Текст книги ""Фантастика 2026-82. Компиляция. Книги 1-31 (СИ)"

Автор книги: Сергей Звонарев

Соавторы: Александр Нетылев,Марианна Красовская,Ирина Солак,Вячеслав Ипатов,Янина Наперсток,Нани Кроноцкая
сообщить о нарушении

Текущая страница: 160 (всего у книги 339 страниц)

– Но откуда нам знать, – с вызовом начала Селена, – что всё было так, а не наоборот? Может, это ты попросил Кэрол смолчать о том сейфе? Сам отключил питание и взорвал пещеру? А Ланц просто улетела за помощью?

– Зачем тогда мне помогать вам и отдавать накопитель? – не совсем уверенно парировал лейтенант.

– Ну, скажем, ты одумался и решил выйти чистеньким из игры?

Вальц уныло пожал плечами.

– Я понимаю, что это мое слово против ее. Но сказал правду. Могу подтвердить хоть на детекторе, хоть на Библии…

Селена уже собиралась что-то добавить, но Рэд ее остановил, просто примирительно положив свою руку на ее и выразительно кивнув.

В это время послышался звук работающего двигателя. Рэд напрягся.

– Это не «МакЛарен»…

Селена с Питером вскочили на ноги и стали оглядываться по сторонам. Буквально через минуту из-за горной гряды выплыл медицинский катер. Он медленно профланировал к середине поляны и опустился на землю. Первой из открывшегося шлюза выгрузилась группа вооруженной охраны, занявшая оборонительные позиции вокруг катера. Оценив обстановку и поняв, что на данный момент непосредственной угрозы нет, старший группы дал команду спасателям. Бригада медиков с аэроносилками поспешила к пострадавшим. Селена буквально на бегу старалась рассказать всё, что касалось состояния Рэда, раненого охранника, улетевшего с Марлен, и свои подозрения насчет Радеро и второго несчастного. Солнце уже село за горизонт, и корабль буквально с последними его лучами взмыл в воздух. Выслушав соображения всех, старший группы принял решение поиски планетарного инспектора и охранника отложить до завтра.

– Почему вы так долго? – всё-таки задала беспокоящий ее вопрос Селена, когда катер лег на обратный путь.

– В районе магнитная буря. У нас заглючила добрая половина приборов. Пришлось искать вас буквально на ощупь.

– А сейчас связь есть? – уточнил Рэд, которому уже поставили капельницу.

Старший проверил и протянул послу рабочий комм.

Отвлекшись на собственный осмотр, Селена пропустила большую часть разговора капитана с Ольховским. Но по обрывкам фраз, доносящихся из-за шторки, поняла – Кэрол прибыла буквально за пару минут до установки щита, Ольховский с ней еще пообщаться не успел.

– Приставьте к ней немедленно охрану, – жестко распорядился Рэд. – В отсутствии Радеро его полномочия тоже ложатся на вас. Да, я отдаю себе отчет в серьезности предъявленного мной обвинения. Да, поговорим сразу по прилете.

Селена оделась и, выйдя к Рэду, протянула руку за коммом.

– Дай, я попробую набрать Марлен.

Капитан отдал аппарат.

– Лучше набирай сразу на аэрокар, ее комм вряд ли заработал.

К счастью, связь установилась быстро, и, услышав щебечущий голос подруги, Селена наконец расслабилась.

– Всё в порядке! Мы уже недалеко от лагеря! Твари отстали на полпути. Я так боялась, что они вернутся к вам! Извини, что я там растерялась на поляне…

– Ничего, бывает! А щит-то ты что не включила? Первых трех можно было вырубить щитом…

– Щит? – растерянно переспросила Марлен. – А я и забыла, что у аэрокара есть защитное поле…

Глава 19

По прибытии Рэд чуть ли не отбивался от медперсонала, требуя, чтобы ему дали возможность пойти с Питером в его каюту. Но Селене удалось уговорить капитана всё-таки отправиться в медотсек, пообещав, что они быстренько сгоняют с Питером вдвоем и вернутся уже с флешкой. «Быстренько» получилось не совсем. На замке каюты оказались явные следы взлома, а внутри – всё перевернуто вверх дном. Что именно искали, ребята не сомневались, но входить в помещение не стали – пришлось по всей форме сперва вызывать текущего начальника охраны и засвидетельствовать проникновение. В данной щекотливой ситуации этого никак было не избежать. Когда дознаватели наконец вышли, Вальц достал небольшую отвертку и выкрутил аккуратно панель с краном. Сзади нее к трубе был примотан герметичный пакет.

– А ты изобретательный, – с уважением протянула Селена.

– Армия – школа жизни, – пожал плечами Питер, доставая их главную улику.

Когда ребята добрались до медотсека, Рэд уже сидел в капсуле в больничной рубашке и отчаянно спорил с врачом, желающим его усыпить.

– У вас не просто синдром сдавливания, у вас и перелом! Ногу надо полностью пересобрать, если вы не хотите вообще без нее остаться! А на вторую необходимо наложить швы, – врач уже начинала терять терпение: редко ей доставались столь своенравные пациенты.

– Я не буду спать, пока по лайнеру разгуливает убийца! – парировал Рэд. – Если операция нужна так срочно, проводите так, чтобы я оставался в сознании!

– Да вы с ума сошли! Такой сложности манипуляции не делают под местным наркозом!

– А может, сделаете спинальную анестезию? – робко встряла в разговор Селена. – Я понимаю, что это допотопный метод, но у нас на Онадэрре ее всё еще успешно используют… За неимением капсул.

Врач сначала гневно развернулась, потом на секунду задумалась и кивнула.

– Ну хорошо. Под вашу ответственность! И как окончите дознание – сразу в сон! И чтобы сутки никого из вас около больного я не видела! А лучше двое!

Как только врач выполнила все манипуляции и покинула палату, сразу заговорил Ольховский, который уже разве что не подпрыгивал на месте от волнения и свалившейся на него ответственности.

– Так что, какие у вас основания подозревать, что обвал был следствием взрыва и что виновна именно Кэрол? – спросил он, подтаскивая стул ближе к медицинской капсуле.

Рэд выразительно глянул на стоящих чуть поодаль Селену и Питера, давая им понять, что говорить будет он, а они – кивать и соглашаться.

– В первый вылет в Иранополис Кэрол, нарушив приказ Радеро и угрожая Вальцу увольнением, высадилась в городе. Не просто высадилась, а похитила из сейфа одного из зданий ценное хранилище с информацией…

– Это, я так понимаю, вы знаете с его слов? – перебил Пал Палыч, скептически кивнув в сторону Питера.

– Нет, – спокойно продолжил Рэд. – Я сам видел, как аэрокар майора Ланц приземлялся, о чем незамедлительно доложил Радеро. Он же, чтобы я ему ненароком не сорвал операцию, и поделился, что майор Ланц уже взята под наблюдение. Собственно, Питер и был тем приставленным к ней человеком.

– Допустим, в шпионаж я верю. Но причем здесь сегодняшнее ЧП?

– Думаю, ответы на накопителе. Давайте вместе его и посмотрим, – и Рэд кивнул Питеру подключить диск к фальшокну.

На экране возникла кристально белая палата, подобная той, в которой они все сейчас находились. Казалось, даже запах антисептика усилился. Перед камерой сидел мужчина средних лет с явными залысинами и с обвисшей кожей на щеках. Вид у него при этом был весьма довольный.

«Проект “Спасение”, день первый. Сегодня нам доставили первые тридцать ампул улучшенной регенеративной сыворотки…»

– Да тут же многочасовая запись! – ужаснулся Ольховский, вскакивая со стула, и Вальц быстро нажал на паузу, чтобы не пропустить под эти сетования что-то важное. – Мы так до конца экспедиции не закончим!

Видно было, что Пал Палыч уже с ужасом предвкушает, как будет докладывать завтра о погибших на Землю. Поэтому клубок ему надо было распутать срочно, желательно до восхода солнца.

– Разрешите присутствовать Марлен Оками, – предложила Селена. – Она ученый и сможет нам помочь быстрее разобраться…

Ольховский обреченно махнул рукой, типа «зовите», и опять осел на стул.

Когда биолог пришла, Вальц пустил запись заново.

«Руководство колонии рассчитывает, что недостаточный уровень кислорода за пределами куполов со временем восстановится. Но нашей лаборатории поручено разработать альтернативный вариант. Препарат DTXSID9029981 компании “Нээлт” прошел уже все предварительные испытания, и последнее, непосредственно на добровольцах, начнется сегодня. Принявшие сыворотку лица обретут некоторый апгрейд на генном уровне, дающий им возможность проводить в атмосфере с концентрацией кислорода от двенадцати процентов полноценный рабочий день при условии, что в ночное время организм будет получать оптимальный двадцать один процент…»

– Погоди-ка, – остановила жестом запись Марлен, – дай мне пульт. У подобных лабораторных записей всегда одна структура: бла-бла-бла, проведение эксперимента и выводы. Вот нам достаточно посмотреть итоги, скажем… с периодичностью в десять дней и последнюю запись. В общих чертах картина должна проявиться…

– Да в общих чертах она уже проявилась, – хмыкнула Селена. – Что-то пошло не так, и они понаделали из людей монстров.

Марлен расстроенно кивнула.

– Конечно, похоже на то, но давайте не будем делать поспешных выводов, – и, отмотав запись, она снова нажала на пульт.

«Итоги первой декады эксперимента. Контрольная группа из десяти добровольцев отлично прошла адаптацию и способна находиться на открытом воздухе до двенадцати часов в сутки. Это даже лучший результат, чем мы рассчитывали получить. Все базовые характеристики у испытуемых в норме. Сегодня эксперимент будет расширен еще десятью добровольцами».

Снова перемотка: «Итоги второй декады эксперимента. У испытуемых первой группы стали проявляться проблемы с памятью. Вероятная причина – ускоренная регенерация клеток, в том числе и мозга. Информация не успевает усваиваться, а память – перезаписываться. Добавлены препараты для улучшения мозговой деятельности с целью купировать побочный эффект».

«…Итоги третьей декады. У многих добровольцев из первой партии к проблемам с памятью добавились признаки деформации костей скелета. Причину пока выяснить не удается. Отчет в “Нээлт” отправляется ежедневно. Ждем препараты, позволяющие замедлить и нейтрализовать нежелательные процессы».

«Итоги четвертой декады. Вчера произошел вопиющий случай. Один из испытуемых первой волны избил беременную жену. Лаборатория не стала бы этот факт связывать с действием препарата, однако работодатель и все соседи характеризуют испытуемого как крайне мягкого и миролюбивого человека. Администрация колонии прислала группу психологической помощи с целью независимой экспертизы состояния добровольцев и их поведения».

Заинтересовавшись результатами проверки, Марлен отмотала чуть меньше обычного.

«Проект “Спасение”, день сорок третий. Комиссия признала семнадцать из двадцати испытуемых в разной степени эмоционально нестабильными. Нас заставили провести принудительную госпитализацию. На случай ухудшения ситуации принято решение смонтировать индивидуальные боксы».

Оками снова щелкнула пультом. В палате уже стояла такая давящая тишина, что было отчетливо слышно мерное жужжание манипуляторов в медкапсуле Рэда.

«Итоги пятой декады. После происшествия с лаборантом всех испытуемых распределили по отдельным боксам. Наиболее спокойных оставили в общей палате, привязав к кроватям для их же блага».

– Погоди, – остановил Рэд, – надо найти и прояснить, что там было, это может быть важно.

Марлен кивнула.

«Проект “Спасение”, день сорок восьмой. При стандартной процедуре забора крови доброволец Чун Си неожиданно набросился на лаборанта и прокусил ему шею. Травма имела летальный характер, однако к моменту прибытия реанимационной бригады лаборант всё еще был жив. Операционная бригада зафиксировала стремительную регенерацию поврежденной артерии и прилегающих тканей».

«Итоги шестой декады. Поступивший от компании “Нээлт” препарат для купирования острых побочных эффектов пока никак себя не проявляет. Полностью выздоровевшего за три дня лаборанта пришлось, однако, госпитализировать, так как у него проявились все признаки ранее вакцинированных добровольцев».

«Проект “Спасение”, день шестьдесят восьмой. Двое привязанных к кроватям добровольцев смогли каким-то образом освободиться и напасть на персонал. Четверо сотрудников лаборатории были зверски истерзаны. Один скончался на месте, трое других выжили, проявив чудеса регенерации, и были помещены в карантин. Испытуемым удалось покинуть здание больницы. Ситуация выходит из-под контроля. Городская гвардия занята отловом сбежавших испытуемых. Солдатам разрешено стрелять на поражение. Сейчас идет экстренное заседание городского совета. Подозреваю, что к остальным добровольцам также решат применить крайнюю меру. Во избежание продолжения исследования в случае моей смерти оставшуюся партию из десяти ампул я уничтожил».

– Это всё, – поникшим голосом произнесла Марлен.

– Не удивительно, что «Нээлт» пытаются это скрыть. Вот благодаря кому, значит, накрылась колонизация планеты, – ворчливо проговорил Ольховский.

Руководитель экспедиции был потрясен не меньше других, но, пожалуй, только в его взгляде сквозило облегчение от понимания ситуации. Теперь-то на него уже не получится повесить два трупа. Или… всё-таки получится?

– Как вы планируете заставить признаться майора Ланц в подрыве? – обратился он к Рэду, практически снимая с себя полномочия в этом вопросе. – Без ее слов эти записи лишь косвенные улики.

– Косвенные?! – возмутилась Марлен. – Вы что, не понимаете, что происходит?! «Нээлт» не распорядилась уничтожить носитель, она его хотела получить целиком! Дела компании на фармакологическом рынке совсем плохи. Им эти записи нужны, чтобы возобновить исследования! Это же… сверхбыстрые, суперсильные и практически неумирающие существа!

– Ага, – вставила опять Селена, – всего-то осталось сохранить им мозги и нейтрализовать агрессию.

– Девушки, я не о том! – гаркнул Ольховский. – Кто там что хотел, вопрос десятый. Если Кэрол не сознается в подрыве, подозрение может пасть на любого из вас, – и он угрожающе провел вокруг по всем толстеньким пальцем.

– Или на вас, – беззастенчиво парировал Рэд. – Нарушение техники безопасности, халатное отношение, недостаточная охрана и экипировка группы…

Заметив, как у Пал Палыча начинают от ужаса расширяться глаза и трястись губы, капитан, однако, сжалился.

– Приведите ее сюда, мы поговорим наедине. Естественно, под запись. Хотя нет, вы, Пал Палыч, тоже останьтесь. И как свидетель, и как высшее должностное лицо экспедиции. Я-то для Кэрол никто.

…Майора Ланц ввели в помещение с охраной. Пал Палыч не решился оставаться с вероятной убийцей наедине, а наполовину парализованного медиками посла он в учет, естественно, не брал. Кэрол посмотрела по сторонам весьма уверенно, готовая всё отрицать, видимо, считая, что улик против нее нет. Ольховский галантно пододвинул к ней стул. Майор Ланц села, при этом умудрившись смерить Пал Палыча презрительным взглядом снизу вверх.

– В чем меня обвиняют?

– Я здесь лишь как должностное лицо, – поспешил на всякий случай перевести стрелки Ольховский, – все вопросы вам задаст вот господин посол.

И он протянул руку в сторону Джарэда, будто у Кэрол были какие-то сомнения в том, кто в комнате занимает такую должность.

Рэд слегка скривился от этого жеста, но заговорил:

– Майор Ланц, будет быстрее и проще, если я вам сейчас просто изложу свои соображения, а вы выслушаете. Мы знаем всё, с момента вскрытия сейфа в Иранополисе и вплоть до вашего прилета «за помощью» за пять минут до закрытия щита при работающей связи.

– Ничего подобного! – вскинулась Кэрол. – На моем аэрокаре действительно вышел из строя передатчик, это можно проверить.

– И поэтому путь, равный часу, вы преодолели минимум за три? – хмыкнул Рэд.

– Я разнервничалась и была дезориентирована!

– Вы?! Майор спасательной службы?!!

Кэрол, не найдя, что ответить, просто продолжила гордо смотреть в сторону с видом опороченной добродетели.

– Кстати, флешка у нас. И если вы даже позаботились заранее об отпечатках в каюте лейтенанта и о камерах там и в коридоре, то должен вас огорчить: планетарный инспектор Радеро, поставив Вальца за вами приглядывать, установил в его комнате и дополнительное видеонаблюдение.

Спеси в лице Кэрол заметно поубавилось. Похоже, она быстро просчитывала варианты отступления.

– Я действительно вскрыла каюту Вальца. Но всё было не так! Это он меня шантажировал и угрозами заставил забрать диск из Иранополиса. У него в комнате я лишь хотела найти компромат!

– А знаете, – устало проговорил Рэд, – мне вообще нет дела до ваших взаимоотношений с «Нээлт».

На этом месте Кэрол едва заметно вздрогнула.

– Куда важнее, – продолжил Рэд, – что из-за взрыва в пещере пострадали пять человек и еще двое погибли…

– Это природное явление, причем тут я? – снова взвилась майор.

– Ну, скажем, при том, что у меня есть минимум трое свидетелей, подтверждающих вашу причастность. Вы, может, не в курсе, но я не только посол PA-99-N2b, но и член Совета Интегры и вправе потребовать рассмотрения вопроса о покушении на мою особу на родной планете. Будьте уверены, политическая ситуация такова, что требование тут же удовлетворят. Про процедуру среза памяти вы что-нибудь слышали? Кстати, Кодекс Интегры предусматривает высшую меру наказания за попытку убийства члена Совета…

Кэрол заметно побледнела. Слухов и страшилок на счет интегровского «извлечения памяти» ходило множество, Рэду не было дело до того, какие именно доходили до майора. Нужный эффект и так был достигнут.

– Я ни на кого не покушалась! Просто старалась преградить проход, чтобы не дать тварям больше выбраться наружу! Нельзя допустить возобновления экспериментов! – сказала Кэрол так пылко, что Рэд подумал, будь он лет на пять помоложе, пожалуй, и поверил бы.

Но вслух миролюбиво произнес:

– Это правильный выбор! Непредумышленное убийство по земным законам повлечет всего лишь тюремный срок. Вероятно, даже не пожизненный. «Нээлт» светит грандиозное разбирательство, и в ваших же интересах выступить на стороне обвинения. Если же вы решите каким-либо образом топить лейтенанта Вальца, то знайте, что я был проинформирован о приказе ему от Радеро и стану свидетельствовать против вас. И в данном вопросе тоже буду апеллировать к срезу памяти как к наиболее точному на сегодняшний день методу установления правды.

Кэрол нервно сглотнула и, избегая встречи с Джарэдом глазами, кивнула. Когда ее вывели из комнаты, Ольховский чуть ли не пританцовывал на месте.

– Как вы ее, э-эх, раскрутили! Да у вас талант!

Рэд проигнорировал комплимент и, морщась, размял затекшую от долгого сидения в одной позе спину.

– Распорядитесь выключить видеонаблюдение. Я бы хотел увидеться с невестой на десять минут наедине.

– Конечно-конечно, – проговорил Ольховский, выскакивая в коридор. Он был так счастлив, исходу дела, что сейчас бы предоставил послу всё что угодно.

…Когда Селена зашла в медотсек, Рэд уже полностью лег. Общая бледность и синие круги под глазами явно давали понять, что силы его покидают. Девушка облокотилась на край капсулы и, нежно проведя пальцами по щеке капитана, прошептала:

– Я так понимаю, ты опять всех победил?

– Я опять интриговал, блефовал, шантажировал и заключил договор, – еще тише проговорил, улыбаясь, Рэд. – Уж кто-что умеет, Сел. И… кто-то мне задолжал страстный поцелуй.

Селена наклонилась ниже, приникая к желанным губам… и поняла, что капитан не отвечает. Испугавшись самого страшного, она отшатнулась. Но нет – судя по экрану, тело Рэда функционировало нормально. Дыхание его тоже было размеренным и спокойным. Видимо, организм любимого просто исчерпал свои силы до капли.

Глава 20

– Отец, Золотое Сияние просит помощи. Я мог бы взять отряд в пятьсот человек и навести там порядок. Думаю, мы бы уложились в две недели.

– Они всё время просят помощи, – ворчливо проговорил король, медленно идя по парку. – И что, я тут две недели буду без охраны?

– Помилуйте, остаются ваш особый эскорт и две с половиной тысячи человек. Да и кому бы пришло в голову в здравом уме напасть на Аэркарас! Мы же полностью окружены эльфийскими землями!

– А человеческие поселения за холмом? – тон голоса короля стал повышаться.

– Да там же только мастерские да фермы! Они за счет нас кормятся, к чему им хаос?

– Ты вечно только мне и перечишь! Я послезавтра еду в Дикий скит. Ты со мной, и закрыли на этом тему. Потом, так и быть, можешь прокатиться в свое Сияние!

– Оно не мое, а ваше, сир, – всё тем же спокойным, «прогулочным» тоном поправил Анарион.

– Ты мне еще дерзить будешь?! – уже вскричал король. – У нас есть вещи поважнее охраны яблоневого сада!

– Я понял, отец. Едем в скит, – примирительно произнес принц, старательно сдерживая раздражение. Король очень специфично расставлял приоритеты, но иногда его всё-таки удавалось переубедить. Видимо, не сегодня.

Тут его величество неожиданно добродушно рассмеялся.

– Анри, а помнишь, мы ездили на праздник урожая в Щебечущую впадину?

Принца передернуло. Он терпеть не мог, когда отец употреблял это фамильярное иномирное прозвище Анри. Как будто кто-то чихнул.

– С трудом отец, мне тогда было едва ли семь, – Анариону уже приходилось прикладывать существенные усилия, чтобы не выйти из себя и не усугубить ситуацию.

– Помнишь его хорошенькую рыженькую малышку-дочь? Такие еще забавные кудельки на лбу?

– Едва ли, в тот период меня куда больше интересовали лошади…

Тембр короля снова резко изменился.

– Кажется, они и до сих пор тебя больше интересуют! – гаркнул он. – В общем, ей уже семнадцать. Она с отцом послезавтра будет в столице. Я распорядился им выделить лучшие покои.

– Зачем? До бала же еще почти месяц?

– Вот они этот месяц и поживут в столице. Встретишь ее, как приличный хозяин, и проведешь экскурсию по городу.

Анарион с трудом скрыл возникшую радость.

– Мы же едем в скит, отец! Поручите эту миссию кому-то из советников.

Король пошел красными пятнами и разве что не набросился на сына с кулаками.

– Ах ты, конский потрох, ослушаться меня вздумал! В скит возьму свой эскорт и Эванеску! Ты же утверждал, что он хорош?

– Да сир, но ваша охрана для меня высший приоритет!

– Всё! Я решил. Объяви Эванеску, чтобы собирался! И не дай боги, я узнаю, что ты прикинулся больным, занятым или мертвым! С Халет проведешь экскурсию в лучшем виде. И в кого ты у меня такой недоделанный… – и его величество, махнув рукой на сына, быстрыми шагами пошел вперед, давая понять, что разговор окончен.

Анарион чувствовал, как ярость поглощает его и срочно требует выхода. Не в состоянии найти другой способ, он сделал пару круговых вращений кистями и направил Силу на окна первого этажа. Послышался звон разбивающихся стекол. Ничего, эти четыре проема как раз танцевальная зала. В утреннее время там всё равно никого не бывает… Вроде бы отпустило. Принц отчетливо ощущал себя заложником сложившейся с отцом ситуации, но выхода из нее не видел.

Анарион прошелся до полигона и посвятил Мараика в его новую обязанность. И особенно сделал акцент на том, что отряд не сможет использовать Силу практически сразу, как выйдет за городские стены. Эванеску горячо заверил, что всё будет в лучшем виде. Принц в этом и не сомневался. Невелика премудрость – доехать до скита, простоять там ночь и вернуться назад. То ли дело увеселять очередную охотницу за короной! Лучше уж, и правда, священные бдения. Но выбора ему не предоставили. Принц, еще чувствуя мерзкий осадок от беседы с отцом, решил не возвращаться пока во дворец, а прокатиться верхом. В конюшне он неожиданно застал Вестеле, угощающую яблоками какого-то незнакомого пегого жеребца. В прошлом разговоре они вроде бы все прояснили, поэтому в этот раз Анарион был вполне любезен.

– Доброе утро, княжна! Вот уж не ожидал вас здесь застать.

Вестеле подняла на принца красные припухшие глаза. Внутри Анариона что-то вздрогнуло. Он терпеть не мог женские слезы, потому что абсолютно не понимал, как себя в данной ситуации вести. Он терялся. А принц такого себе позволить не может.

– Это не он! Я ждала столько лет не этого эльфа!

Анарион подошел ближе, потрепал пегого по гриве, чтобы как-то скрыть неловкость.

– Ну ты же должна понимать, столько лет прошло. Тем более Мараик память потерял. Ты для него пока чужая. Но… – принц запнулся, он ни черта не знал, что в такой ситуации посоветовать. – Может, вы как-то пообщаетесь, снова узнаете друг друга, используй свои женские чары, в конце концов! Ведь ты же красивая женщина, Вестеле.

Княжна широко распахнула удивленные глаза.

– Вы правда так считаете, мой принц?

Анарион про себя заковыристо выругался. Ну что же сегодня за день такой! А вслух произнес:

– Именно так. И умная к тому же.

Княжна вроде подуспокоилась, однако добавила:

– И всё-таки это не он. И голос какой-то… чужой, и взгляд.

– Вестеле, услышь себя! Пятнадцать лет прошло! Пятнадцать!

Но княжна упрямо тряхнула длинными косами.

– Я чувствую! Там, внутри, больше не Мараик.

До Анариона начало доходить, про что она. Принц аж подавился слюной.

– Ты хочешь сказать, что он одержим?

Княжна отвела взгляд и неопределенно повела плечом.

– Ты же образованная! Это все дедовские сказки! К тому же… он сопровождает послезавтра отца в скит. Демонам туда не войти. Если вернется живой и здоровый, значит, ты заблуждаешься.

Вестеле пару секунд подумала и кивнула, как будто соглашаясь с уговором.

– Ну, раз мы оба тут, может, всё же прокатимся?

Княжна снова кивнула и благодарно улыбнулась.

* * *

У Алекса Шустера был талант находить сомнительные знакомства. То есть, конечно, сомнительными они бы выглядели со стороны, а так бывший глава охраны корпорации МГТ, а ныне светлейший эльфийский князь, считал их очень даже полезными и выгодными. Вот и на новом месте, несмотря на «пригляд» со стороны принца, он уже успел узнать самое ценное о криминальном мире Аэркараса – кто, где, зачем, почему. И вот именно сейчас, в свете нового задания по королевскому эскорту, у него созрела гениальная мысль, как быстро хапнуть авторитета в глазах его величества.

После визита принца Шустер вернулся к тренировке. Но идея плотно засела в мозгу и не давала сосредоточиться, так что он даже раз пропустил банальный удар.

– Слушай, а принц кинжалы носит для красоты? Или у него какой-никакой боевой опыт тоже есть? – как бы между делом спросил Алекс у старшего, с которым в этот момент спарринговался.

Судя по голосу, эльф даже обиделся за предводителя.

– Почему «какой-никакой»? Нормальный у него опыт. Против него почти никто из моих не выстаивает в одиночку. Да и в паре-то не всякий раз…

Алекс хмыкнул. Ясно – шифруется, значит, принц. Не хочет свои способности демонстрировать. Хитрая сволочь. Ну ничего, посмотрим, на чей хм… муха сядет.

Отработав, Шустер, никем не замеченный, вышмыгнул из дворца. На всякий случай пропетлял следы по столичным улицам и, зайдя в таверну, вышел с черного входа. Все эти уловки были стары как мир, но чаще всего более сложного и не требовалось. Кожевенная лавка, куда Алекс направлялся, находилась на западной окраине города. Помимо эльфов здесь селились и люди, и гномы. Он пока их отличал с трудом. Войдя в ремесленный квартал, Шустер накинул плащ с капюшоном, который скрыл и его лицо, и, особенно, выделяющуюся прическу. Вот не додумался он заранее отрастить волосы! В лавке на удивление было просторно. Разнообразные образцы изделий: одежда, пояса, конская упряжь, сумки, обувь – плотно висели на стенах и стояли вдоль них. На звонок колокольчика выглянул хозяин.

– Что благородный эльф изволит? – сразу подобострастно проговорил он, покосившись на визоплазы.

– Поговорить с Лони, – и прежде, чем гном (Шустер определил расу собеседника по пышной бороде) начал уходить в несознанку, добавил: – От Трора есть хорошая партия беличьих шкурок.

Хозяин торопливо закивал, махнул рукой, приглашая следовать за собой, и уже на ходу проговорил:

– Не знаю, возьмем ли белку, но прошлый раз куница была неплоха.

Они вошли в узкий коридор за стойкой и практически в темноте преодолели несколько метров. Шустер успел стукнуться головой о низкую притолоку и разозлиться. Гном испуганно заизвинялся. Выйдя во внутренний двор, заставленный какими-то чанами с разноцветной жижей и жутким запахом, гном махнул рукой в сторону, где среди крупных построек, в уголке, притаился хлипкий сараюшка. В помещении, обрабатывая кожу, трудился крупный бородатый мужик, лишь искоса бросивший на вошедшего Шустера взгляд.

– С чем пожаловал, благородный? – произнес он на галакте, и явно последнее слово с издевкой. Алекс уже понял, что другие расы в быту пользуются зачастую галактом, а не навязанным им много десятилетий назад синдарином. Это значительно облегчало его задачу. Поэтому обижаться на интонацию было несерьезно.

– Есть выгодное дело, но сомневаюсь, что твоей братии оно по шапке. Вы же то тут обоз ограбите, то там… Но всё по мелочи…

– А ты меня на понт не бери. Излагай по сути, а я покумекаю.

– Э нет, больно ценная информация. Сначала скажи, сможешь собрать рож пятнадцать реальных бойцов, и чтобы из них хотя бы два лучника?

– Ха, лучника! Да если овчинка выделки стоит, я браконьеров найду, что цыгунке[1] в глаз за сто метров бьют. Будет народ, коли куш хорош.

Шустер достал из-под плаща четыре рубина с вишню величиной. Протянул их на раскрытой ладони гному. Заметил, как у того заблестели глаза.

– Это задаток. Саму овчинку возьмете в процессе.

– Говори!

– Завтра вот по этой дороге, – и Алекс развернул перед Лони карту, наспех перерисованную с той, что ему дал принц, – поедет в Дикий скит его величество.

Гном резко отшатнулся.

– Король – нет! Ни за какие деньги! Да с нас потом шкуру живьем спустят и выпотрошат!

– Дослушай, – рявкнул Шустер, повышая голос, чтобы привести мужика в чувство. – Короля ни в коем случае трогать не надо! И меня тоже. А вот с остальной охраной – как хотите. Его величество повезет богам щедрое пожертвование. Оно и есть ваша выгода.

– Твоя доля какая? – сглотнув, уточнил Лони, возвращаясь в деловое русло.

– Нематериальная. У меня своя выгода.

Гном, размышляя, почесал затылок.

– Сколько будет охраны?

– Кроме меня, десять эльфов, но я всех опою зельем, Силу они использовать не смогут, – Шустер решил – не следует разбойникам знать, что на той дороге «благородные» превращаются в обычных людей. – Если посадите лучников тут и тут, – он ткнул пальцем в карту, – а вот тут натянете низкий трос и организуете засаду, то благодаря неожиданности можно сразу охрану ополовинить.

Лони удовлетворенно кивнул. Видимо, план ему нравился всё больше.

– А вдруг кто-то из моих и тебя укокошит? Не слишком ли ты рискуешь, эльф?

– Я надену на правое предплечье широкий золотой браслет. И уверяю, тот, кто отважится «обознаться», тут же сляжет с переломленной шеей, – и Шустер выразительно покрутил в воздухе кистью с визоплазами.

Гном кивнул второй раз, уже почтительно.

Во дворец, соблюдая конспирацию, Мараик вернулся ближе к ночи. Брог дрых на диване в первой зале и храпел так, что Эванеску услышал от дверей. Князь разозлился и с силой засадил «камердинеру» кулаком по ребрам. Тот резко проснулся, похватал ртом воздух, в итоге очухался и с непониманием посмотрел на босса.

– Пока мы здесь, ты мой камердинер и веди себя соответствующе, – прошипел Шустер. – Если проколемся из-за тебя, сотру в порошок!