Текст книги ""Фантастика 2026-4". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)"

Автор книги: Артемий Скабер

– Даже Медведь? – вспомнил здоровяка.

– Ссыт Федька после того, как я ему руку сломал. Случайно… – вздохнул мужик виновато. – Простите, пойду дальше работать.

Кузнец удалился, пригибая головой низко висящие ветки. А я направился к алхимикам и по пути наконец-то дал волю смеху:

– Сука… Красивый Альберт Эдуардович! – утёр выступившие слёзы. – Кто ж тут всем имена выдаёт? Альберт Красивый… Это ж надо было так над ребёнком поиздеваться!

В ангаре я застал Лампу над тушами монстров. Ольга спала в стороне на охапке сена. Подошёл к пацану.

– Господин! – обрадовался он. – Рад вас видеть! Вы перешли на уровень?

– О! – изобразил я удивление. – Раз спросил, то похвастаюсь. Нет!

– Как? – вскинул брови Лампа. – Не может быть… На первом уровне переход простой, тем более с таким зельем и манапылью. Да там бы любой дурак смог.

– Правда? – мои руки сжались на его шее. – Дурак, говоришь?

– П-п-про-с-ти-те, – прохрипел паренёк, и я ослабил хватку. – Вы просто были обязаны. Я от вашего кристалла почти на грани третьего.

– По больному бьёшь? – улыбнулся так, что пацан начал пятиться назад.

– Нет. Нужно разобраться, кто в этом виноват, – тут же ответил он.

Я замолчал, наблюдая, как в его голове складывается простая мысль: за зелье и манапыль отвечали они с Ольгой. Лампа открыл рот, попытался что-то сказать, но не смог.

– Я подвёл вас! – рухнул он на колени. – Приму любое наказание.

– Ещё бы, – хмыкнул я. – Докладывай.

– Мы приготовили три ящика зелий, – зачастил пацан. – Один первого уровня имперского эталона. Другой – второго. И последний – высшего.

– Устала девочка? – кивнул я на спящую Ольгу.

– Просто она ездила ночью к отцу в город, – выпалил Лампа. – Отвезла свою долю от производства.

– Вон оно что… – протянул я довольно. – Ну, раз так, мы тоже прокатимся. Хочешь?

– Конечно! – закивал пацан с детским восторгом. – Мне там понравилось. Красиво и людей много. Я бы очень хотел попробовать мороженое. Говорят, дивное лакомство. Только у меня денег нет.

– Ну, тогда буди эту красавицу. И сразу к особняку. Никаких переодеваний, поедем в город, – мой голос стал жёстче. – Смотри мне, если опоздаете хоть на минуту, я вспомню, что ты забрал и чего лишил.

– Понял! – метнулся Лампа к Ольге.

Я вышел из ангара, направляясь к машине. Значит, не подвела интуиция, жаль только, запоздала. Ничего, разберёмся.

Работа на территории радовала глаз. Все при деле, как в хорошо отлаженном механизме.

– Боря! – окликнул я водителя, который дремал в тени. – Прокатишь с ветерком до города?

– Как прикажете, – мужик выбросил окурок и нырнул в кабину.

Не успел я устроиться на сиденье, как из-за угла вылетели мои алхимики. Лампа нёсся впереди, размахивая руками, как ветряная мельница. Следом, путаясь в подоле платья, бежала растрёпанная Ольга.

– Что за спешка? – девушка плюхнулась на сиденье, пытаясь отдышаться. Её щёки пылали от бега. – У нас какие-то важные дела? Я вся мокрая, грязная… Не лучший облик для города.

– А ты на бал собралась? Или спать с кем? – задал я вопрос.

– Что⁈ Нет, конечно, – опустила глаза Смирнова.

Окинул взглядом свою «труженицу». Волосы наспех собраны в хвост, но непослушные пряди всё равно выбились, обрамляя лицо золотистым ореолом. Под глазами залегли тени – следы бессонной ночи. Платье помялось, на подоле пятна от реактивов. Похоже, ночные поездки к папеньке даром не проходят…

– Павел Александрович, – Ольга поймала мой изучающий взгляд. – Куда мы едем?

– Да вот решил тебя в публичный дом продать, пока ты ещё девочка, – растянул губы в улыбке. – Обещали хорошую цену.

– Что⁈ – возмутилась Смирнова, вскакивая так резко, что машину качнуло. – Как вы узнали?

В салоне повисла тишина, да такая густая, что хоть ножом режь.

– Я вам не рабыня! Понятно⁈

– Дура, куда⁈ – успел схватить её за руку, когда она дёрнула ручку двери. Машина как раз набирала скорость. – Ты совсем голову потеряла? Это была шутка!

– Несмешная, – буркнула девушка, заливаясь краской до корней волос. Отвернулась к окну, но я успел заметить, как дрожат её губы.

– Господин, – Лампа придвинулся ближе, обдавая меня запахом каких-то трав. – А как вы узнали, что она ещё не познала мужчину?

– Ничего себе ты словечки выбрал, философ доморощенный, – хмыкнул я, разглядывая его серьёзную мордашку. – Просто предположил. Она себя по-особенному ведёт.

Пацан с важным видом кивнул, будто ему открыли великую тайну мироздания, и погрузился в глубокие думы. А я откинулся на спинку сиденья, прикидывая, как половчее вывести на чистую воду эту парочку предприимчивых алхимиков. Или не стараться и всё сделать в лоб? Наверное, так и поступлю. Настроения после провала перехода на уровень никакого нет.

– Господин! – позвал меня водитель. – Куда в городе?

– В лавку Смирнова, – улыбнулся я.

– К отцу? – удивилась Ольга.

– Да. Хочу с ним поговорить о твоём предложении. Очень уж оно заманчивое.

– Замечательно! Это просто замечательно! – обрадовалась девушка.

– Ты даже не представляешь, как… – кивнул ей и стёр с лица улыбку.

Глава 5

Остановились перед лавкой. Ольга выскочила из машины первой, словно спасалась от напряжённой атмосферы в салоне. В какой-то момент я поймал себя на мысли, что пялюсь на её филейную часть. Больно уж она упругая. Мотнул головой, отгоняя непристойные мысли.

– Подожди нас, – кивнул Борису.

Водитель молча прикурил, а следом за мной выбрался Лампа. Мы направились к лавке.

Колокольчик над дверью звякнул, оповещая о посетителях. Игорь Николаевич уже сжимал дочь в объятиях, будто не видел её целую вечность, а не несколько часов.

– Павел Александрович! – поклонился он, неохотно отпуская девушку. – Рад вас видеть! Дела идут? Доченька помогает?

– Вы даже не представляете, как, – процедил я сквозь зубы. – Ольга, принесите вместе с Лампой зелья.

Смирнова кивнула, и они с пацаном выскочили на улицу. Пока ждал, нащупал в кармане две иглы. Эти точно последние. Во время поездки успел напитать их ядом.

В груди ворочалась глухая злость. Ненавижу, когда трогают моё! Когда воруют то, что принадлежит мне. А уж когда из-за этого срываются планы…

Тем временем алхимики вернулись. Ящики нёс Лампа. Лишь одно движение моей руки, и иглы вошли Ольге в шею, когда она оказалась рядом. Девушка только успела охнуть и застыла. Магия засветилась на моих пальцах. Увидев это, Игорь Николаевич напрягся, как струна.

– Тише… – предупредил я. – Не хочу убивать вашу дочь.

– Господин! – пискнул Лампа. – Зачем?

– Павел Александрович! – повысил голос отец. – Что вы себе позволяете?

– Отличная тема для разговора, – убрал я свою магию. – Вот и поговорим о том, кто что себе позволяет. Начнём, знаете, с чего? Оленька решила меня обмануть и обокрасть.

– Ложь! – рявкнул мужик. – Не смейте такое говорить! Она никогда бы…

– Правда? – приподнял я брови. – Ну, дорогуша, рассказывай, что скрываешь.

Чуть потянул иглу. Смирнова дёрнулась.

– Вы мне нравитесь! – выпалила она. – Постоянно снитесь. И я хочу… Первый раз…

– Так! Стоп! – оборвал поток откровений.

В лавке повисла звенящая тишина. Смирнов сверлил меня убийственным взглядом. Лампа хватал ртом воздух, как выброшенная на берег рыба. Щёки Ольги залились краской.

– Про манапыль, – уточнил я, стараясь не думать о только что услышанном.

– Когда мы делали зелье… Я держала руку Евлампия, – голос Ольги дрожал. – Дурак насыпал два грамма, а нужен один. Пока он был сосредоточен, мы отмерили только половину. Вы стояли с закрытыми глазами. Другую часть я забрала и заплатила папиным кредиторам.

– Дочка… – Смирнов рванулся к ней.

– Стоять! – отрезал я и почувствовал, как в висках стучит кровь. – Сколько стоит один грамм?

– От ста тысяч рублей, – мужик замер на полушаге.

– Подведём итог, – каждое слово давалось мне с трудом. – Из-за вашей дочки я не поднял уровень, потерял ещё два грамма. Итого триста тысяч рублей. У вас есть такие деньги, чтобы компенсировать?

– Что⁈ Нет. Конечно, нет! – замотал головой Игорь Николаевич. – Я даже за три года столько не заработаю.

– И что мне с вами делать? – процедил сквозь зубы. – Даже если Оленьку продать для плотских утех, ей потребуется много времени…

Мерзко говорить такое, но пусть лучше думают, что я способен на это, чем узнают, насколько меня задела их маленькая кража. Никто не смеет брать моё. Никто.

– Нет! Я ваш! Делайте со мной, что хотите. Умоляю! – рухнул на колени Смирнов. – Я сделаю всё. Только не трогайте мою…

– Господин! – подал голос Лампа. – Неправильно девушку…

– Да что ты говоришь! – оскалился я. – Использовать мой осколок кристалла, значит, правильно? Воровать манапыль и лишать уровня – тоже? Так?

– Я… Просто… Я… – пацан побелел, наконец, осознав масштаб содеянного.

– Папа взял деньги, чтобы открыть лавку, – Ольга заговорила быстро, глотая слова. – Мы старались. Пошли на то, что покупали краденые части монстров. Но… время шло. Если бы я сейчас не отдала, отца бы сделали рабом, а меня – любовницей.

– Какая трогательная история, – выдохнул я. – Правда. Вот только что это меняет для меня? Пришла бы и честно сразу сказала. Я бы придумал что-нибудь. А так…

– Умоляю, – прошептал отец.

– Я сделаю всё, что прикажете, господин, – тихо произнесла Смирнова.

Злость снова всколыхнулась, но уже не такая острая. Мучить женщину, пусть даже предавшую… Слишком мал её грех. Убить? Возможно. Отца тоже? Почему бы и нет. Я им такую возможность дал. Прикрыл, помог, и вот тебе благодарность.

– После того, как вы меня спасли… – в голосе Ольги зазвенели слёзы. – Я больше ни о чём думать не могу. Вы мне нравитесь. А так эти люди бы навредили вам. Они бы забрали меня. Я не хотела, клянусь!

– Заткнулись! – рявкнул я, пытаясь собраться с мыслями.

В лавке повисла гробовая тишина. Только тиканье часов на стене да тяжёлое дыхание Смирнова нарушали её. Ольга стояла, закусив губу. Наверняка от страха и стыда, что пришлось признаться в своих чувствах. Лампа вжал голову в плечи, ожидая приговора. А я… Я пытался решить, что делать с этой парочкой идиотов.

Сама мысль, что кто-то посмел взять моё, жгла изнутри. Ничего не могу с собой поделать. Больная тема. В прошлой жизни постоянно повторяли, что даже моя собственная жизнь мне не принадлежит. Ещё так всё не вовремя… Да и проблем куча.

А здесь и сейчас… Девчонка пыталась спасти отца. Глупо, по-детски, но ведь не со зла. И эти её слова о чувствах… Чёрт!

«Не время для слабости», – одёрнул себя. Но рука, державшая отравленные иглы, дрогнула. Убить или не убить – вот в чём вопрос. Может, есть способ обратить эту ситуацию себе на пользу? В голове зародились идеи. И тогда я понял, что месть ничего не принесёт.

Посмотрел на застывшую троицу. Отец на коленях, готовый на всё ради дочери. Девушка, не способная пошевелиться. И рыжий гений.

Прав был Лампа, я просто обязан был прорваться на уровень. А тут ещё Ольга со своей ночной поездкой. Всё как-то само сложилось, оставалось только убедиться. Но что дальше?

По факту она меня подставила, от таких нужно избавляться. Но… В мой род не стоит очередь из алхимиков, деньги нужны. Скоро начнут действовать Зубаровы, Требуховы и остальные.

Твою ж… Как ни крути мысли, всё приходит к одному. Ладно.

– Как и в прошлый раз, у меня есть предложение, и оно одноразовое. Либо принимаете, либо…

– Я согласен! – тут же выпалил Смирнов. – Неважно, что это!

– Ты сейчас принесёшь клятву крови, – начал я. – Магазин перенесём на территорию Магинских, где будешь трудиться на меня, пока жив.

– Да, как прикажете, – закивал мужик. – А что с Ольгой?

– С ней? – развернул я девушку к себе.

Лицо красное. Глаза мокрые и опущены в пол. Грудь часто вздымается от волнения. Девушка глянула на меня, и я замер. Помимо злости, отчаяния и гнева, в её взгляде было что-то ещё. Мольба. Надежда.

– Она тоже принесёт клятву крови, – взглянул на Смирнова, – будет трудиться вместе с вами и Лампой. Никаких денег и доли вы не получите. Обычное содержание. Точнее, четверть от того, что получают наёмники.

– Я согласна, – прошептала Ольга.

Лампа шумно выдохнул. А я понял, что другого решения просто нет. От их смерти не получу ничего, а вот своей работой они хоть как-то компенсируют срыв моих планов.

Смирнов достал из каморки принадлежности для ритуала. По очереди они произнесли слова, которые привязали их ко мне. Теперь можно не ждать оподстав. Обсудил с мужиком, что Борис поездит вместе с ним сегодняшний вечер и перевезёт всё имущество. Смирнов с дочкой будут жить в домике на территории. Он попросил, и я согласился. Почему бы и нет. Жить в особняке – это честь, а девушка её лишилась.

Так, с одним вопросом закончили. Теперь перейдём к тому, ради чего приехали.

– Я бы хотел продать зелья, – перевёл я взгляд на Лампу. – Ты уже можешь опустить ящики.

Пацан кивнул и дрожащими руками поставил их на пол.

– Господин, – Смирнов нервно облизнул губы. – Тут такое дело…

– Говори.

– Зубаровы, – выдохнул мужик, словно сама фамилия причиняла ему боль. – Они прошлись по всем лавкам и сказали: тот, кто хоть что-нибудь у вас купит, сразу станет их врагом.

– Суки… – улыбнулся я, чувствуя, как внутри разгорается холодная ярость. – А тот лысый?

– Нелегалам тоже передали послание, – печально добавил Смирнов. – Зубаровых боятся. Все знают об их связи со ставленником императора, и просто так рисковать никто не станет.

В лавке повисла тяжёлая тишина. Ольга переминалась с ноги на ногу, не решаясь поднять на меня взгляд. Лампа замер. А я… Я начал понимать, что мои противники решили ударить по самому больному. По деньгам.

– Папа, у нас эталонка первого и второго уровней и вышка, – Ольга произнесла это с плохо скрываемой гордостью.

– Как? – Смирнов уставился на дочь.

– Это он, – девушка обернулась, кивая на Лампу. В её голосе смешались восхищение и досада. – Он чёртов гений! Мало того, что читать не умеет. Просто чувствует, понимаешь? Что нужно и как… Стоит только объяснить.

– Молодой человек! – Смирнов мгновенно оказался рядом с пацаном, протягивая руку. Его глаза загорелись профессиональным интересом. – Игорь Николаевич, рад познакомиться с вами.

– А-а-а… – рыженький замямлил, явно не привыкший к такому вниманию. – Лампа.

– Что там с зельями? – прервал я этот обмен любезностями.

– Лохматый, – Смирнов процедил это прозвище сквозь зубы. – Он может рискнуть ради такого качества. Можно и в столицу продать.

– Кто это? – приподнял я бровь.

– Ну, тот, к кому мы уже ходили.

– Лампа, оставайся с Ольгой, и собирайте мои вещи, – махнул я рукой на содержимое лавки. – А мы пока прогуляемся.

Вышли на улицу. Смирнов тащил ящики и молчал, а я прикидывал. Выиграл или проиграл в этой ситуации? В моменте важнее уровень, ведь скоро дуэль с Димкой Требуховым. Да и алхимики нужны позарез. Ладно, посмотрим.

Подошли к знакомой двери, Игорь Николаевич постучал.

– Смирняга? – раздалось оттуда. – Ты чего припёрся? Денег просить? Лучше бы проваливал подобру-поздорову.

– Нет, – голос Смирнова изменился, стал жёстче. – Разговор есть. Зелье – эталонка первая и вторая, и вышка.

– Ой, чё ты заливаешь! – дверь приоткрылась шире, явив небритую физиономию. Глаза прищурились недоверчиво. – Откуда у тебя такое?

– Это не моё, – Смирнов кивнул на меня, – а Магинского Павла Александровича. Лохматый уже у него брал. Но после последних новостей, ты сам понимаешь.

– Ждите, сейчас боссу передам, – дверь захлопнулась перед носом.

В переулке повисла тишина, нарушаемая только далёким собачьим лаем. Я прислонился к стене, разглядывая облупившуюся краску.

Через минуту нас пропустили внутрь. Помещение тонуло в табачном дыму. Казалось, здесь не проветривали со времён основания города. За массивным столом восседал лысый, поглаживая огромный перстень на пальце. Мыкола, его верный дегустатор, маячил рядом.

– Ну здравствуй, – Лохматый оскалился, демонстрируя жёлтые зубы. Его глаза жадно впились в ящики. – Показывай, что принёс.

Я кивнул Смирнову, и тот выставил товар на стол. Мыкола тут же кинулся к первому ящику, словно голодный пёс. Его ноздри трепетали, втягивая запах зелий. Каждый флакон он изучал, нюхал, пробовал на язык, капал на запястье и слизывал.

– Вышка, – наконец выдал тот, облизывая губы. – Как в прошлый раз. Достойное качество. Мы хорошо его…

– Заткнись! – рявкнул лысый так, что пламя свечи дрогнуло. – Проверяй и меньше трепи языком.

Со вторым ящиком всё пошло интереснее. Мыкола взял первый флакон, и его руки заметно дрогнули. Капнул на кожу, принюхался и замер. В наступившей тишине было слышно, как часто он дышит. Дегустатор попробовал ещё и ещё раз, словно не веря собственным чувствам.

– Лохматый… – выдохнул пацан, утирая пот со лба. – Это… Это… – он сглотнул. – Имперка, отвечаю! Верните мне мой первый раз. Эталон.

По комнате прокатился восхищённый шёпот. Лысый подался вперёд, и его глаза вспыхнули алчным огнём. Плевать он хотел на угрозы Зубаровых, когда запахло такими деньгами. По его роже видно: уже прикидывает, сколько можно наварить на столь качественном товаре.

Но настоящее представление началось с третьим ящиком. Мыкола только поднёс флакон к носу, и его руки затряслись, словно в лихорадке. Вся банда как по команде подалась вперёд. Воздух загустел от напряжения.

Пацан осторожно коснулся языком капли второго имперского. Рухнул на пол, словно подкошенный, ударился головой – вышло достаточно глухо.

Я уже потянулся к источнику, и энергия потекла по каналам. Я готов! Вот только много их, но, если что…

– Стоять! – пацан вскинул дрожащую руку. – Сукой буду, если это не самая мощная вещь, что я пробовал! Мать моя, выноси меня обратно… Вот это приход! Ух! – он часто заморгал. – Вы чего все такие медленные, а?

– Мыкола?.. – Лохматый привстал, и я едва сдержал ухмылку. Лысый, как коленка, а кличку дали

– Ща… – пацан приподнялся на локтях, его глаза лихорадочно блестели. – Ох, млять… Как забирает! Я уже знаю, что буду делать через месяц, через год… И даже кем стану в следующей жизни!

По комнате прокатился гогот. Бандиты заскалились, потирая руки. В их глазах читалось одно: убрать меня и забрать товар. И Зубаровым угодят, и карманы набьют. Верзила у двери даже незаметно передвинулся, перекрывая выход.

«Твою мать! – выругался я про себя. – Знал бы, что эти Зубаровы такое выкинут – взял бы людей». А теперь что? Смирнов трясётся, как осиновый лист, толку от него никакого. Разве что использовать в качестве живого щита…

Лохматый уставился на меня немигающим взглядом, словно удав на кролика. Его пальцы выстукивали по столу какой-то рваный ритм. То ли нервничает, то ли сигналы своим подаваёт. Делает вид, что размышляет, хотя по роже всё давно ясно.

В воздухе повисло осязаемое напряжение. Мыкола всё ещё валялся на полу, бормоча что-то про «божественный эликсир». Бандиты переглядывались, ожидая команды своего босса. А я прикидывал варианты, как и деньги получить, и живым выйти из ситуации.

– Дам… – наконец, процедил лысый, растягивая слова. – Триста.

– Лохматый, а ты не попутал? – вдруг вырвалось у Смирнова с такой уверенностью, что я сам опешил.

– Чего? – тот подался вперёд, его голос упал до угрожающего рыка. – За базаром следи, а то я тебя тут прикончу! А дочку твою подстилкой сделаю. Если бы не она…

Лохматый облизнулся, как сытый кот. А-а-а! Вот кто у нас кредитор? Занятно.

– Послушайте, – вклинился я в повисшее напряжение. – Игорь Николаевич – теперь мой человек, как и его дочка. Выбирайте слова тщательнее, иначе придётся иметь дело с родом Магинских.

Кажется, стало только хуже. Теперь все взгляды окружающих впились в меня. Краем глаза я заметил, как чья-то рука потянулась к ножу.

– Ладно! – Лохматый хлопнул ладонью по столу. – Триста пятьдесят, и это моё последнее слово. Зубаровы… – он поморщился. – Мне придётся продавать всё в другом месте. А это расходы и напряжение.

– Согласен, – кивнул я. – Хотел ещё кое-что спросить. Подобный товар вам интересен или поискать другого покупателя для следующей партии?

– У тебя есть ещё? – поинтересовался лысый. – Когда?

– Скоро. И будет постоянно, – растянул я губы в улыбке.

Выдохнул, оценивая обстановку. Трое с ножами за спиной, ещё несколько человек по кругу. Всего двенадцать рож, и ни одной дружелюбной. Были бы иглы – может, справился бы. А так шансы… Иногда понимание противника важнее грубой силы. И Лохматый, при всей его тупости, своё дело знает. Качественный товар ему нужен. Вон Мыкола всё ещё валяется и говорит о том, что нужно брать.

– Возьму, – лысый качнул головой. – Почти всё. Интересует только эталонка. На неё покупателей проще найти за пределами города и губернии. Если бы не Зубаровы, и вышку бы брал. А так риск того не стоит.

– Договорились. Скоро будет ещё, – я расправил плечи. – И, надеюсь, вы решите свои проблемы. А то цена меня очень смущает. Для первого раза ещё куда ни шло, но вот постоянно делать вам скидки я не намерен!

– Ты сначала товар привези, а потом поговорим, – оскалился лысый, демонстрируя гнилые зубы.

Я покосился на Смирнова. Чёрт его за язык дёрнул! Я и на триста тысяч был согласен. Его слова могли закончиться бойней, в которой мы потеряли бы алхимика. А папаша ещё должен отрабатывать с дочуркой на пару.

Игорь Николаевич не сводил напряжённого взгляда с Лохматого. Слова про Ольгу его задели за живое. Вот только рискнул бы босс рыпнуться на род? Один вряд ли, но с поддержкой Зубаровых, Требуховых и остальных…

Врагов хватает, а вот деловых партнёров нет. Нужно выбирать, с кем дружить, с кем воевать. И этот лысый может оказаться полезным.

Лохматый скрылся в подсобке и вернулся с мешком, заляпанным бурыми пятнами. Швырнул его к ногам Смирнова, растянув губы в недоброй улыбке:

– Пересчитай!

Отец Ольги поднял мешок трясущимися руками. Внутри – пачки денег, перевязанные грязной ниткой. Он быстро пробежался по ним, бормоча что-то под нос.

– Господин, тут всё, – наконец выдохнул Смирнов.

– Благодарю за сотрудничество, – кивнул я боссу. – Скоро увидимся.

– Очень жду! – в голосе Лохматого прозвучала неприкрытая жадность.

И вот мы вышли на улицу. Магический источник пульсировал, энергия готова была вырваться в любой момент. Остановились недалеко от двери – если что, тут удобнее всего принять бой, по одному уродов и положу. Но никто не высовывался. Три минуты. Пять… Молодец Лохматый, правильное решение.

Я кивнул, немного расслабляясь.

– Игорь Николаевич, какая вас муха укусила? – повернулся к алхимику.

– Он… – мужик сжал кулаки. – Если бы не деньги и обязательства, я бы никогда… – его передёрнуло. – Знаете, что этот ублюдок с девочками делает? Тварь, урод!

– Тише, – прижал я палец к губам. – Пока он нам полезен. Особенно в условиях, что создали Зубаровы. Как только всё решится, найдём легальные рынки.

– Павел Александрович, – Смирнов опустил глаза. – Я не защищаю дочь, она украла у вас, подвела. Но вы его видели? Ни одна девушка бы не захотела такого… Это я во всём виноват. Оля… Она…

– Проехали, – оборвал его излияния.

Смирнов только крепче стиснул мешок с деньгами, глядя в землю.

– Эй! – крикнули сзади.

Я развернулся. В меня уже летело что-то размером с арбуз. Выставил руки, выпуская энергию. Мужик, швырнувший «подарок», растворился в переулке. Я поймал брошенное. Что за…

– Стоять! – заорали рядом. – Не двигаться!

– Беги! – крикнул я Смирнову. – В лавку и в особняк!

Воздух разорвали выстрелы. Я отбросил пойманное и вжался в стену. Стреляют прицельно.

Игорь Николаевич рванул с места. Кто бы подумал, что в нём столько прыти.

– Выходи, тварь! – раздалось совсем близко.

– Лейтенант, мы его поймали! – заорали во всё горло.

Я опустил глаза на то, что секунду назад держал в руках. По коже пробежал холодок. Сука… Это же человеческая голова!