Текст книги ""-62". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Василий Криптонов

Соавторы: Ринат Мусин,Андрей Федин,Нариман Ибрагим,Яков Барр,Елизавета Огнелис
сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 346 страниц)

Глава 2

Но вот этого «Иванова» бывший опер знал в лицо, и наслушался про него немало. Хотя напрямую они до этого никогда не сталкивались.

– Ну и чем занимаемся, Марат Иванович?

– Погода нынче прямо замечательная, не правда ли?

– Что? – сделал непонимающий вид бывший майор.

– Погода, говорю, отличная, – спокойно продолжал Марат. – Самое время по грибы, да после ночного дождичка, не правда ли?

– Сколько вам лет, Марат Иванович? – задал следующий вопрос Олег Олегович. Он прекрасно знал эту привычку, когда подозреваемый, вместо того, чтобы отвечать на вопросы – начинает задавать свои. А тот, кто сидел сегодня напротив – очень хорошо знал, как допрашивать следователей. Да и сам вопрос, не смотря на свою погодно-грибную простоту, подразумевал только два ответа – и оба вели в ловушку. Только вот старого опера на такие уловки не возьмешь. Стоит только ответить «да», и сразу возникнет минутка доверия, и как из рога изобилия посыпятся вопросы: «а есть ли у вас дача, а там место грибное, на чем ездите, как вам цена на бензинчик, с внуками ездите, дорого сейчас все, платят наверно не много, работой завалили, что там интересного сейчас происходит…».

– Немного, наверно, платят на такой дурацкой работенке, да? – в лоб задал очередной вопрос Марат.

– Что? – спросил Олег Олегович еще раз вслух.

«Вот упертый дядя» – подумал он про себя.

Да, их хорошо учили в академии: как допрашивать, как прятать вопросы внутри других вопросов, как оказывать давление, распознавать ложь и правду. А вот то, что самих следователей будет кто-то допрашивать, причем прямо на допросе – об этом как то совсем никто не подумал…

– А вас как зовут? Еще раз, я не запомнил, очень плохая память на имена, – задал очередной вопрос Марат. Он поделился информацией, ничего не значащей, которая только казалось важной. Посетитель сообщил, что у него плохая память на имена.

«Интересно, мы сколько еще так будем вопросами обмениваться?» – подумали оба. Они никуда не торопились – ни тот, ни другой.

Олег Олегович взял себя в руки.

– Разин Олег Олегович, – произнес он размеренно, внушительно, уже без шуточек в стиле английских разведчиков.

– Ваши документы, Олег Олегович, – внешне расслабленно, но очень внятно произнес Марат.

– Что? – чирикнул уже третий раз за последние пять минут бывший майор, не смотря на внутреннюю собранность. Это что за чудеса? Его, профессионала со многолетним стажем, явно переигрывает какой-то… пацан, причем в несколько фраз.

– Документы, говорю, ваши, показывай, – с нажимом, но пока еще расслабленно.

Олег Олегович медленно, понимая что обстановка уже совсем не располагает к шуточкам, достал из нагрудного кармана рубашки ламинированный квадратик.

– Ну и чем занимается ваша некоммерческая организация?

– Мы проводим различные тестирования, – Олег Олегович теперь уже хорошо понимал своих сослуживцев, которые после допроса этого «Иванова» выходили из кабинета мокрые и взьерошенные, горящие ненавистью вперемешку со страхом.

– Какого рода тесты? Письменные, устные? Какое вознаграждение? – уже сыпал вопросами Марат, предоставляя жертве самой выбирать на какой ответить.

– Я не знаю, если честно, – ошарашенно отвечал бывший опер. – Я только клерк. Мое дело опросить посетителя, и передать в руки специалистов, так сказать. После прохождения гарантируется единовременная выплата в десять тысяч…

– Вы сейчас на службе? Или у вас выходной?

Разин намертво задавил четвертое «что?» за этот вечер внутри себя. И даже внутренним кулаком прихлопнул, это вообще бы был позор.

– С чего вы взяли?

– Вы государственный служащий?

– Нет, слушайте, тут же написано, смотрите… некоммерческая организация… Послушайте, молодой человек…

– Слушаю, – с готовностью откликнулся Марат, затих, и откинулся в кресле для посетителей.

Разин мысленно оттер пот со лба, и даже (так же мысленно) – перекрестился.

«Революционер, – подумал он. – Черт безрогий. Террорист хренов».

Да, так и было написано на экране компьютера, который почему то знал всё, и про всех посетителей. Это было странно, но майора предупредили, что на входе есть камера, а в компьютере – сложная программа распознавания-идентификации, подключенная ко всем легальным базам данных.

Основная специальность: профессиональный революционер.

Профессиональные позывные и псевдонимы: «Маузер», «Главный», «Пастух», «Террорист», «Товарищ Анатолий», «Товарищ Иванов»…

Место настоящей работы: завод автопромышленных приборов.

Образование: высшее, сельскохозяйственное. Среднее: токарь-наладчик.

Другие специальности и специализации: грузчик, научный работник, агроном, токарь, командир нелегальной организации «Красная Армия».

Дополнительные звания: штурмовик, комиссар.

Олег Олегович машинально кликнул на слове «штурмовик», и система тотчас послушно выдала вкладку: участник спецопераций «Штурм», «Курица», «Директор школы», «Месть», «Расстрел губернатора», «9 мая», «Знамя-1», «Знамя-3»… Бывший майор с потрясением читал названия этих «спецопераций», их там было много, несколько десятков. Внизу шел список ущерба и разрушений – огромный, и совсем внизу, довольно коротенький – список пострадавших. Некоторых из них Олег Олегович знал. Лично. И это был просто… шандец. Как это, сидящее сейчас перед ним в образе щуплого человечка, все еще гуляет по земле?

Ничего себе, легальная база данных. Может правильней так – легальная база Интерпола, ФСБ и ЦРУ, по разыскиваемым преступникам?

Разин уже потянулся за телефоном, как вдруг в голове, на грани слышимости, прозвенел звоночек. Цзиииннь! – сработало где-то глубоко внутри бывшего майора. Разин поднял глаза на посетителя.

Иванов сидел совершенно спокойно, положив обе руки на столешницу. В правой, зажатый двумя пальцами, большим и указательным – необыкновенно остро наточенный карандаш. На лице не отражалось ничего. Глухая маска, абсолютное равнодушие, и только серо-зеленые, а сейчас стальные глаза внимательно фиксируют каждое движение Разина, свободно читают любую его эмоцию, движение или мысль. Ничего себе…

Отдернув руку от телефона, и стараясь быть максимально спокойным, бывший опер продолжал:

– Вам необходимо запомнить анкету, она очень короткая, я перешлю ее в центр тестирования и сообщу вам результат, – майор решил не продолжать разговор, а перешел к последнему пункту, который на экране, кстати, горел красным шрифтом – то есть рекомендованным вопросом. Видимо, за ними наблюдали, и тоже сделали соответствующие выводы.

– Хорошо, – легко согласился Марат и взял анкету. Анкета кандидата. Странная. Никаких ФИО, когда родился-женился, «какие качества считаете своими сильными, какие – слабыми», никаких «вредных привычек».

Всего три вопроса.

Первый. Готовы ли вы за вознаграждение пройти систему тестов «Герой. Миссия – спасение человечества».

Варианты: Да и Нет.

«Да».

Второй вопрос: «Когда готовы начать?»

Несколько вариантов ответа.

Марат выбрал: «Немедленно».

Третий: «…согласны ли вы с условиями неразглашения данных, пока находитесь в режиме тестирования?»

Только пока «в режиме»?

Хм, запросто. Да.

Чего тянуть кота за хвост?

– И что дальше? – спросил Марат, протягивая заполненную анкету Разину.

Олег Олегович нарочито внимательно изучил ее.

– Вы указали, что готовы начать немедленно. Поэтому вы сейчас откроете вот эту дверь, – Разин кивком указал направление, – войдете в нее, и на этом моя работа закончена.

Бывший оперативник не сказал, что все, кто указал в анкете другой пункт, например – «в течении дня», «через неделю», «в течении недели» и уж тем более «никогда» и «не готов к ответу» – покидали офис, и больше не возвращались.

Они поднялись, настороженно глядя друг на друга. Марат шагнул вбок, и посмотрел на дверь, в которую ему предстояло войти. Хорошая такая дверь, бронированная. Правда не видно ни петель, ни замочных скважин, ни глазков. Просто монолитный кусок металла с ручкой. И, по всей вероятности, с магнитным встроенным замком.

Перед Разиным моргнул экран монитора, появилась надпись, которую он автоматически прочитал:

– В чем отличие комиссара от командира?

Марат даже бровью не повел, только спросил:

– Что?

Майор, внутренне возликовав, твердо проговорил:

– У меня на экране появился вопрос, который я вам должен задать. Я должен спросить у вас, в чем отличие комиссара от командира?

Марат несколько секунд молчал.

– Комиссар назначается, – наконец сказал он, тщательно подбирая слова. – Комиссар является полномочным представителем выбравшей его организации, и может говорить от имени всего коллектива. Например, применяя местоимение «мы». От лица всей… организации, – Марат чуть запнулся, но продолжил:

– Командир – это не назначенец, а руководитель. Он имеет право отдавать приказы, в пределах своей профессиональной деятельности, вот только говорить за всех не может. Такой ответ устроит?

Вопрос на экране погас.

– Устроит, – сказал Разин, и указал рукой на бронированную дверь. – Проходите, прошу.

Марат взялся за ручку и легко открыл дверь. Впереди оказался тускло освещенный коридор. В конце его были видны повороты-проемы: направо и налево. Марат вопросительно посмотрел на Олега Олеговича. Тот развел руками.

– Не могу ничем помочь. Дальше вы сами.

Пока дверь медленно закрывалась за Маратом, Разин, хотя это было абсолютно непрофессионально, не удержался:

– Ну и где твоя Красная Армия, комиссар? – спросил тихо Олег Олегович. Одними губами спросил. В затылок кандидату в герои. Так, чтобы тот не расслышал.

Но этот расслышал. Повернулся, придержал дверь, и обдал Разина таким взглядом, что майор почувствовал прикосновение чего-то холодного, твердого и, по всей видимости, круглого – в районе своего затылка.

– Красная Армия? – сказал Марат медленно и тяжело. – Непобедимая Красная Армия, майор…, стоит прямо перед тобой. Потому что она там… где я, понимаешь, майор?

Когда Олег Олегович возвратился в кресло, ему показалось, что он сдулся от напряжения, и, более того – от него идет пар. Майка под пиджаком промокла. Вот ведь бывает.

Маузер, черт его в ребро, бес за ляжку. Революционер, ё-маё, штурмовик, комиссар Красной Армии…

Майор… Этот упырь знал, с самого начала понял, что Разин, Олег Олегович – майор, работник органов, пусть и бывший. Знал. Распознал с первого взгляда, определился с первого слова. И ни малейшего признака страха. Ну, хотя бы – уважение. Какое уважение? Олег Олегович почему то думал, что за эти пятнадцать минут несколько раз побывал на волоске от смерти. Не смотря на разницу в весе (Разин был как минимум в полтора раза тяжелее посетителя) – бывший опер откуда то прекрасно понимал, чем закончится схватка с этим странным «Ивановым».

На чьей стороне правда, когда волк вцепляется в горло теленку? Кто в этом случае сильней? А кто прав?

Неуловимое движение, мир летит кувырком, тухнет, а система равнодушно вписывает в строчку «жертв, ущерба и разрушений» очередную фамилию. Да, черт побери, да. Так уж получается, что он – жертва перед хищником, он тяжелей и даже сильней, можно сколько угодно держать оборону, путать следы – но исход один.

Честно говоря, Олег Олегович Разин не сильно ошибался…

Глава 3

Тест первый.

Марат смотрел, как медленно закрывается бронированная дверь. Клацнули невидимые засовы. Похоже, путь для отступления закрыт. Странно, как хоть он согласился на эту авантюру? Будем надеяться, что это обычный розыгрыш. Надо пройти несколько психологических тестов. Психологических? Несколько?

…примерно 12 часов назад…

Сегодня была ночь Марата. Не сказать, что ему хотелось уходить куда то в ночь от Юты, просто было «надо». Кому надо и зачем – это значения не имело. Конечно, давно прошли те времена, когда надо было очень сильно, и не просто надо, а «…задача ясна? – Выполняйте…».

Марат и Юта, не смотря на наличие маленькой дочери, продолжали поддерживать форму. Раз в месяц. Хотя если на двоих – то это один раз в два месяца. Когда эта форма потребуется, и потребуется ли вообще – они не рассуждали. Может и потребуется, срочно, в любой момент, в любое мгновение, а может быть и в следующее тысячелетие…

Планы на эту ночь были совсем ничего – оставить пару провокационных надписей на остановках в одном конце города, что-то типа «горите в аду, жадные твари», а потом разбить один из банкоматов – в другом районе. На всё про всё, от первого шага до последнего – восемьдесят две минуты. У полиции пересменок в час ночи, вот в это время, с пол-двенадцатого, до пол-второго – и надо действовать. Маршрут пройден уже два раза, как можно дальше от камер. Все займет ровно один час и двадцать две минуты, телефон в это время будет дома, и позвонит один раз, Юта сама наберет и сама же скинет, типа «мы искали телефон дома». Будет сидеть в сети от его имени, и даже кое-что писать. Маленькое и удобное алиби. Никто ничего не видел, не увидит и даже не догадается. Хотя если и догадается – сослуживцы поднимут на смех очередного сумасшедшего, который попробует связать разбитый банкомат в одном районе, и надписи на остановках в другом. Хулиганство. Обычное хулиганство.

Люди, которые придут к своему обычному, привычному и родному банкомату, будут недовольны. Ну что такое, ну как же так? Замена обычно занимает два месяца – пока уберут, пока сдадут-примут, выдадут новый, согласуют где только можно, установят, настроят… Некоторые будут ездить в другой соседний район города, к другому банкомату. И на остановках будут видеть «горите в аду, жадные твари». Будут… а может и не будут.

Марат, не смотря на то, что кончики пальцев были тщательно обмазаны моментальным клеем – натянул перчатки. На ходу быстро нагнулся, подобрал три камня, которые были заготовлены здесь еще несколько дней назад. Они уцелели, а бывает, что кто-то и зарится на несколько камней в траве у обочины. Вот странные люди… но всегда есть резервная кучка, не хватало еще остаться в нужный момент без оружия… сегодня все как по маслу… Маска кролика с ушками, и еще сверху капюшон – лучше перестраховаться. Шаг правой. Он на точке, есть миллисекунда, заход на точку для броска всегда слева направо, чтобы не разворачиваться для замаха. Бросок с десяти метров, из под левой руки, так не видно движений даже для идущего сзади. Первый же камень уверенно и с силой бьет в экран уличного банкомата. Характерный стеклянно-пластиковый звук, и мерцание. Марат даже не сбился с шага, он быстро уходил в темноту. Нельзя возвращаться, даже оборачиваться не нужно.

Только свернув на пустырь, продираясь по тропинке между вымахавшим донником и шиповником с березами, он снял маску, сбросил темную куртку. Вытащил из рюкзака светлую ветровку, кепку, очки. Быстро переоделся, держась за бетонный столб, выпрямился, и в лицо уперлось объявление. Странное объявление. Машинально Марат сорвал его и сунул в карман ветровки. Шепотом чертыхнувшись, Маузер сунул руку теперь в карман штанов, достал пакетик с махоркой, которую покупал в магазине ядохимикатов, но никогда не использовал по назначению. Зубами разорвал полиэтилен, и рассыпал пахучую пыль на том месте, где переодевался.

В подъезде своего дома он вытащил листок объявление снова, и внимательно прочитал.

«Производим набор героев. Миссия – спасение человечества. Обучение – бесплатно. Прилагаются разовые вознаграждения».

Маузер даже улыбнулся. Кто-то умеет неплохо шутить.

Телефона нет. Есть адрес, реальный, Марат этот адрес знал, и даже как то бывал там, почти случайно. Это в здании большого торгового центра, наружный павильон. Странно. Бумага – глянцевая, очень плотная, может даже не целлюлоза, а полный пластик. Печать явно типографская. Шрифт эксклюзивный, специально подобранный. Самоклейка, но только наполовину. Будто кто-то хотел, чтобы объявление сорвали, а не читали все кому ни лень. И телефона нет… Такие штуки ради шутки делать – очень затратно.

Забавно. Марату нравились забавные и нетривиальные вещи. За этой листовкой стоял явно кто-то интересный, вполне может быть – крайне нестандартный человек. Даже если он продает чудо-таблетки, духи, сковородки, кастрюли и прочие медикаменты, боевую раскраску и кухонное оружие – оригинальности мысли это не отменяет.

Так то бы Марату давно пора обзавестись новым удостоверением сотрудника какой-нибудь фирмы, типа «Благовонные вони», «Неперегорающие гари» или просто «Орифлэйм», с печатью и подписью якобы заместителя генерального директора. Удивительно удобные штуки для проникновения на второстепенные охраняемые объекты.

Ну что же… Посмотрим.

Глава 4

Марат прошел по коридору. Ламп как таковых не было. Светился сам потолок, наверно, такие специальные панели. Камер видеонаблюдения тоже не было, по крайней мере видимых. Коридор через десять метров заканчивался тупиком с арками-поворотами, направо и налево. Ни там ни там свет не горел.

– Замечательно, – сказал Марат вслух.

Он оценил обстановку. Вариантов немного. Первое – розыгрыш. Второе – некий реальный психологический или социальный тест. Третье… хотят запугать, например спецслужбы. Третий вариант, конечно, самый достоверный. Хотя… Никто не мог знать, что он окажется ночью именно на том пустыре, именно в том районе, но если пасут плотно – могли и проследить, он же проходил маршрутом два раза. Три, если считать саму акцию. Тот Олег Олегович, который сидел в офисе – явный работник органов, пусть и старый, давно на пенсии, но сразу видно – профессионал. Марату не удалось из него выдавить даже слово да, чтобы начать обработку по всем правилам. Хотя растерялся и испугался дедуля не слабо, и последние его фразы указывали, что знает бывший опер чуть-чуть больше, чем сам думает. Надо было дожимать, хотя – зачем? Те времена уже прошли.

Тогда, в те времена, так было принято. Например, перед акцией ты составляешь предполагаемые маршруты подхода к точке, и отхода с нее. Основной и дополнительный. Это просто разведка. Это правило было прописано кровью, сколько людей погорело потому что просто не знали как и куда они будут подходить. И, соответственно, отходить.

Потом, по картам – составляешь маршрут, с поворотами, с метражом. И проходишь его, ногами, желательно за два-три дня до акции. Вот тогда его и могли видеть. Просчитали и шлепнули эту листовку там, где он останавливался у столба для смены одежды…

Да ну, бред какой-то. Органам вообще заняться нечем? Со спутника они что ли следили, или камеру ему вмонтировали в одежду? Эта точка для переодевания вообще ниоткуда не просматривалась…

Так направо или налево? Из оружия у него есть шнурки, баллон с перцовым газом, ручка, карандаш. Все для ближнего боя. Значит – налево. Левая рука полусогнута, используется как щит, правая чуть отведена, для замаха. Они, те кто запустил его в этот коридор, вообще понимают, что в таком напряженном состоянии любой человек опасен?

Свет сзади стал гаснуть. Постепенно, панель за панелью.

– Понятно, – одними губами сказал Марат, выудил один из телефонов, включил фонарик.

Движения его приобрели особую мягкость. Тяжелые ботинки не издавали ни одного звука. Рот полуоткрыт, дыхания не слышно. Беззвучная тень качнулась налево в последних отблесках света – и исчезла. Только ярчайший огонек фонарика светлячком мечется по стенам.

Впереди, за поворотом – свет. Еще пара шагов и Марат оказался перед огромным экраном. На экране, крутясь в трехмерном пространстве, висели топор и меч. Вместо клавиатуры – большая панель. Наверно, к ней надо приложить руку. Марат коснулся всей ладонью слева, выбирая топор. И на панели появился топор. Точно такой же, как на экране. Просто появился. Марат взял его в руки, недоверчиво хмыкнул. Чудеса… Чудаки! Если кто-то думает впечатлить его такими фокусами… то тот совершенно не ошибается. Потому что экран впереди исчез. Просто исчез, растворился в воздухе со своими топорами и мечами, оставив опять впереди слабоосвещенный коридор.

У Марата волосы на руках встали дыбом. Так всегда бывало перед чем-то важным, и непонятным. Нет, страх Марату тоже знаком, но страх для него – верный друг и помощник. Страх заставляет ежесекундно быть готовым, просчитывать степени опасности любой вещи и события, любого существа перед тобой. Страх впрыскивает адреналин и закачивает кислород в кровь, заставляет мышцы быть одновременно расслабленными и напряженными, готовыми мгновенно отпрянуть, или нанести удар…

Ладно, пошли дальше, на напружиненных ногах и с отведенным для удара топором в руке со вздыбившимися волосами. Спокойно… спокойно, в наш технологический век и не такие чудеса увидишь. Сзади? Марат вжался в стену. Никого. Опыт учил, что лучше вовремя, а еще лучше – заранее обернуться. Никого и ничего. Тишина, но не абсолютная, гула в ушах нет. Ладно… ладно…

Вторая панель, за следующим поворотом. Также висит в воздухе. На экране слова:

«Выбирайте амулет».

– Какой, …. в рот…. амулет? – грязно выругался Марат вполголоса, чтобы хоть немного сбросить внутренней напряжение.

На двухметровом экране появились амулеты, каждый так же вертелся в пространстве, много, разных, красивые, зрелище завораживающее. Ладно, вот этот, черный, с каплей крови посередине.

«Вы выбрали амулет темной энергии. Поздравляем! Амулет темной энергии позволяет вам аккумулировать и направлять темную энергию, постарайтесь не потерять его, при возможности проведите ассоциацию с амулетом, это позволит вам значительно увеличить ваши силы…»

Ну, просто замечательно.

«Вы готовы к первому тесту?»

– Готов, – твердо сказал Марат.

«Тест 1. Вам необходимо остаться единственным выжившим из общего числа участников. Количество участников – 2. Уровень участников – 1.Площадь теста – 1 км. кв. Границы определены в рамках реального мира, система проникновения – клапанная, существа могут проникать в площадь теста только в одном направлении…»

Марат внимательно смотрел на вспыхивающие на экране слова и запоминал их до единой буквы.

«Вы можете выбрать один дополнительный навык».

После этой надписи появились пять строк. Выглядели они так:

1. Регенерация.

2. Видеть невидимое.

3. Слышать неслышимое.

4. Дополнительная устойчивость к болезням и отравлениям.

5. Увеличение силы мышц.

Регенерация? Интересно. А все пять можно?

Марат ткнул пальцем в пункт два. «Видеть невидимое». Зачем нужна регенерация, если твой противник (вооруженный скорее всего мечом), в любой момент сведет всю регенерацию в полный минус, просто раскроив тебе голову надвое?

Строчки дополнительных навыков погасли. Ничего не происходило. Марат просто стоял в полумраке. Примерно через тридцать секунд вспыхнула следующая надпись:

«Снимите обувь. Вы можете попасть в тест только если касаетесь голой подошвой Круга Переноса».

Снимите обувь. Ну, бойцовский клуб, не иначе. Ладно, снимем, свяжем шнурками, и повесим на шею. Как только Марат встал в рост и крепко уперся босыми пятками в теплый пол, произошел Перенос.

– Оп-па, – только и сказал Марат, очутившись в джунглях, на земле, покрытой гниющей травой и листвой. Переход был мгновенным. Не просто мгновенным, а раз! – и все, он на месте. Зрение даже не успело среагировать на смену картинки. Во время моргания его что ли переместили? Это что же за технологии?

Автоматически, хорошо заученными движениями Марат чуть нагнул голову, посмотрел налево, потом направо, сделал шаг влево, и только потом шаг назад, и пригнулся, встав на одно колено, ловя каждое движение, в том числе наверху. Никого вокруг нет. Топор при нем. Хороший такой топорик, надежный кусок хромированного металла под профиль топора. Ладно, поехали проходить ваш тест. Берцы снять с шеи, и снова на ноги. Вот теперь посмотрим, кто кого.

Марат прошел тридцать шагов вперед, для того, чтобы просто знать – что там впереди. Ничего особенного, лес, то есть сплошная равнина, заросшая толстой осокой, странными елками и чересчур высоким папоротником. Наверху тучи, солнца не видно. Воздух свеж и бодрит, несмотря на постоянный запах гнилого дерева. Костра тут особо не разведешь, отовсюду капает. Марат сломал на ближайшем раскидистом папоротнике верхушку листа, по особому, в двух местах, в сторону Круга Переноса.

И пошел назад. Никого он пока не встретил, и это радовало. Однако через сотню шагов от Круга он уперся в барьер. Прозрачный барьер, не воздух, не стекло, не вода, просто странное давление, которое невозможно преодолеть. Вот значит, какое здесь ограждение. Километр на километр. И два противника. И куча живности, спокойно проходящей и пролетающей через Барьер внутрь (Марат проводил взглядом жука, который спокойно прилетел снаружи). И которая остается здесь, пока один из противников жив, (Марат поднял сучок, кинул его – тот со слабым стуком отразился от Барьера).

– Прекрасно, – сказал Марат очень тихо, но его, похоже, услышали. Раздался топот и в десяти шагах появился… Больше всего это было похоже на маленького тираннозавра. Только ростом полтора метра. А все остальное – почти копия. Мощные задние ноги, маленькие передние лапки и голова, в три раза больше чем у бульдога, с набором острейших зубов, и похоже что все – клыки.

Мини-Рекс бросился к Марату. Похоже, тут с инстинктами самосохранения совсем плохо. Увидел мясо – значит надо попытаться его съесть.

– Раз, – сказал Марат на выдохе.

Топор поймал «заврика» в полете, лезвие вошло чуть ли не наполовину, немного ниже того места, где по идее должно быть ухо. Удар отбросил ящерицу на пару метров…

Ага, выводов не сделано.

Ящер, хоть и побывал в нокдауне, невозмутимо встал, очень противно и опасно взвизгнул (черт, он своих зовет! – сообразил Марат), помотал уродливой кожистой башкой, разбрызгивая молочно-зеленую жидкость… И снова бросился в атаку!

– Два, – Марат бил уже наверняка, если первый удар был просто сильный, то во второй он вложил не только силу, но и вес. Топор глубоко вошел в череп бестии всем лезвием, почти по рукоятку.

Готов.

Пора бежать.

Труп сородича должен отвлечь стаю, но надолго их не задержит.

Марату показалось, что лес вокруг зашевелился. Топот множества ног. Свистящие переговоры ящеров. Кажется, что даже деревья колышутся от опасности. Марату нужно дерево. Высокое, достаточно толстое дерево, желательно – расходящееся беседкой, ближе к вершине, на множество стволов. Вот это подойдет. Вроде.

Марат как белка взобрался по остаткам сучьев. Выше. Еще выше. Интересно, эти твари могут по деревьям лазать, с их маленькими передними лапками? Вряд ли. Только на высоте третьего этажа он позволил себе обернуться.

Всё не просто плохо. Всё крайне печально. На сколько хватало зрения в пределах леса – всё вокруг было занято кожистыми, бугристыми серо-зелеными спинами. Сотня, может полторы, а может вообще две сотни… Пока трудно сказать. И он, как кошка на дереве – в окружении всей этой зубастой массы. Вся стая проникла через барьер, и обратно он их не выпустит. Ну что ж, первая задача ясна, пора приступать к выполнению.

Будем надеяться, что его сопернику на другом конце квадратного километра – тоже не сладко. Интересно, вот если конкурент Марата попадет на зуб эти шустрикам, или еще кому более серьезному – то как будет работать Перенос? Туда надо добраться, до Круга Переноса? Или его прямо вот с дерева снимет, и унесет?

Нет, похоже, что не унесет. Марату показалось, что где-то вдалеке, за несколько сот метров отсюда, раздался крик. Человеческий крик. Да, похоже, что так оно и есть – потому что часть из стаи нервно подняли бугристые головы, и унеслись в направлении крика. Почему не все?

– Вы же стайные твари, – обратился с дерева Марат к своим охранникам, пытаясь их пристыдить. Ноль, никакой реакции. Их друзей и родственников, быть может, мочит какой другой герой, а этим – хоть бы что, разгуливают, без стыда и совести.

Ладно. Проблема номер два. Время. Чтоб отсюда выбраться, потребуются сутки, а то и двое, а может и еще больше. Как он объяснит свое отсутствие, в своем времени? Хм… а может быть здесь связь берет? Марат вытащил основной мобильник. Он работал, экран услужливо светился голубым светом. Только вот цифры времени на экране не сменялись. То есть – совсем не менялись. Пятнадцать часов, тридцать две минуты, шестнадцать секунд. Ну, хоть эта проблема отпала. Время здесь вроде не течет, как это возможно, и какие человеческие технологии это могут – не понятно. Сети здесь, конечно же – нет, было бы странно, если бы она была. Ладно, будем считать, что проблема номер два решена.

Третье. Ресурсы. Из ресурсов есть – шапка, куртка, свитер, майка, штаны, носки, берцы. Еще есть рюкзак, в нем перчатки, очки, перцовый баллончик, два мобильника, пара шнурков, кучка документов, кошелек, ключи, пачка сигарет и почти пустая зажигалка. Из еды… Марат поморщился. Из еды в боковом кармане чупа-чупс. И все. Воды нет, но ее и так вокруг достаточно. Проведи рукой по листве или даже по стволу – и почти полная горсть воды. Так что от жажды умереть здесь затруднительно, а вот подскользнуться на мокром стволе, и стать закуской на ужин для зубастых ящериц – это да. Это можно, запросто.

Основное оружие – топор. Ну, всё не так уж плохо.

Топором можно срубить толстую ветку, шнурок послужит тетивой, из тоненьких веток сделать и заострить стрелы… Учитывая количество тварей, Марату потребуется месяц, чтобы их всех забить насмерть деревянными стрелами.

Еще есть медальон. Очень красивый медальон, кстати сказать, словно бы целиком из черного камня, в самом центре – маленький красный кристаллик. Амулет темной энергии. Красивый, и пока бесполезный. Хоть бы инструкцию дали к нему, черти…

Один из завриков подошел вплотную к дереву, на котором сидела его вполне законная добыча, задрал голову, и словно бы примерился – может, допрыгну?

– Хрен тебе, не допрыгнешь, – сказал Марат, с трудом подавив желание метнуть в тварь топор.

А что, это мысль. Была бы на конце рукояти топора дырочка, можно бы было снять шнурки с берцев, соединить с имеющейся парой, и метать топор ровно на шесть метров, главное чтоб ни одна зверюга в конвульсиях не схватилась пастью за шнурок. Была бы дырочка…

А вот она и есть. Марат посмотрел на отверстие в топорище еще раз. Он был уверен, что никакой дырочки там не было. Минуту назад не было.

Зато теперь есть.

– А топор то у нас не простой, – сказал неизвестно кому Марат.

Значит, мы умеем делать отверстия в рукояти, по желанию хозяина. Тогда, может мы вообще умеем трансформироваться… например, в копье. Марат напрягся, представляя вместо топора в руке – копье. Даже зажмурился. Ага, бежим и падаем, размечтался, ты бы еще автомат Калашникова попытался вообразить, с подсумком на три магазина.

Придется довольствоваться просто топором. С дырочкой в топорище.

Марат считал себя коммунистом и профессиональным революционером. То есть – большевиком. Он так и называл себя – большевик. Жалко, что это прозвище к нему не прилипло. Ну да и ладно…