Текст книги ""Фантастика 2026-63". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: Антон Агафонов

Соавторы: Татьяна Кагорлицкая,Оксана Пелевина,Даниэль Брэйн
сообщить о нарушении

Текущая страница: 65 (всего у книги 297 страниц)

– …оно обретает плоть. Да, это механизм Воплощения. Но это работает не только с богами. Например, я тоже изначально была такой. Мы их называем реликты – те, что были рождены людьми до прихода Императоров.

Так вот что такое реликты! А то я уже несколько раз слышал это слово, но понятия не имел, о чем речь. Даже Рубцов, кажется, обозвал меня реликтом.

– В моей стране их также называют ёкай. Духи. Одни злые, другие добрые. До прихода Бога-Дракона все острова были заселены ими, но после Багрового Восхода большая их часть была истреблена. Император оставил лишь кицунэ как своих верных шпионов, способных очаровывать и околдовывать, а также тэнгу, сильнейших воинов, в качестве охраны и самой преданной армии.

– Да-да, спасибо за лекцию, – буркнул я.

Кажется, лисицу от нервов малость так заносит. Того и глядишь, она мне дополнительную лекцию по истории прочитает. И наверное, в свое время я бы её послушал, но сегодня у меня ещё есть дела, и тратить на Цуки весь день не собирался.

Кицунэ тут же заткнулась, вновь потупив желтые глазки.

– Прошу прощения…

– Но раз ты знаешь, то все проще. Стремления – это тоже самое, что Воплощения, но больше. Вот ты знала, что чувства и желания тоже материальны? Так и появляются Стремления. В отличие от богов, у нас нет характера в привычном понимании, как и формы. Мы просто скопление чистой мощи, которая бесконечно копится из “пожертвований”. Каждый раз, когда какой-то человек злится, я получаю частицу энергии от этой злости. И так не только в этом мире, а в тысячах и тысячах миров.

– Но ведь люди постоянно злятся, – опешила лисица.

– Именно! – хлопнул я в ладони. – Теперь ты представляешь, насколько я силен? Я одно из сильнейших Стремлений так-то. Вот только… что толку от этой силы, если тут я слаб?

– Я не понимаю…

– Вот скажи, какой толк от реки, огромной как океан, если вода из неё вытекает через вот такое вот бутылочное горлышко, – я изобразил пальцами круг, а в глазах кицунэ мелькнуло понимание.

– Вы не способны проводить большую часть своей силы! Да, я понимаю… Ваша проводимость ограничена сосудом, но возможно, я смогу вам помочь. Вряд ли раскрыть весь потенциал, но…

Цуки рывком вскочила на ноги и забегала, словно её ужалила пчела. Кинунэ перемещалась от одного стеллажа к другому, пока в конце концов не разложила на столе передо мной какие-то рисунки и наброски.

– Я очень много времени работала над альтернативной системой проведения энергии. По большей части это были поиски возможностей наделить человека силой, даже когда у него нет Сосуда Правителя. И думаю, после некоторых модификаций я смогу сделать вас сильнее. Может, не таким, каким вы должны быть, но в несколько раз точно.

– Потрясающе, Цуки! – ухмыльнулся я. – Ты нечто.

– Спасибо, хозяин! В смысле… ГНЕВ, – смутилась она.

– Что тебе нужно?

– Время, кое-какие ингредиенты… Дайте мне хотя бы неделю. И… мне понадобится ещё раз вас осмотреть. Нужно обследовать ваш Сосуд Правителя, записав все его данные.

– Сделаем, – решил я. То, что я мог проиграть какому-то недоумку Ефиму, задело мою гордость. Это тело нужно срочно прокачивать, чтобы никто не смог встать у меня на пути. – А теперь, с твоего позволения, я пойду. У меня на сегодня ещё назначено свидание.

Глава 11

– Ну привет, мои сладкие сахарные губки, – ухмыльнулся я своей самой обольстительной улыбкой, зажав Таню в одном укромном месте на полигоне. Подловить её так, чтобы нас никто не видел, было сродни настоящему искусству, и даже пришлось для этого дела подключить Мишу, но у меня получилось.

Щеки девушки вмиг порозовели, а глаза удивленно округлились.

– Д-Дима, зачем ты меня так пугаешь?..

– У меня и в мыслях не было пугать. Хотел сделать маленький сюрприз, вот и всё.

– Тебя сегодня не было на тренировках. Я волновалась! Да и старшина злился.

– Плевать мне на старшину, – буркнул я. – Меня не выгнали после того, как я избил Ефима, так что за прогул меня точно не выгонят.

– Так значит, все те слухи… – зашептала Таня.

– Чистая правда, – не без удовольствия подтвердил я. – И вот я пришел за своей наградой…

С этими словами я довольно бесцеремонно её поцеловал. Девушка ответила, но почти сразу оттолкнула меня. Не так, как накануне, а мягко, и тем не менее крайне настойчиво.

– Погоди… Дай мне всё это осмыслить… У меня в голове не укладывается… Как ты смог одолеть Ефима? Он же монстр! Он…

Я вновь попытался её поцеловать, но девушка закрыла мне рот ладонью.

– Да погоди ты со своими поцелуями! Я же о серьезном пытаюсь говорить!

– Ох… – я закатил глаза. – Да забудь ты о нем. Ефим в прошлом, какая разница, как я его победил? Он больше не проблема.

По глазам было видно, что Таня со мной совершенно не согласна, так что я решил поскорее перевести “битву” на её поле.

– Лучше скажи, теперь ты моя девушка?

– А? – она тут же замялась.

– Ты же обещала, разве я не прав? – уточнил я. – Сказала, цитирую: “Да хоть десять! Хоть девушкой твоей стану!”.

– Но… Я же говорила не всерьез… Я не думала, что ты правда…

– И тем не менее я тут, а Ефим в больничке. Так что, какова цена твоего слова?

Девушка недовольно поджала губы и бросила на меня грозный взгляд, показывая, что сердится, но это было наиграно. Уж что-что, а гнев я чувствую. Здесь же если и было раздражение, то уровня “я забыл купить хлеба”, а не “меня заставили стать чьей-то женщиной”. Это значит, что Тане я нравлюсь, пусть мы и знакомы всего ничего.

– Хорошо. Я твоя девушка.

– Замечательно, в таком случае жду тебя сегодня вечером. Отметим наше соединение. А нет, ко мне нельзя… У меня дверь выбита. Тогда я к тебе приду.

– Так! Стоп! – Таня уперла руки мне в грудь. – Дима, ладно поцелуи, мне они и самой нравятся… Но мы с тобой два дня знакомы, и я скажу тебе то же, что и вчера: это слишком быстро! Давай вначале узнаем друг друга получше, ладно? Сходим куда-нибудь, пообщаемся… Я просто… просто не готова к такому…

Сказать, что я был раздосадован – ничего не сказать. Только думал, что решил проблему, а как оказалось, что приобрел новую головную боль. Я ведь божество, запертое в теле человека, я не умею ухаживать да и не хочу тратить на это время. Мне по идее поклоняться должны. Бояться и страшиться.

Хлад!

Пойти что ли в медблок и выпросить тех таблеток?

– Ну не расстраивайся, – заметив мою реакцию, сказала Таня, попытавшись меня приободрить. – Ты вполне можешь… ну… потрогать меня. Только немного… И…

Но она так ничего и не добавила, просто поцеловала меня. Нежно, страстно и… многообещающе.

* * *

В свою комнату я возвращался в отличном расположении духа. С Таней мы провели вместе много часов, и пусть до самого “вкусного” у нас дело не дошло, но и одними поцелуями мы не ограничились. Так что частично биологическую проблему я решил, и теперь на время мог выбросить из головы всякие пошлости и сосредоточиться на текущем положении дел.

В ближайшие дни в лицей прибудет Лизаветта, и я должен во что бы то ни стало войти в её ближайший круг. Стать другом и может даже чем-то большим.

До комнаты я не дошел. Оказавшись на втором этаже, я с удивлением обнаружил, что у моей двадцать восьмой комнаты, у которой теперь появилась дверь, крутится секретарь декана, только вид у неё был слегка странный. Обычно она мила и улыбчива, но сейчас её лицо было мрачным и настороженным.

– Вы меня ждете?

– Старцев. Отлично. Следуй за мной.

– Что? Зачем?

– Не задавай вопросов, а исполняй приказы. Я и так долго прождала тебя. Каждая минута на счету.

Я нахмурился, ничего не понимая, и все же решил выполнить приказ. Если бы меня просто хотели арестовать, то тут скорее всего было бы ещё несколько солдат, а не одна лишь секретарь. Но по выражению её лица не похоже, что это приглашение на свидание.

– Ладно… – буркнул я и поплелся следом.

Мы беспрепятственно покинули общежития и вышли на центральную улицу. Валентина Сергеевна шла первой, уверенно ведя меня за собой. Она ничего не объясняла и вообще не проронила ни слова, что меня малость так раздражало. Но пока что я играл по её правилам.

Мы миновали учебные корпуса, здание, где располагалась кафедра, и все дальше брали западнее, в ту сторону, в какой находится закрытая зона, куда доступ имеют только Дети Хлада. И очень быстро я понял, что мы направляемся именно туда.

Интересно!

В этот раз закрытую зону я посетил без перелезания забора и шанса схлопотать госизмену попутно, а вполне официально, через пропускной пункт. Там мне выдали бумажку с печатью, как и сопровождавшей меня женщине.

– Меня ведут к Детям Хлада? – все-таки спросил я, но та вновь проигнорировал вопрос.

Беру свои слова назад, эта женщина меня раздражает, и я уже не хочу, чтобы она становилась моей. Тани на первое время более чем достаточно, а дальше может и более интересные варианты попадутся. Принцесса, например.

Провели меня совсем не в ту часть закрытого лицея, где мы были с Таней, а в совершенно противоположную. Тут располагались основные строения, но мы их обошли и оказались перед небольшой одноэтажной постройкой с охраняемым входом.

Печати и прочее у нас не спрашивали, а просто кивнули в знак приветствия и пропустили внутрь. Постройка оказалась совершенно пустой, ни мебели, ни людей, зато имелась дверь, за которой – лестница, уходящая на добрую сотню метров под землю.

Наконец лестница кончилась, и начался длинный коридор, в конце которого обнаружилась массивная железная дверь без ручек.

И впрямь интересно. Это ловушка? Для меня?

Меня подобное не пугало, но вызвало легкое раздражение. Если от меня решили избавиться, то разумеется, я буду защищаться, но как при этом после обелить имя рода – ума не приложу. Но еще рано что-то предпринимать. Пока в меня не тычут оружием, все нормально.

У двери мы замерли, и моя сопровождающая уставилась в какую-то маленькую круглую штучку в верхнем углу неподалеку от двери. В памяти Дмитрия ничего о таких вещах не было, так что оставалось лишь догадываться, что это такое.

За дверью что-то лязгнуло, и она стала отворяться, отодвигаясь внутрь.

– Это он? – тут же спросил усатый мужчина в форме Сына Хлада. Синяя – следовательно он из Истинных. Чуть в стороне я заметил русоволосую женщину средних лет в такой же одежде, но красного цвета. Пепельная. Помимо прочего тут присутствовало ещё несколько человек, и все в форме. Судя по нашивкам, офицеры армии.

– Да, – подтвердила секретарь.

Мужчина кивнул ей и посмотрел на меня.

– За мной.

– Да что происходит-то? – повторил я вопрос.

И вновь игнор.

Может, мне тут сломать что-нибудь? Например, ту металлическую дверь, что сюда вела. Она выглядит прочной и дорогой. Думаю, они сильно расстроятся, если я её снесу.

Под землей оказался целый комплекс со множеством помещений, которые, разумеется, никто мне осмотреть не давал. Хоть экскурсию бы провели, ироды. Но с другой стороны, то, что я видел, меня не слишком впечатляло: голые стены, простая мебель, почти полное отсутствие людей.

Истинный шел первым, а Красная замыкала, словно приглядывая, чтобы я не сбежал. Хотя с чего вдруг?

В конце концов мы остановились перед одной из дверей, и мужчина повернулся ко мне, посмотрев сверху вниз.

– Слушай сюда. То, что ты увидишь и услышишь здесь сегодня – государственная тайна. Если эта информация где-нибудь всплывет, тебя расстреляют за госизмену, и эти обвинения также могут коснуться твоей Клятвенной. Вальцев был очень важным и нужным сотрудником, а ты отправил его в больницу в самый неподходящий для Империи момент, – он произнес это таким тоном, словно считал это личным оскорблением. И гневом от него разило только так. Мы подружимся! – Так что придется тебе его заменить, пока он не будет в состоянии работать или пока не пришлют замену.

– Хорошо, – пожал я плечами. Не видел причин отказываться. В конечном итоге, чем глубже я увязну во всех этих внутренних хитросплетениях и интригах, тем лучше смогу понять расстановку сил.

– Замечательно, – сухо буркнул мужчина и открыл дверь, запуская меня и свою коллегу внутрь.

Там тоже не было мебели. Ну почти..

Один стул. А на нем человек с окровавленным мешком на голове.

Также довольно много засохшей кровищи на полу.

– Вее-е-е-есело… – протянул я, не сдержавшись, и заработал крайне странный взгляд от Пепельной.

Человек был ещё жив, тяжело дышал, хрипел и стонал.

– Нам нужно всё, что он знает, – сказал Истинный. – Мы уже выбили из него все, что могли, обычными способами. Нужен Подклятвенный. Вперед, вытяни все, что сможешь, заставь говорить. Мы должны знать, где произойдет теракт, и сколько человек по эту сторону границы в этом замешаны.

– Э… – я конкретно так растерялся, услышав требование. Выбить из этого человека информацию? Да судя по тому, как его били, вряд ли я способен на что-то, что они сами не смогли сделать. Ломание пальцев и прочие садистские штучки можно и без всяких Подклятвенных опробовать. Следовательно Подкклятвенные имеют какие-то особые способности, связанные с добычей правды…

Хлад!

– В чем дело? – сердито поинтересовался мужчина. В его голосе звенело нетерпение.

– Да я понятия не имею, как это сделать! – честно ответил я. Бить этого полуживого типа с мешком на голове было сущей глупостью и пустой тратой времени. Убью его ещё ненароком, и меня крайним сделают.

– Так ты Подклятвенный или нет? – фыркнула Красная.

– Да, и я легко могу камень голыми руками дробить! Голову, если надо, оторвать могу. Но сильно сомневаюсь, что это правду из него вытянет.

– Хлад! Просто используй Дознание Хлада! – рыкнул Истинный. – От тебя совсем немного требуется.

– Да не умею я! Вы ведь Дети Хлада, ну так сделайте другого Подклятвенного на пару часов.

Оба колдуна удивленно на меня уставились, после чего странно переглянулись, словно я только что сморозил огромную глупость.

– Ты ведь понимаешь, что Подклятвенным не становятся в один миг? Телу требуется от двух недель до месяца, чтобы привыкнуть к силе, – сказала девушка.

– А… ну… – запнулся я.

– Он бесполезен, Лера, мы только зря тратим время, – фыркнул Истинный.

– У нас нет больше зацепок. Каждая минута на счету! – начала спорить Пепельная. – Мы не смо…

Женщина осеклась, бросив взгляд вначале на меня, затем на пленника.

– Давай выйдем на пару минут.

– Хорошо. А ты… – Мужчина указал на меня. – Попытайся сделать хоть что-нибудь. Ты Подклятвенный, а значит можешь вытащить из него информацию, даже делая это впервые. Пытайся!

И они вышли, оставив меня с пленником один на один.

– Охрененно… – буркнул я. – Ну что, попробую тебя расколоть…

Глава 12

Я обошел мужчину по кругу, раздумывая, что бы такого с ним сделать, чтобы он заговорил. Тот факт, что Подклятвенные умеют использовать какую-то способность для дознания, меня малость так напряг. Я-то такой способностью не обладаю, но и так откровенно ломать свою легенду тоже не хотелось.

Возможно именно поэтому меня и не отправили под трибунал и не выкинули из лицея, ожидая, что я смогу заменить Ефима как такой же Подклятвенный. Но я не могу! Да ещё и слова про уходящее время и теракт…

– Ладно, мужик, давай поговорим… – вздохнул я и стащил с его головы мешок. Лицо у моего нового знакомого было похоже на отбивную. Нос переломан, зубы выбиты, лицо все заплыло и в синяках. И ему составило огромного труда разлепить отекшие глаза.

– Мату ка-шика анэ су тэгбутор, фана шика.

– Чего-чего? – пробормотал я, вслушиваясь в сказанное. – Как-как ты меня назвал? Сыном обрюхаченной пахарем коровы?

– Шика сан-эглу тан йор. Анэ бар.

Я вгляделся в глаза мужчины и мгновенно понял, что с ними что-то не так. В каждом из них было словно по маленькому, едва заметному огненному водовороту.

Хмыкнув, я положил пальцы ему на виски и попытался провернуть тот трюк, что сделала кицунэ сегодня днем, но у меня не получилось. Похоже, для этого нужен нормальный, “раскрытый” Сосуд Правителя. Но кое-что я смог понять – передо мной не человек. Скорее существо, которое как паразит заняло чужое тело.

– Шика си анэ…

Я заткнул ему рот ладонью.

– Погоди минутку.

Я закрыл глаза и сосредоточился на своей божественной части. Она была там, далеко, где-то в космосе, и я толком не мог касаться своего основного тела, оставаясь лишь аватаром, но есть одна крайне удобная в данной ситуации лазейка.

Язык! Я мог вытащить из космоса этот язык. Я вне всякого сомнения его знал и даже частично понимал, но вот для полноценного общения придется его запихать в собственную черепушку, хотя там и так не слишком много места.

Процесс этот не слишком приятный, сродни попытке съесть макаронину через нос.

– “Вот теперь мы можем поговорить” – сказал я на полученном из космоса языке.

– “Ты знаешь язык Хагга?”

– “Разумеется, я ведь и сам на вашей стороне” – соврал я.

– “Но ты не один из нас”

– “Нет, и тем меньше подозрений вызываю”.

– “Логично” – удивительно, но мой собеседник согласился. – “Язык Хагга не могут знать простые люди, это язык кровавых богов”.

Я кивнул. Ну а что ещё делать? Глупый конечно план, учитывая, что я в душе не ведаю, что за Хагга.

– “Великий князь Хагготт будет рад твоей стойкости. Ты ничего не сказал этим людям”. – Надеюсь тут я не облажался. Если хагга действительно демоны как говорят, то скорее всего ими правит Хагготт, один из князей Инферно.

– “Еретики будут гореть. Еретеки познают вечную боль”

– “Воистину!” – Хлад! Да он реально повелся, что я один из них! Поверить не могу, что это существо НАСТОЛЬКО тупое.

– “Так каков ваш план?” – продолжил я втираться в доверие. – “Расскажи мне, что вы задумали. Узнав ваши цели, я искажу их и передам еретикам. Пока они будут идти по ложному следу, я придумаю, как тебя освободить”.

Мужчина несколько мгновений смотрел на меня, а затем закивал довольно ухмыляясь.

– “Да… Найди мне новую оболочку. Эта пришла в негодность”. – а затем выложил все что знал. – “Принцесса. Она наша цель. Сегодня она должна пойти в театр, и во время выступления мы её убьем”.

– “Лизавета? Ты про эту принцессу?”

– “Да, будущая Ведьма Вечного Льда. Она должна умереть”

Плохо! Я не могу позволить убить принцессу.

– “Вам помогал кто-нибудь из еретиков?” – продолжил я допрос, но старался выбирать правильный тон. Язык, на котором говорило это существо, едва ли был обычным. В нем часто звучали такие звуки, которые человеческий голосовой аппарат не в состоянии передать. К тому же в некоторые из слов добавлялась щепотка “силы”. И это было очень важно. Возможно именно поэтому мне и удалось так легко одурачить существо, ведь я знал, как нужно правильно говорить.

– “Да”

– “Кто он?”

– “Не знаю. Лазерас контактировал с ним. Я не видел этого человека”.

– “Хорошо. А сколько вас? Лазерас, Ты, кто ещё?”

– “Десять и два джинна, что дали нам Оса. Но зачем тебе…”

Я улыбнулся, а глаза мужчины широко раскрылись. Он понял, что я его провел, но уже слишком поздно. Теперь я кое-что узнал.

Пленник рассвирепел, даже попытался броситься на меня но оковы помешали. Примерно в то же время дверь отворилась и вошел крайне хмурый Истинный.

– Я очень надеюсь, что у тебя…

– Театр.

– Что?

– Они собираются устроить покушение на принцессу, сегодня. Принцесса Лизавета – их цель.

– Хлад! Мариинский театр! Там сегодня опера “Да’ковале”, на которую по донесениям собиралась прийти принцесса Лизавета, – охнула Пепельная. – Если они до неё доберутся…

– Старцев, что-то ещё? Выяснил ещё хоть какие-то..

– Их десять. И… два джинна.

Маги переглянулись и словно побледнели.

– Что?.. – спросил я, увидев их лица.

– Нет времени. Нам нужно собирать людей, – сказал мужчина и уже разворачивался, чтобы уходить. Женщина тоже собиралась за ним. Меня, видимо, они собирались отправить обратно в свою комнату, но у меня были другие планы.

– Эй!

– Не сейчас! Тебя отве…

– Я хочу с вами! Я могу быть полезен!

Маги остановились и вновь переглянулись.

– Нам бы пригодилась помощь Подклятвенного. Особенно зная, что среди Хаггов есть джинны, – зацепилась за мое предложение женщина. Мужчина был иного мнения, но логичнее было использовать и меня тоже.

– Хорошо, – согласился Истинный. – Но ты будешь следовать моим приказам точь-в-точь, ясно?

– Разумеется!

– Тогда следуй за нами.

Дальше события стали развиваться стремительно. Вся закрытая часть лицея была поднята по тревоге. Шеренги солдат выстраивались, готовые к погрузке, но вопреки ожиданиям, я в сопровождении двух колдунов отправился не к ним, а к странной машине с лопастями, что стояла на платформе чуть в отдалении от основных построек.

Там нас дожидался ещё один Истинный.

– Михаил Павлович, всё готово к взлёту, – отдал тот честь, тем самым показывая, кто тут выше по званию.

– Тогда не будем тратить время. Нужно эвакуировать принцессу, пока до неё не добрались убийцы.

– Гвардия Его Величества уже направила людей к зданию театра. Думаю, мы пребудем туда примерно в одно время.

Главный кивнул, после чего махнул рукой, и мы стали загружаться в этот странный транспорт.

– Так вот что тогда над нами пролетело, – хмыкнул я, слыша знакомый гул двигателей.

– Что? – спросила Красная, занявшая место рядом.

– Да так, ничего, – ответил ей, и мы начали взлет.

Это было действительно здорово! Странная воздушная машина довольно быстро набрала высоту и устремилась в сторону Петрограда. Под нами стремительно проносились леса, поля, дома и дороги.

– Ты в первый раз летишь на вертолете? – догадалась Пепельная.

– Так заметно?

– Да.

– Держи, – вмешался в наш разговор главный Истинный. Кажется, его назвали Михаилом Павловичем. Маг протянул мне револьвер, который я с легким недоумением принял. – Может пригодиться.

– Нет. Бессмысленное оружие для меня, – покачал я головой и протянул его обратно. – Моя специализация – ближний бой. Максимально ближний. А пистолет или винтовка – это совершенно точно не моё. Даже на стрельбище я очень плохо стреляю, и если буду пытаться, с большим успехом союзника подстрелю, чем врага.

– Ну как хочешь, – не стал настаивать он и убрал револьвер в кобуру на поясе. – Главное потом не пожалеть.

* * *

“Да’ковале” – это трагическая опера, которая очень нравилась принцессе Лизавете. В ней рассказывалось о том, как лорд одной далекой страны влюбился в царицу, которая была гораздо выше его статусом. Он был ей не ровней, и тем не менее любовь толкала его на безумства.

Царица оценила его ухаживания, но сам лорд был ей совсем не интересен. Когда его ухаживания стали совсем уж действовать царице на нервы, она решила наказать его, превратив в “да’ковале” – слугу, почти раба. Она считала, что, лишившись имущества, он возненавидит её, но мужчина был счастлив быть личным слугой царицы.

Возмущенная этим, она отправила мужчину с поручением к загадочной башне, где жили эльфы-обманщики. Верный слуга должен был обыграть их в игру, принеся предмет, что желала царица. В разных версиях истории это был рог или туфелька, но в этой это был амулет с лисьей головой.

Верный “да’ковале” вернулся из башни с желаемым, лишившись одного глаза. И царица была этим так шокирована, что её сердце дрогнуло. Но став “да’ковале”, нельзя было вернуться в дворянство, таков закон.

А затем вспыхнуло восстание. Царицу попытался свергнуть её же генерал, но слуга встал у него на пути. В одиночку он расправился со всеми убийцами, защитив свою любовь, после чего вместе с верными царице солдатами отправился на бой с мятежным генералом.

Опера заканчивается тем, что царица ждет возвращения своего героя, смотря на закат. Она окончательно осознала, что любит этого “да’ковале”, и что несмотря на все законы сделает его своим мужем.

Но возлюбленного приносят на носилках смертельно раненого, и он умирает у царицы на руках.

– Какой трагизм, – сказала принцесса, убирая от глаз маленький бинокль с держателем и вытирая проступившие слезинки. – Когда она осознала, что любит его, было слишком поздно…

– Глупая женщина, – с абсолютно невозмутимым видом сказала Эола, с полным безразличием смотревшая на сцену театра. – Она так долго отвергала его любовь, а затем стало поздно.

– В этом и суть, – сказала принцесса своему телохранителю и одновременно лучшей подруге.

– Это глупая суть. Прими она его любовь раньше, возможно, он бы укрепил её власть, но она тратила его силы на глупые поручения.

– Он должен был доказать, что достоин её, – не согласилась принцесса.

– Он мог это сделать и будучи лордом. Мне не жаль женщину, что собственноручно разрушила свое счастье.

Лизавета хотела открыть спор по этому поводу, но осеклась. Она делала это уже не первый раз, и всегда это заканчивалось лишь очередной обидой на подругу. Пора уже признать, что у Эолы может быть свое мнение. Можно тратить часы на споры, но подругу не переубедить.

Несмотря на то, что Эола большую часть своей жизни провела среди людей, происхождение и полученное воспитание влияли на её характер и мировоззрение. Девушка была одной из Хагга, а конкретнее тех из них, которых называют Чистокровными или Первородными. У неё была темно-серая, с легким оттенком синего кожа, два изящных, ребристых рога и остроконечные уши. Но больше всего в Хагга завораживали, по мнению принцессы, глаза, словно два огненных водоворота.

То, как Хагга стала телохранителем принцессы – отдельная история, и Лизавета надеялась, что когда-нибудь кто-нибудь напишет пьесу об этом. Только без трагического финала.

История эта началась с войны с Османской империей, которая завершилась шатким миром лишь пять лет назад. Хагга – это демоны, обитатели Инферно, с которыми Османы заключили союз. Они передали часть территорий демонам в обмен на участие в войне. И те сражались, творили зверства и вселяли ужас в людей.

“Может, мы просто друг друга не понимаем? Я хочу подружиться с кем-нибудь из Хагга!” – Лизавете тогда было около пяти или шести лет. Она сказала это отцу, и тот воспринял это слишком буквально. Спустя несколько недель он бросил к ногам дочери девочку-хагга со словами: “Ты хотела себе друга из них – вот он. Хорошо о ней заботься”.

Так дарят собаку или котенка, но у её отца, Императора, да будет править он вечно, порой тоже были странные взгляды на людей и жизнь. Так Лизавета и встретила Эолу. И это было тяжелое время. Маленькая демоница только и делала, что плакала, просилась к маме и пряталась от принцессы по темным углам, не желая играть.

Пока однажды терпение принцессы не выдержало и она не заявила: “Я больше не хочу эту дурочку! Пусть папенька отошлет её домой, раз она не хочет быть моей подругой”. Как хорошо, что в тот момент рядом не было никого, кроме мамы Кати, как Лизавета называла свою няню.

“Лизаветта, послушай. Тебе нельзя отсылать её домой” – сказала мама Катя тогда. – “У неё больше нет дома. Нет семьи. Только ты. И если ты отошлешь её, то эту кроху убьют, потому что такой, как она, в Империи твоего отца, да будет править он вечно, нет места”.

С годами Лизавета окончательно осознала, какую ошибку чуть не сделала в тот вечер, и была счастлива, что мама Катя её отговорила. Адаптация Эолы была тяжелой: куча бессонных ночей, слез и кошмаров, которые преследовали юную хагга. И все же все это окупилось, и в лице этой без сомнения красивой, пусть и экзотически, девушки Лизавета получила практически сестру.

При дворе Эолу считали игрушкой, питомцем принцессы, но саму девушку это, казалось, не задевало. Она относилась к работе телохранителя очень трепетно, и если бы не она, то Лизавета скорее всего погибла бы во время недавнего покушения.

“Спасибо тебе. За всё” – подумала принцесса, смотря на подругу.

– Я конечно польщена вашим вниманием, принцесса, – полуофициальным тоном сказала Эола. Она любила так говорить с Лизаветой, чтобы её слегка раздразнить. – Но лучше бы вы разглядывали так не меня, а юношей.

Принцесса вздрогнула, а потом обиженно надула губы, чувствуя легкое смущение.

– Вот например третий в седьмом ряду, внизу. Он в твоем вкусе.

– Где? – тут же заинтересовалась Лизавета, подняв бинокль и посмотрев, куда указывала подруга, но тут же осеклась. В прошлом она и впрямь любила высматривать симпатичных мальчиков, теперь же она помолвлена с Львом Беспаловым, наследником рода Беспаловых. – Я не могу, я уже помолвлена. Надо быть серьезной, тем более я со дня на день отправлюсь в лицей. Я стану Дочерью Хлада.

При упоминании этого лицо Эолы дрогнуло. Подруга была уверена, что это ошибка. Да и все при дворе были против. Никто из детей Императора, кроме наследника трона, не проходил Ледяное Пробуждение. Это не было запрещено, но считалось негласным табу. Отец не стал запрещать такого, но обязал её пройти годовой курс службы на военной кафедре.

“Он думает, что трудности меня сломают, но я справлюсь”.

– Посмотрим, как долго вы будете мыслить лишь о будущем женихе, когда вокруг вас будет полно симпатичных юношей в форме.

– Эола!

Телохранитель улыбнулась краешками губ, довольная удачной шуткой. Лизавета вновь надулась, но на самом деле не злилась на подругу, ведь никто кроме неё с принцессой так не разговаривал.

– А даже если и так, – фыркнула Лизавета. – Вдруг я встречу своего “да’ковале”, верного и сильного, готового ради меня сокрушать армии?

– В таком случае вам лучше сразу вцепиться в него обеими руками и не отпускать, – с совершенно серьезным видом сказала Эола, а миг спустя девушку-хагга смело взрывом.