Текст книги "Современный зарубежный детектив-16. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)"

Автор книги: авторов Коллектив

Соавторы: Ю Несбё,Алиса Валдес-Родригес,Адам Холл,Штефан Людвиг,Ли Чжонгван,Эш Бишоп,Саммер Холланд,Терри Дири
сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 337 страниц)

Глава 23 Гребаная двойная игра

День вышел фантастический: я успела сделать свою работу, выяснить все про Маргарет Сонмайер, успокоить истерящего Гаурава, скататься на ланч на спине необычно веселого Хэмиша и даже съесть булочку, которая мне все же понравилась.

В пять все уже собрались домой. Начало года, как оказалось, было для большинства офисных сотрудников своего рода раскачкой. Ничего крупного не происходило, заявки на отчеты поступали еле-еле. Я пропустила всех вперед и задержалась, ожидая, что первая волна людей в метро немного схлынет и туда хотя бы можно будет втиснуться.

Дочитывая статью, восхвалявшую невероятный гений Маргарет – она уже стала для меня кем-то вроде подружки, – я допивала купленный в перерыве на ланч и давно остывший кофе. Так забавно было наблюдать за взлетом этой дамы, уже зная все спойлеры, что я всерьез подумывала на следующей неделе взять попкорн и включить прямую трансляцию того, как ее схватит полиция.

Дверь приоткрылась. С учетом, что все уже ушли, было легко предположить, кто именно решил навестить меня в такое время. Я повернулась и встретила Рэя улыбкой.

– Почему ты до сих пор здесь? – холодно спросил он.

– Жду, пока метро разгрузится. Туда сейчас все побежали.

– На Канэри-Уорф не так много компаний, сотрудники которых уходят ровно в пять, – заметил Рэй, приближаясь ко мне. – Наша едва ли не единственная.

– Мне виднее, я на этом метро каждый день езжу.

Раз он здесь появился, значит, пора было валить: то, что мы трахались, почему-то не избавляло меня от долгих нотаций по поводу чего угодно, начиная от характера и заканчивая запятыми в отчетах. Так что я принялась закрывать все свои окна и всем своим видом показывать, что собираюсь домой.

– Скажи, пожалуйста, ты понимаешь, как выглядит твое поведение?

– Смотря что именно ты снова подглядел по камерам.

– Аккуратнее, Уна, – угрожающе понизил голос Рэй. – Мое доброе отношение к тебе может измениться.

– Назови хоть одно правило, по которому я нарушила договоренности. Если таких нет, значит, твое доброе отношение никак не зависит от моего поведения.

– Вы с Чакраборти все утро едва ли не обнимались.

– У него сложный период, нужна была моя помощь. И заметь, я успела сделать свою работу.

– А быть рюкзаком на спине Ливингстона ты решила, потому что у него легкий период и нужно добавить тяжести?

– Он показывал, как много бумажных учебников их заставляли носить в университете, а Фелисити отказалась на нем кататься.

– Тебе стоит брать с нее пример.

– Если бы я брала пример с Фелисити, занималась бы только своим узким направлением, отказываясь проявлять любопытство или даже проверять, как сработали мои прогнозы.

– Уна, ты прекрасно понимаешь, о чем я говорю.

– Ага. И еще понимаю, что твои попытки контролировать мои взаимоотношения с коллегами – токсичная херня, – поднялась я. – Ты сам их едва не испортил, когда выделил меня при всех в прошлом году. Можно мне хотя бы с тремя оставшимися приятелями общаться так, как я захочу?

– О нас болтают.

– С чего бы это? Не я появлялась на твоем пути, куда бы ты ни пошел.

– Просто давай поддерживать подобающую дистанцию и не провоцировать еще больше слухов, чем есть. Я серьезно, посмотри на Фелисити. Она ведет себя как приличная девушка в любой ситуации, у нее есть достоинство, и я очень надеюсь, что ваша дружба сможет хоть немного утихомирить тот хаос, что ты создаешь вокруг себя.

– А знаешь, что еще есть у Фелисити?

Я подошла к Рэю вплотную и ткнула пальцем ему в грудь.

– Желтый «Феррари». Конечно, она ведет себя как приличная девушка, ведь ее шейх дарит ей бриллианты и желтый, мать его, «Феррари». Вот он имеет право что-то требовать в ответ. А мы с тобой не в отношениях и даже не эксклюзивны. Ты видишь где-нибудь здесь машину, которую подарил? Вот и я тоже. А значит, твои нравоучения совершенно не имеют права на жизнь.

– Осторожнее, Уна, ты забываешься, – сжал Рэй мое плечо. – Я могу отозвать наш небольшой договор.

– Потому что я покаталась на спине у Хэма? Серьезно? Ты никогда не предложил бы его, если бы он не был бы тебе выгоден, Рэй Блэк.

Он не успел ответить. Я вырвалась и вышла из кабинета, надевая пальто уже на выходе из офиса. Рэй не преследовал меня по коридору, и в тот момент, когда двери лифта раскрылись передо мной, я поняла, какую херню выдала.

В голове одна за другой проносились панические мысли. Мне действительно стоило злить садиста? Кажется, сегодня был слишком хороший день, из-за этого я и переоценила свои возможности понтоваться перед Рэем независимостью и показывать характер?

Я до сих пор не выяснила, кем именно он работал в «Рид солюшнс», но недавно пришла к выводу, что барон Вустридж все же был подставным. Скорее всего, расклад вырисовывался такой: было какое-то руководство, вероятно акционеры, которым нужен был Вустридж в качестве публичного лица. А всю фактическую работу делал Рэй и зарабатывал огромные деньги на этом. Потому что квартира, в которой он жил, точно не подходила «ассистенту».

С учетом того, сколько он знал обо всех, включая меня, это делало его самым опасным человеком в моей жизни наравне с Эриком. Может, даже опаснее: Чаушеску, в отличие от Розенкранца с Гильденстерном, не был добрым животным. Так что плюс одно оружие в копилку Рэя.

И что я сделала, владея всей этой информацией? Нахамила ему. Теперь, зажатая между людьми в метро, я подумывала написать с утра Фелисити и соврать, что заболела. Вряд ли это помогло бы мне избежать наказания за длинный язык: по графику следующая сессия с Рэем уже в понедельник. Но хотя бы можно было не пересекаться с ним несколько дней.

Когда толпа вынесла меня из вагона на пересадочной станции, фантазия уже нарисовала перед глазами все ужасные последствия. Хорошо бы, он просто пытал меня воском или ножом… Куда хуже казалась перспектива, при которой Рэй сдавал меня полиции. Или выгонял, и тогда уже Эрик тащил бы меня в полицию.

«Она настолько не хотела работать, что попала в тюрьму».

Такие заголовки меня ожидали, да?

Или неугодную могли убить. Судя по Рэю, для него это не было бы сложным моральным выбором. Просто наказание для раздражающей идиотки, минусы от поведения которой перевесили плюсы. Возможно, я даже не была бы его первой жертвой.

Вместо того чтобы прыгнуть в поезд на нужной мне ветке, я вышла наружу и решила прогуляться под срывающимся снегом. В носу щипало, а на глаза сами собой наворачивались слезы. Было обидно умирать вот так, просто из-за того, что немного не сдержалась.

А еще я устала. Эрик, Рэй, «Рид солюшнс», отчеты, которые никто не отменял, трейдинг, в котором я все еще не так уж хорошо разбиралась… У меня не было даже времени послушать все новые выпуски подкастов из моих подписок!

Работа затягивала, а две работы – аналитиком и шпионкой – просто выжимали из меня последние силы. И рождественские каникулы не особенно помогли. Я до сих пор даже не открыла новый макбук, потому что была постоянно чем-то занята: или работала, или трахалась, или проводила время с одним из двоих моих мужчин, или думала над загадками, которые подкидывали мне они оба.

Спокойная жизнь тиндер-аферистки казалась такой далекой, словно прошло лет двадцать.

Бессмысленно шатаясь по городу, я сквозь слезы разглядывала огни и здания, людей, куда-то, сука, вечно спешащих. В сумке завибрировал телефон, и я сначала не хотела даже брать трубку, но он никак не успокаивался.

Эрик. Как чувствовал.

– Ты не отвечаешь на мои сообщения.

– Иди в жопу, – окончательно разнылась я, шмыгая носом и даже не вытирая слезы, – я тебе не собачка.

– Рос и Гил бы с тобой поспо… Стоп. Что случилось?

– Я устала! Не хочу больше всем этим заниматься! Я хочу домой!

– Где ты сейчас?

– Где-то в Стратфорде.

– Пришли геолокацию и стой на месте. Я рядом.

У меня не было сил спорить. Дойдя до ближайшего здания, я прислонилась к нему и продолжила рыдать, пропуская мимо себя прохожих. Черт знает, сколько я там простояла, но мысли, которые заполняли голову и накладывались друг на друга, веселыми точно не были. Наоборот, к моменту, когда рядом остановилась матовая БМВ, в воображении я уже стояла в черном на собственных похоронах.

Эрик выскочил в одном свитере, несмотря на холод, и прежде, чем затолкать меня в машину, отряхнул мои волосы и пальто от снега.

– Я порчу тебе машину, да? – спросила я, когда мы уже двинулись.

– Что за чушь? Ты могла промокнуть и заболеть, – агрессивно бросил Эрик.

Пришлось заткнуться. Мы развернулись на перекрестке и, кажется, поехали в сторону центра. По крайней мере, когда вокруг появились знакомые улицы Уайтчепела, это означало, что Эрик не вез меня домой. Черт.

Он тоже молчал всю дорогу, только бросал на меня странные суровые взгляды. Даже музыку не включил – так мы и катились по асфальту под урчание двигателя. Почему в моей жизни не было никого, кто мог бы меня поддержать? Бренда сейчас ржала бы надо мной. Фелисити думала, что у нас с Рэем любовь. Гаурав и Хэмиш были слишком заняты собой. А Эрик просто молчал как рыба.

Вот для чего обычно нужны друзья! Никто даже не мог сказать мне «это пройдет, ты со всем справишься» или что там говорят нормальные люди. Вместо этого я сидела в тишине в чужой машине и ехала хер пойми куда.

По лицу снова покатились слезы.

– Нет-нет, только не это, – встревожился Эрик и достал платок. – Давай без слез, пожалуйста.

– Тебе не нравится, когда я плачу?

– Я вообще не понимаю, что с этим делать, – признался он. – Можешь не плакать, пока не приедем?

– А там что, можно?

– Ну… технически да. Но там я хотя бы смогу тебя… обнять, наверное.

По его тяжелому вздоху стало понятно, что Эрик паниковал из-за меня, и это странным образом оказалось самым приятным фактом за вечер. Не то чтобы уменьшало вероятность того, что я умру, но точно увеличивало шансы на то, что Эрику от этого будет неприятно.

А ведь он мог бросить меня там, в Стратфорде. Я бы все равно перезвонила из дома.

До самого центра мы не доехали – Эрик свернул сначала в узкий переулок, а потом и на парковку. В той же тишине мы долго кружили в поисках свободного места, пока наконец машина не втиснулась между двумя широкими «Ауди».

– Ты вышла на улицу без зонта? – строго спросил Эрик.

– Я забыла его в офисе.

Он потянулся назад и достал серую шапку, которую бесцеремонно надел мне на голову. Какого… Видимо, на моем лице пробежали субтитры, потому что он щелкнул меня по носу и улыбнулся.

– Лучше испортить прическу, чем весь январь.

На улице Эрик схватил меня за руку и повел к зданию, которое я сразу узнала. «Рация» выделялась даже среди остальных небоскребов Лондона. Не внешне – металл и стекло, других материалов в город не завозили, – а своим верхним этажом. Там был сад. Да, на вершине огромного здания устроили сад, я видела фотографии.

Правда, за пять лет в Лондоне ни разу не смогла туда попасть. Посещение «Скай Гарден» было бесплатным, но билетов вечно не хватало. И все же, кажется, Эрик вел меня именно туда. Странно, он-то как их получил?

Пожилой мужчина, проверявший билеты на входе, не успел и рта раскрыть, как его остановила миловидная высокая девушка в деловом костюме и с туго затянутым пучком темных волос.

– Это ко мне. Мистер Чесмор, проходите.

Я бросила на мистера Чесмора удивленный взгляд, но в ответ он только сильнее сжал мою руку.

– Спасибо, Линда, ты меня очень выручила.

Та лучезарно улыбнулась и повела нас за собой. Уже когда мы оказались на достаточном расстоянии, она обернулась и остановилась.

– Не знала, что ты в Лондоне.

– Решил обжиться за городом. Познакомься, это Уна Боннер, я ее обучаю. Уна, это Линда Стивенс. Моя одноклассница.

– Так вы бристольское братство, – закивала я. – Очень приятно, Линда.

– Никакого братства, просто кое-кто дал мне списать на выпускном экзамене и теперь заставляет меня выплачивать этот долг десять лет, – рассмеялась она.

– А нужно было учить, как работают сложные проценты.

– Знаешь, что я выучила? Что никогда нельзя попадать в должники к Эрику Чесмору.

– Ладно, это был предпоследний раз, – отсалютовал свободной рукой он. – Ты в порядке?

– Я отлично, но если простою с вами еще пару минут, буду похуже. Хорошего вечера и приятно познакомиться, Уна.

Она задержалась на секунду, окидывая меня взглядом, а потом наклонилась к моему уху:

– Дамская комната – справа.

Скорее всего, я выглядела так же, как себя чувствовала: как размокший комок говна. Еще и в шапке. Поблагодарив Линду, я и правда ретировалась, чтобы привести себя в порядок. Да, ее совет оказался дельным: тушь потекла, помада размазалась в уголке губ, и этот косплей на Харли Квинн точно не был достоин «Скай Гарден». А еще в этом виде я ехала в машине с Эриком.

Когда мое лицо снова приобрело человеческий вид, плакать расхотелось. Наружу я вышла уже в почти хорошем настроении: даже деревья и газоны вокруг начали привлекать мое внимание.

Настоящий сад под крышей – фотографии не врали! Я прошла между двух широко раскинувших листья пальм, и перестала дышать на пару секунд: здесь было фантастически красиво. Несколько баров и ресторанов, которые располагались так же, как в обычном парке, были органично встроены в пейзаж. В жизни не поверила бы, что нахожусь на тридцать пятом этаже, если бы сама сюда не поднималась.

Эрик сразу заметил перемену настроения и улыбнулся в ответ.

– Вот это моя Уна, – деловито сказал он, притянул меня в крепкие объятия и прижался губами к макушке.

– А рыдающее говно, значит, не твоя, – ворчливо ответила я.

– Тоже моя, – вздохнул он, – но ты только представь, как я мог бы здесь за тобой гоняться, если бы не все эти люди.

Низ живота сжался от внезапно нахлынувшего возбуждения. Черт, как же Эрик был прав… Здесь он стал бы идеальным хищником среди джунглей. И еще я заметила пару кустов, в которых он мог бы меня трахнуть.

– Может, не будешь дразниться? – попросила я.

– Тут, знаешь ли, непонятно, кого из нас этот вид драконит больше, – с ноткой сожаления сказал Эрик. – Я жду тепла, чтобы мы могли поразвлекаться в лесу.

– Ты же помнишь, что я плохо бегаю?

– Кстати, об этом, – мы прошли вглубь сада, – новый год, новая ты. Не хочешь заняться здоровьем?

– Планируешь поставить меня на беговую дорожку?

– На Канэри-Уорф есть хороший спортзал. Могу оплатить тебе абонемент.

– Эрик Максимилиан Чесмор, – раздраженно проговорила я, – тебя не устраивает мое тело?

– Уна Мериголд Боннер, – передразнил он, – не переиначивай мои слова. Просто расстраиваюсь, что ты не сможешь далеко от меня убежать.

– А ты дай мне фору минут в пять…

– Или тридцать.

Мы дошли до края сада. Эрик отодвинул какую-то ветку, пригласил меня пройти вперед, и мы оказались в удивительно уединенном месте. Деревянная лавочка, стоявшая у бетонной колонны, была надежно скрыта от чужих глаз, но при этом открывала потрясающий вид на весь центр города.

В темноте тысячи огней выглядели так, словно перед нами на земле раскинулась россыпь звезд. Протяни руку – и хватай любую из них, бросай за горизонт и загадывай желание. Только сама, все остальное не работало.

– Давно здесь не был, – упал Эрик рядом со мной. – Ты хочешь выпить?

– А тут еще и наливают?

– Если попросишь. Мне нельзя, я за рулем… Но тебе могу раздобыть.

– И как же мне нужно просить?

В ответ он поцеловал меня. Долгим, мягким, аккуратным поцелуем, который поднимал мне настроение и дарил ощущение, будто все страшное, что могло ждать в будущем, мы переживем вместе. И пусть это было не так, пусть я обманывала сама себя, это чувство было мне сейчас необходимо.

– Вот так, – оторвался от моих губ Эрик. – Все просьбы – только с поцелуем.

– Еще скажи, что соскучился.

– И скажу. Но сначала принесу тебе выпить, а то трезвая ты мне не веришь.

– Стой, – задержала его я. – Прежде чем я начну пить, давай кое-что обсудим.

– Если ты заведешь слишком серьезный разговор, придется поменяться: я буду пить, а ты повезешь нас домой.

– Я выяснила один инсайд.

– Так, – уселся обратно он. – Сама?

– Да, случайно подслушала разговор, а потом проверила систему.

После всего, что он для меня сделал, было немного неудобно врать… Но я же не врала ему о самом инсайде, правда? Так что совесть могла продолжать делать то, что делала много лет, еще со старшей школы, – играть в сквош с порядочностью подальше от остальной меня.

– А я как раз хотел попросить тебя проверить… Мы об одном и том же?

– Скорее всего. Маргарет Сонмайер.

– Что? А что с ней? Подожди, это та сумасшедшая с плазмой?

– Ага. У тебя есть ее акции?

– Нет, не верю в эту чушь. Но у пары моих клиентов найдутся.

– Самое время их сбросить. Желательно, завтра.

– Ух ты, а что же случится с Маргарет Сонмайер?

– На следующей неделе ее возьмет полиция. Судя по всему, ее продукт либо не работает… либо его вообще нет.

– У вас это записано в системе?

– Да, – ни на секунду не моргнула я, хотя не знала наверняка.

– А вы довольно безрассудны. Любая проверка…

– Ничего не найдет. Помнишь, я говорила? Раскопать инсайд в системе можно, только если знать его номер.

– Да, с картинками он здорово придумал, хотя и кретин.

Я уже знала, что это он о Рэе. Эти двое отзывались друг о друге как застарелые враги… Или разведенная семейная пара.

– А можешь еще кое-что для меня посмотреть? – задумчиво прищурился Эрик. – Не совсем твоя тема, ты же по акциям и облигациям. Но на валютном рынке начались кое-какие изменения.

– Ты про южноафриканский ранд?

– Серьезно? Ты и о нем знаешь?

Рэй не просил меня передавать Эрику эту информацию. Но если я решила вести собственную игру… Черт, говорить или нет? Официально я ведь была не в курсе каких-либо историй с валютой. Значит, даже если Эрик мог сыграть на ранде, доказать, кто ему слил, было невозможно.

Решено.

– Не очень много. Но судя по всему, неожиданно выросшая волатильность и слухи о скором обвале экономики ЮАР – тоже дело рук «Рид солюшнс».

– Лет десять назад я позвал бы тебя замуж прямо здесь, – с восторгом произнес Эрик.

– Десять лет назад мне было тринадцать.

– Именно поэтому сейчас я просто принесу тебе выпить, – он снова поцеловал меня, на этот раз коротко. – А завтра с меня куни-марафон.

– Договорились, – рассмеялась я.

Какой же он иногда был смешной и немного отвратительный. Куни-марафон – слово настолько мерзкое, как будто ему самому тринадцать!

– И никаких слез.

– Нет, – покачала головой я. – С тобой даже плакать не получается.

Глава 24 Гребаный «Мини Купер»

Хорошо, что вчера я не накидалась. Эрик купил мне только два коктейля, а потом сгреб в охапку и отвез в Хаверинг. Так что я не умирала от похмелья, как могла бы, если бы приехала пить домой. И хоть моя основная проблема в виде Рэя Блэка не решилась, с утра во мне было гораздо больше храбрости встретить новый день.

А в том, что этот сраный день принесет мне только больше сложностей, я уже не сомневалась.

Интуиция не подвела – стоило выйти из метро и повернуть к офису, как Рэй перегородил мне дорогу. Лицо у него было таким суровым, будто мы еще не спали. Получалось, что я настолько его взбесила, что даже конспирация, которую он требовал буквально вчера, была не очень важна?

Что с этими мужчинами не так?

– Доброе утро, – мрачно произнес Рэй. – Следуй за мной.

Он шел в сторону офиса, и я подумала: а куда еще я могла идти в такое время? Зачем было меня останавливать? Что, на работу не дошла бы? Вроде несколько месяцев подряд доходила.

Знаете, есть в жизни моменты, когда «страшный злой человек» доводит тебя до точки, после которой ты больше не пугаешься. Мы с Рэем сейчас были здесь.

Не доходя до основных дверей, он свернул к неприметному входу на парковку, там еще была та опасная лестница. Вот где он собирался меня убить? Выглядело… так себе. Черт, я ведь даже года не провела на Канэри-Уорф, почему именно это место должно было стать моей могилой?

Я следовала за Рэем, ожидая самого худшего. Что вообще хорошего принес в мою жизнь этот мужчина? Чем он был ценен? Память услужливо подбросила оргазмы, сапоги и платье. Ладно, не так уж он был бесполезен… Но умирать за сапоги все равно не очень хотелось.

Пытаясь представить, как бы побыстрее сбежать отсюда, я огляделась и наткнулась взглядом на «Феррари» Фелисити. Значит, она уже была здесь… Интересно, а нас двоих кто-то заметил? Скорее всего да, в такое время в толпе полно наших.

– Думаю, нас видели, – произнесла я.

– Да мне уже насрать, – жестко ответил Рэй.

Он шагал так уверенно и чеканно, как будто каждый шаг был аргументом в нашем молчаливом споре. Правда, спорил сейчас только он – я просто перебирала ногами у него за спиной. Тоже мне «настоящий генеральный директор». Дюймов семь, максимум – восемь[20].

Когда Рэй остановился, я едва не врезалась ему в спину, но успела затормозить. Он порылся в кармане, достал ключи от машины и так же сурово, не меняя выражения лица, повернулся ко мне.

– Вот, – протянул ключи он. – Твоя.

– Что моя?

– Вот. Твоя. Машина.

Я забрала ключи, опуская взгляд на свои руки, совершенно не понимая, что именно происходит. Он что‑что сказал?

– Это просто ключи, – подняла голову я.

У Рэя вспыхнули глаза, и он похлопал по капоту крохотного «Мини Купера» мятного цвета, около которого мы, оказывается, остановились.

– Твоя. Машина, – еще яростнее повторил он.

Вот теперь до меня наконец дошло! Я осторожно нажала кнопку на ключах, и фары «Мини Купера» загорелись. Фейерверк чистого незамутненного изумления в моей голове искрил разноцветными всполохами, и, кажется, я даже открыла рот и стояла так довольно долго.

– Ты купил мне машину? – наконец смогла выдавить из себя я.

У меня были права, но машины никогда не было – в Лондоне проблемы с парковкой чаще всего сводили на нет удовольствие от вождения, а в Норидже я больше не жила. А когда мастерски осваиваешь метро и устричку[21], все остальное…

У меня была машина!!!

Эта мысль заставила взвизгнуть, но Рэй только больше посуровел.

– Сядь за руль.

– Ты купил мне машину? – повторила я, как идиотка.

– Угнал, – мрачно пошутил он. – Сядь за руль, я сказал.

Приказ был настолько жестким, что у меня не осталось ни единого шанса ослушаться. Я прошла вперед, открыла дверь машины и со скрипом в прямой спине опустилась на водительское сиденье. Рэй сел на пассажирское.

– Так, документы, – достал он папку из бардачка, – сертификат, инвойс, страховка. Полный пакет, просто берешь свои права, прикладываешь сюда и едешь.

– Рэй…

– А теперь послушай меня. – Он яростно закинул папку обратно. – Не хочу больше видеть, как ты заигрываешь с этими двумя дебилами. И с любыми другими дебилами тоже!

– Я хотела сказать…

– Сейчас говорю я. Новый договор: у тебя есть машина. Да, это не «Феррари», но…

– Ноль претензий.

– …но это хорошая машина для города. И здесь твое парковочное место. То есть оно мое, но раз место пустует, запомни номер, теперь оно твое. В обмен я хочу никогда не видеть, как ты потакаешь заигрываниям. Никакий шушуканий, никаких объятий, рюкзаков, вообще никого в офисе не трогай, глазами не стреляй!

Он… ревновал? От того, насколько это на самом деле было мило, я едва не расплакалась. Вчера вечером, перед сном, сегодня утром – все время я переживала, что наговорила себе на смерть, а Рэй… купил мне машину.

– Уна, мне просто нужно немного спокойствия. С тех пор, как мы начали спать вместе, я воспринимаю тебя по-другому, и при всех наших осознанных договоренностях, которые, бесспорно, уважаю, все еще не готов видеть, как тебя касаются другие люди. Поэтому вы можете дружить, но, пожалуйста, держи дистанцию, как это делает Фелисити.

– А ее можно обнимать? – расплываясь в улыбке, брякнула я.

– Да. – Терпение Рэя явно висело на тонкой ниточке последнего нерва.

Он повернулся ко мне, и я больше не могла держать эмоции в себе. Схватила его за галстук, подтянула поближе и сама поцеловала.

Это был наш первый поцелуй, и Рэй ответил на него не сразу. Плевать: я прижималась к его губам, потому что это были мои чувства, и к его принципам он не имели отно…

Рэй схватил меня за шею, открывая рот и впиваясь так отчаянно, будто выплескивал всю свою ревность. Он одновременно наказывал и поощрял: его губы захватывали мои, требовали, чтобы я была только его.

Только. Его.

Уничтожая весь мир, мою способность дышать и существовать, Рэй действовал жестоко, как садист, которым он и был, – даже в поцелуе. Но в чем смысл существовать, если можно рассыпаться тысячей крохотных Ун-пищалок, чувствуя губы, настойчивые и жадные, его язык, который касался моего.

Даже не знала, что мне этого так не хватало. Словно его ревность и мои бушующие эмоции уравновесили все нездоровое и безумное, что мы творили, и вдруг делали нас нормальными людьми. Уной и Рэем. Теми, кто вместо работы целовался на парковке.

Мир завертелся вокруг нас, и для новой машины нельзя было придумать лучшего крещения, чем наш первый поцелуй. Мне захотелось большего, и я тоже пробралась пальцами вверх по галстуку, к широкой шее… Но Рэй остановился.

– Если ты меня коснешься, я перестану держаться, – произнес он, тяжело дыша. – А нам пора на работу.

– Спасибо за машину.

Я смотрела в прозрачные глаза и впервые за долгое время почувствовала обычное и самое простое человеческое счастье. То самое, которого, оказывается, мне так было нужно.

– Пользуйся на здоровье, – улыбнулся Рэй. – Только выполняй договор.

– Есть, сэр, – прикусила нижнюю губу я.

Его взгляд метнулся – он точно заметил мое движение, – и вернулся к моим глазам.

– В понедельник тебя ждет наказание за это отвратительное поведение.

– Неправда.

– Что ты…

– Это я его жду, мое наказание. С нетерпением жду.

Я шла к лифту, не выпуская из рук свои новые ключи. У меня была машина, боже, вот как это, оказывается, происходило! Просто мужчина давал тебе ключи, папку с документами, свое парковочное место… И для этого даже не нужно было играть несчастную жертву бабушкиной шейки бедра?

Целый год я делала все не так. И сейчас, когда Рэй, куда более расслабленный, шел рядом со мной, схема начала понемногу складываться. Самое удивительное, что оба моих ревнивца выглядели потрясающе, были какими-то суперкрутыми и ни разу не были замечены мной нанюханными! Ничего себе рост по сравнению с карьерой тиндер-аферистки.

– Ты связалась с Чесмором?

– Да. Сказала все, что ты передал.

– Он… держал эти активы? – Рэй очень старался быть аккуратным.

– Нет, но у его клиентов были.

– У него есть клиенты?

– Если честно, я не в курсе его бизнеса. – А вот здесь я немного приврала.

У Эрика были клиенты. Он вел чужие инвестиционные счета так же, как это делала «Рид солюшнс», но в одиночку. Именно поэтому он спал пару часов утром и три вечером и бодрствовал во время работы Лондонской, Нью-Йоркской и Токийской бирж. Не то чтобы в этом была острая необходимость, но, скажем так, Эрик предпочитал держать руку на пульсе. По крайней мере, так он объяснял это мне.

– Можно вопрос? – воспользовалась разговором я. – Зачем вы воюете?

– Я вообще предпочел бы не помнить о его существовании. – Рэй зашел в лифт. – Это он никак не может пережить успех нашей компании.

– Ты так говоришь, как будто вы старые друзья.

– Нет, мы не друзья, – жестко отрезал он. – Все совсем наоборот.

То, что мы вышли из лифта вместе, заставило Сиршу на ресепшене удивленно распахнуть глаза и тут же спрятать их в мониторе.

– Доброе утро, – вызывающе произнес Рэй. – Как началась пятница?

Глаза Сирши стали такими круглыми, что ими можно было играть в боулинг. Она открыла рот, но от стресса из него не вылетало ни звука.

– Привет, – добавила в эту копилку я.

– До-до-доброе…

Рэй ждал, пока она продолжит. Спокойно, терпеливо. Только вчера мы обсуждали, что о нас болтают и не стоит подкидывать дров в костер, а теперь что он делал? Демонстрировал меня на ресепшене? Может, нам еще пройти по кабинетам с плакатом «Ура, мы трахаемся!»?

– Все в порядке, мистер Блэк. Все сегодня на месте… Теперь, – наконец разродилась тирадой Сирша.

– Отлично. Помнишь, на мне записано парковочное место?

– Д-да…

– Перепиши его сейчас на мисс Боннер. Вот номер. – Он достал из кармана и протянул ей какой-то стикер. – И подай в администрацию здания.

– Хорошо, мистер Блэк, – быстро ответила она.

– Боннер, а ты собираешься сегодня на ресепшене работать?

– Нет, сэр, – автоматически вырвалось у меня, но от пореза взглядом Рэя я тут же исправилась: – Нет, мистер Блэк, я уже ухожу.

Еще плотнее сжав ключи, рванула к своему кабинету. Кажется, это первый раз за время моей работы здесь, когда я опоздала, тем более на целых двадцать минут, но это опять же случилось не по моей вине.

– Всем привет, – едва ли не бегом добралась до своего места я и, включив компьютер, сразу подошла к столу Фелисити. – Прости, я опоздала. Мне нужно это где-то отметить?

– Если тебя не видел Блэк, то нет, – покачала головой она. – Это же первый раз, да?

– Блэк меня видел. Прямо сейчас на ресепшене.

– Черт. Спасибо, что сказала, внесу в систему, – поморщилась Фелисити, – что он там только делал…

– Он тоже опоздал.

Взгляд Фелисити мгновенно устал. Она перевела глаза на экран, глубоко вздохнула и покачала головой. Горящие буквы на ее лбу складывались во фразу «Было лучше, когда вы не трахались».

– Что меня ждет?

– На первый раз – только фиксация. Но, – Фелисити говорила почти шепотом, – постарайся больше не опаздывать в одно время с Блэком.

– Сегодня особенный случай, – я протянула руку с ключами. – Долго искала свою парковку.

Ее выражение лица сменилось на дьявольски хитрую улыбку.

– Уже? Черт, да я сама ждала шесть лет, – едва не рассмеялась Фелисити.

– Ну, знаешь ли, это и не «Феррари».

– Вечером покажешь, а пока иди, – легко толкнула меня она. – Вдруг сейчас заявится.

Перед тем как я начала работать, не удержалась и все же отправила короткое сообщение Эрику:

«Не приезжай за мной сегодня, я приеду сама».

Потому что у меня теперь была машина. Моя машина. Мятного цвета. Самая девочковая машина на свете.

– Вестминстер, – приподнялся над перегородкой Хэмиш, – вы с Гавом сегодня вместе проспали, что ли?

– Я прижгу тебе язык сигаретой Эванса, – пообещала я и повернулась к Гаураву. – Гав, что-то случилось?

– Нет, – мрачно ответил тот. – Не обращай внимания, и вообще… – Он резко повернулся к нам. – Дайте поработать.

– Еще вопросы? – приподняла я брови в сторону Хэмиша. – И, кстати, тебе тоже не достанется. В вашем соревновании я принесу ноль целых хер десятых очков.

– Фу, вы сегодня оба такие суки, – скрылся за перегородкой тот.

Меня ждал фантастический день. И вечер. И целые выходные.

И машина.