Текст книги ""Фантастика 2026-63". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: Антон Агафонов

Соавторы: Татьяна Кагорлицкая,Оксана Пелевина,Даниэль Брэйн
сообщить о нарушении

Текущая страница: 118 (всего у книги 297 страниц)

– Лиза… Лиза! Дыши! Слышишь? Дыши! Вдох-выдох, как я тебя учил! – тут же присев на одно колено, стал говорить я ей, но девушку всю трясло, а внутри неё раскручивалась буря. – Лиза! ЛИЗА!

И тут “рвануло”.

Буквально.

Меня отшвырнуло ударной волной даже несмотря на то, что я выставил духовную Броню. Отшвырнуло недалеко, но оглушило знатно. Я сел, пытаясь хоть немного прийти в себя, и потряс головой.

Ну Лиза…

Я поднял взгляд и увидел принцессу, сидящую на прежнем месте, разве что вокруг теперь было множество ледяных кристаллов. Неподалеку приходили в себя Беспалов и компания, которым тоже досталось, но слабее, чем мне. Они изначально держались чуть в стороне.

– Лиза, – сказал я, поднявшись и направившись к ней.

Принцесса подняла взгляд, схватившись за голову, и сразу поморщилась от боли. Видимо, откат.

– Ты в порядке? – спросил я.

– Я… – немного растерянно ответила она, смотря на лед вокруг себя. – Это я сделала?

Ответить я не успел, потому что откуда-то снизу послышался истошный женский крик. И лишь сейчас я заметил одну вещь: которая вылетела из головы. Фёдор… Я не видел Фёдора. А ведь он стоял неподалеку от края.

– Ох нет, – нервно сглотнул я слюну и метнулся к краю крыши. – Хла-а-а-ад…

Фёдор действительно был внизу. Лежал на мраморном полу в луже крови.

Глава 21

– Писец... – вздохнул я, желая выпить что-нибудь покрепче. Вот вам и веселый вечер с принцессой, который внезапно превратился в трагедию. Хорошая новость – Фёдор остался жив. Серьезно ранен, но жив. Плохая... Да всё остальное. Ситуация выходила скверная, причем не столько для нас, сколько для самого Фёдора.

Во-первых, Хладнокровие не смог ему помочь. На моих глазах Император пытался оказать раненому сыну первую помощь магией исцеления, но у него ничего не вышло. Я видел, как Хладнокровие, простите за тавтологию, потерял хладнокровие, ощутив собственное бессилие.

Вторая же плохая новость заключалась в том, что во дворце не было Истинного, способного исцелять. Разумеется, Рубцов, которого я, к слову, увидел за вечер только сейчас, бросился обзванивать все военные части округа, пытаясь узнать, есть ли в Петрограде хоть кто-нибудь. Уверен, что он найдет мага, но состояние Фёдора было тяжелым, и ещё неизвестно, выживет ли он. Прямо сейчас я наблюдал за тем, как его увозят в больницу на вертолете.

Проводив взглядом летающую машину, я решил проведать Лизавету. Принцесса сидела на диванчике в одной из множества комнат дворца в компании своего телохранителя. Эола при моем появлении бросила обеспокоенный взгляд, а вот сама Лиза словно замкнулась в себе. Прижала ноги к груди и смотрела в одну точку где-то на полу.

– Я вас оставлю, – сказала демоница, похлопав меня по плечу. Я кивнул и занял её место на диване.

Лизавета этого словно и не заметила.

– Ты как? – спросил я.

– А сам как думаешь? – огрызнулась она в ответ.

– Хреново.

– Тогда зачем спрашиваешь?

– Пытаюсь тебя поддержать.

– Не стоило нам сбегать и подниматься на ту крышу, – прошептала она. – Если бы не я...

– С ним всё будет в порядке, Лиза. Извини за грубость, но твой брат мудак и сам нарвался. Не будь он твоим братом и отпрыском Императора, да будет править он вечно, я бы сам ему морду набил.

– И всё же я виновата... Эта сила... Она пугает. Я хотела однажды пройти Ледяное пробуждение, но то, что творится со мной... Это что-то за гранью. Когда у меня только начали проявляться силы, я разговаривала с Истинными, но то, что они рассказывали, сильно отличается от происходящего со мной...

– А что тебе говорит отец?

– Что это нормально. Что это последствия моего исцеления. Что я таким образом получила Ледяное пробуждение.

– И всё?

– Да.

Хлад! Хладнокровие действительно ничего ей не рассказал? Ни про эти силы, ни про то, кем она в итоге станет. Как безответственно с его стороны.

– Зато теперь ты понимаешь, насколько важен самоконтроль. Запомни, Лиза, ключ этой силы – эмоции. Вспомни, как обычно спокоен твой отец, и когда ты сама научишься не поддаваться им, то обретешь полный контроль над силой.

– Тебе легко говорить...

Лизавета на меня даже не смотрела всё это время.

– Да, мне легко говорить, – не стал я спорить.

Моя сила прямо противоположна, чем чище и ярче эмоции, тем сильнее я становлюсь. Заставить себя злиться намного проще, чем сохранять хладнокровие, и тем удивительнее, что существует такое Стремление.

Я замолчал, не зная, что ещё тут сказать. Думаю, Даша нашла бы нужные слова, но вот я понятия не имел, что нужно говорить в таких ситуациях. И, как оказалось, порой даже молчания бывает достаточно.

Лиза просидела ещё пару минут, ничего не говоря, а затем качнулась и легла мне на плечо. А ещё через пару минут разрыдалась. Я гладил по её серебристым волосам, стараясь поглотить её боль. Никогда не пробовал делать это раньше – тянуть эмоции, которые чужды моему нутру. Как оказалось, я действительно это могу, правда сильнее от этого не становлюсь. Я поглотил почти весь страх и боль, что переполняли принцессу, и, кажется, даже немного ощутил то же, что чувствовала она. Дерьмовые эмоции, надо сказать...

– Успокоилась? – спросил я, когда девушка перестала плакать.

– Да, извини... Мне правда легче, – Лизавета даже попыталась улыбнуться.

– Я рад. Слушай...

Но в этот момент дверь отворилась, и в комнату вошел какой-то строгий мужчина с имперским значком на вороте военного мундира. Гвардия. Такие же значки я видел у Риты и её товарищей. Пригляделся к цифре выгравированной на нем.

«Третий»

Охренеть, да это один из высшего руководства пожаловал.

– Граф Старцев, Император, да будет править он вечно, желает вас видеть. Немедленно.

– Да-да...– вздохнул я. Надеюсь, он в итоге не скажет, что это я во всем виноват.

Спустя пять минут я стоял перед императорскими покоями. Передо мной отворили дверь, но внутрь вошел лишь я один.

– Есть кто дома? – не удержался я от глупого вопроса, заметив, что внутри как-то тихо.

Императорские покои были примерно такими какими, я себе их и представлял. Несколько комнат, утопающих в роскоши, но при этом не чувствовалась её избыточность. Всё было плюс-минус на своих местах, минимум лишнего, никаких вычурных статуй и картин.

Император обнаружился в соседней комнате, лежащим на кушетке с отсутствующим видом.

– Прежде чем ты что-то мне скажешь, я тут... – но я осекся, потому что Хладнокровие внезапно перевернулся на бок и выплюнул на пол аленькую лужицу крови. Выглядел он очень плохо. Он и на самом приеме выглядел больным, но всё ещё ощущался «стержень» что ли, величие, а сейчас хоть в гроб клади. – Хлад. Ты в порядке?..

Император не без труда сел, запрокинул голову и наверное полминуты смотрел в потолок, и мне даже показалось, что он вообще отключился. Но нет, он моргнул, глубоко вздохнул и, вернув голову в нормальное положение, хмуро на меня посмотрел.

– Не вижу смысла отвечать на твой вопрос. Достаточно того, что ты видишь меня в таком состоянии.

– Действительно.

– Садись, – он махнул рукой на стул неподалеку. Жутко захотелось подерзить в духе «мне и стоя хорошо», но это было бы ребячеством, учитывая его состояние. Так что я сел. А уже через несколько секунд поднялся, подошел к Императору и протянул руку.

– Что ты задумал?

– Просто пожми её.

Я понятия не имел, выйдет ли, но почему бы не попробовать?

КОНТРАКТ ЗАКЛЮЧЕН!

Прогрохотало истинное тело, и ему вторил второй голос, принадлежащий истинному Хладнокровию. Император тут же вздрогнул, а его кожа перестала быть бледной как мел.

– Спасибо, – сказал он, явно чувствуя себя гораздо лучше.

– Сам понимаешь, временный эффект, – пожал я плечами. Контракт был простым: я поделюсь с ним божественной энергией, а он отменит ультиматум. Учитывая, что с нынешним прогрессом потери сил он не доживет до этого самого ультиматума, Хладнокровие ничего не терял. – Но по крайней мере это даст тебе немного дополнительного времени.

– Это все что мне сейчас нужно. Время... – устало вздохнул Хладнокровие, но голос при этом звучал гораздо тверже и живее, чем до контракта.

– Почему ты не сказал Лизе, что с ней происходит? – спросил я, теперь уже присаживаясь на тот самый стул. – Она заслуживает право знать.

– Поверишь, если скажу, что боюсь? – он печально усмехнулся. – Человеческое существование накладывает слишком много следов, ты это и сам со временем поймешь. Мне страшно сказать дочери, кем я являюсь. ЧЕМ я являюсь. Страшно сказать, что если бы не передача управляющего конструкта, то я бы, скорее всего, занял тело Фёдора.

– Раньше тебя это не останавливало.

Император ожег меня злым взглядом, но я уловил лишь едва заметный аромат злости. Хладнокровие скорее источал усталость.

– Не читай мне нотации, Гнев. Ты в этом мире всего лишь год, в то время как я уже много столетий.

– И всё же тебе нужно поговорить с дочерью. Она не понимает, что это за сила, и как ей управлять. Я дал ей пару советов по тому, как учился я сам, но вряд ли этого достаточно. В конечном счете меня питает только мой собственный гнев и злость окружающих, в то время как твой источник сил – вся страна.

Он кивнул, но едва ли это значило, что Хладнокровие воспользуется советом. Печально... Судя по виду, ему действительно осталось не так уж много времени, но едва ли меня это радовало.

Император поднялся с кушетки, прошел к тумбе, на которой стоял графин и стакан, плеснул себе воды, после чего извлек из ящика маленькую пилюлю странного вида. Я бы такое в рот класть не стал, но у правителя было другое мнение, и он проглотил её целиком, запив водой.

– Так зачем ты хотел меня видеть?

– Идем, – махнул он рукой и пошел к выходу из собственных покоев. Мы вышли в коридор, прошли метров двадцать, после чего завернули в комнату для совещаний, где уже присутствовало несколько человек. Один, судя по погонам, был генералом-фельдмаршалом, второй – уже знакомый мне Третий, из Гвардии. Да уж... народ серьезный.

При появлении Императора они тут же отдали ему честь, он сам же, даже не посмотрев на людей, махнул мне рукой, подзывая к столу. Тут была огромная карта Империи и прилегающих территорий со множеством фигурок которые, видимо, обозначали расположение войск, причем как наших, так и вражеских.

– Ты искал возможность показать, что ты мне полезен, и вон она. Мне нужна твоя помощь, – Хладнокровие не стал ходить вокруг да около, сразу перейдя к сути. Император кивнул, и к разговору тот час подключился генерал-фельдмаршал.

– Османы стянули крупные силы сюда, сюда и сюда.

Мне указали на три позиции неподалеку от границы, причем каждая из них находилась на приличном расстоянии от других.

– И, как мы полагаем,они готовят для нас крупный и сокрушительный удар. Либо это атака с трех разных позиций в попытке прорваться хоть где-то, либо... – генерал переглянулся с Императором.

– Либо? – переспросил я.

– Либо все это будет один удар, по одной позиции.

– Две других – отвлекающий маневр.

– Не совсем, – покачал головой генерал. – Мы полагаем, что они подготовили сразу три инфернальных семени, и когда придет время, используют их для переправки войск в одну точку.

– И какую, вы не знаете?

– Почему, знаем, – тут заговорил Гвардеец, и генерал, недовольно поджав губы, согласно закивал.

– Вот сюда, – генерал указал на точку, что находится неподалеку от знаменитой донской крепости, что во время прошлой войны смогла удержать штурм.

– Почему? – спросил я.

– Там Хаггот, вернее его аватар, – сказал Хладнокровие. Ему было тяжело говорить и стоять, так что он присел на стул у стены, наблюдая за разговором со стороны. – Так что логично, что это будет то самое место. К тому же, это в его стиле.

– Ага... – протянул я, всё ещё не слишком понимая, что от меня хотят.

– Мы уже укрепляем оборону там, но не успеваем. И вряд ли успеем, если они действительно совершат такой маневр. Чтобы его отбить, нам придется стянуть силы с большей части фронтовой линии, а это в свою очередь приведет к ослаблению позиций в других местах.

– Получается, что ваши силы равны, но он может стянуть войска быстро в одну точку, а вы нет.

– Примерно.

– И если вы стянете силы к донской крепости от двух других позиций, а он не станет там нападать, предпочтя рассеянный удар, то вы легко отобьете один, а на двух других вражеские войска не встретят сопротивления.

– Ну без сопротивления не обойдется. Мы всё заминируем и сделаем всё, чтобы им было максимально трудно продвигаться.

– Но продвигаться они будут?

– Будут. В таком случае мы попробуем ударить им в тыл, перекрыв снабжение, но не хотелось бы вести военные действия на нашей территории.

– Ладно-ладно, я понял. Что ты хочешь от меня? – вопрос был задан Хладнокровию.

– Чтобы ты убил аватар Хаггота. Ты уже сделал это один раз.

– С чего ты взял, что это был я?..

– А кто ещё был на это способен? Не отрицай, это очевидно.

– Тц... Ладно-ладно... – я поднял руки над головой. – Сдаюсь, вы меня поймали. Но всё-равно, ты не считаешь, что просить меня о таком как-то слишком? В той схватке с Хагготом мне просто повезло. Он был слишком самоуверен, да и дрались мы не на его территории. В конце-концов, он один из гребаных Князей Инферно и гораздо древнее, чем мы с тобой.

– А к кому ещё мне обратиться. Ситуация безвыходная. Либо мы попытаемся нанести превентивный удар и не дать им осуществить задуманное, либо понесем серьезные потери. Ты ведешь дела с эльфами, у них есть весьма полезные технологии, которых нет у нас. Думаю, с их вооружением ты во главе небольшого отряда легко проникнешь к ним в тыл и нанесешь удар. Убьешь Хаготта или хотя бы уничтожишь инфернальное семя. Тогда это разрушит их план.

Как же в этот момент мне захотелось послать нахрен Хладнокровие с его проблемами.

– Я бы не просил тебя о таком, будь иной выход. Я бы сам всё сделал, как делал это прежде... Но я просто не могу. А Лизавета не готова, ей не хватит сил.

– И остается старина Гнев, да? – не удержался я от язвительного тона. – Если сдохнет, то и пусть. Одной проблемой меньше.

– Что ты хочешь?

– Что я хочу? Для начала, полное восстановление моего родового имени. Титулов, владений. Ты вернешь всё, что я потерял, а также публично объявишь о восстановлении репутации Старцевых. Все упоминания о «покушении» будут стерты из хроник.

– Ты забываешься, – вмешался гвардеец, но Император жестом заставил его не вмешиваться.

– Значит, вот что ты хочешь? Вернуть то, что было у Старцевых до твоего появления?

– Именно.

– Это твой Контракт?

Я промолчал, но думаю, это очевидно.

– Хорошо. Будь по твоему. Если ты сделаешь, что я прошу, если разберешься с проблемой, то я дарую тебе титул великого князя. Про статус императорского охранителя я ничего не могу обещать, этот вопрос нужно обдумать, но в остальном я исполню твою просьбу. Этого достаточно?

– Почти. Реликты.

– Что с ними?

– Верни им права. Пусть они будут гражданами с такими же правами, как и у остальных.

– Нет, этого не будет. Они оттягивают на себя силы.

– Я понимаю, но для тебя правда это важно сейчас? Ты и остальные отняли их земли, устроили геноцид. Неужели они не заслужили хоть какой-то компенсации за это?

– С чего вдруг ты так о них заботишься?

– С того, что я реликт. Что моя сестра реликт. Моя мать была морской девой, дочерью морского царя. У меня хватает друзей реликтов, которые любят эту страну так же, как и простые люди. А может даже больше. Я хочу, чтобы они чувствовали себя в безопасности, гражданами своей страны, которая не позволит пустить себя на органы каким-то тварям. Понимаешь?

– А если я откажусь?

– Тогда я уйду, и сам разбирайся с последствиями.

Хладнокровие смерил меня взглядом, и я ощутил, как от него волнами расходится сила. Есть ли у меня шансы против него, даже раненого и ослабленного? Вряд ли, но и он в попытке убить меня потратит слишком много сил.

– Хорошо, – в конце-концов сказал он. – Сделай это, и я исполню твою просьбу. Но имей в виду, тогда нам придется столкнуться с недовольством священников.

– Отлично! С тварями мы разберемся в свое время, не волнуйся. А пока мне бы хотелось услышать детали.

Глава 22

– Ты псих. Просто отбитый на голову сумасшедший.

– Очень приятно, что ты в меня веришь, – не удержался я от улыбки, смотря на голографическое изображение темной эльфийки, проецируемое артефактом. Ещё один её маленький подарок на тот случай, если мне нужно срочно с ней связаться без необходимости лично отправляться в посольство.

Я не стал делиться всей информацией относительно предстоящей миссии, но дал ровно столько, чтобы она поняла, насколько дело серьезное. Проникновение на территорию хагга, в тыл войск, и совершение диверсии.

– Граница кишмя кишит демонами. Там людей практически не осталось, а за ними ещё и армия осман, готовая ударить вслед за хагга. Если ты действительно собираешься пойти туда малым отрядом, без прикрытия, то это самоубийство.

– Вот я и надеялся, что ты немного увеличишь наши шансы, – улыбнулся я. – Не хочешь же ты потерять своего любимого делового партнера.

– Я всё ещё не понимаю, зачем тебе вообще туда идти, да ещё и лично. Пошли своих людей.

– Не могу, я должен все сделать сам. Знаешь, есть вещи, которые мужчина должен просто пойти и сделать, несмотря на непонимание других. И это одна из них.

– Пойти и сдохнуть можно и по-другому, гораздо более приятно, чем быть разорванным демонами. Например, могу снять тебе сотню шлюх, чтобы они буквально затрахали тебя до смерти, что скажешь?

– Соблазнительно… А ты среди них будешь?

– Вот не пойму, ты меня только что оскорбил или пытался соблазнить? – прищурила Сивилл свое алые глазки.

– Может всё вместе.

– Если тебе так не хватает женского внимания, то я так и быть выкрою недельку в своем расписании и уделю тебе особое внимание. Лишь бы ты не делал глупостей и не вынуждал меня искать нового представителя себе замену.

– Всё будет нормально, – отмахнулся я. – Но недельку выкрои, когда я вернусь. Отпразднуем.

– Я подумаю, – уголок её рта чуть приподнялся. В такие моменты я слегка поражаюсь тому, что эльфийка одинока. Ей же определенно нужен мужик, но по какой-то причине среди длинноухих она его себе не нашла. – Что же до твоей просьбы, посмотрю что можно сделать. У меня широкие возможности в Доминионе, но они далеко не абсолютны. Я и так предоставила тебе то, что не должна была.

– Даже так?

– Даже так, – кивнула Сивилл. – Посмотрим, что ещё смогу. Много у меня времени?

– От силы пара дней.

На это она выдала какое-то замысловатое эльфийское ругательство. Цукимару бы оценила, она любительница такого.

– Тогда не буду его тратить, – эльфийка помахала мне ручкой, и изображение растворилось в воздухе.

* * *

– Дамы и господа, очень рад сегодня всех вас тут видеть, – улыбнулся я присутствующим. Собрание я организовал в своем новеньком огромном поместье, которое сейчас активно ремонтировали. Сделал это в личном концертном зале, попутно поймав себя на мысли, что не слишком комфортно чувствую себя на сцене.

Собрались тут практически все. И люди Ворошиловой, и Ларцевы, включая Михаила, и гвардейцы Императора, причем как хорошо знакомые, так и новенькие. Также тут присутствовало несколько магов, солдат, да и просто людей, которых я не знал. Что поделать, самому вылазку мне провести не дадут. Самым странным наверно был тот факт, что помимо людей здесь сидела троица эльфов, причем один из них был тот самый, которому я начистил морду в прошлый раз. Вот Сивилл, вот удружила, я конечно просил о помощи, но не такой же...

– В общем, – продолжил я. – Некоторые уже в курсе, некоторые узнают сейчас, но Император, да будет править он вечно, поручил мне одну непростую работенку…

И я коротко пересказал всё, что нам предстояло сделать. Опустил лишь одну ма-а-а-а-аленькую деталь – Хагготта. Не нужно им о нем знать, да и если столкнемся, то я возьму его на себя.

– Всем всё ясно?

Разумеется, сразу началось бурление. Вопросы сыпались один за другим, и на некоторые у меня просто не было ответа. В основном мне говорили, что это безумие и самоубийство.

– Так, хватит! – остановил я всех. – Во-первых, я никого с собой не тяну. Если не хотите участвовать – это ваше право. Миссия действительно опасная, и брать с собой тех, кто не готов, я не стану.

– А во вторых? – спросила Ворошилова, сидящая в первом ряду.

– А во-вторых, ситуация плачевна. Вы очень скоро это поймете. Если мы это не сделаем, то рискуем потерять инициативу в войне, и цена у этого будет очень большой. Нам придется рискнуть своими жизнями, чтобы спасти намного больше жизней.

Я сделал небольшую паузу, чтобы все могли это обдумать.

– Так что повторю: кто не готов – можете уйти. Если понадобится, я пойду туда один. Но чем нас будет больше, тем выше шансы на успех.

Я немного отступил от трибуны, чтобы дать людям возможность решить, кто готов, а кто нет. Длилось это минут пять, и по итогу никто не ушел. Хороший знак. После чего я спустился вниз и передал словно какому-то высокопоставленному офицеру, который должен осуществлять курирование предстоящей операции. Технически я был главным, но у меня мало опыта командования большой группой людей, да ещё в боевых условиях, так что, взвесив все за и против, я решил, что так будет лучше для всех.

Степанов Сергей Григорьевич, ему за сорок, с короткой аккуратной бородой и темными, с проседью волосами. Я точно не знал его звание и должность, но судя по тому, что слышал, он был каким-то важным человеком в прошлом. То ли бывшим бригадным генералом, то ли вроде того. Именно его мне порекомендовали в роли тактика и руководителя. И в качестве подтверждения, что это был правильный выбор, я заметил, как оживились Ворошилова и её люди. Похоже, что вот они его отлично знали и были рады, что он с нами в одной команде.

– Граф Старцев всё верно вам сказал. Положение сейчас тяжелое, и мы до конца сами не знаем, что задумал враг. Можем лишь предполагать, и по этой причине нам и необходимо провести эту операцию, – он дал рукой знак, и оператор проектора, который подготовили заранее, продемонстрировал слайды на экране за спиной Степанова. – Наша цель – выкрасть или уничтожить инфернальное семя. Всего в операции будет задействовано две группы, каждая из которых по итогу может стать как основной, так и отвлекающей. Ровно через четыре дня четвертая и восьмая дивизии выступят к Дону под прикрытием семьдесят первого, сто первого и двадцать шестого полков. Они должны будут стянуть на себя силы хагга из этих областей, в то время как два отряда, пользуясь моментом, переправятся на другой берег и, обойдя основные позиции врага, дойдут до их штаба, где и должно находиться инфернальное семя. Каждый из отрядов будет…

Я отвлекся от речи и повернул голову к Хильде, что села рядом со мной. Когда я выступал, она стояла там, на сцене, и лишь сейчас спустилась вниз.

– Ну, что скажешь?

– Тебе не понравится, что я скажу, Дима…

– Всё настолько плохо?

– Я вижу печать смерти над почти всеми присутствующими.

– Даже так?.. – вздохнул я.

– Да… Эта миссия – самоубийство. Вы все там погибните.

– Ты сама говорила, что твоя сила не абсолютна. Много раз ты видела что-то плохое, но этого не случалось. Как с Дашей, как с Цукимару.

– Да, но… Это все правда плохо кончится, Дима. В этот раз ты не сможешь защитить всех.

– Я попытаюсь. Ты сделала то, что я просил?

– Да, – кивнула она и протянула мне бумагу с именами всех присутствующих, напротив каждой из которых было несколько пометок, понятных только мне и Хильде. – Ладно… Поехали…

Пока речь Степанова продолжалась, я распределял людей по отрядам. Один был “отрядом смертников”, из тех, над кем знаки по словам Хильды были однозначными. Их ждет смерть. Во второй шли люди с более оптимистичными прогнозами. И отряд смертников собирался возглавить я сам. Предсказания Хильды не всегда сбывались, я раз за разом разрушал их порой одним своим присутствием. И я намеревался этим воспользоваться, прикрыть собой, если понадобиться, но уберечь. Второй же отряд… Там тоже скорее всего будут потери, но я не мог разорваться надвое. Будем надеяться, что коллективная удача большей части его членов поможет остальным.

В общей сложности это собрание длилось около часа, Степанов объяснял нюансы предстоящего, как мы должны действовать, что нам примерно ожидать, но сразу предупредил, что данных о территории хагга у нас очень мало. Все наши информаторы из стана врага находились в рядах османов, потому что попытки перекупить хоть кого-то проваливались. И я прекрасно знал, почему: Хагготт.

После чего все были свободны. Списки групп будут объявлены завтра, и мы займемся подготовкой к началу операции.

– Разношерстная у вас команда, граф, – сказал мне Степанов, когда все разошлись. – Вы уверены, что не хотите воспользоваться людьми, которых я рекомендовал? У нас есть несколько сработанных боевых групп, готовых выполнить эту миссию.

– Больше веры в нас, Сергей Григорьевич. Понимаю, что вы не доверяете нам, считая, что у нас нет дисциплины и сработанности, но уверяю – мы справимся. У нас есть техника эльфов, у нас есть маги, у нас есть убийца магии, – у нас есть Я, – и мы выполним эту миссию. Втопчем демонов в грязь.

– Мне бы вашу уверенность, – покачал он головой. – С вашего позволения, я пойду. Нужно хорошо подготовиться.

– Разумеется, – кивнул я.

Вместе с Хильдой я уже направился на выход, как мне дорогу преградил Молот.

– Да?

– Возьми меня с собой, на эту вашу миссию.

– Тебя? – я удивленно моргнул. Несмотря на то, что он присутствовал на собрании, я не записывал Ветрова ни в один из отрядов. Он телохранитель матери и сам не раз говорил, что не головорез. – Я думал, ты предпочтешь остаться с сестрой.

– Я богатырь.

– Да я в курсе так-то.

– Нет, ты не понимаешь… – покачал он головой. – Ты сказал, что нашей родине угрожает враг. И внутри меня при этом словно… Я не знаю, как это описать. Это как зуд, который никак не унять. Богатыри – защитники этой земли, и, возможно, я последний из них. И что, мне отсиживаться за спинами, когда нашей земле угрожают? Мне это нужно… Слышишь? Нужно!

Мне хотелось съязвить, что если Молот так хотел защищать родину, то мог отправиться на границу и готовиться к войне. Но вместо этого он бил морды в бойцовском клубе. Да, у него сестра, но всё же. Когда это останавливало мужчину от глупости?

– Хорошо, – согласился я. – Ты отправишься с нами, если так хочешь. Но не забывай, кто главный. Не хочу слышать споры и пререкания из-за личного отношения. Ты солдат, я твой командир. Ясно?

– Да. Я буду исполнять приказы.

– Тогда у нас с тобой проблем не возникнет, – улыбнулся я и похлопал ему по плечу. – Иди собирай вещички. И не забудь меч. Очень хочу посмотреть, на что способна эта штука.