Текст книги ""Фантастика 2024-9". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Евгений Ренгач

Глава 46

Братья снова переглянулись.

– Я неплохо знаком с историей вашей семьи, Марк. И смею вас заверить, что у вас характер настоящего Оскуритова! – произнёс Пётр, с любопытством меня разглядывая. – Призвать силу Тьмы только затем, чтобы привлечь наше внимание – сумасбродство, свойственное только вашему Роду…

Он говорил красивыми оборотами, правильно ставя акценты. Настоящий аристократ с блестящим воспитанием! Даже когда он говорил самые простые слова, он выглядел как шахматист, ведущий тонкую и продуманную на десять шагов вперёд партию.

Я же играть по его правилам и расшаркиваться в ответных любезностях не собирался.

– Моя сила. Что хочу, то с ней и делаю. А сейчас я требую объяснений!

Для убедительности я снова выпустил немного сил Тьмы, заставив погаснуть свет в вестибюле. Лишнего я себе не позволял и тут же снова её ограничил. Далось это неожиданно легко. Пусть я и практически сорвался в пылу битвы, контроль над силой давался мне всё легче и легче.

– А вы серьёзный человек и не тратите время на слова… – протянул Пётр, буравя меня взглядом. – На самом деле всё до смешного проще. Те, кого вы приняли за моих людей, таковыми не являются…

Он щёлкнул пальцами, снимая действие маскирующего артефакта, всё ещё скрывающего от меня лица и тела как павших, так и всё ещё боеспособных бойцов Борзова.

Для того, чтобы понять, что так рассмешило братьев, мне хватило одного быстрого взгляда.

Передо мной в различных позах застыли чёрные манекены без лиц, одежды и волос. Всего лишь металлические заготовки, напоминающие людей лишь формой.

Пётр говорил правду. Эти существа не были людьми…

Я пригляделся внимательнее и направил в глаза силу. Теперь я видел мягкое сияние, исходящее от манекенов. Сложные Руны, неизвестные мне артефакты, – вот что заставляло их двигаться!

– Значит, големы… – произнёс я, глядя Петру в глаза. – Не знал, что ваша семья их использует!

– О, Марк, вы многого не знаете о нашей семье! – расхохотался Пётр в ответ. – По правде говоря, к помощи големов мы обращаемся крайне редко. Они толковые бойцы, это верно. Но противостоять сильным бойцам, к тому же Одарённым, им тяжело. Поэтому обычно мы используем силы нашей гвардии. А големов направляем только в разведывательных целях или когда хотим кого-нибудь запугать…

– Ага, запугать! – Николай хмыкнул. – Дешёвка эти твои големы! Я давно отцу говорил, что их нужно менять. А лучше вкладывать в бойцов! И не просто их тренировать, а по древним методикам. Чтобы они дрались за еду и тёплую постель! Вот тогда наша гвардия будет по-настоящему непобедима…

Чувствовалось, что Николай оседлал любимого конька. Он говорил, заплетающимся языком высказывая все свои идеи.

Я его не слушал. Присев на корточки, я разглядывал големов. Они были прочными и быстрыми, но достаточно простыми, без сложных улучшений. Теперь было понятно, почему мы с Николаем с такой лёгкостью умудрялись с ними справляться. С настоящими бойцами их было не сравнить. Они не шли ни в какого сравнение даже с големами, которых использовал Максим Богатырёв. Как и сказал Пётр, простенькие бойцы. Не более.

Выходит, что убивать нас старший Борзов и в самом деле не собирался.

Вот только чего он на самом деле хотел?…

– Что вам нужно? – прямо спросил я его.

– В первую очередь, мой человек…

– Я здесь, господин! – раздался голос Терентьева, и журналист на коленках выполз из комнаты охраны и бросился к Петру.

Борзов одарил его быстрым взглядом и не больше. Кажется, ему было бы всё равно, если бы даже журналист был ранен или мёртв.

– Что ещё?

– Извинения и денежная компенсация, – не задумываясь, отозвался Пётр. – Десять тысяч за нанесённые мне оскорбления и причинённый вред репутации нашего Рода…

– А ты случайно не обалдел?! – Я не выдержал. Слушать этот бред было выше моих сил. – Какой ещё вред репутации?!

– Мой сотрудник был похищен с места работы. Это бросает тень на безопасность компании, принадлежащей моей семье….

– Бред! – Выбирать выражения я не собирался. – Его похитил твой брат!

– Он действовал сам по себе, в нарушение воли семьи, – быстро взглянув на Николая, произнёс Пётр.

– Это ещё не доказано. Может, это всё ваш план…

– Нет. Правила нашего Рода запрещают члену семьи принимать действия, направленные во благо врага. Сделав это, Николай нарушил священные законы Рода. Он временно оставлен без поддержки семьи…

Судя по тому, как вытянулось лицо Николая, такого поворота он не ожидал.

Но горевал он недолго.

– Да делайте что хотите! – Он махнул рукой. – Без вас, кровопийц, будет только легче!

– Рад это слышать, дорогой брат, – Пётр усмехнулся. – Можешь поверить, я передам твои слова отцу. И вообще, мне пора идти. Всё, что я жду, – это выплата моих денег…

Он говорил властно и не сомневался, что я сделаю всё, что он пожелает.

Ох уж эти изнеженные аристократики! Так привыкли к тому, что все вокруг носятся с ними, что совсем забыли о том, что некоторые им не по зубам…

– Никаких денег не будет. Более того, это я требую компенсации!

Глаза Петра сузились. Такого ответа он не ожидал.

– На каком основании?

– На таком, что ваш "журналист" написал про меня ни на чём не основанный бред! Насколько мне известно, ни среди журналистов, ни среди аристократов такое поведение не поощряется. Когда об этом узнают, от вашей хвалёной репутации не останется и следа…

– Вам никто не поверит! – холодно произнёс Пётр. – Увы, но доказательств нет, и вы обязаны выплатить мне…

– А кто сказал, что доказательств нет? Всё у меня, уважаемый князь, есть!

Произнеся это, я вытащил из кармана мобильный телефон и щёлкнул кнопкой воспроизведения. По вестибюлю тут же прокатился голос Терентьева, признающегося в том, что в его статье нет ни слова правды.

Смотреть на вытягивающееся лицо Терентьева было настоящим удовольствием. Как же хорошо, что я догадался записать весь наш с ним разговор! Кажется, начинает сказываться опыт общения с дворянами. Эти змеи врут на каждом шагу, и каждое слово потом приходится подтверждать.

– Ха, Оскуритик, а ты не из дураков! – присвистнул Николай.

Спокойным оставался только Пётр. За долгие годы в высшем свете он научился прекрасно владеть собой. Но по сузившимся глазам я всё равно понимал, что он едва сдерживается.

– И что, интересно, мешает мне вырвать у тебя телефон и удалить файл? Поверь, мне хватит на это сил…

– Нисколько не сомневаюсь! Но только это будет бессмысленно, – мило улыбнулся я. – Потому что я отправил этот файл на электронную почту и сохранил в облаке. Так что можешь делать с телефоном что угодно – ты всё равно уже попался.

– Он врёт! Господин, он врёт! – взвизгнул Терентьев.

Пётр внимательно на меня посмотрел, и я почувствовал, как меня мягко касается его сила. Сопротивляться я не стал. Наоборот, немного расслабился, позволив ему меня просканировать. Он хочет убедиться, что я не вру – что ж, вперёд! Я не соврал ни единого слова.

Это же понял и Пётр.

– Что ты хочешь?

Я улыбнулся. Эти слова – просто музыка для моих ушей!

– Два миллиона, особняк и право первой ночи со всеми женщинами вашего Рода!

Смотреть на вытянувшиеся лица было одним удовольствием.

– Что за бред ты несёшь?! – взвизгнул Пётр. Вся его сдержанность растворилась без следа. Он даже забыл про вежливость и мгновенно перешёл с «вы» на «ты».

– Ладно, расслабься. Я шучу. Всё, что мне нужно – это опровержение. Пусть в газете завтра же появится статья, где вы напишите, что я добрый и пушистый, а всё остальное – ерунда и происки конкурентов.

– Это всё? – мрачно спросил Пётр.

– Нет! – подумав, решил я. – Есть ещё кое-что…

Я озвучил свою идею, Борзов-старший и Терентьев испуганно переглянулись.

– Господин Оскуритов, связываться с такими людьми… Я не рискну!

– Да? Неужели боишься за репутацию? Тогда не переживай, её уже ничто не испортит! – Я сверкнул глазами. – Или ты боишься, что на тебя обидятся и сделают больно? Не сомневайся, я сделаю больнее. Куда больнее! И, разумеется, опубликую запись…

Стоило мне высказать последний аргумент, как Пётр решился.

– Хорошо, пусть будет по-твоему! Но только запись должна быть удалена!

– Ну разумеется! – Я кивнул в ответ, но ничего удалять, разумеется, не собирался. Мне ещё пригодится страховка на будущее…

Разговор был завершён, и Пётр уже развернулся, чтобы покинуть отель, когда раздался звук прибывающего лифта, и в вестибюль выскочил Альфред.

Выглядел мой камердинер пугающе. Выпученные глаза, перекошенное от гнева лицо… Увидишь такого в ночном кошмаре – и не захочешь просыпаться!

Он оглядел нас стремительным взглядом и тут же начал действовать. Вскинув руки, он неуловимым движением бросил что-то в стоящего рядом со мной голема. Второй же предмет полетел в Петра.

Доля секунды – и безжизненное тело голема распростёрлось на полу. Из его лба торчал наполовину вошедший в металлическое тело подсвечник из нашего номера.

Я тихонько присвистнул. Умудриться одним движением расколоть достаточно прочное тело голема – это требовало особой силы и немалого искусства. Даже мне со всеми моими усилениями сделать это было бы непросто…

Второй же подсвечник своей цели не достиг. Пётр поймал его на подлёте, ловко перехватив его у самого лица. Не успей он это сделать – и он бы не избежал печальной участи голема.

Альфред же на этом не останавливался. Разогнавшись, он мягким кошачьим шагом оказался рядом с Николаем. В его руках мелькнула тонкая металлическая проволока. По его взгляду было понятно, что он мой камердинер собирался оборвать жизнь Борзова раз и навсегда. Сам же Борзов отвлёкся на разглядывание уничтоженного голема, и временно оказался беззащитен.

– Альфред, стой! Они нам не враги!

Камердинер остановился в считанных сантиметрах от Николая.

– Господин, вы уверены? Я могу прикончить его одним движением!

– Ага, как же! – хмыкнул Борзов, но отбросил стакан с виски в сторону и принял оборонительную позицию.

Кажется, до "гусара" дошло, на что способен тихий и спокойный на вид камердинер.

– Абсолютно уверен! Мы с господами Борзовыми уже всё решили…

Альфред печально вздохнул и вдруг бросился передо мной на колени.

– Простите меня, господин! Я должен быть рядом с вами. Но я был в номере, ничего не слышал… Но как только почувствовал выброс энергии Тьмы, тут же бросился вам на помощь…

Теперь стало понятно, почему он использовал такое необычное оружие. Времени на подготовку у него не было и он схватил первое, что попалось ему под руку. В принципе, подсвечники были не самым плохим выбором. В руках опытного бойца и листок бумаги может стать смертельным оружием!

– Да, Марк, вы с вашим камердинером стоите друг друга… – протянул Пётр и повернулся к Альфреду. – Между прочим, отличный бросок! Чувствуется рука истинного воина. Если захотите сменить работодателя, то я предлагаю прийти ко мне. Обещаю хорошо заплатить!

– Я лучше удавлюсь собственным галстуком, чем буду иметь с вами что-то общее, – вставая на ноги, презрительно бросил Альфред. – Моя жизнь и судьба принадлежат Роду Оскуритовых!

Я с гордостью на него посмотрел. Вот что значит по-настоящему верный союзник!

Пётр пробурчал себе под нос что-то недовольное, и в сопровождении Терентьева и последнего уцелевшего голема покинул гостиницу.

– Тебе разве не пора? – Я повернулся к Николаю. – Твой брат ушёл. Тебе здесь делать больше нечего.

Судя по его виду, Борзов уходить не спешил. Он нашёл очередную бутылку виски и присосался к горлышку.

– Так ты же, Марк, сам всё слышал. Я подвёл Род. Отец мной недоволен. Возвращаться обратно сейчас нельзя. Батька у нас суровый. Посадит в карцер месяца на два. А там ни еды нормальной, ни солнечного света, ни даже выпивки… Ну его так жить! Я пока лучше где-нибудь схоронюсь, пока батя не успокоится…

Мощный Борзов выглядел жалко. Ну чисто побитый щенок! Кажется, поддержка Рода многое для него значила. Если подумать, то в этой ситуации он оказался из-за того, что решил за меня вступиться. Да, вступиться по-тупому, напролом, не задумываясь о последствиях. Но всё же…

– Так, я буду жалеть о решении, но ты идёшь с нами! Поживёшь пока у нас. Номер большой, места хватит. Да и охрана не помешает…

– Чего, правда?! – Борзов мгновенно просветлел и прикончил бутылку одним могучим глотком. – Здорово, Оскурит! Ух мы с тобой заживём! Такие вечеринки будем закатывать, что прямо вау…

Не переставая что-то кричать, он отправился к лифту.

– Господин, вы уверены, что принимаете правильно решение? – покосился на меня Альфред. – Этот человек – не только представитель враждебного Рода, но и крайне сумасбродный тип…

– Это я знаю и без тебя. Но что-то подсказывает, что от него может быть польза… – Я пожал плечами и отправился вслед за Борзовым.

Чувствую, начинается интересное время…

Глава 47

О решении поселить в своём номере Борзова я пожалел практически сразу. Мало того, что он полночи пил и громко комментировал передачи по телевизору, так он ещё и оглушительно храпел до самого утра. Не помогали даже прочные стены!

Кончилось тем, что я позвонил на рецепшн и потребовал принести подавляющие шум артефакты. Просьбу выполнили, и после этого мне хотя бы немного удалось выспаться.

Утром же пробуждения Борзова я дожидаться не стал. Оставив Альфреда за ним приглядывать, я провёл быструю тренировку и отправился в Академию.

Стоило мне спуститься на первый этаж, как на меня налетел встревоженный управляющий.

– Доброе утро, господин Оскуритов! Скажите, а это правда? Господин Борзов и в самом деле теперь будет жить в вашем номере?

– Правда. Не переживайте, места нам хватит. Или вы хотите предложить ему отдельный номер?

– Н-нет, не хочу. Признаться, у нас вообще нет свободных номеров… – забормотал он, запинаясь.

Я пригляделся к нему внимательнее и наконец понял, что его так встревожило.

– А, так вы не хотите, чтобы он здесь жил! Ведь так?

– Нет, господин Оскуритов, как вы могли такое подумать… – не очень убедительно возмутился управляющий. Я слегка надавил силой, и он сдался. – Да, всё верно! Вы же видели, что господин Борзов вчера устроил. Персонал сегодня не хотел выходить на работу! Да и ремонт стоил очень недёшево…

Я отодвинул его в сторону и выглянул в вестибюль.

Надо было признать, что за прошедшую ночь местные умельцы неплохо потрудились. От вчерашнего разгрома, устроенного Борзовым, не осталось почти ни следа. Когда я ночью уходил, повсюду валялись осколки бутылок, по полу и потолку ветвились тонкие трещины, а стены были утыканы выпущенными големами дротиками.

Сегодня же всё так и сияло. Догадаться о случившемся можно было только по нескольким трещинам, которые не успели замазать, а также по взглядам, которые бросали на меня сотрудники отеля. Вот уж точно, они смотрели на меня так, как будто хотели убить! Пусть не я держал их несколько часов в страхе, но репутация у меня тоже была так себе. Я или Борзов – в сущности, им было неважно, кого ненавидеть.

Если бы подобное устроили обычные постояльцы, их бы мгновенно выселили. И не просто выселили, а ещё сдали бы жандармам!

Но, к их несчастью, мы с Борзовым, принадлежали к одним из самых известных фамилий Империи. Выселить нас означало нанести оскорбление всем аристократам сразу. Так что всё, что им оставалось, это тихая ненависть…

Запустив руку в карман, я вытащил оттуда тысячу и положил её в подставленную ладонь управляющего. Денег у меня оставалось впритык, да и отдавать их я был не обязан. Но что-то подсказывало, что лояльность работников отеля мне ещё пригодится. Портить с ними отношения было мне совсем не с руки.

– Это вам. На, скажем так, неотложные нужды…

– Благодарю, господин Оскуритов! Обязательно употребим по назначению, – расшаркался передо мной управляющий. – Но всё-таки, возможно, вам удастся убедить господина Борзова съехать. Вы бы знали, как его у нас боятся! Он же вчера, пока вас ждал, едва всех не переубивал. Горничные и вовсе сегодня не вышли. Он им шептал такие пошлости, что аж стыдно…

Впечатлительный управляющий покраснел. Мне же стоило большого труда не рассмеяться. Кажется, я даже примерно могу представить, что Борзов наплёл горничным…

– Что он съедет, обещать не могу. Он мой гость, так я возвращаю ему долг. Но проследить за его поведением постараюсь!

– Вы уж постарайтесь, господин Оскуритов! Только на вас и надеемся…– забормотал управляющий, пятясь прочь.

Я кивнул ему на прощание и покинул отель. После вчерашнего бурного дня я ожидал, что у входа будет толпа жаждущих разорвать меня на части горожан. Но в этот раз я ошибся.

По улицам привычно скользили пешеходы, которым до меня не было никакого дела. У входа в отель разъярённой толпы, желающей мне мучительной смерти, тоже не наблюдалось. Хороший знак! И что-то подсказывает, что это не совпадение…

Я подошёл к ближайшему ларьку со свежими газетами.

– Утреннюю «Столичную правду»!

– Милости прошу, Ваше Благородие!

Продавец с поклоном передал мне свежую газету, получив за это два рубля.

Как я и предполагал, на первой же полосе на самом видном месте красовался выделенный жирным заголовок "Правда о Марке Оскуритове, последнем из Рода Повелителей Тьмы. Скандальные разоблачения".

Была здесь и фотография. В этот раз куда более приличная, взятая, наверняка, из каких-то архивов. На ней я уже не выглядел как убийца-рецедивист с патологической жаждой насилия. Уже неплохое достижение!

Я погрузился в чтение, но уже спустя пару минут стало понятно, что сюрпризов в этом тексте ждать не стоит. Перепуганный Терентьев выдал статью в своём стиле. Пафосным языком он разбирал свою же предыдущую работу, объясняя читателям, что Марк Оскуритов не такое отмороженное чудовище, каким кажется. На Академию он (то есть я), оказывается, не нападал, людей в собственном номере не убивал. И вообще он милый и пушистый, достойный представитель славной аристократии великой Империи!

Последнюю фразу выдумал не я. Именно в таком стиле была написана вся статья. На мой вкус – слишком вычурно. Но читателям, похоже, нравится.

Опровержение – это хорошо. Но, помимо него, я просил Борзова и Терентьева об ещё одной маленькой услуге…

Я заглянул на страницу скандалов и сплетен. Пара минут чтения – и на лице заиграла довольная улыбка! Вот так им и надо!

У газетного киоска стояли несколько крепких мужичков, одетых как обычные горожане среднего достатка. В руках у них были газеты, а их взгляды не отрывались от меня.

– Ну ты это, Оскурит… Живи пока. Может, не такой уж ты и конченый! – пробасил один из них, задумчиво пожёвывая сигаретку. – Уж точно получше тех, о которых на последних страницах пишут… Вот ведь мерзость!

– Благодарю вас, уважаемый господин! – Я в шутку поклонился. – Что бы я делал без вашего одобрения!

Шутки мужик не понял, только кивнул. Я же отправился в Академию. Дорога была спокойной. Несколько раз я ловил обращённые на меня взгляды, но нападать на меня никто не собирался. Даже удивительно, как сильно местные верят средствам массовой информации…

А молодец Терентьев! Может ведь когда хочет.

В Академии всё было относительно спокойно. Вчерашнее побоище немного изменило атмосферу, но в целом всё было как всегда. Единственное, что было необычно, так это сопровождающие меня на каждом шагу многозначительные взгляды и тихие перешёптывания.

Смущало ли меня это? Ну конечно же нет! С самого первого дня я был центром внимания. На меня смотрели, обо мне говорили. Так что ситуация была совсем не новая.

Первым делом я отправился в лазарет, проведать Анастасию и Всеволода. Заранее подготовившись, прихватил цветы для девушки и бутылку вина для её брата.

Но их в палате не оказалось.

– Выписали их! – сообщила мне румяная медсестра. – Они к вечеру уже на ноги встали. А через пару часов вызвали экипаж и укатили куда подальше. Благородная кровь творит чудеса! Другие на их месте неделю бы провалялись…

– Премного вам благодарен, – улыбнулся я и вручил смущённой врачевательнице цветы и шампанское. Пусть устроит себе праздник.

Заглянув в другие палаты, я обнаружил там Благородных, выступавших во вчерашней бойне против меня. Раны у них были болезненные, но благодаря мастерству врачей, качественным артефактам и собственному Дару все они стремительно шли на поправку.

При виде меня все отводили глаза и делали вид, как будто меня не узнали.

Один парень, тот самый старшекурсник, которому я сломал обе руки, при виде меня попытался вызвать дежурную медсестру и зубами схватил лежащий на соседней тумбочке звонок. Он так распереживался, что звонок выскользнул и упал на пол.

Я медленно подошёл к нему и протянул руку. Парень затрясся и заозирался по сторонам. К несчастью, в палате он был один. Никто не мог ему помочь.

– Прошу, не убивай… – прошептал он.

Я ухмыльнулся и… положил звонок обратно на тумбочку.

– Ты слишком плохого мнения об Оскуритовых. Не все из нас похожи на чудовищ. Рекомендую тебе это запомнить!

После этого я пошёл на занятия. При моём появлении все разговоры в ту же секунду прекратились. Солнцев, Нестеров и Баратынская смотрели на меня с неприкрытой ненавистью. Но ни хамить, ни угрожать они не пытались.

Им сегодня было не до меня. Они, не отрываясь, читали газету, разделов скандалов и сплетен.

Проходя мимо, я бросил быстрый взгляд на статью и едва не рассмеялся. Я это уже видел, но всё равно получал огромное удовольствие!

Кроме опровержения, я попросил у старшего Борзова разместить в газете компромат на напавшую на меня без предупреждения троицу, состоявшую из Солнцева, Баратынской и Нестерова. Никакой желтухи, только голые порочащие факты!

И, надо сказать, Терентьев превзошёл сам себя. В статье, озаглавленной «Наследники величайших фамилий. Когда природа отдохнула на детях гениев», раскрывались маленькие тёмные истории из их прошлого. Финансовые аферы, немотивированная агрессия, сексуальные скандалы… Безжалостное перо журналиста прошлось по каждому!

При этом, насколько я понимал, в отличие от статьи про меня, здесь не было ни слова лжи. Только голые факты! Эта троица успела накосячить гораздо заметнее, чем я. Да и компромат в газете, судя по всему, давно был готов и только ждал подходящего случая быть опубликованным…

Однокурсники бросали на троицу насмешливые взгляды, а их телефоны разрывались от входящих. Наверняка влиятельные папочки спешат «похвалить» своих детишек за отличное поведение!

Интересно, им хватит ума связать статью со мной? Не думаю! Терентьев и Борзов будут до последнего отрицать связь со мной.

Благодаря этой статье они потеряют деньги и часть бесценной репутации, которой так дорожат аристократы. Так что мою месть можно считать свершённой!

Анастасия и Всеволод Апраксины сидели на своих обычных местах и буравили меня взглядами. Анастасия робко улыбнулась и неуверенно махнула мне рукой. Видеть, как она смущается, было непривычно. Обычно она вела себя куда смелее!

Её робость я мог объяснить очень просто. Она долгое время скрывала от меня правду, а теперь, когда я узнал, кто она на самом деле, боялась моей реакции.

Я махнул ей в ответ и приветливо улыбнулся. Никаких претензий к ней не было. Было глупо ожидать, что она расскажет свою тайну почти незнакомому парню. Я бы на её месте точно не рассказал. Так что причин ей не доверять или тем более обижаться у меня не было. Прерывать отношения с ней я тоже не собирался.

Но на всякий случай я решил вести себя с ней поосторожнее. Всё-таки она родственница Всеволода, а также наследница одной из самых богатых и влиятельных семей страны. От неё можно ожидать чего угодно…

Я уселся рядом с Алиной и Богатырёвым.

– Как вы после вчерашнего?

Максим неопределённо пожал плечами, зато Алина принялась тараторить.

– Ой, Марк, это так необычно! Я так волновалась. Это же было моё первое настоящее сражение! Думала, что меня убьют. На всякий случай я решила написать завещание и передать своё тело для посмертной заморозки…

Она продолжала трындеть как самая обыкновенная девчонка. Так и не скажешь, что она гениальный учёный и мощный Одарённый!

К счастью, в аудиторию зашёл преподаватель, и её трёп прекратился. Началось занятие по дипломатии.

Слушал я краем уха. К учёбе я всегда относился без энтузиазма, а сейчас меня занимали совсем другие вопросы.

В ближайшие дни мне предстояло снова отправиться в Чёрный дом. И не просто пойти в обычный рейд для того, чтобы раздобыть несколько заряженных Чернотой предметов. Я собирался сделать невозможное – очистить дом, снова сделав его пригодным для жизни.

Почти невозможная задача! И чтобы воплотить её, мне и Алине предстояло хорошо поработать.

Именно поэтому, стоило последнему занятию закончиться, как мы с ней бросились в Научный центр.

– Ну что, у тебя есть идеи, как мы будем это делать?

– О, ты даже не представляешь… – улыбнулась в ответ девушка.

Её улыбка выглядела пугающе многообещающей…