Текст книги ""Фантастика 2024-9". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Евгений Ренгач

Глава 38

Я шевельнул ногой и вдруг понял, что снова могу двигаться. Воробей потратил столько сил, что больше не мог использовать обездвиживающие чары. А значит, и поводов валяться, глотая песок, больше не было.

Я рывком сорвался с места и, промчавшись мимо удивлённо застывшего Альфреда, с хрустом ударил Воробья по лицу.

По его Образу пробежала рябь, и он сумел удержать его, направив дополнительную порцию магии.

Эта простейшая атака как будто пробудила во мне новые силы. Тело содрогнулось в конвульсиях, температура повысилась настолько, что от кожи повалил пар. Мышцы увеличились в размерах, плечи раздались в стороны, а сам я стал на несколько сантиметров выше. От происходящих с моим организмом изменений кружилась голова.

За приливом энергии последовало мгновение слабости. На ногах я удержался только благодаря вовремя подставленному верным Альфредом плечу. Зато теперь я чувствовал, что преображение было завершено.

– Вы это сделали, господин, – шепнул мне он.

Я улыбнулся в ответ. О да, ради такого эффекта стоило и потерпеть!

– Ты должен быть мёртв! Мёртв!!! – взревел Воробей, тыча в меня пальцем. – Как ты это делаешь⁈

– Энергия убитых мною монстров, – просто ответил я. – Она копилась во мне. И только сейчас нашла выход.

От Воробья пробежала волна силы. Он смотрел на мою энергетическую структуру, пытаясь понять, как сильно я изменился. Ответа на этот вопрос не знал я сам. Скакнул на несколько Рангов вперёд, это точно. Вопрос только в том, как сильно…

Проверить это можно только одним способом – в честном поединке.

Откладывать его в долгий ящик я не стал и бросился в атаку.

Тело стало на удивление лёгким и быстрым. Расстояние до Воробья я преодолел куда быстрее, чем ожидал, и едва не пролетел мимо него. На самом излёте вскинул руки и нанёс комбинацию из нескольких ударов. Они получались так быстро и чётко, что я и сам не ожидал. Все мои движения как будто поставили на ускоренную перемотку.

Надо отдать Воробью должное – справлялся он достойно.

Кружась вихрем, отражал все мои удары. Пользуясь недостатком моей техники, попробовал контратаковать, но я успел уклониться, одним прыжком отскочив от него метров на двенадцать.

Прислушался к организму. Энергия во мне бурлила. Пусть её часть ушла на моё преображение, сил оставалось более чем достаточно.

Ими я и воспользовался.

Направив всю энергию в кулак, я сплёл из неё Поцелуй боли. Фирменная техника Оскуритовых, она отлично действовала против бойцов любого уровня. По сути, у неё был только один недостаток – для её применения требовался физический контакт.

Воробей понял, что я замышляю. Передёрнув плечами, поменял боевую стойку. Вокруг него выросли десятки энергетических щупалец. Он не собирался позволить мне коснуться его даже пальцем.

Что ж, как раз касаться его я и не собирался.

Энергии во мне было столько, что я использовал её для создания внутреннего толчка. Сплетённая в тугой узел техника вылетела из моей руки и, облетев все энергетические щупальца, попала точно в Воробья.

Эффект был грандиозный.

– ААА!!!

С губ Воробья сорвался животный крик. Я ухмыльнулся. Боль, которую он сейчас испытывал, мало с чем можно было сравнить. По его Образу прошла рябь, но главный сюрприз заключался не в этом. Энергия ударила по нему резко, как кий по бильярдному шару. Ноги оторвались от земли, и его снесло прямо в горящую мастерскую, пробив телом кирпичную стену.

Н-да, такого я как-то не ожидал! Единственный плюс – ему явно понадобится время на то, чтобы прийти в себя. Я как раз успею решить несколько срочных дел.

Я огляделся. Мастерские и часть дома были охвачены огнём, а двор превратился в залитую кровью выжженную пустыню. Сражение между выжившими Пределовцами и бойцами Богатырёвых ещё шло, пусть и очень вяло. Сил не осталось ни у тех, ни у других, но заканчивать бой они не собирались.

Что хуже всего – и дом, и прилегающий к нему двор всё ещё были окружены непроницаемым Барьером. Для всех, кто находится снаружи, в поместье всё было как прежде – ни криков, ни взрывов они не слышали, горящих мастерских не видели. А значит, на помощь не придут.

Рассчитывать приходится только на себя. Ничего нового!

Теперь у нас хотя бы был шанс…

– Альфред, ты как? – спросил я, бросаясь к своим товарищам.

Альфред выглядел ужасно. Сквозь слезшую кожу в нескольких местах проглядывал скелет, а ожоги покрывали большую часть его тела. Лицо же по-прежнему выглядело как работа победителя конкурса «За самую страшную Хэллоунскую маску».

Что странно – двигался он при этом совершенно свободно, а страшные раны кое-где начали покрываться свежей розовой кожицей.

– В полном порядке, господин! – отрапортовал камердинер. Его горло было обожжено, поэтому голос звучал непривычно глухо. – Я быстро восстанавливаюсь. Но вот госпожа Алина… Боюсь, что её уже не спасти.

Я опустился перед ней на колени. Вот уж кто действительно плохо выглядел, так это она. Кожа бледнее снега, ужасная рана, литры потерянной крови и почти полное отсутствие сердцебиения. Вытащить из такого состояния её не сумел бы и самый крутой лекарь.

К счастью, у меня на руках имелся козырь.

Стянув кольцо с Камнем исцеления, я надел его на палец Алины. Альфред бросил на меня скептический взгляд, но в следующее мгновение сердце девушки забилось сильнее, на щеках появился румянец, а кровь остановилась. Если так пойдёт и дальше, то она быстро восстановится. Только бы в Камне хватило заряда…

– Господин, вы величайший лекарь в истории!

Я отмахнулся. Сейчас было не до лести.

Осмотрев Максима, я понял, что он в порядке, только потерял сознание. Степана Аркадьевич же был мёртв. И никакая магия не могла его спасти.

– Альфред, следи за Алиной и Максимом. Если хватит сил – помоги оставшимся людям Богатырёвых. Для поддержки оставляю тебе Жижика.

– Господин, а куда пойдёте вы?

– Я? – Лицо исказила усмешка. – Охотиться на Воробья.

Я одним прыжком перелетел весь двор, оказавшись на подоконнике окна горящей мастерской. Это далось легко. Энергии во мне было более чем достаточно, а Ранг… Кстати, какой у меня Ранг? Понятия не имею, но точно не седьмой!

В мастерской по-прежнему пылало пламя. Особое, магическое, оно было жарче обыкновенного и не нуждалось в большом количестве топлива. Разумное, оно тут же потянулось ко мне, пытаясь поджарить.

Я активировал артефакт Степана Аркадьевича. Пламя лизнуло защитную сферу. По ноге пробежал жар. Мало приятного, но, по большому счёту, полная ерунда. Но без Камня исцеления всё равно следует быть очень осторожным. Без его помощи восстановиться с такой же лёгкостью я больше не сумею…

Направив в глаза Дар, я огляделся. Видеть сквозь дым и огонь было тяжело. Следов Воробья не наблюдалось. Я не сомневался – он где-то здесь, рядом. Барьер продолжал работать, и ему некуда было идти. Так что мы с ним здесь заперты. Я и он.

Близилась финальная битва.

Поудобнее перехватив Людоеда, я спрыгнул вниз и заскользил по горящей мастерской. Сфера и Дар защищали глаза от едкого дыма, а вот со свежим воздухом пришлось повозиться. Я распределил по организму силу, уменьшив потребность в дыхании. Дышать стало легче. Надеюсь, что я не задохнусь, прежде чем сумею найти Воробья…

Рядом раздался шорох. Я обернулся, готовый нанести удар. Тревога оказалась ложной. В мастерской оставалось множество артефактов. Охваченные огнём, они искрили, из них вырывалась остаточная энергия. Вот и сейчас, это был не Воробей, а всего лишь сдвинутый артефактной силой стол.

Фух, нужно что-то делать с нервами… Вот закончу со всем этим, и отправлюсь в отпуск! Есть же в этом мире тёплое море, на котором никто не будет пытаться меня убить?

Следующий звук я проигнорировал, решив, что это очередной выброс артефактной силы.

И ошибся.

Удар Воробья сшиб меня с ног и отправил в полёт. Пролетев через горящий стеллаж, я врезался в стену. Оставив в ней солидную вмятину, сполз на пол. Защитная сфера мигнула, не выдержав нагрузки, и снова зажглась.

Но Воробью этой заминки хватило для того, чтобы оказаться рядом. Его ладонь сжалась на моей шее.

– Хороший удар, Марк. Ты очень вовремя пробудил скрытый потенциал. Это можно было предвидеть. Но я надеялась, что это не случится…

Выглядел Воробей очень странно. Мой энергетический удар повредил его Образ, и сейчас он мигал и появлялся, пятнами переползая по телу. Вот появилась рука, и тут же скрылась за помехами. Мелькнула нога, затем живот. Каждая деталь тела и костюма была мне знакома до каждой складки. Но я был слишком уставшим, а через пережатое горло кислород слишком плохо поступал в мозг, чтобы сложить последний пазл.

– П-прости за сюрприз…

Энергия полыхнула во мне, выстреливая в Воробья. Его пальцы разжались, и заговорщик пролетел через всю горящую мастерскую, снеся по пути несколько стеллажей. С них посыпались артефакты. Помещение наполнилось искрами. Сила вокруг так и бурлила.

Но мне на это было без разницы. Защитная сфера снова работала на полную мощность, меня переполняла энергия. Я одним прыжком взмыл под потолок и спикировал на распростёртого на полу Воробья, не оправившегося после моего последнего удара.

Он попытался сопротивляться. В меня ударили охваченные огнём энергетические щупальца. Их расстановка была классической, и я знал, что делать. От части легко увернулся, пару срубил накачанным силой Людоедом, а несколько развеял при помощи магии.

Первый же мой удар отбросил голову Воробья, вжав её в пол. Заговорщик застонал, но я не останавливался. Все сложные техники и приёмы были забыты. Я просто бездумно его лупил.

Удар, удар, удар…

Каждый – усиленный Даром и дополненный Поцелуем боли.

Воробей пытался сопротивляться. На плечи навалилась тяжесть. Он пытался вырубить меня, лишить движения, как он сделал несколько минут назад. Если раньше эта техника безотказно на мне работала, то теперь я легко отмахнулся от неё, словно от назойливой мухи. Мой Ранг был слишком высок, а кровь кипела от энергетического допинга, чтобы я обращал внимание на такие мелочи.

– Ну уж нет! Больше со мной такое не прокатит… Пришло время срывать маски!

Нанеся последний удар, я вцепился в Образ Воробья и потянул его на себя. Нечто подобное я делал ещё во время осады в переулке. Тогда Воробей был слишком силён для меня, и я не сумел пробиться через его защиту. Но теперь я значительно вырос, а он был слаб и вымотан. У меня были все шансы!

Но заговорщик не сдавался. Все его силы уходили на то, чтобы держать Образ. Как бы я ни старался, у меня ничего не выходило. И когда надежда меня почти покинула, я ощутил присутствие кое-кого знакомого.

Я не сомневался. Перераспределил энергию и использовал всё, что было, полностью исчерпав все имеющиеся запасы.

Накопленная за многочисленные вылазки в Чёрных домах энергия хлынула из меня, уходя в неизвестные мне слои реальности. Она била куда-то далеко, в самую ткань Бесконечного, вызывая обитающее там существо.

И когда меня покинула последняя её капля, в голове раздался знакомый голос.

– Скучал по мне, маленький Оскурит?

Пусть я и был рад снова слышать Тьму, времени на радостные возгласы не было.

– Поболтаем потом! Сейчас мне нужно сорвать Образ с этого ублюдка!

Отвечать Тьма не стала. Зато я ощутил, как пальцы наполняет её сила. Я дёрнул Образ ещё раз и окончательно его сорвал.

Помехи исчезли. Передо мной предстало истинное лицо Воробья.

Я много раз представлял себе момент, когда наконец-то узнаю, кто он такой. Фантазировал, как сорву Образ, посмотрю в его глаза и заставлю его кровью заплатить за все совершённые им преступления.

Но я даже представить не мог, что моим первым чувством будет грусть. Абсолютная и всепоглощающая.

Едва ли не меньше всего на свете я хотел, чтобы Воробьём оказалась она…

Глава 39

Я отшатнулся, как будто передо мной был монстр, а не близкий мне человек. Было тошно и противно.

– Ты… Ну почему это ты⁈ Зачем⁈

Она улыбнулась. Улыбка, обычно красивая, на покрытом синяками и залитом кровью лице казалась страшной. Рывком она встала на ноги, застыв напротив меня.

– А что, Марк, ты расстроился? Неужели не ожидал, что под маской скрывается твоя любимая учительница?

Морозова, как и всегда, смотрела нагло и уверенно. Но теперь я видел в ней то, что не замечал раньше. В умных глазах плескалась ненависть. Ненависть не только ко мне, но ко всем сразу.

Человек с таким пылающим взглядом ненавидит весь мир! И мечтает увидеть его в руинах.

Как я не замечал этого раньше?

– Почему ты это делаешь⁈

– А ты так и не понял? Столько намёков и подсказок, а маленький Оскурит так и не сообразил… – Морозова хмыкнула. – Неужели за всё это время ты не поинтересовался моей историей? Не задал никому вопрос про мою семью? Не попытался узнать, что случилось с ними на самом деле? И почему на моей улице соседи от малейшего шума выскакивают на улицу с вилами в руках?

Я не сразу понял, к чему она пытается меня подвести. Дом? Семья? И… вилы? Это никак не было связано!

Точнее, это не было связано на первый взгляд.

Она рассказывала, что её семью, когда она была совсем малышкой, истребила заезжая банда. В живых осталась только она. А заказчиком нападения она считала Амалию, семью которой за измену по указке семьи Морозовой истребил Император.

Теперь же я начинал сомневаться в этой истории…

– Всё было не так, верно? Это твою семью уничтожил Император. Это вас, Морозовых, обвинили в измене! Ты осталась единственной выжившей! А Амалия…

– Всё верно, Марк. Морозовы были счастливым процветающим Родом, известным своими техниками и потрясающим владением Даром. Пока однажды нам не позавидовали и не наплели правившему тогда Императору чушь про заговор. – Окровавленные губы Морозовой сжались в тонкую и бледную линию. Каждое слово она выплёвывала, словно они были ядом. – Мы давно враждовали с Родом Амалии, Лисицыными. Сражения, взаимные обвинения, постоянные засады… В войнах аристократах мало благородства, но такой подлости мы не ожидали. Гвардейцы пришли к нам ночью. Взорвали несколько артефактов, убили самых сильных мужчин, разворотив при этом половину квартала. А остальных они вытащили на улицу, где казнили каждого, на глазах у всего квартала. Одного за другим. Осталась только маленькая девочка…

История начинала складываться. Теперь я понимал, почему соседи Морозовой были такими тревожными. Много лет назад они стали не просто свидетелями войны Родов Благородных. На их глазах была совершена Императорская казнь! Мало что может сравниться с этим зрелищем в жестокости… Неудивительно, что до сих пор каждый громкий звук и подозрительное лицо на улице вызывает у них такую реакцию!

А ещё я начинал понимать, что толкнуло Морозову на тёмный путь и заставило её желать крушения Империи. Человеческая трагедия. Жажда мести, которая не могла найти выход иным способом…

– Прошли годы. Маленькой девочке, последней из её Рода, позволили выжить и вырасти. К ней относились подчёркнуто вежливо. Не мешали учиться и тренироваться, не ограничивали в карьере. Но каждый раз давали понять, что не спускают с неё глаз. Девочка была под контролем, под невидимым колпаком. Словно насекомое на столе наблюдающего через лупу учёного. – Надтреснутым глухим голосом Морозова продолжала говорить. – И я продолжала жить. Жила в том же доме, усиленно тренировалась, изучала семейные хроники и уцелевшие записи. С каждым днём я становилась сильнее, пока однажды не превзошла почти всех Одарённых страны. Но я скрывала свою истинную силу. Притворялась покорной, смирившейся со своей судьбой и верной Императору. Мой бунт проявлялся только в ярком макияже и вызывающей одежде. Так бы и прошла моя жизнь, если бы однажды я не встретила его…

Моё сердце дрогнуло.

– Пересмешника?

– Да. Удивительный человек. Прошедший через то, что невозможно представить. Наследник древней крови. Благодаря близости к вершинам Империи, он знал, насколько она прогнила. И ненавидел всей душой! Также сильно, как и я! Вместе мы решили разрушить её, раскатать по камню. И на её обломках построить новый мир, без подлости и несправедливости…

– Кто он?

– Кто⁈ О, Марк, я не собираюсь тебе ничего говорить! Или ты думаешь, что я из тех злодеев, что раскрывают весь план, стоит юному герою их об этом попросить?

Морозова хмыкнула и скривилась от боли. Я почувствовал исходящую от неё вибрацию силы. Ничего опасного, скорее всего, исцеляющая техника. Реагировать я не стал – что я, чудовище, чтобы лишать человека возможности хоть немного уменьшить боль от полученных ран?

– Разумеется, нет. Ты для этого слишком умна… Но…

– Марк, ты хочешь меня о чём-то спросить? О чём-то личном? Спрашивай, не стесняйся! Другой возможности у тебя не будет…

– Мне казалось, что у нас хорошие отношения. Что я… Что я тебе нравлюсь… Ты занималась со мной, учила меня техникам, помогала контролировать Тьму. Да ты просто сделала меня сильнее! Ради чего⁈ Ты же с самого начала знала, что мы с тобой враги!

Откровенничать с ней я не хотел, но и молчать тоже не получалось. Мне казалось, что мы сблизились за недели тренировок. Я считал её близким товарищем, верным союзником, на которого можно положиться. И где-то глубоко внутри я до сих пор надеялся, что всё это глупая шутка…

– Нравишься? Нет, Марк. После того, как Император уничтожил мою семью, мне больше никто не нравится. Люди превратились в безликие болванки. Приходят, уходят, что-то говорят. И никто из них не имеет значения! – Морозова нагло улыбалась, но её глаза оставались грустными. – Честно говоря, ты был лучше многих. Твой Род тоже был истреблён Императором. Только ты не жаждал мести. Ты не сломался. В тебе была сила, был потенциал. Я не разглядела его сразу. В нашу первую встречу в ресторане «Змей» ты был слаб и напуган. А затем ты изменился. Мы даже начали думать, что ты можешь стать одним из нас. Но ты отказался. Ты выбрал сытую и уютную жизнь в Империи…

– Сытую и уютную⁈ – Я фыркнул. – Да меня пыталась убить каждая собака! Только сейчас ситуация начала налаживаться. И я выбирал не Императора. Я просто не хотел никого убивать. Ваш план… Вы же планировали не только смерть Императора, верно?

– Верно. Должно умереть много людей. Очень много… – Речь Морозовой становилась слабой и сбивчивой. Что-то забирало всё её внимание. Поток энергии вокруг неё становился сильнее. – Оскурит-гуманист! Кто бы мог подумать…

– Зачем ты напала на меня на крыше? Это же не имело смысла!

– Конечно, не имело. Просто ты так меня раздражал… Жить двойной жизнью тяжело! Когда я была директором Академии и твоим преподавателем, я не могла нанести тебе вред. Тогда всё стало бы очевидно! Но мне так хотелось с тобой сразиться… Так хотелось увидеть твой страх… Я просто не смогла устоять!

Я начал кое-что понимать.

– А та атака на последней тренировке? Она ведь не была случайной, верно?

– Верно. Я не выдержала и применила чуть больше сил, чем требовалось. Убедила тебя в том, что в этом нет моей вины. И всё для того, чтобы не нарушать план… Ты обмолвился, что придёшь к Богатырёвым. Я поняла, что Степан Аркадьевич сумел сделать копии медальонов. Они были нам нужны. И я пришла за ними. Именно здесь ты и должен был умереть…

Всё стало понятно. Или почти всё.

– Ну а зачем ты меня тренировала? Я же был твоим врагом! Никто не пытается сделать врага сильнее!

– Хотела понять, на самом ли деле Оскуритовы так сильны, как говорят легенды. Можешь сказать, что рост твоего потенциала – моя маленькая преподавательская слабость…

Её голос стал совсем слабым.

– И что, убедилась? Я тебя не разочаровал?

– Не разочаровал. Ты силён. Очень силён! Но, увы, Марк, проявить всю свою силу тебе не суждено…

– Это ещё почему⁈

– Потому что ты сейчас умрёшь.

В то же мгновение Тьма сиреной закричала в моей голове.

«Оскурит, она собирает энергию артефактов! Сейчас будет взрыв!!!».

Я обернулся, одновременно наполняя глаза Даром. Увлёкшись разговором, я пропустил главное. Всё это время Морозова понемногу тянула силу из повреждённых артефактов, лежащих в мастерской. Целительская техника, которую я ощутил, была лишь маскировкой. И сейчас в её руках оказалась огромная масса покорной ей энергии…

«Жижик, передай всем! Пусть немедленно прячутся! Делают что угодно, чтобы спастись! Сейчас здесь всё рванёт!!!» – прокричал я мысленно.

– Ты что, дура⁈ Решила меня грохнуть⁈ Ты сдохнешь вместе со мной!!!

– Меня всё равно убьют. Не ты, так Император. Мне не позволят жить! А так я умру не напрасно. Я уничтожу всех. Никто не сможет рассказать, что Воробей был жив. Император будет уверен в собственной безопасности. Бал состоится. И тогда наш план осуществится…

Она закрыла глаза и мечтательно улыбнулась. Энергия внутри неё, сжатая в тугую пружину, начала стремительно раскручиваться.

Я попытался что-то сделать, но мне не хватало навыков. Я понятия не имел, как остановить рвущуюся из неё силу!

Внезапно Морозова распахнула глаза и уставилась на какую точку за моей спиной. Там, в дальнем конце зала, виднелась расплывчатая фигура, скрытая Образом.

Пересмешник! Пришёл Морозовой на помощь!

– Что ты здесь делаешь⁈ Уходи!!! – прокричала она. – Я не могу сдержать эту силу!!!

Пересмешник бросился к выходу, но было уже поздно.

Сила вырвалась из Морозовой, снося всё на своём пути.

– Помоги мне в последний раз! – крикнул я Тьме.

Её сила заструилась по моим венам. На самом излёте я поймал энергию за хвост и направил её часть прямо в Пересмешника. Вокруг него вспыхнула защитная сфера, но она не смогла сдержать освобождённую Морозовой силу. Она одним ударом разрушила защиту и пробила его насквозь.

А затем эта энергия вырвалась наружу. Мир вокруг превратился в настоящий Ад.

Я ничего больше не мог сделать. Накрылся защитной сферой, укрепив её силой Тьмы. Всё, что мне оставалось, это смотреть на разорванное тело Морозовой и ждать собственной смерти…