Текст книги "Современный зарубежный детектив-13. Компиляция (СИ)"

Автор книги: авторов Коллектив

Соавторы: Дженнифер Линн Барнс,Майкл Коннелли,Бентли Литтл,Джо Лансдейл,Донато Карризи,Сюсукэ Митио,Питер Боланд,Джек Тодд,Лора Перселл
сообщить о нарушении

Текущая страница: 277 (всего у книги 335 страниц)

Глава 31

Встреча с Вайолет была назначена сразу после работы, прямо на ее рабочем месте. Хотя она так и не озвучила причину, Зал предположил, что она что-то обнаружила в ходе своих исследований. Последние несколько дней она была нехарактерно замкнутой, просила его проявить терпение, и он старался. Ему не давала покоя мысль, что же такого она могла найти и не это ли открытие ее напугало.

Он вышел из своего отдела на несколько минут раньше, пробираясь против потока работников в коридоре. Когда он наконец добрался до отдела исследований, там оставалось всего несколько человек: они выключали компьютеры и собирали свои вещи. Вайолет сидела за своим столом и разговаривала с молодым человеком, который, непринужденно развалившись за соседним столом, весело смеялся и раскачивал ногами, время от времени задевая боковину ее стола. Против воли Зал почувствовал укол ревности.

Подойдя ближе, он уловил, что разговор почему-то зашел о Мулан. Правда, о чем именно шла речь – о диснеевском мультфильме, боевике или оригинальной легенде, – Зал так и не понял.

– Все, что я хочу сказать, – говорил парень, обращаясь к Вайолет, – что если Мулан смогла выдать себя за парня, то она явно была очень симпатичной. Почему ее всегда изображают как какую-то хрупкую девчонку? Ну явно же она была крепкой и мужеподобной. Загадка…

Вайолет оглянулась, заметила приближающегося Зала и улыбнулась. В ее взгляде он уловил явное облегчение, и его ревность мгновенно растаяла.

– Мне нужно идти, – сказала она своему собеседнику. – Мой парень пришел.

Мой парень.

Эти два слова прозвучали как музыка. Он почувствовал, как его губы растянулись в широкой улыбке. До этого момента они с Вайолет так и не обсудили статус их отношений, но теперь, когда она сделала это за них обоих, его охватило теплое чувство удовлетворения. Молодой человек, сидевший рядом с ней, выглядел ошарашенным и заметно разочарованным, когда она встала, подошла к Залу и легко поцеловала его. Теперь они стояли вдвоем, в то время как тот неловко хватал свои вещи и поспешно прощался.

Вайолет взяла Зала за руку и крепко сжала ее:

– Слава богу, ты меня спас. Он просто придурок.

– Значит, я действительно твой парень?

– А разве нет?

– Просто хотел убедиться, что ты не сказала это только для того, чтобы избавиться от него.

– О, я сказала это именно для того, чтобы избавиться от него. Но, к счастью, это оказалось правдой. – Она взглянула на него, словно оценивая: – И я твоя девушка, верно?

– Похоже, что так.

– Отлично. Теперь, когда мы прояснили этот момент…

Она вернулась к своему столу.

– Ты что-то нашла?

– О, да. Я кое-что нашла.

Вайолет включила компьютер, затем взяла со стола стопку распечатанных документов, зафиксированных скрепкой, и протянула их ему:

– Оказывается, история вашего клиента, Автоинспекции, куда более темная и… интересная, чем я могла себе представить.

Зала такое начало насторожило.

– Департамент автотранспорта, – сказала Вайолет. – С таким названием можно предположить, что это правительственное учреждение появилось примерно в то же время, когда и автомобили, то есть в начале двадцатого века.

– Логично предположить, – согласился Зал.

– И ты будешь неправ. ДТС существует гораздо дольше. Автоинспекция берет свое начало от момента появления первых колес. Она действовала в Америке во времена Гражданской войны, в Англии – в эпоху Шекспира, а в Риме – при правлении Калигулы.

– Ты шутишь?

– Нисколько. Посмотри распечатки, которые я тебе дала. Там все задокументировано.

Зал пролистал бумаги, бегло пробежав их глазами:

– Откуда ты знаешь, что это не подделка? Фотошоп, например?

– Просто поверь мне.

На одной из страниц он наткнулся на скан указа, подписанного Авраамом Линкольном. В документе президент благодарил Автоинспекцию за «соблюдение всех правил, касающихся надлежащего использования дорог по всему Союзу в эти тяжелые и трагические времена для нашей страны».

Зал медленно поднял взгляд:

– Но…

– Это только верхушка айсберга. И я все перепроверила. – Вайолет указала на монитор, где отображались документы на разных языках, а также фотографии уличных знаков, картин, произведений искусства и даже древней резьбы по камню. – К сожалению, найти подробности о них в таком далеком прошлом сложно. Да и сейчас, если честно, не легче. ДТС – это далеко не прозрачная организация. Она всегда была скрытной, всегда действовала где-то в тени. Но из того, что мне удалось выяснить, а у нас есть копии множества документов, становится ясно: эта организация на протяжении веков контролировала и регулировала человеческий транспорт. Сегодня это автомобили, раньше – конные экипажи, мулы, повозки, а иногда даже пешее движение.

Она помедлила, наблюдая за его реакцией.

– Я знаю, это звучит безумно, но это правда. Будь то президенты, короли, императоры или полное отсутствие власти, ДТС существовал всегда.

– Звучит зловеще, – пробормотал Зал.

– Дело в том, что многие из ранних упоминаний, которые я нашла, описывают ДТС как часть естественного порядка вещей. Тогда люди верили, что мир состоит из четырех элементов – земли, воздуха, огня и воды. Природные процессы, даже такие явления, как движения звезд, ассоциировались с богами и мифологическими существами. Религия зародилась из этого неполного понимания науки. – Она чуть наклонилась вперед, увлеченная собственной речью. – И транспорт тоже был частью этого. Первоначально он считался некой силой, которая регулировала передвижение людей. Как существовали храмы Дианы или Юпитера, так, возможно, был храм, посвященный… я не знаю, чему именно, но в итоге это стало ДТС.

Она сделала паузу, чтобы подчеркнуть вес сказанного:

– И, что самое странное, эта организация всегда называлась ДТС. Сегодня эта аббревиатура расшифровывается как Департамент Транспортных Средств. Но в Древнем Риме она значила другое. Deus Malum Vehiculum. С латыни это можно перевести как «Злой Бог Транспортных Средств».

Зал моргнул, потрясенный услышанным:

– Ты шутишь?

Она покачала головой.

– Но это звучит как шутка.

– Поверь, это не так.

Ее слова о силе, возникшей из природы или ставшей ее частью, пробудили в Зале воспоминания об инициации, которую он прошел с Бернардом, и о жуткой фигуре маленького человечка, который оказался всего лишь скоплением пчел.

«Моя голова полна шмелей».

– Как такое вообще возможно? – спросил он.

– Не знаю, – ответила Вайолет, – но я уже неделю спускаюсь в эту кроличью нору, и конца-края этому нет. Чем дальше углубляюсь, тем безумнее все становится.

Она пролистала еще несколько страниц на экране, пока не остановилась на изображении витража, предположительно из старинной церкви. Это был высокий готический витраж. На нем с удивительной детализацией изображались Иосиф и беременная Мария на осле, которых посреди дороги остановил анахронично чисто выбритый мужчина. В одной руке он держал развернутый свиток, в другой – перо. В нижней части витража среди ярких красок и узоров сложным шрифтом были выведены буквы Д, Т и С, расположенные на большом расстоянии друг от друга.

– Насколько я могу судить, в Средние века верили, что Департаментом транспорта управляют злые ангелы, – сказала Вайолет. – В некоторых источниках упоминается «Страшная Сила», связанная с этой организацией. Но, несмотря на это, церковь, как мы знаем, активно осуждала ведьм, но не осуждала ДТС.

Она указала на экран:

– У меня есть подозрения, что церковь боялась ДТС. Более того, похоже, церковь не только не противостояла Автоинспекции, но и включила ее в свои библейские истории. Это видно по витражам, украшающим часовни.

Зал нахмурился, его взгляд задержался на изображении:

– Почему никто раньше не замечал этого?

Вайолет пожала плечами:

– Может, никто не обращал внимания на такие детали. Или, возможно, это просто утонуло в потоке безумных теорий заговора, которые гуляют по интернету. – Она пристально посмотрела на него. – А может, те, кто замечал, исчезали. По моим исследованиям, многие люди, которые так или иначе были связаны с Автоинспекцией, в итоге пропадали бесследно. Например, как твой сосед.

Вайолет прокрутила страницу дальше, пока на экране не появилась черно-белая фотография. На ней был невзрачный мужчина в старомодном костюме, стоящий рядом с антикварным автомобилем. Но взгляд Зала привлекла жуткая деталь: на эмблему на капоте была насажена человеческая голова.

– Они – очень опасный враг, – сказала она тихо.

Зал сглотнул, осознавая весь ужас происходящего:

– А теперь мы их враги.

Зал задумался, не уехал ли Бернард. Быстро набрав сообщение, он отправил его другу и вскоре получил ответ: Бернард все еще находился в холле. Через мгновение Зал уже шел по коридору навстречу.

Когда они собрались вместе, Вайолет повторила свой рассказ о том, что ей удалось выяснить, добавив еще больше примеров. Зал передал распечатки в качестве доказательства.

Бернард, перелистывая страницы, кивнул:

– Наверное, здесь я должен сказать, что в это трудно поверить. Но на самом деле это совсем не сложно. Я верю каждому слову.

– Я тоже, – признал Зал. – И я уверен, что Бу и Гэри совсем не такие простые, какими кажутся. Возможно, даже Джуди.

– Но не Ху, – хором произнесли друзья.

Бернард улыбнулся:

– Великие умы…

Однако его улыбка быстро исчезла.

– Скажи мне вот что, – обратился он к Вайолет. – У нас есть имена тех, кто исчез?

Бернард повернулся к Залу:

– Может, они в системе?

Вайолет уже печатала что-то на клавиатуре.

– Конечно. Это далеко не полный список, но у меня есть несколько имен. – Она жестом указала на экран.

– Можешь распечатать их для меня? Я, возможно, проведу небольшое исследование сегодня вечером.

– Конечно.

С легким нажатием клавиши принтер в другой части комнаты зажужжал. Бернард подошел к нему, подождав, пока распечатаются страницы.

– Интересно узнать, выдавались ли кому-то из этих людей права, особенно если они пожилые, – сказал он, обращаясь к Залу. – Я имею в виду те странные права, которые ты нашел.

– А все ли они отслеживают? – вслух размышлял Зал. – Оцифрована ли их история? Если они ведут учет с самого начала, то наверняка где-то в хранилищах остались библиотеки документов, свитков или чего-то подобного.

Принтер наконец перестал выплевывать страницы. Бернард собрал их в стопку, задумчиво просматривая.

– Дело в том, – начала Вайолет, – что большинство людей, включая меня, пока я не откопала все это, думают, что ДТС – это обычное государственное учреждение. Но Автоинспекция штата подчиняется федеральному ДТС, а он – глобальному ДТС.

– Глобальному ДТС? – переспросил Зал.

– Так я это называю. Официально они так не называются.

– В ходе твоего исследования, – вступил в разговор Бернард, – ты заметила какие-то ключевые моменты? Времена, когда в их структуре происходили крупные изменения?

– А это важно? – скептически спросила Вайолет.

– Думаю, что да, – ответил Зал. – Разве вам не кажется странным, что Автоинспекция вдруг решила перевести всех на онлайн-регистрацию? Почему они больше не хотят, чтобы кто-то приходил в их офисы? – Зал тяжело вздохнул: – Я раньше думал, что это просто для удобства клиентов, но после всего, что мы узнали, я сомневаюсь, что это настоящая причина.

Бернард фыркнул:

– Думаю, они хотят держать людей подальше от своих офисов, потому что планируют использовать эти здания для чего-то другого.

– Например? – спросила Вайолет.

Бернард кивнул на фотографию, выведенную на монитор Вайолет. На ней были азиатские монахи в традиционных одеяниях, склонившиеся в молитве перед гигантским кустом, подстриженным в форме автомобиля.

– Наверное, что-то такое, чего мы даже не можем вообразить.

Зал снова подумал об их инициации, о странных событиях, которые они уже пережили.

– Боюсь, тут я ничем не помогу, – сказала Вайолет, разводя руками. – Как я уже говорила, они все скрывают. Как культ. В открытых источниках мало полезной информации.

– Определенно, сейчас происходит какой-то важный переходный момент, – произнес Бернард. – И этот переход происходит гораздо быстрее, чем я ожидал.

– Наверняка это делается специально, – признал Зал. – Это объясняет, почему они вдруг заставляют нас делать «заплатки» и спешные обновления вместо полноценной реконструкции системы, на которую был изначально заключен контракт. Так что же нам делать? – спросил Зал, глядя на друга. – Может, обратиться к прессе? Написать в газеты, на телевидение?

– Тебя назовут сумасшедшим и тебя же сделают козлом отпущения, – без тени сомнения ответил Бернард.

– Согласна, – кивнула Вайолет.

Бернард сунул распечатанные страницы в сумку для ноутбука, затем перекинул ее через плечо.

– Я подумаю, что нам делать дальше, и свяжусь с тобой завтра, – сказал он.

Зал кивнул, но Бернард добавил, указав жестом на здание вокруг:

– Знаете, может, лучше поговорить об этом снаружи? Просто на всякий случай, – пояснил он, приглушив голос. – Встретимся завтра утром на парковке?

– Хорошая идея, – согласился Зал. – Особенно если речь пойдет о деталях. Но…

Бернард кивнул, но затем указал на монитор Вайолет:

– Хотя, честно говоря, я уверен, что они уже следят за нами.

Зал напрягся. Он не мог не признать, что Бернард прав. Он всегда следил за тем, чтобы все, что он делал на рабочем компьютере, выглядело как часть его официальных обязанностей, даже если это было не совсем так. Но он и не подумал, что ДТС может следить за другими устройствами в этом здании. С учетом масштабов проекта было почти неизбежно, что вся команда находилась под наблюдением. А если ДТС заметил, что кто-то из сотрудников начал копаться в истории организации…

Бернард обратил внимание на выражение лица друга и усмехнулся:

– Расслабься. Мы прошли инициацию. Типа мы свои. – Он махнул рукой Залу и Вайолет, направляясь к выходу. – До завтра!

Зал молча проводил его взглядом. Он хотел сказать что-то, но боялся, что их уже прослушивают. И все же Бернард был прав: если ДТС действительно следит за ними, то момент, чтобы остановиться, уже давно упущен.

Тем временем Вайолет прошла через всю комнату, выключила принтер, а затем начала обходить столы, проверяя, чтобы все оборудование было выключено на ночь. Когда она вернулась к своему рабочему месту, то взяла Зала за руки и внимательно посмотрела ему в глаза.

– Я знаю, что в последнее время вела себя немного странно, – тихо сказала она.

Правда? Они собирались обсуждать это здесь? Прямо сейчас? Зал представил, как где-то ухмыляющийся бюрократ из Автоинспекции слушает их разговор через скрытый микрофон. Но тут же упрекнул себя за чрезмерную паранойю.

– Нет, я бы так не сказал, – солгал он.

– Да брось, перестань юлить, – мягко сказала Вайолет. – Я просто хочу, чтобы ты знал: все это не имеет к нам никакого отношения. У меня были личные проблемы, но теперь все улажено.

Зал кивнул, не желая вдаваться в подробности.

– Если ты хочешь знать… – начала она.

– Я не…

– Ты вежлив, и это мило. Но не говори мне, что тебе не любопытно.

– Ну, если ты хочешь рассказать…

Вайолет улыбнулась:

– Хочу. – Она глубоко вздохнула. – Но ты должен пообещать, что это останется между нами. Никому ни слова, даже Бернарду.

Зал бросил короткий взгляд на экран ее компьютера, но решил не портить момент:

– Я клянусь.

Вайолет на мгновение замолчала, словно подбирая слова.

– Недавно я узнала, что мой отец живет в этой стране не совсем… легально. Я не имею в виду, что он пересек границу через пустыню или что-то в этом духе, – поспешила объяснить она. – Для меня это был полный шок. Мои родители жили здесь с тех пор, как я себя помню, задолго до моего рождения. Поэтому я никогда не задумывалась об их статусе.

Вайолет закусила губу, затем продолжила:

– Несколько недель назад я спросила папу, почему мы никогда не навещали его родителей в Канаде. Почему они всегда приезжали к нам, а мы к ним – никогда? Мне просто захотелось поехать туда. Я никогда не была в Канаде и подумала, что это было бы интересно. Тогда папа усадил меня и сказал, что не может покинуть страну. Он боится, что его могут не пустить обратно.

Вайолет покачала головой.

– Как я уже сказала, я была шокирована, – продолжила она после короткой паузы. – Он рассказал мне, что приехал сюда по студенческой визе, что познакомился с моей мамой в колледже – она, кстати, гражданка США, хотя родом из Сальвадора, – и что он просрочил визу. По его словам, он об этом никогда не задумывался. Этот вопрос просто не возникал.

Вайолет чуть помедлила, прежде чем продолжить:

– Он переехал к маме, они оба закончили университет, нашли работу, купили дом, родили меня, и… жизнь просто сложилась. Я не совсем верю в это. Он ведь должен был знать, когда оформлял кредит на дом или машину или устраивался на работу, что заполняет анкеты с ложной информацией. Но неважно. Суть в том, что он мне солгал. Или, по крайней мере, так казалось, потому что он никогда не рассказывал мне ничего из этого.

Она сделала глубокий вдох:

– Я предложила ему узнать, есть ли способ легализоваться, стать гражданином или хотя бы получить статус резидента. Может быть, заплатить штраф или что-то в этом роде. Но моя мама…

Вайолет снова вздохнула:

– Мы с мамой сильно поссорились. После всех событий с Дональдом Трампом она перестала доверять правительству, особенно в вопросах иммиграции. В итоге я ушла из дома и осталась у тебя.

Она попыталась улыбнуться, но выглядела расстроенной:

– В конце концов папа объявил перемирие, и они решили оставить все как есть. В следующем месяце из Канады приедут мои бабушка и дедушка. Папа сказал, что я могу поехать к ним, если захочу, но сам он не поедет.

Она грустно улыбнулась:

– Вот так вот. Я решила, что ты должен это знать. – Ее улыбка стала теплее. – Все-таки ты мой парень и все такое.

Зал приподнял бровь:

– Ты не боишься, что я позвоню в иммиграционную службу и сдам твоего отца?

– Думаю, что нет.

Зал на какое-то время задумался и затем спросил:

– А у твоего отца есть водительские права?

– Думаю, да. Он водит машину.

– Дай мне посмотреть твой компьютер. Я хочу кое-что проверить.

Ее лицо побледнело, когда она поняла, что он собирается сделать. Но все же она отодвинулась, давая ему доступ к компьютеру. Несколько быстрых нажатий клавиш – и на экране появились водительские права ее отца.

– Это условные права, – заметил Зал. – А рядом стоит звездочка. И эта звездочка означает…

Он переключился на другой экран и внезапно замер.

– Что? – голос Вайолет дрожал. – Что это значит?

– Это значит, что он назначен жертвой. Другие водители могут безнаказанно сбить его, или переехать, или врезаться в его машину.

Выражение лица Вайолет пронзило его насквозь.

– Это… это не может быть правдой!

– Это реально.

– Что мы можем сделать?

– Прежде всего, скажи своему отцу, чтобы он перестал водить машину. Постарайся, чтобы он вообще не выходил на улицу. Придумай причину. Любую.

– Мы не можем позволить им остаться безнаказанными! – Вайолет почти плакала. – Мы должны что-то с этим сделать!

Зал встал, подошел к ней и крепко обнял:

– Мы сделаем. Мы что-нибудь придумаем. Мы найдем способ их остановить. Обещаю.

Глава 32

– Как ты думаешь, папа убил маму после того, как нас увезли?

Дэнни притворился спящим, чтобы не отвечать на вопрос сестры, не думать об этом, не слышать. На ночь их приковывали к кроватям звенящими цепями, словно диких собак. Для Дэнни это было самым унизительным испытанием в его жизни. Даже когда сильно хотелось в туалет, он терпел до утра, до тех пор, пока их не выпускали.

Теа, строгая женщина средних лет, больше похожая на закоренелую преступницу, чем на обычную пленницу, исчезла после первой ночи пребывания Дэнни и Джилл в общежитии. На удивление ее подход оказался прямо противоположным. Она отказалась подчиняться правилам. Делала все в подгузник. А когда один из работников велел ей утром снять прокладку и выбросить, она огрызнулась:

– Сам сними! Сними и вытри мою грязную задницу, сука!

Через мгновение в комнату ворвались несколько мужчин в серой униформе. Они избили ее прямо у всех на глазах, пока она не потеряла сознание. Потом унесли ее бесчувственное тело. Больше Теа никто не видел.

Позже Джилл шепнула ему, что все это было подстроено, чтобы запугать остальных. Но Дэнни не поверил. Теперь он лежал в кровати, крепко зажмурив глаза на случай, если сестра смотрит на него.

– Как ты думаешь, он это сделал? Дэнни? Думаешь, он убил ее?

Он снова ничего не ответил, и Джилл замолчала. В конце концов они оба уснули.

Наутро, как только их освободили от кандалов, в ванную бросились все. Кровати Дэнни и Джилл стояли рядом с дверью, так что они оказались одними из первых. Это было хорошо, потому что Дэнни уже еле терпел. В ванной он снял и выбросил подгузник, справил нужду, надел оранжевый комбинезон, напоминающий тюремный, который обязаны были носить все, и вернулся, чтобы дождаться Джилл. Вместе они прошли через двойные двери в столовую. Им выдали по миске безвкусной, липкой каши, совершенно лишенной запаха.

– Как думаешь, сколько нам придется здесь пробыть? – спросил Дэнни, когда они вместе со всеми отправились на утренний урок.

– Не знаю, – ответила Джилл. – Навсегда?

Это была шутка, но совсем не смешная. Они молча шли за группой, проходя мимо почти одинаковых зданий, к большому овальному треку. Вместо трибун по обеим сторонам дорожки выстроились фальшивые магазины и дома, словно на съемочной площадке – все это создавалo иллюзию, будто трасса проходит прямо по главной улице города.

Как и обычно, сегодняшний инструктор не представился. Это был чрезвычайно высокий мужчина с непропорционально короткими ногами, что невольно отвлекало внимание. Прежде чем приказать им следовать за ним, он ограничился лишь одной фразой:

– Вы можете называть меня сэр.

Теперь он повел их к белому автомобилю, стоявшему у обочины перед первым бутафорским зданием. Когда все собрались перед машиной, он заявил:

– Чтобы заслужить право снова законно управлять автомобилем на общественных дорогах, вам придется выучить или освежить в памяти основные правила. Сегодня мы поговорим о дорожно-транспортных происшествиях и разберем последствия столкновений. – Он хлопнул по капоту машины. – Перед вами самый распространенный седан на шоссе. Вероятно, каждый из вас владел таким и водил его когда-то в своей жизни.

Дэнни заметил, как несколько пожилых участников кивнули в ответ.

– Это также тип автомобиля, который чаще всего попадает в аварии, – продолжил инструктор, а затем хлопнул в ладоши. – А для этой демонстрации нам понадобится манекен для краш-теста.

Он внимательно оглядел лица собравшихся.

– Ты, – произнес он, указывая на Джилл. – Ты идеально подходишь на эту роль. – Его усмешка была мерзкой. – Конечно, ты недостаточно умна, раз оказалась здесь, как и все остальные. Но для сегодняшнего упражнения ты, юная мисс, будешь нашим официальным испытателем.

– Нет, не буду, – резко ответила Джилл.

– Раздевайся, – приказал он.

Джилл встретила его взгляд с вызовом, не двигаясь с места.

– Смысл этого упражнения – продемонстрировать последствия типичного столкновения для человеческого тела. Чтобы потом не тратить время на раздевание для осмотра, проще сделать это сейчас. Раздевайся, шлюха!

– Нет! – крикнул Дэнни. – Выберите кого-нибудь другого!

Инструктор повернулся к нему, его холодные глаза остановились на лице Дэнни:

– Может, тогда тебя?

Джилл уже начала расстегивать пуговицы на своем комбинезоне.

– Я сделаю это, – произнесла она тихо, но твердо.

Дэнни отвернулся, чувствуя подступающую тошноту. Ему было противно. Большинство остальных, как он заметил, наблюдали за Джилл, особенно мужчины и подростки. Один старик, в частности, смотрел на нее с таким похотливым и извращенным выражением, что Дэнни едва удержался от желания врезать ему ногой по яйцам.

В их группе было человек пятнадцать-двадцать, а на противоположной стороне дорожки он заметил еще одну группу примерно такого же размера. Сколько же людей находилось в этом лагере?

Он повернулся к машине, но тут же пожалел об этом. Джилл, теперь уже совершенно голая, садилась на водительское сиденье. Она как раз закидывала левую ногу, и он невольно увидел ее в самый неподходящий момент.

Инструктор тем временем подобрал ее комбинезон и нижнее белье с земли.

– Я хочу, чтобы ты проехала через этот городок, до конца и обратно. Справишься?

– О… – начала она, но не успела ответить, как он захлопнул дверцу.

– Теперь веди осторожно, – сказал он с ухмылкой. – На улицах полно психов!

Инструктор хихикнул. Джилл нахмурилась, пристегнулась ремнем и включила сигнал поворота. Машина медленно тронулась с места, аккуратно отъезжая от обочины.

Джилл начала набирать скорость. И вдруг справа, со стороны пассажирского сиденья, в ее машину на полном ходу врезался красный пикап, выскочивший с подъездной дорожки. Автомобиль Джилл развернуло, и он остановился к трассе задом. Красный пикап тем временем вылетел на шоссе, оставив за собой полосы дыма от шин.

– Вау! Это было круто! – воскликнул инструктор с неподдельным восторгом. – Давайте посмотрим, что там!

Толпа подбежала к искореженной машине. Лобовое стекло было разбито, а густой пар, вырывающийся из радиатора, затруднял обзор. Обе передние двери были распахнуты, и все направились к водительской стороне. Дэнни и инструктор шли впереди.

Джилл с трудом держалась за руль. Ее правая нога была неестественно вывернута, словно сложена сама на себя. Сомнений не оставалось – она была сломана. На внешней стороне левого бедра зияла глубокая рана, из которой сочилась кровь, стекая на пол. Лицо Джилл было усыпано мелкими порезами от осколков лобового стекла, по щекам текли алые струйки.

Она застонала и медленно повернула голову в их сторону. Ее глаза встретились с глазами Дэнни, и он увидел в них страх, растерянность и мучительную боль.

– У нее кровотечение! – закричал он, обращаясь ко всем. – Вызовите скорую!

Инструктор все еще держал одежду Джилл. Он быстро свернул ее нижнее белье и прижал к кровоточащей ране на ноге.

– С ней все будет в порядке. – Он повернулся к собравшейся группе. – Обратите внимание, она была пристегнута, но подушки безопасности не сработали.

Инструктор пожал плечами с таким видом, будто это было не более чем мелкая неприятность:

– Такое случается.

Затем он наклонился ближе к Джилл, словно разглядывая что-то.

– О, – протянул он с издевательским сочувствием. – Она описалась.

Выпрямившись, он снова обратился к группе.

– Вот почему всегда нужно ходить в туалет перед тем, как сесть за руль. Это ценный урок, и я надеюсь, вы все примете его к сведенью. При аварии жертвы нередко теряют контроль над мочевым пузырем или кишечником. А теперь представьте: вместо того чтобы сосредоточиться на лечении ваших травм, медикам придется разбираться с вашей мочой или… ну, вы поняли.

Он указал вниз по дорожке:

– Теперь перейдем ко второй части нашей демонстрации: что насчет водителя пикапа? Того, кто спровоцировал эту аварию? И если у него нет прав, позволяющих ему совершать подобные действия, он должен быть наказан. Кто-нибудь запомнил номер машины?

– Она все еще истекает кровью! – крикнул Дэнни, указывая на сестру. – Нам нужна помощь!

Инструктор раздраженно махнул рукой:

– С ней все будет в порядке.

– Не думаю, что с ней все будет в порядке, – подал голос тот самый пожилой мужчина с извращенным взглядом. – Она теряет слишком много крови.

– О ней позаботятся. Не беспокойтесь об этом. Так что насчет номера пикапа? Кто-нибудь его видел?

Все покачали головами.

– Если бы ты или она, – он указал на Джилл, которая была без сознания, – могли что-то с этим сделать…

Он потянулся к своему правому заднему карману, достал бумажник и, открыв его, вытащил водительские права.

– Видите? – он повернул документы так, чтобы все могли рассмотреть. – У меня на правах есть маленькая буква П у края. Проверьте свои. У кого-нибудь еще есть такая? Я подожду.

– У меня есть, – ответила молодая чернокожая женщина.

– И у меня, – пробормотал старик-извращенец.

Как оказалось, у нескольких человек в группе была такая отметка на правах.

Дэнни, не сводивший глаз с сестры, даже не стал проверять свои документы. Ему хотелось броситься к Джилл, но инструктор стоял прямо перед ним, словно заграждая дорогу. Дэнни боялся бросить ему вызов.

– Буква П на ваших правах означает, – продолжил инструктор, глядя на собравшихся, – что вы уполномочены применить наказание в случае аварии, подобной этой. Допустим, вы снова увидели этот грузовик и узнали его. У вас есть полное право протаранить его своим автомобилем. Или сбить человека, который им управляет. Если вы считаете, что это может повредить ваш автомобиль или, не дай бог, увеличить ваши страховые тарифы, есть положение, позволяющее вам выбрать другой способ наказания нарушителя. Все зависит от вашего решения.

Вдруг он резко повернул голову, словно заметив что-то.

– О, опять он! – воскликнул инструктор, указывая куда-то вдоль дорожки.

Пикап, похоже, объехал всю трассу и теперь осторожно маневрировал у места аварии, возвращаясь на свою прежнюю подъездную дорожку. Из кабины вышел светловолосый молодой человек с бородой, в ковбойской шляпе и одежде в западном стиле. Инструктор шагнул ему навстречу, приветливо помахав рукой.

«Неужели все это было спланировано?» – подумал Дэнни. Сцена казалась слишком реальной, чтобы быть постановочной.

– Чем могу еще помочь? – спросил водитель пикапа.

В этот момент в руке инструктора появился длинный нож. Дэнни не понял, откуда он взялся: секунду назад его не было, а теперь он просто оказался там. Инструктор ускорил шаг, и, прежде чем водитель успел хоть как-то отреагировать, нож вонзился ему в живот. Движения инструктора были пугающе уверенными и механическими. Он вытащил нож, чтобы вновь погрузить его в тело водителя. И еще раз. И снова. И снова.

Дэнни никогда в жизни не видел столько крови. В фильмах кровь обычно не хлещет так сильно. Но здесь… Когда водитель пикапа, пошатываясь, упал на землю, густая алая жидкость била из раны, растекаясь по бетону и забрызгивая борта автомобиля. Единственным, кого чудом не коснулся этот багровый натиск, был сам инструктор.

Это должно быть подделкой, пытался убедить себя Дэнни. Он быстро оглядел свою группу. Люди вокруг были в равной степени шокированы и полны сомнений.

Со стороны трассы послышался вой сирен. К ним приближалась машина скорой помощи.

«Наконец-то!» – подумал Дэнни. Это должно было быть для Джилл. И, возможно, для того бедолаги, которого только что зарезали. Но травмы Джилл определенно были настоящими. А если ее травмы настоящие… убийство тоже было реальным?

Инструктор, улыбаясь, подошел к пикапу. Он открыл багажник, бросил туда окровавленный нож и захлопнул крышку. Затем, вернувшись к группе, он снова вытащил свои водительские права и показал их собравшимся: