Текст книги ""Фантастика 2026-63". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: Антон Агафонов

Соавторы: Татьяна Кагорлицкая,Оксана Пелевина,Даниэль Брэйн
сообщить о нарушении

Текущая страница: 82 (всего у книги 297 страниц)

Глава 13

Рубцова я дожидался на лавочке в парке рано утром. Ещё стоял туман, так что весь парк был скрыт этим густым пологом. День был пасмурный в отличие от предыдущего, а я по какой-то глупости решил, что мне и так нормально, и оставил китель в ресторане. В итоге сижу и мерзну в одной рубашке. Спасает лишь энергия, которую я поместил в Сосуд Правителя и немного разогнал. Получилось что-то вроде персональной печки прямо в груди.

Тайный Советник Его Величества таки соизволил появиться, закутанный в дорожный плащ, впрочем нашей встрече он был совершенно не рад. В прошлом он пытался играть роль эдакого доброго дядюшки, сейчас все это ушло. Он был предельно серьезен и отстранен.

– Дмитрий Алексеевич.

– Виктор Степанович, – поприветствовал я его в ответ.

Рубцов присел на скамейку рядом со мной.

– Чего вы хотите, Дмитрий? Мне казалось, что наш маленький альянс разорван.

– Ларцевы. Говорят, что Беспалов обвиняет главу рода Ларцевых в предательстве. Что весь их род шпионил на Мальцевых. Это какая-то попытка отомстить мне? За то, что я друг Миши?

– Ох, так вы из-за этого? – старик фыркнул, словно я пристал к нему из-за какой-то ерунды. – Дмитрий, вы конечно исключительная личность, но мир не крутится только вокруг вас. Все обвинения Титомиру Ларцеву целиком и полностью оправданы. Он действительно шпионил в пользу Мальцевых. Видите ли, у Павла Беспалова есть такая же неприятная черта, как и у его отца – не слишком высокая дальновидность. Он часто желает получить выгоду здесь и сейчас, отчего на его предприятиях самый длинный рабочий день и самая высокая травмоопасность. Он выжимает из вассальных родов всё, что может, а бесполезных выбрасывает. К сожалению, Ларцевых рано или поздно ждала бы похожая судьба. Из-за грабительских ссуд и нескольких провальных контрактов Ларцевы оказались в бедственном положении. Не банкроты, но до этого не так уж и далеко. Ещё пара лет, и род окончательно обеднеет. Даже тот факт, что они смогли протолкнуть сюда своего сына, это уже скорее акт отчаяния. Что если уж род потеряет всё, то хотя бы у наследника будет какое-никакое будущее офицера.

– И тут пришли вы?

– Не я, – покачал головой Рубцов. – Люди Его Сиятельства Вадима Михайловича. И они пришли к соглашению. Ни я, ни мое управление в этом не участвовали, так что о произошедшем я слышал лишь из краткой выжимки моих доносчиков. Судя по всему, Ларцевы должны были выкрасть данные о хладогелевых технологиях. К сожалению, наши изыскания в этой области отстают от Беспаловых лет эдак на пять-семь. А те сведения, что Титомир Ларцев помог добыть, значительно бы сократили этот разрыв.

– Значит, сведения вы получили?

– Не мы, – вновь поправил меня он. – Но да, получили.

– Значит, вы поможете Ларцевым?

– К сожалению, это вне наших возможностей. Ларцевы – вассальный род. Планировалось, что они выкупят свой вассалитет, пусть потеряв многое, но там уже Вадим Михайлович протянет им руку. Но заговор открылся, и теперь ничего не выйдет. По всем законам князь Беспалов может воздать за такое как сочтет нужным.

– Но вы должны, обязаны что-нибудь сделать! – зарычал я. – Он же попался, работая на Мальцевых! Ну так, Хлад, возьмите на себя ответственность за такой поступок!

– Он осознавал, на какие риски идет, и как бы я не хотел помочь, это невозможно. Прямое столкновение между двумя родами вроде Мальцевых и Беспаловых запрещено. За это полетят головы организаторов не взирая на звания. Император, да будет править он вечно, человек суровый, если ты провинился и поставил государство под удар, то он не станет смотреть ни на какие звания и регалии. Разумеется, мы предпримем попытку выкупить долг их рода и таким образом спасти Ларцевых от уничтожения, но шансы на это почти равны нулю. Беспалов предательства не прощает. А теперь, если это всё, то я пойду…

Старик поднялся, поправил свой плащ и уже собирался раствориться в тумане.

– Если вы не поможете, то я сам что-нибудь сделаю.

К моему удивлению, старик пожал плечами.

– Было бы глупо ожидать чего-то обратного от вас. Хотите действовать – действуйте, но мы в этом не участвуем. Помните об этом. Для вас же будет хуже, если попытаетесь подставить меня и Вадима Михайловича.

Старик неторопливо зашагал прочь, а затем просто растворился в тумане.

– Эй, куда он пропал!? – внезапно воскликнул Казимир, выскочивший из кустов. Кот прыгнул в туман, поносился в нем, а после вернулся, уставившись на меня ошалелыми глазами.

И лишь сейчас я понял, что мне не показалось, и Рубцов действительно исчез. Я тоже вскочил на ноги, побежал следом, пробежал до самого выхода из парка, но не заметил ни малейших признаков старика. Я точно не мог его упустить!

– Он просто растворился!

– Ты в этом уверен? – спросил я.

– Своим глазам я доверяю, – фыркнул кот. – Этого человека окутал туман, и он просто растворился!

– И он так раньше не делал, как я понимаю?

– Нет конечно!

Я считал Рубцова просто старым хитрецом, пусть знатным и богатым, но человеком, и такое вот таинственное исчезновение без следа говорит о том, что я понятия не имею, кто он такой и на что способен. Он меня крайне неприятно удивил, а такие сюрпризы я ненавижу.

– Попробуй его поискать, – сказал я Казимиру, и несмотря на то, что обычно кот без особого энтузиазма отправлялся выполнять мои поручения, сейчас он посчитал такую пропажу личным оскорблением. Казимир и раньше следил за Рубцовым, и в целом после наших встреч всё было плюс-минус одинаково.

Не прошло и двадцати минут, как туман рассеялся, словно его и не было. Примерно тогда же пришел Казимир и доложил, что он прошелся по прежнему маршруту, по которому обычно следовал Рубцов, но ничего не обнаружил.

Я пришел в ресторан и помог Нине с подготовкой к открытию, после чего поприветствовал полицмейстера, которого в скором времени должны были сменить, и со спокойной совестью отправился в лицей. Сегодняшние занятия я решил не прогуливать. Старшина собирался что-то обновить в полосе препятствий сегодня, так что для поддержания идеальных результатов надо пройти её в первый же день. Это было одно из условий, по которому он спокойно относился к моим частым отсутствиям. Так что благосклонностью старшины, особенно без прикрытия Рубцова, я решил не пренебрегать.

Пока бежал в сторону лицея, размышлял о том, что делать с Ларцевыми. Пытаться решить конфликт силой? Не уверен, что это хорошая мысль. Тут нужно действовать тоньше, хитрее.

И тут у меня в голове возникла идея… Раз уж Рубцов меня использовал, то и я его использую. Причем совершенно неожиданным для него самого способом. Хе-хе-хе!

Воодушевленный пришедшей мне идеей, я вернулся в лицей, привычно перебравшись через забор в хорошо знакомом месте, и уже направлялся к главному зданию, как вдруг прямо на меня выскочили Даша и Хильда.

– Дима! Дима! Ох! Слава Хладу! Мы тебя нашли! – сестра чуть ли не напрыгнула на меня от радости.

– Тихо! Тихо! – буркнул я, отцепляя её руки от моей шеи. – Что случилось-то?

– Миша! Он задумал глупость. Он решил устроить Ледяное Пробуждение!

– Чего?! – сказать, что я охренел, это не передать даже десятую долю моих чувств. Миша никогда даже не заикался о том, чтобы стать одним из колдунов, да и судя по тому, что его род не слишком большой и знатный, у него скорее всего слабые зачатки дара, не более. Успешно пройти пробуждение такому, как он, нереально.

Я бросил взгляд на Хильду, и та отрицательно покачала головой, отвечая на мой незаданный вопрос.

– Чуда не случится. Я вижу развилку в его жизни, но не тут. Если он попытается стать магом, то умрет, – прояснила северянка.

– Мы пытались его переубедить, но он всё твердит о том, что обязан это сделать. Хлад! Что за упрямец! – охнула сестра.

– Я с ним поговорю, – пообещал я.

– Нет, ты не понял, Дима. Он СЕЙЧАС собрался это сделать! Это удивительно, но Юрий Беспалов его отговаривает прямо сейчас, тянет время, пока мы тебя не найдем.

– Так чего мы тут стоим-то?! – рыкнул я и слома голову понесся в сторону корпуса, где располагается ледяная колонна. Вот дуры, не могли сразу сказать, что он сейчас там. Стоят объясняют, а парень уже может в сосульку превратился.

На то, чтобы бегом добраться до колонны, у нас ушло минут пять. Даша немного подотстала, а вот Хильда оказалась тем ещё бегуном и весь путь дышала мне в спину. Зато теперь понятно, почему девушки не так уж и торопились – Эйрик. В данный момент он держал брыкающегося Мишу за шиворот, не давая тому дотянуться до колонны, а Беспалов-младший что-то ему упорно втолковывал.

– Отлично, – сказал Эйрик, отпуская юношу, после чего направился в сторону выхода. – Я сделал, что ты просила.

Последние слова были адресованы Хильде. Раскрасневшаяся и немного запыхавшаяся девушка кивнула, а Эйрик покинул помещение.

– Не мешайте мне! – крикнул Миша, поднимаясь. – Я всё равно это сделаю. Слышите?! Всё равно! Это мой выбор! Никто не вправе у меня его отнимать! Никто!

– Никто его у тебя и не отнимает, – фыркнула Хильда. – Эйрик просто немного тебя притормозил, пока мы не нашли Диму.

– Миш, ну и что ты тут устроил, а? – спросил я немного грубее, чем следовало бы в такой ситуации, наверное. Но не смог сдержать раздражения. Я тут всеми силами его проблему решить пытаюсь, а он самоубиться решил. – Ты же знаешь о силе Хильды. Ты не выживешь, если коснешься колонны.

– Плевать! Слышишь?! Мне плевать! Выживу я? Сдохну? Какая к Хладу разница?! – закричал он. – Моя жизнь и так кончена. Если мой род будет уничтожен, то меня вышвырнут из лицея ещё до конца недели. Я окажусь на улице, без дома, без семьи, без возможности хоть что-то сделать… А это…– он взглянул на колонну. – Это мой шанс остаться. Мой шанс превратиться в живое оружие. Если я стану Истинным или Пепельным, никто не посмеет вышвырнуть меня из лицея. Я смогу спасти свою семью с помощью этой силы.

– Миша, мне жаль, но у тебя ничего не выйдет. Если Хильда уверена в каком-то событии, то оно случится. Она твердо уверена, что ты не сдюжишь, а значит…

– Ты и понятия не имеешь, на что я способен, Дима! – прорычал он, и от него в этот момент пахнуло такой яростью, таким сдерживаемым гневом, который, проявись он в реальном мире, испепелил бы всё вокруг. – Не сдюжу, говоришь?! Да что ТЫ знаешь о терпении и труде?! Тебе всё дается легко! Полоса препятствий? Тьфу! Ерунда! Подцепить одну из двух девчонок группы так же просто, как высморкаться! Избить Ефима, вселяющего ужас на всю военную кафедру? Пустяки! Появилась принцесса с телохранителем-демоном? Трахну эту рогатую!

Услышав последнее, я аж поперхнулся. Откуда он знает обо мне и Эоле?! Я думал, что мы неплохо всё скрываем…

– Ты что, думаешь, мы все слепые? Да Лера ещё несколько недель назад сказала, что вы спите. Мол “по взгляду всё ясно”.

– Кхм…– я почувствовал кра-а-а-а-а-айне злой взгляд Хильды, буквально сверлящий мою спину. Она видимо про эту мою интрижку слышала впервые, а учитывая что к хагга отношения у северян весьма негативные, то ничего хорошего из этого открытия не следовало. – Миша, ты не в себе…

– О нет! Я сейчас отлично всё понимаю! Это ты нихрена не понимаешь, Дима! Это у ТЕБЯ есть всё, что пожелаешь, и ты представить себе не можешь, что значит быть таким, как я. Это не над тобой издеваются парни вроде него, – Миша указал на Юрия, который от такого обвинения словно пощечину получил и отступил на полшага. – Ты хоть представляешь, как трудно мне вставать каждый день и идти на эти гребаные тренировки? Когда прошло два месяца, а ты вообще не ощущаешь, что стал сильнее, в то время как тебе дается всё словно по волшебству! Не нужно делать вид, что ты понимаешь, каково мне живется! Не нужно. Ты не знаешь.

Миша посмотрел на меня, затем бросил взгляд на колонну неподалеку от себя.

– Миша… Хорошо. Я не буду делать вид, что понимаю, каково тебе. Ты прав. Но уверяю тебя, коснувшись этой колонны, ты не решишь проблемы, а просто отдашь свою жизнь ни за что. Ты не спасешь отца и своих братьев и сестер, не очистишь имя своей семьи. Ты хочешь силу – я понимаю, но не таким способом. Лучше… давай заключим контракт? Думаю, таким способом я смогу тебе помочь.

Несколько мгновений он пристально смотрел мне прямо в глаза. Я видел в нем страх и сомнения. Он был готов согласиться, я чувствовал это.

– Правильно, не делай этого, – мягко сказал Беспалов младший, и видят боги Башни, лучше бы он молчал. Потому что Миша судя по всему совершенно забыл о нем в последние секунды, и теперь Юрий стал живым напоминанием, почему Миша вообще тут стоит.

– Извини, Дима, – уже без недавней ярости сказал друг. – Я уже всё решил.

– Нет!

Но было поздно. Миша сделал шаг в сторону ледяной колонны и коснулся её рукой. Я почувствовал, как пахнуло ледяной стужей, а затем увидел формирующий образ человека по ту сторону. Он протянул руку и коснулся того же места с обратной стороны льда.

Миша охнул, задрожал, а затем всё начало повторяться. Всё то, что я видел в неудачном пробуждении прошлого фаворита Хильды. Миша начал синеть, а его рука уже начала покрываться инеем. Пара секунд, и он умрет, превратится в ледяную глыбу, а его душу получит то, что живет в колонне.

– Ну уж нет! – зарычал я, бросившись к нему. Я вцепился в руку парня, которой он касался колонны, и в следующий миг меня словно куда-то затянуло, словно кто-то схватил меня за горло и что есть силы дернул на себя, зашвыривая в какой-то портал или вроде того.

Миг спустя я находился посреди огромной заснеженной пустоши, где был лишь снег и скалы. Я бросил короткий взгляд на свои руки, но сразу понял, что где бы я не находился, здесь лишь моя проекция, а не настоящее тело. Всё мое естество посреди этой ледяной пустыни представляло собой лишь силуэт, собранный из алой бури, внутри которой искрились красные молнии.

– Не-е-е-ет! – раздался душераздирающий крик неподалеку. Я тут же бросился туда и практически сразу увидел Мишу. Его по рукам и ногам скрутила какая-то здоровенная тварь, сделанная изо льда. Она буквально распяла парня, нависла над ним и, разинув пасть, высасывала душу.

У него не было ни единого шанса…

– Хлад!..

Ни о чем не думая в тот момент, я ринулся в бой, обрушившись на ледяного демона со всей имеющейся мощью. Я раздался во все стороны, теряя очертания человека и становясь чем-то более аморфным, обхватил руки монстра и одновременно с этим стал вырывать Мишу из его цепких когтей.

Монстр взревел от ярости, что кто-то смеет забирать его добычу, но мне было совершенно плевать. Открыв пасть, ледяное чудовище ударило по мне ледяным лучом, и… Хлад! Как же это было больно! Он отхватил от меня целый кусок. Не настолько большой, как хотелось бы ему, но кра-а-а-айне ощутимый для меня. Фактически демон уничтожил кусочек моей души! Моей сути!

И это было опасно!

Отшвырнув болезненного и едва живого Мишу в сторону, я сжался, приняв более похожую на человека форму, а затем нанес сокрушительный удар кулаком твари прямо в морду. Нижняя челюсть ледяного демона и кусок черепа превратились в ледяную крошку, но это его не убило.

– Думаешь, ты мне ровня?! – взревел я и обрушился на него сверху. Он выставил лапу для защиты, но я переломил её словно сосульку.

Внутри разбитой пасти загорелся голубой огонек, не обещающий ничего хорошего, так что я просто заткнул его пасть рукой, блокируя залп и одновременно направляя свою энергию внутрь.

– Выкуси-ка это, сволочь!

***

Даша в ужасе смотрела на происходящее. Дима и Миша застыли перед колонной и словно вели какую-то незримую для окружающих борьбу. Но, что Даша заметила сразу, Миша перестал синеть. Напротив, после того, как до колонны дотронулся брат, его лицо почти вернуло естественный цвет.

– Мы должны что-то сделать. Попробовать их…– заговорила она, но Хильда схватила девушку за руку и отрицательно помотала головой.

– Нет. Мы не должны вмешиваться. Обычно вмешательство в Ледяное Пробуждение – это смерть для обоих, но Дмитрий у нас особенный. Если кто и сможет спасти Мишу, то только он. Но если вмешаемся мы, то лишь всё погубим.

Даша нервно сглотнула. Одна лишь мысль о том, что ей придется просто наблюдать за гибелью брата, приводила в ужас, но Хильду стоило послушаться. Именно благодаря Хильде Даша два месяца назад выжила, когда её решил убить джинн, так что если та говорит не вмешиваться, лучше так и поступить.

И все же смотреть на происходящее было невероятно больно.

“Что если они оба умрут?”.

– Что-то происходит… – тихо произнесла Хильда, и Даша тоже это увидела. Рука Димы начала краснеть, её словно окружала алая энергия, превращающаяся в красные молнии. Эта красная сила пульсировала и вспыхивала словно в такт чьего-то сердца.

А миг спустя раздался мощный взрыв. Мишу и Диму отбросило назад, да и сама Даша, несмотря на то, что находилась чуть в отдалении, едва смогла устоять на ногах. Первой мыслью в тот момент у девушки было броситься к брату и убедиться, что он в порядке, но тут же пришло осознание произошедшего. Девушка видела, как прямо у неё на глазах рушилась ледяная колонна. Нечто невероятное, одна из величайших ценностей Империи, способная создавать Детей Хлада, прямо сейчас разваливалась на глыбы льда.

***

– Ситуация на границе накаляется, – сообщил генерал Наумов, стоя неподалеку от Императора. На совещании генеральского штаба присутствовали почти все генералы и советники Его Величества, слушая доклады о том, что происходит по ту сторону Днепра. – Османы стянули войска сюда, сюда и сюда. Есть опасения, что они планируют форсировать реку.

– Поздновато, – хмыкнул генерал Болотов, – Ещё месяца три назад они вполне могли воспользоваться льдом, а теперь уже не получится.

– Их маги могут создавать лед не хуже наших, – покачал головой генерал Наумов. – Но это полбеды. Разведчики сообщают, что видели вот тут инфернальных рыцарей хагга.

Фёдор, также присутствующий на совещании, вздрогнул от упоминания демонов. Ему уже однажды доводилось видеть и даже сражаться с инфернальными рыцарями, и это худший из возможных врагов. От рук одного из них чуть не погибла его младшая сестренка Лизавета. Страшные твари, сильные как подклятвенные и способные к магическим атакам как Истинные.

Император молча слушал доклад, внимательно изучая карту, и Фёдор был почти уверен, что отец видит гораздо больше и глубже, чем любой из присутствующих. Возможно, его разум прямо сейчас парит над границей, и он с небес взирает на позиции врага.

Но тут что-то произошло. Генерал Наумов ахнул, и лишь после этого Фёдор заметил, что Император покачнулся. Такое казалось невероятным, ведь его отец был чуть ли не живым богом, способным взмахом руки испепелять горы. И тем не менее он чуть не упал.

– Отец! – Фёдор бросился к нему, подхватывая отца под руку, и не поверил своим глазам, когда увидел у того на лице кровь. Кровь ручьем хлестала из носа Императора, приводя окружающих в неописуемый ужас.

– Я в порядке, – мягко, но в то же время тоном, не оставляющим возможности для спора, сказал правитель. Фёдор нехотя отпустил руку отца, тот выпрямился и достал из кармана шелковый платок. Приложив его к лицу, Император вытер кровь и устремил свой взор куда-то. Со стороны могло казаться, что он просто смотрит в стену, но разум отца вновь был где-то далеко, но вряд ли на поле боя.

Несколько секунд спустя Император сложил платок и взглянул на обеспокоенных генералов.

– Не стоит волноваться, я в добром здравии, – сказал он им. – Кое-что произошло, но ничего такого, с чем нельзя было бы разобраться позднее. Продолжайте, я должен знать всё, что планирует наш враг.

Глава 14

Проснулся я на самом жестком матраце, какой можно было только представить. Я даже не был уверен, что вообще сплю на матраце, скорее уж на какой-то деревянной доске или вроде того, поверх которой натянули кусок ткани и по ошибке назвали кроватью.

Где я вообще, во имя Хлада?

Кряхтя, не столько из-за каких-то ранений, сколько из-за того, что лежа на этом “куске камня” тело просто-напросто затекло, я попытался подняться, но тут же надо мной нависла симпатичная дамочка, заставившая меня улечься обратно.

– Вам нужен покой, – твердо сказала она, и мне пришлось подчиниться. А как не починиться, когда её огромная грудь колыхнулась у меня прямо перед лицом, едва не отправляя в нокаут?

Эта женщина годилась мне в матери, но возраст практически не портил её зрелую красоту. Напротив, эту женщину хотелось сравнивать с хорошим вином, что с годами становится лишь лучше. У незнакомки были пышные золотистые волосы и огромные зеленые глаза, ну и просто роскошная грудь. Я ведь уже говорил про грудь? Да это не просто грудь, а грудище! Ух! Единственное желание, которое у меня возникало при созерцании этих округлостей – зарыться в них лицом!

– Репродуктивная система работает нормально. Так и запишем, – усмехнувшись, сказала она и что-то пометила в планшете.

– А? Что? – не понял я, к чему это она говорит, но стоило опустить взгляд, как всё встало на место. – О, Хлад!

Пришлось в срочном порядке переворачиваться на бок и стыдливо подтягивать ноги. Чертова физиология! Я как-то не сразу понял, что на мне нет одежды, и всё, что скрывает наготу, это тонкая простынка.

– Если вас это утешит, то это далеко не первая, и даже не десятая эрекция, которую я видела по роду службы, – доверительно сказала женщина.

– Не легче…

– Как вы себя чувствуете? – уже более серьезно поинтересовалась она.

Я ответил не сразу, вначале задумался над ощущениями.

– Неплохо. Если не считать того, что всё затекло, то просто замечательно.

– Вот как… – задумалась женщина. – Никакой тошноты, зуда на коже?

– Вроде нет.

– Жжения в груди. Например вот тут, – она продемонстрировала на себе, отчего её грудь, обтянутая кофточкой призывно колыхнулась. И как она себе такие отрастила?..

– Жжение? – хмыкнул я, пытаясь привести мысли в порядок, а это было сложнее, чем может показаться. Жжение я чувствовал, и именно в том месте, о котором она говорила, только вот с ответом я пока не торопился. Проблема была в том, что жжение шло из Сосуда Правителя. С ним точно что-то произошло… – Нет, ничего не чувствую.

Женщина немного прищурила свои зеленые глазки, затем пометила что-то в бумагах на планшете и кивнула.

– А где я вообще? – наконец спросил я.

– В лазарете. Ты помнишь, что произошло?

– Я… – я прекрасно помнил что произошло. По крайней мере до одного конкретного момента. Кретин Миша таки решил превратиться в ледяную скульптуру, а я сдуру решил ему помешать. В итоге я сражался с каким-то ледяным монстром, а потом… Ничего. – Нет, не помню… Всё как в тумане.

– Вот как… Очень жаль. С тобой много кто хочет поговорить относительно случившегося. Я скажу им, что ты очнулся, а ты пока хорошенько подумай над своими словами.

Женщина поднялась, а мне потребовалось сделать над собой неимоверное усилие, чтобы не залипнуть, пялясь на эти прекрасные холмы. Тон, впрочем, у неё был предельно серьезный, а значит после или во время схватки что-то произошло. Ещё бы понять, что именно…

Она оставила меня в одиночестве, но лежать на этом ужасном матраце больше не было сил, так что обернувшись простыней на манер греческой тоги, я поднялся на ноги и огляделся. Лазарет на первый взгляд казался пустым: просто вытянутое помещение с двумя десятками пустых коек. Но это впечатление оказалось обманчивым.

– Миша, ну и какого хрена ты…– я осекся, когда подошел ближе.

Парень был бледным и болезненным, и даже когда я осторожно тронул его за плечо, не пришел в себя.

– Эй, Миш, ты живой?.. Хлад…

– Вам лучше его не трогать, – я и не заметил, как в лазарете появился ещё один человек. И к моему счастью, знакомый, пусть и не очень хорошо. Лариса Волкова, Пепельная, одна из тех, с кем я отправлялся спасать принцессу от демонов хагга в Мариинском театре. Русоволосая и довольно милая, пусть и уступающая внешностью кому-нибудь вроде Фломелии или принцессе.

– Что с ним?

– То же, через что проходила я и другие Дети Хлада. Его Сердце Хлада пробуждается, но учитывая, что изначальный сосуд очень слаб, это пробуждение будет долгим и тяжелым. Вообще чудо, что он выжил с таким слабым сосудом.

– Значит… Он все-таки станет таким, как вы? – обрадовался я. Действительно обрадовался. В конце концов, Миша именно ради этого пробуждения и рисковал собственной жизнью.

– Не всё так хорошо, как может показаться, – по серьезному, немного печальному выражению её лица стало ясно, что я торопился с радостью. – Его состояние оценивается как плохое. Силу он получил, но для него она слишком велика. Фактически она убивает его прямо сейчас. Обычно такое происходит мгновенно, в момент Ледяного Пробуждения, но ему повезло, вот только он всё равно не готов к такой силе.

– И что, он просто умрет? Ничего нельзя сделать?

– Можно. Сердце Хлада укрепляется по мере развития силы, и скорее всего, если он протянет первый год, то сможет стать полноценным Истинным. Слабее, чем большинство, конечно, но способным творить магию. Я лично возьму его под свою опеку и буду помогать избавляться от излишка сил. Пепельные для такого годятся лучше всего. Но вначале он должен очнуться и позволить ему помочь.

– Хлад… – буркнул я, смотря на бледного Мишу.

– Пока ему лучше спать и набираться сил, а у нас с тобой должен состояться очень обстоятельный разговор, поэтому пошли. Юлианна Павловна сказала, что ты в порядке, так что не будем откладывать.

– Да что случилось-то? Я уже понял, что пробуждение пошло не по плану, но дело явно не только в Мише.

– Колонна разрушена.

– Что?..

И вот тут мне всё мгновенно стало ясно. Если ледяная колонна, способная создавать Детей Хлада, уничтожена в результате моего вмешательства, то это тянет на госизмену. Уничтожение предмета, напрямую влияющего на безопасность страны, это не шутки. Даже если я, по идее, и не собирался ничего такого делать.

– Идем, сегодня будет очень тяжелый день…

***

Что будет тяжелый день, я понял в тот момент, когда меня привели в просторное помещение, полное целой кучи высокопоставленных офицеров. Ну а дальше начался допрос. Мне задавали десятки, если не сотни вопросов, часто одних и тех же, но с разными формулировками. Я же продолжал стоять на своем, рассказывая, что пытался спасти друга и не помню, что было дальше.

Ответы мои, разумеется, присутствующим не нравились, ведь они едва ли проливали свет на случившееся. Как я понял, подобные ситуации, когда люди касались колонны вдвоем или даже втроем, случались и раньше, и исход у них был всегда один. И разумеется, это вовсе не взрыв колонны.

В какой-то момент меня решили допросить “с пристрастием”, приведя в помещение самого Ефима. Он, впрочем, встретившись со мной взглядом, был не сильно рад. Но его попытка забраться мне в голову ничего не дала. Ставить ментальные барьеры я умел, и все, что он сумел увидеть, это фрагмент, где я бросаюсь спасать Мишу, но не то, что было после.

В конце концов у них не оставалось иного выбора, кроме как временно меня отпустить. Вышел я из комнаты не в наручниках и без конвоя, что уже было хорошим знаком. А там меня уже ждала сестра и Хильда.

– Ох, Димочка, слава Хладу, что с тобой всё нормально… – обняла она меня, ну а после я удостоился объятий и от одной из своих потенциальных жен. Только вот сделала она это уж явно как-то не слишком охотно.

– Только не говори, что ты злишься из-за телохранителя принцессы? – решил я прояснить этот момент.

– Злюсь? Да я в ярости, Дима! Ты хоть представляешь, насколько подло с твоей стороны из всех женщин выбрать именно демоницу из хагга?! Я не оспариваю право мужчины выбирать себе любовницу, но лучшего варианта, чтобы оскорбить меня, нельзя и представить!

– Это было всего пару раз, – вздохнул я. – Между нами ничего серьезного. Ей просто нужно было выпустить пар, а в её культуре она не может спать с мужчиной, что слабее её. И так получилось, что из всех окружающих парней я единственный, кто её превосходит.

– Мне от этого легче должно стать? – Хильда уперла руки в бока.

– Ладно… Извини. Я должен был тебе рассказать о нас.

– Не думай, что когда я стану твоей женой, то позволю вашим “отношениям” продолжаться, – фыркнула она, развернулась на каблуках и полным важности шагом направилась прочь. Мы с Дашей смотрели ей вслед, а когда северянка скрылась за углом, сестрица вдруг стукнула кулаком мне в руку.

– Эй, ты чего? – насупился я.

– Да вот просто захотелось тебя ударить. Знаешь что меня в последнее время больше всего удивляет, Дим? Не то, что ты каким-то немыслимым образом сумел договориться о свадьбе и с Хильдой Лоденборг, и с Её Высочеством Лизаветой, а то, что при этом остаешься жутким бабником, ухитряющимся залезть под юбку даже телохранителю принцессы, а они это терпят. Но впрочем, я их понимаю. Есть в новом тебе что-то… И даже не зная, кто ты есть, окружающие что-то ощущают. Даже мне приходится регулярно напоминать себе о том, что ты мой брат, хоть от моего настоящего брата в тебе почти ничего и не осталось…

– Даш, только попробуй сказать, что…

– Ну вот ещё, – она протянула руку и щелкнула мне по носу. – Просто хочу тебе сказать, что ты странным образом действуешь на девушек вокруг. Поаккуратнее с этой силой, ясно? А то ненароком начнешь разрушать хрупкие девичьи сердца. А теперь, с твоего позволения, я пожалуй пойду. У меня ещё куча нестиранного белья в штабе.

И с этими словами она убежала. В буквальном смысле. Помахала ручкой и побежала прочь, только пятки сверкали.

Ну а спустя час меня нашла Валентина Сергеевна, хмурая и до нельзя серьезная. Впрочем, я уже давно только такой её и видел. Это лишь в первые дни нашего знакомства она пыталась изображать дружелюбие, а сейчас мне кажется, что у неё есть кукла, изображающая меня, в которую она втыкает иголки в надежде, что я буду таким образом страдать.

– Плохой день? – не удержался я от подколки, отчего она вперила в меня ненавидящий взгляд.

– Почему ты просто не можешь ничего не делать? Быть как другие лицеисты?

– Поверите, если скажу, что это произошло случайно, и я ничего такого не планировал?

Её взгляд был лучше любого ответа.

– Но это правда… Эх…

– Правда это или нет – неважно. Ты уничтожил одно из достояний отечества. Ты хоть понимаешь, насколько это серьезно?! Каждую из колонн можно пересчитать по пальцам одной руки, и это в момент, когда вокруг только и разговоры о войне с османами!

– Хорошо, мне стыдно. Разрешаю себя отшлепать в интимной обстановке.

К сожалению, шутку Валентина Сергеевна не оценила, так и сверлила меня злым взглядом. Правда злости в ней на самом деле было гораздо меньше, чем она показывала. Скорее уж усталость брала свое. Ну ещё бы, учитывая сколько головной боли я ей регулярно приношу.