Текст книги ""Фантастика 2026-82. Компиляция. Книги 1-31 (СИ)"

Автор книги: Сергей Звонарев

Соавторы: Александр Нетылев,Марианна Красовская,Ирина Солак,Вячеслав Ипатов,Янина Наперсток,Нани Кроноцкая
сообщить о нарушении

Текущая страница: 236 (всего у книги 339 страниц)

Глава 24

Когда Стивен выяснил, что с Мирой все в порядке, у него сразу как будто тело стало легче килограмм на двадцать, такой груз с души свалился! А ведь раньше, стараясь абстрагироваться и просто действовать, он его почти не замечал. Получив из кабины пилотов важные сведения, в голове у капитана начала складываться четкая стратегия. В первую очередь необходимо обезвредить угонщиков в машинном отделении, тем более что их и правда всего пять человек, один из которых безоружный.

Благодаря камерам в кабине капитан узнал, что двое угонщиков торчат у шлюза, ведущего к реактору, безуспешно пытаясь его взломать. При этом один ковырялся в электронике, а второй с бластером охранял. Стивен велел инженерам закрыться, несмотря на то, что они тоже рвались действовать. Куда тише и спокойнее им будет все провернуть на пару с Бобби.

Эх, жаль, нет транквилизаторов! Придется действовать по старинке. Бесшумно подкравшись на близкое расстояние, капитан с механиком применили древнюю, как мир ловлю на живца: один загремел, выманивая охранника, второй, воспользовавшись эффектом неожиданности, напал со спины. Ну а потом дело техники:

– Грих, у тебя там все в порядке? – послышался громкий шепот от шлюза.

Стивен, прикрываясь слегка придушенным пленником, вышел из-за угла.

– Как видишь – нет. Но если не станешь сопротивляться, останетесь живы оба.

Охранник удачно оказался понятливый, и очень скоро бандитов, замотанных скотчем чуть ли не в кокон, запихнули и закрыли в небольшой отсек, свободный от техники и аппаратуры. Теперь у капитана и механика было три бластера на двоих.

Судя по отчетам из кабины, остальная компания по-прежнему тусила около двигателей. Вокруг них было много свободного пространства, и это исключало возможность подобраться незамеченными. А Стивену не хотелось никого убивать: бандиты должны получить наказание. А смерть, увы, не несет ни осознания, ни страданий.

– Эх, как бы сейчас помогла дымовая шашка, – вздохнул Бобби с сожалением, – или скафандры и сонный газ.

– А еще лучше, чтобы при нашем появлении они сразу бросили оружие и сдались, – усмехнулся Стивен. – Топай уже, мечтатель. При любом раскладе твой левый, мой правый. Очкастый не вооружен, но надо быть готовым ко всему.

Схватка завязалась стремительно. Одного охранника Стивен ранил в ногу, но тот упорно продолжил отстреливаться. Второму, который считал, что очень удачно спрятался, при первой же попытке выстрелить Бобби пробил кисть, метнув нож. Угонщик выронил бластер и больше не высовывался.

Дальше капитан с механиком разыграли все как по нотам. Пока Стивен вел хаотичную стрельбу, мешая бандитам высовываться из укрытия, Бобби сумел подняться на верхние площадки над двигателем, а потом, выбрав удачный момент, свалился внезапно, как снег на экваторе. Раненого, но упорного он обезвредил первым, а второй уже даже и не пытался оказывать сопротивление. «Очкарик» и вообще сидел, зажавшись среди металла, и его пришлось вытаскивать оттуда силой.

– Так. Быстро восстанавливай работоспособность маневровых и сообщим властям, что ты содействовал спасению лайнера! – скомандовал Стивен.

– Я не сумею! Программу вообще не я писал! Мне было необходимо ее только запустить! Ну и по мелочи: видеонаблюдение там отрубить, установить дубль маячка…

– Но как-то вы сажать лайнер планировали же? – свирепо прорычал Бобби, толкнув очкарика бластером в грудь.

Тот задрожал сильнее и начал заикаться:

– Н-не п-планировали! П-передать и все. Н-наше дело т-только уг-гон…

– Только⁈ – не выдержав, зашипел Стивен. – Две тысячи человек продать в рабство – это «только»⁈

– Кэп, а можно я ему ногу в воспитательных целях прострелю? – и Бобби изобразил глаза маньяка, дорвавшегося до бензопилы.

Очкарик побледнел и бухнулся на колени.

– Не надо ногу! Вот терминал, там все! Жизнью клянусь, не могу починить!

Капитан обреченно махнул рукой.

– Ладно. Бобби, этих тоже пакуем и на склад. Надо дать механикам возможность работать, вдруг у них что-нибудь получится.

…Когда Стивен и Бобби с победой вернулись в шлюзовую камеру перед транспортным лифтом, там уже бурно шло обсуждение обратного, бескровного переворота. Бескровного, конечно, в первую очередь для команды и пассажиров. С самим же угонщиками – тут уж как им повезет. Стивен уже собирался объявить, что они свою работу выполнили, теперь дело за технарями, как внезапно голоса в комме замолчали.

– Что у вас? – напряженно рявкнул Стивен, инстинктивно отбирая комм у старшего и потряся им, словно это могло поспособствовать отладке сети. – Меня вообще слышно?

– Да, – поспешно ответил бортинженер из кабины. – Бандюки из кинотеатра на связь с главарем вышли. Мы пока отключили контакт, может, его люди решат, что помехи. Мой голос совсем не похож на их «первого». А если бандиты занервничают? У них слишком много заложников. Ситуация станет безвыходной.

Вот только этой проблемы им не хватало! Стивен, в целом далекий от употребления ненормативной лексики, жестко выругался. Но внезапно заговорил самый молодой из группы техников:

– А какой у главаря голос? Я могу попробовать. Я в театральный поступал, умею немного пародировать. Вот, например, «Уважаемые пассажиры! Наш лайнер отправляется по маршруту Эрера – Тигарден-Би».

Парнишка так лихо изменил тембр, что Стивен восхищенно присвистнул. Если бы не видел из чьего рта вылетают слова, был бы уверен, что это речь командира лайнера.

– Погоди-ка, – обрадованно послышалось в комме. – Сейчас включу последнюю запись. Вот: «Пересаживайся и вводи код-подтверждение».

Для лучшего запоминания Артем Валерьевич прокрутил фразу несколько раз. Парнишка прочистил горло и повторил. Да так похоже, что все облегченно выдохнули.

– Я сейчас подключу тебя к наушнику, – принялся командовать главный бортинженер, – сделаешь вид, что связи не было, только говори четко. Самоуверенно. Этот павлин тут нисколько не колебался.

– А говорить-то что?

Глава 25

Мира любила смотреть боевики. Обычно в них главный герой, который обязательно был неимоверно крут, если и получал на орехи, то все равно в финале всех побеждал, и ему доставалось все: девушка, слава, награды, признание… Ну или хотя бы он гордо и эффектно уходил в закат.

Наблюдать же по мониторам в режиме реального времени, как твой любимый мужчина сперва без страховки спускается по сорокаметровой шахте лифта, а потом ввязывается в несколько схваток одна за другой даже без бронежилета, не говоря уже про негарантированный счастливый финал, было… нет, «страшно» – совершенно неподходящее здесь слово. Миру сковывало от ужаса и беспомощности, ведь, стоя на мостике, она абсолютно ничем не могла Стивену помочь!

Между тем капитан с Бобби выполнили очередные и вроде бы пока последние из возложенных на них задач: обезвредили бандитскую тройку в транспортном отсеке и отправили в космос пустую спасательную капсулу. На ней в автономном полете включалось переговорное устройство и режим связи с космопортом на Эрере. С точки зрения Артема Валерьевича, это был самый надежный способ передать информацию о случившемся на лайнере и их планируемой посадке на Митриг. Собственно, ни бортинженер, ни Мира не сомневались, что ее придется совершать: спасательных капсул все равно бы на всех не хватило. Да и дрейфовать в открытом космосе, рискуя, что пираты их выловят поодиночке – ничуть не менее опасно.

Убедившись, что капсула успешно отстыковалась и уже передает сигнал, Мира наконец перевела взгляд на другие экраны. На паре из них с разных ракурсов группа техников пыталась оживить двигатели, на остальных же последовательно шла сложная, только что прямо здесь коллективно разработанная операция «Мышеловка». Одна из главных ролей в ней отводилась юному механику, озвучивающему гида:

– Отставить сортировку! Проклятая связь! Я потерял контакт с группой из машинного отделения. Бери своих и дуй туда по служебной лестнице!

– А как же кинозал?

– Шлюзы задрай, да и все! Куда они денутся? – командовал парень, просто шикарно вжившись в необходимый образ.

– Есть в машинное! – отчеканил охранник.

Через некоторое время бандиты спустились на второй этаж. Однако не прошли они и десяти метров, как их ждал сюрприз: разом опустились переборки, предназначенные, чтобы отсечь лестницу и раздевалки от основного зала. Ловушка захлопнулась. Охранники кинулись к панелям управления со своими коммами, но было поздно – Артем Валерьевич уже заменил пароли и даже включил глушитель для внутренней связи, чтобы угонщики не имели возможности послать сообщение дружкам.

– А они бластером переборки не распилят? – опасливо поинтересовался «профессор», снова принявшись надраивать очки.

Видимо, у него это было вроде нервного тика или личный лайфхак, как справиться со стрессом.

– Нет, – успокоил бортинженер. – Там такой металл, что намного быстрее на оружии сядут заряды.

Операция повторилась еще дважды: группу бандитов из кафе вывели в находящийся на другом конце палубы ночной клуб, а тех, кто охранял жилые комнаты на пятом, загнали в один из стыковочных отсеков между этажами.

Мира глянула на часы – до подхода к Митригу оставалось сорок семь минут. Понятно, что в машинном делают все возможное, но на душе от этого спокойнее не становилось. К тому же Кантор молчит, как в рот воды набрал. Никак в спасении лайнера не участвует, а словно сторонний наблюдатель смотрит за всем происходящим. Может, он вообще не в себе? Можно ли ему доверить сажать корабль?

– Слушайте, я же забрал наушник у бандита с седьмого. А начальник группы как раз отправил его проверить кого-то, не выходящего на связь, на пятый этаж в сектор А2. Эта та часть, что изолирована от жилой. Я до нее так и не добрался, – отвлек девушку от неприятных мыслей голос Стивена.

Бортинженер принялся перещелкивать все камеры, попросив народ тщательно смотреть, не затаились ли еще где-то лжеохранники. Сам же выбрал сектор А2 – технические помещения. Пустота. Пробежал по всем камерам – никого. Но куда-то же этот пропавший делся?

– А это что за пиявка в нашей каюте? – кажется, впервые за весь полет подала голос дама в бриллиантах, указывая на монитор, на котором в антураже античной Италии с колоннадами и величественными статуями суетился тощий невысокий мужик в форме охраны.

Глава 26

На экране было хорошо видно, как отбившейся от своих угонщик подключил какой-то прибор к маленькому комнатному сейфу, и через минуту его дверца успешно открылась. Мужик принялся рассовывать лежащее внутри содержимое по карманам. Те, к слову сказать, ощутимо топорщились, явно намекая, что сейф на сегодня у грабителя уже не первый.

– Ах ты ж паскуда! – вырвалось у хозяйки, и она шустро ринулась к выходу из кабины, но была перехвачена мужем.

Бортинженер тем временем переблокировал дверь их каюты, так что грабителя, поспешившего покинуть место преступления, постигло жестокое разочарование. Поняв, что теперь ее драгоценности никуда не денутся, пожилая дама расслабилась. Снежок же, сообразив, что именно произошло, но не догадываясь, что с противоположной стороны экрана его не видно, начал пританцовывать на месте и показывать мечущемуся по каюте вору свой маленький розовый язык.

В иной ситуации Мира, наверное, расхохоталась бы, но сейчас времени до крайне рискованного маневра оставалось все меньше, а страх, – верный ли выбор они сделали, только нарастал. Идею с посадкой поддержал и Стивен, и Бобби, и уж наверняка спасательным кораблям будет проще найти их на границе с Обитаемой зоной в указанном месте. Шансы же, что лайнер успеют вычислить и догнать, если он останется на пиратском курсе, близились к нулю. И все равно сомнения не давали покоя. Ведь сейчас они небольшой группой принимали решение, которое отразится на жизнях пары тысяч человек.

– Уважаемые пассажиры и сотрудники лайнера! Наш корабль вынужден совершить посадку на близлежащей планете. Маневр начнется через двадцать три минуты. Экипаж призывает закрепиться согласно стандартным правилам и сохранять спокойствие. В случае соблюдения посадочных норм никто не пострадает, – твердый голос Артема Валерьевича разнесся по системе оповещения, доставая даже в самые укромные уголки лайнера.

Угонщики, не будучи дураками, сразу кинулись к системе аварийного закрепления. Люди, изолированные в личных каютах, тоже предпочли не рисковать. В кафе же и кинозале, похоже, разрасталась паника. Народ хотел дополнительных объяснений, грозил жалобами и судами, кто-то в исступлении бросился на шлюзовую перегородку и, неистово в нее тарабаня, требовал открыть. Персонал метался, изо всех сил стараясь унять переполох и чуть ли не насильно запихивая пассажиров в специальные системы аварийной посадки.

В кинозале один смутьян забрался с ногами на кресло, чтобы его лучше было видно, и принялся орать, что их обманывают и корабль непременно взорвут, желая уничтожить вирус и зараженных. Так что пока этого не случилось, необходимо вооружаться кто чем может и прорываться к спасательным капсулам. И в этот момент Мира обнаружила Игната. Их судовой врач, как всегда взъерошенный и крайне интеллигентный на вид, без всякой суеты взобрался на соседнее кресло и отвесил паникеру отличный хук правой. В кабине позади Миры кто-то пораженно присвистнул. Признаться, она и сама не подозревала, что их медик так умеет.

Игнат же подхватил рухнувшего без сознания мужика и, волоча его к крепежам, что-то спокойно разъяснял толпе. За общим гвалтом его слов не было слышно, но, видимо, пока людей держали в зале, врач каким-то образом сумел заслужить их доверие: шум стал стихать, и пассажиры один за другим расходились и выполняли то, что от них требовалось.

– Уважаемые пассажиры и сотрудники лайнера! Наш корабль вынужден совершить посадку на близлежащей планете. Маневр начнется через восемнадцать минут. Экипаж призывает вас закрепиться согласно стандартным правилам и сохранять спокойствие. В случае соблюдения посадочных норм никто не пострадает, – повторил уже в который раз бортинженер.

Эх, была бы и Мира в этом так уверена! Тем более что Кантор продолжал отмалчиваться, словно его все происходящее не касается.

– Ты переберешься на капитанское место или будешь управлять со своего? – обратилась она к однокурснику, чтобы, наконец, прояснить ситуацию.

– Я⁈ – ужаснулся Кантор. – У меня нет допуска на аварийную посадку, вы что, спятили⁈ Вызывайте второго первого пилота!

– Если мы его даже найдем в этой заварушке, подняться на мостик нужно время! У нас его нет! Соберись уже, слюнтяй! – рявкнул неожиданно рассвирепевший бортинженер.

– Не буду! – в ответ взвился Кантор. – Меня из-за вашей авантюры лишат пилотского!

И в этот момент Мире показалось, что с самого начала, когда появилась идея спасения, она подозревала: все именно так и будет. Сразу как-то выключились все эмоции и сомнения и стало легче. Мира скинула с комма голограмму своих пилотских документов и допусков, чтобы все в кабине могли видеть – она не самозванка. Точнее, самозванка, конечно, но все равно дипломированный пилот.

– Значит, лайнер буду сажать я, – твердо произнесла Мира, занимая капитанское кресло и пристегивая захваты. – Артем Валерьевич, пересадите, пожалуйста, второго пилота подальше, чтобы он не мешал под руку.

– Сдурела⁈ Полоумная! Да ты водишь сраный катер! Вас всех пожизненно посадят, – верещал Кантор, пока бортинженер с помощью туристов засовывал его в запасной посадочный крепеж, подальше от пульта.

– У меня абсолютно идентичная твоей квалификация, – громко прошипела Мира, проверяя доступные ей системы управления. – А еще три отличные практики в качестве пилота военного крейсера.

Очень хотелось добавить, что если бы не чей-то папаша-адмирал, то и место Мире с ее отличным дипломом досталось бы куда лучше, чем в патруле оранжевого сектора. Однако в данный момент это показалось совершенно незначительным. Девушка вывела на экран обе посадочные модели и уже не в первый раз пробежала по ним глазами. Потом взглянула на панель оборудования и обомлела: один из двигателей горел зеленым.

– Правый маневровый готов к использованию! – донесся из комма голос старшего технической смены. – Но не можем гарантировать, что он доживет до посадки. Здесь все держится лишь на заклепках и… честном слове.

– Спасибо, – от всей души благодарно выдохнула Мира.

Им бы сейчас хоть чуть-чуть отклониться сторону Митрига!

«Я знаю, ты справишься!» – пришло сообщение от Стивена. Сердце обдало теплой волной, а следом вокруг воцарилась тишина. Нет. Возможно, в кабине даже разговаривали, только пилот больше ничего не слышала и не видела, кроме пульта управления и многочисленных экранов.

Медленно, чтобы не отрубился раньше времени, активируем маневровый. Лайнер ведет, но это правильный сдвиг. Так! Еще немного! Гравитация Митрига захватывает корабль. Орбита, разворот, торможение за счет планеты. Теперь аккуратно добавляем маршевым двигателем… Сброс спасательных капсул и содержимого транспортного отсека: что бы там ни было, оно стоит меньше, чем две тысячи жизней!

Лайнер трясет, словно его погрузили в гигантский шейкер. Скорость падает. Маневровый подыхает. Черт с ним, пока траектория совпадает с расчетной! Сейчас самое сложное – найти оптимальную скорость и как можно плавнее спуститься, а не рухнуть многотонным булыжником. Снижение идет быстро. Кажется, чересчур. Мира старается ловить потоки воздуха, чтобы обеспечить максимально мягкую посадку. Еще чуть-чуть! Совсем немного до ровной песчаной поверхности… Сильный удар, который, кажется, выбивает дух и из лайнера, и из всех, кто в нем находится. Скольжение. Остановка. Приходя в себя, Мира быстрее считывает информацию с многочисленных мигающих красным окон.

Единичные очаги пожара затушены. Угрозы взрыва нет. Живы! Все вроде бы живы! От нижней палубы не осталось практически ничего. Обшивка где-то оторвалась, где-то висит кусками. Роботы спешно латают разгерметизированные участки, к счастью, все они далеки от обитаемой части корабля, да и в худшем случае за бортом приемлемая атмосфера. Мира отщелкивает начинающую ее душить систему безопасности и поворачивается к пристегнутой со Снежком в одном закрепе Марлен. Биолог улыбается, и они одновременно с питомцем показывают ей большой палец.

– Дамы и господа! Наш лайнер совершил вынужденную посадку на планете Митриг. Экипаж благодарит вас за понимание и содействие. Просим не покидать свои места до отдельного уведомления о прибытии кораблей спасательной службы. Вероятно, вскоре мы предложим вам горячую еду и прохладительные напитки, – сквозь уверенный голос бортинженера впервые пробивается нервозная нотка.

Эпилог

Марлен обескураженно «потрогала» голографическую сосновую ветку. Пальцы, естественно, прошли сквозь изображение, не оставляя ни ощущения прикосновения, ни запаха от смолянистых иголок.

– Это что? – с некоторой брезгливостью уточнила японка, оглядывая стоящую посреди холла зеленую красавицу.

– Голо-елка. Никогда не видела? – удивилась Мира, радуясь, что мамы нет рядом.

Она же так старалась, наряжала ее в программе, разные варианты наверняка пробовала.

– К счастью, нет. Это еще хуже, чем те искусственные, которые принято ставить на Эрере, – пояснила биолог. – У нас в детском доме на улице росли настоящие. У каждого отряда своя. Вот красота была зимой!

И это прозвучало так мечтательно, что Питер сразу предложил:

– Я могу съездить и купить в горшке! Здесь же, наверное, есть подходящие магазины?

– В девять часов вечера перед Новогодней ночью? – выгнула Мира бровь. – Ты, наверное, шутишь!

Из-за ситуации с аварийной посадкой – широкой общественности инцидент с захватом лайнера представили именно так, – вся команда катера прилетела на Тигарден-Би со значительным опозданием. Но главное, что прилетела!

Сигнал со спасательной капсулы на Эрере получили быстро, отнеслись серьезно, и уже спустя сутки на орбите Митрига висел лайнер для эвакуации и два военных корвета. Командование спасательной операцией было шокировано, узнав, какими ничтожно малыми силами обезвредили бандитов, при этом сохранив жизни и им, и заложникам. Но еще больше их потрясло, что пилоту удалось в таких тяжелых условиях посадить корабль. А уж когда они узнали, что пилот – молоденькая девушка…

К счастью, проведенное расследование и многочисленные свидетельские показания подтвердили правильность решения о посадке, так что претензий к Мире у властей не было. А вот на адмиральского сынка, невзирая на все заслуги родителя, космофлот подал в суд с требованием пожизненного лишения пилотского удостоверения. Мира, конечно, не знала содержания иска, но командир спасателей озвучил причину как «недостаточный уровень мастерства для пилотирования военного или гражданского судна и проявленная трусость».

С капитаном лайнера тоже обошлось. После аварийной посадки врач команды и Игнат поместили первого пилота в имеющуюся на корабле медицинскую капсулу, где он вскоре пришел в себя, несмотря на диагностированный инфаркт. Все-таки в его возрасте мощный удар током в шею не прошел бесследно. Однако он сможет спокойно выйти на пенсию и радоваться жизни и нянчить внуков. А вот если захочет летать, тогда придется менять сердце.

Так что хорошо, что после всего случившегося команда хоть и в последние часы до праздника, но успела на место. Тем более что уже на послезавтра была назначена свадьба. Гости в лице Питера с Поночкой, мистера Брауна-старшего и нескольких друзей Стивена прилетели, а виновников торжества бы не оказалось! Да и как бы расстроилась мама, которая приняла на себя весь массированный удар организации торжества! Вот бы еще Марлен вежливо намекнуть, чтобы не критиковала выбранную елку…

– Нет! – продолжила биолог. – Мы поступим по-другому! Только Мириной маме скажем, что нам экзотики захотелось, чтобы не расстраивать.

Фух… Сама догадалась! Но пилот не успела поинтересоваться, что подруга задумала, как та понеслась к выходу:

– Игрушки старые у вас не остались? Или на Земле тоже голо-елки были?

– Остались, наверное. Мама довольно сентиментальный человек, – пожала плечами Мира.

– Неси! Пока они там столы накрывают, мы тут, – и Марлен, остановившись на крыльце с видом конкистадора, приближающегося к берегам Америки, – сами елку нарядим!

Пилот недоуменно оглядела растущие перед домом деревья. Хвойника не было ни одного. Даже какой-нибудь несчастной лиственницы. Японку это, однако, ничуть не смутило. Она подошла к пальме с самыми торчащими «чешуйками» на стволе и, гордо похлопав по ней, произнесла:

– Назначаю тебя елкой!

Поскольку дерево не имело никакой биологической возможности возмутиться, Марлен победно повернулась к Мире с Питером:

– Что замерли? С тебя игрушки, с тебя лестница! Я жду!

Надо сказать, что куда лучше лестницы с украшением пальмы справились два йети, которые каким-то шестым чувством всегда ощущали, где в округе творится что-то интересное.

В общем, через полчаса вся веселая компания, одетая в шорты и футболки с принтами в виде елок, оленей и Дедов Морозов на санях, водила хоровод вокруг пальмы, распевая «В лесу родилась елочка» и «Джингл Белс». Потом Марлен загадывала загадки и проводила конкурсы. А победителям Снежок вручал медали со своей мордашкой в красном колпачке Деда Мороза. Когда биолог успела их заказать, только ей известно.

За час до полуночи все, наконец, расселись за столы и принялись пробовать заказанные и приготовленные мамой Миры разносолы. Пилот, памятуя свое детство и традиции, с особенным удовольствием ела оливье и подкладывала его жениху, объясняя ему, что это наш ответ индейке, которую он привык есть на Рождество. А потом, после того как на часах высветилось четыре нуля, вся компания приобщилась уже к местной Новогодней традиции, зародившейся на Тигарден-Би: надо успеть искупаться в море в то время, пока небо освещают тысячи салютов. На самом деле успеть было несложно, потому что огненные цветы в небе рассыпались чуть ли не до самого утра.

Сутки спустя.

Натуральные русые волосы Миры были элегантно уложены, а облегающий силуэт платья, называемый «русалка», казалось, делал и без того стройную фигуру пилота еще и хрупкой. Прямо веточка! К тому же он подчеркивал длину ног, а современная, внешне похожая на атлас ткань, комфортно дышала на жаре и спокойно растягивалась, не сковывая движений. Обнаженные плечи при этом делали образ особенно беззащитным и нежным. Вот прямо не офицер космофлота, а нимфа. В целом увиденное Мирой в зеркале после нескольких часов, проведенных в мамином салоне, девушке вполне понравилось.

– Не волнуйся, дорогая! Уверена, все пройдет хорошо! – очень осторожно, словно бомбу замедленного действия, обняла ее мама и, стараясь сделать это незаметно, смахнула слезу.

Волноваться? С чего бы⁈ Регистрация брака – это не космопираты, не динозавры и не инопланетный вирус. Пилот была абсолютно спокойна, хотя развеивать традиционное заблуждение не стала. Вообще, ее куда сильнее волновало, как прошла встреча Стивена с отцом. Мира знала, что мистер Браун-старший прилетел утром, но поскольку, опять же по традиции, они с капитаном ночевали в разных домах, она ни жениха, ни «папу» пока не видела. Поэтому, когда Марлен протянула девушке комм, сказав: «Это тебя», – немного задергалась.

– Привет, Мирослава! – помахал с экрана Петр, и Мира расслабилась. – Я звоню поздравить вас со Стивеном, а то позже может не быть связи!

Петр, – брат-близнец их судового доктора, – работал палеонтологом и сейчас был в экспедиции на практически вновь открытой их патрульным катером Меропе.

– Спасибо! А у тебя как? Всех динозавров перепугал?

Парень смущенно рассмеялся:

– Не провоцируй, а то, как начну сейчас рассказывать, ты же заснешь. А Стивен уже в мэрии тебя дожидается. Я с ним первым разговаривал.

Это да. Петр очень любил свою работу и мог вещать часами об окаменелостях, а уж когда им посчастливилось наткнуться на живые экземпляры… Нет, Мира все-таки предпочла бы впредь видеть этих чудовищ только на картинках. Ой! Стивен ждет⁈

– Спасибо за поздравления! – кивнула пилот и, помахав на прощание рукой, устремилась к выходу из салона.

На улице, внезапно для этого времени года, шел дождь. Парковка, на которой их ожидал аэрокар, была крытой, так что идеальному образу Миры ничего бы не навредило. Однако, увидев капли, девушка притормозила.

– Дождь на свадьбе – к счастью! – сообщила подкованная в вопросах примет биолог.

Но пилот на секунду замерла не от редкого для Тигарден-Би события. Точнее, не совсем из-за него. Просто подумалось, как же хорошо, что она не уступила давлению мамы и Марлен, отказавшись от длинного шлейфа. Последняя ее вообще соблазняла весьма сомнительной выгодой:

– … и пусть понесут его два наших йети! Представляешь, какой фурор! Ни у кого такого не было. Надолго запомнится.

Ага! А особенно надолго, если бы питомцы, не проникшись торжественностью момента, стали бы прятаться под ее длинную юбку, или, придерживая шлейф, использовать его как горку. Нет уж, долой хотя бы шлейфы, раз уж ей нельзя, как и капитану, заявиться на регистрацию в парадной военной форме! Жених в итоге предпочел мундир костюму. И когда Мира, ступив на красную дорожку в зале, уже заполненном гостями, увидела Стивена, то, кажется, сама себе позавидовала. В белом мундире с аксельбантами и орденами его статная широкоплечая фигура смотрелась потрясающе. Любимый улыбался.

Заиграла музыка, и девушка медленными, но уверенными шагами пошла вперед, одновременно выискивая глазами будущего свекра. Мистер Браун тоже выглядел вполне счастливым. Более того, на его лице светилась такая гордость за сына, такая любовь, что у Миры отлегло от сердца. Оба йети тоже присутствовали. Они стояли с двух сторон от шафера, роль которого взял на себя Бобби, и подружки невесты: кто бы мог сомневаться, что ею стала Марлен. В руках питомцы держали по букету, так что «особенный» колорит, которого так хотела добавить японка, был на месте.

– Выглядишь сногсшибательно! – прошептал капитан, приобнимая невесту и целуя ее в щеку.

– Кхе-кхе, – деликатно вмешался представитель администрации, привлекая к себе внимание.

Мира отодвинулась от жениха, но руку его не выпустила.

– Дорогие гости! Мы сегодня собрались здесь… – пафосно начал мужчина.

А поскольку зал был распланирован таким образом, что молодожены стояли в центре него, часть гостей пилот продолжала видеть. Маму, таки отчего-то расплакавшуюся. Заботливо протянувшего платок ее второго мужа. Двух его хорошеньких дочерей, немного моложе Миры, и Игната, не сводящего взгляда со старшей.

– … если брак заключается по обоюдному согласию, прошу поставить свои отпечатки, – торжественно закончил регистратор, указывая на терминал.

Стивен тут же шагнул вперед и прижал к экрану большой палец. Следом, ни мгновения не сомневаясь, сделала это и Мира.

– А теперь молодожены…

Девушка не дослушала представителя мэрии, потому что капитан поцеловал ее сразу же, не дожидаясь официального приглашения. Кажется, вокруг аплодировали, а потом наступила подозрительная тишина. Стивен тоже это заметил, потому что разорвал поцелуй, хотя объятий не разомкнул. Около регистратора стоял один из адмиралов космофлота, а в его руках были три небольшие красные коробочки.

– Поздравляю! – улыбнулся он. – И хочу добавить к вашему празднику еще один повод. За мужество и находчивость, проявленную при освобождении пассажирского лайнера, орденом Звездной Доблести награждается капитан 1-го ранга Стивен Браун.

Мужчина открыл красную коробочку и протянул ее Стивену. Теперь уже муж отдал честь и принял награду.

– Лейтенант Роберт Варден…

Бобби крайне удивленно округлил глаза, но спохватился и, тоже отсалютовав, забрал коробочку.

– И лейтенант Мирослава Кипелова.

А вот этого пилот ну никак не ожидала. Она растерянно взглянула на Стивена, тот ей ободряюще кивнул, и Мира протянула руку за наградой.

– А еще, – в заключение церемонии награждения добавил адмирал, – командование приняло решение при вашем желании всех троих перевести на крейсер. Сперва в должностях старшего помощника капитана, второго пилота и механика, ну, а дальше посмотрим.

Вот теперь у Миры вообще отнялся язык. После академии она об этом мечтала, а сейчас…

– Ты хочешь? – едва слышно уточнил Стивен, наклонившись прямо к уху жены.

– Нет, но если ты хочешь, я, конечно…

– Спасибо за предложение, адмирал, однако мы с женой останемся в патруле, – твердо ответил капитан. – Мы оба считаем, что это не менее достойная служба.

Кажется, представитель космофлота от такого поворота опешил, но быстро взял себя в руки.

– А вы, лейтенант Варден?

– А я всегда с кэпом, сэр. У нас сработавшаяся команда, не думаю, что стоит что-либо менять.