Текст книги ""Фантастика 2026-82. Компиляция. Книги 1-31 (СИ)"

Автор книги: Сергей Звонарев

Соавторы: Александр Нетылев,Марианна Красовская,Ирина Солак,Вячеслав Ипатов,Янина Наперсток,Нани Кроноцкая
сообщить о нарушении

Текущая страница: 140 (всего у книги 339 страниц)

– Давай я тогда на медсестру. У меня есть базовые навыки, надеюсь, при поверхностных вопросах их хватит.

Ник одобрительно кивнул:

– Теперь надо решить с аэрокаром. Поскольку Лис сказал, что самый лучший вариант сесть в горах, на границе с сернокислотными озерами, оттуда добираться часов пять. Это если не будет такой частой в этом районе песчаной бури. Но где мы сможем спрятать аэрокар в столице? Он, конечно, потрепанный и сойдет за местный, но где сироты могли его раздобыть?

– Может, взяли у родителей однокурсника?

– А номера? Не можем же мы явиться без номеров… Может, лучше взять скутер? – Ник задумчиво почесал висок.

– И как мы на скутере вчетвером уместимся?! Кстати, кто четвертый?

– Девушка, про которую я тебе говорил, – нехотя произнес Ник.

– Так и она здесь?! Однако! Какая концентрированная планета!

– Главное, чтобы не превратилась в концентрационную…

– Так! Отбросить пессимизм! Как близко от города мы можем спрятать аэрокар?

Ник долго разглядывал карту под разными углами:

– Думаю, вот тут. Мост через реку. Судя по снимку со спутника его опоры, прилично поросли камышами. Сможем загнать аэрокар под мост. Вроде бы местность довольно пустынная, если специально искать не будут, наткнуться не должны. От моста придется идти часа три до аэропорта. Причем желательно притопать… – Ник порылся в бумажках и достал нужную, с расписанием внутренних рейсов, – к 16.20. В это время прилетает ежедневный рейс из Мидлтауна. Там садимся на автобус со всеми – и вперед, в столицу.

– Как все-таки хорошо, что мы набрели именно на Лиса, – прошептала едва слышно Селена, перегнувшись через стол. – Вот что бы мы делали без его советов и этой, хоть и мизерной, суммы местных денег?

Ник кивнул, и так же шепотом ответил:

– Но в нашей истории все равно полно дыр. Слишком много оставлено на… как это по-русски, слово такое интересное… «на овёс»?

– На «авось», – поправила Селена. – У тебя есть вариант лучше?

– Нет, но все время надо держаться начеку и не слишком… импровизировать. Мне придется тащить терминал с собой. Мощности комма не хватит на то, что, вероятно, придется провернуть. Поэтому, сама понимаешь, если дойдет до обыска, мы попались. Если так произойдет – срочно возвращайся на корабль и улетай. Я тебе на комм скинул контакты отца, службы безопасности, адвокатского бюро, оповести всех. Не вздумай тут одна геройствовать!

– Почему же мы сразу так не сделали?

– Потому что боюсь рисковать жизнью Джерри. Насильственный захват граждан другой планеты – преступление. И если Земля предъявит такое Интегре безосновательно, отгадай, как они решат замести следы? Если же попадусь и я, ты выступишь как свидетель. Тут все проще.

Селене показалось, что разницы особенной нет и Ник просто пытается отослать ее подальше, если ситуация выйдет из-под контроля. Но спорить она не стала. Если, не дай бог, обстоятельства сложатся не в их пользу, тогда она и подумает. В конце концов, им же как новичкам должно повезти, разве нет?

Глава 33

Лис планировал сажать корабль, как только начнется очередная буря. В это время магнитный фон в районе сильно сбоил и заметить несанкционированную посадку было практически невозможно. Селена с Ником приготовили рюкзаки и рухнули спать. Для опасного предприятия, которое они задумали, им определенно понадобятся все силы.

Буря не утихала четырнадцать часов. Селена, только что проснувшаяся и с удовольствием попивающая горячий крепкий чай, думала как раз об этом. Что если им понадобится срочный вылет, а они не смогут добраться до корабля? Надо предусмотреть какое-то временное убежище в непосредственной близости от сернокислотных озер, но не слишком очевидное, если за ними будет погоня. Хотя худшие варианты девушка пока отметала сразу: было слишком много скользких моментов, которые невозможно предусмотреть на берегу. Но выбора у них все равно нет. Рэд где-то там, всего лишь в нескольких сотнях километрах от расщелины, и каждый час промедления, возможно, уменьшает шансы на их с Селеной будущее. Заспанный Ник выполз в кубрик получасом позже:

– Лис сказал, что буря утихает. Через сорок минут можно будет вылетать. Пошли переодеваться, что ли. Или, может, все-таки подождешь меня здесь?

Селена молча окинула парня уничижительным взглядом и, поставив стакан в очиститель, удалилась в свою каюту. С одежды, которую они приготовили с Ником, были тщательно спороты все лейблы, бирки и прочие «знаки отличия». Лис предупредил, что «инопланетные тряпки» тут редкость и лучше ими не светить. Девушка в итоге выбрала верные сафари: брюки – неброско, по-рабочему, и как раз куча карманов, и футболку цвета охры. От жилетки пришлось отказаться – с огромным вышитым львом на спине она бы непременно привлекала к себе внимание. Ник остановил свой выбор на парусиновых штанах и простой синей футболке. И оба они были в кроссовках. При виде их лицо Лиса аж вытянулось от ужаса.

– Вы что ненормальные?! – взревел он. – Я ж ясно выразился – простая неприметная одежда. На Интегре не производят кроссовки! Вы хоть на одном снимке здесь видели людей в кроссовках?! Только если профессиональные спортсмены или шишки, имеющие доступ к инопланетным командировкам!

Селена с Ником оба стушевались.

– У меня балетки есть, – робко выговорила Селена, – они пойдут?

– А у тебя что?

– А у меня ничего, – резко ответил Ник. – Ты, раз такой умный, не мог на Онадэрре предупредить?!

Лис немного поумерил пыл. Все-таки орать на клиента – это дурной тон даже для контрабандистов.

– Какой у тебя размер?

– Десятка.

– Сорок третий! – вставила Селена, уже обратившаяся за помощью к комму.

Лис ушел к себе в каюту и притащил оттуда пару грубых ботинок на высокой шнуровке.

– Они сорок пятого, так что завязывай крепче!

Вариантов не было, пришлось согласиться. Лис дал контакт одной гостеприимной дамы на окраине столицы. Расплатиться с ней можно было и исами, но только наличными, благо они были у Ника. Песок как раз осел и ребята выгнали видавший виды лисовский аэрокар из транспортного отсека.

– Если что – я сразу улечу! – добавил оптимизма капитан.

– Не улетит, – подбадривающе констатировала Селена, когда дверцы аэрокара закрылись, отрезая их от привычного и безопасного мира. – До последнего будет ждать из-за денег.

Ник такую уверенность не разделял.

Погода на Интегре стояла прекрасная – градусов двадцать пять, полный штиль, редкая облачность. Все прямо-таки располагало к долгой пешей прогулке. Загнав аэрокар под намеченный мост и тщательно замаскировав его камышом, новоиспеченные брат с сестрой отправились в выбранном направлении. Компас стоял у Ника в комме, так что пришлось его пока держать в кармане брюк. И это оказалось очень кстати, иначе бы парень не почувствовал той незначительной вибрации, которая была им выставлена на входящие звонки. Джон Леграсс изъявил желание пообщаться с сыном. Ник показал Селене жестом, чтобы молчала, и нажал прием вызова.

– Ты где это шаришься? – без приветствия, впрочем, как и всегда, начал разговор Леграсс-старший.

– В походе я, – и Ник продемонстрировал камере окружающий степной, достаточно унылый пейзаж. – Вообще-то на каникулах.

Отец поморщился, не оценив подобного отдыха, но вслух сказал о другом:

– Надо поговорить наедине!

– Говори, мы одни. Я за дровами ушел.

«Вот же врет и не краснеет, – подумала Селена. – даже некоторая зависть берет».

– В общем, я развожусь с твоей матерью! Если не хочешь остаться без наследства и гроша в кармане, чтобы я тебя за километр от нее не видел! И братцу своему непутевому передай, если объявится, – только сейчас Ник обратил внимание, что отец куда более зол, чем обычно. Но такого поворота сюжета парень никак не ожидал.

– А что случилось-то?

– Найдешь время посетить родной дом – тогда и узнаешь! Предала меня эта тварь самым поганым образом! Как чувствовал, когда вводил ее в совет директоров, что боком это нам вылезет! Хорошо хоть, брачный контракт по-прежнему в силе. Гребаного иса она от меня не получит!

– Как предала? – совсем опешил парень.

– Деньги выводила за моей спиной из «Леграсс Индастри» на подставные фирмы! С конкурентами связи налаживала! Саботировала выполнение обязательств компании! Дальше перечислять?! – Джон Леграсс буквально трясся от ярости не в силах совладать с собой. – По миру вместе с ней пойдешь, если я узнаю, что вы общаетесь! Хорошо меня понял?!

– Понял, понял! – сразу после ответа отец нажал отбой вызова, а Ник еще несколько минут растерянно смотрел на экран комма. Чья-то рука тронула его за плечо, выдернув из прострации:

– Мне очень жаль, – проговорила Селена растерянным голосом. – Я не должна была быть свидетелем этого разговора…

– Ничего страшного. Добро пожаловать в нашу ненормальную семейку, – проворчал Ник, убирая комм обратно в карман.

– И что ты теперь будешь делать?

– То же, что и планировали. Мамаша с отцом пусть сами в своей песочнице разбираются. Потопали быстрее, а то к прилету рейса не успеем, – и Ник стремительно зашагал вперед, давая понять, что дальше обсуждать звонок отца не намерен.

* * *

Ближайшая к Онадэрре скрутка, всего в тринадцати часах лета на средней скорости, выходила к Тигарден-Би. Район это был густонаселенный и затеряться там особого труда не составляло. Указав пилоту маршрут, Алекс заперся в своей каюте и, обколов рану заморозкой, счистил с нее верхний припекшийся слой. Кость задета не была, но сквозное отверстие выглядело неутешительно. Шустер все тщательно продезинфицировал и наклеил с одной стороны хирургический пластырь-шов. Его начальной медицинской подготовки было достаточно, чтобы он понимал, что именно нужно делать с подобной раной. К моменту прилета на Тигарден-Би Алекс уже четырежды уколол себе регенералку и еще пару раз мощнейшее обезболивающее. Все это в такой концентрации, если верить медицинским докладам, должно было крайне негативно сказаться на печени, но Шустер и не планировал жить вечно, а ситуацию с раной надо было решать тайно и срочно.

В момент, когда катер выпустил опоры, Алекс уже самостоятельно, слегка прихрамывая, смог выйти из каюты и расплатиться с пилотом. Катер, по поддельным документам, уже был выставлен на продажу и буквально через час прибыли первые покупатели. Шустер назвал достаточно низкую цену, пояснив, что избавляется от хлама, так как утилизация выйдет ему дороже. Подобную «списанку», как правило, покупают фермеры средней руки или студенты, коих потянуло на приключения. Ни те ни другие обычно не интересуются ничем, кроме цены, поэтому Алекс воспринял как должное, то что сделка прошла так легко и быстро. Заказав аэротакси, пока еще глава охраны «МГТ» продолжил «путать следы». Информация, что Селену спецотряд Интегры на Онадэрре упустил, подвела окончательную черту в шустеровских колебаниях. Рисковать возвращением к Манслоу не стоило, пора было начать новую жизнь. Хотя Алекс всегда знал, что рано или поздно этот момент настанет, и на этот случай у него был подготовлен план Б.

В гостиницу Шустер заселился по тем же документам, по которым продал корабль. Вещи, однако, в ней оставлять не стал, а сдал их в автоматическую камеру хранения расположенного неподалеку огромного торгового центра. Если бы Манслоу отправил ищеек на поиски катера, здесь бы они и потеряли след. Максимум, даже если получат записи со всех камер, они бы уперлись в ячейку 7964, где, скорее всего, и выставили бы засаду. Ну-ну, караульте! В огромном рюкзаке не было ничего для Алекса ценного. Документы, деньги, комм, лекарства, необходимые в его положении, были предварительно разложены по карманам комбинезона.

Далее Алекс прошвырнулся по целому ряду стоковых магазинчиков, скупая то тут, то там какие-то тряпки. Посидел в кафе, выпил пару кружек пива и закономерно отправился в туалет, из которого, сколько бы ни наблюдали потенциальные детективы, Шустер так и не вышел. Логично было бы проверить по камерам все его покупки и поискать среди выходивших мужчин кого-то не в камуфляжном комбинезоне, а скажем в неприметной офисной серой двойке, или в синем спортивном костюме, или даже в гавайских шортах, сувенирной бейсболке с символикой «Тигарден-Би» и солнцезащитных очках. Но и тогда преследователей ожидала бы неудача! Алекс еще на яхте надел под комбинезон потертые джинсы, футболку с раскрытой волчьей пастью и кожаный покрытый клепками жилет. Дополняли же образ черная с черепами бандана, темные очки, бутафорская рыжая борода и бакенбарды. Все это было куплено давным-давно и мирно дожидалось своего часа. У Шустера, как это ни странно при его профессии, не было ни одной татуировки. Глава охраны «МГТ» вообще не понимал, для чего люди добровольно наносят на свое тело особые приметы. Вышедший же байкер имел два плотно набитых «рукава», которые на самом деле были обычными переводными картинками, что можно было, впрочем, понять только с близкого расстояния и не по камерам. Все новые покупки вместе с комбинезоном перекочевали в утилизатор прямо в туалете. Идентифицировать Алекса представлялось возможным разве только по обуви, но каждый третий мужчина был в берцах. Такая нынче мода…

«Байкер» взял в аренду аэроскутер, расплатившись наличными купюрами в стоящем рядом банкомате, и поехал заселяться в невзрачный мотель в пригороде. Здесь зачастую посетители снимали комнаты по часам, и для заселения достаточно было представиться. Как говорится, в клубе джентльменов принято верить на слово.

В номере Шустер избавился от маскарада и заказал себе по сети доставку пиццы, комплекта одежды и простой дорожной сумки. Так что покинувший мотель утром молодой человек в простых джинсах, футболке и кроссовках абсолютно не ассоциировался с брутальным рыжебородым байкером или прихрамывающим военным в камуфляжном комбинезоне. Чтобы на время избавиться от хромоты, Шустеру пришлось вкатить себе третью ампулу обезболивающего. Печень у него, конечно, была одна, но ее, если что, можно купить и искусственно выращенную. А вот запасную жизнь ни при каком раскладе не купишь…

…В частной клинике, находящейся в спальном районе Тигарден-Би, выполняли огромный спектр медицинских процедур. При этом врач в ней работал всего один – собственник клиники. Со всеми приемами, диагностикой и даже операциями успешно справлялись администратор, две медсестры и двенадцать медицинских капсул. Врач же осуществлял контролирующую функцию, принимал решения по лечению, если капсула предлагала несколько вариантов, ну и вел прием особенных пациентов, которые были готовы заплатить втридорога, чтобы хотя бы на первом этапе общаться с живым человеком.

Парень, сидевший в холле в темных очках и медицинской маске на лице, был записан «к главному» на 11.00 на анонимный психотерапевтический сеанс. Молоденькая девушка-администратор, учащаяся на медсестру, поглядывала на него с любопытством, уже поставив в своей голове диагноз «мизофобия». А иначе для чего ходить по городу в маске?! Странно, что при этом он без перчаток, хотя видно, что старается ни к чему ни прикасаться, все время держа руки на своей сумке. Когда главврач пригласил его в кабинет, пациент достал из кармана платочек и с его помощью нажал на дверную ручку. Администратор была счастлива: ей так быстро и так легко удалось определить столь редкое психическое заболевание!

Закрыв за собой двери кабинета, «страдающий» мизофобией пациент достал из сумки небольшое устройство и, не сказав ни слова, стал ходить с ним по комнате. Доктор сперва утратил дар речи от такого странного поведения, потом, видимо, соотнес некоторые факты:

– Не волнуйтесь, здесь нет ни прослушки, ни камер! – заботливым голосом произнес он.

Пациент лишь пожал плечами и продолжил сканировать помещение. Через пару минут он все же проговорил:

– Действительно, чисто! – и вольготно уселся в клиентское кресло.

– Что-то мне подсказывает, что вам требуется отнюдь не психотерапевтическая помощь, – начал разговор хозяин клиники.

– Вы правы. Мне вас порекомендовали на Кеплере-442b. Сказали, что вы не откажете своей родне по старой памяти.

Лицо доктора побледнело:

– Какие у меня гарантии, что на этом родственники оставят меня в покое?

– Это уж вы спросите у них. Я же со своей стороны компенсирую неудобства, – при этих словах Шустер расстегнул сумку и, достав из нее три пухлые пачки тысячеисовых купюр, разложил их на столе прямо перед врачом, – и еще столько же после моей успешной реабилитации на любой вами указанный счет.

– Могу взглянуть на желаемый результат?

Шустер протянул комм со снимком.

– Хороший вариант, – одобрил медик через пару секунд, – фенотип похожий. Один вопрос – насчет ушей вы уверены?

– Абсолютно. Сколько это займет времени?

– Сама процедура – часов шесть, может, восемь. Но потом останутся некоторые синяки, отеки, покраснения. На полное выздоровление уйдет неделя.

– А если с регенералкой?

Доктор поморщился:

– С регенералкой дня два. Но ее использование до сих пор малоизучено. Последствия могут оказаться чудовищными, вплоть до генных мутаций. Это препарат для крайних ситуаций.

– Я в курсе. Когда сможем приступить?

Врач встал и запер кабинет. Потом прошел к еще одной двери и распахнул ее – смежная комната выполняла функцию операционной для особых случаев. В центре нее располагалась медицинская капсула самого последнего поколения. Если и существовали операции, которые она не смогла бы провести, доктор о них не знал. Шустер переслал галоснимок из памяти комма в блок управления аппаратом.

– Раздевайтесь, но маску не снимайте, – скомандовал доктор. – Что-то мне подсказывает, что чем меньше я буду знать, тем дольше проживу. Вот вам пульт – нажатие на нижнюю круглую кнопку блокирует входную дверь. Когда я выйду, закроете ее, ляжете в капсулу, снимете маску. Аппарат сам проведет диагностику, укажет время операции и возможные риски. Ваше дело только выбирать подходящие ответы на пульте. Если захотите посоветоваться – набирайте меня по комму, вот номер. Верхняя красная кнопка запускает капсулу. Первым уколом вам будет введен наркоз, так что можете не волноваться. Когда проснетесь, вот здесь на компьютере капсулы высветятся проведенные ею манипуляции. Просто нажмите очистку памяти. Удачи.

Доктор вышел, и Алекс сразу заблокировал дверь. Разделся, снял маску, но несколько минут еще стоял перед капсулой, переминаясь с ноги на ногу. Было как-то жаль расставаться со своим лицом, но это был единственный план, позволяющий гарантированно оторваться от преследователей. А искать его будут наверняка: или новый глава охраны «МГТ» или спецназ Интегры, какая теперь разница. Шустер, наконец, решился, забрался внутрь «ванны» и включил диагностику. Пластическую операцию подтвердил, не вчитываясь в риски. В целом он был здоров, не считая отлично заживающей раны на ноге. Капсула предложила услуги и по ее залечиванию, обещая «допечатывание недостающего мышечного материала и лазерное запаивание шва, после которого на поврежденной конечности не останется никаких следов травмы, не считая временного отсутствия волосяного покрова». Шустер нажал отмену. Ему этот шрам еще пригодится, как напоминание о тех, кто его сюда загнал. Пусть Леграсс не рассчитывает уйти от возмездия. Месть – это блюдо, которое подают холодным. Ничего, он, Алекс Шустер, умеет ждать. И его палец нажал красную кнопку.

Глава 34

Ник с Селеной успели к аэропорту как раз вовремя. Ничто не помешало им смешаться с толпой прилетевших из Мидлтауна и благополучно добраться по указанному адресу. На этом везение закончилось. Хозяйка, полная дама непонятного возраста с дикими кудряшками на голове и вычурным именем Марджери, едва закрыв за ними входную дверь строго спросила:

– Чем платить будете?

– Исами, наличка, – ответил Ник.

– Не пойдет. Другие варианты?

– Как не пойдет? – вмешалась Селена. – Нам, когда рекомендовали ваше жилье, сказали, что берете.

– Брала, – парировала хозяйка, гоняя жвачку по рту и с любопытством разглядывая девушку. – Но у нас тут, знаете ли, обстоятельства резко изменились. Тайные обменники перетрясли, барыг переловили. Сложно стало зарабатывать на жизнь, да и проблемы мне ни к чему.

– Электронные деньги вы ж тем более не примете? – растерянно уточнила Селена.

– Нет. А вот в сережках твоих фианиты небось?

– Бриллианты, настоящие, – ответила девушка, снимая серьги, сразу поняв намек. Ник схватил было ее за руку, пытаясь остановить. – Они для меня ничего не значат, просто украшения, – ответила она ему, передавая серьги в руки Марджери.

– Что ж, с этим мы решили. Слышала, вы брат и сестра? Если займете одну комнату на двоих, то трехразовая еда тоже за мой счет. Договорились?

Ник с Селеной радостно закивали. Для их цели и финансового положения так было даже удобнее.

– Раз обменники закрыты, нам придется тут как-то вместиться в лисовские сто интегров. Пойду я пока прогуляюсь. Посмотрю, что тут к чему… – сообщила Селена, едва оставив вещи в комнате и даже не переодеваясь с дороги. Ник хотел было воспротивиться, но вовремя себя остановил. Зачем сотрясать воздух, когда тебя все равно не услышат? Закрыв дверь на замок, парень сразу вытащил переносной терминал и погрузился в сеть. Межпланетку они предусмотрительно сохранили, чтобы не рисковать подозрительными запросами в местной сети.

– А нет ли у вас аэроскутера, или не знаю, велосипеда? Не терпится посмотреть город, – спросила Селена, заглядывая на кухню. Хозяйка в этот момент пекла блины, наливая и переворачивая их одной рукой, так как в другой держала сигарету. От заданного вопроса Марджери прямо расцвела:

– Аэроскутер есть, на заднем дворе в сарае. Пользуйся сколько надо. Но тогда вся мойка посуды, пока вы здесь, на тебе! По рукам?

Селена кивнула и отправилась на задний двор. Посуду-то она, конечно, помоет, не развалится. Но вот же ушлая бабенка, из всего норовит извлечь хоть какую-то выгоду!

От ужина Ник отказался, прикинувшись, что устал с дороги и спит. Все его знания, опыт, интуиция сейчас были готовы разбиться о неприступную цитадель Дома Правительства. Если б был шифр, кодировка, программная защита, все это возможно было бы взломать или обойти. Но здесь не удавалось найти, с какой стороны подступиться. Дом Правительства имел абсолютно автономную внутреннюю сеть и даже собственное автономное электроснабжение. Нику удалось подключиться к одному из местных спутников и получить фотографии с орбиты в режиме реального времени. Это, в общем-то, мало что дало. Дом Правительства вместе с парком занимал порядка пятидесяти гектар. По всему периметру резиденции располагалась двухсотметровая пустынная полоса, наверняка не только хорошо просматриваемая, но и простреливаемая. Два входа в парк – парадный и технический. И третий, о котором Ник знал из проекционных документов, – туннель, начинающийся практически от космопорта и выходящий на подземную парковку. Судя по снимкам, на въезде стоял КПП и охрана только после проверки документов открывала металлические ворота. Не зная, с чего начать, Ник немного подправил угол обзора со спутника, чтобы вести запись происходящего на КПП в течение ближайших суток. Эта операция сильно загружала трафик, практически не давая делать что-либо еще. В этот момент в комнату постучали:

– Джон, это я! Впусти меня, соня! – раздался Селенин воркующий голос.

Ник отпер дверь, краем глаза выхватив висящие над одной из кроватей часы.

– Ты где бродила до такого времени? – недовольно проворчал он, впуская девушку с подносом, на котором стояли две дымящиеся чашки с чаем и тарелка, полная давно остывших блинов.

– Да так, полетала, город посмотрела, – непринужденно ответила Селена, ставя поднос на стол. Затем напечатала на терминале:

«Облетела вокруг Дома Правительства. Незаметно там однозначно не подберешься. Потом посидела на пикничке в парке с видом на служебный вход».

Ник весь побледнел от такой информации, но вслух только произнес, почему-то шепотом:

– Тут нет прослушки, я проверял.

Селена приложила ладонь к уху, а потом указала на дверь, давая понять, что кроме техногенных способов, есть еще и доисторические.

Ник кивнул, отодвинул девушку от терминала и набил:

«Ты полоумная? Там наверняка везде камеры, тебя и твой нездоровый интерес вполне могли засечь».

Селена надулась, отобрала клавиатуру:

«Не могли! Я не подходила ближе пятисот метров, мало ли кто там в парке уселся трескать бутерброды на травке».

Далее Селена расширила пальцами веко, демонстративно вынула линзу, покрутила ее перед лицом Ника и вставила назад:

«Двадцатикратное приближение. Во временное пользование от Лиса. Короче, в восемь вечера к воротам приехал автобус, я так поняла, что привез смену персонала и забрал отработавших. Я потом полетела к ближайшему перекрестку, и подкараулив там этот автобус, проследила его конечную станцию. Думаю, он ездит регулярно, либо каждые двенадцать часов, либо каждые восемь».

«Смена, начинающаяся в четыре утра? Что-то сомнительно, я скорее поверю в двенадцатичасовую. Сколько ехал автобус?»

«Около сорока минут»

«Хорошо, покажи мне на карте это место, я сгоняю в семь утра, проверю».

Селена кивнула, быстро набила на экране описание, сладко зевнула и голосом спросила:

– А ты тут как?

Ник печально махнул рукой и кратко напечатал свои неутешительные изыскания. Общаться посредством клавиатуры было несколько напряжно. Но общаться голосом не только здесь, но и на улице было просто смертельно опасно. Приходилось приспосабливаться.

«Идеи есть?» – уточнил Ник.

«Давай на сегодня уже спать. Надеюсь, завтра будет больше информации».

За «завтра» Нику с Селеной удалось узнать кое-что новенькое: во-первых, автобус с сотрудниками действительно ходил в Дом Правительства два раза в день с площади Согласия. Во-вторых, благодаря записям со спутника Ник понял, что часть аэрокаров пролетают без остановки, видимо, совершая на подлете радиообмен по принципу «свой-чужой». Скорее всего, еще и аппаратура считывает и фиксирует номера на влет и вылет. Все эти машины имели правительственную окраску – серебряные с синей полосой посередине. Парню удалось подключиться к архиву местной дорожной инспекции и выяснить, какие именно номера за кем в правительстве закреплены. Проникновение в базу Ник проводил также через спутник и тщательно прикрыл свое вмешательство. Он надеялся, что если и заметят несанкционированный доступ, то выйти на его инициаторов удастся очень нескоро. На четвертый день Ник напечатал уже мечущейся по комнате Селене:

«Кажется, есть идея, но она очень-очень сырая. Смотри, аэрокар IN906X покидает тоннель третий день подряд около девяти вечера. Если мы воспользуемся им или машиной, которую сможем выдать за него, то велик шанс, что проникнем на подземную парковку. Аэрокар просто «вернется» на некоторое время».

«А как же радиообмен?»

«Если я смогу подключиться в их сеть – скопирую. Но в тоннеле наверняка полно камер, а уж на парковке и подавно. Мне обязательно нужно получить к ним доступ, иначе шансов нет. Нам нужен человек в Доме Правительства. В прошлой жизни я бы предложил подкуп, но как это сделать со ста интеграми в кармане?»

«С восемьюдесятью семью уже, – впечатала Селена, бесцеремонно вторгаясь в клавиатуру. – А если заменить кого-то в автобусе из служащих и прикинуться ими? Скажем, я за горничную сойду и с ее обязанностями, уверена, справлюсь»

«Народу, конечно, много, но они, скорее всего, знают друг друга в лицо. Вряд ли в таком учреждении большая текучка кадров. Сразу возникает ненужный интерес. Потом, бейдж с незнакомым именем озадачит руководителя клининговой службы. И даже если мне удастся между этими моментами вклиниться и внести твое имя в список новопринятых горничных, не факт, что он не побежит сверяться лично в отдел кадров. Очень рискованно. Надо придумывать что-то другое».

Селена экспрессивно подняла согнутые в локтях руки ладонями вверх, безмолвно вопрошая: «Что?» Потом ее лицо озарила какая-то новая идея.

«А та девушка, твоя знакомая, она же внутри?»

«Не хочу ее впутывать. И в любом случае комм Рейвен выключен еще с Онадэрры».

Селена зависла на пару секунд, потом с удвоенной скоростью принялась печатать:

«Рейвен? Рейвен Манслоу?» – и Селена кинулась открывать на терминале один за другим сайты местных изданий. Вот заметка с фотографией из оперы – в шикарной ложе сидит Рейвен в облегающем серебряном платье, ее прекрасные медные волосы забраны в высокую прическу, оголяя поистине королевскую шею. Она чему-то смущенно улыбается. Рядом, едва ли не касаясь ее руки, канцлер Ходжес при полных регалиях и с явно самодовольным видом. Ника передернуло судорогой. Следующий кадр – Рейвен в музее археологии Интегры. Ходжеса рядом нет, но на заднем плане маячат бодигарды. Следующий – Рейвен в компании каких-то молодых людей на экскурсии в оранжерее парка Рассвета.

«Это я к тому, что она выходит, а значит, мы можем попытаться с ней встретиться!» – победно напечатала Селена и обернулась, наконец, посмотреть на Ника.

Парень сидел словно мраморный – весь белый и в серых прожилках. Губы плотно сжаты, руки намертво вцепились в подлокотники кресла.

– Ник! – обеспокоенно тихим голосом позвала Селена. – Прости меня, ради Бога, я думала ты в курсе… Ты же сам говорил, что ее хотят выдать замуж… Но не знал за кого, да?!

– Знал, – проскрипел Ник не разжимая зубов. – Но видеть своими глазами…

– Да, ты прав, мы обязательно придумаем что-нибудь другое, – примирительно-ласково, как с тяжелобольным проговорила Селена, погладив парня по закостеневшей от напряжения кисти.

– Вот смотри, – она сняла с шеи цепочку и, отцепив от нее крестик, протянула Нику. – И как я раньше не подумала! Она достаточно дорогая, может этого хватит для той твоей идеи?

Чтоб подкупить кого-либо в Доме правительства, наверное, нужно с килограмм таких цепочек, подумалось Селене. И того еще найти надо – куда большая вероятность, что тебя сразу сдадут и отправят под суд. Или просто «кинут». Но девушке надо было как-то сейчас отвлечь Ника, выдернуть из ступора. И ничего лучшего в голову быстро не пришло.

Ник на автопилоте положил цепочку в нагрудный карман и застегнул замочек. Только сейчас девушка обратила внимание, что рубашка на нем какая-то странная – в крупную фиолетовую клетку, с двумя накладными карманами на молниях. И сидела она через чур плотно. Очень сомнительно, чтоб модник Ник остановил на таком свой выбор.

– А… обновка откуда? – растерянно указала Селена на одежду.

– Выменял у хозяйки на кроссовки. Ее и вон, – он кивнул в сторону коврика сбоку от двери, – туфли? Не знаю, как это правильно называется. Зато размер мой, а то уже все ноги берцами растер…

«Туфли» представляли собой нечто среднее между мокасинами ручной работы и домашними тапочками.