той самой, в которую начавший драку гном и пытался сбросить убитого им гоблина. Разместив тела по краю, они спихнули их ногами.

Я ожидал звука удара, но вместо него тишину Чёрного зала огласил животный вой изголодавшегося существа. Последовали сдавленные крики ещё живых гоблинов, а дальше их заглушил стук мощных челюстей.

Какое-то существо, обитающее в дыре, лакомилось свежей добычей.

– Что это за дрянь? – прошептал я, поворачиваясь к Гроффу, но его не месте не оказалось. Пока мы глазели на это представление, старший надзиратель умудрился тихо и незаметно смыться.

Зато теперь, когда драка завершилась, мы с Тарджем привлекли внимание всех обитателей Чёрного зала. На нас пялились. И не с добродушными улыбками, желая как можно душевнее встретить новых постояльцев, а с таким видом, как будто прикидывали, за какую сумму можно продать наши тела Хирургам Красного Клана.

Смотрел на нас и властный старик, сидящий на ковре. И от его взгляда у меня по спине бежали мурашки…

– Вы хто такие будете, а?! – пробасил начавший драку гном, многозначительно поигрывая киркой.

Ответить я не успел, потому что это сделали за меня.

– Это Кастиан Норд, член Семьи Джуна Синего Клана, и его подпевала Тардж. Тоже клановец, – произнёс знакомый голос. – Очень мутные типы. И я очень давно жду возможности перерезать им глотки.

Нам навстречу, раздвигая толпу, шёл старый знакомый. И эта встреча не сулила нам ничего хорошего.