Текст книги ""Фантастика 2026-63". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: Антон Агафонов

Соавторы: Татьяна Кагорлицкая,Оксана Пелевина,Даниэль Брэйн
сообщить о нарушении

Текущая страница: 85 (всего у книги 297 страниц)

Глава 19

Рыцарь решительно бросился ко мне, я встретил его ударом духовного клинка, но тот заблокировал мой выпад щитом, одновременно ткнув инфернальным клинком мне в лицо. Оружие прошло совсем близко от головы и даже оцарапало, а следом немного оплавило щёку.

Развернувшись, я ударил кулаком по щиту другой рукой, одновременно усиливая удар. Разбить щит у меня не получилось, он оказался гораздо крепче шлема, который я снес у противника парой минут ранее. Но даже так я ухитрился отбросить наадающего назад, но к сожалению он устоял на ногах. Просто проскользил по полу с эпичным видом.

– Выдержал мой удар? Молодец! Крепкий малый, – усмехнулся я. – Но я только разогреваюсь!

В этот раз первым атаковал уже я, устав сидеть в обороне. Рыцарь принял удар духовного клинка на щит, затем заблокировал второй удар, третий. Я буквально обрушивал на него град ударов, один за другим, заставляя воина из Инферно уйти в глухую оборону. Один раз у него почти получилось достать меня мечом, но я свободной рукой подхватил табуретку за ножку и сидушкой впечатал ему в и так разбитое лицо, выбивая оставшиеся зубы.

Он пошатнулся, потеряв равновесие, и я воспользовался этим моментом, чтобы отсечь духовным клинком ему руку в запястье. Полыхающий огнем Инферно меч вместе с рукой рухнул на пол, а рыцарь отшатнулся, растерянно прикрываясь щитом.

И вновь никакого гнева. Странно.

Но хотя бы я чувствовал страх. Скользкий ужас, пронизывающий душу демона.

Я вновь напал, он заблокировал два моих удара, но третий я нанес уже кулаком, да ещё под таким углом, чтобы вскрыть его защиту. В следующий миг духовный клинок вошел демону под ребра, я слегка повернул руку, наворачивая его внутренности на энергетическое оружие. Противник рухнул на колени, и оставалось лишь добить его одним точным ударом.

– Два-ноль, – бросил я Хагготту. – И это твои лучшие бойцы? Я разочарован.

– Элита, но не лучшие. Лучших нужно использовать в правильное время и в правильном месте, – не согласился аватар Князя Инферно. – Возьми я с собой лучших, они могли бы выиграть, а могли бы и умереть… Пятьдесят на пятьдесят. Убитых тобой легко заменить, а вот моих “перстов” – нет. Терять их в попытке прикончить аватара Стремления – по мне пустая трата ресурсов.

– Ты крайне прагматичен, – хмыкнул я. – Полагаю, что хочешь прикончить меня самолично?

– Раздумываю над этим, – подтвердил Хагготт, поднимаясь из-за стола. Одновременно с этим его облик стал меняться. Кожа посерела и стала больше походить на металл, чем на нормальную плоть.

Рыцари были неприятными противниками, но вот этот гад сулит мне целую кучу проблем. С ним придется выложиться на полн…

Я не успел закончить мысль, как он рванул вперед с такой невероятной скоростью, что превратился в размытое пятно, и через долю секунды оказался прямо передо мной. Рефлекторно я выставил блок, усиливая себя, но этого оказалось недостаточно. Сила аватара Князя Инферно была несравнимо выше, чем у рыцарей, причем вместе взятых.

Меня подбросило вверх, впечатало в потолок вагона-ресторана, и к сожалению последний не выдержал. Миг спустя я внезапно понял, что кувыркаюсь где-то в ночном небе, вот только долго это не продлилось, и вскоре я начал свое стремительное падение вниз.

Поезд тем временем ехал дальше, словно и не думая тормозить, несмотря на происшествие. И к сожалению, падал я совсем не на вагоны… Пришлось сгруппироваться, и когда я оказался совсем рядом с деревьями, прямо в полете оттолкнулся от них что есть силы, проворачивая тот же трюк, что я использовал во время нападения демонов на Мариинский театр в Петрограде.

Едва не перелетел, но каким-то чудом сумел зацепиться за предпоследний вагон и оказаться на крыше. Демон был там, далеко впереди, и вряд ли намеревался уходить. Это действительно будет сложный бой… Не уверен, что я сейчас достаточно силен для такого. Но особо выбора у меня нет!

Я перекинул себя на крышу вагона и бросился вперед, попутно возвращая в рабочее состояние Духовный клинок, а то во время полета он разрушился. Энергии оставалось чуть больше половины, и не похоже, что у меня будет много возможностей её восполнить.

К моменту, когда я почти добрался до вагона-ресторана, Хагготт сделал свой ход. Он выпрыгнул через дыру на крышу и довольно ухмыльнулся при виде меня, после чего ударил себя кулаком по груди, и оттуда начало что-то вылезать.

– Фу… Это так неприлично! – крикнул я.

Судя по всему, это было какое-то оружие. Меч? Очень похоже, но странный, словно собранный из Тени и раскаленной магмы. А ещё где-то в области гарды у него имелся алый глаз.

– Знаешь, ты меня кра-а-а-а-айне сильно бесишь, – злобно оскалился я, загоняя собственную злость в Сосуд Правителя.

– Мы могли бы быть партнерами, ГНЕВ!

– Мне больше нравятся женщины, – бросил я Князю и атаковал.

Наши клинки столкнулись, высекая сноп искр. Он умел фехтовать и делал это сейчас крайне показушно. Заложил левую руку за спину, как дуэлянт на шпагах, и дрался одной лишь правой. А вот я метался из стороны в сторону, пытаясь хоть как-то его подловить и достать. Да, он действительно на порядок сильнее и искуснее.

– В чем дело, ГНЕВ? Это всё, что ты можешь?

– Да, продолжай насмехаться, – собственная слабость лишь распаляла кипящую внутри ярость и придавала сил. Мои движения стали быстрее, а атаки – сильнее, но пока что мне не удавалось никак его достать. Да ещё это его оружие… С ним точно что-то не так. И стоило об этом подумать, как клинок внезапно поменял форму. В нем отворилась пасть, впившаяся мне в плечо. Я рефлекторно отступил, и в итоге это дрянное оружие вырвало кусок моей плоти.

– КРОВИЩА-А-А-А! – внезапно завизжало оружие жуя.

– Какого хрена?! Это нечестно! – воскликнул я, отступая. – Что это за меч такой?!

– Нравится? – ухмыльнулся демон.

– КРОВИЩА-А-А-А!

Где-то впереди показались огни города, и поезд стал снижать скорость. Видимо решил остановиться у ближайшей платформы, чтобы разобраться в произошедшем.

– Кажется, наше время заканчивается, – хмыкнул Хагготт, тоже обративший на это внимание. – Мне нравится с тобой играть, ГНЕВ, но не хватало еще связываться с вашими магами.

И вот после этого Хагготт стал серьезен. Это я понял практически сразу, потому что больше в оборону играть он не собирался. Демон бросился вперед, и прямо на глазах его оружие стало менять форму, подстраиваясь под ту или иную атаку.

Близкая дистанция – кинжал. Я отступил – меч превратился в копье, которое едва не проткнуло мне грудь.

– Хозяин! – услышал я где-то рядом возглас Цукимару, а миг спустя на крыше оказался и Казимир, тут же принявший свой изначальный вид.

– Подкрепление? Тебе оно не поможет! – фыркнул демон, усиливая напор, и вот в этом он был категорически неправ. Непосредственно в схватке от Казимира против аватара Князя Инферно действительно не будет много толку, но в данном случае он служил для меня высококачественной батарейкой. В Казимире живет столько ненависти и ярости, что хватило бы на десяток человек.

– Да, Казимир, дай мне всю свою ярость…

Я ускорился, и это было неожиданно даже для Хагготта, но к сожалению, только этого для победы оказалось мало. Увернувшись от меча, превратившегося в двуручник, я впервые за время схватки смог оказаться достаточно близко, чтобы нанести удар, но духовный клинок лишь смог поцарапать металлическую кожу демона, не причинив существенного вреда.

– Слишком слабо, – рыкнул он, отмахиваясь от меня с такой силой, что воздух хлопнул. Памятуя о силе удара, что вышвырнул меня из вагона, я больше не рисковал принимать его атаки на блок, стараясь парировать или уворачиваться.

– Хозяин, я помогу! – послышался крик Цукимару где-то неподалеку, и нас с Хагготтом окружила словно какая-то густая пелена. А после рядом со мной стали появляться мои точные копии, бросающиеся на демона. Первого же нападающего противник рассек саблей, второго насадил на копье. Третьего просто пнул, разрушая иллюзию, но за иллюзией прятался настоящий я, который перехватил нижнюю конечность демона.

Это мой шанс и хрена-с два я его упущу!

Духовный клинок не проткнет его кожу, но что если мне именно клинок и не нужен? Я создаю слишком большую площадь, из-за чего просто не могу создать лезвие достаточной остроты, чтобы пробить его стальную шкуру. Нужно что-то тоньше. Кинжал? Игла? Возможно что-то среднее.

Ухватившись за эту мысль, я собрал свою энергию и сжал её перед кулаком так сильно, как только был способен, отчего моя обычная алая энергия получила голубой оттенок. У меня перед кулаком получилось что-то вроде клина толщиной с большой палец и длиной примерно с ладонь. И его я вогнал Хагготту прямо под колено.

Глаза демона округлились, а сам он взвыл от боли. Но пробитой насквозь коленной чашечки мне, разумеется, было мало, так что я направил в рану ещё и мощный заряд своих обычных алых молний. Но к сожалению, закрепить успех не удалось, потому что в тот же миг последовал удар мне прямо в голову. Пришлось уворачиваться, а то бы меч в буквальном смысле откусил мне её…

– Это ты очень зря, ГНЕВ, – прорычал Хагготт, морщась от боли. Ну да, рана не из простых, точно такая же, какие получил и я. Это сражаясь с магами или местными реликтами я легко регенерировал, а вот силы существ вроде нас наносят раны не только телу, но и на уровне энергетической структуры, которую в простонародье ещё называют душой.

– Похоже, что моя ковырялка оказалась сильнее, – хмыкнул я, продемонстрировав духовный кол. Да, название получше пока не придумал.

– Тогда что ты скажешь вот об этом? – прорычал демон и вскинул свободную руку над головой. И вот тут я явственно ощутил, что запахло жаренным, и я бы даже сказал не запахло, а завоняло так, как когда ты сам почти превратился в уголек.

Над его рукой возник огненный шар, вначале маленький, но становящийся всё больше и больше. Он вращался и словно сплющивался, накапливая огромную мощь. Вот дерьмо! Я тут устроил с ним драку, а этот ублюдок ещё и магией владеет.

Надо его остановить и срочно, пока он тут всех не убил.

– Цукимару! Сделай что-нибудь! – крикнул я своей ручной кицунэ, а сам ринулся вперед. Кот, который все это время не вмешивался, внезапно запел. Голос у него конечно был тем ещё, ни о какой мелодичности и даже чувстве ритма речи не шло, но Хагготта внезапно проняло. Он пошатнулся и скривился так, словно ничего в жизни ужаснее не слышал. Заклинание в его руке дрогнуло, что означало потерю контроля.

Вокруг демона вновь начало формироваться марево иллюзии кицунэ, а чрез миг я вновь увидел собственные копии, и в это раз Цуки не скупилась. Их тут были десятки. Очень странно находиться среди собственных копий, но вместе с тем у меня был шанс закончить эту схватку здесь и сейчас.

Всё ещё удерживая заклинание, Князь превратил свое оружие в меч каких-то совсем уж исполинских размеров, длиной метров пять, и снес им сразу пяток фантомов, а я сам лишь в самый последний момент успел подпрыгнуть и увернуться от удара.

Внутри заклинания что-то полыхнуло, а затем Хагготт взревел.

– Сдохни!

И направил в меня этот колоссальный поток энергии. Я даже не хотел представлять, что будет, если он в меня попадет. Поэтому и не представлял, совершая самую большую из возможных глупостей. Я не попытался сбежать или вроде того, знал, что это невозможно. Он накачал туда столько энергии, что скорее всего уничтожит не только поезд, но и добрую половину городка, к которому мы подъезжаем. Я влил в свой духовный клин столько энергии, сколько вообще было возможно, вложил все в один единственный удар, собираясь разрушить структуру заклинания до того, как случится детонация.

Выжить – один шанс на миллион.

На миллиард.

И я собирался его выхватить. Ведь я ГНЕВ и просто так подыхать не собираюсь…

Глава 20

Вокруг лишь бушевал огонь, казалось, что он меня преследует, и куда бы я не повернулся и не посмотрел, там был лишь он. Мир вокруг меня плыл, порой кувыркался и снова плыл. А может это я кувыркался?

Голова как в тумане. Я просто шел куда-то, а затем плюхнулся на колени и какое-то время смотрел перед собой невидящим взглядом.

Что произошло?

Ничего не понимаю…

В ушах все звенело, мир продолжал плыть…

Несколько раз моргнув, я попытался сконцентрировать взгляд на каком-то темном предмете, который выбивался из привычного огненного пейзажа. Прищурившись, я сосредоточил взгляд, и это оказался… вагон. Обугленный, раскуроченный пассажирский вагон, который торчал из стены какого-то здания.

Вагон проломил стену здания… это забавно.

Или нет?

Я нахмурился.

Вновь поднялся, покачнулся, едва не упал, но смог устоять. Мне нужно кого-нибудь найти. Кого? Кого я должен найти?

Приди в себя, ГНЕВ!

Я треснул себя по лбу левой рукой, и словно немного полегчало. Меня все ещё немного штормило, но вроде стало лучше. Поглядел по сторонам, и увиденное мне чертовски, охренеть как не понравилось. Вот вообще. Вокруг меня было просто месиво из металла, человеческих тел и огня.

– Гнев! – послышался чей-то голос, но он казался таким далеким, словно говорил кто-то из другого мира. – ГНЕВ!

Я покрутил головой, но никого не увидел. Мне точно это не показалось?

– Глаза опустите, Хозяин!

Я подчинился и увидел перед собой Казимира. Кот Баюн был ранен, но вроде бы не серьезно, а вот шерсть в паре мест обгорела.

– Горелый кот, – усмехнулся я. Почему-то мне это показалось смешным.

– Очень смешно…

– Погоди. Ты тут… А где вторая? Как там его… её… – мысли всё ещё путались. Я словно был пьян, но понемногу трезвел. – Цуки… Где Цуки?

– Я не знаю. Я первым делом пытался найти вас! – но судя по виду, кот тоже забеспокоился из-за лисицы. – Сейчас… Я попробую найти её по запаху.

– Казимир, а что случилось? В смысле… Тут везде огонь… Поезд… – начал было я, но фрагменты мозаики у меня в голове наконец-то стали вставать на нужные места. – Хагготт… Хлад!

Я встретился с аватаром Князя Инферно и устроил с ним махач на крыше поезда, а закончилось все это тотальным ******ом. Я ударил по его магии своей, и кажется у меня получилось дестабилизировать заклинание, но в итоге случилось это…

Сам взрыв и разрушения я толком и не помню. Возможно получил слишком сильные раны, а восстановился уже в бессознательном состоянии.

Кот стал больше, примерно с меня ростом, и я оперся левой рукой на него. Правую я почему-то не чувствовал… И вместе мы пошли по следу Цукимару. Казимир попутно подхватил пастью чью-то ногу и с аппетитом её жевал.

– Эй! – возмутился я таким поведением.

– Что? Она владельцу всё равно не нужна, а меня уже тошнит от диеты.

Я был не в том состоянии, чтобы спорить, так что решил не спорить с котом. Куда больше меня волновала судьба Цукимару, а ещё выжил ли ублюдочный демон, что это сотворил. Я вроде жив, хоть и потрепало меня знатно, а следовательно он тоже мог выжить.

– Цукимару! – крикнул я. – Цукимару! Чтоб тебя…

В отдалении были слышны голоса людей: разрозненные крики ужаса и боли. Но я отрешился от всего этого.

Но прежде, чем мы смогли отыскать кицунэ, я совершенно случайно наткнулся на Хагготта. Вернее на то, что от него осталось. Изуродованный кусок мяса, самая целая часть которого – голова и обрывки торса, но несмотря на это выродок из Инферно был ещё жив.

На не слишком прочных ногах я подошел и посмотрел на него сверху вниз.

– Вот что бывает, когда связываешься со Стремлениями, – устало буркнул я. Хотелось бросить ему какую-нибудь обидную шуточку, но мозг отказывался такие генерировать. А ведь такая возможность пропадала – побесить самого Князя Инферно.

– Могу ответить тебе тем же, – вымученно улыбнулся он, подразумевая поезд. – Не думай, что мы с тобой закончили, ГНЕВ. У Князей есть одно качество, которое не свойственно вам – терпение. Мы тысячи и тысячи лет ждали, когда падет твердыня Отца, а его Договор не будет значить ничего. И будем ждать ещё столько, сколько потребуется. У нас есть столько времени, сколько выделит Вечность.

– Заткнись, – всё так же устало ответил я. По идее его слова должны были меня разозлить, но что-то внутри сломалось, и ярость никак не приходила. Была только пустота и смертельная усталость.

Я опустил взгляд и увидел неподалеку тот странный меч, которым дрался демон, наклонился и поднял его.

– КРОВИ-И-И-ЩА! – завизжало оружие мерзким писклявым голосом, отчего пришлось ударить им о ближайший камень.

– Ты тоже заткнись, – сказал я этой штуковине. – Иначе вырву язык или что там у тебя.

Затем я вернулся к Хагготту.

– Мы ещё встретимся, ГНЕВ.

– Милости прошу, – ответил я, улыбнулся и вонзил его собственное оружие демону в глазницу. Хагготт не издал ни звука при этом, но после смерти его аватар превратился в пепел, а вот оружие осталось.

Хм…

– КРОВИ-И-И-ЩА! – завопило оно, стоило мне вновь взяться за рукоять.

– Я сказал заткнуться? Больше ни звука, пока не прикажу.

Бросать такую вещицу я не решился. Да, это хаггский артефакт, выкованный в Инферно, но этим он и ценен. Отдавать его кому-нибудь вроде Рубцова? Нет уж. Лучше сам придумаю как использовать.

Выбросив из головы демона, я продолжил поиски кицунэ.

– Цукимару!

– Сюда, Хозяин, я чую её запах…

– Веди…

Казимир привел меня к одному из самых раскуроченных вагонов. Вернее к двум, вагонам, потому что один влетел в другой, и сила столкновения была такой, что задний просто вмяло в передний.

– Она где-то тут, – осторожно сказал кот, указывая на обломки. – Я чую..

– Заткнись… Лучше помоги… – буркнул я и занялся завалом. Я все ещё не чувствовал правую руку, да и хрен с ней, работал только левой. Отбрасывал обломок за обломком, да и Казимир не филонил, осторожно роя землю и подцепляя металлический мусор когтями.

Внезапно, когда я откинул какой-то металлический лист, мне на глаза попалась рука. Мохнатая рука с рыжей шерстью…

– Цукимару… – охнул я, постараясь как можно скорее её освободить. – Потерпи немного, мы сейчас…

Вместе с Казимиром мы откинули массивный металлический обломок, весивший наверное пару сотен килограмм.

– Цуки… мару…

Она лежала там, под обломками, с какой-то железкой, торчащей из живота, в луже крови и без единого признака жизни.

– Она не дышит… – тихо сказал Казимир, приняв свою миниатюрную форму и принюхавшись. – Мне жаль…

– Нет, – прорычал я, чувствуя накатывающую злость. Этот сраный демон не заберет у меня Цукимару. Я не позволю забрать её у меня! Её душа все ещё тут… Даже если она умерла, это ещё не конец. – Хрена-с два я позволю ей умереть…

Я вытащил из её живота мешающуюся металлическую штуку, после чего положил руку на грудь, туда, где находилось сердце, и сосредоточился на нем. Да… Связь с телом ещё не разорвана. У меня ещё есть шанс её спасти.

– Ты не умрешь сегодня, Цукимару. Ты моя, и я не разрешал тебе умирать.

С моей руки сорвались алые молнии, ударившие кицунэ прямо в грудь.

– Открой глаза! Я приказываю!

Ещё один разряд.

От каждого моего энергетического удара её внутренняя энергия вспыхивала тысячей огней, но затем гасла.

– Хозяин… Даже вам не под силу…

– Заткнись! Я ГНЕВ. Я сильнейшее Стремление! И только попробуй сказать, что мне что-то не под силу…

Третий разряд ударил Цукимару в грудь, и внезапно она сделала судорожный вдох. От неожиданности Казимир отпрыгнул назад, ошарашенно вытаращив глаза. Кицунэ тяжело задышала, поморщилась, а затем не без труда сфокусировала на мне взгляд.

– Хозяин?..

– Все хорошо, – улыбнулся я ей. – Теперь с тобой всё будет хорошо…

– Этого быть не может, – Казимир был впечатлен тем, что я устроил, но тут же пришел в себя и стал петь какую-то приятную мелодичную печальную песню, от которой в теле почему-то становилось тепло. А, ну да… Кажется, он говорил, что его песни могут не только вредить, но и лечить.

– Хозяин… Ваша рука…

– Что моя рука? – устало переспросил я, чувствуя, что мне тяжело держать глаза открытыми, но таки пересилил себя и взглянул наконец на себя. – Оу…

У меня не было руки.

– А я-то всё думал, чего это я её не чувствую, – попытался пошутить я, но кажется, вышло не слишком хорошо. Как-то мне резко сильно поплохело, и голова стала совсем тяжелой. – Забудь о руке. Отращу новую. Не быстро, но…

Мысли стали вязкими как кисель. Я хотел закончить фразу, но слова просто утекали от меня, теряясь и рассыпаясь на множество фрагментов. Я уже не видел огня, не чувствовал боли или усталости… Мой разум в этот момент стал свободен, отрываясь от…

Отрываясь от тела.

***

Цукимару тяжело дышала. Всё тело ныло и болело, но сейчас это казалось такой мелочью. Раненая, уставшая, она осознала, что ещё минуту назад была мертва. Это было похоже на легкость и освобождение, когда все страхи и заботы тают и испаряются, даруя чарующий и одновременно ужасающий, когда думаешь об этом впоследствии, покой. Но затем нечто ухватило её и вернуло обратно в это раненое и разбитое тело.

“Ты не умрешь сегодня, Цукимару. Ты моя, и я не разрешал тебе умирать” – слышала она голос в тот момент.

И вот она лежит среди каких-то обломков, смотря на Хозяина и слушая песню Казимира, от которой уходила боль и становилось легче дышать.

– Хозяин… Ваша рука… – тихо произнесла она, видя, что от руки Хозяина мало что осталось, лишь какие-то обрывки плоти у самого плеча.

– А я-то всё думал, чего это я её не чувствую, – его улыбка была такой уставшей и вместе с этим такой теплой. Ему правда было не всё равно, что с ней станет. – Забудь о руке. Отращу новую. Не быстро, но…

Хозяин продолжал говорить, но его слова становились всё менее четкими, пока в какой-то момент не оборвались совсем. Глаза юноши закатились, а сам он рухнул на землю.

– Ох, – Цукимару тряхнула лисьей головой и заставила себя приподняться, зажимая рану на животе рукой. Кровь остановилась, но болела та жутко. Казимир, увидев, как ГНЕВ упал, оборвал песню.

– Он должно быть переутомился… – попытался приободрить её кот, но в его голосе была слышна тревога, да и сама Цукимару забеспокоилась, ощущая, что связующая их нить опасно натянулась.

– Нет… Что-то не так. Пой. Мне нужно…

Но коту не пришлось пояснять, он сразу же начал петь, и эта песня снимала боль, заставляя сознание проясняться.

Цукимару перевернула Хозяина на спину и положила одну руку ему на лоб, а другую на Сосуд Правителя.

– О нет…

– В чем дело? – кот прервался.

– Он умирает…

– Что? Нет! Это невозможно! Он не раз получал раны, которые были смертельны для обычных людей, а тут всего лишь оторванная рука. Он сам сказал, что она отрастет…

– Дело не в руке! – воскликнула кицунэ, испытав вспышку гнева. Неужели кот не понимал, что Хозяин только что сделал? – Он вернул меня к жизни, пожертвовав своей… Его Сосуд Правителя разрушается. Он опустошил его во время схватки, отдал всё, чтобы победить, и чтобы спасти меня ему пришлось отдать больше, чем у него было.

– Больше, чем было, ты же говоришь не о… Хлад!

– Он потратил на это кусок своей души, и теперь его сущность просто разваливается вместе с Сосудом Правителя.

– Я могу петь! Я буду петь много часов, чтобы…

– Это не поможет. Дело не в теле…

– И что же нам делать?

“Ничего” – хотела сказать Цукимару, но не смогла этого произнести.

Был способ. Способ, который она никогда и ни за что не хотела использовать, ведь это значило нарушить древние клятвы, которые она дала не только Богу-Дракону, но и самой себе.

Гнев был ужасным хозяином, грубым, заносчивым, эгоистичным, но несмотря на это он никогда не просил от Цукимару больше, чем она могла. Порой он её очень сильно раздражал, но… Перед её глазами стояла его улыбка в тот момент, когда она очнулась. Он вернул её с того света, пожертвовав своей жизнью. И это был осознанный шаг…

– Я боялась, что этот день наступит… – прошептала Цукимару и коснулась своей груди, прикрывая глаза, а когда она убрала руку, то в ладони у неё был горящий алый огонек с белыми языками на конце. Это было похоже на огненный хвост лисы.

Сердце Кицунэ…

– Моя жизнь теперь – твоя. А твоя – моя, – тихо произнесла она, чувствуя, как глаза заливают слезы. – Живи, моя любовь…

И огонек разделился на два. Один из них Цукимару вернула обратно в собственную грудь, а второй поместила в Сосуд Правителя Хозяина. Он задрожал, захрипел, и Цукимару пришлось прижать его к земле.

– Эй-эй-эй! Что происходит?! – воскликнул Казимир. – Ты вся горишь! Так и должно быть?!

Юношу сотрясали судороги, но и самой Цукимару было не легче. Её тело в буквальном смысле распадалось, рыжая шерсть вспыхнула и горела настоящим пламенем, а сердце в груди превратилось в полыхающий костер.

– Я… – попыталась она ответить, но тут же закричала от боли.

Всё закончилось одновременно, как с ГНЕВом, так и с самой Цукимару. Этот процесс длился меньше минуты, но кицунэ показалось, что прошла целая вечность. Шерсть больше не горела, потому что её больше не было.

Цукимару взглянула на свои руки и печально улыбнулась, увидев бледную кожу и вполне человеческие пальцы. Затем потянулась к лицу, но дрогнула на полпути, и всё же пересилила и ощупала новую себя.

Человеческое лицо. Нос. Губы. Длинные рыжие волосы… Всё это больше не было иллюзией. От прежней Цукимару остались только треугольные лисьи уши на голове и хвост. Вернее три хвоста.

– Цукимару? – осторожно уточнил Казимир. – Это ты? Очередная иллюзия?

– Нет, – улыбнулась она, наблюдая за тем, как дыхание Хозяина выравнивается. Но вряд ли она теперь сможет называть его Хозяином. – Это не иллюзия. Теперь это мой истинный облик. В конце концов, теперь я замужняя женщина…