Текст книги ""Фантастика 2026-82. Компиляция. Книги 1-31 (СИ)"

Автор книги: Сергей Звонарев

Соавторы: Александр Нетылев,Марианна Красовская,Ирина Солак,Вячеслав Ипатов,Янина Наперсток,Нани Кроноцкая
сообщить о нарушении

Текущая страница: 81 (всего у книги 339 страниц)

Глава 24. Осквернители

Его величество постучался в окно целителя после полуночи. Он был безобразно бодр и весел, а в руках держал две лопаты. Раиль еще не ложился, он вообще умел бодрствовать едва ли не сутками. Лекари должны всегда быть готовы к ночным бдениям – болезнь времени не выбирает.

Сонно вздохнула в постели Шесса, ворочаясь. Одеяло соскользнуло с ее тела, она обычно спала обнаженной. Линия спины и белеющее в темноте бедро навевали совсем не те мысли, с которыми можно было идти на кладбище. Жизнь против смерти – вот это выбор! К сожалению, Раиля сегодня ночью ждала смерть. К счастью, не его собственная. Вздохнув, он вывалился из окна, ощутимо тряхнув при этом свой лекарский мешок. В нем что-то некрасиво звякнуло, пришлось открывать и проверять.

– Я копать не буду, – сразу предупредил Раиль, зарываясь в свои склянки. – Я не землекоп.

– Ну и ладно, – вздохнул Маркус. – Не будешь, так не будешь.

– А кто будет?

– Я, значит, буду.

– Вы король вообще-то.

– И что? Думаешь, я копать не умею? – ухмыльнулся некромант. – Я ж королем не родился.

– А вторая лопата зачем?

– А мы еще одного человека возьмем с собой. Думаю, он уже на кладбище.

– Ага, ну ладно, – кивнул лекарь, закатывая рукава рубашки. – Пойдемте тогда?

– Вперед, на подвиги, – ухмыльнулся Маркус, у которого настроение было просто великолепным.

Казалось бы, много ли человеку надо? Некромант всегда довольствовался малым. Крыша над головой, скромная пища и книги – этого вполне достаточно для комфортной жизни. Женщину он в своих мечтах никогда не видел, а теперь понимал, что Иванна – лучшее его приобретение. Даже не приобретение, а подарок судьбы.

Когда он уходил, переполненный энергией, будто сосуд, в который налили масло до самого краешка, она тихо спала, улыбаясь. Красивая, нежная, сладкая. Покидать ее не хотелось, но он знал, что возвращаться в постель под утро будет особым удовольствием, да и дело не ждет.

Копать он не будет, посмотрите на него! Какой неженка! Или сноб? На белоручку узкоглазый лекарь был не похож. Предплечья у него сильные, мускулистые, на пальцах пятна от реагентов – Маркус знал, как это выглядит. Тоже когда-то химией увлекался. И сам степняк – как напряженная пружина, собранный и сосредоточенный, укладывающий занятные инструменты обратно в мешок. Похож на профессионала, хоть и молод слишком.

Они незамеченными прошли коридоры дворца, свернули в зимнюю галерею, через которую вышли в сад.

– За нами следят, – шепотом сказал лекарь, и Маркус даже дернулся от неожиданности. Онто ничего не замечал.

– С чего ты взял?

– Чувствую, – признался Раиль. – Я в Катае с гильдией убийц работал, они научили чуять слежку.

– Занятно. А откуда?

– Вот этого не знаю. Ощущаю одного человека, довольно безобидного. Не убийца точно.

– А выследить сможешь?

– Если мы будем топтаться посреди сада – то нет. Любой дурак догадается, что дело нечисто.

– Сейчас это непринципиально, – прошипел Маркус. – Кончай выпендриваться, пока я тебя лопатой не огрел.

– Лопата – это не эстетично, – сверкнул белыми зубами в темноте лекарь.

– Зато практично, – огрызнулся некромант. – И закопать ей можно. Я ведь умею с ней обращаться.

Раиль хрюкнул и бодро поскакал вслед за королем. Он вдруг понял, почему Маркус ему так нравится. Уж очень он похож на его лучшего друга Джеральда Браенга. Такой же худой и длинный, да еще и шутник. А угроза лопатой и вовсе перенесла его в веселую студенческую юность. Когда она еще была веселой, конечно... до Оюми.

– Вы непунктуальны, ваше величество, – замогильным голосом заговорило одно из надгробий, и Раиль от неожиданности едва не заорал.

Разумеется, мертвых он не боялся, а в нежить не верил. Просто когда ночью на кладбище раздастся потусторонний голос – любой смельчак перепугается. К счастью, голос принадлежал человеку: из тени шагнул навстречу разорителям могил мужчина среднего роста и неопределенного возраста. Он был весь в черном – в темноте немудрено и не заметить.

– Лопата, Карл! – вручил «призраку» инструмент некромант. – Ты будешь копать.

– Почему я?

– Ты самый низший по статусу, – насмешливо пояснил Маркус. – Я король, Раиль – дядя катайского императора. Нам не с руки грязной работой заниматься.

– Я еще внук степного хана, – добавил Раиль хвастливо.

Мужчина, названный Карлом, взвесил лопату в руке и с любопытством спросил:

– А лопатой по затылку?

– Это неэстетично, – надменно ответил некромант.

– К тому же бесполезно, я целитель, – пробормотал степняк.

– А я дознаватель, – с угрозой в голосе ответил Карл. – Я стукну так, что никакой целитель не поможет.

– Ну всё, посмеялись и будет, – решительно объявил некромант. – Пора копать.

– Ла-а-адно, – протяжно выдохнул дознаватель. – А наш эксперт – лицо надежное?

– Куда более надежное, чем местные целители.

– Ну да, ну да. О боги, расскажи мне кто пару лет назад, что я буду выкапывать тело бывшего короля в компании мага жизни и мага смерти – я б его поколотил.

– Ну ты и болтун.

Король и дознаватель препирались задорно и с удовольствием – сразу видно, что они старые друзья. Копали небыстро и аккуратно – им еще обратно могилу закапывать. Раиль внимательно глядел по сторонам: ему показалось, что незримый наблюдатель исчез. Не к добру это. Или за подмогой пошел, или какую-то гадость замыслил. Прожив несколько лет в Катае, он научился осторожности – там было куда опаснее, чем в Степи. Столько ядовитых тварей, как, к примеру, в округе Вэйн, он в прежней жизни и не видел. И когда в траве раздался еле слышный шорох, лекарь действовал, не раздумывая, почти инстинктивно. Рывок – и в его руке уже болтается черная змея такой длины, что хвост стелется по земле, хотя он ее поднял достаточно высоко.

– В Катае такие не водятся, – хладнокровно сообщил он резво отпрыгнувшим землекопам.

– Во Франкии тоже, – придушенно пробормотал дознаватель. – Это вообще, кажется, тварь не местная. Но, судя по желтым полоскам возле хвоста, ядовитая.

– И дохлая, – добавил некромант. – Причем довольно давно.

Будто в ответ на эти слова, змея принялась с силой вырываться из рук Раиля, но пальцы у него были крепкие – не вывернуться. Некромант смело дотронулся до твари, увернувшись от опасно клацающих зубов, и змея вдруг повисла безжизненным канатом.

– Я могу ее забрать? – поинтересовался Раиль.

– А зачем она тебе? – удивился дознаватель.

– Яд.

– Сначала я почитаю, что это за зверюшка, – заявил Карл. – Потом забирай, конечно. Она ведь больше не оживет?

– Нет, – хмуро ответил Маркус. – Но заберу ее я. Тоже кое-что проверю. В очередь, господа. Раиль, ты молодец.

– Ага, – не стал спорить степняк. – Эх, сколько мяса! В Катае этой змейкой можно было бы накормить большую семью!

– Не советую, там трупный яд.

– Да? Ну ладно, вам виднее.

Дальнейшие раскопки прошли без происшествий. Спустя некоторое время лопаты одновременно ударились о дерево. Дальше разрывали землю руками, потом вытаскивали гроб. Карл ловко поддел и выломал его крышку лопатой, а Раиль с любопытством заглянул внутрь. Тело выглядело очень прилично.

– Забальзамировали, – разочарованно протянул он. – Ну кто так делает! Вся клиническая картина смазана! Так отчего его величество почил, согласно официальной версии?

– Мозговой удар.

– Хм, да. Я согласен. Был бы свет, можно было бы вскрытие черепной коробки произвести. Но все равно ни беса не видно. Но по первичным признакам это именно удар... ассиметрия лица, ага. Я возьму образцы тканей, если вы не возражаете.

Маркус и Карл завороженно наблюдали за работой профессионала. Молодой лекарь ловко и красиво орудовал скальпелем, серебряно блестевшим в свете луны, доставал какие-то пузырьки, что-то туда укладывал, брызгал, смазывал, резал и снова укладывал.

– А где сердце? – внезапно с недоумением спросил он.

– Его извлекли при бальзамировании, – пояснил некромант.

– И уничтожили?

– Нет, зачем? поместили в статую.

– Так что вы мне голову морочите? – рассердился Раиль. – Все необходимые анализы я мог сделать, не выкапывая тела! Нет, вы как хотите, а я вскрываю череп тогда. Зря что ли копали?

– А успеешь?

– Успею. Никто не против, если я мозг заберу? Потом в лаборатории погляжу.

– Я думаю, покойнику уже все равно, – кивнул некромант. – Только поторопись.

– А теперь представь себе, что тебя отследят, потом выкопают тело и обнаружат, что ты украл мозг покойного короля, – прошептал Карл. – Тебя ведь сожгут, Маркус. И нас с Раилем рядом с тобой.

– Ясно, – вздохнул целитель. – Мозг оставляем. Но я погляжу.

Он копался довольно долго, вглядывался, пальцами щупал... От такой картины даже некромант морщился и отворачивался. Карл Рюссоле зажигал спички, позволяя лекарю хоть что-то рассмотреть.

– Я все понял, – наконец, заявил Раиль. – Можно уходить. Давайте его обратно уложим.

– Нас все равно сожгут, – безнадежно прошептал бледно-зеленый Рюссоле.

– Ну извините, – раздраженно ответил целитель. – Я с живой материей работаю. Мертвые ткани мне не срастить.

– А с условно живой? – полюбопытствовал Маркус.

– Попробовать можно.

Некромант осторожно влил немного энергии в тело, но Раиль сразу зашипел:

– Вот что ты делаешь? Зачем в грудь-то? В голову давай!

– Я ни разу так не делал. Но попробую.

Неожиданно их совместная работа принесла неплохие плоды. Наполненная энергией плоть вела себя практически как живая, и целителю удалось укрепить в нескольких местах кость и срастить кожные покровы. Король стал выглядеть практически целым – насколько можно быть целым с разрезом для бальзамирования в животе и грудной клетке. В шесть рук покойного упаковали обратно в парадный костюм, красиво уложили и закрыли гроб. Дело было сделано.

– Если нас не сожгут, то вы двое можете сделать прекрасную карьеру в похоронном деле, -пробормотал Карл устало. – Будете покойников в приличный вид приводить.

Раиль только плечами пожал. На него вдруг навалилась какая-то апатия.

– Мне надо выпить, – заявил он.

– И мне, – ответил король.

– И мне, – согласился дознаватель.

Глава 25. Роковая ошибка прошлого

Изучать дневник Бертильды юной королеве пришлось в одиночестве, муж ее сбежал по каким-то своим темным делишкам. Только поцеловал ее на ночь и ушел. Иви не переживала. Маркусу она доверяла. Если произойдет что-то, о чем ей нужно знать, скрывать он от жены ничего не будет. Было любопытно. Покойную Паучиху Иванна знала плохо, особо не любила и оттого не испытывала никакого стыда оттого, что будет читать такую личную вещь. Пожалуй, она бы и письма почитала. Жаль, что Маркус их уничтожил. Впрочем, поначалу дневник ее разочаровал: кроме описания нарядов и некоторых мужчин, которые ухаживали за ней в юности, там не было ничего. Очевидно, какие-то политические ситуации или пикантные подробности Бертильда бумаге не доверяла.

Читать чужие записи, без сомнения, неприлично. Но Иванна была уверена, что на ее месте любая бы сунула нос в такую любопытную тетрадку. Особенно ее заинтересовал период, когда при дворе служил (или, как метко выразилась Бертильда) прожигал жизнь Антуан ди Моро, предок Маркуса.

***

Он мне не понравился с первого взгляда: черный, длинный, какой-то вечно всем недовольный. Его ненавидят и боятся. Ди Моро ядовитее змеи. Одним острым словом он может поставить на место даже и самого короля. Мой дражайший супруг отчего-то любит этого мерзавца; он для него навроде шута. Ди Моро явно тяготит эта роль, он недоволен, но его положение таково, что он полностью зависит от милости его величества.

И все же от взгляда этого человека меня бросает в дрожь.

***

Ди Моро был в опере с нами. Стоял за стулом его величества. Я всё представление чувствовала его взгляд на своей шее. Спросила после: «Как вам певица? Не правда ли, ее наряд чересчур вызывающ?» Он рассеянно согласился со мной, а я торжествую. Главной героиней оперы была монахиня.

***

Антуан нагл и беспринципен. Сегодня он поймал меня в коридоре и поцеловал в губы. Грубо. Больно. Почти укусил. Я вырвалась и дала ему пощечину. Убежала. Он за мной не погнался. Жаль.

Ди Моро напоказ ухаживает за Вильгельминой. Ну-ну. Вряд ли ему что-то светит. Дочь короля, сестру королевы Галлии – за нищего герцога? Вилль смешная юная девочка – она ему совсем не пара.

Меня он демонстративно игнорирует, а я только усмехаюсь. Пару раз я ловила на себе его злые взгляды. Пожалуй, надо брать ситуацию в свои руки. Словно невзначай упоминаю о головной боли и бессоннице. Я спасаюсь ночными прогулками возле грота.

***

У меня синяки на бедрах и засосы на шее. Бесов ди Моро буквально изнасиловал меня. Он не позволил мне даже закричать. Как будто я собиралась это делать! Разве что от удовольствия... Зажал рот, порвал платье, распластал по стене... Было больно, но очень хорошо. Наверное, я никогда в жизни не плакала от удовольствия.

Боюсь теперь только одного – что потеряет ко мне интерес.

Он написал письмо! От такого письма любая нормальная женщина должна бежать, прятаться... А я предвкушаю и запудриваю шею. Неужели он действительно придет в беседку? Меня всю трясет, я роняю предметы. Я отвечаю невпопад. Мой муж смеется надо мной, пытаясь угадать, кто же у меня любовник. Я не отвечаю ему – боюсь, что он разгневается на Антуана. Пусть лучше думает, что это кто-то из безобидных мальчишек, которые вечно крутятся вокруг меня.

***

Демоны и преисподняя! Я схожу с ума. Я зависима. Зависима от сладкой боли, от его хлыста, от этого черного безумия. Я не могу дождаться ночи. Я никогда не знаю, придет он или нет. Он оставляет знаки. Черная роза. Черный шелковый платок. Клубок веревки. И каждый раз сердце колотится как сумасшедшее. Он завязывает мне глаза, стягивает веревками мое тело, прижигает воском от свечи. А я покорно всё принимаю... и кричу от удовольствия.

Я в отчаянии и ужасе. Тан не должно было случится. Я принимала эти чертовы пилюли каждый лунный цикл! Я не могу, не могу, не могу быть беременной! Боги, это катастрофа. Муж меня убьет! Антуан... к счастью, у него в замке весенняя страда. Он не знает.

Я бы и само не поняла, если бы не эта изнуряющая слабость. Я едва стою на ногах, обливаюсь потом, дважды теряла сознание. Целитель меня просто огорошил: я ношу

ребенка с темным даром. Сына-некроманта. Однозначно сына, потому что девочки с темным даром не рождаются. И это точно ребенок Антуана -ни с кем другим я не спала.

– Что теперь будет? – спросила я у целителя.

В голове уже выстраивала план уехать на воды, родить сына и отдать его Антуану. В конце концов, ничего непоправимого не произошло. Не я первая, не я последняя. Однако ответ целителя меня просто уничтожил.

– Вы умрете. В вас магии чайная ложка. Вам не выносить этого ребенка, он вас сожрет. Избавляйтесь, иначе умрете оба.

Я смотрела на него и понимала, что это конец всему. Избавиться от ребенка для меня -немыслимое преступление. Но, кажется, выбора нет.

***

Плачу третий день. Целитель дал мне настои, я выпила. Потом меня долго крутило, я кричала и выла. Ребенка больше нет. И никогда не будет – так сказал целитель. Это хорошо. Больше такого я пережить никогда не хочу. У меня уже есть дочь – этого достаточно.

Целитель всю ночь сидел у моей постели. Он мягко и вкрадчиво рассказывал мне о том, что у рода Ди Моро с детьми всегда такие проблемы. Проклятое семейство!

Если бы я была сильным магом – можно было бы побороться за ребенка. Но увы – в моем случае не выжила бы ни я, ни младенец. Хотя были способы, были... Он намекнул, что Мороус... тот самый Мороус, который был бастардом какого-то предка Антуана, одним из сильнейших некромантов своего времени, оставлял записи для таких, как он. Что, по слухам, в любой книге, им написанной, можно найти очень много ценных советов. Надо поискать, что есть у нас в библиотеке. Наверняка хоть что-нибудь да найдется.

Я ничего не сказала Антуану, но отношения наши плавно сошли на нет. Незачем ему в такие вещи лезть. Понял он что-то или нет, но я посоветовала ему возобновить ухаживания за Вильгельминой. Поговорила с мужем: тот, поразмыслив, дал добро. Чувствую себя феей. Вилль нравится Антуан. Глупая девочка. Счастливая девочка.

Иванна отложила дневник, дрожа. Она не могла понять, что в записях Бертильды ее так смутило. Уж точно не любовные пристрастия деда Маркуса. Она закусила губу и почесала нос. Что-то важное ускользало от нее. Придвинула и принялась читать дальше. Эх, лучше бы она читала это с мужем. Возможно, он бы даже увлекся этими описаниями и пожелал бы что-то повторить.

Куда-то ее мысли не туда свернули.

Записи Мороуса? Вот этот легкомысленный роман? Увлекательно, горячо, но совершенно неправдоподобно. Или Мороус просто гениален? Если принять это за

инструкцию... Да, лекарь прав. Не выносить мне было ребенка Антуана. Что ж, будет что вспомнить в старости, а пока мне еще долго не захочется никаких приключений...

***

А дальше было что-то совсем неинтересное, скучное. О любовницах мужа, о галлийской делегации, немного о лорде Браенге, который на всех тут произвел неизгладимое впечатление, но соблазнам никак не поддался (Иванна даже загордилась дедом). Имя Антуана ди Моро попалось еще спустя несколько страниц, и Иви даже вскрикнула от неожиданности.

Боги, как же я виновата! Виновата перед Вилль! Я – убийца.

Когда Вилль забеременела, Антуан ее на руках носил. А когда родила – хорошенького беленького мальчика, между прочим, как две капли воды похожего на деда, моего дражайшего супруга – Антуан пришел в неописуемый гнев. Первенец любого мужчины из их рода должен родиться с темным даром. Вилль достаточно сильная магичка. Она должна была доносить младенца... но он не был первенцем. Первенца могла, а точнее, не могла родить я. Если бы я сказала об этом Антуану... А теперь страшно, очень страшно. Он меня убьет, если узнает. Как, я уверена, убил бедняжку Вилль...

***

Иванна отбросила дневник, закрыв лицо руками. О боги! Это же ужасно! Одна глупая женщина, а столько бед натворила! Выходит, Маркус всё же сын Шарля ди Моро. А Шарль – сын Антуана. Но все уверены в обратном.

Надо непременно поговорить с Маркусом! Кто бы мог подумать, какие страшные тайны хранит этот дневник! Но Бертильда какова! Уж Маркусу она могла всё рассказать. Он ведь не его дед. Он добрый и понимающий. Иванна металась по спальне взволнованно, потом прилегла на пару минут... потом укуталась в одеяло и сладко заснула.

Глава 26. Лучшая утренняя зарядка

Утром Иванна обнаружила, что муж в спальню так и не вернулся. Подобное событие произошло впервые. Неприятно. Она помнила, что Марк говорил ей о делах с целителем, и оттого поспешила под окна новой знакомой – не столько, чтобы учиться новой гимнастике, сколько узнать, возвратился ли супруг Шессы.

– Не приходил, – поджала губы миниатюрная девушка с раскосыми глазами. – Значит, вместе они. Как бы не влезли куда.

– Маркус очень аккуратен в делах, – уверенно заявила Иванна, хотя сама страшно переживала. – Думаю, все у них хорошо.

– Надеюсь. Слушай, ты так собралась разминаться? В платье?

Иванна огорченно подергала подол очаровательного утреннего платьица: – Так мне больше не в чем.

В платье, даже и в просторном, не попрыгаешь. Шесса оглядела с ног до головы молодую женщину и неуверенно предложила:

– Я могу тебе штаны Раиля дать. Ты худенькая. Мои тебе не подойдут, а его – должны в бедрах влезть.

Хихикая и краснея, королева Франкии переодевалась в беседке в просторные мужские штаны с завязками на талии. Они были ей коротковаты, но если немного подвернуть, обнажая не тронутые загаром лодыжки – заниматься в них вполне удобно.

– Я завтра же прикажу портнихе сшить мне приличные штаны, – смеялась Иванна. -Представляю, что она подумает!

Трава колола нежные ступни, Иви ежилась и ойкала, но исправно повторяла за своей наставницей несложные, казалось бы, упражнения. Только через четверть часа она уже тяжело дышала, а еще спустя некоторое время – утирала с раскрасневшегося лица пот полой рубахи. Девушка всегда думала, что сильная и выносливая, ведь она могла долго гулять, отлично ездила верхом и красиво танцевала; теперь она понимала, что ошибалась. Шесса, сжалившись над ученицей, сказала, что для первого раза достаточно, а сама продолжала гнуться, тянуться на носочках, высоко махать ногами и буквально взлетать в прыжках.

Сама же Иванна уселась прямо на траву и принялась переплетать косу – даже волосы были влажные от пота.

– А с палкой не хочешь? – раздался сзади голос Раиля.

Иванна едва не подскочила от неожиданности. За ее спиной стоял степняк – голый по пояс, в одних кальсонах – с двумя черенками от лопаты в руках. Выглядел он неважно, да и пах отнюдь не розами.

– Вы пили! – возмутилась девушка. – А Маркус?

– Он к себе пошел, – пожал вполне мускулистыми плечами степняк. – Да, мы пили.

Иванна невольно залюбовалась его грацией. Двигался он плавно, нисколько не покачиваясь от алкоголя. Красивое гладкое тело, черная вязь татуировки на спине, завязанные шнурком волосы – не слишком длинные, едва ли достающие до плеч. Ее старший родственник, без сомнения, привлекательный мужчина. Приятно на него глядеть.

Он встал напротив Шессы, с поклоном подал ей одну из палок. Глаза у катаянки заблестели, и Иви лениво подумала, что этот поединок однозначно закончится в постели. Она бы на месте степняка непременно соблазнилась изящной фигуркой и точеным личиком. К тому же корсажа или лифа на Шессе не было, и свободное колыхание груди под тонкой, едва ли не прозрачной рубашкой, даже ее взгляд притягивало, а уж Раиль и вовсе исправно глядел вовсе не в глаза супруге и непроизвольно облизывал губы. Эти двое были просто созданы друг для друга, между ними искры летят! Иванна порадовалась за своего родственника.

Медленно ступая босыми ногами по примятой траве, они словно описывали полукруг, не сводя друг с друга глаз. Шесса держала палку двумя руками, едва ли не кончиками изящных пальцев. Раиль стискивал свое оружие более твердо, и атаку начал тоже он и сразу обманным движением: дернув локтем вправо, он попытался достать левое бедро девушки. Она даже не стала парировать удар, просто сделав короткий шаг в сторону. Нападать она не спешила. Здесь она была более опытным бойцом, к тому же разогретым.

А Раиль выглядел не слишком уверено, и реакция у него была явно замедленна выпитым алкоголем. Он размахивал палкой, приседал, вертелся – а Шесса даже не двигалась, только легко перетекала из одной позы в другую. Степняк начинал злиться и уставать – по спине уже струились капли пота. Внезапно неуловимым движением девушка выбросила вперед свое оружие, легко коснувшись груди Раиля чуть пониже ключиц и негромким голосом произнесла: – Убит.

Он замер, опустил глаза и коротко кивнул. Противники поклонились друг другу и разошлись, снова чуть сгибая колени и опуская палки на уровень живота.

Иванна неслышно поднялась с места, подняла брошенное на землю платье и отправилась в свои покои: мыться и одеваться к завтраку. Ее ухода Шесса не заметила, увлеченная разглядыванием явного возбуждения супруга, заметного под тонкими кальсонами. По ее телу прокатилась дрожь предвкушения, щеки залила краска. Как приятно осознавать, что твой мужчина желает тебя! Ей немедленно захотелось поддаться ему, почувствовать горячие губы на своих губах. Он всегда целовался яростно, жадно, буквально овладевая ее ртом, и губы после таких поцелуев опухали и побаливали. Шесса сейчас до покалывания в губах жаждала этих поцелуев. Она понимала, что одно ее слово – и она получит его целиком, но не говорила этого слова, а просто, когда он отвернулся, дернула завязки ворота, распуская его так, чтобы грудь была почти обнажена.

Раиль краем глаза заметил, что единственная зрительница поединка ушла, даже кивнул ей, а потом перевел свой взгляд на свою женщину. Румяная, с растрепавшимися волосами, текучая, будто вода, и сильная, как тигрица, она казалась ему невероятно красивой. Ему нравились такие поединки, они заставляли его тело петь. Редко, когда он занимался физическим трудом, и упражнениями пренебрегал. Его отец, хоть и был целителем, оставался настоящим воином, а Раиль давно забросил тренировки, предпочитая время посвящать более интересным вещам. Шесса же старалась начинать утро с зарядки. Впрочем, искусству боя она училась с детства – девочка и старик, бродящие по Катаю, должны уметь постоять за себя.

Он и злился на то, что она постоянно ускользает от его ударов, и восхищался. Ему так и не удалось ни разу ее коснуться, зато "умер" он уже трижды. Конечно, он был не слишком трезвым, усталым и каким-то опустошенным, да еще постоянно отвлекался на ее грудь, то и дело мелькавшую в распущенном вороте рубахи. Но он и в другое время не мог с ней тягаться, хотя, бывало, и "убивал" ее. Отбрасывая палку, он просил:

– Давай теперь без оружия!

Шесса кивала. Теперь уже она без предупреждения накидывалась на него, а он уворачивался и отскакивал, а потом, перекувырнувшись, хватал ее за ногу и, уронив в траву, падал рядом и тут же подминал под себя. Их поединки всегда заканчивались одинаково. Иногда она его роняла, и тогда была главной, но чаще все же он. По негласным правилам теперь она должна была подчиняться.

– Хочу здесь и сейчас, – шептал он, не то целуя, не то кусая ее плечи, буквально рвя на части ее рубашку.

– В саду? Увидят ведь!

– Плевать, пусть видят, – бормотал Раиль, но потом, заглянув в ее покрасневшее лицо, добавлял. – Нет здесь никого. Еще рано для местных придворных.

– Это была моя последняя рубашка, – жалобно скулила девушка, выгибаясь под его жадными губами. – Хоть штаны не рви!

– Я куплю тебе десяток рубашек, – обещал он, но завязку на штанах все же не рвал, а аккуратно, хоть и торопливо развязывал.

Снять он их не успел, просто разворачивал ее к себе спиной, обхватывал руками и нетерпеливо проникал в нее, тяжело дыша ей в затылок. Отчего-то сейчас ему хотелось говорить ей всякие нежности, но что – он не знал, у него в голове вертелись даже не мысли, а какие-то обрывки фраз.

– Такая сладкая, – шептал он, упиваясь ее судорожными волнами. – Моя Шесса...

Для нее это было почти признанием в любви, внутри всё вспыхивало, и удовольствие становилось нестерпимо острым. Одной рукой Раиль сжимал ее грудь, а другой крепко держал за талию, не позволяя шевелиться. Она ощущала себя в его руках слабой и покорной, и от этого кружилась голова. В конце концов она его и полюбила за эту жесткость и упрямство, которые редко встречались в уступчивых и мирных катайцах. Нет, Шессе нужен был мужчина сильный и властный, и именно такой сейчас был рядом и овладевал ей прямо на траве в чужом саду. Она готова была поддаваться ему, следовать за ним, как вода... даже в удовольствии.

Откуда только у Раиля потом взялись силы едва ли не руках донести ее до постели? Он не знал. Но встать на ноги он ей не позволил. Ему было приятно нести ее, такую миниатюрную и хрупкую. Он рядом с ней ощущал себя большим и сильным, хотя, как и все степняки, был невысокого роста. Заталкивая ее в окно (все же так было гораздо быстрее и проще), он не удержавшись, куснул ее за зад сквозь тонкие штаны и усмехнулся, когда она взвизгнула. Запрыгнул сам, кинул в угол ком одежды и, едва коснувшись головой подушки, провалился в сон, больше похожий на беспамятство. Работа в паре с магом смерти дорого ему обошлась.