Текст книги ""Фантастика 2026-82. Компиляция. Книги 1-31 (СИ)"

Автор книги: Сергей Звонарев

Соавторы: Александр Нетылев,Марианна Красовская,Ирина Солак,Вячеслав Ипатов,Янина Наперсток,Нани Кроноцкая
сообщить о нарушении

Текущая страница: 86 (всего у книги 339 страниц)

Глава 38. О женщины!

Анна-Мария Раиля откровенно раздражала. Ее было слишком много. Наряды, туфли, духи, от которых свербило в носу, шелковые чулки на спинках стульев, пудренница и куча всяких притираний в уборной. Он невольно ощутил на своей шкуре, каково это -жить с женщиной, которая помешана на своей внешности, и содрогался, понимая, что Оюми точно такая же.

Нет, наверное, Юми бы его так не раздражала. Когда влюблен – не бесишься из-за мелочей. Но мелочи имеют обыкновение накапливаться. Раиль прекрасно понимал – через пару лет чулки начали бы его бесить. Или не начали бы. Отец с матерью любили друг друга. Раньше ему казалось это смешным, а иногда и тошнотворным – и их улыбки, и глупые ссоры, и перепалки, и последующие примирения. Отец, к слову, очень любил, когда мать одевалась на галлийский манер – в юбку и эти пресловутые чулки – и улыбался ей по-особому. Сейчас Раиль не смеялся. Он благодарил судьбу, что вырос в семье, где было принято уважать женщину. За злое слово в сторону матери Аяз мог и подзатыльник дать, а за непослушание – нагружал грязной работой в больнице. Раиль хотел бы, чтобы у них с Шессой была похожая семья. Где царит любовь и мир. Где дети чувствуют себя в безопасности.

Раиль, наконец, созрел для своего дома. Франкия ему нравилась гораздо больше, чем Галлия, а с Катаем эту развитую и сытую страну так и вовсе не сравнить. Здесь было тепло, рядом океан, до сестры – три дня плавания. Жаль только, что Степь далеко. Впрочем, проблема расстояний, кажется, решаема: Джерри давно бредил полетами. По его словам, в Галлии уже конструируют летательный аппарат в виде баллона с легким газом и привешенной к нему гондолы. Управлять такой штукой должны маги – возможно, это даже будет довольно безопасно.

В Труанне у него друзья. В Труанне интересно работать. В Галлии каких-то особых проблем с медициной нет, а здесь – непочатый край. Куда интереснее рулить лекарской отраслью целой столицы, чем быть всего лишь придворным врачом. Вот только согласится ли Шесса? А вдруг она захочет вернуться домой в свой Катай? Лучше бы она согласилась, потому что Раиль не собирался ломать свою карьеру из-за женщины. Он даже за Оюми бы не поехал. Хотя, конечно, в Катае тоже много проблем. Там целителей вообще нет, зато медицинская наука очень развита. Можно было бы открыть там школу и обучать иноземцев. Поедет ли он за женой, если та захочет жить на родине? Сложный вопрос. Он считал, что нет – но планы на всякий случай в голове составил.

В люк постучались снизу – вот неймется этой женщине! Что ее на чердак-то тянет?

– Вам тут не скучно, Раиль? – с любопытством спрашивает Анна-Мария, залезая к нему в невысокую комнатку со скошенными стенами.

Поневоле мужчина окидывает ее заинтересованным взглядом: на фрейлине только кружевной пеньюар и сорочка на тонких бретелях. У нее красивая высокая грудь и тонкая талия. Если присмотреться, изгибы женской фигуры можно легко рассмотреть.

Раиль с шумом выдыхает воздух, почему-то вспоминая, что последний раз его ночь с женой была просто потрясающей. Он бы не отказался повторить... много-много раз. Шесса сладкая. везде. Кажется, Анна-Мария воспринимает его вздохи на свой счет и кокетливо опускает свои красивые глазки, а потом садится на пол рядом с ним – касаясь рукавом пеньюара его руки. Рубашка на Раиле расстегнута до пояса, рукава закатаны – на чердаке довольно жарко, даже душно. По шее стекает капля пота. Черноволосая женщина облизывает алые губы, с интересом наблюдая, как вздымается загорелая грудь мужчины.

– Что такого интересного вы читаете? – с любопытством спрашивает Анна-Мария, наклоняясь так низко, что в вырезе сорочки видно темно-розовые соски.

Хм, а у Шессы темнее. Интересно, это как-то зависит от расы?

Раиль с готовностью показывает ей катайский травник. Женщина обиженно надувает губки – по-катайски она читать не умеет.

– О чем здесь?

– О высокогорных растениях, – пожимает плечами целитель. – Вам интересно? Могу почитать вслух.

– Ой, нет-нет! – пугается Анна-Мария. – Расскажите лучше что-нибудь. Мне как-то не по себе. Ночь, страшно. Мне кажется, за домом следят.

– Разумеется, следят. В кустах два дознавателя.

И кто-то третий, чужой, в доме напротив, вот уже с четверть часа – но этого ей знать не обязательно.

– Все равно страшно, – шепчет женщина. – И одиноко. И холодно.

– И вы пришли на чердак греться? – Раиль не дурак, все понимает. Ему просто интересно, как далеко она может зайти.

Анна-Мария обнимает себя руками, отчего ее грудь приподнимается и образовывает соблазнительную ложбинку.

– Расскажите о себе, – переводит тему она. – Как вы познакомились с супругой?

– О, это забавная история, – улыбается целитель. – Мне было восемнадцать, я только закончил Льенский университет и весь такой уверенный в себе и вдохновленный приехал в Катай к сестре. Чтоб вы знали – сестра у меня тогда была женой наместника Янгуна. Только я приехал – мне сразу: в Вейне мор какой-то, давай, ты же целитель. Приехал я в этот Вейн, а там жуть что творится. В больнице полная антисанитария, насекомые, грязь по колено, люди вповалку на полу лежат: старики, женщины, дети... Мужчин взрослых немного. И пигалица узкоглазая мне так важно заявляет: переодевайтесь в чистое. Переодевайтесь! Ха-ха! Да тут такая грязь, что можно овощи сажать.

– Это была Шесса?

– Кто ж еще? Ох и поругались мы с ней, чуть не подрались. Дед ее, лекарь Линь Яо, слушал-слушал, а потом как схватил палку, и мне по спине! Сказал: раз такой умный -мой тут всё. А Шесса поможет. Чтобы впредь не спорила с целителем. Пришлось мыть, да. Зато с тех пор всех больных сначала отмачивали в бане и переодевали в чистое, а только потом в больницу укладывали. Конечно, я тогда понял, что в тех масштабах бессмысленно было уборку проводить. Люди умирали, не до этого было.

– А почему мужчин почти не было? Это какая-то болезнь особая?

– Ага, как же. Обычная корь. Просто в Катае мужчины едят мясо, им ведь работать надо. А женщины и старики – что останется. Вот у них и не было сил бороться с болезнью.

– Понятно. А что с Шессой дальше было? Вы ее соблазнили? Влюбились?

– Не-е-ет, с Шессой мы подружились, хоть и не сразу. Она мне нравилась – умная, терпеливая. А соблазнила, наверное, она меня. Застала как-то врасплох после выброса сил, поцеловала. а я уже не отпустил.

– Вы ведь степняк, Раиль? Не катаец? – Анна-Мария положила ему на бедро руку, осторожно двигая ее вверх.

– Степняк.

– И целитель?

^{– Да}.

– Вам не тяжело сейчас. без женщины? Я могу вам помочь.

– Почему мне должно быть тяжело?

– Вы явно горячий мужчина, – фрейлина уверено положила руку на пах Раиля. – Я же вижу, вам хочется!

– Это нормальная здоровая реакция организма, – невозмутимо произнес мужчина. – Но это не значит, что я должен бросаться на первую же встреченную женщину. Я, вообще-то, женат.

– Это как-то вас ограничивает? Жена не стена...

– Анна-Мария, – со вздохом убрал ее ладонь Раиль. – Ты ведь не хочешь услышать мое мнение о женщинах, которые мне не интересны? Нам с тобой еще работать вместе.

Фрейлина обиженно поджала губы.

– Знаете, я не заметила какой-то особой любви между вами и супругой, – прямо сказала она. – Нет, Шесса, конечно, вас любит. Но вы.

– Почему ты так уверена, что она меня любит? – равнодушно спросил лекарь, а сам затаил дыхание. С недавних пор этот вопрос стал его волновать. – Она сама так сказала?

– Сказала, – уныло подтвердила Анна-Мария, внезапно понимая, что этот мужчина тоже любит жену, просто не показывает этого. – Еще и угрожала меня отравить, если я буду к вам приставать.

– Так и сказала? – с восторгом спросил Раиль, широко улыбаясь. – Какая умница!

Значит, любит. Значит, он не всё еще испортил. Это успокаивало.

Анна-Мария еще немного посидела и ушла, так и не добившись своего. Смотреть на еле заметно улыбающегося мужчину было не слишком приятно, но она знала, что такое любовь. Знала, как это – когда без человека жить не можешь. И потому довольно спокойно признавала поражение. Что ж, неудача в соблазнении – не самое печальное событие ее жизни. К тому же Шесса ей бы этого не простила, а маленькую катаянку фрейлина отчего-то побаивалась. Невозможно угадать, какие мысли блуждают в ее голове, а по серьезным узким глазам и вовсе не прочитать ничего. Такая и горло перережет с холодным невозмутимым лицом. Бр-р-р!

Раиль же серьезно задумался над своим поведением. В Катае с женщинами проблем не возникало. На него смотрели, как на небожителя: целитель ведь. И Шесса была рядом. Никто не смел к нему приставать, а если какая-то женщина была столь неосторожна – ей хватало сурового взгляда, чтобы понять все свои заблуждения. Во Франкии на его мужскую честь постоянно покушались. Это было, конечно, забавно и лестно, но отчего-то Раиль ощущал себя каким-то экзотическим животным, которое все норовили потрогать. Давняя неудача с Оюми изрядно пошатнула его самоуверенность. Он не считал себя сахарным пряником, который все хотят. Не понимал он и того, что действительно хорош собой – как и его отец: ладно сложенный, с правильными чертами лица, красивыми раскосыми глазами. Мужчина как мужчина, в меру привлекательный, зато умный и целеустремленный.

Не то, чтобы ему не нравились женщины – очень нравились, конечно. Но естественные физические потребности он реализовывал с женой, а на какие-то интрижки ему было банально жалко времени и сил. К тому же Шесса этого не потерпит – и она в своем праве. Рисковать единственной женщиной, любящей его настоящего, ради мимолетного и сомнительного удовольствия он не собирался. Оюми – это другое. Оюми он любил. Она билась в его крови. Не она даже – а мечта. Несбыточное. Стремиться к недоступному -это свойственно человеку. Наверное, он был бы рад не встречаться с Юми, так он бы сохранил в себе это удивительное чувство всепоглощающей безусловной любви. Столкновения с реальностью это хрупкое чувство не перенесло, а жаль. Привыкший думать о недоступной женщине, Раиль теперь в растерянности осознавал, что он сам не такой, каким себя воображал. Не такой циничный, не такой холодный... и не такой верный, как ему бы хотелось. Наверное, он потерял право на Юми в тот момент, когда поцеловал другую. Только теперь вдруг он видел, что это было самое правильное решение в его жизни.

То, что раньше казалось ему неважным, теперь вдруг он прощать был не готов. Другие мужчины? Нет. Его женщина должна любить только его. И любить не ради денег и престижного статуса. Дети? Ладно, если подумать – ничего страшного в чужих детях нет. Кроме того, конечно, что у них есть законный отец. Даже если предположить, что Раиля отпустит – какой смысл в том, чтобы завоевывать чужую жену, заранее зная, что она смотрит не на твою душу, а в кошелек? Разумеется, он прекрасно понимал, что любой женщине важен достаток, статус, уверенность в будущем – в конце концов, детей стоит рожать тогда, когда можешь их прокормить. Но он твердо знал, что его мать не оставила бы отца, даже если бы он лишился всего. Слышал он историю и о том, как Аяз – еще до рождения сына – страшно обгорел в пожаре. Он действительно был страшен, но мать осталась рядом. Шрамы на виске и за ухом отец так до конца и не убрал, и кожа на одной стороне лица у него была нечувствительная. Шесса тоже бы не ушла. Он был в этом уверен.

Скрипнула половица. Боги, неужели опять эта женщина? Раиль мгновенно погасил маг-светильник, погружая чердак в темноту, и притворился спящим. Люк приоткрылся. Показалась черноволосая голова; женщина внимательно вглядывалась в спокойное лицо и мерно вздымающуюся грудь мужчины. Убедившись, что он крепко спит, она удовлетворенно кивнула и опустила люк, задвигая засов.

Спустя пару минут Анна-Мария тенью выскользнула из дома.

Глава 39. Рыбка на крючке

Раиль бросился к люку, дергая его – безуспешно. Какого беса? Анна-Мария должна быть на их стороне! Или нет? Ха-ха, так вот кто шпион в окружении его величества! Это даже забавно. Наживка оказалась той самой рыбой, которую они пытались найти. Да они счастливчики! Мужчина ухмыльнулся, еще раз дернул люк – на всякий случай. Потом пожал плечами и принялся выламывать обшивку стены. Он догадывался, что такой вариант событий возможен, и приготовил себе путь отступления. С чердака можно выбраться на крышу. Слуховое окно слишком мало, в него разве что кошка пролезет, но если заранее подпилить стену возле него. А уж на крыше под одной из черепиц закреплена веревочная лестница. Спуститься по ней – пара пустяков.

Интересно, агенты Рюссоле прошляпили дамочку, или все же они чего-то да стоят? Раиль повел плечами, пригнулся и подкрался к дому напротив: он чувствовал, что женщину там. Навыки, приобретенные в гильдии убийц, всплыли сами по себе. В то время он учился проникать в дома только ради того, чтобы ему позволили перейти к следующему этапу: изучению точек на теле человека, нажатием на которые можно обездвижить, отключить боль (целителю это не помешает). или убить. Бесшумно выставив стекло, мужчина ловко запрыгнул в окно. В комнате было темно, зато из-за двери пробивалась полоска света. Раиль заглянул в щель и обомлел. Маркуса ди Гриньона он здесь увидеть никак не ожидал.

Быть того не может! Неужели король действительно стоит за всеми этими преступлениями? Неужели он гораздо хитрее, чем можно было предположить? Сам убивал, сам отводил от себя внимание, подставляя кого-то? Раиль встряхнул головой, пытаясь найти подвох. Но Маркус был совершенно настоящим. А ведь некромант был изначально против всей этой затеи с рыбалкой!

– Что происходит в доме? – спокойно спросил король у женщины, откидываясь на спинку стула и закидывая ногу на ногу. – Почему раньше не приходила?

– Целитель мешает, – пожала плечами женщина, опускаясь на пол и опираясь на колени короля локтями. Она заглядывала ему в лицо, и Раиль очень бы хотел видеть, что было в ее глазах, но увы – видел лишь затылок. – Целитель странный. Я его боюсь, признаюсь.

– Не того боишься, – мягко улыбнулся некромант. От его вкрадчивого тона даже у Раиля по спине мурашки пробежали. – Целитель – это всего лишь целитель. Что он тебе сделает? Залечит до смерти?

– Он мужчина, – пробормотала Анна-Мария. – Он сильнее меня.

– А то ты не знаешь, как побеждать мужчин!

– Он любит свою жену. Порода такая – слишком гордые, чтобы изменять.

– Кто говорит про измену? Обольстить. Втереться в доверие. Ты женщина или кто?

– Я женщина. Не кошка.

– Плохо. Я зол на тебя. Ты ведь знаешь, что бывает, когда я зол?

Анна-Мария всхлипнула.

– Пожалуйста, не надо! Я могу... злитесь на меня, а ее не трогайте!

– И что ты можешь? – заинтересованно спросил король, наклоняясь к ней. – Покажи.

Женщина поднялась, помедлила и стала расстегивать пуговицы на платье. Раиль сглотнул. Происходящее никак не укладывалось в его голове. Он мог только с ужасом наблюдать за происходящим, не понимая, что теперь делать.

Платье стекло с женщины черным облаком, она перешагнула через него, откидывая ногой в сторону. Сняла туфли. Белья на ней не было, только черный пояс и пристегнутые к нему чулки. Опустилась на колени, принимая позу покорности: катайцы вот так касались лбом пола при виде Императора. Сложила руки за спиной.

– Хорошая девочка, – пробормотал Марксус, обходя ее и забирая со стола черный прут. -Послушная девочка.

Плечи Анны-Марии вздрогнули, а в следующее мгновение на них опустился прут. Король ударил не сильно, почти лаская. На коже осталась белая полоса, быстро розовеющая. Следующий удар был явно сильнее, и полоса налилась красным. От третьего удара вздрогнул даже Раиль. На коже у женщины алыми каплями проступила кровь. Некромант облизал губы, его глаза сделались какими-то безумными. Он бил теперь хоть и не в полную силу (целитель понимал, что Маркус не собирался калечить девушку), но и не жалея свою жертву. Анна-Мария скулила и всхлипывала. Наконец, хлыст откинут в сторону. Высокий брюнет дергает женщину за волосы, заставляя распрямиться, проводит пальцами по беззащитной шее.

Степняк удерживает себя на месте только усилием воли. Он не ханжа. Понимает, что между двумя любовниками может быть всякое. Но это допустимо, когда оба получают удовольствие от игры. Здесь же у женщины трясутся плечи, она хрипит от того, что мужские пальцы сжимают ее шею, цепляется за черные манжеты руками. Некромант встряхивает ее, отбрасывает, словно тряпку, а потом наливает в стакан рубиновую жидкость и подает ей: – Пей!

Неужели все же ритуал? Но к чему эти заморочки? Он может выпить женщину и без этого. Или не может? И тут у Раиля в голове все встает на свои места. Ну разумеется! Ритуал расширяет резерв, а обычное соитие лишь восстанавливает его. Маркус – сильный маг, но, безусловно, не настолько сильный, как может быть. Раиль знал и посильнее. У той же Иванны резерв явно больше. И у бабушки. Он видел свою бабку, леди Милославу Оберлинг, в деле – она практически всемогуща. А где они, пределы? Есть ли граница у резерва? Кем станет Маркус, если продолжит в том же духе – божеством?

Так, Раиль, спокойно. Зачем некромант тогда вообще это делал? Проще было бы напоить Анну-Марию и взять ее. Зачем порка? Или он не может без этого вступления? Похоже, что так, потому что дальнейшее было банально. Маркус даже не стал раздеваться. Маски, впрочем, не было – видимо, фрейлина всё еще нужна ему живой.

Раиль кивнул удовлетворенно и осторожно удалился. Всё, что ему было нужно, он узнал. Дело за малым – сообщить Рюссоле. Он вылез из окна, пользуясь тем, что подозреваемым явно не до посторонних шумов, обошел «свой» дом кругом и нашел агентов в кустах. Парни выглядели откровенно растерянными.

– И чего мы тут сидим? – ласково поинтересовался степняк. – Докладывать начальству кто будет?

– Так там король, – сипло ответил один из мужчин.

– Давно?

– Пару часов как прибыл.

– И что? Какой у вас приказ? Так, ты, вихрастый. Ты поздоровее. Следишь за мужчиной, когда он выйдет. А ты, лысый, сейчас доставишь записку Рюссоле. Знаешь, где его дом? Плохо, боец. Яблоневая улица... номер забыл.

– Но он раньше возле парка жил, – попытался возразить лысый агент.

– А теперь живет с женой на Яблоневой улице. Ну найдешь, третий дом от большого камня на перекрестке. Белый забор и большая яблоня с качелями во дворе.

– Но ведь это король, – простонал мужчина.

– Ты кому служишь? Королю? Плохо, боец. Нужно служить родине. Ага, по глазам вижу, осознал. Пошли в дом.

Раиль, беззаботно насвистывая, чиркнул несколько строк на листе бумаги, сложил его, запечатал и вручил агенту, а сам вернулся к окнам дома напротив. Прошло не меньше получаса, прежде чем мужчина в черном плаще и перчатках вышел на улицу. У него не было никакого транспорта, некромант быстрым шагом отправился в сторону дворца.

– Надеюсь, я всё понял правильно, и он не убил Анну-Марию, – пробормотал Раиль себе под нос. – Жалко же дуру.

Подождал немного и со вздохом вошел внутрь. К счастью, женщина была живая. Она сидела на полу, голая, в рваных чулках, сжавшись в комочек, и тряслась в беззвучных рыданиях. На шее и груди багровые следы от пальцев.

– И как оно? – буднично осведомился Раиль, опускаясь рядом с ней на корточки. -Понравилось?

Она подняла на него безумные глаза и всхлипнула жалобно.

– Женщины, – пробормотал целитель, осторожно разворачивая ее и касаясь окровавленной спины кончиками пальцев. – Вечно лезете во всякие глупости. Нет бы в полицию за помощью обратилась!

Под его руками фрейлина ёжится и дергает плечами, но следы от хлыста исчезают на глазах.

– Спасибо, – сипло шепчет она.

– Так, еще и горло. Ты ведь не получаешь от этого удовольствия. Зачем согласилась?

– Разве я могла отказать? Особенно теперь... Теперь ему никто не может отказать.

– Может, и так, – задумчиво качает головой целитель, поднимая ее на ноги. – А может, и нет. Сделай милость, оденься. Смотреть на тебя больно. Утром поедем домой, во дворец. Здесь больше ловить нечего.

Глава 40. Непотребства

Истерика у женщины закончилась. Она пыталась было плакать и цепляться за Раиля, но тот хладнокровно сообщил, что лучше всего женскую нервную горячку лечит оплеуха. Фрейлина тут же пришла в себя, но смотрела так странно, что целитель не решился оставить ее без присмотра, велел ей ложиться в постель, а сам прилег на короткую и узкую кушетку. Выспаться им не дали. Прошло не больше часа, как под окнами раздался рев мобиля, и в дом ворвался всклокоченный начальник Полицейского Департамента.

– Какого беса, Раиль? Что происходит? – взревел он. – Что за странные послания?

– Угомонись, – шикнул на него степняк, выразительно косясь на Анну-Марию. – Я всё объясню. Ты один?

– С агентом Штоссом и водителем.

– Отлично. Пусть отвезут девушку в участок и запрут ее там. Она важный свидетель. Только не нужно ее драконить. Ей и так пришлось нелегко.

– Понял, – кивнул Рюссоле и отправился раздавать указания.

Раиль же поставил вариться кофе. Вот еще один аргумент в пользу Франкии – кофе тут отменный, его привозят из-за моря. Его степной дед без кофе жить не может, этот густой запах неизменно возвращал Раиля в детство. А в Катае только чай пьют.

– Ты нашел его? – требовательно спросил он Карла, едва тот показался в дверях.

– Иди ты! – злобно поглядел на целителя Рюссоле. – Где я его среди ночи найду? О, кофе! И мне налей.

– Я тебе адрес аптеки сказал, – с досадой вздохнул Раиль. – Наверняка парень оставил какой-нибудь знак.

– Да зачем он тебе?

– Что ты знаешь о магах жизни? – задал неожиданный вопрос целитель, разливая кофе в чашки.

– Ну... они есть. Это базовый пласт магии. Такой же, как вода, огонь и воздух. Жизнь, она же природа или земля.

– Базовое, да. Но есть разные направления.

– Ага, целители, некроманты, ботаники всякие, геологи. лошадники у степняков.

– Молодец, – кивнул Раиль. – Ты даже знаешь, что некроманты – это маги жизни, а не смерти, как их называют.

– Я в университете учился. И с Маркусом давно дружу. И знаешь, не верю. Вот не верю!

– Правильно, – усмехнулся целитель. – Потому что среди магов жизни есть еще иллюзионисты. Те, которые создают подобие жизни. И дар этот обычно совсем слабый. Настолько слабый, что про него постоянно забывают.

– Иллюзионист! – пораженно выдохнул дознаватель, округляя глаза.

– Я, когда жил в Катае, познакомился с одним парнем. Знаешь, забавно – после Катайско-Франкской войны там народилось довольно много полукровок. Это дело, конечно, замяли и сделали вид, что такого позора не было вовсе. Вот только раньше среди катайцев не было магов. Оборотни были, ёкаи были. погонщики были. А маги все появились только после визита франкийцев. Ну и галлийцы тоже влили свежей крови в народ Катая.

– Кто такие ёкаи?

– Какая к бесу разница? Люди, которые оборачиваются в демонов. или демоны, которые могут становиться людьми, тебе от этого легче стало? Их все равно почти всех вырезали. Я про иллюзионистов. Был один в гильдии убийц. Он умел принимать личину любого

человека. Ненадолго, на несколько минут, максимум – четверть часа. Этого ему хватало, кстати. У него совсем небольшой резерв был...

– И ты считаешь, что это не Маркус был?

– Абсолютно точно не Маркус. Похож, конечно, и по повадкам, и по жестам, и даже голос тот же. Но поток энергии совсем другой. Не некромант. Я в этом уверен.

– Слава всем богам, – пробормотал Рюссоле, напряженно глядя в чашку. – Мне прямо полегчало. А зачем тебе аптекарь?

– А он, кажется, через иллюзии видит. А может, просто очень наблюдателен. Он нужен, чтобы найти иллюзиониста.

– Я ему послание оставил. Если этот парень так хорош, как ты говоришь, он найдет нас сам. Знаешь, что? Поехали во дворец. Надо об этом поговорить с Маркусом. Там как раз мобиль вернулся.

Шесса плакала. Она больше не могла, совсем не могла.

– Да успокойся же ты, – уговаривала ее Иванна. – Маркус, скажи ей!

– Что сказать? Что я и сам не знаю, где пропадает Раиль? Подозреваю, конечно. но точно сказать не могу.

– Что подозреваешь? – требовательно спросила королева.

– Ээээ. Ну, это вряд ли утешит девочку.

– Лучше горькая правда, чем неизвестность, – шмыгнула носом катаянка, поднимая на некроманта жалобные глаза.

Он хотел промолчать, что-нибудь соврать, но быстро сдался.

– Они, скорее всего, с Карлом на рыбалке.

– Глупости. Раиль подобным никогда не увлекался. Да и сказал бы он мне. Что в этом такого?

– Ну. – Маркус не знал, что еще придумать. – Ты ведь не думаешь, что они всякими непотребствами занимаются, правда?

– Конечно, нет, – устало ответила Шесса. – Непотребствами Раиль может заниматься и со мной. Просто я теперь понимаю, какое место занимаю в его жизни.

– Не надо так, – всполошился мужчина. – Ты сейчас сгоряча рубишь! Подожди, когда он вернется, и спроси сама.

–Я больше не могу, – тихо ответила Шесса. – Всё. Чаша переполнена. Я столько лет была ему добрым другом. Заботилась о нем. Любила. А ему всё равно. Простите. Я... наверное, мне лучше вернуться в Катай.

– Нет! – ахнула Иванна. – Ты обещала! А как же я? Ты же мой лекарь!

– Точно, – кивнула катаянка. – Обещала. Значит, надо побыстрее искать квартиру.

– Карл Рюссоле в своей не живет. Он, кажется, окончательно помирился с женой, -сообщил Маркус, который никак не хотел отпускать супругу Раиля, резонно полагая, что целителю это не понравится. – Я спрошу у него, думаю, он будет н против тебя пустить пожить.

– Я буду вам очень благодарна, ваше величество.

– Шесса, прекрати «выкать», – поморщился Маркус. – Ты своя теперь. Тем более, ты внучка катайского императора, важная персона. Погоди, я тебя еще баронессой сделаю.

– Спасибо, но не нужно, – улыбнулась девушка, утирая заплаканные глаза. – Простите. И спокойной ночи, я пойду к себе.

Маркус поглядел на светлеющее небо за окном, зевающую Иванну и улыбнулся. Выспаться от всегда успеет. В гробу поспит, как любят говорить некроманты. А вот Шессе, конечно, надо успокоиться.

– Ты выглядишь усталой, – шепнул Маркус жене. – Спать? Или займемся непотребствами?

Иванна лукаво улыбнулась и принялась расстегивать пуговицы не его рубашке. Отказаться от столь заманчивого предложения она не могла. Поднялась на носочки, прижалась губами к шее, прикусила кожу на ключице, радуясь тому, что руки мужа стиснули ее бока, приподнимая. Губы к губам, переплетенные пальцы, поспешно отброшенное в сторону платье с порванным в нетерпении рукавом.

Однако планам супругов не суждено было осуществиться: едва только Маркус уложил жену в постель и прильнул губами к нежной девичьей груди, в дверь задолбили так, что она задрожала.

– Идите к бесу, – рявкнул некромант, и не думая останавливаться. – Занято!

– К бесу – это недалеко! – ответил голос Рюссоле за дверью.

– Если это какая-то глупость, я тебя придушу, – пообещал король, накидывая халат и выглядывая за дверь. Он был раздражен.

– Предполагаемый убийца во дворце, – сразу заявил Рюссоле. – Отдай приказ, чтобы выходы перекрыли и совсем никого не выпускали. Даже собак.

– Ну уж собак вряд ли, – усомнился Раиль. – Иллюзию собаки на человека накинуть сложно.

– Но не невозможно, – отрезал Карл. – Ваше величество, соображайте быстрее. Уйдет ведь!

– О боги, – с отвращением пробормотал король. – Когда всё это кончится? Почему я не могу спокойно заняться любовью с женой?

– Так и я не могу, – пожал плечами Рюссоле. – Меня тоже выдернули на самом интересном месте.

– А я вообще жену три дня не видел, – поддакнул Раиль.

«Будешь продолжать в том же духе – вообще никогда не увидишь», – подумал Маркус, но, вспомнив измученный вид Шессы, решил Раилю ничего не говорить. Еще помчится отношения выяснять – а этот помчится.

– В кабинет, – скомандовал король, оглянувшись на жену, которая даже прикрываться не стала, всем своим видом показывая, что протестует против всех этих интриг в ущерб делам любовным. – Прости, любимая. Я компенсирую, обещаю.

Иванна недовольно надула губы и показала ему язык, а после завернулась в одеяло и принялась строить планы мести. Маркус натянул штаны, накинул рубашку и пошел в кабинет вслед за друзьями.

– Валяйте, – махнул он рукой. – Добивайте своего несчастного короля.

Криво ухмыльнувшись и потерев лицо руками, Раиль начал рассказывать Маркусу события этой ночи. Через пару минут король нахмурился и выпрямился, еще через пару -гневно раскрыл рот, намереваясь возмущенно оправдываться, а под конец повествования уныло раскачивался на стуле.

– Я всегда думал, что удел мага-иллюзиониста – фокусы на ярмарке показывать, – сообщил он. – Что может сделать иллюзионист опасного?

– Очень многое. Например, принять облик некроманта и убивать людей. Или указ какой подписать, – вздохнул Рюссоле. – Может прийти в полицейский участок и приказать выпустить преступника.

– Не может, – покачал головой Раиль. – Чтобы изображать человека, недостаточно скопировать его внешность. Есть походка, жесты, манера разговора.

– Глупости, – отрезал дознаватель. – Ну приду я в участок, наору на всех и выпущу, к примеру, Анну-Марию, кто мне возразит? Скажут просто – дурное настроение у человека. Это Жаклин может понять, что что-то не то. А простой человек не сможет.

– Здесь другое, – возразил целитель. – Я сам был уверен, что там, в доме, был Маркус. Жесты, походка, поворот головы – всё идеально. Если бы не потоки энергии, я бы не понял, что это не он.

– Ты считаешь, что иллюзионист знал, что ты за ним наблюдаешь?

– Не мог не знать. Нас просчитали. Во многом благодаря Анне-Марии. Я думаю, она доносила обо всем.

– А змея? – неожиданно спросил Рюссоле.

– Какая змея?

– Змея на кладбище. Она была живая. Иллюзия не может заставить мертвое двигаться.

– Очень даже мертвая. Никто не видел, как она ползает, правда? Раиль легко ее поймал, слишком легко. Он держал ее в руках...

– С трудом, надо заметить. Разве можно сделать иллюзию осязаемой? Она шевелилась, я готов поклясться!

– Это только говорит о высоком уровне силы. Разумеется, некоторые иллюзии осязаемы! Иначе какой в них смысл? Да, иллюзорной стрелой невозможно убить человека. Но ткань от иллюзорного плаща можно потрогать. На некоторое время. Что снова возвращает нас к вопросу: а точно ли наш искусный приятель прячется в королевском дворце, или давно уже сбежал под видом стражника или повара?

– Среди ночи? – усомнился Рюссоле. – Это было бы слишком заметно. К тому же стражники знают друг друга в лицо. Кстати, я отправил отряд агентов в замок Аурелии. Моя интуиция криком кричит, что таинственный гость оттуда. Пусть проверят всех обитателей поименно.

– А что Анна-Мария?

– Плачет и молчит. Если не заговорит – придется принимать меры. Хотя пытать женщину. я не знаю. Это явно не добавит популярности полиции.

– В Славии и в Катае подобные допросы проводят с зельем истины, – вспомнил Раиль. -Безопасная штука. Не надо пыток, у меня есть рецепт. Не думал, что пригодится, но мало ли.