Текст книги "Современный зарубежный детектив-16. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)"

Автор книги: авторов Коллектив

Соавторы: Ю Несбё,Алиса Валдес-Родригес,Адам Холл,Штефан Людвиг,Ли Чжонгван,Эш Бишоп,Саммер Холланд,Терри Дири
сообщить о нарушении

Текущая страница: 27 (всего у книги 337 страниц)

Глава 11. Гребаное правило

Такси остановилось у дома Эрика – где же еще. За время, пока мы с молчаливым водителем ехали из центра в этот богом забытый лес, мое настроение из смешливого и воздушного превратилось в сумрачное и недовольное. В основном причиной этому стало новое предвкушение: если полчаса назад я дрожала, представляя, что со мной сделает Чарльз, то теперь продумывала план побега, думая, какой скандал мне закатят Эрик и Рэй.

Секс никогда не был чем-то особенным – по крайней мере, не с моих девятнадцати лет. Иногда я использовала его для достижения собственных целей, например, если хотела добрать обязательных баллов в университете. Иногда – просто для удовольствия. Пару раз раздевалась из жалости, и что тут такого?

Но ни разу в жизни я не разводила бурю в стакане оттого, что кто-то куда-то засунул свой член. Когда мы с Эриком и Рэем начинали наши милые взаимоотношения, это было буквально оговорено словами через рот: каждый из нас оставлял за собой полное право использовать гениталии по своему желанию.

Получалось, что, если им не нравилось через микрокамеру считать волосы на груди Чарльза, стоило просто захлопнуть крышку ноутбука, а не устраивать мне холодный душ, да еще и в буквальном его смысле.

Я ненавидела оправдываться и не планировала извиняться примерно никогда в своей жизни. И уж точно не тогда, когда была абсолютно ни в чем не виновата! В конце концов, я же не бегала и не выясняла, с кем Рэй проводил свои выходные? Или с кем Эрик играл в ванильного мальчика в Бристоле?

И теперь я злилась. Еще бы: обеспечила им обоим полное отсутствие осуждения, несмотря на особенности каждого, не пыталась их изменить и переделать. Просто принимала как данность: вот один, вот другой. Естественно, я ожидала той же любезности в ответ!

В этих невеселых мыслях я поднялась на крыльцо дома Эрика. Для того чтобы недовольство во мне развернулось в полноценный скандал с битьем посуды, достаточно было бы одной неправильно произнесенной фразы. Честное слово, до нервного срыва мне оставалась крошечная капелька…

– Вернулась, – раздался голос Рэя, как только я дернула за ручку.

Они встретили меня вместе. Эрик – прислонившись к двери своего кабинета, Рэй – сидя на диване. Я сделала глубокий вдох и покачала головой.

– Мы можем отложить разговор? Я хочу спать.

– Куда отложить? – с интересом поднял брови Эрик. – До завтра?

– Желательно – до момента, когда у вас появится право что-либо мне предъявлять.

– Мы и не планировали, – ответил Рэй.

Он поднялся и выдвинул кресло напротив дивана, приглашая меня туда сесть.

– Но разговор придется провести сейчас.

Спорить не было смысла: это был Рэй Блэк. Если он решил поговорить, он тебя и из гроба поднимет, и за неправильное положение рук отчитает. Так что я молча разделась, прошла вглубь комнаты и опустилась в чертово кресло.

Через секунду я уже снимала кулон с камерой. Никогда больше, ни разу в жизни не планировала его надевать. Наплевав на приличия, я еще и залезла пальцем в ухо…

– Оставь, я сам достану, – остановил меня Эрик.

Он подошел и сел рядом с Рэем на диван. Теперь они вдвоем внимательно оглядывали меня, словно пытались понять, какие уродливые изменения оставляют ласки Чарльза Уотерби.

Что ж, в отличие от них обоих, от него не было ни синяков, ни кровоподтеков.

– Я правда устала.

– Знаю, – ответил Рэй. – Мы тоже. Сложная ночь.

– Можно вы просто уже выскажете, что хотели, и я уйду спать? Могу даже в Хаверинг, только верните мой телефон.

– Мы оба помним, что не имеем права ревновать, по твоему мнению, – жестко произнес Рэй. – Поэтому меняем правила, чтобы сегодняшняя ночь не повторилась.

Началось… Я с тоской повернулась к окну, надеясь, что за темным стеклом сидели мои друзья-доберманы. С учетом их теплого вольера даже там мне было бы спокойнее, чем здесь.

– И что теперь от меня требуется?

– Повернись к нам, – приказал Рэй.

Как же они оба достали… Невыносима была сама мысль, что кто-то вроде них считал себя вправе определять, куда мне смотреть, что говорить и с кем спать. Годы борьбы за собственную независимость стремительно множились на ноль. Сперва они стали моими начальниками, а теперь… вот это все.

– Мы многое обсудили, – куда мягче сказал Эрик. – И поняли, что нужно, чтобы сохранять хрупкий мир между нами.

– Я-то при чем? – вырвалось у меня. – Это ваши отношения, я…

– Выслушай, пожалуйста, предложение Рэя.

Эрик выглядел так, словно я предала его, вырезала семью и оставила голым на парковке. Если раньше я бы попробовала понять, почему он так себя чувствует, то сегодня мне не хотелось входить ни в чье положение. Собственная правота и гордость заставляли бунтовать, теперь – против чужого нездорового собственничества.

Вздохнув, я устало закрыла глаза и кивнула. Все еще слишком зависела от них, чтобы хлопать дверью, – да и быть разбросанной по этому лесу по частям не хотелось. Мало ли у кого из них снесет крышу от ревности.

– Спасибо, – ответил Рэй. – Уна, мы можем пережить тот факт, что ты спишь с нами обоими. Это не первая такая ситуация.

Мои глаза распахнулись. Он сказал… что?! Я у них не первая?!

– Но… предлагаем, – видно было, как тяжело ему далось это слово, – исключить из этого уравнения остальных мужчин на планете. Абсолютно всех, даже тех, с кем мы не знакомы.

– Кто-то был до меня? – выпалила я.

– Это не тема для сегодняшнего разговора.

– Как удобно: если тебе нужно что-то выяснить, я должна ответить на все вопросы немедленно, а если мне – не сегодняшний разговор.

– У нас однажды была интрижка, очень давно, тогда было весело, но мы уже лет шесть не видели ту девушку. Ничего особенного не произошло, ни у меня, ни у Рэя нет тяжелых чувств по этому поводу, конец истории, – отрезал Эрик. – Теперь можем продолжать?

Я отложила эту мысль, чтобы обдумать ее позже, и кивнула. У них была девушка! Совместная! Сказать, что мое эго ранил этот факт, – не сказать ничего. А мне, значит, с Чарльзом нельзя?!

Нужно было остаться. Просто снять камеру, незаметно убрать в сумку и остаться. Если бы сумка была в гостиной, а мы с Чарльзом в спальне, Эрик и Рэй даже ничего не услышали бы!

Жаль, что умные идеи приходили ко мне с опозданием минимум на час. Было бы куда подать жалобу – подала бы.

– Уна… – Рэй сделал странное движение вперед, но бросил взгляд на Эрика и задержался на месте. – Вернемся к обсуждению. Ты готова остаться только… нашей?

Это слово прозвучало неожиданно интригующе, и горький привкус всего, что было до него, исчез. «Нашей».

– Я имею в виду, что… ты можешь ограничить свои сексуальные контакты нами двоими? – испортил впечатление Рэй. – Если есть что-то, чего тебе в нас не хватает…

– А вы? – перебила я. – Тоже перестанете трахаться с другими девчонками?

Эрик и Рэй переглянулись и синхронно нахмурились.

– Мы и не начинали, – пожал плечами Эрик.

– Именно, – добавил Рэй. – Я не люблю одноразовые связи, это слишком скучно. А сразу две постоянные нижние – прорва времени.

– Да, у меня похожая… проблема. Тебе не стоит беспокоиться за нашу личную жизнь, Уна. В ней только ты.

Как бы ни пыталась, я не могла понять, что чувствовала по этому поводу. Ночь действительно выдалась сложной, и сейчас у меня не оставалось сил ни спорить, ни защищаться, ни радоваться чему бы то ни было.

Как там говорил Эрик? Проще дать, чем объяснить, почему не хочешь? Наверное, выражение касалось их обоих.

Мы все равно почти закончили миссию. Еще пара недель, и я была бы свободна от этих странных отношений… Как и от работы.

– Ладно, – кивнула я. – Остановлюсь на вас. Теперь мне можно пойти спать?

– Нужно.

Эрик поднялся и опасно хрустнул шеей. Ловко наклонился к моему уху, и через секунду наушник уже был в его ладони.

– Вот теперь точно свободна.

Он сделал несколько шагов в сторону своего кабинета, но, словно вспомнив о чем-то, обернулся к нам.

– Я буду разбирать то, что мы скачали сегодня, – задумчиво проговорил он. – Рэй, ты, скорее всего, захочешь остаться до утра, чтобы сразу…

– В этом есть смысл, – спокойно ответил Рэй.

– Тогда займи комнату Уны. Кроха, ты иди в мою.

– Я вполне могу спать в комнате Уны вместе с Уной.

– Вместе с Уной будешь спать в своей комнате в своей квартире.

– Серьезно? Часа не прошло, как ты успокоился, и опять?

Да твою ж мать, еще один виток брачного танца молодых самцов бегемота! Я чувствовала себя ребенком, которого на весь день забыли на качелях, и была в очередной раз готова закатить безобразную истерику. Даже кататься по полу, если бы это помогло или мне, или им.

– Хватит, – попросила я тихо.

– Ты на моей территории, – не унимался Эрик.

– Не забудь задрать ногу и пометить ее.

– Хватит! – пришлось закричать мне. – Я вам не мячик, блядь, пинать друг другу будете кого-нибудь другого.

Они замолчали, настороженно глядя на меня так, будто от моего слова теперь зависело наше общее решение. Но я не собиралась делать никаких подачек. Я устала, и даже слово «устала» не могло передать все то, что свалилось на мои плечи. Вес гребаного мира давил на них.

Волнительные сборы, гребаный язык Бренды, нервы от предстоящей встречи с Чарльзом, потом она самая, ужин с друзьями, поездка к Чарльзу домой, холодный душ, и теперь ЭТО.

Спасибо, но я была сыта по горло их поведением, собственническим и глупым. Да, глупым, потому что эти два умных мужика рядом с друг другом превращались в пубертатных долбоебов!

– Я иду спать в свою комнату, – сообщила я. – В ту, где написано «Уна», под свое одеяло и к своей подушке.

Как бы я ни старалась звучать уверенно, голос все равно дрожал.

– Ты, – я ткнула пальцем в Эрика, – сделай, пожалуйста, так, чтобы этот вечер не был зря. А ты, – палец переместился на Рэя, – спи где хочешь. У меня в комнате, на диване, в собачьем вольере, у себя – хоть у Эрика. Выбор за тобой.

Махнув на обоих рукой, я поднялась по лестнице, кое-как разделась и завалилась в постель. Выключила свет, чтобы уснуть, но в голову тут же полезли неприятные мысли.

В первый раз, пожалуй, за все последние месяцы я вдруг поняла, в какую задницу залезла по своей воле. Насколько на самом деле опасной была вся эта игра, которую затеяли Эрик и Рэй. И насколько маленькой и беззащитной я оказалась в ней.

Помните, как переживала, что Рэй заставит меня копать себе могилу? Так вот теперь все было намного, в разы, на чертов порядок хуже. Два ревнивца, два милых пса, один Чаушеску и глава департамента, который отлавливает финансовых преступников. И я, блядь, аферистка из Нориджа!

Сказочно повезло. Нет, и до этого вечера, если откровенно, мне сходили с рук многие вещи, но теперь… Скорее всего, второго такого подарка судьбы просто не могло быть. И осознав это, я начала надеяться, что Эрик вытащил из компьютера Чарльза все необходимое.

Отличной идеей было бы уехать. Куда-нибудь на северо-запад – Манчестер, Ливерпуль, не маленькие, но и не слишком большие города. Место, где можно спрятаться, не привлекать к себе внимание. У меня было достаточно денег, чтобы снять квартирку, особенно если Рэй заплатит оставшуюся часть. Год посидеть тихо – и можно было бы вернуть к жизни Татьяну и Ольгу.

Господи, ну почему это все происходило со мной?! Сидела себе в Хаверинге, никого не трогала, занималась своим маленьким делом… Чертов Эрик и его чертов шантаж. Я так устала от всего, что приходилось переживать…

В комнате зажегся свет, а я не услышала, как открылась дверь, настолько была погружена в собственные сожаления.

Даже сейчас меня не могли оставить одну. Впрочем, плевать. Я все равно никак не засыпала, а поток мыслей принимал не самый здоровый оборот – еще пара минут, и можно было бы разреветься от того, насколько я несчастна.

Рэй зашел внутрь, закрыл за собой дверь и принялся собирать вещи, разбросанные по полу. Он даже повесил их в шкаф – вот же чертов педант.

– Просто ложись на ту сторону кровати, – попросила я.

– Ты не сходила в душ? – недовольно заметил Рэй. – Он тебя пахнет… им.

– Иди тогда в соседнюю спальню, там им не пахнет.

– Ты зря огрызаешься, – с какой-то новой нежностью ответил он. – Это совершенно нормально, что мне не нравится чужой запах на моей женщине.

– Не на твоей.

– Ну да, на нашей. Но запах все еще чужой.

– Ты не оставишь меня в покое, да? – горько спросила я. – И что это за новая тема с «нашей» женщиной? Я не ваша, а своя. Ничейная.

– Вернешься из душа – расскажу, – пообещал он. – Помочь тебе с этим?

– Сама справлюсь, – буркнула я, с сожалением выползая из-под одеяла. – И оставь в покое мои вещи.

Теплая вода, барабанившая по плечам и голове – мне было плевать, насколько вредно было спать с мокрыми волосами, – помогла немного привести мысли в порядок. Вернее, вымыла их к черту, позволив слову «наша» заполнить оставшееся пространство.

Между нами не было любви. Никаких лишних чувств, только немного дружбы и отличный секс. Но почему-то именно теперь я ощущала себя так, будто…

Нет, эту мысль нельзя было думать никогда. Слишком приятная и заразная, она грозилась поселиться в голове надолго и отравить все мое существование. И самое главное – она была ложной, основанной лишь на смутных ощущениях. Ни слов, ни даже подтверждающих эту мысль действий не существовало.

Никто и никогда меня не любил. Ни как в фильмах, ни как в песнях, ни как в книгах. Да, некоторые мальчишки заявляли, будто чувствовали что-то ко мне… Но это не по-настоящему. И знаете что? Плевать, кому вообще нужны эти люди? У меня всегда была я, главная любовь и главная поддержка в жизни, и мне себя более чем хватало.

Так что ядовитое слово «наша» не имело права играть со мной шутки – никаких нас не существовало. При малейшей проблеме Эрик бросил бы меня под поезд. Рэй тоже ничего не обещал, а значит, привычный мир не менялся от того, что мы с ними начали трахаться.

Здесь все еще была я, сама у себя. Та, кто меня любил. Та, кто была любима.

Но стоило мне, завернутой в полотенце, выбраться из душа, как меня подхватили сильные руки, чтобы пронести три шага до кровати, а там на голое тело натянули уютную шелковую пижаму. Рэй был уже раздет, и мы, как дети, развалились поверх одеяла.

– Так лучше, – вдохнул запах моих волос Рэй. – Ты устроила мне нервную ночь.

– Ревновал? Я так и поняла.

– Ревновал? – эхом повторил он. – Не совсем то слово.

– Что было между вами, пока я… работала?

– Пока ты позволяла Чарльзу Уотерби тебя раздевать? Много всего… – В голосе проскользнула горькая ирония. – Смотри.

Он поднялся и принес мне свою рубашку, уже аккуратно повешенную в шкаф. Я никогда не смогла бы привыкнуть к этой его любви к порядку.

Под воротом на спине зияла длинная прореха. Я не видела ее, когда приехала, но Рэй и не поворачивался ко мне спиной.

– Завтра придется занять у Эрика футболку, – сказал он. – Не могу позволить себе так ходить.

– Как это произошло?

– Я пытался поехать за тобой. Вытащить тебя из его постели, чего бы мне это ни стоило.

Прозвучало слишком честно, даже непохоже на того Рэя, которого я знала.

– Эрик остановил меня вот за этот ворот.

Он вздохнул, пока я неверяще пробегалась пальцами по торчащим из дыры ниткам.

– Если ты думаешь, что ему твоя выходка далась легче, не стоит. У тебя потрясающий талант выводить нас обоих из себя, так что… Теперь ты наша. Хочешь этого или нет, но мы вынуждены ограничить твою свободу выбора, чтобы не потерять собственную.

– Ты говоришь странные вещи.

– Потому что они происходят между нами всеми. И я не готов вешать ярлыки… Называй это как хочешь. Я вообще никак не буду.

– Вы были уже такими спокойными, когда я приехала, – вдруг поняла я. – Уже…

– Пришлось договориться. Мы в сложной ситуации, Уна, и пока она не становится легче. Если будем устраивать разборки между собой, можем оказаться в тюрьме все вместе. Поэтому сейчас постарайся пережить свою обиду, завтра нас ждет еще один сложный день.

– Ты так много говоришь, – вздохнула я. – Непривычно.

– Не хочу, чтобы остались недопонимания.

Их был целый миллион, этих недопониманий. Но сейчас, когда Рэй прижимал меня к себе, будто я – величайшая его ценность и самый главный актив, во мне оставалось только одно желание.

Наконец-то уснуть.

Глава 12. Гребаная система безопасности

Утро встретило меня со сверлом в руках – оно ввинчивалось в виски, добавляя к и без того тяжелой голове тупую пульсирующую боль. Даже лоботомия была гуманнее такого похмелья, и сейчас я бы на нее с радостью согласилась.

Конечно, я не собиралась подниматься. Не настолько же я была дурочкой, чтобы позволять этой боли стать сильнее, – к тому же внизу меня не ждало ничего хорошего. Подколки и нотации, минимум – недовольные взгляды. Ну уж нет, лучше остаться здесь, в теплой кровати, под тяжелым одеялом.

Даже думать было сложно. С одной стороны, я прекрасно понимала, что натворила, с другой – не могла представить масштаб вчерашних событий и их последствий. Что, если Эрику и Рэю уже надоело со мной возиться, и вместо второй части оплаты я получу нож в сердце и постоянное место жительства в виде соседнего леса?

И Чарльз, который теперь знал… О боже, я же спалилась на все пятьсот процентов – с этой проклятой пожарной системой. И он знал, где я работаю, мог сложить два и два. Он же коп, в конце концов, и вроде не худший!

В гениальном плане Эрика и Рэя оказалась огромная, никем не замеченная дыра. Я не представляла, как из нее выбираться, но первым, что планировала загуглить, когда сползу с постели, были правила поведения в тюрьме, ведь Чарльз найдет меня и посадит как минимум за вторжение в его квартиру.

Ручка двери опустилась, и в проеме показалась голова – я не могла сфокусировать взгляд достаточно, чтобы понять, чья.

– Проснулась? – послышался голос Эрика. – Почему не приходишь?

– Дай мне умереть, – хрипло попросила я.

– Понял.

Он исчез, а я закрыла глаза и погрузилась в пучину отчаяния. Боже, как же я встряла! Еще и вела себя так нагло, будто кто-то налил мне в «Негрони» эликсир храбрости и даже не размешал, оставив основную часть на поверхности.

Теперь я вовсе не чувствовала себя смелой или успешной – только попавшей в полную задницу. В глазах защипало от горя и обиды. Я была так молода, чтобы садиться в тюрьму уже сейчас, и совершенно не заслужила этого.

Когда кровать рядом со мной прогнулась под чужим весом, я решила, что нет смысла подавать признаки жизни. Попросила ведь оставить меня в покое…

– Ну-ну, ты сегодня не умрешь, – ласково сказал Эрик, проводя ладонью по моему лицу, – у тебя нет на это права.

– Почему? – сварливо спросила я.

– Твой единственный шанс умереть – это если мы тебя убьем. Иначе никак.

– Иди к черту.

– Не пойду, меня оттуда выгнали. Давай открывай глазки, спящая красавица. Я пришел тебя спасать.

Я послушалась, и перед расфокусированным взглядом появилась раскрытая ладонь. Боже, он принес пару таблеток… Интересно, сейчас было бы уместно признаться ему в любви?

С трудом приподнявшись под непрерывное сверление в голове, я попыталась протянуть руку, но та оказалась слишком тяжелой. Пришлось просто широко открыть рот.

– Очень эротично, – рассмеялся Эрик. – Тебя хоть сейчас на «Онлифанс».

Закинув таблетки и приставив к губам бутылочку с водой, второй рукой он погладил меня по волосам.

– Маленькая пьянь, – с нежностью произнес Эрик. – Еще раз такое выкинешь – раздену и как погоню по лесу… Будешь сражаться за свою жизнь, пока не пообещаешь мне абсолютную верность. И потом еще немного придется убегать.

– Я вчера уже все пообещала.

– Ну… Пока на крови не клялась, не поверю.

– Иди к черту, – повторила я, укладываясь обратно. – Я тебе ни разу не врала.

Эрик не ответил. Он продолжал гладить меня по волосам, пока дрель не вытащили из моего виска. Стало настолько легче, что даже тяжелая тревога постепенно начала рассеиваться. Особенно теперь, когда мой большой и страшный зверь был рядом.

Не думайте, что я забыла о нашей договоренности: каждый сам за себя. Меня было не обмануть неожиданной лаской и нежностью, но от этого его действия не стали менее приятными. Наоборот, каждая секунда, когда он хотя бы делал вид, что мы не просто временные союзники, стоила больше денег.

Хотелось забраться к нему на колени и сидеть там, пока тело не вернется ко мне полностью. Плыть в прекрасном жаре, который исходил от него, как от огромного обогревателя.

– Легче? – спросил Эрик.

– Намного.

– Отлично, потому что, – он тут же поднялся и стащил с меня одеяло, – ты нужна нам внизу. Приводи себя в порядок, ждем на кухне.

– Нельзя было еще немного побыть хорошим человеком? – вздохнула я.

– Когда это я начинал? – отмахнулся Эрик. – Десять минут тебе хватит?

Вместо ответа я сползла с кровати и отправилась в свою ванную. В обычное утро он точно последовал бы за мной, но сегодня его забота, видимо, закончилась на таблетках. Правда, и мне уже немного надоело жалеть себя, так что вместо слез под душем я собралась, переоделась в чистую одежду и спустилась вниз.

Рэй сидел на кухне в футболке Эрика, свисавшей мешком с его плеч, и с планшетом Эрика. Он выглядел самым несчастным человеком на Земле. Брови сдвинуты, в уголках губ пролегли грустные складки, а в глазах плескалась паника. Я застыла на пороге, увидев его, и тут же поняла: пока умирала от похмелья, настоящая беда происходила именно здесь.

– Мы уже позавтракали, так что садись, – спокойно приказал Эрик. – Я тебе все принесу.

– Что случилось?

– Сначала завтрак, – отрезал он.

– Ты вообще спал?

Эрик зашумел кофемашиной и повернулся ко мне спиной. Теперь я заметила, что, в отличие от своей обычной привычки расхаживать по дому полуголым, он был одет. Впрочем, и я не вышла к ним в трусах и футболке. Несмотря на то что мы все, судя по всему, видели друг друга голыми, последняя капля приличия в нас не потерялась.

– Он спал? – спросила я у Рэя.

– Нет еще, – покачал головой тот, не отрываясь от экрана. – Мы здесь с четырех утра.

– С ума сошли, – вздохнула я.

– Тебя забыли спросить, – недовольно пробурчал Эрик.

Он поставил передо мной тарелку с омлетом и беконом и вернулся на кухню за кружкой кофе. Живот предательски заурчал, вспомнив: мы с ним не ели уже двенадцать часов, так что, не задавая больше вопросов, я приступила к еде.

Эрик сел напротив, рядом с Рэем. Они переглянулись в немом диалоге, и с этого момента неловкость, висевшая посреди кухни, превратилась в дамоклов меч. Я выбрала игнорировать его во имя пяти минут счастья: омлет был невероятно нежным, бекон – правильно хрустящим, а кофе, как всегда, непревзойденным.

Я наблюдала за Эриком и Рэем настолько беззастенчиво, насколько это было возможно. Пусть и ненадолго, но мне повезло проводить время с такими красавчиками. Оба хороши: аристократично-острый Рэй, с его темными волосами, выделяющимися скулами. Даже сейчас, с двухдневной щетиной и кругами под глазами, он не терял своей элегантности. А Эрик с его звериными повадками? Настоящий хищник, широкий, высокий, с острым взглядом, но таким заразительным смехом.

Хоть они бы и не дождались меня из тюрьмы, но помечтать-то можно было. Особенно сейчас. Вот бы мы попробовали втроем… Возможно, если мне грозил срок, я могла предложить потрахаться так хотя бы раз. В конце концов, что им стоило?

Когда я доела, убрала посуду и вернулась за стол, Рэй отложил планшет и выпрямился.

– Мы просмотрели все, что удалось скачать с компьютера Чарльза.

– Так, – подобралась я. – И что там?

– Ничего, – сухо произнес он. – Абсолютно ничего, все файлы пусты. Мы видим только названия.

– Есть подозрение, – добавил Эрик, – что у Чарльза стоит система безопасности, которая была готова к подобной атаке.

У меня пересохло во рту.

– И что это значит для нас?

– Скорее всего, он уже знает, зачем ты к нему приезжала, – вздохнул Рэй. – Не верю, что говорю это… Но лучше бы мы дали тебе с ним переспать.

Сначала я не могла ответить. В голове стало пусто, а в ушах звенело. Ко мне не сразу пришло осознание, что именно сообщил Рэй, и поэтому улыбка глупо поползла по лицу, будто все получилось.

А нихуя у нас не получилось. Я даже не успела бы попробовать тройничок перед тюрьмой – могло быть и так, что система безопасности уже отследила мой телефон до этого дома, и пока я спала, Чарльз готовился меня арестовывать.

– Значит, так, – решительно поднялась я. – Эрик, дай мне, пожалуйста, нож.

– Зачем он тебе? – встревоженно спросил он.

– Ну… Сначала я убью Рэя. Потом тебя.

Прозвучало до того спокойно и уверенно, что Эрик даже поежился. Я бы тоже поежилась, если бы сама это не говорила.

– Не нужно никого убивать, – предупредительно сказал он. – Мы справимся.

Раз он не хотел давать мне нож, пришлось пойти за ним самой. На полпути две сильные руки обхватили меня и приподняли над землей.

– Отпусти, – попросила я.

– Мы все решим. Катастрофы не произошло.

От его снисходительного тона мне сорвало крышу. Как он посмел называть мой будущий срок не катастрофой?! И что теперь, мне просто поверить, когда они уже не справились?!

Я не горжусь тем, что сделала после этого… Но уверена, меня можно понять, просто вспомните все моменты, которые мы пережили вместе, начиная с угрозы скормить собакам.

– Иди ты, – резко лягнула Эрика я. – В гробу видела ваши решения! Выпусти и дай вас убить!

– Успокойся.

– Себя успокой! Сначала все равно его убью.

Я рванула в сторону Рэя, ведь он был первопричиной моих несчастий – это в его проблемы я ввязалась по его же просьбе!

– Да что в тебя вселилось? – крепче сжал руки Эрик. – Можешь хотя бы объяснить?

В ответ я опустила голову и впилась зубами в его руку. Это не решило вопрос, но точно заставило Эрика отреагировать. Он разжал хватку, на секунду подарив надежду, но не успели мои ноги коснуться пола – зубы-то сразу разжались, – как он перевернул и перекинул меня через плечо, как мешок. Укусить его за спину не получалось.

– Это реакция на стресс, – спокойно произнес Рэй.

– Пошел на хуй! – орала я, принявшись теперь яростно колотить Эрика кулаками. – Оба вы! Ненавижу!

– Я сказал, мы решим проблему. – За его словами последовал ощутимый хлопок по моей заднице. – Прекрати так орать.

Это не успокаивало. Я не только продолжила, мой голос становился все громче и скоро мог достигнуть даже далеких соседей.

– Да я на твоей стороне, успокойся! – рыкнул Эрик в разгар попыток удержать извивавшуюся меня. – Я все решу.

– Знаю, что значит твое «решу»! – почти на ультразвуке кричала я. – Ты бросишь меня при первой сирене и снимешь мое имя с двери! Я сяду, а ты пойдешь делать кофе с сэндвичем, как будто ничего не было. Потому что ты не подставишься ради меня. Ты сам говорил!

Эрик застыл, даже не реагируя на мои непрекращающиеся удары.

– Ты так сказал? – с интересом уточнил Рэй.

– Все изменилось, – деревянным голосом ответил тот, вздохнул и повторил. – Кроха, все изменилось. Теперь мы на одной стороне. Я не брошу тебя.

Крошечная слабина в его голосе заставила меня остановиться. За спиной послышался еще один тяжелый вздох.

– Можешь пока так постоять? – уточнил Рэй. – Давай я попробую.

Вскоре он вырос передо мной и поднял за подбородок, заставив посмотреть себе в глаза снизу вверх. Было в нем что-то одновременно пугающее и успокаивающее… Классический Рэй Блэк. Он вызывал диссонанс одним своим присутствием, и сейчас я терялась в собственных чувствах.

– Во-первых, я как минимум обещал адвоката, – подозрительно ровно произнес он. – Во-вторых, тюрьма тебе пока не грозит. Лично ты не сделала ничего криминального, максимум – соучастие. Хороший адвокат, которого я оплачу, выставит тебя жертвой. А судьи ненавидят выносить обвинительный приговор молодым красивым девушкам с высшим образованием. Ты будешь в порядке.

Завороженная, я медленно кивнула. Буря в душе рассасывалась в стенки сосудов, исчезая внутри кровеносной системы.

– А если я тебя предам, – ни одной эмоции в этом голосе, – сам вложу в твою руку нож. Но точно не сегодня.

Ровный тон почему-то убаюкивал, и я не могла не обмякнуть. Даже не заметила, как Эрик усадил меня на стул и опустился на корточки рядом.

– Сделаю нам чай, – сообщил Рэй. – Кофе сейчас навредит.

Когда он отошел, у меня получилось впервые посмотреть в лицо Эрику. В его глазах оказалось столько боли, что я невольно отпрянула.

– Прости, – одними губами сказала я. – Это просто…

– Нам придется научиться доверять друг другу, – поморщился он. – Иначе сядем все втроем. Вернее, мы в мужскую тюрьму, а ты в женскую.

– Зато с Маргарет Сонмайер, – робко пошутила я. – Буду ее шестеркой.

– Она как человек – говно, – покачал головой Эрик. – Не рекомендую всерьез рассматривать этот вариант.

– Твоя бывшая?

– Слава богу, нет, – наконец улыбнулся он. – Мне не везет с бывшими, но не настолько.

– Настолько, – кивнула я в сторону Рэя.

Эрик опустил голову мне на колени, и его плечи затряслись от плохо скрываемого смеха. Я наконец начала приходить в себя.

– Мне отвернуться, чтобы вы поцеловались? – спросил Рэй. – Или ты успокоилась, и мы можем продолжить?

– Можешь отвернуться, чтобы мы потрахались, – резко поднял голову Эрик. – Испортил мне выходные.

– Понятно, теперь от тебя ножи прячем.

– Так, перерыв, – остановил его Эрик.

Он сел рядом со мной на стул и разлил чай по чашкам. Было странно ругаться в настолько уютной обстановке – совсем недавно я ей даже умилялась. Аромат и заливавшее кухню редкое зимнее солнце окончательно успокаивали, заставляя смириться со своей судьбой.

– Чем займемся? – нарушила воцарившееся молчание я.

– Расскажем тебе, что удалось узнать, – объяснил Рэй, – все вместе придумаем дальнейший план. Потом мы с тобой уезжаем, чтобы Эрик мог поспать.

Обжигающе горячий чай оставлял бергамотовый привкус на нёбе. Я была готова на многое, лишь бы задержать этот короткий момент. Пока мы втроем пили чай, кота еще не вытащили из мешка, а меня не заставили на него смотреть.

– Что мы поняли по названиям, – нарушил тишину Эрик. – Во-первых, каждая транзакция из компании и в нее, что логично. Во-вторых, там хранится архив переписки продажников с клиентами – и это тоже нормально. Рэй, там все чисто?

– Да. У каждого продажника есть инструкция, как называть инсайды, из диалогов можно заподозрить максимум экстрасенсорику, но за нее сложно посадить.

– Они составляют диаграммы движения денег, – продолжил Эрик. – Значит, ищут схему их отмыва. И это хорошая новость, потому что они копают не там.

– Почему? – Во мне начал разгораться интерес.

– Я практически не вывожу деньги компании, и тем более этого не делает Вустридж, – ответил Рэй. – Львиная часть прибыли идет на реинвестирование, а выплата дивидендов – скорее прикрытие. И опять же, они полностью распыляются по транзакциям.

– Еще скажи, что живешь на зарплату.

– Нет, просто я зарабатываю на жизнь и машины для капризных девушек с помощью других инсайдов.