Текст книги ""Фантастика 2026-63". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: Антон Агафонов

Соавторы: Татьяна Кагорлицкая,Оксана Пелевина,Даниэль Брэйн
сообщить о нарушении

Текущая страница: 259 (всего у книги 297 страниц)

– Тени этого нельзя, – ровно объяснил мне Аттикус. – Впрочем, Гусу всегда было плевать на наши правила.

– Это из-за этого ему указали на дверь?

Я начинала откровенно глумиться, потому что мне стало до боли обидно. Все-таки из меня сделали не просто приманку, а подопытную крысу. Даже Гус, наверное, не проверяет свои варева на животных…

– На самом деле Гус ушел сам. Ему претило… многое ему претило, – оборвал сам себя Аттикус. – Наверное, я сам виноват, потому что мне стоило сразу понять: этот мальчик никогда не станет Тенью. Мы не просто Орден, Дайан, мы – хранители знаний, хранители города. Многие знания – большая ответственность как перед братьями, так и перед каждым жителем Фристады, а Гус с самого начала давал понять, что его интересы касаются только его самого.

Я прищурилась.

– Он попал к вам еще ребенком?

– Да, – кивнул Аттикус, рассеянно рассматривая какую-то траву, смахивающую на камыш. Они росли в избытке на Козлиных болотах, и что-то мне подсказывало, что это на самом деле не те камыши. – Ему было пять или шесть лет, точнее сказать никто не может, и уже в этом возрасте Гус, надо признаться, был редкостной дрянью.

Мне показалось странным, что Аттикус так говорит о своем брате, пусть и бывшем, точнее, блудном, но я списала это на обиду из солидарности с Орденом.

– Вы с ним что, дрались?

– Ну, он пытался, – улыбнулся Аттикус. – Других мальчиков он регулярно лупил, хотя и был их моложе лет на пять. А один раз подложил пресвитеру паука.

– Церитину? – удивилась я.

– Нет, другому. И этот пресвитер не очень любил пауков. В общем, после того, как Гус едва не разнес учебный класс из-за того, что его оставили после занятий, я понял, что из меня слишком неважный наставник… я имею в виду, наставник послушников.

Я заморгала. После Игнатиуса я вряд ли могла чему-нибудь удивиться, но по словам Аттикуса выходило, что ему было как минимум лет восемнадцать тогда, когда самому Гусу было пять. Сейчас Гус выглядел лет на тридцать, может быть, тридцать три, значит, Аттикусу было уже хорошо за сорок, но я с трудом восприняла этот факт.

Наверное, я слишком глупо и грубо рассматривала его, потому что он нахмурился и отвернулся.

– Теперь вы приставлены к нам обоим, – кивнула я сама себе. – И что вы будете с нами делать? Пойдете с нами за Книгой?

– Нет, Дайан, не пойду. Я, скажем так, теперь связь между вами и Ремом.

Он вздохнул, посмотрел на стул, который я заприметила, смахнул с него ладонью крошки и сел.

– У вас обоих сложная задача… Не невыполнимая, но сложная. Я боюсь, что есть один нюанс, который Рем не то чтобы не учел, но не счел нужным озвучить: вам нужно будет отличить магию Книги от возможной другой. Я не говорю, что вам будет что-то мешать, но не исключаю такой возможности. Поэтому ищите Книгу рядом с Вольфгантом, так будет вернее.

Я пожала плечами.

– Я еще не думала, где ее искать.

Вообще я успела подумать о том, что если я и Гуса не смогла отыскать без посторонней помощи, то с Книгой будет все более чем плачевно. Если Гус, конечно же, не окажется расторопней и прозорливей. Судя по его халупе, не окажется.

– Пока я хотела бы знать, где сам Гус.

На этот вопрос Аттикус мне не ответил.

Глава двенадцатая

– Ты голодная? – неожиданно спросил Аттикус. Я растерянно кивнула. Да, поела я с трудом и только ради Самуэля, но это было, кажется, еще в прошлой жизни. – Тогда пойдем.

Мы вышли из провонявшего кошками дома на улицу, и я сразу задышала свободнее. И, пока я радовалась свежему воздуху, если его, конечно, можно было таким назвать, я потеряла Аттикуса из виду.

И в то же время я была уверена, что он идет рядом со мной. Поэтому, когда я остановилась и на секунду замешкалась, я не сильно удивилась, что кто-то легко подтолкнул меня в спину.

Я послушно пошла.

– Э… – протянула я. – Я вас не вижу. Но, кажется, чувствую. Меня так же не видно, когда я скрыта?

– Нет, – прошелестел над моим ухом тихий голос. – Не совсем. До того, как Самуэль развил твой дар, тебя видели, но как бы не замечали. Не обращали внимания. Сейчас ты можешь скрыться совсем, но лишь до тех пор, пока тебя не увидят, ты неуязвима. – Вздох. – Я же… нет, я не исчез, я наложил на себя морок. Это разная магия, принципиально разная. Мороку можно научиться. И предупреждая твой вопрос – нет, Гус не умеет такого делать. Он проныра, но совершенно бездарный маг.

Мне показалось, что Аттикус говорит об этом с сожалением.

Мы шли, и он продолжал меня подталкивать. Наконец я поняла, куда он меня ведет. Таверна Мерри.

– Так что, Гус торчит там? – изумилась я. – У всех на виду?

– Ну, есть ему что-то надо, – рассудительно заметил Аттикус. – Я войду, но говорить не буду. Раз так вышло, останусь незрим, но, прошу тебя, помни мои слова. Насчет Книги и магии, которая может сбить вас с толку. Гус был бы не очень рад меня видеть, и, думаю, то, что он не знает, вам обоим не повредит. Но я буду рядом. Посмотрю, как он себя поведет.

Эти спокойные слова меня сильно взбесили. Я понятия не имела, чем сейчас занимается этот Тень, но в данную минуту он занимался издевательством надо мной и Гусом. В его словах не было ничего предосудительного… но Самуэлю я верила. И если он посоветовал мне бежать, значит, у него были на то причины, и вряд ли эта причина звалась Гус, которого он недолюбливал.

Гус, как и я, был слишком мелкой фигурой.

– Самуэль не любит Гуса, он не очень доверяет ему, – сказал Аттикус, и я чуть не заорала. Он что, читает мои мысли? – А относительно Самуэля «не очень доверяет» равно «мразь и предатель». Не думаю, что они пересекались, но слухами полнится земля. Мы пришли, помни, что я сказал тебе про Книгу.

В таверне Мерри я была и не один раз. Сейчас тут было непривычно тихо. Конечно, никому ведь не хотелось попасться в руки озверевшей от бдительности страже. Несколько шапочно знакомых мне воров и разбойников с почти безупречной репутацией чинно попивали пиво, тоскливо глядя куда-то вдаль. Хозяин таверны, толстяк Мерри, скучал за прилавком, изредка поглядывая вниз, очевидно, раз за разом подсчитывая выручку. Учитывая его кислое выражение лица, можно было предположить, что она сегодня не ахти.

Гуса я обнаружила в самом конце зала, он сидел лицом к входу и, по-видимому, напряженно о чем-то размышлял. Невесело усмехнувшись, я стала пробираться к нему. Несколько человек проводили меня заинтересованными взглядами и получили в ответ хмурый оскал. Немногие во Фристаде знали, кто мы на самом деле такие, основная масса людей думала, что наша община – слегка ненормальная группа людей, непонятно почему живущая возле кладбища. Это и было к лучшему.

– Привет, – поздоровалась я.

Ничего не ответив, Гус поднес палец ко рту, прося немного помолчать. Я пожала плечами и кивнула трактирщику. Мерри подмигнул мне, показав, что все понял, и щелчком подозвал худосочного мальчишку, работавшего у него помощником. Кивнув в мою сторону, толстяк отвел взгляд и снова заскучал.

Я заказала две кружки темного пива и села напротив Гуса, с интересом глядя на него. Казалось, что после того внезапного собрания в Цитадели Теней прошло уже очень много дней, а на деле всего лишь два. Длинные темные волосы, собранные в хвост, скатались, словно Гус и не спал вовсе с той самой ночи, глаза запали и выглядели просто жутко на осунувшемся лице.

Невольно мне стало его искренне жаль. Не так уж и легко достались ему слова согласия, как мне показалось вначале.

Мальчишка с негромким стуком поставил на стол две большие кружки с пивом и бесшумно удалился. Одну из них я легонько пододвинула к Гусу, тот в ответ кивнул и продолжал молчать. Я сделала глоток и с наслаждением закрыла глаза – пиво было холодным и вкусным, а мне необходимо было немного расслабиться. Я принялась потягивать пиво, со злорадством думая об Аттикусе, стоявшем, наверное, у меня за спиной, но тут Гус резко вышел из своих раздумий и веселым голосом поинтересовался, как у меня дела.

– Не то чтобы очень, – скривилась я. – А ты как будто совсем не спал, выглядишь жутко.

– Ты сама не красавица, – широко улыбнулся он. – Давай рассказывай, раз искала, значит, была нужда.

Он не назвал меня «кошечкой», и это был хороший знак. Я ухмыльнулась и подумала – четко, на случай, если Аттикус и вправду мог читать мысли, что могу промолчать, а могу и выдать его с головой.

Но никакой реакции не последовало.

– А нечего рассказывать, – развела я руками. – Мне сегодня было немного не до того.

– Но ты согласилась, – скорее утвердительно, чем вопросительно заметил он. – У тебя должна быть причина. Я знаю, чего ты хочешь, но на кой тебе это, кошечка? На кой тебе герцог? Не на что там смотреть.

Вот тебе раз.

– Еще раз назовешь меня кошечкой, вырву язык, – пообещала я. На полном серьезе. Но мне надо было изворачиваться, а еще я помнила об Аттикусе. – Я неприкасаемая. Может, хоть так получится что-то изменить.

– Не слишком-то убедительно, – пробормотал Гус и присосался к пиву. – Впрочем, что я знаю об этом? Но что не слишком перспективно – точно. Вряд ли это тебе поможет, ко… Дайан.

– Мы теперь в одной лодке.

– Ты могла бы сбежать в другую страну, – возразил Гус, внимательно глядя мне в глаза.

– Это вряд ли, – криво усмехнулась я. – Ну, учитывая, кто я есть. А вечно скрываться и жить, как на Волчьем острове… да, наверное, я уже и не смогу.

Тоже прозвучало так себе, но я помнила об Аттикусе.

– Вот как, – немного нежно улыбнулся Гус. – А со мной бы ты сбежала?

– Нет, – усмехнулась я, постаравшись не показывать, как это меня удивило. Пусть я и не сочла это чем-то кроме грубоватой шутки. – Даже не рассчитывай.

– И не собирался. Что ж, тогда у меня есть для тебя информация к размышлению. Узнал я кое-что занимательное сегодня. Говорят, прошлой ночью на поверхность вылезли минутали. И твари эти явно что-то искали.

Я встрепенулась.

– Они вылезали со стороны кладбища. Из моря, заметь. Их манит к себе Книга. Очень жаль, что далеко они не… Эй! Ты чего!..

Одна кружка с грохотом свалилась на пол. Гус хрипел, пытаясь оторвать меня от своей шеи, хотя я всего лишь вцепилась ему в воротник обеими руками. Мерри и его клиентура взирали на нас с ленивым любопытством: им было настолько тоскливо, что драчка между сомнительной девицей и зельеваром-неудачником пришлась бы кстати.

Но я почувствовала, как на мое плечо легла рука, и подумала, что Гус ничего не знает.

– Прости, – я выпустила его и села на место. – Прости, правда. Они… они убили моего хорошего друга.

Подошел мальчик, забрал упавшую кружку.

– Ты прости, – виновато и искренне сказал Гус. – Я не знал. Но все же, если бы они прошли дальше, мы бы знали, где примерно искать.

Я кивнула. Он был, конечно же, прав.

– Я думаю, что Рем ошибается, – начал Гус. А я поняла, что разговор наш пора сворачивать.

– Слушай, – попросила я, – может, пойдем к тебе?

Гус захлопал глазами. Некоторое время он тупо на меня таращился, потом отрицательно махнул головой.

– Не сегодня. Я слишком устал.

– Не дури, – оборвала его я. – Поднимайся, там видно будет.

Мне было совершенно наплевать, что подумает обо мне Аттикус, главное – чтобы он от нас отвязался.

Я бросила на стол пару монет, выдернула Гуса из-за стола и потащила к выходу.

– А ты сильная, – с удивлением заметил он. – Все оборотни такие?

– Да, – осклабилась я, – особенности расы. Ну, не настолько я сильна, чтобы свернуть тебе шею, хотя всегда хотела попробовать.

Гус приободрился и даже попытался меня обнять. Я отстранилась, можно сказать, даже вырвалась.

– Не на улице же, – рявкнула я на него, – я тебе не веселая девочка.

Гус только пожал плечами. Куда сильнее его занимал другой вопрос.

– Ты что, знаешь, куда идти?

– Я навела о тебе справки.

Мы быстро шли по улице по направлению к его дому. Уже подходя, я рванулась в сторону.

– Кис… кис… да пожри тебя Серый!

– Зачем она тебе? – поразился Гус. Похоже, что он нарисовал себе в воображении какие-то кошмары. Я злорадно подумала, что его ждет большой сюрприз.

Мы влетели в квартиру, точнее, сначала влетел Гус, которого я бесцеремонно пропихнула в дверь, затем вбежала я и захлопнула дверь.

Замка на ней не было.

– Она у тебя вообще запирается?

– А смысл, Дайан? Тут каждый войдет, если только захочет, и наплевать ему на любые замки. А…

Он отвернулся к своей кровати и рассматривал ее, покачиваясь с пятки на носок. Я выпустила кошку, надеясь, что она будет реагировать не только на меня, но и на невидимого Аттикуса. Но то ли он от нас отстал, то ли оставил в покое, потому что моя уловка сработала, то ли кошка мне попалась бракованная, потому что она только шипела и лупила на меня озверевшие глаза.

Пришлось сдаться и положиться на лучшее.

Я приоткрыла дверь и выкинула кошку за дверь, надеясь, что Аттикус не просочится в такую щель.

– Сядь! – прошипела я. – Я не собираюсь с тобой сейчас спать. То есть – вообще не собираюсь. Мне нужно было оттуда быстро уйти под благовидным предлогом, пока ты не натрепал чего лишнего. Ты сказал, что Рем ошибается. Вот теперь – говори. Только запри хоть как-нибудь дверь.

Гус вздохнул, как мне показалось, с облегчением. Видимо, ему и вправду было сейчас не до женских ласк. Потом он решительно подтащил к двери стул и сделал вид, что этот запор вполне надежный.

– Так вот, Рем говорил, что мы должны подобраться к Вольфганту. И украсть у него Книгу. Но я не думаю, что Вольфгант такой идиот.

Я начала понимать.

– Твари лезут на Книгу.

– Точно, ко… Дайан. Да не скалься ты на меня! Книгу он точно хранит в каком-то другом месте. Самого его искать бесполезно. Он, конечно, совсем идиот, но вряд ли самоубийца.

Трудно было с этим не согласиться.

– И что теперь делать? – вслух подумала я. – Искать Книгу, так?

– Верно. – Гус осторожно обошел меня и сел на стул у двери. Мне он кивком указал на кровать, я только мотнула головой и осталась стоять. – Ты хочешь спросить, где искать, верно? Явно не там, где обитают Лесные чада. Но мы можем зайти с другой стороны…

Я замотала головой так, что она легко могла у меня оторваться.

– Я тоже не самоубийца, как и Вольфгант.

– Мы можем…

– Даже не думай об этом, – отрезала я. – Ты хочешь проследить за минуталями – это даже не самоубийство, это жертвоприношение. Они нас просто сожрут.

– Не сожрут. – Гус поднялся, потянулся, разминаясь, потом ушел за занавеску. – Если я чему-то и научился у этих зануд, так это смешивать разные хорошие вещи… – Голос его оттуда звучал глуховато. – Видишь ли, Дайан, чтобы жить, мне нужно где-то доставать травы. А где мне их доставать? Ну, иногда я их ворую у аптекарей. А иногда успеваю собрать их до того, как набегут конкуренты. Но они – легальная гильдия, и их больше. А значит, мне остаются злачные места.

Гус вернулся с какой-то склянкой в руках. Даже на вид она выглядела крайне непривлекательно.

– В общем, я частенько наведываюсь туда, куда нормальные люди в здравом уме не ходят. – Он задумался. – Жаль, что это не слишком помогает моему предприятию. Но кое-что у меня есть. Эта штука должна была уже хорошо настояться. Извини, но запах у нее для тебя, наверное, будет не очень…

– Ничего, переживу, – деревянным голосом сказала я, потому что представила, что смогу узнать, как пролезают в город эти твари. А значит, сказать Аскетам, где устроить засаду. – Будем их караулить? Где-нибудь в кустах или камнях?

– Будем, да, – согласился Гус, – но не караулить. И не в камнях. Я знаю, где находится вход в их обитель.

III. Тень всегда будет рядом. Глава тринадцатая

Теперь настал мой черед удивляться.

– Прости?

– Не прощу, кошечка. Разве можно слушать и не слышать? Мы тут одни вообще-то, – Гус игриво улыбнулся, и я невольно ответила тем же, потому что вспомнила, что, вероятно, Аттикус все еще слушает нас, несмотря на мои смешные усилия его спровадить. – Случайно туда попал. Знаешь, от прошлого не так-то просто избавиться. И когда в канализации натыкаешься на запечатывающий токен Теней, невозможно сопротивляться соблазну снова влезть в их дела.

– Они что… живут под Фристадой? – выдохнула я, все еще не сообразив, как на это реагировать. – Эти твари много лет обитают прямо под нами и о них ничего не слышно?

Эта информация плохо укладывалась в голове. Как Тени могли спокойно жить, зная, что одна ошибка, одна случайность – и город наполнится изуродованными трупами? Прав был Самуэль, когда говорил, что им нельзя доверять. Впрочем, это и так понятно, никому нельзя доверять, но это…

– Что ты там делал?

– Смотрел, искал кое-что, и хочу тебе сказать, что там есть на что поглядеть. Развалины подземного города, почти цитадель, правда, воняющая и затопленная, но эти твари могут долгое время обходиться без воздуха. Ну и мне там нашлось где пошарить, – отмахнулся Гус, – я же сказал – мне надо из чего-то варить свои зелья. Но это неважно, если ты не заметила, нам теперь есть с чего начать.

Гус улыбался, похоже, он был готов идти туда сегодня же. На всякий случай я уточнила:

– Мы ведь не пойдем туда прямо сейчас? Это слишком… безответственно.

– Или слишком быстро, а, кошечка?

– Если еще раз ты…

– Да-да, ты меня сожрешь, – кивнул он. – Мы пойдем туда завтра. Я погляжу по своим кладовкам, а ты затаришься у Слепой Герды всем необходимым. Сегодня я просто покажу тебе, куда идти.

Он хлопнул по карманам и заозирался.

– Где-то у меня была карта их места…

Он так резво вскочил, что я ненароком отпрянула, но тут же успокоилась.

– Не то чтобы я не был способен запомнить путь, но была там парочка мест, которые нужно обходить. Тебе покажется это интересным. Ты ведь умеешь читать их, а, ко… душа моя?

Я читать карты умела, это было необходимым условием выживания в нашей среде, когда Самуэль мог в любой момент отправить меня в неведомые дали.

Гус исчез за занавеской и принялся шуршать бумагой. Нет, все-таки не зря его называли неудачником. Как можно хранить в доме такие вещи, как секретные карты скрытых мест, и при этом не озаботиться элементарным замком на двери? Несмотря на внешнюю убогость жилища, здесь наверняка было что красть – зелья, ингредиенты, записи рецептов – ведь не может же он помнить все их наизусть? Те же карты...

Под Фристадой было много пещер, и большую часть – ту, о которой известно – охраняли Аскеты, видимо, за остальные отвечали Тени. А между тем пошариться по пещерам, в которых наверняка кто-то когда-то обитал, было много охотников. Один из таких желающих сейчас копошился за драной тряпкой.

Интересно, с каким выражением лица Аттикус нас слушает? Я покосилась на открытые окна. Не вошел в дверь, легко мог войти в окно. От Тени не спрячешься, она всегда с тобой. И хорошо еще, если только твоя собственная.

– Нашел, – радостно отозвался Гус. – На, посмотри, запомни. Но с собой мы ее брать не будем. Просто на случай, если нам придется разделиться. Ты ведь не думаешь, что в случае чего я стану тебя спасать?

– Если перестанешь кошечкой называть, уже одолжение сделаешь, – ответила я, разглядывая неровные линии на бумаге.

Карту составлял ну… Гус. Это был первостепенный образчик топографического слабоумия, но на первый взгляд вполне понятный. Несколько коридоров с надписями – затоплено, узкий проход, едва не застрял в этом дерьме, кладки яиц, огород – Тишь, как под землей можно что-то выращивать? Там ведь солнца в помине не было.

В самом центре карты был обозначен тронный зал в два уровня, хотя я могла ошибаться. Если верить гению Гуса, места там было не так уж много. Как раз примерно на один городской квартал.

Если повезет, мы осмотримся и послушаем, что происходит. И проследим за путем минуталей. Если, конечно, действительно повезет.

– Нравится? – самодовольно спросил Гус, а я в ответ криво улыбнулась, пытаясь запомнить схему закольцованного в общем-то помещения.

– Не то слово. Где ты так научился составлять карты?

Гус усмехнулся.

– Но ты ведь ее понимаешь, верно? В том-то и соль, кошечка.

Я зашипела. Гус сделал вид, что ничего не заметил.

– Возьму, пожалуй, побольше усыпляющего газа, уверен, у меня его в достатке, – сказал он, прекрасно видя мое раздражение, – если попадемся, можно будет кинуть парочку склянок – убежать успеем. Пригодится легкий клинок, арбалет, ну и нож, так, на всякий случай. Разумеется, вода, еда и немного своих мозгов.

– А они у тебя есть? – не удержалась я от шпильки, и Гус, ухмыльнувшись, легко постучал себе по голове. – И арбалета у меня нет, все, чем я могу тебе там помочь – это магией. В смысле – я могу скрыть нас обоих, но это не так уж и легко. Как минутали реагируют на магию?

– На боевую?

– Ну разумеется! – закатила я глаза. – На любую! А ты… – Как Тень, он ведь должен был действительно этому научиться?

– Я – нет, – отрезал Гус и помрачнел. – Что бы тебе ни наговорили, я – ошибка Теней. Они считали, что врожденный маг объединит в себе их магию и свою. Они заблуждались.

Он говорил мне это и выглядел необыкновенно серьезным, настолько, что я подумала – не вышел ли ему этот эксперимент Теней боком? Похоже, что они и в самом деле любили ставить опыты на людях, а это значит – Самуэль был прав, конечно же, прав. Он всегда был прав.

Мне надо было делать ноги, как только Самуэль меня отпустил. Сейчас, после встречи с Аттикусом, бежать мне было уже слишком поздно.

Гус тряхнул головой. У него был, наверное, очень легкий характер, а может, он просто привык переключаться с последнего дерьма на хорошее… или важное.

– Минутали реагируют на магию, как и все остальные, – пожал он плечами, – они в принципе очень похожи на нас с тобой по физиологии.

– На тебя похожи, – поправила я, – не забывай, что я слегка все же отличаюсь от людей.

– Ох, хорош кокетничать, – поморщился Гус, – ты обычный человек, просто у тебя больше талантов, чем у других.

– Есть кое-что, – начала я, пропустив мимо ушей его реплику. – И это, наверное, важно. – Гус насторожился. – Ты… что-нибудь чувствуешь? Я имею в виду – влияние этой Книги?

Он призадумался, потом помотал головой.

– Если Книга у Вольфганта… насколько я знаю, – обтекаемо сказала я.

Гус трагично вздохнул.

– Мы это только что с тобой обсудили, кош… Дайан. Я не хочу, чтобы ты свернула мне шею, но мне нужно немного времени, чтобы отвыкнуть от этого «кош…», тебе придется просто с этим смириться и потерпеть.

В его глазах я, наверное, сильно упала. Действительно, «кошечка» – а как иначе, в одно ухо влетело, в другое тут же вылетело. Просто барышня из торговых кварталов, которой ум все равно ни к чему.

– Я не об этом. – Мне срочно нужно было попытаться реабилитироваться, иначе мне грозило в лучшем случае тащить за Гусом его барахло. Не то чтобы я была сильно против… – Если предположить, что Рем не просто так об этом сказал?

Гус устал меня разглядывать и начал потихоньку собираться. Сейчас он чем-то шуршал на столе и негромко ругался.

– Как понимать его слова: украсть Книгу у Вольфганта?

– Как хочешь, так и понимай, – буркнул Гус. – Может, их надо понимать буквально. А может, и нет. А ты сама что-нибудь чувствуешь?

Я тоже помотала головой, хотя и догадывалась, что он меня не видит, если, конечно, у него нет на спине пары глаз. Но мне нужно было донести до него предупреждение Аттикуса и сделать это так, чтобы не получить обвинений в двойной игре.

Да я во Тьме видела все эти игры!..

– Мне сказали, что нас может что-то сбивать с толку, – выдавила я, не выдумав ничего лучше. – И я понятия не имею, что именно.

Гус дернулся, потом повернулся ко мне. В руках у него был холщовый мешок.

– Ну тогда и не мучайся, – посоветовал он. – Тварей не обмануть, они точно ползут на магию Книги. Вот сейчас мы и выясним, куда именно их несет.

Но «сейчас» оказалось не так скоро, как предполагал Гус. Я могла за себя постоять, но сегодня ночью я шла сюда только для того, чтобы познакомиться с ним. Но никак не идти в логово тварей с одним легким клинком в ножнах и парой стрел. Наверное, в моей памяти долго будет всплывать застывшее в посмертной маске лицо Льюиса – как предупреждение. Там минуталей будет много больше, чем в схватке на кладбище. И, наверное, я должна была предупредить Самуэля – просто так, чтобы он знал. Вряд ли мне это поможет в случае чего, но так спокойней.

– Не так быстро, – покачала я головой. – Кошечка. У тебя тут целый склад оружия, но я – в гостях. Если ты там бывал, ты должен знать, когда они спят. Днем, ночью, когда удобнее всего идти?

Гус заметно растерялся и наконец перестал мельтешить по комнате, которая, к слову, все еще страшно воняла кошками.

– Откуда мне знать? Я ходил ночью, хотя это не имеет значения. Их логово в пещерах под землей, там всегда темно.

– Ты ведь маг, – сказала я. – Варишь зелья и не знаешь ничего о животных?

– О тварях, – снова развеселился он. – Кошечка показывает коготки, а? Зелья я варю… веселым девочкам, например. Иногда даже дамам. Сама понимаешь, за такое меня не похвалят, но поэтому я до сих пор еще жив…

Меня это несколько удивило, но я не стала уточнять, каким это дамам Гус мог варить зелья. Одно я знала точно – среди жительниц богатых кварталов хватало таких дам, которые спокойно могли входить к герцогу, а их мужья в прямом смысле находились от них в зависимом положении. Не сказать, чтобы я видела этих дам в лицо, но их охранников примечала часто, и не приведи Тишь, чтобы они меня хоть раз заприметили.

Так или иначе, но у Гуса, в отличие от меня, были влиятельные покровительницы.

– Значит, ничего не скажешь? – спросила я. – Видно, придется самой все решать. Идем как стемнеет, в Козлиных болотах хоть и водится сплошь отребье, но и стража тоже попадается. А вот мне этого совсем не хочется. В смысле – им попадаться. Хорош уже носиться туда-сюда. Покажешь вход и расстанемся до завтра.

К тому же мне подумалось, что план – попади в логово минуталей и действуй по обстоятельствам – весьма отвратителен. Минутали могут остаться на следующую ночь внутри, и все, что мы сделаем – это просто обшарим их владения. И хорошо, если не попадемся в их лапы. Нужно было прочесть про них все, что найдется, и составить хоть какой-то разумный план.

Гус, остановившись, растерянно, словно сова, мигнул разноцветными глазами и радостно кивнул.

– Конечно, кошечка!

Я сдалась.

 Глава четырнадцатая

Гус протащил меня по городу так, что нас никто не заметил, вообще ни единого подозрительного взгляда в нашу сторону. Я так умела – а как же иначе, какой от меня прок, если мой единственный талант не будет работать, но чтобы Гус мог так же, да безо всякой магии?

Он словно танцевал с тенями, и они, очарованные его уличной харизмой, отвечали безоговорочным согласием. Принимали его в свои жаркие объятия и ревностно хранили от чужих взглядов. Так я не умела, но тени при виде Гуса обнимали и меня.

Северный квартал мы покинули за пару десятков минут, и все, что я могла – это поспевать за юркой, гибкой фигурой в старом потрепанном плаще. Гус больше не шутил и не балагурил, казалось просто, что он слился с Фристадой, стал с ней единым целым – винтиком в огромном, наполненном магией механизме.

В конце концов, подавив неожиданно вспыхнувшую ревность к мастерству, я решила, что обучение у Теней дает кое-какие преимущества. Ведь Аттикуса я тоже едва-едва сумела заметить, так чем же Гус хуже него? Ничем, разве что маг отвратительный, в отличие от первого. Но это, опять же, заявление Аттикуса. Может, зависть, может, обида, может, что-то еще. Ухо надо держать востро – у меня здесь нет ни защитников, ни покровителей. Нет и не будет, напомнила я себе.

Стоило послушаться Самуэля.

Козлиные болота швырнули в нас шум ночной уличной жизни, пьянства, потасовок и вони. Воняло хорошо хоть не кошками, а всего лишь рыбой и попыткой властей вычистить канализацию. А также рвотой и алкоголем.

– Уже недалеко, – шепнул Гус, зажимая меня в узкую щель между огромным товарным ящиком и стеной, сам он пристроился рядом и на мое раздраженное шипение внимания не обратил. – Стражи здесь кот наплакал, но все как один полные психи. Один как-то гнал меня до моря, не переставая вопить во всю глотку. Можешь себе это представить? Полный псих.

Я покосилась на него с недоумением, но ничего не сказала, потому как заслышала бряцанье меча. Мимо вразвалку, словно у себя дома, прошел стражник, обдавая нас перегаром и вонью немытого тела.

– Этот? – почти беззвучно поинтересовалась я.

– Думаешь, у меня было время останавливаться и рассматривать?

Я кивнула, принимая логичность довода, протиснулась между ящиком и Гусом и осторожно выглянула на улицу.

– За аркой в квартал Эрмет есть пара небольших тупичков, буквально небольших, только ты и поместишься. В одном из них и есть вход к минуталям. Если ты дождешься меня завтра в этом же прекрасном месте, я смогу провести тебя внутрь.

Я взглянула в разные глаза Гуса и слегка похолодела. Этот паршивец перехватывал всю инициативу на лету, я же могла лишь молча повиноваться. Ну разумеется, если пещеры закрыты магией Теней, то увидеть ее может только Тень. И Гус им являлся, несмотря ни на что. А значит, он мог меня провести внутрь, и вывести. А мог и нет. А я со своим талантом быть незаметной, выходит, была годна лишь на то, чтобы не сдохнуть в пещере первое время.

Я не знала, восхищаться ли талантом Теней просчитывать все наперед так, как будто это было давно известным пророчеством, или ужасаться тому, что от этих людей я сейчас так или иначе завишу. Пожалуй, и восхищение, и ужас владели мной поровну.

– Захочешь меня нагреть – вырву кадык, – ласково и тихо пообещала я, глядя в ухмыляющееся лицо Гуса.

Перевернутые боги знали, догадался ли он, отчего я так взбесилась или нет, но его поганая ухмылка слишком сильно действовала мне на нервы.

– Не понимаю, о чем это ты, кошечка. Мы ведь в одной лодке, помнишь?

...Проснулась я от мягкого прикосновения к плечу. Это был Самуэль, и выглядел он точно таким же больным, как и вчера. Похороны всем обошлись дорого – в жизни каждого из нас Льюис поучаствовал, и каждый испытывал боль в той или иной степени. А мне же просто невыносимо было вспоминать его простодушное предложение. Знай я, что произойдет, ответила бы согласием, но… впрочем, знай я действительно, не допустила бы его смерти.

Мы долго смотрели друг другу в глаза, думая каждый о своем, а потом я виновато улыбнулась и выбралась из-под одеяла.

– Спасибо, что разбудил. Как раз вовремя, чтобы не опоздать.

Вещи были собраны и стояли в углу комнаты в неприметной удобной сумке. Накануне я добралась до отложенных книг и вычитала о минуталях достаточно, чтобы понять, к чему готовиться. Это были обычные, но мощные твари – тогда, на месте побоища, я увидела это собственными глазами. Но ничем большим они не блистали, кроме зачатков интеллекта, которых и лишил их, по преданию, Древесный бог Раскаль, когда они его чем-то прогневали. Авторы писали, что минутали, в свое время властвуя землей, возгордились и выступили против бога. За что он их и покарал, оставив под землей, лишив могущества, разума и умения. Грустная судьба, но я была бы не против полного их истребления.