Текст книги ""Фантастика 2026-82. Компиляция. Книги 1-31 (СИ)"

Автор книги: Сергей Звонарев

Соавторы: Александр Нетылев,Марианна Красовская,Ирина Солак,Вячеслав Ипатов,Янина Наперсток,Нани Кроноцкая
сообщить о нарушении

Текущая страница: 261 (всего у книги 339 страниц)

Глава 44

Фиравел рассказывал про красоты Земли, полеты на космических кораблях, особенности жизни на Гермесе, академию и учебные программы. Княжна, несмотря на возраст, умела слушать. Она не перебивала, но засыпала князя вопросами, когда он замолкал. Они обсуждали перспективы Валинора, спорили про «дозволенные грани прогресса», и князю начало казаться, что, несмотря на всю общительность, у него никогда не было собеседника, настолько разделяющего его взгляды, стремления и мечты. Глаза Люсинды искрились от любопытства и восторга, и это делало ее хорошенькое лицо по-настоящему красивым. Странно, что он этого не заметил тогда, когда они впервые столкнулись на обрыве.

Джимми все время, пока хозяин общался, лежал под столом: сытый, довольный и без ошейника. Княжна сама предложила его снять, когда убедилась, что пес с Себой реагируют друг на друга вполне мирно.

Спать Фиравел и Люсинда отправились глубоко за полночь. Князь предупредил, что улетит в Аэркарас рано утром, еще до завтрака. Ему не терпелось обсудить с королем идею с кино. Обещал, что после разговора обязательно отправит голубя с посланием. А вот прилететь самому – не обещал. Если Анарион даст добро, князю придется подсуетиться со своими соховскими контактами, скоординировать доставку оборудования, оплатить. Сумма может оказаться весьма крупной, и Фиравел отлично понимал, что Люсинде она пока не под силу. Его же личный счет после покупки Марципана и ряда инопланетных трат тоже порядочно поистощился. А нырять в бюджет Золотого Сияния, будь оно хоть трижды прибыльное, не хотелось. Мало ли неурожай, саранча, незапланированные расходы – всегда должен быть резерв на экстренный случай. Так что дел было невпроворот: в родное княжество-то слетать некогда, не говоря уже про Лунный Камень.

А ему… отчаянно хотелось. К собственному ужасу Фиравел, пока летел до столицы, понял, что снова увлекается. Первая любовь редко бывает счастливой, как сказал Ник, но князь, рассчитывающий, что, приобретя столь травматичный опыт, его сердце утихомирится, похоже, просчитался. Он снова чувствовал. Но надо постараться не дать этим чувствам развиться.

Тем более он планировал разрекламировать среди аэркарасской элиты предстоящее развлечение – скачки. А для этого надо было как минимум посещать салоны и общаться. Так что Фиравел, прилетевший во дворец с утра, решил не тратить время и вместо того, чтобы ожидать положенной аудиенции, перехватить его величество на ежедневной семейной прогулке в парке.

День стоял отличный. Лучи солнца проскальзывали сквозь листву и вблизи фонтанов рассыпались по живой изгороди солнечными зайчиками. Фиравел обежал центральные дорожки и, не застав монаршую чету, свернул на более тесные и редко посещаемые. Здесь тоже никого не было. И когда князь, вывернув из-за очередного поворота, уже подумал, что они разминулись, наткнулся на целующуюся пару. После академии по идее у него должен был развиться стойкий иммунитет к таким сценам… Но не когда же видишь за этим занятием собственную сестру!

Фиравел выразительно кашлянул. Тиадра рефлекторно отпрянула от мужа, а Анарион с сожалением обернулся и осуждающе посмотрел на молодого князя.

– Ну и что такого не могло подождать нашего возвращения в замок?

– Я... Это… – Фиравел нелепо махнул рукой в сторону дворца. – Лорд Таурохтар сказал, что у вас сегодня плотный график, сир. Так что или я поймаю вас на прогулке, или, если повезет, вечером, после ужина.

– Хорошо. Я слушаю.

Фиравел открыл было рот, чтобы изложить заранее подготовленную в аэрокаре речь и покрасивее «продать идею» с кинотеатром под открытым небом, но не успел вымолвить ни слова. Сестра громко ахнула, отвлекая внимание, подскочила и схватила его ладонь.

– Фир! Где фамильное кольцо?! Это то, о чем я думаю?!

Вот демоны! О такой «мелочи» князь и подзабыл.

– Да, я же предупреждал, что не надо бала. Но я вообще о другом…

– О каком таком другом?! – возмутилась Тиадра. – У меня единственный брат, а я узнаю лишь задним числом о его помолвке! У тебя совесть вообще есть?!

Анарион обнял жену за пояс и оттянул к себе.

– Тиа, не смущай брата. Возможно, он не был уверен в ответе, вот раньше и не сказал. Фиравел, ты это хотел обсудить?

– Да нет же! – воскликнул князь и постарался вернуть разговор к нужной для него теме. – У меня возникла идея…

– Погоди! – опять перебила Тиадра, на эмоциях, похоже, растерявшая все манеры. – Сначала скажи, кто она – девушка, похитившая сердце моего брата?

Фиравелу стало вконец неловко. Сестра за него так обрадовалась, а о том, что помолвка фиктивная, никто не должен знать. Но его смущение Тиадра трактовала по-своему:

– Фир, да не бойся же! Я не буду против, пусть она хоть бесприданница и гномка! Лишь бы ты был счастлив!

– Я сделал предложение княжне Лунного Камня.

Сразу наступила жуткая тишина. Тиадра застыла с широко открытыми глазами, да и его величество, похоже, потерял дар речи. Только и слышалось, как Анарион-младший в коляске счастливо начмокивает пустышку.

– Л-люсинда Морвэн? – с трудом, будто в глубине души надеясь, что у Лунного Камня может быть еще какая-то другая княжна, выговорила Тиадра.

Фиравел кивнул.

– Но вы же даже не представлены?!

– Мы познакомились больше года назад, пока она жила в Мраморном Гроте у тетки.

– О нет! Только не она! – взмолилась Тиадра, с надеждой глядя на мужа.

Это она сейчас серьезно?! Рассчитывает, что Анарион запретит ему жениться?!

– Тиа, не делай скоропалительных выводов, – успокаивающе произнес его величество. – Фиравел – взрослый мужчина и, я уверен, отвечает за свои поступки.

– У меня один брат! – вскипела королева. – Я не хочу узнать однажды, что он не проснулся с утра! Ей мало Лунного Камня? Решила заграбастать Золотое Сияние? Что еще от их семейки можно ждать, помимо очередной беды?

Фиравел почувствовал, как ярость стягивает его нутро, словно сжимающаяся пружина.

– Ты ее не знаешь, – напряженно произнес он, прилагая огромное усилие, чтобы не повышать голос.

Но Тиадра словно пропустила эту фразу мимо ушей и снова обратилась к мужу:

– Анарион, ну что ты молчишь? Скажи же ему, что он делает ошибку!

– Если это и будет ошибка, то моя. И я буду нести за нее ответственность, – все-таки не сдержавшись, рявкнул Фиравел.

Его почему-то так разозлила эта ситуация, что он, кажется, даже и забыл, что помолвка была фиктивной.

– Дорогая, может, вы поедете с малышом во дворец, а мы с твоим братом немного поговорим? – покладисто предложил его величество.

Тиадра, тяжело дыша, глянула на мужа, потом перевела взгляд на брата, снова посмотрела на мужа… Затем кивнула, взяла коляску и покатила ее в сторону дворца. Фиравел уже приготовился обороняться, но Анарион неожиданно примирительно произнес:

– Слушай, ну ты же умный парень! Мог предвидеть такую реакцию после всего, что мы от Морвэнов натерпелись. Сказал бы сперва мне. Я бы ее как-то подготовил. Тем более Тиадре нельзя нервничать, мы ждем второго ребенка.

– Я не знал, – смутился Фиравел.

От ровного голоса Анариона все раздражение как рукой сняло. Не будь его величество королем, ему бы следовало пойти в заклинатели змей.

– Никто пока не знает. Срок маленький, а мы не хотим рисковать. Тем более сам понимаешь, у Тиадры куча пугающих ассоциаций в голове.

– То есть… Вы не станете меня отговаривать? – уточнил князь.

– Я не знаю леди Люсинду настолько, насколько, похоже, знаешь ее ты. Очень хочется верить, что яблочко укатилось от яблони на несколько световых лет. Но в любом случае это твое решение и твой выбор. За сестру не беспокойся. Я поговорю с ней, она поймет.

– Спасибо, – Фиравел, не выдержав, отвел взгляд и, кажется, залился краской.

Он сейчас чувствовал себя обманщиком, хотя ни слова лжи не было произнесено.

– Так что ты хотел обсудить?

Князь встрепенулся и, собрав разбредшиеся мысли, принялся делиться с королем соображениями о пользе кино.

***

Люсинда проснулась и еще некоторое время лежала в постели, разглядывая помолвочное кольцо на прикроватном столике. Она сняла его перед сном, как и свой родовой перстень – оба были слишком громоздкими. Вечером она отпустила Кетлис, сказав, что ляжет поздно и справится сама. Сейчас же требовалось ее вызвать, принять ванну, причесаться… А вот слушать охи-ахи и поздравления горничной желания не было. Нет, сомнений насчет того, верно ли она поступила, у Люсинды не возникало. Фиктивная помолвка решала много вопросов и ничего не требовала взамен. Конечно, ей придется надеть перстень, ведь ради этого все и затевалось, но пусть хотя бы чуть-чуть попозже.

Так что девушка малодушно спрятала оба кольца в шкатулку и лишь тогда позвонила в колокольчик. Явившаяся горничная, как и всегда, пока мыла княжну и пока одевала, без устали о чем-то рассказывала. Люсинде оказалось трудно сосредоточиться на потоке чужой мысли, потому что ночной разговор с лордом Фиравелом… нет, надо привыкать называть князя Золотого Сияния просто по имени, а то никто не поверит в их изменившийся статус! Так вот, Фиравел рассказал вчера столько потрясающего, нового, интересного, что сложно было все осознать. Жаль только, он не побывал там на настоящем ипподроме! Люсинда же знала все традиции и правила проведения скачек весьма обрывочно, из скупых абзацев в книгах. Правда, успокаивала себя тем, что и никто их не знает, а значит, как она решит, так и будет. Перефразируя известную поговорку: мой ипподром – мои правила.

Наконец Кетлис ушла, а Люсинда, надев оба перстня и взяв бессменный блокнот, вышла из комнаты и направилась к кабинету. В первую очередь она ответит на письмо с красной полосой. Можно бы уже и приглашения рассылать, но лучше выждать несколько дней, пока известие о помолвке не разнесется по княжеским домам Валинора. Так будет меньше шансов получить отказ.

На удачу в коридорах, кроме охраны, ей никто не встретился. Обрадованная, что не пришлось выкручиваться, Люсинда юркнула в кабинет, разложила писчие принадлежности и красивым, достойным княжны почерком принялась выводить:

«Досточтимый князь!

Получила Ваше письмо с красной полосой и приношу глубокие извинения: не имела никакой возможности вчера на него ответить. Сейчас же, когда моя помолвка с князем Золотого Сияния Фиравелом Амбарато заключена, у меня появилось некоторое свободное время.

Конечно, я готова предоставить вам аудиенцию так срочно, как требуется для решения вашего дела. Только пришлите, пожалуйста, предварительно письмо с указанием даты, чтобы я внесла ее в график встреч, ставший в последнее время очень плотным.

Пользуясь случаем, хочу Вас с семьей и приближенными лордами пригласить на открытие первого на Валиноре ипподрома. Вас будут ждать настоящие конные скачки, красота, азарт и атмосфера незабываемого праздника. Мероприятие начнется 28 августа в полдень. Если для участия в соревнованиях ваша светлость хочет выставить своих скакунов, просьба написать об этом в ответном письме, чтобы оговорить нюансы. Также прошу указать количество комнат, которые требуется забронировать. Гостей предполагается много, поэтому лучше не откладывать решение на последний момент.

С глубоким уважением, светлейшая княжна Лунного Камня Люсинда Морвэн».

Поставив точку, она наконец выдохнула. Текст не сказать чтобы получился очень складным, но все важные моменты Люсинда обозначила. Вот только необходимо прямо сейчас написать еще три – его величеству, лорду Таурохтару и леди Вестеле, а то выйдет некрасиво, если о предстоящем событии князь Изумрудной Долины узнает вперед всех.

Люсинда взяла новый лист и уже задумалась, с чего приличнее начинать письмо королю, как в комнату постучали и открыли дверь, не дождавшись разрешения. На пороге возник Реитас. Ноздри его раздувались, как у жеребца, проскакавшего пару километров карьером[1]. Он скользнул холодным взглядом по лежащим на столе рукам Люсинды и проговорил:

– Значит, это правда! Он вас каким-то образом принудил? Что-то пообещал? Нашел компромат? Люси, расскажите! Клянусь, я сумею вам помочь!

– Лорд Реитас, вы зря волнуетесь! Я приняла предложение безо всякого давления и совершенно осознанно.

Недоверие с лица друга детства не пропало.

– Вы знакомы всего ничего. Такая поспешность вам несвойственна! Если только, – догадка скользнула в глазах управляющего, – помолвка фиктивна?

Демоны! Реитас слишком хорошо ее знал! Но Люсинда собралась и сухо парировала:

– Подобный вопрос оскорбителен! И который раз повторяю – вы мне не брат и не опекун, чтобы заявляться с подобными разговорами. На жизни Лунного Камня моя помолвка никак не отразится. Лучше расскажите мне, когда планируется перевести коней в конюшни ипподрома, чтобы они привыкали к новому месту и скаковому кругу? И когда будет сдан гостиничный комплекс? Как видите, я уже села писать первые приглашения. Если от каждого княжества приедет хотя бы по пять эльфов, это восемьдесят пять персон, и их всех надо комфортно расселить. У нас остался всего месяц, чтобы все хорошо продумать и спланировать. Вложено столько сил и средств, что никак нельзя ударить в грязь лицом.

Реитас тяжело вздохнул, но сел, достал свои записи и принялся докладывать.

***

После встречи с королем Фиравел остался раздосадованным. Хотя его величество отлично и вполне здраво мотивировал отказ на данном этапе продвигать в королевстве кино.

– Фир, пойми, любое, даже самое маленькое внедрение иноземных технологий меняет облик Валинора. Именно наше поколение сейчас стоит между прошлым и будущим. Скатится ли эльфийский мир в техногенную ловушку или останется верен своим идеалам единения с природой. Мы идем по самому краю. Именно поэтому ввоз аэрокаров так строго ограничили – по одному в каждый княжеский род и не больше. Любое подобное решение должно быть тысячу раз взвешено и проведено через Совет, чтобы услышать как можно больше доводов за и против. Я тебя понимаю и тоже не вижу в фильмах, особенно если их тщательно отбирать, никакого вреда. Но это не тема для пятнадцатиминутного обсуждения в парке. И если Совет примет положительное решение, то любое княжество будет иметь право закупить оборудование для кинотеатров. Потому что все семнадцать родов равны, и даже я, как король, лишь первый среди равных. Тебе ли, как будущему законнику, не знать, что это один из главных постулатов нашего мира.

Так что молодой князь скорее сердился сам на себя – да, он предупредил Люсинду, что может ничего не получиться, но выходит, все равно подарил ей надежду и подвел. Нет, он, конечно, заручился поддержкой Анариона в плане своего «предстоящего брака», только этого было недостаточно. Если король согласится сам поехать на скачки, за ним последуют многие: кто из любопытства, кто из солидарности, а кто и просто из подхалимажа. Но всех этих эльфов надо как-то заинтересовать и удержать, чтобы они приезжали еще, раз за разом.

Что на Валиноре по зрелищности равно фильмам? Точно не театральные постановки, которые рассчитаны в основном на богему и далеко не всегда создавали вокруг себя развлекательную, позитивную атмосферу. «Цирк!» – пришла в голову мысль, которая сразу же показалась очевидной. Успешные труппы собирали на представления целые площади всех рас, сословий и возрастов. Больше всего циркачей было среди гномов, значит, и искать следует там.

Окрыленный новой идеей, парень быстренько накропал и отправил послание в Омьяжгере своему гному. Как любой здравомыслящий князь, Фиравел держал в городе, расположенном в непосредственной близости от границ Золотого Сияния, шпиона. И приготовился ждать ответ. Вряд ли гном, служащий в городской страже, хорошо осведомлен о цирковых труппах. Но письмо пришло уже вечером.

В свойственной ему дотошной манере гном рассказывал, что именно завтра на поле около Омьяжгере начинается цирковой фестиваль. Это своего рода турнир между циркачами, на звание «кто круче», ну и хорошая возможность показать себя одиночкам, чтобы быть нанятыми. Зрителей на фестиваль не приглашают. Это закрытый междусобойчик, но, поскольку всегда приходят пока неизвестные таланты, а еще у всех артистов есть друзья и многочисленные родственники, вполне можно затеряться в толпе и посмотреть все представления.

Идея была просто отличная, вот только заявиться туда паре эльфов, как это говорят на Сохо, «палевно». Да, среди циркачей случались и эльфы, особенно среди гимнастов и жонглеров, однако на местах для зрителей это бы привлекло лишнее внимание. Пожалуй, Фиравел мог бы распустить волосы и сойти за человека, но люди, как правило, не носят оружия, а соваться к гномам без него… Один бы князь, пожалуй, и рискнул, сейчас же он будет сопровождать Люсинду, значит, не вариант. Поэтому Фиравел рванул к старьевщику на окраине Аэркараса и прямо под закрытие приобрел потертые кожаные штаны, облезлые ножны и видавший виды плащ. Примерно так выглядел Анарион, когда притворялся воином удачи. А что подходит для его величества, подойдет и для Фиравела. Как замаскировать Люсинду, князь тоже придумал. Достаточно одеться неброско и повязать на голову косынку. Человеческие женщины часто ходят с покрытыми волосами, особенно в жару. Это никого не удивит.

В этот момент Фиравел вдруг сообразил, что он уже все придумал и решил, но не сделал главного: не поинтересовался, готова ли лезть в подобную авантюру княжна. Пожалуй, прыгающая с обрыва Эшли даже раздумывать бы не стала, Люсинду Морвэн же князь пока слишком мало знал. Впрочем, выяснить это был лишь один способ. Выгуляв Джимми и, к огромному неудовольствию пса, оставив его на попечение камердинера, князь взял двух телохранителей и отбыл назад в Лунный Камень.

Если Люсинда решится, они полетят на одном аэрокаре, так значительно удобнее. Машину можно будет спрятать невдалеке от города в лесополосе, а оттуда дойти пешком. Фиравелу прямо-таки не терпелось поделиться с девушкой своей идеей. Если они наймут достойную труппу и пригласят ее на открытие скачек, это станет шикарной заменой кино. И такая мысль князя почему-то безумно радовала. А ведь он утром пообещал себе свести их общение к минимуму! Сейчас же, словно в мультфильме, увиденном им на Сохо, на его плечах сидели ангел и демон.

Ангел убеждал вернуться в библиотеку и погрузиться в подготовку к учебе. В конце концов, Люсинда и без его участия жила до этого момента и вполне успешно справлялась со всеми проблемами. Зачем рисковать? Раны от первой любви были еще слишком свежи. Люсинду он пока не знал, так же как и Мисти. И нет никакой уверенности, что, если он пустит ситуацию на самотек, младшая Морвэн не разнесет так же в клочья его сердце. А вот оправится ли он от второго такого удара? Большой вопрос.

Демон же саркастично улыбался и требовал признать, что князь просто трусит. Несмотря на все слова, сказанные им княжне про доверие, в которые он искренне верил, довериться самому было сложно. И… страшно. Самому себе-то в этом можно признаться, да?

А может, наоборот, демоном был тот первый, а этот, ехидный, ангелом?

[1] Карьер – разновидность галопа.

Глава 45

В повседневных заботах день Люсинды пронесся незаметно. Вот вроде только обсуждала с Реитасом расселение гостей и писала письма, как стемнело и пора ложиться спать. А ведь скопилось столько дел, жаждущих ее внимания! Взять хотя бы парк. Ей дважды доложили, что он расчищен, скульптуры обновлены и дорожки заново выложены. С фонтанами так легко не получалось. Надо было либо их сносить, либо пригласить специалиста из Аэркараса. Возможно, и правда проще демонтировать и сделать там клумбы: сооружения так давно не работали, что наверняка потребуют ощутимых вложений. А девушка себя уже чувствовала старой скрягой, которая чахнет над златом. И не удивительно – последнее требовалось везде и таяло, как мороженое в летний день.

Однако сейчас в парк все равно не пойти – темно. Сочтя это весомым аргументом, Люсинда выдохнула. Честно говоря, после истории с габрой княжна никак не могла заставить себя туда вернуться и использовала чужие глаза и руки, чтобы руководить на расстоянии. Умом она понимала, что это глупо, но все время находилось что-то более важное. Например, она второй день составляла правила работы тотализатора. Надо было хорошо их продумать и учесть, чтобы и игроки оставались довольны, и княжество не внакладе. А еще надо помозговать, как исключить ситуации, когда бы участники делали ставки напрямую, договариваясь между собой. Возможно, стоит сразу и жестко объявить, что любой замеченный за подобным занятием, вне зависимости от степени знатности, будет отлучен от посещения скачек… на год?

Размышления прервала влетевшая в кабинет Кетлис.

– Ваша светлость, простите! Я стучала, но вы, видимо, задумались! Там ваш жених прибыл!

До Люсинды даже не сразу дошло, о ком речь. Ах да, она же весь день принимала поздравления с помолвкой! Только откуда бы здесь взяться Фиравелу?! И с какими он тогда новостями: хорошими или плохими? Княжна отложила бумагу, над которой корпела, и отправилась на встречу. Хотя на середине пути поймала себя на мысли, что, пожалуй, чересчур спешит, как бы князь не подумал, что она в нем действительно заинтересована, и сбавила темп.

Когда же Люсинда наконец вошла в гостиную, то застала Фиравела стоящим у окна. Он задумчиво всматривался в парк и… чесал пузико лежащему на подоконнике разомлевшему Себе. Ну ничего ж себе! Кто-то подменил Люсиндиного кота?! И что там князь рассматривает? Темнота же, и ни зги не видно. Фиравел как раз обернулся и, тепло улыбнувшись, проговорил:

– Добрый вечер, Люси. Хотел вас пригласить прогуляться, но смотрю, вы не зажигаете в парке фонари.

Люси? С каких пор она Люси?! Хотя да, даже у стен есть уши, и было бы странно называть невесту полным именем. Почему-то улыбка и неформальное обращение заставили княжну занервничать. Однако она вздохнула, призвала самообладание и как можно спокойнее ответила:

– Пока парк на реконструкции, мне показалось нецелесообразным расходовать для его освещения масло. Но мы могли бы пройтись… скажем, до замковой конюшни?

Неспроста же Фиравел прилетел в такое время и предложил прогулку? Наверное, у него есть важная информация, которую никто не должен знать?

– Конечно, идемте!

И княжна устремилась наружу. Охрана собралась ее сопровождать, но Люсинда сделала останавливающий жест. Во дворе собственного замка ей вряд ли что-то угрожало, а мысль, что вред может причинить князь, ей и вообще казалась крайне нелепой.

Фиравел галантно предложил руку, но княжна замерла, не спеша ее принимать. Собственно, они же и правда всего ничего знакомы.

– Люси, я ваш жених. Все в рамках этикета, и вы будете идти ближе, а значит, я смогу вам потихоньку рассказать то, что собираюсь.

Это было разумно. Княжна взяла парня под локоть и приготовилась слушать.

– Я поговорил с его величество о кино…

Сердце Люсинды ухнуло.

– К сожалению, этот вопрос надо будет проводить через Совет, так что процедура явно небыстрая. Но у меня появилась другая идея, ничуть не хуже. Как вы относитесь к цирку?

– К цирку? – опешила княжна.

Она даже сбилась с шага и посмотрела прямо в лицо жениху, чтобы убедиться, что она правильно поняла.

– Это когда приезжают гномы, ставят шатер и творят в нем всякие непотребства?

–

Похоже, теперь пришла очередь удивиться Фиравелу.

– Эм... Люси, вы были хотя бы раз на представлении?

– Нет, – категорично замотала головой девушка, как будто князь осмелился предположить в отношении нее какую-то гнусность. – Отец не пускал балаганы в княжество. Это же… богопротивно!

Глаза Фиравела расширились, и на его лице отразилось крайнее изумление.

– Люси, извините, но, кажется, ваш отец таким образом просто выражал свою ненависть к гномам. Вы можете спросить мнение о цирке у любого, кому доверяете. Например, у лорда Фингона. Это представление сродни театральному, вполне безобидное, не имеющее никакого отношения к религии. Хорошие труппы вообще творят чуть ли не чудеса. Я думал предложить вам выбрать артистов, чтобы произвести впечатление на собравшихся гостей после скачек.

Тон князя был совершено искренний, и Люсинда растерялась. Неужели то, что она с детства воспринимала как данность, было лишь очередной отцовской манипуляцией? Если это так, какой же непроходимой дурой она сейчас выглядит в глазах Фиравела. Княжна почувствовала, как кровь приливает к щекам. Хорошо хоть они стояли довольно далеко от светящихся окон, так что князь изменившийся цвет ее кожи не должен заметить.

– Я обязательно проконсультируюсь у лорда Фингона, – стараясь напустить на себя строгость, произнесла княжна. – Допустим, он подтвердит ваши слова, каким образом мы будем нанимать артистов? Где их искать?

Лицо Фиравела снова озарила широкая, княжна бы даже сказала, шкодливая улыбка. Она очень шла молодому князю, и Люсинда невольно залюбовалась ямочками на щеках и лукавыми глазами.

– Вот для этого я и прилетел в такое… странное время. Дело в том, что завтра около Омьяжгере состоится фестиваль цирков. Представления будут идти до глубокой ночи, это своего рода соревнование, ярмарка талантов – руководители трупп подбирают себе новых актеров. Билеты на это мероприятие не продаются, но приходят в качестве поддержки друзья, родственники, и в огромной толпе можно затеряться и посмотреть номера. Потом вы сможете выбрать, кого пригласить поработать на вас. Только, чтобы не притягивать взгляды, нам придется переодеться, и… поскольку мы полетим на аэрокаре, вам нужно будет ограничиться двумя телохранителями.

Люсинда задумалась. В груди защекотало уже подзабытое чувство, как при прыжках с обрыва. Весь этот полет в гномский город выглядел авантюрой, но… безумно притягательной. Отдохнуть хотя бы день от титула великой княжны, получить немного свободы, ощутить себя пусть и на сутки той самой беззаботной и довольно легкомысленной Эшли… Это, демоны побери, было соблазнительно!

Раз Фиравел предлагает навести справки у Фингона, значит, уверен в своих словах. В конце концов, ныряние с отвесной скалы отец тоже бы не одобрил! Почему она ему так поверила в вопросе цирка? Может, потому что никогда не спрашивала и никто не говорил обратного?

– Скажите, Фир, а там… опасно?

– Это территория королевства, и мы не собираемся посещать злачные места, так что не думаю. Тем более у вас буду я и два вооруженных телохранителя.

Вот это-то Люсинду и смущало. Что за свобода такая, если воины будут тащиться в двух шагах, бряцать оружием и вообще привлекать лишнее внимание. Да и лучше, чтобы в Лунном Камне не знали, куда она летит: будет слишком много наставлений и советов. От того же Фингона, да и Авра с Реитасом не смолчат.

– Я согласна при одном условии. Здесь мы скажем, что летим на переговоры, без подробностей, и… как бы нам избавиться от телохранителей? Они же испортят все приключение!

– Можем взять двух моих. Мы помолвлены, так что все приличия будут соблюдены, – заговорщицки предложил князь. – А уж на своих я найду, если что, управу.

– По рукам!

– Люси, вы не поймите мой вопрос превратно… Мне это очень льстит, но… почему вы мне доверяете? – глаза князя снова стали серьезными.

Девушка пожала плечами.

– Я подумала над вашими вчерашними словами и решила, что всех подозревать – это крайне утомительно. Вы же спасли мне жизнь. С кого же начинать менять свое отношение к миру, если не с вас?

***

В аэрокаре летели молча. Фиравел включил автопилот, а Люсинда притворялась, что дремлет. На самом деле ну о чем можно говорить при охране? О погоде? До сезона дождей далеко, сейчас же на небе ни облачка – без перемен, как многие дни до этого. Нет, иногда, конечно, ночью на радость фермерам что-то капает, но в большинстве княжеств справляются искусственным поливом. Разговаривать же о чем-то интересном, например о другом мире, который видел князь, нельзя. А о скачках пока не стоит.

Княжна надела одно из старых, крайне скромных платьев, в котором еще в Мраморном Гроте сбегала на берег, чтобы не сильно выделяться среди местного населения. И повязала на голову платок, чтобы скрыть уши. В таком виде она даже сама в себе не отгадала бы эльфийку. Главное, чтобы не проколоться, не заговорить с Фиравелом на синдарине. Сам же князь, без визоплазов, в плаще с низко натянутым капюшоном и до зубов вооруженный, был один в один как воины удачи, которых Люсинде случалось видеть в Ясеневом Лесу. Отец не верил в личную преданность и поэтому не стеснялся активно использовать наемников. Забавно, но и в этой потрепанной одежде Фиравел выглядел… благородно? Полным внутреннего достоинства? Люсинда не могла подобрать нужных слов: что-то в князе Золотого Сияния притягивало взгляд, хоть в парадном камзоле, хоть в этих обносках.

Наконец аэрокар пошел на снижение и устроился на небольшой полянке среди леса.

– Отсюда не дальше километра. Вы остаетесь нас ждать здесь. Мы с ее светлостью пойдем пешком. В случае чего я пришлю вызов на аэрокар, укажу место, куда необходимо прибыть, хотя думаю, до этого не дойдет. Вернемся поздно.

– Но ваша светлость… – вяло, скорее больше для проформы попытался возразить один из воинов. Даже Люсинде было понятно, что похожая ситуация возникает не впервые.

– Разговор окончен, – перебил его Фиравел и подал княжне руку, помогая выбраться из машины.

– В случае чего я ваш брат, называйте меня… Егор, – сообщил князь, пока они шли к гномскому городу по лесной дорожке. – И вы на сегодня Эшли. Тоже не забывайте.

Люсинда кивнула. В ее голове толпилось столько вопросов, что она просто не знала, с которого начать.

– Вы раньше бывали в Омьяжгере? – наконец решилась она.

– Конечно. До Золотого Сияния тут меньше конных суток. У нас хорошо отлажена торговля с гномами.

– А… в другом мире, где вы были, гномы есть?

– Нет. Насколько мне известно, все планеты заселены исключительно людьми.

– Значит, у них нет цирков?

– Есть, но в них выступают люди. Да и в наших много людей. Впрочем, сейчас сами все посмотрите.

Тропинка как раз вышла из леса в поле, и отсюда уже виднелись и старые стены гномского города, и множество разноцветных кибиток и палаток, образовывающих лагерь под открытым небом. И пока тихо, хотя и четко, слышался барабанный бой.

– Началось! – спохватился Фиравел. – Пойдемте быстрее, а то вдруг пропустим что-нибудь стоящее!

И они почти бегом припустили к шатрам. «Изгородь» из них и кибиток оказалась такой плотной, что пройти внутрь можно было только в одном месте, около крепостной стены. Там же стояли два дюжих гнома. Люсинда тоскливо подумала, что на этом их маленькое приключение и закончится, но Фиравел, не смущаясь, подошел к охране.

– Мы по приглашению Мрыля Крыжича, – и быстро показал пальцами какой-то условный знак.

Мужчины тут же сдвинулись и впустили их. А здесь… у Люсинды перехватило дыхание. Такого буйства красок она не видела еще никогда!