Текст книги ""Фантастика 2026-82. Компиляция. Книги 1-31 (СИ)"

Автор книги: Сергей Звонарев

Соавторы: Александр Нетылев,Марианна Красовская,Ирина Солак,Вячеслав Ипатов,Янина Наперсток,Нани Кроноцкая
сообщить о нарушении

Текущая страница: 209 (всего у книги 339 страниц)

Глава 10

Стоянка и сами шахты были тщательно замаскированы. Если не знать точные координаты для посадки вряд ли удастся отыскать. И целый отряд до зубов вооружённой охраны. Таких шахт у Зубра насчитывалось три. Зачем одному человеку нужно столько денег, Милена не могла взять в толк, но давно решила, что хозяин просто таким образом самоутверждается.

На поверхности стояли служебные помещения, барак и госпиталь. Именно госпиталь являлся самым страшным местом на руднике, страшнее самих шахт. Поэтому хозяин, понимая, что Милене там предстоит сегодня работать, проявил гуманизм и под землю ее не потащил. Спустился вниз с охраной и Таурохтаром. Милена уже знала, для чего подобная «экскурсия» нужна. Раз на гладиатора делались такие высокие ставки, он должен воочию посмотреть на то, что его ждет в случае проигрыша. Обычно визит сюда производил эффект разорвавшейся бомбы, и бойцы потом были готовы рвать противника хоть зубами, лишь бы ни за что не попасть в эту преисподнюю.

Когда через некоторое время Зубр со своими людьми поднялся на поверхность, Милена по каменному, застывшему лицу Таурохтара поняла, что он шокирован, хотя изо всех сил старается этого не показать. На руках эльф нес крайне худого, полностью лысого человека, чью кожу покрывали страшные язвы, а пол вообще не угадывался.

– Милая, покажи Мраку, где у нас больничка, – распорядился Харом, и, уступив дорогу Милене и гладиатору, однако пошел следом.

У здания, стоящего чуть в стороне от основного лагеря, были открыты окна, и запах всех видов нечистот бил в ноздри даже через респиратор. Не доходя шагов двадцать, Харом все же остановился и скомандовал:

– Мрак, помогаешь доктору во всем, что она скажет. Я же вас здесь подожду, – и с отвращением поморщился.

– Распорядитесь, пожалуйста, сразу, чтобы прислали кого-то из работников убраться. Уже и так ясно, что там все, как и в прошлый раз, – с трудом сдерживая возмущение, произнесла Милена.

Неужели так сложно выполнять примитивные работы по уходу за больными? Тем более делает их не охрана, а присылает тех же рабов. В помещении от смрада сразу начали слезиться глаза. Милена оглядела комнату, в которой на трех кроватях, прямо на пружинном основании, без матрацев или постелей, в ужасном состоянии лежали измождённые тела. Одного, мужчину с редкими «кустами» волос на голове, то и дело рвало.

Девушка указала Таурохтару, куда положить его ношу, а сама прошла по очереди к двум больным, не подающим признаков жизни. Проверила пульс, тяжело вздохнула и проговорила гладиатору:

– Этого вынеси, пожалуйста, на улицу. Отмучился.

Кожа Таурохтара стала отливать зеленцой, однако, надо признать, он держался лучше многих, с кем ей случалось сюда заходить. Гладиатор молча выполнил просьбу и сразу вернулся. Вместе с ним в комнату зашли и две женщины с ведрами и тряпками. Их самих покачивало от слабости, но они принялись за уборку с безразличным видом. Для них эта картина была уже привычной и, наверное, иллюстрировала собственный скорый финал. Милена вздрогнула и, почувствовав на себе пристальный, изучающий взгляд, обернулась.

Гладиатор смотрел так внимательно, будто впервые ее увидел. Милена от чего-то смутилась и снова попросила:

– Берите вот этого и идите за мной.

И сама последовала в санузел. Комната находилась в таком же антисанитарном состоянии, как и первая, поэтому Милена, пока включала воду и сама отмывала ванну до приемлемого состояния, несколько раз порадовалась, что имеет очень высокий, даже для медика порог брезгливости. Таурохтар стоял рядом, держа очнувшегося раба на руках, а потом помог Милене снять с него грязное тряпье и опустить в воду.

– Я уже на том свете? – слабым голосом переспросил мужчина, пока доктор, стараясь не думать о том, что видит, его мыла.

– На этом. Я сейчас возьму у вас анализы, сделаю обследование и назначу лечение. Надеюсь, вы здесь задержитесь, – закончила разговор Милена, давая понять гладиатору, чтобы забирал мужчину и приносил следующего.

Второй раб в сознание не приходил, зато тело его выглядело более здоровым. Милена намылила привезенную с собой губку и неожиданно услышала тихо произнесенный вопрос:

– Почему вы с ним? – голос эльфа был абсолютно серьезен.

Милена пожала плечами и, не отводя взгляд от пациента, которого купала, ответила вопросом на вопрос:

– А вы?

Доктор даже спиной почувствовала, как Рох удивился:

– Нас предали и захватили в плен.

– Вот и я по тому же, – произнесла Милена, поднимая глаза на гладиатора.

Парень, кажется, растерялся, потом смутился и лишь кинул. Зачем, спрашивается, сказала правду, от которой могут быть проблемы? Дуреха… Но очень не хотелось, чтобы эльф думал, что она по доброй воле… вот это вот все.

Закончив с помывкой, Милена вернулась в зал, распаковала оборудование и принялась обследовать больных. Регенаралку уколола всем. Двоим поставила капельницы со специальным, смягчающим последствия радиационного воздействия раствором.

– Зачем вы их лечите? – снова шепотом уточнил Таурохтар, следуя за доктором по пятам. – Вы же только продляете агонию?

– Эти двое еще способны выжить. Пару месяцев, так уж точно. А за такое время… Всякое может произойти.

– А третий?

Милена обречённо покачала головой:

– Дней пять, не больше. Там уже отказывают органы.

А потом посмотрела снова прямо в черные выжидающие омуты. Почему-то страшно захотелось, чтобы этот малознакомый парень ее смог понять… и простить.

– Мне придется сказать об этом Зубру, иначе…

Договорить Милена не успела, так как на пороге появился «хозяин» собственной персоной.

– Ну, каков ваш вердикт, доктор?

– Эти двое пока поработают, – указала Милена на койки. – Если охрана не станет отлынивать и будет колоть препараты, которые я оставлю.

– Будут как миленькие, – кивнул Зубр. – Иначе семь шкур спущу. А с этим что?

Пришедший в себя во время купания мужчина сидел, привалившись спиной к стене. Словно понимая, что речь о нем, он устало открыл глаза.

Милена, не в силах произнести вслух приговор, лишь отрицательно покачала головой.

– Ясно! Мрак, кончай его и на выход.

Глава 11

В шахте, а потом и в изоляторе творился такой запредельный ужас, которого Таурохтар даже не мог себе раньше вообразить. Шок от увиденного оказался так силен, что князь, кажется, на некоторое время просто лишился дара речи. Отчаяние, боль, смрад, страх – все это буквально висело в воздухе и осязалось. Живот сводило спазмами, и Рох и сам не понимал как, однако пока еще справлялся и давил в себе рвотные позывы.

На фоне всего этого Милена, бесстрашно вошедшая к умирающим, принявшаяся без всяких приказов их мыть, обрабатывать раны, обследовать, казалась волшебной феей, сошедшей с небес. Ей не было места в этом кошмаре, как, впрочем, и на трибунах арены. Но она была и там, и здесь. И разум Таурохтара это никак не мог осмыслить. Хотя ее отношение к этим несчастным выглядело неподдельным. Ни один актер здесь, среди происходящей жути, каким бы талантливым он ни был, не смог бы притворяться. Князь не выдержал и, не особенно надеясь на честность, задал девушке прямой вопрос.

Ответ потряс его не меньше, чем творившейся вокруг ужас. Правда сложно укладывалась в голове, поскольку князь видел, как доктор спокойно перемещается по станции, как лебезит перед ней персонал и какие наряды украшают ее по субботам. Однако ее, прямо и открыто смотревшие темно-серые глаза не лгали. Милена тоже была несвободна.

То, как она держалась, с каким состраданием помогала больным, вызывало внутри Таурохтара почти благоговейное восхищение. Кажется, на несколько минут он даже выпал из реальности и просто стоял около нее, ловя каждый жест и взгляд. Одному из рабов не выжить. Милена попыталась что-то сказать князю по этому поводу, но тут появился Зубр, и кратковременное анестезирующее забвение разом оборвалось.

– Ясно! Мрак, кончай его и на выход, – распорядился «хозяин».

Смысл слов не сразу дошел до его разума. Зубр, хочет, чтобы он убил этого несчастного?

– Я гладиатор, а не палач, – отрезал Таурохтар, вспоминая окровавленного Сивого и готовясь понести наказание за отказ.

Зубр же поступил хитрее. Он даже не стал повышать голос:

– Я тебя везу на межпланетные игры. Там слишком высоки ставки, чтобы я рискнул заявить гладиатора, неспособного убивать.

– Убийство в бою и казнь беззащитного – несопоставимые вещи, – упрямо повторил Таурохтар, не желая уступать позиции.

– Болтовня, – отмахнулся Зубр, – либо ты его убьешь, либо я тебя оставлю здесь. Мне не нужны слюнтяи.

В его глазах уже разгорался плохо сдерживаемый гнев, и князь отчетливо понял – не блефует. Мысли метались. С одной стороны, убийство шло вразрез со всеми принципами Таурохтара, с другой – Милена подтвердила, что раб доживает последние дни, а князь еще мог принести какую-то пользу если не своему народу и планете, то хоть другим людям. Эльф повернулся и, на негнущихся ногах дошел до кровати умирающего.

– Нож дать? – послышался сзади ехидный голос, который князь проигнорировал.

– Я помолюсь? – просипел раб, прекрасно слышащий весь разговор.

Таурохтар кивнул.

Мужчина что-то тихо запричитал, отдаленно похоже на молитву, в которой то и дело повторялись слова «личный номер AZ-16384244». Зубр стоял на другом конце палаты и этого слышать не мог.

– Красивая молитва, я запомнил, – проговорил Рох и раб, облегчённо выдохнув, кивнул.

Следующим, резким и сильным движением, князь свернул ему шею. Раздался хруст позвонков, но Рох очень уповал на то, что человек толком ничего понять и почувствовать не успел.

– Так бы и сразу! А то выкабенивался! – сплюнул Зубр на свежевымытый пол. – Грузимся в корабль! – и пошел к выходу.

Рох, словно на автопилоте, двинулся следом. Кажется, Милена пыталась поймать его взгляд, однако вынести дополнительное осуждение князь уже не мог. Впервые больше всех своих врагов он ненавидел себя.

В транспортнике его, как и по дороге сюда, посадили в одну из камер зверинца. Остальные клетки были пусты, хотя одиночество гладиатора не волновало. Самые сильные демоны сейчас сражались у князя внутри. «Как можно определить, чья жизнь ценнее? Ты просто малодушно предпочел собственную» – жалил раскалённым железом внутренний голос. Разум пытался противопоставить ему аргументы, но совесть их разбивала в дребезги еще на подходе.

Внезапно шлюз в отсек открылся, и вошла Милена.

– Мне надо вас обследовать после прибывания среди зараженных, – дежурным голосом произнесла она, подходя вплотную к решетке камеры и просовывая в нее манжетку переносного диагностического прибора.

Толком не понимая, что происходит, Таурохтар подошел к решетке со своей стороны и взял протянутую вещь. Милена опустила голову, вроде бы к монитору аппарата, а сама тихо и быстро-быстро заговорила:

– Рох, вы верно поступили! Вы спасли того несчастного от нескольких дней адских мук. Обезболивающее ему бы уже не помогло. Не корите себя!

– Разве так возможно? – переспросил князь, прилаживая манжетку на запястье.

– Зубр этого и добивается. Ему нужно вас сломать. Не дайте ему победить, – из прибора со стрекотом выехала лента с какими-то показателями.

– Ну вот, вы не пострадали! – снова официальным голосом объявила Милена, протягивая руку забрать манжетку.

Их ладони соприкоснулись, и князь ощутил легкое рукопожатие, от которого разом по всему телу разлетелись трескучие искры. Щеки Милены слегка порозовели, и она, не глядя на эльфа, свернула прибор и быстрым шагом покинула отсек.

Таурохтар сел на койку и, прислонившись к стене, закрыл глаза, пытаясь снова и снова прокручивать в мыслях ощущения от почти мимолетного прикосновения. «Не дай ему победить» – пульсировало в голове и… кажется, придавало для этого силы.

Глава 12

Изнуряющие ежедневные тренировки для межпланетных игр не оставляли достаточно времени на рефлексию. Убийство раба по-прежнему висело тяжелым камнем на душе Таурохтара, но он прислушался к совету врача. Сделанного не изменить, а он жив – и еще что-то может. Выбраться отсюда, наказать виновных, в крайнем случае – не сломаться. Сейчас это тоже принимало форму сопротивления. Князь начал вести себя крайне тихо и аккуратно. Пусть Зубр думает, что уже победил. Пусть ослабит бдительность, а там посмотрим.

Таурохтар снова и снова выигрывал субботние бои, однако в награду брал исключительно ужин. Та ночь с девицей была одной из тяжелых ошибок, а больше князь их совершать не планировал. Искры, проскочившие к нему под кожу от соприкосновения с рукой Милены, что-то разворошили внутри, пробуждая такие потаенные резервы, о которых Таурохтар даже не подозревал.

В один из дней его вызвал к себе «хозяин». Князь напрягся. Личной аудиенции «удостаивались» немногие, а это значит: либо Зубр все-таки решил обсудить выкуп, либо… впрочем, в случае проблем вели бы не в его кабинет. Надо сказать, что помещение выглядело странно. Зубр коллекционировал старинные… Рох не знал, как называются эти механические средства передвижения на двух колесах, но комната напоминала скорее зал музея, нежели рабочее пространство. Облокотившись на один из экспонатов, хозяин прищурился и проговорил:

– Скоро летим на полуфинал, и я подумал, что тебе нужен хороший стимул… Завтра иду к Изимиру и готов тебя взять с собой. У него большой ассортимент услуг, есть даже парни, – и он заговорщицки подмигнул.

Рох почувствовал, как у него наливаются кровью глаза. Мерзавец Конан таки распустил о нем сплетни!

– Конан, похоже, свои тайные фантазии выдаёт за мои. Облагодетельствуйте лучшее его, – прошипел эльф, с трудом сдерживая ярость.

Зубр громко заржал:

– Ну что-то такое я и думал. Мелкая дружеская месть. Ладно, не горячись, там и телочки не в пример тому, что вам в зверинец приводят.

– Хорошо, – пытаясь расслабиться и изобразить радость, сразу согласился Таурохтар. – Только должен предупредить, что тогда не гарантирую результат на полуфинале.

Лицо Зубра тотчас заволокло тенью, и веселость растворилась без следа.

– Это еще почему?

– На бои и женщин тратится одна и та же энергия. Поэтому обычно я и предпочитаю ужины.

– Что-то по остальным я такой закономерности не замечал, – прорычал «хозяин», видимо, интуитивно чувствуя, что сказанное не может быть правдой.

Таурохтар, принимая равнодушный вид, пожал плечами:

– Я же эльф. Хотите – верьте, хотите – нет, но я вас честно предупредил. Могу идти?

– Нет! – гаркнул Зубр. – Раз ты такой чувствительный, будешь сидеть без бабы. И не дай бог тебе проиграть!

Князь, изо всех сил изображая покорность и испуг, кивнул. Зубр, скорее всего, ему не поверил, но решил перестраховаться. Таурохтару же было нужно, только чтобы его, хотя бы в этом плане, оставили в покое.

Одна-единственная женщина занимала разум Роха, и он понял, что мечтает ее увидеть, хотя бы издалека до зуда в глазах. До субботней арены оставалось еще три дня, так что князь, вдохновившись одной провернутой аферой, решился на вторую.

На послеобеденной тренировке ему в соперницы досталась Ирис. Мечами не так много, кто умел пользоваться, так что ее, гладиаторшу владеющею катаной, часто ставили ему в пару. Оттачивать с ней мастерство оказалось проблемно, хотя с другой стороны… Девица была не в себе – немногим лучше, чем тот ненормальный, который начал бросаться на решетку. Хотя сражалась, как тысяча демонов, и предугадать, что в следующее мгновение выкинет ее воспалённый рассудок, было действительно сложно. И тем лучше готовило мозг к любым неожиданностям противника. Однако она для того, что князь задумал, не подходила.

Таурохтар вознамерился получить травму, из-за которой его бы сопроводили к медику, но не мешающую выйти на арену в субботу, чтобы лететь потом на полуфинал. Рассечение катаной к таким явно не относилось, однако… Князь очень удачно провел серию наступательных ударов и сумел выбить у гладиаторши оружие. Как истинный джентльмен, князь откинул меч, приготовившись биться врукопашную. Злость у Ирис буквально била фонтаном, так что, когда Рох «вдруг» зазевался, она бросилась его душить, одновременно вцепляясь зубами в плечо.

Последовал удар элетрошоком, и оба соперника в судорогах упали на пол. Паралич был довольно кратковременный, а последующую боль князь уже выносить привык. Как только тело стало подчиняться, он поднялся, осмотрел чуть ли не вырванный кусок мяса и недовольно проговорил охране:

– Теперь придётся показать врачу. Мало ли, девица же бешеная!

Охранник задумчиво почесал подбородок, видимо, размышляя, стоит ли по такому поводу вести гладиатора к доктору.

– Хозяину очень не понравится, если я не смогу выйти на полуфинал…

Охранник, вероятно, подумал, что в таком случае и ему может достаться за недосмотр – допустил не тренировочную драку – и кивнув второму надзирателю, указал Таурохтару на выход.

Шагая по коридору, князь огромным усилием воли скрывал внутреннее ликование: во-первых, скоро он увидит Милену. Во-вторых, ему за один день удалось победить систему дважды.

Глава 13

Милена сидела и скрупулёзно изучала список медикаментов, которых могли привезти с относительно цивилизованных планет. Гладиаторов дотошно проверяли на допинг и запрещенные вещества, поэтому их здоровье требовалось поддерживать очень тщательно. К тому же и рабочим на шахтах можно было бы продлить жизнь, принимай они профилактические препараты. Правда, если на «жеребцов» Харом денег не жалел, на работяг он соглашался что-либо выписывать буквально сквозь зубы. Какие бы подходы ни искала Милена, горняки оставались для хозяина расходным материалом, и только. Потратить триста тысяч исов за нового раба было проще, чем вложить почти столько же, чтобы увеличить срок жизни старых.

В дверь постучали, и после разрешения врача в медблок зашел хорошо знакомый охранник и Таурохтар.

– Пристёгивать или пульт? – дежурно уточнил он, сразу протягивая последний.

Милена забрала аппарат и, как только охранник вышел, совершенно без страха подошла к эльфу. Почему-то после всего, что произошло за полет к шахтам, девушка была уверена, что он не причинит ей вреда.

– Мне вот… велели вам показать, – как-то косноязычно проговорил эльф, указывая пальцем на рваный кровоточащий укус на плече.

Милена натянула перчатки и аккуратно потрогала рану. Плоть оказалась буквально вырвана, и, исходя из того, что не далее как завтра Рох снова будет драться, пластырь-швом тут явно не обойдется.

– Снимайте майку, буду зашивать, – выдохнула девушка и, не удержавшись, спросила, – как же вас так угораздило?

– Ирис. Вы, наверное, знакомы? Девица-огонь! – усмехнулся эльф.

Его голос не таил сарказма или злости, и Милену это очень удивило.

– Странно, – размышляя вслух, произнесла врач, делая анестезирующие уколы, – с тех пор как я вытащила ее с того света, Зубр обещал мне не ставить Ирис для спаррингов с мужчинами. После случившегося с ней, она… на дух не переносит вашего брата.

– У меня нет братьев, вероятно, поэтому меня к ней в пару и поставили, – хохотнул эльф, и Милена с тревогой заглянула в его глаза.

Они были заметно посветлевшие и… радостные. Врач еще ни разу не видела гладиатора таким, поэтому внимательнее присмотрелась, ища признаки употребления запрещенных веществ. Их не было.

– Вы прекрасно поняли, про что я говорю, – укоризненно произнесла она, готовя хирургическую иглу и саморассасывающуюся нить. – Не обижайте ее, если у вас будет возможность этого избежать.

– Хорошо, – сразу с готовностью пообещал Рох, уже без шуток. И вдруг прямо в лоб огорошил: – А Зубр, как мужчина, вам нравится?

Милена от неожиданности вздрогнула, и шов получился каким-то… кривым. Отвлеклась от раны, снова всматриваясь в глаза эльфа. Они не шутили, и издевки в них тоже не было. Рох смотрел изучающе, даже с тревогой и… каким-то напряжением. Бог мой, да он ревнует! Вдруг запоздало дошло до Милениного сознания. Может ли это быть правдой? С другой стороны, там в «зверинце», соприкасаясь с его рукой, она же что-то почувствовала. Что-то… волнующе взаимное.

– У меня с ним сугубо деловые отношения – врач-пациент, ничего больше, – прошептала Милена тайну, которая могла полностью уничтожить ее жизнь.

Как вообще так вышло? Эльф словно гипнотизировал, и она… летела на этот взгляд, как бабочка на огонек. А что случается с бабочками в таком случае, все знают.

Милена снова вернулась к стежкам на ране, но руки непривычно дрожали, и все получалось неаккуратно. Вот кто ее тянул за язык? Ругая себя на все лады и закончив процедуру, девушка сняла перчатки и, снова тихо, глядя куда-то в сторону двери, проговорила:

– Если об этом хоть кто-то узнает – я в лучшем случае труп.

Внезапно Таурохтар взял ее за руку и прижал ладонью к своей груди в области сердца. Милена вообще растерялась и смутилась от этого жеста. Кожа эльфа оказалась теплой, приятной на ощупь, и чувствовалось, как под ней вздымаются мышцы. А еще… громкий и частый стук его сердца, вторящий ее собственному:

– Не волнуйтесь, от меня никто не узнает. Я скорее умру.

Милена снова вздрогнула и подняла взгляд. Таурохтар был серьёзен как никогда, и она почти физически почувствовала, что сказанное – не фигура речи.

В дверь снова раздался деликатный стук, и тот же охранник сконфуженно уточнил:

– Вы скоро? А то у меня встреча в обед, а я еще обещал хозяину сопроводить вас в космопорт за лекарствами.

– Уже закончили, – сообщила Милена, успев выдернуть кисть и, развернувшись, отойти к столу, чтобы вошедший мужчина не смог заметить ее румянец.

– А, хорошо, – произнес тот, хватая Таурохтара под руку и уводя его за собой в коридор.