Текст книги ""Фантастика 2026-82. Компиляция. Книги 1-31 (СИ)"

Автор книги: Сергей Звонарев

Соавторы: Александр Нетылев,Марианна Красовская,Ирина Солак,Вячеслав Ипатов,Янина Наперсток,Нани Кроноцкая
сообщить о нарушении

Текущая страница: 256 (всего у книги 339 страниц)

– А дальше что?

– Лорд казначей кинулся к покоям лорда Анграла, я за ним. Он… он вызвал лорда Ангарала на дуэль.

– Что?! – воскликнула Люсинда, ожидая чего угодно, но только не такого развития событий.

Дуэли на Валиноре давно и строжайше запрещены. Наказание за участие в них было крайне жестким, вплоть до высылки в Чуждые земли. Для воина королевской армии это гарантированное лишение звания, статуса, привилегий…

– И княжич Хрустальных Озер согласился?!

– Конечно, – удивилась в свою очередь Кетлис, – это же вопрос чести.

Ну конечно! Там, где у мужчин вопрос чести, вопрос наличия мозгов обычно отходит на второй план. Люсинда схватила с кресла шаль и, накинув ее на плечи, устремилась к выходу, но замерла на пороге.

– Куда они пошли?

– В новую фуражную.

– Не говори никому, я разберусь сама, – и увидев, что служанка собирается бежать следом, добавила: – Жди меня здесь.

Мало ли как будут развиваться события. Возможно, Люсинде придется сказать что-то, что никто не должен услышать.

Глава 35

Княжна, стараясь идти не слишком быстро, чтобы не привлекать ненужного внимания, добралась до новой конюшни. Совсем недавно достроенный склад для кормов пока пустовал, как, к счастью, и территория двора вокруг него. К счастью – потому что изнутри доносились шум и звуки глухих ударов. Люсинда еще раз осмотрелась, убедилась: поблизости никого нет, и приоткрыла дверь.

Внутри стоял такой же полумрак, как на улице, и парни, занятые поединком, не заметили, что уже не одни. Княжна в общих чертах представляла себе бой с помощью Силы – видела тренировки. Обычно эльф одной рукой удерживал оборонительный щит, второй пытался нанести вред противнику. Ангарал же с Реитасом просто швыряли друг в друга волнами Силы. Да, они пытались увернуться, перенаправить или погасить потоки, но не защищались. Не удивительно, что оба были прилично пропылены и ободраны от ударов о стены и того, как их, каждый раз сбивая с ног, протаскивало по полу. Вероятно, о неиспользовании щитов у них имелась какая-то взаимная договоренность, иначе не исключено, что бой затянется на часы, до полного изнеможения сторон. Княжна также знала, что, используя Силу, вполне можно приложить оппонента насмерть. А сейчас вроде бы дуэлянты «мутузили» друг друга, что, конечно, неприятно, но не смертельно. Наверное, давно стоило им предоставить возможность выпустить пар. Рядом никого нет, а если появится, не идиоты же они в дуэли признаваться? Скажут про дружеский спарринг… Зато есть надежда, что оба успокоятся и получится хоть как-то наладить общую работу. Она ведь из кожи вон лезет, чтобы никого из них не выделять!

И вот когда на душе Люсинды от этих мыслей слегка просветлело, раздался громкий окрик Ала:

– Так можно до завтра играться! Не пора ли перейти по-взрослому на мечи?

Что?! Ну уж нет! Вклиниться в поединок с использованием Силы – это полбеды, а прыгать между холодным оружием – форменное самоубийство. Люсинда решила не дожидаться и вбежала в фуражную, встав так, чтобы как раз оказаться между сближающимися эльфами.

– С ума сошли? – грозно проговорила она, взглянув сначала в сторону княжича, а потом повернув голову к Реитасу. – Очень хотите оказаться в Чуждых землях?

Почему-то ей думалось, что парни смутятся и почувствуют себя виноватыми, но нет. Оба смотрели с вызовом, не сомневаясь в правильности своего поступка.

– Лучше в Чуждых землях, – разорвал затянувшуюся паузу Рей, – чем я дальше буду наблюдать его попытки отправить вас в мир иной.

– Да о чем вы говорите! – возмутилась Люсинда, сверля друга детства глазами. В конце концов, это он, ни в чем не разобравшись, стал инициатором побоища! – Считаете, что лорд Ангарал вошел в сговор со змеей? Забавно!

И Люсинда саркастично усмехнулась.

– А знаете, как в народе назывались габры еще каких-то сто лет назад, когда на Валиноре их было значительно больше? Ассасинская гончая. Находка для заказного убийства. У змеи невероятный нюх и такая же злопамятность. Достаточно ее ударить каким-либо предметом жертвы, как она запоминает запах и, появись объект рядом, сразу нападает. Отличный способ организовать «подвиг» и чудесное спасение!

У княжны пропал дар речи. Получается, что габру «натаскали» именно на нее? А Ал сознательно хотел испугать, чтобы Люсинда растерялась и сразу же дала согласие на брак? Девушка повернулась к Алу и, изо всех сил стараясь подавить дрожь в голосе, спросила:

– Это правда?

На красивых скулах княжича ходили желваки. Полный ненависти взгляд, ранее устремленный на Рея, переместился на девушку, сразу изменился и потеплел.

– Правда в том, что я люблю вас! И просто не мог дальше бездействовать! Я не бесполая кукла и видел, в чью сторону клонится чаша вашего расположения. В любви, как на войне, все средства хороши, – в глазах Ангарала промелькнули боль и чувство вины. – Клянусь всеми богами, я не знал о вашей фобии! И вы находились в абсолютной безопасности! У этой габры удалена ядовитая железа.

Реитас хмыкнул, как бы давая понять, что не верит ни одному слову. Люсинда же стояла словно громом пораженная. Значит, она таки наивная дура, а Реитас все это время был прав?! Из-за своего неверия она, по сути, спровоцировала эту дуэль и подвергла опасности жизнь самого близкого друга?!

– В шахте обвал тоже ваших рук дело?

– Нет! – сразу ответил княжич. – Я всегда был с вами честен! Но я интересовался у гномов, и они мне подтвердили, что рухнувшая опора, скорее всего, подпилена. Может, ваш друг детства знает об инциденте больше? Задайте ему вопрос напрямую, раз уж у нас троих момент истины.

Люсинда, снова начиная чувствовать легкое головокружение и подкатывающую тошноту, обернулась к казначею.

– Рей? Помните, что боги – свидетели нашего разговора.

Парень шумно вдохнул через нос, послал в сторону Ангарала убийственный, словно волна Силы, взгляд, потом перевел его на девушку. Люсинде показалось, что в синеве его радужки на секунду отразилось смятение и обреченность. Однако Реитас ответил:

– Вы ушли вперед и ничем не рисковали. Я просчитал все до мелочей. Да, это был отвратительный поступок, но я отчаялся найти другой способ открыть вам глаза. Этот проходимец, прикрываясь чувствами, спит и видит, как бы прикарманить Лунный Камень.

– Я проходимец? Ничего не путаешь? – Ангарал натужно рассмеялся. – А может, ты нищий, низкородный выскочка-перебежчик, которого чудом, благодаря заступничеству ее светлости, оставили в живых и амнистировали?

Парни оба подались вперед, кажется, желая вцепиться друг другу в глотки чуть ли не зубами. Однако Люсинда успела выставить руки в обе стороны, удерживая кавалеров на расстоянии. Внутри расползался такой первозданный, ранее абсолютно незнакомый ужас, что хотелось лишь убежать и спрятаться. Только она больше не ребенок, а великая княжна. Она не имеет права потворствовать своей слабости, тем более когда есть шанс все окончательно прояснить. И девушка решила допить эту чашу с ядом до дна.

– Кто из вас организовал камень, прилетевший в карету? И каким образом подстроил коровью желтуху?

– Не я, клянусь! – почти в голос произнесли эльфы.

Ну хоть что-то оказалось действительно несчастливым стечением обстоятельств! Или же… есть кто-то еще? От страха, отчаяния и совершенной дезориентированности, что делать дальше, хотелось взвыть. А ведь ей теперь и посоветоваться не с кем. «Предали! Оба предали!» – пульсировало в мозге.

Княжна набрала в грудь воздуха и продолжила:

– Чтобы вы ни говорили и ни думали, вы оба рисковали моей жизнью в эгоистичных целях. Пытались манипулировать. С любимыми так не поступают! И с друзьями тоже. Отныне я не смогу доверять ни одному из вас! Посему приказываю оставить должности и покинуть дворец до утра. Я никому не скажу о дуэли, а лорда Фингона сейчас же оповещу без объяснений, что требую замену начальника охраны. На этом все. И чтобы мои глаза вас больше никогда не видели.

И Люсинда, опустив руки, резко развернулась и пошла к выходу. Ей надо было убраться отсюда как можно быстрее, чтобы не разрыдаться, не уронить лицо и не выглядеть жалкой. Великая княжна себе не могла такого позволить.

***

Вот сейчас, в перелете между космопортом и планетарной олимпийской деревней, Фиравел как никогда ярко представлял значение фразы «явиться с корабля на бал». Да, и он, и Мисти, и Томас усиленно тренировались, но в эстафете по триатлону требуется еще и сыгранность, которую из-за отсутствия князя на Сохо отточить не удалось. Узнав, что лайнер прибывает на день позже запланированного, буквально к стартам, тренер рвал на себе волосы и, не стесняясь, костерил директора, позволившего участнику олимпиады отправиться на стажировку в такой важный период.

Хорошо еще, что бег, за который отвечал Фиравел, являлся финальным этапом. Князю лишь оставалось дождаться на финише велосипедного трека Томаса, хлопнуть ладонью о его ладонь и припустить со всех ног. Вот этот, казалось бы, такой легкий момент с хлопком, время от времени давал накладки, стоившие команде победы, ведь передача эстафеты засчитывалась, только если соприкосновение рук фиксировалось на спортивных браслетах обоих участников. А спортсмены, иногда от усталости, иногда на эмоциях, бывало, едва задевали друг друга пальцами или ребром кисти и, лишь отбежав с точки передачи, неожиданно понимали, что условия не выполнены. Приходилось терять драгоценные секунды, возвращаться, хлопать руками снова.

С борта лайнера Фиравел связался с Ником, обрисовал ему в двух словах ситуацию и попросил приехать по возможности, забрать на пару дней к себе Джимми. В олимпийском лагере (князь это уточнил, созвонившись с организаторами) заселение с животными не допускалось. К счастью, Леграсс его в который раз выручил. Впрочем, князь провел своему внезапному питомцу четкий инструктаж, так что был почти уверен, что тот станет вести себя в гостях прилично.

Когда аэрокар наконец коснулся земли спортивного городка, до стартов уже оставалось несколько часов. Фиравел мечтал увидеться с Мисти хотя бы на пару минут: прижать к себе, поцеловать, но вместо этого его тут же взяли в оборот – регистрация, взвешивание и обмеры, сдача проб на допинг, какие-то анализы… И это межшкольная олимпиада?! Князю даже не дали забрать из чемодана свои вещи, отправив багаж сразу в приписанную к нему комнату. Хорошо хоть накормили, а то на лайнере из-за тренировки Фиравел на завтрак не попал. А когда, пройдя все мытарства, освободился и устремился к женскому общежитию, путь ему снова преградил тренер.

– Ты это куда? Быстро идем получать форму, и я тебя отвезу к месту старта!

– Мне нужно переговорить с Мисти! Буквально пару слов! Я ей хотел написать, но коммы при влете в лагерь отобрали.

– И правильно сделали! Сейчас ваша задача – сконцентрироваться на победе. Или ты забыл, как много поставлено на карту?!

Фиравел отлично помнил, зачем Мисти нужна победа: это ее пропускной билет в любой университет планеты. А тренер-то откуда это узнал? Видимо, брови князя поползли удивленно вверх, потому что преподаватель выпалил без какого-либо вопроса:

– Престиж школы! Так что быстро в раздевалку!

– Я побегу значительно лучше, если ее увижу, – попробовал исхитриться Фиравел.

Тренер на миг задумался, а потом обрадованно гаркнул:

– Отлично! Я привезу мисс Морган к тебе на финиш. Быстрее добежишь – быстрее увидитесь.

Фиру ничего не оставалось, как скрипнуть зубами и подчиниться. Победа князю нужна ничуть не меньше, чем тренеру, пускай и совершенно из других соображений. Преподаватель вскоре уехал, так как ему надо было присутствовать на старте у Мисти, а эльфа вместе с другими участниками эстафеты погрузили в обычный наземный автобус и повезли к началу беговой дистанции: небо на любой высоте над олимпийскими объектами закрыли для перелетов.

Беговая трасса представляла собой не стадион, а ограниченный отрезок марафонской дистанции. Фиравелу она была знакома, так как ради собственного любопытства и за компанию с Егором он ее пробежал пару месяцев назад. Поставил в голове галочку, что «да, он может», и больше к этой теме не возвращался. В конце концов, он не антилопа гну, и бои на мечах как способ поддержания физической формы князю нравились значительно больше.

Уже на старте стало видно, что вдоль всего маршрута, как, наверное, и на предыдущих двух участках состязания, собралось множество болельщиков: родители, друзья, одноклассники, ученики младшего возраста, которых специально привозили на мероприятие, чтобы пробудить в них спортивный азарт и интерес. Они толпились за оградительными барьерами, и многие участники старались разглядеть среди них своих близких. Фиравел же был на исходной позиции лишь телом. Все его сознание сейчас плавало около любимой девушки, прося у богов для нее сил и удачи и мечтая скорее увидеться вживую.

Они с Мисти общались последний раз по комму всего несколько часов назад, но князю казалось, что прошла целая вечность. Чем ближе была их встреча, тем томительнее до нее тянулись минуты. А еще очень нервировала неосведомленность о том, что происходит сейчас в начале дистанции. Он тревожно оглядывался по сторонам в надежде, что хоть у кого-то есть комм, подсоединенный к прямой трансляции, но, похоже, организаторы олимпиады тщательно побеспокоились о том, чтобы изолировать участников от «ненужной» информации.

До финиша первых велосипедистов оставалось совсем мало времени, и участников третьего этапа вызвали к стартовой черте. Передача эстафеты происходила над ней: если хоть один из спортсменов пересекал ее или даже нечаянно заступал, с команды сразу снимались баллы, а на столь серьезных соревнованиях каждый из них был решающим.

Парни рядом заметно волновались, Фиравел же сам поражался, с чего это вдруг он так спокоен. Нет, князь очень переживал, как там его любимая девушка, но о дистанции почему-то совершенно нет. Как будто в мозгах включилась специальная блокировка, отсекающая действия и мысли от ощущений. Как перед боем.

Наконец лидирующие велосипедисты стали видны, и Фиравел замер у линии, приподняв ладонь. Он еще не разобрал, есть ли среди финиширующих Томас, хотя очень на это надеялся. Школы на олимпиаду выставляли действительно сильных конкурентов, так что в противном случае нагнать упущенное одноклассником время у Фиравела вряд ли бы вышло. В этом-то и суть триатлон-эстафеты: в своем виде выложиться должен был каждый, иначе призовых мест не получить.

Томас не подвел – он шел первым. Затормозил, удачно рассчитав расстояние до линии, быстро передал велосипед и, подскочив к Фиру, припечатал его ладонь. Еще какие-то доли секунды князь потратил на то, чтобы убедиться, что оба браслета подсветились синим, и ринулся с места. По бокам от него почти сразу появились и первые соперники. Эльф старался на них не смотреть, а сосредоточиться на дистанции. Сбоку от трассы кричали болельщики, поднимали плакаты, и Фиру даже показалось в один миг, что он увидел хорошо знакомую копну ярко-синих волос, но все это было неважно. Парень справа обошел его уже на несколько метров, и поскольку князь видел его впервые, то не знал, чисто психологический ли это прием или сопернику удастся продержаться и дальше с такой скоростью.

Князь на всякий случай поднажал. Хотя лучше было не обращать на соперников внимания, а рассчитывать только на свой организм и его ресурсы. Вот позади мелькнула метка шести километров. Потом восьми – незнакомый парень не отставал. Когда же до финиша оставалась последняя тысяча метров, Фиравел просто рванул настолько, насколько позволяли мышцы и дыхание. Там Мисти. Он наконец ее увидит! Дотронется! Обнимет. К ней! Быстрее. Еще немного… Еще…

Очнулся Фиравел, когда браслет истошно завизжал, оповещая о финише. Князь перешел на шаг и опасливо глянул на высветившиеся цифры. Двадцать девять минут двадцать две секунды. Демоны! Это не лучшее его время. А дыхание между тем все никак не приходило в норму. Наверное, перелет на лайнере, несмотря на тренажеры, все-таки сказался на качестве тренировок. Фиравел поднял голову и огляделся. Мисти нигде не было видно. В душе сразу шевельнулся страх. А вдруг… вдруг с ней что-то не то? Может, ее вообще не выпустили на дистанцию или уже потом стало плохо? Стараясь себя убедить, что тренер просто не успел выполнить данное ему обещание, князь стал протискиваться к автобусам. Результат будет объявлен лишь через несколько часов, тогда же будет и награждение. Какой смысл здесь торчать? Неожиданно кто-то подскочил к нему со спины и закрыл глаза. Фир знал эту игру, но сейчас не хотел вести себя по ее правилам. Он вывернулся и прижал к себе девушку что было силы. Боги мои! Как же ему этого не хватало! Сердце, только что успокоившееся после забега, снова неистово разогналось.

– Фир! Задушишь, – пропищала Мисти, пытаясь засмеяться.

Ой… Князь, смутившись, ослабил объятья и тут же был вознагражден поцелуем. Близость девушки и ее вкус вливали силы, как не смог бы самый продвинутый допинг. Дурак тренер, что не дал им увидеться до. Под таким «стимулятором» Фиравел побежал бы получше. Но что уж об этом говорить, тем более когда страшно хотелось кричать о другом.

– Мисти, я тебя люблю! Слышишь? Люблю, – повторял он между поцелуями, абсолютно не заботясь, что вокруг полно людей и это могут услышать.

Глава 36

Время до процедуры награждений пролетело как секунды. Все вокруг смешалось в единый поток информации, которая клокотала, бурлила и проходила совершенно мимо сознания Фиравела. Кажется, даже то, что они выиграли эстафету, до парня дошло не сразу, хотя все вокруг кричали, ликовали, и в общежитиях творилось полное безумие. Фиравела сейчас на пьедестал возводили не цифры результатов в таблице и не флаг школы, поднятый над площадкой, а короткая фраза из трех слов: «Я тебя тоже». После такого князю едва удалось оторваться от девушки на короткий промежуток времени, чтобы дать им обоим возможность привести себя в порядок и переодеться.

Весь двенадцатый «зеленый» класс заранее договорился и загрузил вещи в вызванные аэрокары-такси. После награждения планировались еще мероприятия до глубокой ночи, но Егор компетентно заявил, что они «фуфлыжные», и предложил всем слинять при первой возможности в «Дозари». Да, лететь до города чуть больше часа, но лучше потратить время на перелет и оторваться потом на полную катушку, чем остаться в этом «тухляке». Князь за месяцы учебы уже отлично ориентировался в местном сленге, так что с идеей полностью согласился. По правде говоря, ему сейчас было совершенно безразлично, где находиться, лишь бы ни на секунду не выпускать из кольца рук Мисти.

Даже стоя на верхней ступеньке пьедестала, на виду у десятков камер, он, держал в одной руке наградной кубок, а другой обнимал девушку за талию. Просто был не в силах разорвать контакт, пусть и для соблюдения приличий. Да и не все ли равно? Да, завтра на куче страниц в межпланетке будут эти кадры, а еще и наверняка снимки с поцелуями, но плевать. Мисти – его невеста. Они даже по законам его родной планеты имеют полное право так себя вести. Хотя стоп. Предложение он ей пока не сделал, но разве «Я тебя тоже» – это не ответ и согласие сразу? Все остальное – формальность, и он ее непременно выполнит, как только они смогут хотя бы на несколько минут остаться одни, без чужих, везде проникающих взглядов. Кольца, правда, князь так и не успел купить, ведь он думал, что вернется на день раньше, но для заключения помолвки вполне хватит и родового перстня.

Из зала награждений спортсменов повели в еще одну комнату, для пресс-конференций. Фиравелу и это сейчас было безразлично, лишь бы скорее «отстреляться» и вылететь в ночной клуб. В своем воображении он уже с десяток раз надел перстень на худенький девичий пальчик и зацеловал каждую его фалангу.

– Мистер Амбарато, – выдернул князя в реальность внезапно зазвучавший рядом голос. – Я представитель одного из ведущих галактических университетов. Мы будем рады видеть вас в числе наших студентов.

Он сунул в руки опешившего Фиравела буклет и быстрым жестом передал с комма на аппарат князя свою визитную карточку. Мисти, взглянув на книжицу, восхищенно присвистнула. Точно! Желая помочь любимой, Фиравел даже ни разу не подумал, что в случае победы и он сам получит шанс выбрать любое высшее учебное заведение. Да его это и не особенно волновало, ведь в бесплатной квоте князь не нуждался. Но что вызвало такую восторженную реакцию у Мисти?

Рассаживаясь на места для победителей, Фиравел повнимательнее присмотрелся к обложке буклета – Гарвард. Князь бросил вопросительный взгляд на девушку. Мисти в ответ потрясенно прошептала:

– Ты не знаешь?! Это же… ну как академия Нортона среди других школ, только в галактическом масштабе! Там многовековая история подготовки юристов всех профилей. Джекпот! Неужели ты, собираясь учиться на юриста, еще не выбирал, куда поступать?

Это, конечно, некоторое упущение со стороны Фиравела. Для него были важны знания и возможность учиться дистанционно. Почему-то он сразу подумал, что это будет университет Сохо, и даже «ассортиментом» не поинтересовался. Впрочем, раз этот Гарвард так крут, что у Мисти заблестели глаза, пусть будет он.

– Мистер Амбарато, вы первый ученик с Валинора на Сохо, стоит ли относиться к этому как к началу крупного академического обмена между нашими планетами?

Что?! Ах да, они же на пресс-конференции! «Нет, не стоит», – был бы честный и правильный ответ, ведь Фир знал, какие у Анариона в этом разрезе планы. Но, пожалуй, это совсем не то, что от него сейчас ждали. Эх, Фир! Искусству дипломатии тебе еще учиться и учиться…

– Ничего нельзя исключать, – вывернулся он, постаравшись все-таки собрать мысли в кучу.

Его ответы будут растиражированы по всей Сети. Нельзя облажаться. Вот он, настоящий пробный экзамен на юриста-межпланетника.

– У вас хорошо развит спорт? До учебы на Сохо уже случалось выигрывать крупные соревнования?

– Можно сказать и так. Валинорцы следят за своей физической формой. И нет. Этот кубок – мой первый.

– Как вам учиться в школе Джеймса Нортона? Есть ли языковой барьер?

– Все хорошо. Галакт – мой второй родной язык, мы же с вами сейчас на нем и общаемся, – улыбнулся Фиравел, в глубине души выдыхая, что пока все вопросы носят сугубо формальный характер.

– А какой первый?

Нет, ну право же, идя на пресс-конференцию, они что, не могли посмотреть информацию о Валиноре в межпланетке?!

– Государственный язык Валинора – синдарин.

– А какие существуют доказательства того, что вы эльф?

Князь опешил.

– Почему я кому-то должен это доказывать?

– О вашей планете ходят слухи… как о величайшей мистификации. Людям интересно, какова на самом деле правда.

– Правда о чем? Конкретизируйте, пожалуйста, вопрос, – сухо проговорил князь, начиная раздражаться.

Демоны побери! Главное – не ляпнуть под запись что-то, что скомпрометирует его народ или планету.

Дотошный интервьюер уже открыл было рот, как словно из-под земли возник тренер.

– Прошу прощения! Мне нужно забрать у вас вот этих двух молодых людей, – и он подхватил под руки Фиравела и Мисти, сидящих рядом, – чтобы закончить кое-какие формальности с бумагами. Скоро верну. Задавайте пока вопросы остальным.

И он поспешил с ребятами ко входу. Что там еще не так с бумагами? Или же… Оказавшись в безлюдном коридоре, тренер громко выдохнул, отпустил подопечных и прошептал:

– Все, проваливайте отсюда как можно быстрее. В «Дозари» или куда вы там собирались? А то сейчас эти бультерьеры как вцепятся, что до межпланетного конфликта дойдет. Боюсь, тогда мне и от вашего попечителя, и от своего работодателя крупно достанется. А я местом дорожу. Больно теплое.

– Откуда вы знаете про «Дозари»?! – первой пришла в себя Мисти.

Тренер хохотнул.

– Мисс Морган, я довольно давно преподаю в школе, чтобы иметь представление, что у учеников в голове.

Фиравел благодарно кивнул тренеру, схватил Мисти за руку и поспешил с ней в сторону парковки. Мысли снова вернулись к уединенной дороге до города, и все неприятные ощущения от пресс-конференции быстро отошли на второй план. Аэротакси имело автопилот, так что, когда его дверцы захлопнулись, ребята наконец остались одни. Князь больше не мог сдерживаться, да и не хотел. Он, как оголодавший путник, набросился на Мисти с поцелуями, и девушка явно не была против. В итоге, слегка утолив жажду и тяжело дыша, Фиравел отстранился и проговорил:

– Мисти, по валинорскому обычаю, юноша, делая предложение, надевает на девушку перстень своего рода. Если она его, конечно, принимает. Как правило, он велик, но его можно носить на большом пальце или на цепочке на шее. Это лишь символ заключенной помолвки. За ее время изготавливается персональное кольцо для невесты, уже строго по размеру. Именно оно меняет мужское на свадьбе. Ты… выйдешь за меня? – и Фиравел, сняв фамильный перстень, вопросительно задержал его в воздухе.

Глаза девушки удивленно расширились. Неужели она правда этого не ожидала после всего, что между ними было сегодня сказано?! Фиравела окатило волной тревоги. Пауза затягивалась. Мисти смотрела на кольцо нечитаемым взглядом, потом, словно выходя из транса, подняла глаза и улыбнулась.

– Прости. Не думала, что это будет так рано, ведь мы совсем молоды.

И она протянула руку. Капкан внутри князя разжался. Парень выдохнул и, бережно взяв кисть, надел перстень.

– У нас принято жениться молодыми, – напомнил князь, благоговейно целуя невесте пальцы.

– Фир, слушай, а ты очень хочешь в ночной клуб?

– Мне все равно куда, лишь бы с тобой, – прошептал князь, прижимая ладонь Мисти к своей щеке.

– Может… летим тогда ко мне?

Фиравел слегка стушевался, не зная, что ответить на такое предложение, и, видимо, это отразилось на его лице. А еще чувство вины, ведь, стараясь соблюсти традиции, он не только истязал себя, но и, вполне возможно, обижал этим девушку. Девушку, безгранично им любимую.

– Я не в том плане, – торопливо пояснила Мисти. – Просто, как в прошлый раз у тебя, поужинаем, поболтаем…

– Конечно, – кивнул Фиравел, для которого после месячной разлуки мысль расстаться даже ненадолго была невыносима.

А что если… если от желания быть с ним Мисти выкручивает так же, как его? Так ли уж важно сохранять до дня свадьбы непорочность? Да и разве соединиться с любимой женщиной, которая согласилась стать его женой, это порок? Боги же не идиоты, и традиция основывалась на том, чтобы эльфы тщательно подходили к выбору и свято его берегли всю жизнь. Они с Мисти свой выбор сделали. Все остальное лишь формальность…

Фиравел уже не понимал, где он прав, а где нет. Принципы, желания, чувства – все переплелось и смешалось. Броня самообладания, которую князь тщательно взращивал всю жизнь, трещала по швам.

У Мисти он был впервые: маленькая, но уютная квартирка на двадцать четвертом этаже. Всего лишь одна комната – студия. Фиравел внес чемоданы, поставил их у порога и осмотрелся.

– Завтра с утра надо обязательно в академию. Заведи, пожалуйста, будильник в системе дома, а то я комм могу прослушать, как в прошлый раз.

Вот к чему это сейчас он сказал?! Фир, ты ведешь себя как зануда и полный идиот. Мисти кивнула и мягкой, кошачьей походкой отправилась в зону кухни. Князь, как привязанный, не отступая и на шаг, – следом. Девушка распахнула холодильную камеру и, скептически ее осмотрев, спросила:

– Есть хочешь? Могу разморозить буррито, или закажем что-нибудь?

Она повернулась, ожидая ответа, и ее пронзительные синие глаза и чуть приоткрытые губы…

– Я тебя хочу, – выдохнул Фиравел, сам не понимая, откуда у него взялась смелость на подобную фразу.

На лице Мисти промелькнул шок и следом… такое ощущение счастья, что у князя снесло последние барьеры. Он больше не хотел мучиться вопросами и решать, как будет правильно. Фиравел подхватил девушку на руки и понес к кровати. Если его поступок и грех, что ж, князь сейчас был готов согрешить, даже если бы ему потом объявили, что вход в Бессмертные земли теперь заказан.

Он бережно опустил свою бесценную ношу на постель и, растворяясь в поцелуях, принялся расстегивать пуговички на ее блузке. Краем сознания Фиравел уловил, что Мисти уже добралась до пряжки на его ремне. Мысль, что у нее есть опыт, неприятно кольнула, но князь сразу же загнал ее далеко в подсознание. Другой мир – другие традиции. Она не обязана была ждать его. Важно лишь то, что сейчас. Что она его любит и согласилась разделить с ним жизнь. А если повезет – и посмертие.

Фиравел безостановочно целовал, гладил, обнимал Мисти и никак не мог насытиться. Он не был уверен, что все делает правильно, и если бы не переполняющая его сейчас всепоглощающая любовь, то, вероятно, князь бы чувствовал неловкость или даже страх. Но ничего этого не было. Чистый восторг и эйфория.

Мисти такая мягкая, теплая, гибкая… Она закусывала губу, кажется, стараясь не проявлять нетерпения, но при этом так извивалась под Фиравелом, так прижималась к нему, что князь каждой клеткой своего тела понимал, что желанен. Он старался запоминать все ее реакции, составлять «карту» наиболее приятных ей прикосновений, и когда в ответ на его наблюдательность он слышал, как ее дыхание, и без того порывистое, еще больше учащается или с губ срывается стон… Князя накрывало, как никогда. Уровень ощущений был настолько запредельным, что, казалось, нервы, как в случае с переизбытком пропущенной сквозь себя Силы, просто выгорят. Но это Фиравела даже не пугало. Он был готов на что угодно, лишь бы это не прекращалось. Кажется, Мисти ненавязчиво стала им руководить, и он ей позволил. Какая разница, кто дирижирует оркестром, раз музыка выходит такая потрясающая?! Девушка подтолкнула князя, чтобы он перекатился на спину. И в следующее мгновение… Фиравела тряхнуло так, что тело внезапно выгнулось, и из сцепленных зубов непроизвольно вырвалось шипение.

– Не волнуйся, у меня есть инъекция. Расслабься, – проворковал голос Мисти где-то на краю сознания.

Вот уж об этом князь и вообще не думал. Он собирался жениться. В браках рождаются дети. Фиравела это ни грамма не смущало в отличие от того, что его тело «сдалось» слишком быстро. Впрочем, Мисти не выглядела расстроенной, а он не чувствовал себя насытившимся. Так что уже через пару минут нежных объятий они вернулись к тому моменту, на котором закончили...

А когда истошно заверещал будильник на комме, Фиравел с удивлением осознал, что наступило утро.

– Прости, мне надо поехать хотя бы переодеться к урокам. Ты можешь поспать еще часок, – прошептал князь, ласково целуя губы, а затем глаза Мисти.

– Еще? – хохотнула девушка. – А мы разве хоть сколько-то спали?

– Ну, в переносном значении этого слова определенно, – расплылся в широкой улыбке князь, окидывая расслабленную девушку восхищенным взглядом.