Текст книги ""Фантастика 2026-4". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)"

Автор книги: Артемий Скабер

– Моё предположение, – продолжил, решив довести дело до конца. – Отец даже был не в курсе, что спал с тобой. Ты либо волосы покрасила, либо что-то ещё сделала. Он думал, это его жена. А вы, «ма-ма»… – растянул слово, наблюдая за её реакцией. – Сложно предположить. Завидовали сестре? Хотели тоже ребёнка, но вам почему-то запретили. Пошли против отца и рода. И вот у вас забрали чадо, то есть меня.

В её источнике что-то сломалось. Не физически – энергетически. Тёмная субстанция внутри отделилась полностью, застыла, а потом снова соединилась с ядром, но уже иначе.

Хлоп! – получил пощёчину. Резкую, сильную, обжигающую.

Твою ж… Вот это сила! Чуть голову не оторвали. В Василисе было всё – боль, ярость, отчаяние, смешанные в гремучий коктейль.

– Ты… ты… Как? – глаза у женщины намокли, первая слеза скатилась по щеке, оставляя влажную дорожку. – Кто?

– Логика, анализ и здравый смысл, – пожал плечами, стараясь сохранять спокойствие, хотя внутри всё кипело от осознания правды.

Моя мать не Виктория, а Василиса – близнец Виктории. Одиннадцатый ранг, полубог магии. Женщина, которую, судя по всему, лишили права иметь детей и которая пошла против этого запрета.

Василиса посмотрела на меня ещё раз, вглядываясь в черты лица, словно видя их впервые. Её глаза, такие же голубые, как у меня, наполнились непролитыми слезами. Лицо поморщилось, словно от физической боли.

Дамочка выскочила из кабинета, хлопнув дверью так, что с потолка посыпалась штукатурка. Я выдохнул, прислонившись к стене. Ноги дрожали, в голове шумело. Осел прямо на пол, переводя дыхание.

Ну вот я и раскрыл часть тайны Магинских. Сам… У них тут целая драма развернулась. В который раз подумал о том, что «повезло» с родственниками.

В кабинет буквально влетел Жора. Слуга уставился на меня, сидящего на полу.

– Что вы сделали? – спросил он, тяжело дыша. – Почему? Ваша тётя… Она плакала! А это было последний раз…

– Девятнадцать лет назад, – закончил я, с трудом поднимаясь. Голова кружилась. – Как раз когда меня забрали от неё.

Знал ли Жора всё это время? Конечно, знал. Кто, как не он, был рядом с родом Магинских в эти годы? Свидетель, хранитель тайн и верный исполнитель.

– Господин? – таких широких глаз у слуги я не видел. Его источник затрепетал, словно пламя свечи на ветру. – Вы поняли? Но как?

– В этом есть и твоя ответственность, мой друг, – повернулся к нему, уже не скрывая усталости. – Твои клятвы о молчании. Я думал, что они связаны с дедом. Но вот он больше не твой хозяин, а ты по-прежнему нем, как рыба. Потом старик умер, и ничего не изменилось. Значит, тот, кому ты давал эти клятвы, – кто-то другой. Но ты верный слуга. Это должен был быть кто-то из рода, а следующей в моём списке стояла Виктория. Я даже думал, что ты работаешь на Амбиверу. И вот тётка появляется тут, в всё сложилось. Ты должен был следить за мной, пока меня отправили в другой род.

На лице Жоры отразилась целая гамма эмоций – удивление, страх, восхищение и, наконец, облегчение. Он рухнул на колени, склонив голову.

– Простите меня, господин! – голос слуги дрогнул, и по щеке скатилась слеза. – Мои клятвы сняты.

– А? – повернулся, не сразу осознав смысл его слов.

– Как только вы догадаетесь или госпожа Василиса их отменит, – хмыкнул плачущий Жора, утирая слезу тыльной стороной ладони. – Случилось первое.

Я потёр виски. Ну, хоть с одним разобрались. Наконец-то я могу ему чуть больше доверять. Через новое зрение увидел, как от источника Жоры отделились тонкие нити – тёмные, похожие на спутанные волосы. Они растворились в воздухе, словно иссохший паук. Это были клятвы, которые держали его долгие годы.

– Как меня звали? – ради любопытства спросил я, помогая слуге подняться с колен.

– Павел, – ответил он, и в его голосе прозвучала странная нежность. – Вы первый появились на свет, потом ваш брат. Разница в день.

Вот как. Значит, мне даже имя не изменили. У Виктории и Василисы было одно и то же имя для первенца. Странное совпадение… Или нет? Родство близнецов порой создаёт удивительные связи, вплоть до телепатии. Возможно, это был один из таких случаев.

– Потом мне поведаешь душещипательную историю про любовный треугольник Виктории и Василисы с Александром, – щёлкнул плечом. Вот же сука, из-за неё я вывихнул сустав ещё раз.

– Конечно! – склонил голову Жора, и его источник затрепетал от эмоций. Слуга словно сбросил тяжёлый груз, который носил все эти годы. – Прошу вас об одном: будьте осторожны с вашей… матерью. Она ненавидит Магинских. Вас у неё забрали, и она… В ней очень мало чувств, ей нужна ваша кровь и сила.

– Уже понял, – кивнул, задумчиво глядя на дверь, за которой скрылась Василиса. – Больше такое не прокатит. Выгадал себе сколько-то времени. Что там с перевёртышами?

– А… – замялся слуга, и его источник колыхнулся от волнения.

Жора начал рассказывать. Он поведал о «ссоре». Близнецы пытались убить Изольду. Слуга поначалу не вмешивался, как я и приказал. Просто стоял в стороне, наблюдая, как разворачивается драма. У Елены с Вероникой даже получилось хорошенько потрепать мать. Они были быстрее, моложе, яростнее. Атаковали с двух сторон, не давая опомниться. Изольда пыталась уйти в защиту, но девочки пробивали её барьеры один за другим.

А потом она ответила. Со всей мощью опыта и ярости. Кровища, крики, стены кабинета покрылись глубокими бороздами от когтей перевёртышей. Мебель – в щепки. Картины, зеркала, шкафы – всё разнесено в пух и прах.

Изольда пощадила девочек, но это их только раззадорило. Дочери не могли простить матери предательства и мучений. Они атаковали снова – ещё яростнее, ещё отчаяннее.

Именно тогда вмешался Жора. Он пытался образумить их, напомнить о моём приказе не разносить кабинет и получил за это. Изольда ответила им, пока они схлестнулись со слугой.

В итоге Жора использовал магию холода. Перевёртыши стали ледяными скульптурами, но ненадолго – лёд треснул под напором ярости близняшек. Они вырвались, покрытые инеем, дрожащие, но не сломленные.

Проклятия всё ещё сыпались с обеих сторон. В воздухе висел смрад крови и ярости. Но силы были на исходе у всех троих.

В итоге, кажется, они получили, что хотели. Мать и дочери выпустили пар. Высказали всё, что накопилось за годы. Моральная победа осталась за Изольдой – она пощадила дочерей, когда могла убить. Но и перевёртыши показали, что не беззащитны.

Пыл точно немного остудился. Значит, моя задумка сработала. Хоть у нас и тирания в моём лице, уважать своих людей я обязан. Если бы просто пощадил Изольду и приказал сёстрам проглотить, ничего бы хорошего из этого не вышло.

Рано или поздно эта бомба бы взорвалась. А так я получил ещё одного перевёртыша себе в услужение, да и её знания – слишком мало пока взял. Отлично! Всё прошло, как я задумывал.

Перевёртыши сейчас отдыхают, зализывают раны. Изольда тоже приходит в себя. Жора сказал, что у каждой отдельная комната – от греха подальше, хотя бы в ближайшие дни они не будут пытаться убить друг друга.

С Лахтиной, Фиратой и Таримом пока не буду торопиться. Мне нужно разобраться, как вернуть им истинное обличие. Проблемы потихоньку начали решаться. Процесс пошёл. Ещё, конечно, предстоит до хрена и больше.

Вдруг услышал сигнал – три коротких гудка.

– Что это? – спросил у Жоры, почувствовав напряжение.

– Пограничная тревога. К нам гости… – слуга дёрнул щекой.

– Ещё? – хмыкнул, чувствуя, как усталость буквально наваливается на плечи. – Да у нас крайне популярное место.

* * *

Не забываем угостить комментарием и написать лайк к новой книге – /work/450826

Афтор следит за каждымкаждой =) Встретимся с вами завтра

* * *

Глава 2

Жора переместился к окну. Его движения стали плавными, отточенными, как и подобает профессиональному слуге.

– Это ставленник императора, – заявил он снова безэмоциональным голосом, но я заметил, как его пальцы слегка сжались в кулак. – Похоже, Жмелевский решил лично почтить нас визитом.

– Вон оно что… – улыбнулся я. – Ну, пойдём посмотрим, что там придумал наш друг.

Голова всё ещё гудела от перенапряжения. Источник практически пуст, но гостей встретить нужно. В конце концов, я привык работать и не в таких условиях. В прошлой жизни пережил шестьсот шестьдесят пять покушений, чего уж там. Ещё одно высокопоставленное чучело вынесу как-нибудь.

Мы спустились по лестнице, дерево скрипело под ногами. Я пытался держаться ровно, не показывая слабость, хотя каждый шаг отдавался в затылке тупой болью. Перед глазами ещё мелькали пятна – последствия перенапряжения.

– Господин, может, вам лучше… – начал было Жора, но я оборвал его движением руки.

– Чтобы я пропустил такое представление? – хмыкнул. – Ни за что!

Прислушался к звукам снаружи. Голоса, команды – мои люди готовились даже в особняке. Все на взводе, но организованы, как положено. Где-то рядом передёрнули затвор, кто-то приглушённо отдавал короткие приказы.

Выдвинулись к воротам. Едва вышли на крыльцо, как солдаты, выстроившиеся вдоль дорожки, вытянулись по стойке смирно. Охотники и все остальные – в боевой готовности. Пулемёты развёрнуты, люди с оружием на позициях. По выражению их лиц ясно: каждый готов умереть за род Магинских.

Я кивнул Витасу и Медведю, которые присоединились к нашей процессии. Фёдор держал ладонь на рукояти ножа – почти непроизвольно, готовый к худшему.

– Ваши приказы, граф? – тихо спросил Лейпниш, наклонившись ко мне так, чтобы никто не услышал.

– Пока наблюдаем, – ответил я. – Но будьте готовы, вдруг нас захотят удивить.

– Всё выполним, как вы скажете, – коротко кивнул он, делая незаметный жест рукой своим людям.

Подняли конструкцию ворот, и я вышел.

Перед особняком стоял десяток чёрных автомобилей, начищенных до блеска, – почти похоронная процессия. Люди в форме СБИ – вооружённые, напряжённые – выстроились полукругом. Судя по их количеству и оружию, явно не на чай пришли.

А впереди всех стоял он – Жмелевский. Мужик ещё больше постарел за время, пока меня не было. Лицо его осунулось, скулы заострились, волосы поседели окончательно. Китель сидел безупречно, но тело под ним словно усохло.

Самое интересное таилось в его глазах – я заметил едва уловимое свечение вокруг них, которого раньше не было. Тонкие нити энергии, расходящиеся к вискам. Чем-то напоминает магические артефакты, которые использовали во дворце для улучшения зрения. Похоже, кто-то тоже пытался избавиться от слепоты. И он видит. Какой же способ придумал ставленник императора?

Воздух между нами, казалось, загустел от напряжения. За его спиной стояли маги, силу которых я чувствовал даже с закрытыми глазами. У каждого из них высокий ранг, они готовы по первому приказу уничтожить всё живое на моей территории.

Мы встали друг напротив друга. Витас и мужики были позади, как и бойцы Жмелевского. Люди Магинского против людей императора. Маленькая репетиция гражданской войны?

– Магинский… – хмыкнул ставленник. Его голос звучал устало, с хрипотцой. – Ты вернулся? Живой?

Удивление в тоне было неподдельным. Ждал, что я сгину на войне? Как это наивно.

– Вашими молитвами, – улыбнулся я, чувствуя, как уголки губ растягиваются в оскале. – Прошу обращаться ко мне по титулу – граф. А то могу посчитать, что вы хотите оскорбить или унизить.

Я видел, как желваки заходили на его щеках. Ненавидит? Отлично! Ненависть делает людей слепыми, заставляет совершать ошибки.

– Граф? – повторил Жмелевский, словно попробовал что-то кислое. – Хорошо, граф! Но это ненадолго… Я тут по вопросам государственной важности.

Государственной важности, ну-ну… Мой взгляд уже скользил по его свите. Двое в форме СБИ стояли ближе всего – верные псы. А за ними были маги, готовые испепелить меня по первому приказу. Судя по их стойке и напряжению, они здесь не для красоты, им был дан приказ атаковать при первой необходимости.

– Что вы говорите?.. – сделал очень серьёзное лицо, чувствуя, как внутри поднимается волна веселья. – Тогда слушаю вас.

Жмелевский сделал жест рукой, и один из его прихвостней протянул толстую папку с документами. Я мельком глянул на бумаги: такие же официальные, как те, которыми меня наградили титулом. Имперская печать выглядела внушительно – знаком молота, разбивающего наковальню.

– Вот, – протянули мне документы. – Это претензия от Его Величества. Из-за неисполнения обязательств земельного аристократа территория вашего рода небезопасна для добычи кристаллов. Также вы нарушили договор. Приняли всю сумму, но не можете предоставить безопасный способ добычи. Ещё роду Магинских выдвигаются обвинения в том, что вы недееспособны.

Как страшно! Листок в руке казался таким лёгким, незначительным – просто бумага с чернилами. В прошлой жизни я видел, как целые королевства падали из-за подобных бумажек и как они сгорали в огне, когда ветер перемен дул в другую сторону.

– Столько страниц, – улыбнулся, глядя прямо в глаза Жмелевскому. – Как бы в них не запутаться… Жора!

Слуга оказался рядом и взял всё, что мне передал Жмелевский. Его пальцы едва заметно дрожали – не от страха, от возбуждения. С тех, пор как клятвы были сняты, Георгий словно помолодел лет на десять.

– Граф Магинский, помимо этих претензий, вас ждёт суд земельных аристократов за нападение на войска императора, – продолжил Жмелевский, и торжество в его голосе резануло слух. – За убийство солдат на службе Его Величества.

Ставленник императора явно наслаждался ситуацией. Ещё бы, он думает, что загнал меня в угол, что я в отчаянии, что мне некуда деваться. Как мило.

– А я уже и забыл об этом, – съязвил в ответ и увидел, как дёрнулся мускул на его щеке. – Столько событий в последнее время: война, титул, невеста… Знаете, не всегда успеваешь следить за мелочами.

Хм… Похоже, его нервирует моё спокойствие. Он ожидал увидеть испуганного мальчишку, а вместо этого столкнулся с человеком, который пережил войну и вернулся с титулом.

– Вам надлежит прибыть в столицу в течение недели, – сдержанно ответил ставленник императора, но я видел, как его глаза сузились от злости. – Вас будут судить по всем этим претензиям. Дам совет: заплатите своим слугам и распустите их. Ведь после у вас не будет ни титула, ни рода, а сами вы окажетесь в тюрьме.

В тюрьме? Серьёзно? Я едва сдержал смешок. Люди всегда думают, что каменные стены – это конец. Они не понимают, что настоящая тюрьма – страх, который сковывает крепче любых кандалов.

– Вы так говорите, будто это решённый вопрос, – дёрнул щекой, изображая тревогу.

– С вами? – повытчик поднял на меня снисходительный взгляд. – Уже да.

Я заметил тень довольства, скользнувшую по лицу Жмелевского. Вот оно – то, чего добивался ставленник. Моё беспокойство, моя неуверенность, маленькая трещина в моём самообладании. Сейчас-то и настал момент для небольшого представления.

– Эх… – выдохнул я, опустив плечи. – Жизнь моя жестянка, а может, ну её в болото?

– Простите? – напрягся ставленник императора, и на его лице мелькнуло замешательство.

Внезапная смена тона озадачила повытчика. Он ждал гнева, страха, попыток торговаться, но никак не… этого. Неопределённости, намёка на безумие. Рука мужика дрогнула, будто он хотел дотронуться до оружия, но сдержался.

– Витас, приготовиться к нападению! – прозвучал мой приказ громко и чётко.

Тут же его повторили по цепочке. Сотрудники СБИ уже насторожились, положив ладони на оружие, и окружили Жмелевского.

Пулемёты повернулись в сторону гостей, щёлкнули затворы ружей. Мои бойцы действовали как единый механизм – слаженно и без паники. Трое сразу заняли позиции на крыше, ещё пятеро подтянулись с флангов, отрезая путь к отступлению. Ворота открылись, сотни вооружённых людей вышли на улицу. Витас сработал превосходно – быстро, без лишней суеты. Именно так и должна действовать настоящая армия.

– Что вы творите? – напрягся Жмелевский. Его лицо побледнело, как полотно.

– Можете не пытаться, – я сдержал смешок, наблюдая, как кожа ставленника императора меняет оттенки. – Моя территория защищена от вашей магии, а ещё я слышал, что вы потеряли свою помощницу… Какая утрата! Примите мои соболезнования. Надеюсь, её кто-то нашёл, приютил и…

– Магинский! – взорвался повытчик. – Тебе конец!

Взгляд Жмелевского стал диким. Его руки сжались в кулаки так, что хрустнули костяшки. За спиной мужика маги уже готовились атаковать – я видел, как накапливается энергия. Ещё секунда, и начнётся бойня.

– Готовсь! – поднял руку.

Мои люди тут же взвели курки. В воздухе повисло напряжение – плотное, как грозовая туча. Один неверный шаг, и начнётся битва.

– Чего мне бояться, если моя судьба, судьба рода уже решена? – склонил голову, глядя Жмелевскому прямо в глаза. – Убью вас, и ничего не изменится. Да и сотрудников СБИ – тоже.

Я увидел страх – настоящий, неподдельный. Жмелевский сделал маленький шаг назад, почти незаметный, но выдающий его намерения с головой. Его люди, напротив, застыли в нерешительности: приказа отступать не было, но и умирать никто не хотел.

Не знаю, как у меня получилось отыграть безумца, но вроде вышло неплохо. Посыльные теперь уже явно не такие уверенные. Высокий маг восьмого ранга сделал шаг назад, поглядывая на машины. Мелкие сошки из СБИ уже озирались по сторонам, ища пути отступления.

– Тебя казнят! Без суда! – сжал кулаки мужик, но его голос предательски дрогнул. В этом «дрогнул» было больше отчаяния, чем угрозы.

– Как и тебя… – хмыкнул в ответ, добавляя в тон металлические нотки. – Хочешь выжить? Беги! Я сказал бежать, считаю до десяти. Раз… Два… Три…

И они дёрнулись к своим машинам. Водители надавили на газ. Колёса прошлись по гравию, поднимая пыль. Успели. Стая чёрных автомобилей понеслась прочь, как испуганные тараканы от света.

Я повернулся к своим. Мужики выглядели напряжёнными, но довольными. В их глазах читалось удовлетворение. Кто-то не сдержался и присвистнул, другой сплюнул вслед уезжающим гостям.

– Вольно! – скомандовал я.

И словно струна лопнула: люди задвигались, заговорили, кто-то даже засмеялся от облегчения. Витас хлопал бойцов по плечам, отдавая короткие приказы возвращаться на позиции.

– Вы, как всегда, великолепны, господин, – негромко произнёс Жора, склоняясь ко мне. – Они не ожидали такого… приёма.

– Будем надеяться, что урок надолго запомнят, – ответил я, хотя внутренне понимал: это лишь отсрочка.

Мы пошли обратно на территорию: Витас, Медведь, Жора и я. К нам по пути присоединился Смирнов с дочерью. Ольга выглядела измученной – тёмные круги под глазами, бледная кожа. Она шла, слегка опираясь на отца, но выпрямилась, заметив меня.

– Получилось ли показать всю глубину гостеприимства Магинских? – спросил вслух.

– Да, господин, – Жора ответил на риторический вопрос с лёгкой улыбкой. – Более чем. Имперские псы давно так не бегали.

– Предатели! – проворчал Медведь, сплёвывая под ноги. – Сначала подсылают монголов с кровяшами, потом сами приезжают с обвинениями.

Процессия двигалась в кабинет. Я шёл впереди, чувствуя, как с каждым шагом возвращаются силы. Странно, после выброса адреналина обычно наступает упадок, но сейчас меня наполняла энергия. Может, дело в новой магии?

Жора нёс бумаги и читал их на ходу, его лоб прорезали морщины. Смирнов что-то тихо обсуждал с дочерью. Девушка кивала, но по её лицу было видно, что она едва держится на ногах. Мы двигались мимо слуг, которые жались к стенам с поклонами. А в моей голове роились мысли…

У каждой проблемы есть плюсы, если посмотреть под правильным углом. Несколько проблем объединились, и теперь не нужно ломать голову над каждой в отдельности.

Претензии монарха, мол, он не может добывать кристаллы, нападения «монголов» на моей территории и суд земельных аристократов – всё это объединилось в одну задачу. Хорошо, что там ещё остаётся?

Тётка, а точнее, мать. Странная персона, очень странная. В ней родственных чувств столько же, сколько во мне умиления перед Жмелевским. Судя по всему, Василиса смирилась с тем, что её сынишка мёртв, и переключилась на ненависть.

«Повезло же с роднёй», – подумал я, усмехаясь собственным мыслям.

Для Василисы во всём виноваты Магинские. Мужик, от которого она забеременела, мёртв, дед – тоже. Остались сестра-близнец и я. И она не видит во мне сына – только инструмент, который можно использовать. Точнее, забрать у него силу.

С трудом, но получилось вызвать бурю эмоций у хладнокровной суки, чтобы выиграть время. Вот только это было импровизацией, не стратегией. Следующее её появление будет более… агрессивным.

Остаётся Орден багряной розы, а, нет… ещё монголы. Нужно придумать решение, которое разом подкосит сразу несколько проблем.

Тем временем мы зашли в особняк, поднялись в кабинет. Хоть его уже убрали, я заметил следы недавнего боя – царапины на дверном косяке, сколы на стенах. Перевёртыши не церемонились, когда выясняли отношения. На полу всё ещё виднелись тёмные пятна крови, которые не удалось отмыть полностью.

Я сел за стол, а мои люди встали рядом. Наследие рода – массивный стол из тёмного дерева, украшенный резьбой. На нём едва заметны потемневшие пятна. Кровь? Чернила? Вино? История этого рода богата на события, и некоторые следы не вывести никакими усилиями.

– Приступим, – кивнул я, опираясь локтями о столешницу.

Внезапно все замерли. Витас даже рот приоткрыл, а Медведь отступил на шаг, будто заметил призрака.

– Вы видите? – удивился Фёдор, и глаза расширились до размера блюдец.

– Господин? – тут же осознал этот факт Витас, его обычно бесстрастное лицо исказилось от изумления.

– Невозможно! – бросилась ко мне Оля. Движение было таким резким, что Смирнов-старший вздрогнул.

Девушка положила руку на моё лицо, пальцы были прохладными, нежными. Она изучала мои глаза и чем дольше смотрела, тем сильнее бледнела.

– Как? Как? – трясла головой Смирнова. – Это невозможно! Я сама видела ваши глаза, в них не осталось ничего живого. Нервы были повреждены, сосуды сожжены… Вы полностью ослепли! Я готова поклясться…

Её руки дрожали, а на лице смешались недоверие и восторг.

– Чудо! – вскинул я брови и улыбнулся. – Радуемся и забываем. Кстати! – кивнул Смирновой. – Ты не виновата в ситуации с Лампой, твой заларак почти ничего ему не сделал. Он хотел перескочить на седьмой ранг. Рискнул, и вот результат.

– Что? – девушка пребывала в шоке. – Лампа сам?.. Но почему? Ради чего он так рисковал?

Смирнов-старший покачал головой, его лицо потемнело от гнева.

– Глупый мальчишка, – пробормотал он. – Такой талант… И так бездарно рисковать!

– Выдыхай и забудь, – поднял руку. – Теперь переходим к нашим баранам. Жора?

Слуга выпрямился, словно проглотил шомпол. Его глаза пробежались по бумагам ещё раз. Лицо оставалось бесстрастным, но пальцы сжимали бумаги.

– Штраф за то, что вы нарушили договор… – скрипнул зубами Жора. – Миллиард! По остальному претензия в несостоятельности рода в защите своих территорий и нарушении договора. Ещё сюда добавили ваше нападение на людей императора.

– Миллиард⁈ – ахнула Ольга, прижимая руку ко рту.

Миллиард? Они серьёзно? Я видел, как Витас вздрогнул, услышав эту сумму. Медведь выругался сквозь зубы – тихо, но так выразительно, что даже мне стало неловко.

– Насколько это законно? – уточнил я, перебирая в уме возможные варианты.

– Полностью, – выдохнул Жора. – Как и то, что незаконно. Закон, как дышло: куда повернул, там и вышло.

– Интересная интерпретация судебной системы, – хмыкнул я.

Смирнов-старший покачал головой:

– Я бывал в столице, господин. Это… обычное дело, когда кого-то хотят уничтожить. Поднимают такую сумму, что даже самый богатый род не сможет выплатить. А потом – конфискация земель, имущества, лишение титулов…

– Вас не взяли под стражу из-за того, что вы единственный мужчина в роду и его глава, а также граф, – продолжал Жора. – Если не явитесь на суд, то тут же признают виновным.

– Значит, скоро поеду в столицу. Давно её хотел посмотреть, – кивнул я, словно речь шла о приятной прогулке.

– Господин! – тут же поднял голову Жора. Его обычно бесстрастный голос дрогнул. – Шанс выиграть – минимальный. Большинство земельных будут на стороне императора. Это как суд присяжных, а сам судья – человек императора.

– Справедливость и «все равны перед законом» – мимо? – уточнил, чувствуя горечь на языке.

– Если бы вы были в милости императора, – вздохнул Жора, – закон работал бы иначе.

Впрочем, чего я ожидал? Во все времена, во всех мирах человеческий фактор решает больше, чем закон.

– Ладно, с этой проблемой будем разбираться потом. Сначала насущные вопросы. Подожди-ка!

Не очень хорошо, что я не смыслю в местных традициях и законах, но… Это отличный повод соединить мою поездку с другой важной задачей, ради которой я отправлялся на войну.

Енисейск… Хочу получить этот город! Нужен какой-то юрист или нотариус. Кто у них всеми этими вопросами занимается? Если играть по правилам империи, то нужно двигаться их путями.

– Может, вам не ехать? – спросил Витас, наклоняясь ко мне. – Мы найдём способ отбиться от этих претензий. Можно выставить охрану, не пускать никого из имперских на территорию…

– Не! – помотал головой.

Мысли складывались в стройную картину. Василиса пойдёт за мной, значит, род будет в безопасности хотя бы от неё. Плюс? Думаю, да. Ещё один камень из рюкзака, облегчающий ношу.

– Пока есть время, нужно решить вопрос с этим долбаным Отрядом багряной звезды, – сказал я, барабаня пальцами по столу.

– Орденом багряной розы, – поправил меня Медведь с лёгкой усмешкой.

– О да, конечно! – кивнул я. – Суть не меняется.

– Вы так легко об этом говорите, – покачал головой Витас. – Но они умудрились пробраться через серую зону, через все наши защиты…

– И потеряли больше половины своих, – напомнил я. – Это не так уж легко.

Значит, базируются на территории монголов, где-то достаточно близко к границе. Как бы это использовать против императора? Я постучал пальцами по столу, раздумывая. Нужно будет прогуляться туда, глянуть одним глазком.

Но это тоже чуть попозже. Ещё предстоит подготовиться к моему отъезду, ведь нападать будут со всех сторон. Томск! Вот куда мне нужно заглянуть до отправления.

– Витас, половину людей на добычу кристаллов, – приказал я. – Раз граф Магинский в опале, то будем с этого получать доход.

– Как прикажете, – кивнул мужик с лёгкой улыбкой. – Думаю, там ещё много осталось.

– Больше, чем они знают, – поддержал его Смирнов. – Порода очень богатая.

Что ещё? Булкин. Пора бы потрясти своего партнёра. А то в столице мне потребуются деньги на разные нужды, у нас их достаточно, но много – не мало.

– Ладно, – зевнул я, чувствуя, как накатывает усталость. – Ожидаем нападений ордена, собираем кристаллы, людей пока не нанимаем. Купите десяток бронемашин, расставьте их по всей территории и ещё заминируйте серую зону.

– Павел Александрович, – тут же вмешался Медведь. – Тогда пострадают монстры.

– Эвоно как… – улыбнулся я. – Не знал, что ты такой добрый человек и заботишься о тварях.

– Да я не про это… – смутился. Ничего себе, Фёдор смутился. Жаль, фотографа нет, нужно было запечатлеть. – Просто охота… Мы начнём терять очень много без монстров, которые будут дохнуть там. Ещё их придётся постоянно обновлять.

– Звучит как план, – кивнул я. – Собираем то, что остаётся после встречи монстра и мины. Используем в алхимии и в артефактах. Игорь Николаевич, нам нужно будет поговорить об этом, но чуть позже, сейчас мне необходимо подумать… Минируем снова, и так постоянно, пока я не отменю приказ.

– Есть! – тут же собрался Медведь.

Это немного усложнит жизнь ордену. Хороший способ проверить, насколько они готовы к урону.

Я снова зевнул. Нужно отдохнуть, слишком много всего случилось, и я так устал. Источник, собака, сбросил обороты по восполнению.

– Все свободны, – встал из-за стола.

Они поклонились и начали расходиться. Только Смирнова задержалась на секунду, бросив на меня взгляд, полный вопросов. Её лицо выражало смесь восхищения и профессионального интереса, будто я был редким экземпляром для изучения. Кивнул ей. Всему своё время, девочка. Сейчас у графа Магинского другие приоритеты.

Перед тем, как отдыхать, решил проверить Лампу и Сашу. В комнату к рыженькому зашёл без стука. Паренька умыли, переодели. Он лежал на кровати, неподвижный, но его грудь ритмично поднималась и опускалась. Спит засранец. Через новое зрение я видел, как источник Лампы медленно восстанавливается.

Интересно, удалось ли мне вернуть дядю Стёпу? Источник рыженького выглядел… странно, не как обычно. Ядро пульсировало нестабильно, то ускоряясь, то почти замирая. И в самой структуре словно появились микротрещины, заполненные чем-то… другим. Будто две сущности сосуществовали в одном теле.

– Господин! – почти бесшумно подкрался Фёдор, нарушая мои размышления.

Медведь двигался удивительно тихо для такой горы мышц. Даже половицы не скрипнули под его тяжёлыми сапогами.

– А что делать с Евдокией? – спросил он, потирая шрам на лице. – Девица у нас в подвале сидит. Я сказал, что на род напали, и её спрятали как очень важного человека, потому что связана с Лампой.

Евдокия… Девушка Лампы, ради которой он решил рискнуть всем, включая свою жизнь. Мальчишеское безрассудство, замешанное на гормонах и слепом обожании. Я тяжело вздохнул. В своей прошлой жизни видел, как целые королевства рушились из-за подобной глупости.

– И как она отреагировала? – повернулся к Медведю.

– Обрадовалась, – хмыкнул мужик, на его лице мелькнула ехидная улыбка. – Всё спрашивает, где её «Лампушка». Бедой обеспокоена, слезами обливается. Одна такая слеза рыженького целиком зальёт.

– Пусть пока сидит там, – решил я.

Не хватало ещё истеричной девицы, бьющейся в рыдания над телом паренька. К тому же, не зная, чьё сознание сейчас внутри Лампы, риск слишком велик. Дядя Стёпа не отличается тактом, когда дело касается женщин.

Я подошёл к кровати Лампы, сел рядом на стул. Вгляделся в источник ещё раз, пытаясь понять его структуру. Странное мерцание, почти как… борьба? Словно две энергии сосуществовали, не смешиваясь. Это отголоски двух сознаний внутри одного тела?

– Как он? – раздалось около двери.

Обернулся. Там стояла девушка, опираясь о дверной косяк. Даже через обычное зрение было видно, насколько истощена. Бледное лицо, круги под глазами, дрожащие руки. Она казалась призраком самой себя.

– Саша? – улыбнулся я. – Тебе уже лучше?

Её необычный источник с двойным ядром всё ещё выглядел истощённым. Обе части едва мерцали, словно догорающие угли. Девушка держалась из последних сил.

– Энергии нет, сил тоже, а так жива. Что насчёт вашего обещания? – она упиралась в косяк и не сводила с меня взгляд.

Прямолинейно. Это хорошо.

– Я его выполню, – кивнул. – Вот только… Подойди ко мне.

Секундное колебание, страх в глазах, но девушка подчинилась. Шаг, другой – каждое движение давалось ей с трудом, но Саша не позволяла себе показать слабость.