Текст книги ""Фантастика 2026-4". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)"

Автор книги: Артемий Скабер

Соавторы: Василиса Усова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 206 (всего у книги 344 страниц)

Именно то, что нужно. Я расплатился щедро. Мадам просияла и принялась расшаркиваться.

Поднялся по узкой лестнице на третий этаж. Стены были оклеены дешёвыми обоями с розочками, ковровая дорожка источала запах пыли и неопределённых пятен. Из-за дверей доносились звуки, которые лучше не анализировать.

Комната оказалась именно такой, как я ожидал. Огромная кровать с красным покрывалом занимала центральную часть, стены украшали картины сомнительного содержания. В углу стояло кресло, обитое потёртым бархатом. Главное – окно действительно выходило на улицу. Отсюда отлично просматривался вход в кабак, где должна состояться встреча.

Сосредоточился и выпустил из пространственного кольца паучков. Все десять особей материализовались в комнате, шевеля длинными лапами. При свете красной лампы они выглядели особенно зловеще – блестящие хитиновые панцири переливались, множественные глаза отражали свет.

Затем выпустил мясных хомячков в виде насекомых. Крошечные создания сидели на спинах паучков, как наездники на лошадях. В их миниатюрных лапках я разместил иголки правды.

Подошёл к окну, тихо открыл его. Створка скрипнула – старые петли требовали смазки. Уличный воздух ворвался в комнату, принеся с собой запахи большого города.

Монстры спустились вниз по стене здания и расположились в тени рядом с Булкиным. Аристократ стоял у машины, нервно курил и постоянно поглядывал на кабак.

Я активировал свою половину артефакта связи.

– Начинаем! – сказал в устройство.

Голос Булкина прозвучал в ответ, слегка искажённый помехами:

– Готов… Кажется, готов. Павел, а ты уверен, что это сработает?

– Увидим, – коротко ответил. – Действуйте.

Установил связь с паучками. Сразу получил дополнительные точки обзора: один монстр забрался на крышу соседнего здания, ещё двое расположились по бокам от входа в кабак. Главная сложность заключалась в том, чтобы незаметно протащить тварей внутрь. Дверь узкая, окна закрыты ставнями, а в здании наверняка есть люди, которые заметят вторжение.

Булкин дрожащими руками затушил сигарету и направился ко входу в кабак. Мужик явно собирался с духом – несколько раз останавливался, глубоко дышал, поправлял галстук.

Повезло, что в момент, когда аристократ подходил к двери, из кабака выскочил подвыпивший мужик в рабочей одежде. Он принялся извергать содержимое желудка прямо у входа, придерживая дверь рукой, чтобы не упасть. Этим я и воспользовался. Пока пьяница занимался своими делами, четыре паучка проскользнули в открытую дверь. Мясные хомячки спрыгнули с их спин и разлетелись по потолку, становясь практически невидимыми в полумраке прокуренного помещения.

Булкин наконец решился и зашёл внутрь. Дым стоял такой густой, что можно было повесить топор. Керосиновые лампы давали тусклый жёлтый свет, в котором плавали табачные клубы.

Публика соответствовала заведению – грузчики, мелкие торговцы, прочий рабочий люд. Все пили, играли в карты, громко разговаривали. Никто не обращал внимания на хорошо одетого господина, который осторожно оглядывался по сторонам.

– Магинский, ты меня слышишь? – послышался голос Булкина через артефакт.

– Отлично слышу, – ответил я. – И прекратите привлекать внимание. Просто держите устройство в кармане.

Аристократа уже заметили. Из-за столика в дальнем углу поднялась женщина лет сорока, в тёмно-зелёном вечернем платье. Наряд совершенно не подходил к этому месту – слишком дорогой, слишком элегантный для кабака.

Я быстро проанализировал ситуацию глазами паучков. Большинство посетителей действительно пили алкоголь – красные лица, нетвёрдые движения, громкие голоса. Но нашёл пятерых мужчин, которые только делали вид, что употребляют спиртное. Они пили воду или чай, хотя старательно изображали из себя подвыпивших. Сопровождение дамы – трое с расквашенными носами бывших боксёров – сидели за соседними столиками, ещё двое расположились у выхода. Все одеты как рабочие, но движения выдавали профессиональную подготовку.

Булкин проглотил комок в горле и направился к женщине. Ноги его слегка дрожали, но аристократ держался молодцом.

Они сели за столик в углу. Дама жестом подозвала официанта – парня с подносом, который тут же принёс бутылку и два стакана.

– Гаврила Давыдович, – затянулась женщина сигаретным дымом, – рада, что вы нашли время прийти. Надеюсь, дорога не была слишком утомительной?

Голос спокойный, даже участливый. Никаких угроз или демонстрации силы, профессиональный подход.

– Где моя дочь? – тут же выпалил Булкин, не выдержав напряжения.

– Спокойнее, дорогой, – мягко улыбнулась дама. – С вашей Марусенькой всё в полном порядке. Она в безопасности, её никто не обижает.

Женщина сделала паузу, внимательно изучая лицо аристократа.

– Что вы хотите? – спросил Булкин, стараясь сохранить твёрдость в голосе.

– Совсем немного, – она разлила содержимое бутылки по стаканам. – Просто перестаньте помогать Магинскому. Уезжайте домой в свой Томск и живите себе спокойно, как раньше.

Я хрустнул пальцами. Пора начинать операцию. Один из паучков уже располагался на потолке прямо над дамой в зелёном платье. Мясные хомячки приготовились к атаке.

– Как только вы вернётесь в Томск и мы убедимся, что связи с графом полностью прерваны, – продолжала женщина, – ваша дочурка благополучно отправится домой. Целая, невредимая и даже с небольшими подарками за причинённые неудобства.

Переключился на мясных хомячков: десять крошечных созданий спикировали. Иголки правды в их лапках придавали им дополнительную скорость и точность.

Атака прошла молниеносно. Десять укольчиков одновременно вонзились в шею, руки и плечи дамы. Она даже не успела понять, что происходит, – только слегка дёрнулась, словно от укуса комара. Через несколько секунд женщина замерла с остекленевшим взглядом. Иголки правды подействовали. Сознание её затуманилось, контроль над речью ослаб.

– Гаврила Давыдович, – обратился я через артефакт связи, – поднесите устройство поближе, чтобы дама могла слышать мои вопросы.

– Да… Хорошо! – зачем-то кивнул Булкин прямо в артефакт.

Паучки на улице показали, что к зданию подъехала машина жандармов. Значит, мои преследователи наконец добрались до места. Они уже поднимались к публичному дому – видимо, артефакт слежения указывал им точное местоположение.

Времени мало, нужно действовать быстро.

– Кто вы? – спросил я, направляя голос в артефакт. – Кто вас нанял? Где девушка?

– Матильда Грабст, – тут же ответила женщина монотонным голосом, характерным для тех, кто находится под воздействием яда правды. – Работаю на заказ, специализируюсь на деликатных поручениях.

– Кто заказчик?

– Не знаю, – она механически покачала головой. – Заказ пришёл через доверенных людей. Это были посредники, которые сами не знают, кто их нанял. Так безопаснее для всех.

– Условия сделки?

– Три миллиона задатком, ещё пять – после успешного выполнения, – глаза женщины смотрели в одну точку. – Нужно было убедить Булкина прекратить сотрудничество с Магинским.

Восемь миллионов за то, чтобы отрезать меня от финансирования? Приятно осознавать свою ценность в глазах противников.

– Где находится дочь Булкина? – продолжал допрос.

– Северное отделение жандармерии, камера номер двенадцать, – без колебаний выдала Матильда. – Содержится под вымышленным обвинением в краже.

– Что⁈ – не выдержал Булкин, его голос сорвался на крик. – Как это возможно? Жандармы связаны с вами?

– Часть сотрудников получает дополнительную оплату за особые услуги, – продолжала женщина тем же безэмоциональным тоном. – Девушку арестовали по ложному доносу, но официально она числится задержанной за мелкую кражу.

Задача резко усложнилась. Одно дело – отбить заложницу у бандитов, совсем другое – вытащить из жандармского участка.

– Есть ли другие подробности? – спросил на всякий случай.

– Это всё, что мне известно о местонахождении девушки, – ответила Матильда. – Моя задача была только убедить отца прекратить поддержку Магинского.

По лицу женщины катились капли пота. Яд правды действовал интенсивно, но долго такое воздействие не выдержит ни один организм.

Тем временем жандармы уже поднимались по лестнице публичного дома. Я слышал их голоса в коридоре, топот сапог по деревянным ступенькам.

– Немедленно уходите! – приказал Булкину. – Прямо сейчас, не задавая вопросов!

Аристократ вскочил со стула так резко, что опрокинул стакан. Жидкость разлилась по столу, но Булкин уже направлялся к выходу, расталкивая посетителей.

Я дождался, пока он покинет кабак. Затем дал команду паучкам атаковать Матильду и её сопровождение. Для пущего эффекта выпустил мясных хомячков прямо в тела охранников – пусть следствие думает, что здесь поработали монстры.

Визг, крики ужаса, звон разбивающейся посуды – в кабаке началась настоящая паника. Посетители бросились к выходу, давя друг друга в узких дверях.

Я тем временем направился к выходу из публичного дома. В коридоре уже слышались голоса: мои преследователи поднимались на второй этаж, расспрашивая девиц о клиенте с третьего этажа.

Спустился по лестнице навстречу им. На втором этаже столкнулся с двумя знакомыми жандармами – теми самыми, которые следили за мной целый день.

– О, мужики! – приветливо помахал рукой. – Вы тут по делу или для души?

Оба застыли с открытыми ртами. Видимо, не так должна происходить их работа: мы постоянно пересекаемся. Глупо, на мой взгляд. Но им приказали, а они выполняют.

– А-а-а… – протянул один, не зная, что ответить.

– Эм… – добавил второй, покраснев до корней волос.

– Слушайте, – предложил я, – раз вы и так за мной катаетесь целый день, может, хотя бы возить будете? Тогда вам следить не придётся. Сразу знаете, где я нахожусь. Что скажете?

Логика предложения явно озадачила жандармов. Они переглянулись, пытаясь понять подвох.

– А-а-а… – снова протянул первый.

– Теперь уже второй завис, – хмыкнул я. – Вы пока подумайте, а я на улице подожду. Только решайтесь быстрее, у меня дела.

Расплатился с администраторшей публичного дома за беспокойство и вышел на улицу. Паучки уже оказались рядом со мной, незаметно выползая из тени. В кабаке продолжалась суматоха – крики, беготня, кто-то вызывал докторов.

– Что же это выходит? – Булкин стоял у машины, хлопая глазами от шока. – Получается, мою дочь похитили сами жандармы?

– Думаю, там всё несколько сложнее, – ответил, убирая паучков в пространственное кольцо. – Не вся жандармерия, а только отдельные сотрудники, которые подрабатывают на стороне.

– Но как же нам теперь её освободить? – аристократ был близок к панике. – Если она в участке, под их охраной…

– Этим займусь я, – перебил его. – Вы отправляйтесь к северному отделению жандармерии. Не заходите внутрь, ничего не требуйте. Просто ждите поблизости и держите артефакт связи включённым.

– А ты? – неуверенно спросил Булкин.

– Я скоро буду, – заверил его. – Только сначала разберусь товарищами.

Булкин кивнул и сел в машину. Иван Петрович завёл двигатель, и они скрылись в ночном городе.

Жандармы наконец спустились на улицу. Оба красные, избегали смотреть в глаза. Видимо, администрация борделя объяснила им, что в комнате на третьем этаже никого нет, а постоялец спустился вниз несколько минут назад.

– Ну что, решили? – спросил я приветливо.

– Если вы так настаиваете, господин граф, – один из них подошёл ближе, – то мы готовы вас сопроводить. Куда направляемся?

– В северное отделение вашей жандармерии, – объявил я. – Хочу сделать чистосердечное признание по своему делу.

– Что⁈ – уставился второй жандарм.

– Говорю, что хочу покаяться во всех грехах, – повторил спокойно. – Или вы против раскаяния преступника?

Жандармы быстро связались с кем-то по артефакту. Судя по довольным физиономиям, им ответили положительно. Ещё бы, граф хочет признаться в преступлениях ещё до суда. Да это подарок для следствия.

Сели в машину и поехали. Я смотрел в окно на ночную столицу и обдумывал план освобождения дочери Булкина. Штурмом участок не возьмёшь – слишком много шума, и меня сразу свяжут с нападением.

Как вытащить дочурку Булкина из крайне охраняемого места? Чисто и красиво не получится. Но следить так, чтобы использовали против меня, нельзя. Как и ничего делать – тоже. Сука… Мне нужен Булкин и его деньги. Я откинулся на сиденье и закрыл глаза. Выпустить грозовых волков внутри? Шумно, но меня не связать с этим. Кроме того, что рядом с местом, где я был, уже появились монстры.

Но пока найдут мясных хомячков и попытаются это пришить, пройдёт время. И не факт, что кто-то так сделает. Какие ещё варианты есть? Более разумный – сесть самому в клетку, и тогда будет проще организовать побег.

Нет… Этот не подходит. Во всяком случае, не сейчас. Пока как бы ни крутил свои мысли, всё сводится к хаосу, когда я выпущу каких-либо монстров. Эвакуация, и вот тогда можно попытаться перехватить девушку.

Что ещё? Долбануть по зданию магией льда одиннадцатого ранга? Устроить им зимнее представление? Меня связать с этой атакой не получится. Проверят, а я седьмого. Вот только этот козырь хочется оставить. Без кристаллов не восстановлю заларак. Так ещё и самому с пустым источником ходить.

Перешёл к интересной идее – слизь затылочника. А что если всех усыпить? Хм… Это больше подходит. Меньше следов. Когда жандармы отправятся баинькать, я спокойно вытащу девушку, потом вместе с ними прилягу. Что произошло? Как? Почему? Тем более Булкина-младшая там неофициально – поднять шум не выйдет. Кивнул себе с довольной улыбкой. Получается почти идеально, мне нравится.

Мы остановились перед зданием северного отделения жандармерии. Массивная постройка из серого камня, множество окон с решётками, часовые у входа – выглядело внушительно и неприступно.

Вышли из машины. Двое моих сопровождающих направились ко входу, я следовал за ними. Часовые у дверей проверили документы и пропустили нас.

Внутри здание производило ещё более мрачное впечатление. Длинные коридоры с высокими потолками, тусклое освещение, запах дезинфекции и чего-то ещё – того особого аромата, который бывает в местах принудительного содержания. Стены покрашены в казённый зелёный цвет, пол выложен серой плиткой. Звуки шагов эхом отражались от стен, создавая гнетущую атмосферу.

Прошли мимо дежурной части, где за высокой стойкой сидел сержант с усами. Мужик поднял голову от бумаг, окинул нас оценивающим взглядом, но ничего не сказал.

Меня провели в кабинет для допросов – небольшую комнату с голыми стенами, столом и двумя стульями. На стене висел портрет императора в парадной форме.

– Сейчас к вам придёт следователь, – сообщил один из жандармов. – Сможете в его присутствии написать заявление и признаться во всём, что считаете нужным.

– Благодарю за содействие, – кивнул я.

Жандармы вышли, оставив меня одного. Дверь заперли, но не на ключ – видимо, считали, что граф, пришедший с повинной, никуда не денется.

Я сел за стол и огляделся. Обстановка спартанская – никаких излишеств, только самое необходимое. В углу стояла плевательница, на подоконнике – засохший цветок в горшке.

Похоже, начальство решило, что меня окончательно прижали: артефакт слежения, постоянное наблюдение, отрезанные источники поддержки. У провинциального графа не осталось вариантов. Проще сдаться и не сопротивляться судьбе.

«Ха!» – хмыкнул про себя. Но вообще работают профессионально. Продумали операцию по всем фронтам. Что может сделать земельный аристократ из глубинки против столичной машины? Ничего. Поэтому Магинский сидит и покорно ждёт следователя.

Я потянулся, размял шею. Скоро придёт дознаватель, и начнётся представление. Для приличия немного поговорю с ним, а затем достану слизь затылочника. В пространственном кольце уже приготовлена ёмкость. Стоит открыть, и всё здание погрузится в глубокий сон.

Прислушался к звукам за дверью: шаги в коридоре, приглушённые голоса, вдали лаяла собака.

Где-то должна находиться камера номер двенадцать. Марусю держат там по ложному обвинению, ждут, пока отец согласится на условия похитителей.

Дверь заскрипела на петлях. В кабинет вошёл мужчина, и в воздухе тут же появился запах перегара, смешанный с дымом сигарет.

Достаточно высокий и худой. На поясе висели меч и револьвер. Лицо покрывала недельная щетина, под глазами залегли глубокие тени. Мужика слегка покачивало – видимо, изрядно принял недавно.

Он уставился на меня, я – на него. Несколько секунд мы молча изучали друг друга. Брови мужика медленно поползли вверх от удивления, мои точно так же поднялись от изумления.

– Магинский? – выдохнул он недоверчиво.

– Дрозд? – произнёс я одновременно с ним.

Глава 6

Мы смотрели друг на друга и молчали. Время словно застыло в этой серой коробке допросной. Лампа над головой жужжала, как разозлённая оса, отбрасывая жёлтый свет на голые стены.

В груди пролетело много противоречивых чувств: от искренней благодарности за подарки и помощь до желания врезать по его небритой роже. Засранец по факту привязал меня к себе своей клятвой крови. Я должен его спасти и разобраться с учителем. А врагов и проблем и так выше крыши.

Дрозд выглядел хуже некуда. Щетина покрывала осунувшееся лицо неровными островками. Глаза покраснели – то ли от недосыпа, то ли от выпивки. Мятая форма висела на нём мешком, пуговицы были застёгнуты кое-как. От мужика несло перегаром и табачным дымом. Руки его слегка дрожали, когда он поднимал флягу ко рту.

– Живой! – выдал я первый.

– Охренеть… – выдавил из себя с улыбкой Дрозд.

Собака сутулая села напротив меня. Даже в таком состоянии в нём чувствовалась опасность. Движения были осторожными, взгляд – цепким. Профессиональный некромант не расслабляется никогда.

Портрет императора смотрел на нас с противоположной стены: торжественная поза, золотые эполеты, властный взгляд. Интересно, знает ли он, что в его столице, в здании жандармерии, неугодный граф болтает с некромантом?

– Какого ты тут забыл? – спросил меня Дрозд, отпив из фляги. – На хрена припёрся в столицу? Ты тупой или плохо понимаешь человеческую речь? Я что тебе сказал? Спрятаться, как мышь, скрыться лет на пять из империи. А ты?

Говорил некромант скрипучим голосом. Он наклонился вперёд, упёрся локтями в стол. Металлические наручники на его поясе звякнули.

– Хотел бы я сказать, что очень соскучился, – хмыкнул в ответ. – Но что-то язык не поворачивается.

Где-то в коридоре прошли шаги. Послышались голоса, приглушённые стенами, а затем звук захлопнувшейся двери. Ночная смена работала в обычном режиме, не подозревая, какие гости собрались в допросной.

Мы снова замолчали. Дрозд изучал моё лицо, словно пытался понять, что изменилось за время разлуки. Я делал то же самое.

Мужик постарел. Морщины легли глубже, седины в волосах прибавилось.

– Мляха, я даже не знаю, с чего начать… – хлебнул он из своей фляги. – Реально, Магинский, что ты тут делаешь?

Запах спирта ударил в нос. Качественный, судя по аромату, – не самогон какой-нибудь, а хорошая водка. Хотя, зная некроманта, у него там может быть такая бормотуха.

– Суд… – пожал плечами. – Земельных аристократов. Я там немного людей императора попортил, да и ещё несколько моментов есть. Из-за чего за меня взялись по полной.

– Да ты что?.. – удивился он.

Дрозд достал из кармана мятую пачку, извлёк папиросу, чиркнул спичкой. Табачный дым поплыл к потолку, смешиваясь с жужжанием лампы.

– А сам что тут делаешь? – спросил я. – Ты же должен служить…

– Так я и работаю, – хмыкнул он. – Или ты думаешь, с утра до вечера по подземельям ползаю и из людей кукол делаю? У меня же официальная работа есть, звание, все дела. В общем, идеальное прикрытие.

«Трудоустроенный некромант», – от одной мысли на лице вспыхнула улыбка. Да уж… Этот мир не перестаёт меня удивлять.

Я откинулся на спинку стула, дерево скрипнуло под моим весом. Мебель в допросной видала виды – царапины, пятна, следы от сигарет. Сколько людей сидело на этом месте?..

– А мне тут сказали, что опасный элемент столицы хочет душу излить, – выпустил облако пара Дрозд. – А это ты…

Он прищурился, изучая моё лицо. В его взгляде мелькнуло что-то вроде профессионального интереса. Некромант оценивал потенциального противника.

Ладно, обмен любезностями закончен, время переходить к сути.

– У меня дела, – начал я. – Тут в камере номер двенадцать девочка сидит. Я пришёл за ней.

Дрозд замер с папиросой у губ, и дым перестал подниматься к потолку. В его глазах промелькнуло понимание.

– Есть такая, – кивнул мужик медленно. – Я-то думаю, что там такой божий одуванчик делает? Мол, воришка, а она всё рыдает и папу зовёт.

Некромант затянулся, выпустил дым через нос. Пепел упал на стол, рассыпался серыми крошками.

– Подожди! – вдруг замер Дрозд. – Ты сюда припёрся, чтобы диверсию устроить и девку вытащить?

Папироса дрогнула в его пальцах. Мужик понял масштаб ситуации.

– Ага, – признался честно.

– Хреново… – выпил из фляги мой собеседник. – У меня тут тоже задание. Есть один человечек, который не должен встретить рассвет.

Он поставил флягу на стол, постучал пальцами по металлической поверхности. Мерный стук, как метроном. В коридоре снова послышались шаги, на этот раз более быстрые.

– Ладно, это мы ещё обсудим, – продолжил Дрозд. – Скажи, ты стал сильнее?

Вопрос прозвучал серьёзно. Некромант отложил папиросу, наклонился вперёд. Его взгляд стал внимательным, изучающим.

– Самую чуточку, – хмыкнул я.

– Мало, – помотал головой небритый алкаш.

Его пальцы стучали по столу всё быстрее – нервничает. Я же был готов атаковать. Несмотря на нашу с ним «связь», хрен знает, кто там сейчас в этой оболочке – он сам или его учитель.

Я проанализировал обстановку. Дверь – справа, окно – слева, но оно с решёткой. Стол между нами – можно использовать как прикрытие.

У Дрозда на поясе висят наручники, меч, револьвер и, может быть, какие-то артефакты. Руки свободны, движения не скованы.

– Рано… – заявил он, потирая лоб. – Ты, конечно, стал более сильным, но против моего учителя всё равно что… ребёнок с голой жопой.

Лампа над головой мигнула. На секунду в комнате стало темнее, потом свет вернулся. Тени на стенах дёрнулись, словно живые.

Дрозд снова потянулся к фляге. Руки его дрожали сильнее – то ли от алкоголя, то ли от нервов. Может, от того и другого сразу.

– Слушай, а у твоего учителя есть имя? – поинтересовался я.

– Что? – поднял брови Дрозд. – Нет, – помотал он головой. – Просто учитель.

Странно. Обычно некроманты такого уровня имеют громкие имена, титулы, прозвища, а тут «просто учитель». Либо он настолько стар, что забыл своё имя, либо настолько могущественен, что имя ему и не нужно.

– А этот ученик… одиннадцатого ранга. Кто он? Почему такой сильный? – уточнил я.

Дрозд затянулся папиросой, выпустил дым через нос. Пепел снова посыпался на стол серыми хлопьями. Мужик явно тянул время, подбирал слова.

– Это твой родственник, – поморщился он.

– Чего? – поднял бровь от удивления.

Сердце пропустило удар. Родственник? Какой ещё родственник? У меня их и так хватает проблемных.

– Сын твоего деда и суки, которая стала хемофагом, – улыбнулся Дрозд с явным удовольствием от произведённого эффекта.

Твою мать! Сука… На моём лице отразились все родственные эмоции, что я испытывал к этой твари. Елизавета… Хемофаг, которая убила деда и пыталась уничтожить меня. Какая-то важная тварь в своём виде монстров. И теперь этот ребёнок…

– Но он же дитём должен быть? – выпалил я.

Попытался быстро прикинуть. Сколько времени прошло с момента побега Елизаветы? Месяцы. Ребёнок не может так быстро вырасти до одиннадцатого ранга. Да и что, меня младенец придёт убивать?

– Нет, – улыбался некромант, явно наслаждаясь моим шоком. – Уже нет. Хемофаги очень быстро растут. Их цикл жизни – около десяти-двадцати лет, ранги тоже получают рано. Ещё и мой учитель ему помог.

Дрозд отпил из фляги, вытер губы тыльной стороной ладони. Металл звякнул о зубы.

– Представь себе, – продолжил он, разглядывая мою реакцию. – Обычный хемофаг созревает за пять-семь лет, а этот… Учитель вложил в него дополнительную силу, ускорил развитие.

Я попытался переварить информацию. Значит, где-то ходит почти мой родственник. Одиннадцатый ранг некромантии плюс способности хемофага – регенерация, заражение червями, безумная живучесть и другие плюшки.

– Хемофаг-некромант… – поморщился я.

Сочетание просто прекрасное. Мало мне матери со злом внутри, на тебе «дядю» ещё, который на самом деле мой племянник, потому что я глава рода. Сука! Ещё и маг шестнадцатого ранга.

– Как он выглядит? – спросил я.

– Почти как ты, – усмехнулся Дрозд. – Я в мужиках так-то не очень разбираюсь. Лет на пять старше, может. Волосы темнее, глаза… другие.

Замечательно. Следователь описал человека просто изумительно. Внешность от моего близнеца, только старше…

– Его отправили за тобой, – продолжил Дрозд. – Возможно, он ещё не вышел на тебя.

Возможно. А возможно, уже идёт по следу. Я же не особо скрывался в столице.

Попытался прикинуть силу твари. Способность заражать червями – проверено на себе. Регенерация безумная, как у всех хемофагов. Плюс регенерация некроманта – сердце у учителя спрятано, убить сразу не получится. Ещё магия некромантии – аэто мощные куклы. И, помимо прочего, скорее всего, пространственная магия.

– Что с его сердцем? – уточнил я. – Тоже у учителя?

– Естественно, – кивнул Дрозд. – Учитель не дурак. Всех своих учеников держит под полным контролем и защитой.

Значит, даже если удастся его одолеть, через время воскреснет. Хорошие перспективы.

– Сколько у него учеников? – поинтересовался я.

– Не знаю точно, – пожал плечами некромант. – Десятки. Может, сотни. Старых убивает, когда надоедают, новых создаёт – конвейер смерти.

Дрозд затушил папиросу о край стола. Обугленный кончик оставил чёрное пятно на дереве.

– Твой родственничек – особенный, – продолжил он. – Учитель вложил в него больше сил, чем в остальных. Считает своим шедевром.

– Почему именно его? – не понял я.

– Кровь Магинских, – объяснил Дрозд. – Способность подчинять монстров – учителю это нужно. Планирует через него контролировать серые зоны, но сначала он заберёт твою жизнь и силу.

Картина постепенно прояснялась. Древний некромант хочет прибрать к рукам монстров, а для этого нужен Магинский. Настоящий не поддался, пришлось вырастить собственного.

– И что он умеет? – спросил я.

– Всё то же, что обычный хемофаг, – перечислил Дрозд. – Черви, регенерация, превращение в паразитическую форму, плюс некромантия одиннадцатого ранга. Поднимает мёртвых, создаёт зомби, управляет костями.

– Слабости?

– Те же, что у хемофагов, – огонь, спирт. Но регенерация нивелирует большинство повреждений. Убить можно, только уничтожив сердце учителя.

– А где этот учитель прячется?

– Не знаю, – честно ответил Дрозд. – Каждый раз встречаемся в разных местах. Он призывает, я прихожу. Где его логово – понятия не имею, так бы давно уже своё сердце забрал.

Мужик снова потянулся к фляге, но та оказалась пустой. Он покрутил её в руках, поднёс к губам, получил пару капель.

– Магинский, – серьёзно посмотрел на меня Дрозд. – Ты не понимаешь, с чем связался. Мой учитель – не просто сильный некромант, он древний. Кто-то говорил, что ему несколько тысяч лет, он видел падение империй. Рядом с ним я – букашка.

– А ты? – уточнил я. – Под его полным контролем?

– Клятва крови, – кивнул мужик. – Намертво привязан. Не могу ему навредить, не могу ослушаться. Максимум – затянуть выполнение приказа. Ну, и моя бурда не даёт мной управлять, видеть и слышать с моей «помощью».

– И что тебе приказано делать со мной?

– Пока ничего конкретного, – пожал плечами Дрозд. – Следить, докладывать. Когда придёт время – убить или привести к нему.

Прекрасно…

Меня посетила интересная идея: «Оружие есть, но как-то всё не получалось его проверить в действии. А тут такой шанс, тем более со знакомым». Есть некоторые риски, что раскрою свои карты раньше времени. Но так бы случилось, если бы на меня напал другой некромант.

– Слушай, – сказал я, наклоняясь вперёд. – А хочешь, фокус покажу?

Дрозд поднял бровь, отложил пустую флягу:

– В смысле?

– Ну, ты же говоришь, что я слабый. Против твоего учителя – ребёнок с голой жопой. Может, не такой уж беспомощный?

Некромант усмехнулся, но в его глазах промелькнул интерес.

– Магинский, не геройствуй. Я видел, что умеет мой учитель. Он горы трупов поднимал, целые кладбища оживлял. А ты что? Лёд да яд.

– Посмотрим, – улыбнулся я.

Прикоснулся к метке затылочника на своём источнике. Знак сразу откликнулся, запульсировал жарким светом. По венам разлилось странное тепло, почти жжение. Энергия проклятия накопилась, готовая вырваться наружу.

Дрозд насторожился – профессиональные инстинкты сработали мгновенно.

– Что ты делаешь? – спросил он, напрягшись.

– Показываю фокус, – ответил я и выпустил силу затылочника.

Энергия вырвалась из моего источника невидимой волной. Я почувствовал, как она пересекла расстояние между нами, ударила в некроманта. Дрозд дёрнулся, словно его током ударило.

– Что за… – начал было и замолчал.

Глаза мужика расширились от удивления. Он попытался встать, но ноги не слушались. Руки задрожали сильнее, пот выступил на лбу.

– Магинский… – прохрипел мужик. – Что ты со мной делаешь?

– Тестирую оружие против некромантов, – спокойно ответил я.

Дрозд схватился за грудь, тяжело дышал. Лицо его побледнело, стало почти серым. Он попытался активировать свою магию, но ничего не вышло.

– Не может быть, – прошептал некромант. – Как?..

Мужик тут же замотал головой, словно пытался прогнать наваждение. Я ничего не ответил и снова прикоснулся к метке. Вторая волна энергии ударила по некроманту, на этот раз сильнее. Дрозд хлопал глазами, взгляд его расфокусировался. Он начал потеть ещё сильнее, капли стекали по лицу, падали на стол.

Некромант потянулся к своей фляге, но руки дрожали так сильно, что не мог удержать металлический сосуд. Ёмкость выпала из пальцев, покатилась по полу.

– Нет… – выдохнул Дрозд. – Это не учитель…

Я ещё раз активировал метку затылочника. Третья волна была мощнее. Проклятие въедалось в некроманта, разрушало связи с его магией. Дрозд попытался встать, но упал и ударился лицом о стол. Кровь потекла из носа, окрасив деревянную поверхность красными каплями.

– Хватит… – простонал он. – Пожалуйста…

Но я не остановился. Четвёртый удар проклятия отключил некроманта полностью. Он обмяк в кресле, голова бессильно свесилась на грудь, дыхание стало поверхностным, прерывистым.

Интересная реакция. Я, конечно, ожидал что-то более… впечатляющее – боль, слезающую кожу, кипящую кровь, разлагающуюся плоть. А он просто вырубился.

Посмотрел на бессознательного мужика, чуть склонил голову. Рано или поздно хемофаг-некромант придёт ко мне. А потом и учитель Дрозда станет проблемой со своими «учениками».