Текст книги ""-62". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Василий Криптонов

Соавторы: Ринат Мусин,Андрей Федин,Нариман Ибрагим,Яков Барр,Елизавета Огнелис
сообщить о нарушении

Текущая страница: 92 (всего у книги 346 страниц)

Глава 24

Нормально поговорить с Земляной мы смогли часа через два – когда оба помылись, переоделись, отдали должное кулинарным талантам тётки Натальи и снова поднялись наверх, в башню. Сели на балконе, любуясь закатом.

Могли бы, конечно, остаться и в столовой, но я подумал, что рассказ Земляны вряд ли предназначен для лишних ушей. Пусть даже это уши моих домашних. Нечего пугать обывателей охотничьими ужасами, страшилок они себе и без нас напридумывают вагон.

– Спасибо, что выручил, – неловко проговорила Земляна.

– Не за что. Рассказывай.

– Да что рассказывать… – Земляна с досадой подёргала себя за косу. – Пожадничала я. Взяла задание – ящеров побить. Село Весёлое знаешь?

– Нет. Но верю, что обхохочешься. И что там?

– Да ящеры одолели. Сперва по окраинам кур да гусей таскали, потом осмелели. Уже по всем дворам озоровать начали. Народ говорит, спасу от них не стало, хоть вовсе птицу на двор не выпускай. Прохор говорит – возьмёшь? Я сперва носом покрутила, потом думаю – ладно. Другой работы, которую в одиночку взять можно, один чёрт пока не видать. А ящеров бить штука нехитрая, да и много их должно быть… В общем, отправилась в село. И что ты думаешь? С целой дюжины – всего три косточки! Срам один. Я и разозлилась. Думаю, пойду-ка в лес, Манок поставлю. Сколько прилетит – все мои. И зашла-то вроде недалеко! Кто ж знал, что меня угораздит Манок воткнуть возле самого ихнего гнезда. Не успела зажечь – а они как налетят! Будто рой пчелиный окутал, только успевай отбиваться. Доспех поначалу-то держал, я думала, справлюсь. А их – будто даже меньше не становится, лезут и лезут новые! Тут уж я напугалась. Пора, думаю, ноги уносить. Я прочь – а они меня догоняют. Так и кружат у лица, так и кружат! И сбили с дороги. Понимаю вдруг, что бегу – чёрт его знает, куда. Не в деревню точно. Я озлилась, сил побольше собрала, да как ударю Морозом!

Мороз. Знак из справочника. Как работает – догадаться нетрудно. Замораживает тварей. Радиус и продолжительность действия зависят от уровня Знака. У Земляны он, судя по всему, нехилый. Фигня в том, что заморозка эта не всегда смертельна, сила воздействия зависит от силы каждый конкретной твари. Некоторых Мороз не убивает, просто какое-то время не даёт двигаться. А оживёт эта пакость после того, как Знак закончит действовать, или так и останется дохлой – тут уже как повезёт. Насколько я понял, с уверенностью это утверждать не взялся бы никто. Поэтому справочник рекомендовал после применения Мороза подойти к твари и умертвить её окончательно. Например, путём отсечения башки или другим удобным способом. В общем, так себе знак, возни уж очень много. Вероятно, поэтому охотники его не жаловали.

– Ящеры, как положено, помёрзли да попадали, – продолжила рассказ Земляна. – Я – давай метаться от одной твари к другой, бошки отрубать да туши палить. Доспех сняла, конечно. Тут-то мне и прилетело. Чёрт их знает, откуда взялись. Аж пять штук в лицо бросилось! Покуда успела снова доспех накинуть, подрали. А у меня уж и сил почти нет. Думаю, чёрт с вами. Сколько собрала костей, столько собрала. Бог даст, ещё вернусь. Развернулась, соображаю – куда идти, заплутала ведь. Тут-то на меня медведь и прыгнул. В последний миг его услышала, в сторону рванула. Иначе так легко не отделалась бы… Ты не думай, я не сразу сдалась! Пыталась отбиться. Только больно уж на ящеров потратилась. Да и не было прежде такого, чтобы там же, где ящеры – медведь! Не ждала я. В общем, когда поняла, что жить мне осталось – едва ли два вздоха, Знак перемещения начертила. А почему здесь оказалась, а не в Оплоте – хоть убей, не скажу. – Земляна потупилась. – Видать, соображала уже плохо.

– Может, просто за ближайший якорь зацепилась? Который ставила?

Земляна посмотрела на меня с уважением.

– А ведь и впрямь! И такое могло быть.

– Повезло тебе, что я домой вернулся. Если б не появился, неизвестно, когда бы тебя прислуга нашла. Они в моё отсутствие сюда не ходят.

– Да уж. – Земляна передёрнула плечами. – Ладно. Спасибо тебе, Владимир, за всё. Пойду я.

Она поднялась с кресла.

– Ну, здрасьте – пойду! А ящеры?

– Какие?

– В смысле – «какие»? Недобитые. Сама ведь говоришь, даже с дохлых – не все кости собрать успела. Да сколько ещё живых вылезти может. Неужто бросать?

Земляна глубоко задумалась. Чувствовалось, что возвращаться к пережитому ужасу ей не хочется.

– Короче, – сказал я. – Моё предложение: оставайся ночевать. А утро вечера мудренее. Под «мудренее» я подразумеваю «пойдём и порежем тварей мелкой нарезкой». Ты со мной?

– Ещё чего! – нахмурилась Земляна. – Это ты со мной!

– Узнаю мою девочку! – кивнул я удовлетворённо. А в следующее мгновение пришлось экстренно падать на пол, одновременно выставляя Доспех.

Удар пролетел над головой. Какой уровень Удара у Земляны, я не знал, но Костоправ бы мне после этого точно пригодился.

– Ладно, – сказал я, поднимаясь. – Комнату помнишь, где в прошлый раз ночевала? Вот там же и падай. А с утра позавтракаем и двинем. Может, повезёт, хорошо сходим – тогда мне и до Десятника подняться хватит.

– А сколько тебе не хватает до Десятника?

Мы оба как-то не сговариваясь приноровились делать вид, что триггеров Земляны не замечаем.

– Двадцать восемь.

Земляна присвистнула.

– Если мы так сходим, то можем и не вернуться!

Ну да, пожалуй. Двадцать восемь родий для одной ходки – это чересчур. Особенно если расписываться они на двоих будут… Да и ладно. Копейка рубль бережёт. Наберём.

– Ты мне лучше вот чего скажи, – перевёл я тему, когда мы с Земляной вернулись в комнату. – Охотники как-то Знаками обмениваются? Есть какой порядок?

– Да обычный порядок, – пожала плечами охотница. – Увидел у кого интересный Знак, предложи свой. Сторгуетесь – добро, а на нет – и суда нет.

Ну, как-то так я всё это себе и представлял.

– А что, выторговать у меня чего-то хотел? – игриво стрельнула глазками Земляна.

– Возможно. Присматриваюсь к парочке.

– А предложить-то есть чего? Те, что в книжке – все знают.

– Найдётся. Потом поговорим.

Земляна надулась.

– Можно подумать, я напрашиваюсь!

Я в ответ только загадочно улыбнулся.

Первым делом мне хотелось самому разобраться с обновкой. Что она позволяет использовать птиц, это я понял. Хотелось обозначить границы Знака более чётко.

Вообще, голова у меня уже неплохо так набрала обороты. Думать приходилось насчёт родий, постоянно в фоновом режиме сканируя открытые Знаки, Знаки, которые можно открыть, и ранги, которых предстоит достичь. Ещё где-то в подсознании на медленном огне варились отсканированные у предводителя дворянства рукописи. К ним я возвращался мысленным взором время от времени, отмечал новые закономерности и отвлекался снова. Ясно было, что быстро тут ничего не решить, а засесть на неделю глядеть в пустоту и пускать слюни ради результата, который, может, выеденного яйца стоить не будет, я не готов.

Думать нужно было над финансовыми вопросами, вопросами безопасности личного состава и совсем уже странными вопросами. К последним относился, например, мужик, который устроил истерику на суде и потом исчез. И другой (наверное) мужик, который наблюдал за мной на болотах. Плюс странная находка в том же болоте.

Теперь вот ещё нужно с нуля познавать никому не известный Знак.

– Эй, ты чего задумался? – рассмеялась Земляна.

– Да дела всё, дела, – вздохнул я. – Ну пойдём, провожу тебя, что ли.

Проводил. Сдал с рук на руки тётке Наталье и, зевнув, вернулся к себе. Там вышел снова на балкон и пристально всмотрелся в темноту.

Результат ждать себя не заставил. Очень скоро я разглядел снующие вдалеке стремительные тени. Выхватив взглядом одну, мысленно припечатал её новым Знаком. Надо бы название ему сочинить, что ли. На правах первооткрывателя. Хотя формально первооткрыватель – Никита.

Ну да ладно. Пусть будет Приручение. Не будем мудрствовать лукаво.

Тень успешно попалась в Знак и рванула ко мне. Пару секунд спустя на перила балкона опустилась летучая мышка и, навострив уши, уставилась на меня круглыми чёрными глазёнками навыкате.

– Мир тебе, сосед, – поздоровался я. – Надо чутка потрудиться. Не возражаешь?

Мышь пискнула. Видимо, это означало готовность к подвигам.

– Начнём с простого, – кивнул я. – Облети вокруг башни и возвращайся назад.

Летучая мышь сорвалась с места. Я сосчитал до трёх, и она вернулась на прежнее место, вновь пискнув. Доложилась, мол, о выполненном задании.

– Отлично, – кивнул я. – Усложним задачу. На заднем дворе Маруся бельё сушиться развешала. Слетай-ка и принеси мне что-нибудь.

На этот раз пришлось подождать подольше. Я уж решил было, что Знак на такие сложности не распространяется, как вдруг мне на плечо упала влажная лента – Маруся вплетала такие в косы. А летучая мышка, пискнув, вернулась на пост в ожидании новых приказов.

– Значит, предположительно, принести записку и дождаться ответа ты сможешь, – сказал я. – Финальный тест, конечно, лучше делать с партнёром. Теперь вопрос только в дальности полёта и во времени работы Знака. Ну, давай с козырей. Лети к Оплоту. Там сделай круг и возвращайся с докладом. Выполнять!

Мышь упорхнула, и тут же я услышал тихий перестук копыт. Это ещё что за поздние гости?..

Впрочем, это оказались не гости. Это вернулся домой усталый, но довольный Тихоныч.

– Я чего-то думал, ты уже тут, – виновато заметил я, когда тётка Наталья завалила оголодавшего управляющего разносолами.

Сам я от позднего ужина отказался, просто сидел рядом.

– Задержался, – прожевав очередную порцию еды, сказал Тихоныч. – Работы вышло очень много. Учёт вели из рук вон странно. Каждый себе что-то кроил, как выяснилось, и меня в штыки приняли. Ну да мы – люди привычные.

– Ни разу в тебе не сомневался. Ну и, что по итогу?

– Итоги вышли на удивление неплохими. Несмотря на то, что барин – та ещё сволочь, а управляющий при нём – прохиндей, мужики в деревне – честные и работящие. Скотина здоровая и плодовитая. Предприятие работает в плюс, как говорится.

– И каков плюс?

– Смотря сколько брать. Если прямо досуха выжимать, как прежний барин делал, то до ста империалов в год можно выручить. Если по-божески, с пониманием, то, конечно, меньше. Ну, а если, как вы сказали, чтобы и нам хорошо, и крестьянам весело, то на тридцать в год можете рассчитывать. Конечно, всё это величина не постоянная. Когда год неурожайный, когда ещё какая беда приключится. Но в среднем…

Я кивнул, прикинул сумму. На скромное житьё в одну каску нужно примерно сорок империалов в год. Однако в одну каску в таком имении не проживёшь. Зарплаты надо платить, дворовых надо кормить, ремонт надо делать по мере необходимости, а лучше даже раньше.

– Это хорошие новости, – сказал я. – А как насчёт других моих деревень?

– А вот там всё не так радостно, – вздохнул Тихоныч. – Деревеньки-то разбросаны, ежели изволите – сможем поездить. Но доходу с них, в общем и целом – те же тридцать империалов и выходило. Одна деревня вовсе давно не платит, там совсем дела плохо пошли. С остальных только какие-то копейки получить выходит. Две только работают в уверенный плюс. Вы ж поймите, при вашем дядюшке-то я поделать ничего не мог. Оно ж когда силу нужно применить, когда своих денег вложить. А графу покойному что ни скажи, он только рукой махнёт. Ничего его как будто не интересовало. Пенсию получал – и тем успокаивался.

– Н-да. – Я побарабанил пальцами по столу; Тихоныч, воспользовавшись передышкой, начал усиленно питаться. – Нехорошо получается. Хозяйство как попало идёт. Что обо мне соседи подумают! Нет, эти вопросы решать необходимо. Значит, Тихоныч, запиши на завтра… На то завтра, которое другое завтра. Сейчас-то уже за полночь перевалило. Так вот, запиши, что поедем в самую плохонькую деревеньку с тобой и будем разбираться, чего там людям для счастья не хватает. А как разберёмся – мы им это счастье принесём, и пусть только попробуют не воспищать от радости.

– Съездим! – кивнул обрадовавшийся Тихоныч, который правильной движухи не боялся.

– А про этих-то спросил? Про мелиораторов?

– Есть таковые. Готовы поработать. Но только…

– Не бесплатно, ясен день, – кивнул я.

– И, это…

– Место покажу.

– Ну, тогда…

– Тогда утром я на охоту. Как вернусь – чтоб тут меня уже ждал мелиоратор, чтобы можно было место показать для осушения. Потом лёгкий ужин, крепкий сон и с утреца пораньше двигаем решать хозяйственные вопросы.

– Всё понял. Всё будет!

– Давай, Тихоныч. Тоже отдыхай, а то выглядишь так, будто вместо лошади телегу тащил.

– Дак, хорошая работа – она ж завсегда в радость, Владимир Всеволодович!

Махнув рукой, я поднялся к себе в башню. На перилах балкона летучей мыши не было. Я смутно помнил, что эти животные умеют развивать бешеную скорость, но не был уверен, относится ли это ко всем видам. Постоял пару минут, но когда зевота начала буквально разрывать рожу напополам, плюнул и улёгся спать.

* * *

Утром летучей мыши так и не было. Значит, либо расстояние слишком велико, либо время действия Знака ограничено. Ладно, за тесты денег не берут, будем продолжать исследования.

Одевшись, я спустился к завтраку. Всё уже было накрыто, и от запахов слюнки текли. Не обожраться бы до полной неподвижности. Как-никак, на охоту идём, а не на рыбалку.

Земляна вошла, зевая, в столовую через минуту после меня.

– Ну что? Не передумал? – спросила вместо доброго утра.

– С чего бы? Родии есть родии. Кости есть кости.

– Только поэтому на тварей ходишь? – прищурилась на меня охотница.

– Не только. Главным образом нахожу удовлетворение в истреблении паразитов. Терпеть не могу таких тварей, которые никакой пользы не приносят, а только жрут, да гадят. Ну а уж если за них отсыпают деньги и силы, так тут сам бог велел.

Земляна кивнула, видимо, удовлетворившись ответом.

– А ты? Что тебя мотивирует вставать по утрам?

– Я их ненавижу, – резко сказала Земляна. – Они ублюдки и выродки. Они хотят смерти нам, людям. И пока я жива, я буду делать всё, чтобы они исчезли. И хватит об этом.

– Хватит так хватит. Садись. Ешь.

После завтрака мы поднялись в башню и зашли в кабину телепортаций. Земляна неловко обняла меня, я обнял её в ответ. Закралась вдруг шальная мысль: а что если использовать кабину не совсем по назначению? Весь мой организм категорически проголосовал за. Жаль, мозг скомандовал: «Отставить!»

– Куда перенесёмся-то?

– Да есть там, в этом Весёлом, один сарай заброшенный. Я там Знак оставила. Вроде хозяева померли давно, никто не заходит. Привидений боятся, чудаки. Нет чтоб чего существующего боялись.

– Ну, погнали!

Погнали. Вспыхнуло перед глазами. Раз – и перенеслись. И тут же я понял, насколько это важная и точная наука – расстановка Знаков для перемещений. И почему в Оплоте стоит специальная будка, и зачем там нужен постоянный дежурный.

Потому что вокруг нас полыхал самый настоящий пожар. Сарай горел, и лишь каким-то чудом огонь не успел пожрать оставленный Земляной знак.

Доспехи мы накинули одновременно. Машинально, не переглянувшись.

– Выход – там! – крикнула Земляна и потянула меня за собой.

Хорошо, что она здесь ориентировалась. Вокруг стояла сплошная стена огня, где тут выход – поди разгляди.

Хрясь! Это переломилось стропило, держащее крышу. Если до сих пор огонь полыхал вокруг нас, то теперь языки пламени взметнулись перед нами. Хранящееся в сарае сено уже успело прогореть. И теперь горели полки из жердей, на которых оно хранилось. Прогорали и падали.

Земляна остановилась. Дёрнулась было назад.

– Бежим! – рявкнул я. – Не останавливайся!

Мы поменялись ролями. Теперь я тащил её за собой – надеясь на то, что направление охотница указала верно.

Глава 25

Доспех – не скафандр. По крайней мере, мне о подобных свойствах ничего не известно. Он защищает от физического воздействия – например, жара я не чувствую. Но выгоранию кислорода в отдельно взятом замкнутом пространстве не препятствует. И я очень быстро почувствовал это на себе.

Задержал дыхание. И попёр в направлении выхода – наступая прямо в огонь.

Путь до двери показался бесконечным. А облегчать нам задачу никто не собирался. Дверь, охваченная пламенем, была закрыта. Толчок в неё плечом подтвердил предположение, что ещё и заперта. В глазах уже темнело. Ещё пара секунд – и свалюсь замертво. На то, чтобы скастовать Удар, ушёл остаток сил.

Из сарая мы буквально вывалились – упав прямо на горящую дверь. Я дёрнул Земляну за руку, откатываясь в сторону. Глотнул наконец чистого воздуха. Закашлялся угара-то нахвататься успел. И отполз ещё дальше, протащив Земляну за собой. Лишь после этого убрал Доспех.

Вот теперь почувствовал жар, идущий от пылающего сарая, в полный рост. Откатился, вместе с Земляной, ещё на десяток метров. Стало легче.

Земляна тоже мучительно закашлялась. Я понял, что и она убрала Доспех. Нашарил в мешке флягу с водой, протянул ей.

Земляна сделала несколько жадных глотков. Плеснула воды на ладонь, провела рукой по лицу.

Тяжело дыша, проговорила:

– Сейчас.

Вдохнула ещё несколько раз, собираясь с силами. И вытянула вперёд руку.

Пылающий сарай зашипел так, что этот звук мгновенно перекрыл треск огня. От сарая повалил пар. Такой густой, что скоро огонь перестал быть виден.

Когда пар рассеялся, вместо пылающего сарая я увидел чёрные останки того, что когда-то было его стенами. Доски прогорели почти полностью, крыша провалилась внутрь. Из четырёх столбов, подпирающих углы, держались только три, четвёртый рухнул. От обугленных останков сарая ещё валил пар, но почерневшее дерево на глазах покрывалось изморозью.

Ишь ты. А мощный знак – Мороз. Надо бы тоже открыть, мало ли где пригодится.

– Спасибо, – возвращая мне флягу, выговорила Земляна.

В отдалении топтались селяне. Вся деревня сбежалась, не иначе. С одной стороны, можно понять – не так много тут развлечений, интернет пока не придумали. С другой стороны, факт присутствия посторонних слегка подбешивал – могли бы попробовать хоть что-то предпринять. Хотя, с третьей стороны, если в сарае хранилось сено – спасать тут объективно нечего. Всё, что можно сделать – ждать, пока прогорит. Благо, сарай стоит на отшибе, соседним строениям ничего не угрожает.

Земляна, судя по выражению лица, тёплых эмоций к аборигенам тоже не испытывала.

– Ну, если сейчас узнаю, что внутри закурил кто-то, – грозно сказала она. И принялась подниматься на ноги. – Или за лучиной не доглядел! Богом клянусь – я его мёртвого с того света достану. И заморожу покрепче сарая!

Я покачал головой:

– Нет. Сарай не загорелся. Его подожгли.

– Что-о? – Земляна изумленно повернулась ко мне.

– Ну, вспомни – дверь была заперта снаружи. Следовательно, вариант «заснул бухой с сигаретой» отпадает. Вариант с лучиной – тоже. Уверен, что трупа мы на пожарище не найдём. И огонь шёл снаружи, от стен. Не изнутри. Это – поджог, а не несчастный случай.

– Быть не может…

Я развёл руками. Дескать, не может так не может. Моё дело маленькое – носом ткнуть в очевидные факты.

Впрочем, спорить Земляна не стала. Поняла, видимо, что я прав. Пробормотала:

– Но зачем? Кто это сделал?

– Зачем – понятно. Чтобы ты не смогла вернуться. А кто – тот, кто проследил за тобой. Кто понял, что ты ушла Знаком. Кто-то, кому очень сильно не хотелось, чтобы ты вернулась.

– Но ведь деревенские сами звали охотника⁈ Прохор говорит, умоляли, в ногах ползали!

– Они-то, может, и умоляли.

Я вспомнил персонажа в капюшоне, мелькнувшего на болоте. Когда я сначала истребил плантацию зреющих лягушек, а потом угробил нечто сокрытое под землёй, обогатившее меня аж на десять родий.

Тоже поднялся на ноги и решительном шагом направился к толпящимся в отдалении аборигенам.

Те перчатку на моей руке разглядели ещё издали. Принялись благоговейно кланяться.

– Давно загорелось? – кивнув на останки сарая, спросил я.

– Не, – выступил вперёд рослый, степенный мужик.

«Староста», – мелькнуло в голове. Я мысленно поставил себе плюс за то, что начинаю шарить в деревенской иерархии.

– С полчаса, может, как полыхать начало.

– Внутри никого не было?

– Слава богу, никого! Господь милостив.

– А рядом с сараем никто не крутился?

– Нет. Кому тут крутиться, на отшибе? Да и день в разгаре, работают все.

Я усмехнулся.

– Да. Это я вижу. Все, как один – вкалывают в поте лица.

– Дяденька там был, – послышался вдруг детский голос.

Между старостой и стоящим рядом с ним мужиком протиснулась девчушка лет шести.

– Какой ещё дяденька? – нахмурился староста. – Чего попусту болтаешь?

– Я не попусту! Я сама видела!

– Ишь. Видела она. Твой дом – вона где, – староста махнул рукой. – А сарай – вона! Чего тебе тут делать?

– Траву ходила рвать. Мамка велела, для курей. Возле изб хорошей нету, а на луг больно далеко топать. Да и боязно, там уж лес недалеко, – девчушка повела плечами. – Вдруг нечисть утащит?

– Правильно, что на луг не пошла, – похвалил я. – Вот отчитаемся о полном истреблении нечисти в районе – тогда гуляй где хочешь. А этот дяденька, про которого ты говоришь. Он как выглядел?

– Никак.

– То есть?

– Ну, он в таком платье был, как батюшка в храме. Только без золотых узоров. А на голове – колпак, не видать ничего. Страшный дяденька. Я его, как увидала, так и бросилась домой! Чуть корзинку не потеряла. А корзинка-то новая. Ух, и страху натерпелась!

– Ясно. А что этот дяденька делал?

– Дверь подпирал. Там на щеколду закрыто, а он доской подпёр, да ещё камнем большим.

Я оглянулся на подошедшую Земляну.

– Слышала? Теперь сомнений нет?

Та покачала головой. Внимательно присмотрелась к девочке. Присела перед ней на корточки.

– Тебя как звать, кроха? Ты чья?

– Фимкой звать. А бати у меня нету. О прошлом годе лихоманка унесла.

– Анфисы-вдовы дочка, – подтвердил староста. – Анфиса в город на рынок уехала, целебными травами торгует. Тяжко ей, без мужика-то. К ночи вернуться должна.

Земляна задумчиво покивала. Достала из кошеля и протянула девчонке монету.

– Держи. Мамке отдашь.

Девчонка взвизгнула от восторга. А Земляна окинула аборигенов грозным взглядом.

– Ну? Чего толпитесь? Пожара не видали? Али работа ваша сама работается, покуда вы тут рты разеваете?

Народ поспешно начал расходиться. Земляна посмотрела на меня.

– Ты тоже почувствовал?

– Силу в девочке? Да.

Земляна вздохнула.

– Бедняжка.

– Почему? Сила – это ведь хорошо. Как подрастёт, без куска хлеба не останется. Ещё и мать прокормит. Радоваться за девчонку надо.

– Была б она пацаном, я бы радовалась. А девочку кто обучать станет? Бабья доля – известная. По хозяйству хлопочи с утра до ночи, да детей рожай.

– Ну, тебя же кто-то обучил?

– Обучил. Да только чего мне это стоило. Сколько слёз пролила…

– Ничего. Прогресс не стоит на месте. Доберётся и к вам сюда свободный голос феминизма. Хотя не дай бог, конечно. Знаем мы, чем такое заканчиваются. Сперва – оба пола равны, а потом – мужиков нужно контролировать, потому что не так уж они и равны. И кофе – женского рода, а то обидно. И вообще.

– Чего?

– Я говорю, присмотреть надо за этой девочкой, вот чего. Силе грех пропадать. Тем более, девчонка нам уже вон как пригодилась.

– Да это ей просто повезло. Причём тут Сила?

– Притом, что я нихрена не уверен, что будь на месте девочки кто-то другой, он бы этого дяденьку в колпаке вообще увидел.

Я рассказал Земляне о том, как мы с Захаром наблюдали «дяденьку в колпаке» возле лягушачьей плантации.

– Там-то мы оба его видели. Но мы – охотники. То, что Захара изгнали, не означает, что он утратил Силу. Да к тому же, от нас этот урод и не скрывался. А здесь, если верить девочке, разгуливал вокруг сарая, как у себя в лесу. Хотя, если бы его, странного незнакомца, заметил взрослый человек, наверняка поднял бы тревогу. А значит, скорее всего, гад был уверен, что его не видят. Накинул простенький морок – сквозь который обычный человек ничего не разглядит. Откуда ему было знать, что в селе живёт потенциальная охотница.

– Колдун? – помолчав, спросила Земляна.

– Да чёрт его знает. Может, и нет. Но других желающих запереть тебе выход сюда я что-то не могу придумать.

– Но ведь я могла вернуться и без Знака!

– Могла. А могла погибнуть в огне и никогда никуда не вернуться. Хотя это, конечно, при большом везении. Для поджигателя, естественно. Самый вероятный вариант – без Знака ты бы сюда просто не потащилась. Сколько досюда добираться?

– Больше суток верхом.

– Ну, во! Надо тебе оно? За сутки ты уже другой заказ могла бы взять. И не лезть туда, откуда тебя так крепко шуганули. Вот, скажи честно. Если бы не я – вернулась бы?

– Нет. А если бы натолкнулась на то, что Знак пропал – тем более бы не полезла.

Я развёл руками:

– Что и требовалось доказать.

– Кабы не ты, я бы, может, и из огня не выбралась. – Земляна опустила глаза. – Второй раз, выходит, ты меня спасаешь.

– Только не говори, что теперь я, как честный человек, обязан на тебе жениться.

Земляна фыркнула:

– Женится такой, ага! В деревне моей родной шутили, что легче монаха окрутить, чем охотника… Ладно. Идём, что ли?

– Не передумала?

– Не дождёшься! Только злее стала.

Земляна развернулась и решительно зашагала к лесу.

Пока дошли, начало смеркаться. Мы специально подгадали время так, чтобы оказаться на нужном месте ближе к темноте. Ночью, как известно, твари летят на Манок охотнее. Лес вокруг был на удивление приятным, в этих местах редко увидишь такой.

Никаких болот, среди дубов и орешника мелькают светлые берёзки. На полянках с яркой молодой травой – цветущая земляника. Хороший лес. И тропинка удобная.

Обычно приходится идти, глядя одновременно по сторонам – сканируя местность, с тварями иначе никак – и под ноги, чтобы не пропахать тропинку носом. Чтобы твари, любуясь тобой, не передохли со смеху, а то обидно будет. Толстый корень под ногами попался лишь однажды, я его аккуратно перешагнул.

– Далеко ещё? – спросил у Земляны.

Она шла впереди меня. Я с удовольствием разглядывал то, что обтягивали охотничьи штаны. Не то, чтобы так уж стремился поскорее прийти. Но мы тут по делу, всё-таки.

– Не пойму, – неуверенно отозвалась Земляна. – Мне кажется – уже должны были. Я место хорошо запомнила… Ой!

Она отвлеклась, споткнулась и едва не полетела на землю. Я успел поймать охотницу за локоть.

– Чтоб тебя, – ругнулась Земляна.

Относилось это не ко мне, а к корню, о который споткнулась. Надо же. Только похвалил было лес…

Так. А это ещё что? Я присмотрелся к корню внимательнее. И стало не по себе. Я был готов поклясться, что это тот самый корень, который перешагнул полчаса назад.

– Привал, – махнул я Земляне. – Морок. Вляпались.

Земляне дополнительных разъяснений не требовалось, поняла она меня мгновенно. Заковыристо выругалась. Так изобретательно, что моё чёрное сердце возрадовалось и зааплодировало.

– И кто это может быть? – прорычала Земляна, подходя ко мне с обнажённым мечом. – Ящеры и медведи морок не наводят.

Я пожал плечами.

– Ну, для кикиморы локация не та. Вариантов остаётся не так много. Русалки – их в последнее время вокруг столько, что хоть в бочках засаливай, – либо упыри. Хотя, может, всё гораздо хуже, и это – ведьма. Ну или тот самый колдун, что чуть не спалил нас в сарае.

Земляна в сердцах сплюнула и достала свой прозрачный платок.

Пробормотала:

– Лишь бы не ведьма. На ведьму-то… и десятка охотников может быть мало. Мы тут сдохнем с тобой, и никто даже не узнает, где наши кости лежат.

Что-то мне подсказывало, что в столь маловероятной ситуации наши кости не пропадут. Они, может, даже уже кем-то посчитаны и заочно к делу пристроены.

После взмаха платком морок исчез. Местность изменилась быстро и неуловимо.

– Здесь, – оглядевшись, твёрдо сказала Земляна. И, помешкав, добавила: – Владимир. Я впервые в жизни говорю такое, но давай лучше уйдём. Здесь что-то неладное. Я к такому не готова.

– Знаешь поговорку: «У страха глаза велики»?

– Да ну тебя, с твоими поговорками! На том свете тоже их будешь рассказывать?

– А хренли там ещё делать?

Говорили мы шёпотом. Чувство и впрямь было нехорошим. Меня самого будто что-то угнетало. Но вот только…

– Нас тут всего двое, – сказал я, переключившись на серьёзный режим. – Колдун бы уже напал. Не стал бы дожидаться, пока мы догадаемся о мороке. Но на нас никто не нападет. Как будто пытаются задавить страхом.

– И что, это должно меня успокоить? – Земляна выглядела до предела взвинченной. Казалось, волосы приподнимаются дыбом.

– Угу. Он сам нас боится. И пытается взять измором.

Вот это сработало. Земляна расслабилась, хмыкнула. Такая простая мысль ей как будто в голову не приходила.

– Слушай, погоди! – воскликнула вдруг она. – Как же до меня сразу не дошло!

Земляна подняла меч к небу и, должно быть, мысленно изобразила Знак. С острия меча сорвался зелёный яркий луч. Он взлетел к верхушкам деревьев и там взорвался, как фейерверк. Зелёные брызги рассыпались и медленно полетели вниз, покрывая территорию радиусом метров семь.

От этих брызг исходило призрачное свечение. Пока я, в восхищении и лёгком недоумении любовался салютом, Земляна металась между деревьями. И вдруг издала торжествующий крик.

– Чего там?

Я подбежал к ней. И тут же увидел сам: на земле, в укромном месте между двумя близко растущими деревьями, светился Знак.

– Запомнишь? – быстро спросила Земляна. – Ты ж башковитый!

– Считай, что уже запомнил. А это?..

– Это, Владимир, Знак, который оставил колдун, или кто бы то ни был. Видимо, Знак, создающий морок, отводящий от нужного места. И страх наверняка идёт от него же.

Земляна с ненавистью размазала Знак сапогом, и светиться он перестал. А потом и фейерверк погас.

– Отсроченный Знак. Знак-ловушка, – пояснила она.

Я кивнул. Дальнейшие объяснения не требовались. В справочнике Отсроченным Знакам отводился целый раздел. Эти Знаки, в основном, дублировали обычные, но их можно было оставить где-нибудь в лесу и уйти. А когда в такую ловушку что-то попадётся, этому чему-то станет весело. Например, отсроченная Костомолка – обхохочешься. И что самое приятное: к тебе после этого прилетят родии, где бы ты ни был.

Кости найдёшь потом или их подберёт какой-нибудь ушлый паренёк вроде Захара – это уже другой вопрос. Именно по этой причине охотники редко и неохотно пользовались Отсроченными Знаками вдолгую.

Хотя была и вторая причина, тоже достаточно очевидная. В ловушку могла попасться не только тварь, но и обычный зверь, ничем не заслуживший такого обхождения. Или даже человек, что было бы совсем уж скверно. Поэтому в основном Отсроченные Знаки использовали для охраны лагеря, да как вспомогательное средство при конкретных боевых действиях.

С моего ранга я уже мог открыть любой из Отсроченных Знаков в варианте до первой прокачки. Но не спешил. Во-первых, недёшево, а во-вторых – смотри выше. Профит сомнителен, нюансов – вагон.