Текст книги ""Фантастика 2026-82. Компиляция. Книги 1-31 (СИ)"

Автор книги: Сергей Звонарев

Соавторы: Александр Нетылев,Марианна Красовская,Ирина Солак,Вячеслав Ипатов,Янина Наперсток,Нани Кроноцкая
сообщить о нарушении

Текущая страница: 188 (всего у книги 339 страниц)

– Не волнуйтесь, я не стану их виновником!

– Рад, что мы друг друга поняли, – король развернулся и пошел обратно к замку.

Дункан снова рухнул на лавку.

Что это сейчас было? Предупреждение, чтобы он держался от леди Эванеску подальше? Что Вестеле совсем не его круга, Копалиани трезво отдавал себе отчет, но и отношения у них исключительно приятельские. Или имелось в виду только то, что его величество и произнес? Дункан старался общаться деликатно и, казалось, не затрагивал болевых тем. Скорее, наоборот, их будоражила Вестеле. Может, ей надо было кому-то выговориться. Кому-то постороннему. Дункан вполне подходил на роль жилетки. И тут снова что-то непонятное, похожее на всполох разочарования, возникло в сознании хирурга. Возможно, роль жилетки была не совсем тем, на что он подсознательно рассчитывал.

Глава 16

Пообщавшись с Копалиани, Анарион отправился к Фиравелу. Можно было вызвать князя к себе, но рабочий кабинет навевал хандру. За каких-то восемь дней его отсутствия накопилось столько проблем, требующих монаршего внимания или хотя бы визы, что не хотелось их лишний раз видеть. Сейчас он отдаст все распоряжения и потом уже погрязнет в бумагах. Можно, конечно, вызвать парня на тренировку. Интересно, за эти дни князь Золотого Сияния хоть раз позанимался? Боевое мастерство, как и практика с визоплазами, не терпит пренебрежения. Потерять форму очень легко. Но почему-то у Анариона не было настроения и для этого. Слишком будоражила новая информация, которую было необходимо как можно быстрее проверить и сопоставить с тем, что накопала или надумала Тиадра.

Мысли опять убежали к девушке и ощущению ее тела, зажатого между ним и стеной. Черт! Если он продолжит реагировать как пубертатный подросток на любое воспоминание о Тиадре, можно вообще не выходить из своей комнаты! Анарион остановился. Подумал о горе бумаг в кабинете, скучной рутине и… как хорошо, что камзол его достаточно длинный и свободный. Выдохнул. Успокоился. Сейчас он пойдет предупредит Фиравела о завтрашнем визите в родное княжество и распорядится отправить голубя к сестре. А потом все-таки приступит к работе в кабинете. Прежде чем покинуть столицу снова, нужно войти в курс дел, что вообще происходило в государстве в его отсутствие. И еще он давно не навещал отца. Решено – вернется из Сияния и тогда уже в Дикий скит.

Не успел король переступить порог кабинета, как увидел лежащего на столе окровавленного зайца. Животное абсолютно точно было мертво. Что это? Предупреждение в его же собственном дворце? В его личном кабинете?! Пылая от гнева, король шагнул назад за дверь.

– Кто заходил в комнату в мое отсутствие? – голосом, больше напоминающим ревущее штормовое море, спросил Анарион у охраны.

– Никто, сир!

– Совершенно точно, сир!

– Вы заступили с утра?

– Да, ваше величество!

– И в кабинете всё было в порядке?

– Да, ваше величество!

– Тогда это откуда? – и король распахнул дверь, чтобы оба охранника могли лицезреть на столе белую тушку.

– Эм… – смутился один из эльфов. – Кьюила впускали. Вы же распорядились, что он может ходить, где желает.

Демоны! Кьюил! Погрязшему в мыслях про заговоры Анариону даже не пришла в голову столь очевидная идея. Вот так и становятся параноиками!

– Кьюил! – звук разошелся густой волной по коридорам дворца, словно удар в колокол.

Вот только приди, паршивец! И белая в серых пятнах рысь не заставила себя ждать. Питомец переступил порог кабинета вальяжно, как и всегда. Словно не замечая, что хозяин рассержен.

– Как это понимать? – король схватил кролика за шкирку и швырнул его Кьюилу под лапы.

Рысь насупилась и демонстративно обиженно отвернулась.

– Это что, такая шутка?!

Животное тяжело вздохнуло с видом «Ничего ты, Анарион, не понимаешь» и принялось неохотно грызть кролика, придерживая лапой.

– О нет! Кабинет мне пачкать не нужно! Погоди! Ты что, меня подкормить пытаешься?! – понизив голос и опешив, предположил король.

Рысь оторвалась от кролика и посмотрела на хозяина осуждающе. Мол, наконец-то дошло! А еще орать на весь замок принялся.

– Да ты что! – Анарион порывисто встал и подошел к зеркалу. – Я нормально питаюсь!

Кьюил издал звук, похожий на хмыканье.

– Ну да… Немного похудел и синяки под глазами, так это от длительной дороги. Три дня до Омьяжгере, столько же назад. Выматывает.

Рысь снова хмыкнула со значением «свежо предание».

– А действительно, когда я последний раз ел? – задал сам себе вопрос его величество.

Если покопаться в памяти, выходило… что, похоже, вчера на постоялом дворе. С утра они тронулись до завтрака, а потом как-то было не до этого.

Король усмехнулся, подошел к питомцу и потрепал его за ухом.

– Спасибо, Кью, что заботишься обо мне. Только давай тащи есть своего зайца куда-нибудь во двор?

Рысь поурчала еще пару минут, нежась под королевскими пальцами, потом с довольным видом, что внушение возымело эффект, взяла добычу в зубы и скрылась за дверью.

Анарион же позвонил в колокольчик и, потребовав плотный полдник, взялся наконец за бумаги.

***

Голубь от Фиравела прилетел утром и спутал все планы княжны Золотого Сияния. Впрочем, она этому была даже рада. Наконец-то встретится с братиком! И… с Анарионом. Его она, правда, видела всего неделю назад, но какая же бесконечно длинная была эта неделя! Тиадра дала распоряжение приготовить комнаты и ужин, достойный короля, а сама заперлась в библиотеке. Она помнила, что его величество прилетает не на праздную прогулку, а выполнить обещание. Значит, ей надо хорошо подготовиться, систематизировать свои догадки и наблюдения. Быть может, тогда Анарион к ней прислушается?

Княжна набросала на листе тезисы, но никак не могла сосредоточиться. Ей предстоял такой важный разговор, а все мысли, как назло, крутились только вокруг горячих губ короля и его пламенеющих глаз. Дуреха! Какая же она дуреха! Они же пообещали друг другу забыть ту ночь. Зачем, ну вот зачем он ее снова поцеловал?!

В дверь раздался робкий стук, и зашла горничная.

– Леди Тиадра не желает ли обедать?

Княжна махнула рукой.

– Позже, когда его величество и его светлость прилетят.

– Так прилетели, – словно оправдываясь, проговорила Илантрэ.

– Как?! – вскочила Тиадра, роняя лист с набросками. – Почему мне никто не сказал?

– Я думала, лорд-управляющий вам передаст, – неловко топчась на месте, проговорила горничная, – их сразу пригласили к столу.

Тиадра опрометью выскочила из библиотеки, затем остановилась. Персоналу она потом задаст перцу! Надо же так было ее подвести! Его величество прилетел, а она не встретила! Но сейчас нужно взять себя в руки и вести достойно. Девушка приосанилась, поправила прическу и уверенными шагами направилась к обеденной зале. Перед дверями она выдохнула и вошла внутрь как ни в чем не бывало. Не стоит оправдываться, чтобы не привлекать лишнее внимание к своему поступку.

Увидев девушку, король с князем сразу привстали, ее приветствуя. Анарион это делать был не обязан, но, видимо, счел нелишним еще раз продемонстрировать безукоризненные манеры.

– Добрый день! – улыбнулась Тиадра, садясь на место хозяйки. – Как добрались?

– Замечательно! Два с половиной часа на аэрокаре просто роскошь по сравнению с четырьмя сутками в седле!

– Да, Сияние очень ценит это введенное вами новшество. Столица стала намного ближе! – поддержала светский разговор Тиадра, пригубливая вино из бокала.

Наверное, сперва следовало поесть, но ей просто необходимо было сейчас что-то для храбрости.

– Еду проверили? – осведомился Фиравел, сразу входя в роль телохранителя.

О прошлом инциденте он ничего знать не мог, но девушка занервничала.

– Естественно! Хотите – пригласите любого человека из вашей охраны, или давайте я позову горничную. Я… и сама продегустировать могу, – вконец растерялась Тиадра под пристальным взглядом серых глаз.

Неожиданно в них появились смешливые искорки.

– Не стоит, лорд Фиравел, – одернул князя его величество, не сводя между тем с девушки глаз, – уверен, ваша сестра постаралась как нельзя лучше.

И король, даже не наклоняя взгляд к тарелке, наколол на вилку небольшой мясной шарик и отправил его в рот.

Тиадра в итоге вспыхнула и отвела взгляд первой. Ну вот зачем он так смотрит? И что хочет этим сказать? Фиравел жадно накинулся на еду, хотя и орудовал всеми положенными приборами. Растущий организм, что с него взять. Брат за тот год, в который они практически не виделись, значительно подрос и возмужал. От княжны не укрылось, какими восторженными глазами на него смотрят все девушки в замке. Пора бы ему с кем-то обручиться. И она непременно об этом поговорит с братом, как только они останутся один на один.

– Не ожидал увидеть тебя в платье, – внезапно бросил светлейший князь.

Жар ударил в щеки Тиадре. Вот же братишка удружил. Вырасти вырос, а деликатности не набрался. Да, она принарядилась к их приходу, но зачем на этом было заострять внимание? Княжне и так не лез в горло кусок, а теперь стало еще хуже. Ведь ей сейчас надо логично и тщательно изложить королю свои соображения насчет степи. Именно для этого он, бросив все дела, прилетел!

Словно желая ее приободрить, король отложил приборы, промокнул салфеткой губы (отчего Тиадра потеряла оставшиеся дельные мысли) и предложил:

– Ну что, если все сыты, может, уже перейдем в зал для переговоров? – но тут же добавил отрезвляюще: – Я не планировал здесь долго задерживаться.

Надо отдать должное Анариону, весь Тиадрин сбивчивый монолог про центры посадки, четыре корабля, заветы предков о поддержании их в рабочем состоянии, невозможности туда загрузить всё текущее население королевства и шансах поискать месторождение нефти в степи он выслушал с предельным вниманием и не перебивая. И только после того как девушка замолчала, ожидая услышать что-то вроде «это всё чушь и ересь», он заговорил:

– Княжна, вы предполагаете, что наши предки знали о какой-то угрозе жизни на планете, о которой мы не помним сейчас?

– Мне это кажется очевидным, иначе зачем так настойчиво требовать от потомков содержать корабли летающими и переобучать персонал?

– Допустим. Но упоминания об этом где-либо вы не нашли?

Тиадра опять разволновалась.

– Нет, но в Аэркарасе значительно большая библиотека, если бы у меня была возможность поискать там…

– Вы мне сказали в Омьяжгере о растущей Силе планеты, под этим есть какие-то основания?

– Земля слухами полнится…

– Это не аргумент. А подробнее?

– Эльфы думают, что степняки начали нападать чаще, потому что там голодно. Зверей даже у границ стало намного меньше. Урожаи совсем плохо растут. А еще… пятнадцать лет назад там было крупное землетрясение.

– Что?!

– У нас есть… переселенец оттуда. Человек. Он пришел к границе в открытую и попросил встречу с отцом. Папе было любопытно, и он его принял. Тот человек, Джонатан, рассказал про землетрясение, как земля разверзалась паутиной на километры и как погибло много людей и зверья. Парень не знал, как его родители оказались в степи, да только к тому моменту он уже давно остался один. Было у него свое хозяйство в лощине, и даже наемный люд держал. Но потом прибыли бандиты и потребовали платить дань. Кормить их «войско». Джонатан сперва платил, а какой у него был выбор? Потом оброк стал непомерным, и в один из дней он просто сбежал и пришел к границе. Попросил поселиться на наших землях, обещал соблюдать законы и обычаи.

– И светлейший князь согласился? – шокированно переспросил король. – Ведь этот Джонатан мог быть лазутчиком. Кто-то передал в прошлом году сведения о нашем отряде, вполне вероятно, что это как раз был он!

Тиадра опустила глаза под разгневанным взглядом его величества, но ответила твердо:

– Невозможно, сир. Джонатану дали самую никчемную в княжестве землю около гор. И велели соседям за ним приглядывать. И ни разу, слышите, ни разу его нельзя было заподозрить в чем-то противозаконном. Наоборот, он сумел обустроить хозяйство, был дружелюбен со всеми и женился в итоге на эльфийке. У них трое маленьких детей, в которых он души не чает. Никогда бы Джонатан не сделал для эльфов ничего дурного. Да и не мог он видеть, как вы тогда выезжаете. До его надела не меньше двух дней пути.

– Но он мог прибыть сюда заранее, зная о моем визите.

– Откуда? У нас не столица, народ живет хозяйством. Слухи очень долго расползаются.

– Ладно, допустим. Какие-то ценные знания от него еще были?

– Да, – и Тиадра достала потрепанный свиток. – Я нашла его, когда разбирала документы отца. Это карта степи пятнадцатилетней давности, в той части, в которой ее видел и помнил Джонатан.

– Ого, – присвистнул Фиравел, отчего получил с двух сторон осуждающие взгляды. – Почему я о ней ничего не знал?!

– Я тоже ее обнаружила сравнительно недавно. Но… она же нам сможет в чем-то помочь?

Анарион напрягся, как будто в нем шла внутренняя борьба, стоит ли поделиться информацией и планами или лучше не изменять двадцатилетней привычке всё носить в себе. Но потом, видимо, решился.

– Нам непременно нужна карта Чуждых земель. Я об этом думал еще и в прошлый раз, но у нас не было таких ресурсов. Огромные территории, где эльфы не имеют влияния, и, как показывает практика, однажды это выйдет нам боком. Я отправлю аэрокар с картографом, и для начала он сможет опираться на наброски вашего перебежчика. Но знания ландшафта недостаточно. Нам просто необходимо изнутри понимать, что там происходит.

– Вы предлагаете отправить шпиона? – глаза Фиравела загорелись предвкушением приключений.

– Остыньте, князь, вы на эту роль точно не подойдете.

– Почему? – надулся юноша.

– Главное – потому что вы эльф и будете тут же рассекречены.

– А не главное?

– Надо уметь правдоподобно врать! А я год назад обещал вашей сестре присмотреть за вами. Думаю, тут имелось в виду не только живое тело, но и непорочный дух.

Фиравел раздраженно глянул на сестру. Княжна же сделала вид, что безумно поглощена разглядыванием ею же найденной карты.

– Как вы думаете, леди Тиадра, – прервал затянувшееся молчание Анарион, – в Сиянии есть человек, способный справиться с этой ролью?

– Можно использовать и гномов, – снова вставил князь. – В степи и они живут.

– У тебя есть на примете конкретный гном? – удивленно поднял брови его величество.

Фиравел смутился и замолчал.

– Я думаю, Джонатан ради общего дела согласится! – вместо брата ответила Тиадра. – Сияние стало для него настоящей родиной!

– Я не склонен настолько доверять перебежчику. С другой стороны, если он ничего не будет знать, то в худшем случае просто сбежит и не вернется. Решено! Когда будет готова карта, я снова прилечу и лично пообщаюсь с Джонатаном. Теперь еще один важный момент: зачем вам нужна была встреча с Наром Усёком?

– Я кое-что узнала про этого гнома…

– Княжна! Мы договорились честно поделиться информацией! – в голосе Анариона зазвенел металл.

– Это не моя тайна…

– Хорошо, тогда я помогу. Вам каким-то образом стало известно, что он ведет незаконную торговлю со степью…

Тиадра вздрогнула, и ее взгляд испуганно заметался.

Его величество кажется, это слегка смягчило.

– Не отвечайте, мне это всё и так известно. Более того, я у вас даже не спрошу, кто вам назвал это имя. Ответьте лишь, что вы намеревались купить?

– Информацию…

– А из вас я ее что, должен вытягивать клещами?!

– Простите, сир, – девушка совсем стушевалась и покраснела. – Я хотела знать, кто стоит за заказом на разрушение башни. Мне кажется, это и прошлогоднее нападение на вас – звенья одной цепи.

Если бы девушка, выпалив фразу, рискнула поднять на его величество глаза, то увидела бы, что и он давно пришел к таким выводам. Более того, кажется, у короля на примете даже уже была конкретная кандидатура…

– И вы должны помнить, леди Тиадра, кто бы ни был заказчик, эльф, ну, или не эльф, отправивший извещение бандитам, где-то в этом дворце. За прошедший год мы на какие только уловки ни пошли, чтобы его выявить, но пока тщетно. Будьте бдительны!

И Анарион встал, решив, что разговор окончен. Фиравел подскочил следом, не планируя задерживаться в родных пенатах. Тиадра натянула на себя вежливую улыбку и самолично пошла проводить гостей до аэрокара с охраной. Его величество ее выслушал, понял, в чем-то даже согласился, но… отчего-то было так грустно. Уже перед посадкой в машину король обернулся, пожелал доброго здравия и… поцеловал Тиадре руку. Возможно, ей это только показалось, однако губы Анариона задержались на коже на пару секунд дольше формального. Тиадра почувствовала, как ухнуло куда-то в бездну ее сердце, а тысячи палящих искорок вмиг разлетелись с места прикосновения по всему телу.

Аэрокар набрал высоту, а девушка, сославшись на утомление от переговоров, скрылась в своей спальне. Прикрыв створку двери, она встала тут же, облокотившись на нее, как будто опасалась потерять лишний миг, и прильнула своими губами, к месту поцелуя, да так и простояла несколько минут. «Идиотка! Какая же ты, Тиадра, идиотка!»

Глава 17

Расслабиться в воскресенье и послушать подготовленный специально для него концерт у Дункана не вышло. Эбигейл была жива и даже пришла в сознание, но ее состояние по-прежнему оставалось тяжелым. Поднялась высокая температура, чего по идее не должно было быть, поскольку Копалиани вчера использовал антибактериалку. Конечно, это могла оказаться не инфекция, а обычная послеоперационная лихорадка, но рисковать не хотелось. Королевский врач принес кучу микстур, заменяющих на Валиноре антибиотики. Дункан уже видел на других пациентах, что это не просто траволечение, к которому в Обитаемой зоне относятся с огромным скепсисом, а реально действующие, эффективные средства. Пожалуй, фармакология Валинора, хотя и развивалась обособленным путем, была очень прогрессивным направлением.

– Если девочка переживет этот день, то мы, считай, выиграли, – задумчиво проговорил Андориэль, аккуратно вливая в рот пострадавшей препараты.

Это, собственно, Дункан знал и без него. Но время, когда вот так, ничего не можешь уже сделать и вынужден просто ждать, всегда тянется крайне медленно.

Послышался деликатный стук в дверь палаты, и заглянула леди Вестеле.

– Я не помешаю? – шепотом спросила она.

– Нет, – так же шепотом ответил Дункан. – Но и говорить пока что-то рано.

– Молитесь, душечка, молитесь! – важно изрек королевский доктор и, фамильярно похлопав княгиню по плечу, покинул комнату.

Часть микстур осталась на прикроватной тумбочке ожидать своего часа.

– У нее горячка? – Вестеле протянула было руку потрогать лоб девочки, но остановилась.

– Да, температура, но это пока ни о чем не говорит. Простите, что не смог подойти в музыкальный зал!

– О чем вы! Разве сейчас до этого?! Я могу чем-то помочь? Когда сестра раньше болела, я сидела с ней, меняла мокрые полотенца на лбу, – и Вестеле подтащила стоящий чуть поодаль стул ближе к кровати.

– Не нужно, для этого есть сиделка. Леди Вестеле, а что такое эругараф? Девочка, когда пришла в себя, в панике всё время твердила это слово…

– Волк пустыни, койот на синдарине. Значит, все-таки койот!

– Может, ей показалось с перепугу?

– Кто знает, но лучше сообщите об этом его величеству. В наши времена любая мелочь важна, – и княжна заботливо поправила у Эбигейл одеяло.

– Почему в ваши? Чем отличается ситуация на Валиноре от той, что скажем, была пять лет назад? Меня пригласили развивать хирургию. Грядет война?

– Ох, мэтр Дункан, всё очень сложно. Степняки активизировались, а сир всего год как взошел на престол. Он молод, и это… вызывает брожение в умах. Многим князьям кажется, что сейчас самое время для перемен, – и девушка подняла глаза от раненой, неожиданно встретившись со смотрящим на нее в упор Дунканом. Его радужка была необычного темно-карего цвета с золотой каемкой.

– Но разве король не за перемены? Я видел привезенные аэрокары, хирургия, возможность садиться космическим кораблям. Мне его величество показался очень дальновидным и разумным молодым человеком, – хирург не отводил взгляд, а вот девушке пришлось сделать усилие, чтобы не смутиться.

– Речь не про реформы, мэтр. А про якобы возникшую возможность откусить себе кусок пожирнее.

Тут уж неожиданно стушевался сам Дункан.

– У меня даже мысли не возникло на подобный счет. Я всегда был далек от политики, а ваша планета мне показалась очень приятной и процветающей.

– К сожалению, амбиции некоторых родов далеки от здравого смысла. Но… я не хочу опускаться до сплетен.

На этом разговор как-то скомкался, но хирург с княгиней еще около часа просто молча сидели друг около друга возле кровати Эбигейл. Причем хирургу показалось, что эта тишина вполне комфорта и приятна им обоим.

Вестеле приходила проведывать девочку каждый день. Что жизнь маленькой эльфийки вне опасности, стало известно только на третьи сутки. Впрочем, потом выздоровление пошло семимильными шагами, и уже через неделю Эбигейл в сопровождении рыдающей от счастья матери и краснеющего и через слово говорящего «Спасибо» отца покинула дворец. В оплату за услугу Дункану был навязан целый продуктовый короб: огромный кувшин с медом валинорских цветов, домашняя выпечка, гигантский шмат сала, кавалькада баночек разнообразного варенья и корзинка лесных ягод сверху. Родители так настаивали, что растерянный хирург, когда повозка уехала, так и остался стоять у дверей лечебницы с внезапно свалившимся «богатством». Вестеле, сдерживающаяся изо всех сил до этого момента, все-таки рассмеялась. Снова таким чудным переливом…

– Они от души, ешьте!

– Да меня и королевская кухня вполне устраивает, – неуверенно произнес Копалиани, почесав затылок. – Сейчас вызову парнишку камердинера, пусть всё унесет. Впрочем, нет, ягоды оставлю. Стало интересно попробовать, хотя и не знаю названий.

Вестеле по-хозяйски заглянула в лукошко.

– Вот эти, круглые черные и белые на веточках, смородина, а черные и красные зернышками – ежевика и малина. Это земные – первопоселенцы привезли с собой. Неужели на Гермесе их нет?!

Дункан снова задумался. Скорее всего, заказать ягоды можно было, но он не был гурманом и вполне обходился без разносолов. В теплицах же планеты делали ставку на овощи и фрукты, считая их более необходимыми в рационе.

– Я ел арбуз. Арбуз же тоже ягода?

Вестеле с широкой улыбкой кивнула и продолжила:

– Вот эти фиолетовые кисточки – сосолей. Он кисленький и очень полезен в отваре для остроты зрения. А вот алые сердечки – медоплодник. Дико сладкий, лучше сразу запивать чаем.

Потом Вестеле на миг задумалась и в итоге, видимо, переступая через свои аристократические манеры, заглянула и в короб.

– Так, вот эта баночка – инжирное варенье. Не пробовали? Так и знала! Оставляйте себе! Это даже для Валинора диковинка. Инжир растет только в паре княжеств. И вот этот кувшин – повидло из черерутника. Будете есть после тяжелого дня, хорошо усталость снимает. Но не позже, чем за пару часов до сна!

– Слушаюсь, доктор! – хохотнул Копалиани, прижимая к себе рукой две отобранные княгиней емкости. – Откуда вам всё известно?

– Ну я же эльфийка! – гордо произнесла девушка, как будто это что-то объясняло.

Между тем Вестеле уперла руки в бока и, наклонив голову, хитро улыбнулась.

– Вы, мэтр Дункан, кстати, задолжали мне прослушивание фортепианного концерта!

Копалиани этому напоминанию почему-то даже обрадовался.

– Так за чем же дело встало? Я сейчас оставлю банки у себя, и можем пойти, – и он поспешил скрыться за дверью флигеля, словно опасаясь, что княгиня передумает.

…Несмотря на то что с прибытия Дункана на Валинор прошло уже довольно много времени, в королевском замке, из которого хирург практически не выезжал, он очень плохо ориентировался. Дни Копалиани проводил в своем учебно-операционном флигеле, а когда выходил развеяться, то предпочитал заниматься спортом или прогуливаться с Вестеле в парке. Вот его он уже знал как заповеди Гиппократа!

В самом же дворце, кроме аудиенций у короля, посещений библиотеки, обязательных мероприятий, на которые опять же приглашал его величество, и нескольких совместных трапез в столовом зале, Дункан нигде не был. Дворец был старинный, много раз перестраиваемый, и без опыта заблудиться в его коридорах было легче легкого! Но княгиня Серебряного Ручья, похоже, знала его не хуже, чем свой родовой замок.

Сначала – длинный коридор первого этажа, здесь много людей, со всеми приходилось раскланиваться. Потом узенькая винтовая лестница на второй. Ступени разной высоты, закручены снизу вверх по часовой стрелке – видимо, когда-то это была внешняя оборонительная башня, а всё, что до нее, более поздняя пристройка. Череда лабиринтоподобных проходов и лесенок, широкая анфилада второго этажа, увитая цветами. Поворот в какие-то каменные дебри, и вот новый большой коридор, залитый светом. На стенах огромные портреты в богатых рамах – монархи правящей династии один за другим. И, наконец, дверь в музыкальную залу.

Она была вполне камерная, вполовину меньше столовой, но с огромными панорамными окнами. Только заглянув в них, Дункан смог сориентироваться по саду, на какой стороне замка они находятся. Длинные ряды мягких кресел. На сцене всего два инструмента, гармонирующие с цветовым наполнением комнаты: белый с золотом рояль и огромная арфа.

Помещение пустовало, и это Дункана удивило. Наверное, вопрос был написан на его лице, потому что Вестеле, садясь за рояль, улыбнулась.

– Таких залов в замке пять. Мы эльфы, ценим музыку. Поэтому и в большинстве апартаментов стоят свои инструменты. Но эта комната моя любимая. В ней столько… воздуха. И посетителей тут всегда немного – мало кто захочет карабкаться теми переходами, что мы шли. У вас есть какие-то предпочтения? Шуман, Шопен, Бах, Гайдн?

Дункану не хотелось признаваться, что он страшно далек от классической музыки. В молодости ему нравились техно-панк и инструментальная готика, позже он перешел на лаундж и треки для медитации с записью природных шумов. Хотя это вообще с натяжкой можно счесть музыкальным направлением.

– Всё, что вам было бы приятно исполнить. Я никуда не спешу…

Вестеле чуть поддернула длинную юбку серебристого платья, ставя маленькую ножку в атласной туфельке на педаль. Ох уж эти ремешки на щиколотках! Пара определенно была другая, хирург запомнил расцветку. Но чтобы пропасть тому сапожнику, кто изобрел эти ремешки!

Княгиня положила руки на клавиши, и через секунду полилась мелодия. Это было нечто легкое, весеннее, как пробуждающаяся природа – молодое и задорное. Потом новое, более тяжелое, словно поступь надвигающегося войска. Тревожащие и даже пугающее. Третья мелодия больше походила на пасторальную пьеску… Вестеле играла без остановки, но Дункан на удивление легко догадывался, где заканчивается одно произведение и начинается другое. Княжна действительно играла восхитительно. Ее руки порхали то как языки пламени, то как перышки на ветру, красивое лицо приобрело какое-то особенное одухотворенное выражение. Грудь вздымалась, и, хотя платье не имело декольте, хирург просто не мог не обратить на это внимания.

Музыка наполнила всё помещение. Казалось, она имеет какую-то плотность и осязаемость. Она уже была везде, и Копалиани чувствовал ее каждой клеткой. Мелодия за мелодией, всё это действо захватывало хирурга больше и больше. Что-то будило, вытаскивало наружу. Не всегда воспоминания были приятные. В одно из мгновений всплыли та мука и шок, которые Дункан почувствовал, взяв со стола своей квартиры на Гермесе записку. Музыка душила и разрывала, но Дункан не мог вымолвить и слова. Потом… как будто что-то лопнуло внутри, и Копалиани вполне физически задохнулся… Но тут же это чувство ушло, сменяясь другим, каким-то теплым и неясным, трепетным и ускользающим, но… дающим умиротворение. Хирург всё еще не мог пошевелиться и смотрел на княгиню не отрываясь. В эти мгновенья Вестеле была для него белокурой богиней, сошедшей в мир смертных, чтобы забрать его боль и даровать надежду.

В итоге молодая женщина, видимо, утомилась, перестала играть и впервые с того момента, как раздались звуки рояля, посмотрела на Дункана. И тут же, испуганно прикрыв рот рукой, вскочила и, подбежав к нему, села на соседнее кресло.

– Боги, простите меня! Мэтр Дункан, я... я не думала, что мой выбор композиций вас расстроит! – и княгиня неожиданно взяла его ладонь в свои.

Небесные глаза Вестеле вглядывались так участливо, что Копалиани, словно выходя из ступора, непонимающе осмотрелся вокруг, затем, почувствовав какую-то влагу на щеках, поднес свободную руку к лицу и потрогал его. Глаза, щеки и, кажется, даже шея Дункана были мокрыми. Бог мой, он что, плачет?!

Истрактовав обескураженность Дункана по-своему, Вестеле тут же добавила:

– Вам нечего стесняться слез! Это же просто музыка! Она может будить разные настроения, это совершенно естественно! Вы же… разумное существо, чувствующее!

Копалиани был так дезориентирован, что даже сомневался, стесняется или, может, испытывает какие-то другие ощущения, но он определенно чувствовал! Как будто некая волшебная сила сорвала пломбу и выбралась наружу, напоминая хирургу, что он живой.

***

Визит в Золотое Сияние получился весьма продуктивным. После информации, добытой в Омьяжгере, Анарион многое узнал и о еще большем начал догадываться. Данные Тиадры если и не ложились в общую картину, делая пазл законченным, то явно были ее фрагментами. За столько лет, пытаясь пересилить пророчество и выжить[1], король привык не доверять никому. Но после «смерти» в нем многое изменилось. Да и сейчас периодически вспыхивали шальные мысли, а не зря ли он так близко подпустил к себе Гектора, Фиравела, а теперь и Тиадру? Но они сразу же нещадно подавлялись – король не собирался жить отведенный срок, каким бы коротким или длинным он ни был, в страхе быть преданным. Да, можно от всех закрыться и никому не доверять, но разве это жизнь? Князю Золотого Сияния Анарион, конечно, не признается, но парень, несмотря на то что на четыре года младше, прав[2]. Лучше вообще не жить, чем так.

Королю даже было на самом деле радостно, что он может с кем-то посоветоваться практически на равных. Совет семнадцати родов все-таки был создан не для совещаний, а для принятия судьбоносных решений для королевства. А так приятно было хоть от кого-то не иметь тайн! Ну, почти. Хотя тот секрет, что между ним и Тиадрой, совершенно не относится к вопросам королевства. Княжна молодец! Столько разузнать и сделать выводы. Да, ее идеи насчет нефти, может, и несколько сумасбродны, но во всём остальном…

Анарион в первый же день по прилете из Сияния вызвал к себе картографа и пилота и поставил им четкую задачу. Строго секретную, о которой пока не должен был узнать никто. Охрана на границе со степью, конечно, же увидела бы аэрокар, шастающий туда-сюда, поэтому вылетать им придется ночью и со стороны гор. Это таит в себе ряд опасностей, но король дал картографу своего лучшего пилота. О том, что эльфы что-то разнюхивают, в степи узнать не должны.