Текст книги ""Фантастика 2026-4". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)"

Автор книги: Артемий Скабер

– Итак, – начал я, обводя взглядом собравшихся. – Мы встретились здесь по нескольким важным вопросам. Первый – принятие новых членов в род.

Кивнул в сторону Саши, и Медведь подвёл её ближе. Она споткнулась, но быстро восстановила равновесие, подняв голову и встретившись со мной взглядом. В разноцветных глазах читался страх, смешанный с надеждой.

– Сашенька выразила желание стать частью нашего рода, – продолжил я, наблюдая, как напряглись плечи девушек. – Несмотря на… нестандартный способ обращения, я решил дать ей шанс.

Витас кивнул, выражая согласие с моим решением. Медведь оставался бесстрастным, но в его глазах мелькнуло одобрение.

– Саша, – обратился я напрямую к девушке. – Ты готова принести клятву крови и верности мне и роду Магинских?

– Да, господин, – ответила она. Голос дрожал, но в нём слышалась решимость. – Я готова служить вам и роду всеми своими силами.

Церемония была короткой, но впечатляющей. Капля моей крови, капля её крови, соединённые в ритуальном круге. Слова преданности, верности и полного подчинения мне и моим целям.

Я доволен. Теперь у меня есть домашний усилитель магии. Эта мысль приятно согревала. С её помощью я смогу значительно улучшить свои заклинания, особенно в критических ситуациях.

– Будешь работать с алхимиками, – дал распоряжение, кивая в сторону Лампы и Смирновых. – Мне нужна эталонка пятого ранга и как можно быстрее.

Лампа, Ольга и Игорь Николаевич кивнули, принимая задание. В глазах дяди Стёпы вспыхнул азарт. Вот он точно девушке найдёт применение. Чёрт! Совсем забыл, что алхимик сделал с теми материалами, которые я ему дал. Нужно будет зайти и проверить.

Время поджимало, и я перешёл к следующему пункту повестки.

– Теперь к планированию, – сказал, опираясь руками на стол и оглядывая присутствующих. – У нас много работы.

Медведь стоял рядом, весь мокрый от пота. Судя по всему, он как-то стал повитухой в роду. Я улыбнулся, вспомнив, как неожиданно этот суровый воин проявил заботу о беременных женщинах, прибывших с последней группой.

– Витас, – начал раздавать указания, – берёшь всех крепких мужиков, которые прибыли. Они идут у нас на стройку. Наших освобождаем и делаем из них контроль и защиту для новеньких.

Лейпниш кивнул, сделал пометки в своём блокноте. Его лицо оставалось сосредоточенным, он явно уже просчитывал, как лучше распределить людей.

– Дальше остальную часть… – продолжил, прослеживая мысленную карту владений. – Мы перемещаем ворота моей территории на пару километров вперёд. Нам нужна земля для посадок. Готовка, стирка, собирательство – на женщинах.

Кивнул Георгию, который внимательно слушал, запоминая каждое слово.

– Жора, пригляди сколько-то слуг, – добавил, вспомнив о необходимости дополнительной рабочей силы в особняке. Ещё есть семья Костёвых, – продолжил, вспоминая недавно прибывших. – Там особо не напрягайте людей.

Витас записывал, слуга запоминал, кивая в такт словам. Ух ты! У Георгия тоже появился блокнот?

– Господин, докладываю о состоянии запасов, – начал он, сверяясь с бумагами. – Продовольствия, одежды, всего, что привезли из города, хватит на пару месяцев на всех, и это если не экономить. Если же ввести пайки, то на три месяца.

Я кивнул, удовлетворённый ответом. Главную проблему решили, есть время на обустройство, даже если нас снова возьмут в блокаду. Теперь это не получится так легко, да и Енисейск… Там люди за меня.

– А что с оружием? – спросил, переводя взгляд на Медведя.

Тот выпрямился, готовый к докладу:

– Двадцать грузовиков захвачено. Тридцать машин, семнадцать пушек, двадцать три пулемёта, тысячи автоматов и ружей, сотни тысяч патронов, гранат, мин. Палатки, форма, спальные мешки, кухонные принадлежности. Всего достаточно, чтобы вооружить и экипировать нашу армию, да и запас останется.

– Отлично, – кивнул, чувствуя, как план формируется в голове. – Разбейте людей на тысячи, сотни, десятки. Везде командиры, замы, ответственные по всему – от обычных нужд до военных. Собрания пусть проводят каждый день на уровне десятков, сотен и тысяч, и потом уже вы докладываете мне.

Медведь и Витас переглянулись, явно оценивая масштаб работы, но никто не возразил.

– Среди военных выделите самых ответственных и сильных. Желательно магов, – продолжил я, размышляя о структуре обороны. – Жора, Витас, Медведь, проследите, чтобы все приняли клятвы верности и крови для рода и меня лично. Никаких исключений.

Комната загудела от тихих обсуждений. Я видел, как люди кивали, соглашаясь с планом, как в их глазах загорался огонёк понимания и решимости.

– Девушки, – обратился к женской половине собрания, сосредотачиваясь больше на перевёртышах и Лахтине. – Ваша задача… Заняться выстраиванием иерархии в женской части.

Изольда тут же оживилась, в её глазах вспыхнул энтузиазм. Она сделала шаг вперёд, готовая предложить свои идеи.

– Господин, если позволите, – начала перевёртыш, в голосе звучала уверенность. – Я предлагаю разделить женщин по способностям и склонностям. Те, кто умеют готовить, займутся кухней, имеющие опыт в уходе за детьми – присмотром за малышами. Сильные и выносливые будут помогать на полях и в строительстве. Мы создадим чёткую систему подчинения, с ответственными за каждую группу, которые будут отчитываться перед нами.

Кивнул, соглашаясь с предложением. Хоть я и был двойником короля, но вот как-то организация женской аудитории прошла мимо меня. Поэтому придётся положиться на своих дам, а там дальше по обстоятельствам.

Тут вмешался Жора, на его лице отразилось сомнение.

– Господин, но могут возникнуть проблемы, – заметил он осторожно. – Ваших… Кх-кхм… Девушек могут не слушаться из-за статуса. Жёны – одно, а они – другое.

Поморщился, понимая суть проблемы. В иерархии рода статус играет огромную роль, и без официального положения девушкам будет сложно командовать.

– Объявляю всех наложницами! – махнул я рукой, принимая быстрое и практичное решение. – Лахтина, Изольда, Фирата.

Реакция была мгновенной и разнообразной. Изольда и Фирата тут же просияли, их лица озарились радостными улыбками. Перевёртыш даже слегка подпрыгнула на месте не в силах сдержать эмоции.

Лахтина же, напротив, надулась и начала пыхтеть от возмущения. Её глаза метали молнии, а руки сжались в кулаки. Королева скорпикозов явно считала, что достойна большего, чем просто быть наложницей.

Повернулся к Витасу.

– Сделай из Тарима очень сильного, уверенного мужика, – распорядился, глядя на парня.

Тарим тут же сжался, словно пытаясь стать меньше и незаметнее. Его смуглое лицо изменило цвет, а в глазах появился испуг. Плечи опустились, и он инстинктивно отступил на шаг назад, прячась за спину своей сестры.

Клаус, до этого молча наблюдавший за происходящим, выступил вперёд.

– Я предлагаю выбрать несколько десятков или лучше сотен людей. Мужчин и женщин, которых можно сделать шпионами, – начал вор профессионально. – Научить их всему, дать денег и отправить в соседние города, желательно ещё и в страны, и в столицу, армию, на службу в ведомства.

Пока он говорил, я видел, как загораются глаза присутствующих. Идея была блестящей, мы её уже обсуждали наедине. Создать собственную сеть информаторов – глаза и уши во всех ключевых местах.

– Выработать секретный и защищённый способ связи, – продолжал Клаус, воодушевляясь всё больше. – В особняке устроить пункт анализа с докладами. Это, конечно, потребует время, годы. Но потом…

– Да! – тут же согласился я, не дожидаясь окончания фразы. Идея была настолько очевидно правильной, что не требовала дополнительных обсуждений. – Ещё отправь сообщение всем, кто там охотился за моей головой, что я жив, – добавил, ощущая, как внутри разливается удовлетворение от предстоящего шока врагов.

– Хитро… – улыбнулся Клаус, в его глазах мелькнуло восхищение. – Казимир должен был вас схватить, все об этом знали. А вы живы… Громче любых слов.

Кивнул, соглашаясь. Порой молчаливая демонстрация – самое эффективное послание. Пусть враги гадают, как мне это удалось, пусть теряют уверенность и спокойный сон.

Повернулся к Витасу и Медведю, готовый раздать следующие распоряжения.

– Пополните ряды охотников и сформируйте регулярную армию, – приказал, уже видя в голове структуру будущих сил. – Тут подойдут… – улыбнулся, вспоминая проверенных людей. – Костёв, Руднева, Мехов, Козинцев, Патрушев, Трошкин.

Лейпниш записал фамилии.

– Я неплохо натаскал их в южной кампании. Они смогут создать костяк, а на его основе уже сформируете что-то большее, – отметил я.

Вспомнил о Воронове, надо будет и его привлечь. В целом для первого времени, а это месяцы, распоряжений хватит. Дальше пойдут контроль, корректировка, оптимизация.

Посмотрел в окно: уже вечер, солнце склонялось к горизонту, окрашивая небо в багряные тона. Скоро пора с Казимиром отправляться на «охоту». Предстоит посетить серую зону и добыть множество монстров.

Стук в дверь прервал мои размышления. Все тут же повернулись ко входу, напрягшись. Несмотря на обустроенную защиту, после недавних событий бдительность была на высоте.

Заглянул слуга, как только ему позволили. Парень, недавно принявший клятву верности, нервно переминался с ноги на ногу.

– Граф, – поклонился он, стараясь выглядеть достойно. – К вам прибыли Булкин Гаврила Давыдович и некий адвокат Сюсюкин.

Я улыбнулся. А вот и те, кто мне нужны. У меня грандиозные планы с моим партнёром. Ещё очень хочется получить инвестиции в род, запустить работу со свободным рынком кристаллов.

А Сюсюкин пока займётся юридическими вопросами. Оформить всех правильно, документы на землю и другое.

Не успел я ответить, как за слугой появился другой – постарше, с седеющими висками и строгим выражением лица.

– Павел Александрович, – кашлянул он, привлекая внимание. – К землям Магинского прибыл кортеж с белым флагом.

– Кто? – поднял бровь, чувствуя, как внутри нарастает любопытство.

– Ставленник императора Жмелевский, – ответил слуга, не скрывая тревоги в голосе. – Требует вашей аудиенции.

– Вон оно что… – встал я, выпрямляясь во весь рост. – Ну что ж, окажем милость бывшему генералу.

Жмелевский?.. После всего произошедшего, после моего открытого противостояния императору такой визит может означать только одно – что-то серьёзное. Возможно, попытка договориться? Или ловушка?

– Господин! – ещё один слуга появился в проёме двери, делая ситуацию более напряжённой.

Уже три головы выглядывали из-за дверного косяка, словно в комедийном представлении.

– К вашим землям прибывает армия. Приехал официальный представитель и заявил, что с вами желает поговорить полковник Сосулькин.

Глава 6

Я поднял брови. Сосулькин? Вот кого точно не ожидал увидеть… Знакомое имя вызвало целый ворох воспоминаний из армейских времён. Лощёный, принципиальный офицер, который боролся с рухами, даже сам того не зная. Что ж, интересный ход со стороны императора – прислать такого человека.

– Собрание окончено, – объявил я, обводя взглядом присутствующих. Воздух в кабинете уже стал тяжёлым от дыхания десятка людей. – Мой юрист прибыл. Жора, встреть, а потом направь его на организацию бумажной волокиты. Всех наших людей делаем официальными членами рода, а самых приближённых… – прервался, наблюдая за реакцией собравшихся. – Там подумаете, как выделить.

Поднялся с места. Кресло тихо скрипнуло под моим весом.

Столько встреч в последнее время. Я бы не отказался от хорошей охоты или путешествия для разнообразия.

– Нам клятвы верности и крови принимать сейчас? – уточнил Витас, склонив голову.

– Конечно! – кивнул, расправляя плечи. – Только потом привлекаем к делам и уж тем более выдаём оружие. И… – посмотрел на девушек, отмечая, как напряглась Изольда, как выпрямилась Фирата, как блеснули холодные глаза Лахтины. – Лахтина, Изольда, Фирата, вы тоже участвуете. Заодно укрепим ваш статус среди людей, пусть видят.

– Как прикажете, – тут же склонились все, кроме королевы скорпикозов.

Она лишь едва заметно наклонила голову, гордая до последнего. Даже в этом жесте была её особенность – никогда не склоняться полностью, всегда оставлять себе пространство для манёвра. Почти как я сам.

Вышел из кабинета вместе с Медведем. Его тяжёлые шаги гулко отдавались в коридоре – увесистый мужик с грацией танка. Тем временем служба безопасности особняка и слуги уже были готовы.

Прохладный воздух коснулся лица, когда мы вышли в коридор. Запах полироли для дерева смешивался с ароматом кофе из кухни – кто-то из поваров готовил очередную порцию. Медведь шёл рядом, его тяжёлое дыхание нарушало тишину.

– Слушай, Фёдор, – спросил я по дороге, искоса глядя на громилу, – а как так получилось, что ты по совместительству стал повитухой?

– Это… – он покраснел, румянец пятнами выступил на щеках и шее. Такой здоровенный мужик, а смущается, как мальчишка. – Матушка была в деревне помогальщицей. Так она меня таскала до отрочества по всем бабам, зачем-то рассказывала всё и показывала, вот я и запомнил. Никогда не думал, что пригодится. – Медведь опустил голову, словно боялся встретиться со мной взглядом. – Вы только не смейтесь надо мной.

Я остановился и повернулся к мужику.

– Что за глупости? – искренне удивился. Смех был последним, что пришло бы мне в голову. – У нас тут военное положение и огромное количество беженцев. Ситуация крайняя, – положил руку на его плечо, ощущая каменные мышцы. – Как ты думаешь, что начнёт шептать народ, когда дети на моей земле помирать начнут? А матери? – в голове уже рисовались картины возможного бунта. – Что будет с отцами и мужьям?

– А-а-а… – протянул Медведь, почёсывая затылок. Его мозолистые пальцы скребли по короткому ёжику волос с характерным звуком.

– Пока будь на подстраховке и ищи тех, кто займётся этим вопросом, – продолжил я, ускоряя шаг. Подошвы моих ботинок поскрипывали по полированному полу. – А вообще это отлично! Дети рождаются на земле Магинских, – невольно усмехнулся. – Демографическая политика в действии.

Вышли на улицу. Я оглядел своих людей. Заметил их напряжённые взгляды, сжатые челюсти – все ждут указаний, готовые сорваться с места по щелчку пальцев. Мои охотники готовились ко… всему. Похоже, это становится нашим обычным состоянием.

Мужчины и женщины с оружием, расставленные по периметру, контролировали каждый сантиметр территории. Столько гостей, и все такие важные… Любой может оказаться угрозой.

Мы шли к воротам. Прохладный ветер трепал волосы, нёс запахи влажной земли. Осень… Кстати, на зиму требуется одежда для всех, она тут суровая. Ещё один пунктик в список.

Минное поле разминировано, осталась только примятая трава и вывороченные комья земли. Наши пушки и пулемёты готовы: дула направлены в сторону ворот, ствольные коробки блестят свежей смазкой. Новые уже устанавливают – слышны лязг металла и приглушённая ругань работников.

Единственный минус – место. Его вдруг стало так мало, словно мы в очень-очень оживлённом посёлке, где на каждом метре хоть кто-то да стоит.

Ворота начали медленно открываться, металл скрипел и стонал под собственным весом. Несколько машин ждали за пределами, пыль от их двигателей поднималась в воздух мутными клубами.

Вышли Гаврила Давыдович и мой Сюсюкин. Адвокат был с папками в руках и коробками бумаг, упакованными в плотный полиэтилен. Судя по всему, канцелярская душа боится даже капли дождя на своих документах. Юрист с открытым ртом разглядывал всё вокруг, глаза его метались от одной точки к другой, пытаясь охватить весь масштаб происходящего.

– Добро пожаловать! – развёл руки в стороны, приглашая гостей внутрь. Солнечный свет отразился от окон особняка, заставив меня прищуриться.

Машины заехали, шины мягко зашуршали по гравию. Их тут же осматривали мои люди – открывали багажники, заглядывали под днища с зеркалами. Булкин и адвокат зашли, их обувь оставляла тёмные следы на дорожке.

– К-к-крепость… – заикаясь, выдал Сюсюкин, его адамово яблоко нервно дёргалось. – А людей-то сколько! Оружия.

Я почувствовал гордость: созданное мной действительно впечатляло. Особенно людей, которые ещё недавно видели меня простым аристократом.

– Чем богаты, так сказать, – улыбнулся, ощущая, как уголки губ растягиваются в хищной ухмылке.

– Магинский! – тут же привлёк внимание Булкин своим резким голосом. – У меня мало времени, и так рискую, – он приблизился, от него пахло дорогим одеколоном и страхом. – Ты видел, что там дальше? Ставленник с маленькой армией и ещё одна за ним.

– Ну да, – кивнул, не выказывая ни грамма беспокойства. – Все жаждут аудиенции графа, – сделал паузу, наслаждаясь моментом. – А я принял первыми вас.

Аристократ напрягся. Весь пафос и напор тут же слетели, как шелуха с луковицы. Его плечи опустились, глаза забегали – ищет пути отступления, анализирует ситуацию. Типичная реакция человека, внезапно осознавшего, что он может оказаться в эпицентре шторма.

– Слышал, что произошло в Енисейске, – улыбнулся Булкин, поправляя воротник рубашки нервным движением. – Твоих рук дело?

– Конечно же, нет, – помотал головой с невинным видом, который отточил ещё в детстве. – Я лишь спасал обычных людей и граждан, – пожал плечами, как будто речь шла о том, что я просто вынес мусор.

– Ну конечно! – закивал всё ещё похудевший Гаврила Давыдович. Кожа на его лице обвисла, словно костюм на вешалке на два размера больше. – Город уже прозвали Магинск, Магиноград. Люди все как один только о великом графе и говорят. Армия императора пока его окружает.

Сдержал улыбку, но внутри разливалось тёплое чувство удовлетворения. Моя операция продолжает давать плоды. Словно хорошее вино – чем дольше стоит, тем лучше становится. Ведь мало захватить город, нужно сделать так, чтобы жители приняли тебя. Я начал со второго. Ментальное завоевание всегда эффективнее физического, этому меня научили в прошлой жизни.

– Гаврила Давыдович, – хмыкнул, глядя на часы. Время – самый ценный ресурс, а его становилось всё меньше. – Хотелось бы уже приступить к нашим с вами делам, а их много.

– Я за этим и приехал, Павел, – как-то хитро блеснули глаза аристократа, напомнив мне лису, заприметившую курятник. – Чтобы эффективно заняться подготовкой свободного рынка с аукционом, мне нужно находиться в двух местах одновременно. У себя и тут, что попросту невозможно, – он помедлил, собираясь с мыслями. – Поэтому скоро я пришлю… – лицо мужчины разгладилось, морщины словно по волшебству исчезли. – Свою Марусеньку. Пусть она тут начинает работу.

– Простите? – поднял бровь, ощущая, как напрягаются мышцы лица. Ещё одна женщина в моём особняке? Это было последнее, что я хотел сейчас получить.

– Ну а что? – криво ухмыльнулся Булкин, его глаза быстро оценивали реакцию. – Скоро вы поженитесь, моя лапушка станет помогать вам управлять, а так пока привыкнет к новому месту, мужу. У вас уже есть жёны… – он сделал неопределённый жест рукой, словно разгоняя дым. – Им тоже нужно найти общий язык. Всё-таки бабы, там требуется время, уж поверьте моему опыту.

Вот же урод. Пытается протолкнуть свою дочку раньше срока, пользуясь моментом. Я глянул на Сюсюкина, надеясь на хоть какую-то поддержку.

– Павел Александрович, – откашлялся и закрыл рот адвокат, его очки сползли на кончик носа. – Всё верно. Я изучил экономическую составляющую и политическую. Также взял в расчёт возможность новой блокады, – он переминался с ноги на ногу, как школьник у доски. – Лучше, чтобы дочь Гаврилы Давыдовича работала здесь. Её знают все, единственная кровинушка. У Марии есть статус и полномочия.

Как-то очень не хочется. Ещё одна? Мне и своих с «потребностями» хватает. Желания, времени следить за тем, чтобы они тут не прикончили дочурку Булкина, нет. Представил, как Изольда, Елена, Вероника и Лахтина устраивают милой девочке тёплый приём в своих истинных обличьях… Да уж, не к этому готовилась наивная дочурка-лекарь. Тем более я ожидал, что наш договор вступит в силу чуть позже, когда ситуация стабилизируется.

– Магинский… – устало выдохнул Гаврила Давыдович, тёмные круги под его глазами стали ещё заметнее. – Деньги я все привёз, в тех машинах, – он кивнул в сторону ворот. – Кристаллы готов у тебя купить, зелья. Всё по стоимостям, которые обсудили. Поверь, я не просто так отправляю Марусеньку, – его голос стал тише, Булкин говорил почти шёпотом. – Когда мы вернулись в Томск, десять нападений было совершено на меня и шесть – на неё. Очень не хотят, чтобы я тебе помогал и мы сотрудничали.

Я потёр лицо, чувствуя щетину под пальцами. Ладно. Булкин и его связи мне нужны. Как говорится, хочешь делать дела с дьяволом – будь готов к запаху серы. Одной больше, одной меньше. Займём её задачами настолько, что на интриги сил не останется.

– Хорошо! – кивнул, делая вид, что это решение даётся мне легко.

– Отлично! Отлично! – обрадовался аристократ, его лицо просветлело, словно лампочка зажглась внутри. – Завтра же отправлю. Нет! Сам привезу. Как же я, отец, одну её отпущу? А ещё приданое? Вещи? Служанок с собой? – он начал загибать пальцы, перечисляя. – Моя доченька ни в чём не должна нуждаться, – мужик остановился и оглядел территорию, его брови поползли вверх. – А откуда тут… столько людей?

– Пришли служить, – пожал плечами, словно речь шла о десятке добровольцев, а не об армии.

– Несколько тысяч? – рот аристократа открылся, он напоминал рыбу, выброшенную на берег.

– Ну да, – скромно ответил, наслаждаясь произведённым эффектом. – Военные со времён моей южной кампании, жители Енисейска.

Тут к нам подошёл Жора.

– Эдуард Эдикович, это моя правая рука в особняке и роду, – представил слугу, отмечая, как выпрямился Сюсюкин при официальном обращении. – Следуйте за ним. Он вас разместит и введёт в курс дела.

Адвокат последовал за Жорой, его плечи уже распрямились, походка стала увереннее. Человек, которому оказали доверие, всегда преображается.

А Булкин под впечатлением забрал одну машину. Вместил в неё всех людей, которые с ним приехали, и покинул территорию. Пыль из-под колёс взметнулась серым облаком.

Так, ещё одно дело в процессе, что не может не радовать. Операционная эффективность растёт. Булкин уже доставил деньги, обеспечит канал поставок. Всё, как в учебнике по управлению: делегируй и контролируй.

Приказал, и мне подогнали машину. Ещё пять ехали в сопровождении и плюс десять грузовиков. В автомобилях были вооружённые охотники и три пулемёта – никогда не знаешь, что может случиться за воротами.

Мы двинулись дальше к Жмелевскому. Проезжали по месту, где ещё недавно стояла армия императора. Сейчас тут пусто. Вытоптанная трава, следы от техники, брошенные окурки и обрывки бумаг, будто после фестиваля. Когда люди пришли в себя, они сбежали. Куда? Да хрен знает, подальше, судя по всему. Словно увидели дьявола во плоти. Хорошее представление у нас получилось, раз его публика так оценила – значит, режиссура была на высоте.

Машина начала сбрасывать скорость по мере приближения к ставленнику императора. Двигатель тихо урчал, как сытый кот. А у меня на лице отразилась улыбка. В голове тут же пронеслось всё, что было со Жмелевским, – наши встречи, переговоры, взаимные угрозы. История отношений, которая подходит к развязке.

Вышел из машины. Ноги коснулись почвы, трава хрустнула под подошвами. На земле стоял небольшой столик – простая полевая конструкция, способная выдержать карту и пару чашек кофе. За ним расположился старый генерал. Я кивнул своим, чтобы держались позади. Подошёл и сел, стул скрипнул под моим весом.

Напротив – высокий мужчина с военной выправкой. Его форма была безупречна: каждая пуговица на месте, каждая складка выглажена, сапоги блестят, словно в них можно увидеть своё отражение.

Седые волосы коротко подстрижены, лицо испещрено морщинами – карта прожитой жизни. Но глаза… Глаза выдавали усталость. Потухшие, покрасневшие от недосыпа, они смотрели сквозь меня, словно генерал видел что-то за моей спиной. Руки, покрытые старческими пятнами, слегка дрожали, когда он перебирал бумаги.

Урод как-то вернул себе зрение. Ну что ж, будем считать подарком на пенсии. И почему он в форме? Жмелевский же был в отставке, да и Ростовский обещал с ним разобраться. Ладно, посмотрим, что мне тут приготовили.

– Павел Александрович, – он сдержанно поприветствовал. Голос ставленника императора звучал хрипло, будто каждое слово давалось с трудом.

– Виктор Викторович, – ответил я, отмечая, как вздрогнули его плечи при звуке моего голоса. – Какая честь…

– Не будем ходить вокруг да около, – выдохнул Жмелевский, словно избавляясь от тяжёлого груза. Ветер трепал бумаги на столе, заставляя его придерживать их рукой. – Твой род и земли… не признаются императором.

Он посмотрел на меня и оценил реакцию, ища следы замешательства, страха, гнева – чего угодно, что можно использовать. Я же не выдал никакой эмоции, лицо оставалось каменной маской. Внутри всё кипело, но внешне – полное спокойствие.

– Временно на землях вводится чрезвычайное положение, – продолжил ставленник императора, его палец отстукивал нервный ритм по столу. – Мы формируем границу за городом, все граждане будут заперты пока тут. Единственное, куда они могут ходить, – только в твою сторону, – он сделал паузу, словно готовился нанести решающий удар. – Тридцатитысячная армия уже подходит. Теперь блокада будет не только твоих земель, но и города.

Я хмыкнул, скрывая за этим звуком целый ураган мыслей. Тридцать тысяч? Неплохо. Значит, император всерьёз обеспокоен. Блокада города… Люди окажутся в ловушке, продовольствие, медикаменты, топливо – всё это станет проблемой. И решать её придётся мне.

– Тебе запрещён въезд в нашу страну, – безэмоционально пожал плечами Виктор Викторович, словно сообщал о погоде. – Империя больше не признаёт твой титул и род. Для нас ты простолюдин-бунтарь.

– Хорошо, – кивнул, принимая удар с невозмутимостью отшельника. – Ещё что-то? – ответа не последовало, только тяжёлое дыхание старика напротив. – Тогда требую удовлетворить мои претензии к империи.

– Какие? – удивился Жмелевский, его брови поползли вверх, морщины на лбу стали глубже. – После всего, что ты сделал… Имеешь наглость что-то требовать?

– Угу. Вот! – протянул документ, который мне выдали в Енисейске. Бумага шуршала на ветру, солнце отражалось от печати города.

Ставленник императора пробежался глазами по тексту. Поморщился, словно съел что-то кислое, вспотел. Капли выступили на лбу и висках, он проглотил слюну так громко, что я услышал. Открыл рот, будто выброшенная на берег рыба.

– Десять миллиардов я требую в виде кристаллов, – улыбнулся, наблюдая, как меняется цвет его лица от бледно-розового до пунцового. – Скоро месяц. В отличие от непризнанного моей землёй и родом монарха, я человек адекватный, – наклонился ближе, понижая голос до шёпота. – В случае невыполнения моих требований сей документ будет продан… Монголам? – сделал паузу, наблюдая за реакцией. – Туркам? – перечислял и следил за каждым мускулом его лица. – Джунгарам? Северным народам?

Вот! Напрягся ставленник при последнем названии. Кадык дёрнулся, плечи поднялись, пальцы сжались в кулаки. Значит, с этими у монарха нет «особых отношений». Информация на вес золота.

– Ты… ты… – руки мужика затряслись. – Ты смеешь?..

– Ага! – кивнул, растягивая губы в улыбке, которая едва не достигала глаз. – А что вы ждёте от непризнанного аристократа, его рода и земель? Когда мне закрывается въезд в страну, заставляют страдать людей не только на моей территории, но и в Енисейске… – сделал паузу, наслаждаясь каждым словом, как гурман – хорошим вином. – Какой же нужно быть мразью…

– Молчать! – вскочил Жмелевский, и стул с грохотом упал на землю. Лицо его покраснело, вены на шее вздулись, как канаты. – Ты говоришь об императоре!

– Вашем, не моём, – пожал плечами с такой небрежностью, словно речь шла о чужом домашнем питомце.

Свежий ветер разметал мои волосы. Где-то вдалеке каркали вороны. Я задумчиво посмотрел вдаль. Прохладно…

– Передайте своему монарху, что я жду долг, который он обязан мне вернуть. Попытки сделать вид, что на момент выдачи документа Енисейск уже не был в его владениях, только ослабят власть. Хотя, может быть, он этого и добивается. Кто знает…

Забрал документ и вернул в пространственное кольцо. Ну, любезностями мы обменялись, засим собрание окончено.

Встал, отряхнул невидимые пылинки с костюма. Отвернувшись, поморщился, позволив себе эту маленькую слабость, когда Жмелевский уже не мог видеть моего лица.

Значит, император решил жёстко ответить, ему плевать на какой-то маленький городок, людей. Пропаганда не сработала, и он решил надавить. Голодом, изоляцией… Старая как мир тактика – осада. Только вместо крепостных стен – экономические и политические барьеры.

Но ничего, и на этот ход у меня предусмотрены действия. Как в шахматной партии, всегда думай на несколько ходов вперёд. Вот только теперь придётся всё отложить и отправиться в поход. Приоритеты меняются, но не цель. Сначала узнаю, что тут делает Сосулькин.

Снова машина, и мой кортеж отправился дальше к армии, которая тут встала. Шины мягко шуршали по гравию, двигатель работал ровно и тихо. Мысли крутились в голове, как волчок, не желая останавливаться.

Раз так, то формально Енисейск уже можно считать моим. Его бросили, и, уверен, все, кто там живут, быстро перейдут под моё начало. Страх перед неизвестностью сильнее, чем верность отдалённому императору.

У меня появится много территорий и людей, но и ответственности. Ответственность – вот, чего обычно боятся те, кто стремятся к власти. Они хотят привилегий, но не бремени.

Я, конечно, могу бросить жителей. Продовольствия и всего нам хватит на месяцы, а за это время много чего может измениться. Но эта мысль лишь промелькнула и исчезла – я не из тех, кто бросает своих.

Тут нужно отдать должное, монарх неплохо сыграл на одной из моих слабостей. Своё я трогать не дам и буду заботиться. После выступления в Енисейске… Этот город мой, как и все люди. Все, кто смотрели мне в глаза, слушали мои речи, верили моим обещаниям. Отступить сейчас – значит, предать их доверие. А доверие – валюта более ценная, чем золото.

Дёрнул щекой, почувствовав, как напрягается каждый мускул лица. В прошлой жизни меня долго учили нескольким фундаментальным вещам, которые должен уметь король. Есть только страна и монарх, и всё подчиняется первому. А у настоящего правителя не должно быть привязанностей. Уроки въелись в память, как ожог, – болезненно и навсегда.

Волна ярости прокатилась по телу, горячая, слепящая, как будто кровь на мгновение превратилась в лаву.

– Хочешь войны? – оскалился я, отчего водитель вжался в сиденье, его пальцы побелели на руле. – Ты её, сука, получишь! В лучших традициях, которым меня научили.