Текст книги ""Фантастика 2026-4". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)"

Автор книги: Артемий Скабер

Девушка открыла рот, и слёзы полились ручьём. Я хмыкнул и пошёл дальше устраивать обход. За другой занавеской нашёл Воронова.

– Гос-по-дин, – произнёс он с набитым ртом.

Бывший аристократ ел, точнее будет сказать – жрал. Он просто запихивал в себя пищу, не жуя. Суп, хлеб, какое-то месиво из тарелки – всё исчезало в его пасти. Врач смотрел на толстяка и мотал головой – явное недоумение на лице.

– Наконец-то нормальная кормёжка, – произнёс Воронов, проглотив очередной кусок.

– Рад, что тебе нравится, – кивнул, не скрывая сарказм.

Даже такая трагедия не уменьшила его аппетит. Наоборот, кажется, только разожгла. Хотя, может, это собственный способ справляться со стрессом.

Остальные выжившие командиры были без сознания. Сердце защемило. Они прошли со мной через многое: тренировки, бои, выполняли мои безумные приказы. И вот лежат изломанные, обожжённые, с перебинтованными головами и конечностями. Некоторые с ампутированными руками или ногами. Кто-то стонал от боли, кто-то просто смотрел в пустоту остекленевшими глазами.

Хрустнул шеей. Вся проблема в том, что это не война. Они пострадали не от рук врага, а от…

Постепенно кровь перестала идти, и я вышел из медчасти. Была уже ночь. Тёмная, с редкими звёздами. Луна скрылась за облаками, словно не хотела видеть весь этот ужас. В воздухе висел запах гари, пороха и крови.

Вдалеке гремела канонада. Наши сражались с турками. Много людей выпустили в бой. Враги воспользовались хаосом и неразберихой, выбрали идеальный момент для атаки.

Я стоял, опираясь на стену, и наблюдал за пожарами. Лагерь, ещё недавно чёткий и организованный, превратился в хаотичное скопище людей, лошадей и повозок. Все куда-то спешили, тащили ящики с патронами и снарядами, выносили раненых.

Скоро и я подключусь к битве, но на этот раз не буду скрываться и сдерживаться. Тем более в бою проверю свой жилет. А сейчас мне нужно встретиться с генералом.

Шёл по лагерю. Ноги всё ещё дрожали от слабости, но держали вес. Зелья работали, медленно заживляя внутренние повреждения. Заметил, как солдаты шептались, показывая в мою сторону.

К заслугам теперь добавилось то, что за спиной меня начали называть «удачливым капитаном». Мало того, что сам выжил после нападения, так ещё и большую часть отряда спрятал, словно знал.

Услышал обрывок разговора:

– Ты слышал? Магинский как чувствовал, всех в лабораторию отправил зелья делать.

– Угу, а сам остался. В завалах нашли еле живого.

– Везучий, сукин сын. Второй раз на него покушаются, и снова жив.

Везучий? Пятьдесят моих ребят погибли. Какое, к чертям, везение? Сжал кулаки так сильно, что ногти вонзились в ладони.

От казармы до штаба генерала – путь неблизкий, особенно когда еле переставляешь ноги. По дороге встретил несколько патрулей. Солдаты тоже шептались:

– Смотри, вон он, «удачливый капитан».

– Говорят, у него какая-то магия особая. Вроде всё знает заранее.

– Да брось, обычная удача. Такая, о которой только мечтать можно.

Идиоты! Если бы я действительно знал, что готовится нападение, то всех бы спрятал. И казарму бы укрепил, и артиллерию прикрыл. Но я не знал, не предвидел.

Эта мысль жгла меня изнутри. Я никак не ожидал, что будут действовать так топорно и в лоб. Ну ничего, скоро моя очередь настанет сеять хаос и разрушения. Никто не уйдёт от ответа.

Добрался до шатра генерала. Конечно же, впускать меня не захотели.

– Передайте, что пришёл Магинский. Это срочно, по теме, которую мы обсуждали с Его Светлостью, – сказал я охране.

Меня несколько раз пытались отправить в медчасть. Охранники у шатра были настроены решительно: никого не пускать. Потом начали говорить о том, что генерал занят, что идут важные совещания, что он отдыхает. Но я стоял на своём. Ноги дрожали, а я не двигался с места.

– Передайте сообщение, – повторил в десятый раз, – или пропустите меня. Иначе я найду способ пройти.

Кто-то всё-таки сдался и передал мои слова. Через несколько минут полог шатра откинулся, и адъютант жестом пригласил меня войти.

– Генерал примет вас, – сказал он. – Но только на пять минут.

Поковылял вниз, в землянку под шатром. Постучал и вошёл к Ростовскому.

– Магинский? – посмотрел он на меня с явным удивлением. – Живучий же ты.

Генерал сидел за своим столом, заваленным бумагами и картами. Выглядел усталым, измотанным. Под глазами – тёмные круги, в бороде – новые седые пряди. События этой ночи явно не прошли для него бесследно.

– Разрешите личный разговор? – спросил я.

Генерал кивнул, снова достал глушилки и активировал их. Воздух в комнате загустел.

– Дипломат от турок предложил мир, – уселся за стол князь, потирая виски. – И я отказал. После этого… Ну, ты сам видел.

– Разграничение по линии соприкосновения? – уточнил, хотя уже знал ответ.

– Именно! – в его голосе прозвучало раздражение. – Я не для этого тут столько лет сижу, чтобы вернуться к тому, с чего начал.

– Земля… – кивнул я. – Манапыль.

Глаза генерала округлились. Он даже встал, опрокинув чернильницу. Чёрная жидкость разлилась по бумагам, но мужик не обратил внимания.

– Откуда? – спросил он. В его голосе слышался не страх, а, скорее, уважение, смешанное с недоверием.

– В стране напряжёнка с кристаллами, все жилы под Его Величеством, – пожал плечами, морщась от боли. – А здесь просто океан этой манапыли. Пока они тут годами держали песчаных змей, очень удобрили место. Да и дальше, я уверен, так же.

– Молодой человек, ваш ум просто поражает, – хмыкнул князь, не скрывая восхищения. – Рад, что вы на нашей стороне. Об этом никто не знает – мои истинные мотивы войны. Сначала меня сюда просто отправили, – он сделал паузу, – сослали, если быть точным. Я долго изучал местность и врага. А вы тут без году неделя и уже?..

– Топоров! – перебил его, не желая слушать ненужные откровения. – Я готов! Мои условия вас устраивают?

– С чего такие изменения? – улыбнулся мужик, скрестив руки на груди.

Я ничего не ответил

– Да, готов у вас купить зелья за пятьдесят миллионов, – кивнул князь после паузы.

– Тогда выделите мне человек триста для того, чтобы их создать, – продолжил я. – Мои пострадали, когда мы занимались этим вопросом.

– Вы были уверены, что я соглашусь? – поднял бровь Ростовский, изучая взглядом.

– Ничего сложного, мой алхимик всё покажет, – проигнорировал я вопрос. – За день сделаем. Потом можно пойти всем, что у нас есть, на турок. Прижать собак так, чтобы они отгрызли свои территории нам.

Генерал опустил голову на подголовник и чуть её задрал. Судя по всему, о чём-то напряжённо думал. Его пальцы отбивали ритм по столешнице.

– Хорошо, – кивнул он наконец. – Будут вам люди.

– Когда начнётся генеральное сражение, я пойду в бой, – добавил. – Со мной человек тридцать, остальные будут ждать моей команды.

Я рисковал сейчас, ставя условия. Но, пока в положении силы, буду использовать его на максимум. Генералу нужны мои зелья, ему нужно убрать Топорова. И он знает, что я могу в этом помочь.

– Что? – удивился Ростовский.

– Я разминирую поля, нейтрализую степных ползунов. Подберусь к артиллерии и там устрою заварушку. С этим всем наши проще пройдут.

– Настолько уверен в себе? – сузил глаза князь.

– Вы ничем не рискуете. Если получится – хорошо. Нет? Полягу там, – улыбнулся я, зная, что моя улыбка сейчас выглядит как оскал.

– Но сначала Топоров, – поднял руку собеседник.

– Само собой, – кивнул в ответ. – И отпустите уже Сосулькина. В этот раз на нас напали турецкие тени. Человек тридцать.

– Что? – глаза генерала округлились. – Ты видел?

– Да, – соврал я, даже не моргнув. – Уверен, что в прошлый раз именно они зачистили всех отступающих. Как понимаю, всех офицеров, которых мы схватили… Они мертвы?

Генерал ничего не ответил и только посмотрел на меня тяжёлым взглядом. Этого было достаточно. Все пленные уничтожены, тени не оставляют свидетелей.

– Зелья против ползунов я сделаю, как и обещал. Но дал бы его не офицерам, а магам, – продолжил я, входя во вкус. – Пользы больше будет. Да и командирам взводов, и руководителям тоже.

Вёл себя так, словно я советник этой войны. Будто не капитан разговаривает с генералом, а равный с равным.

– А вы не забываетесь, Магинский? – хмыкнул Ростовский.

– Решать вам, – пожал плечами. – Но ведь знаете, что я прав. Могу идти? Мне ещё много нужно сделать.

– Свободен! – махнул рукой князь. А когда я уже был у двери, окликнул: – Стой! Почему ты передумал насчёт Топорова?

Я обернулся. В глазах генерала читалось искреннее любопытство.

– Он… Ублюдок Топоров, – сделал паузу, чувствуя, как закипает внутри ярость. – Эта тварь была рядом с моей казармой и лично её подорвала. А потом началось наступление турецких магов. Теперь это личное. Завтра днём в 12 часов будьте готовы «гасить» его, когда он активизируется. Позовите полковника к себе и предупредите остальных.

Глава 16

Я вышел из палатки генерала. В голове плескалась только холодная расчётливая месть, многое придётся оставить на потом.

Идти мне особо некуда, нет больше нашей казармы и лаборатории. Перед глазами всё ещё стояли обугленные тела моих ребят. Сорок восемь человек… Сорок восемь, сука, здоровенных мужиков, каждый из которых стоил десятка турецких солдат. И теперь их нет, просто нет. Превратились в куски мяса с запахом горелой плоти.

По телу прошла дрожь, она не от холода. Гнев, ярость, жажда мести – всё это кипело внутри меня, грозя выплеснуться наружу. Я вцепился в ворот кителя, с трудом удерживаясь от того, чтобы прямо сейчас не сорваться и не побежать отрезать плоть с Топорова. Кости всё ещё болели после перелома, источник не восстановился до конца, да и тварь он сильная. Нужно дождаться завтра и действовать по плану. Разберёмся со светлячком при поддержке орлов генерала, а уж потом повеселимся с турками.

Решил вернуться в медчасть. Ноги сами понесли меня в ту сторону, куда недавно оттащили моих солдат. Под злые и весьма возмущённые взгляды докторов я вернулся. Одна из медсестёр что-то пробормотала, мол, «ему же запретили вставать», но не решилась мне перечить.

В палатке сильно пахло йодом и чем-то ещё – сладковатым, металлическим. Кровь… Я видел её на простынях, на бинтах, на руках врачей, которые сновали между койками. Стоны и крики наполняли воздух, смешиваясь с командами медиков.

Нашёл свою койку и рухнул туда. Тело отозвалось болью: внутренние повреждения ещё не зажили до конца, несмотря на все выпитые зелья.

– Вам, как я понимаю, не нужна помощь? – спросил у меня мужчина в халате, затянутом ремнями на поясе, и с перекинутым через плечо стетоскопом.

– Нет, – мотнул головой.

Он постоял рядом секунду, явно решая, стоит ли спорить. Может, хотел что-то сказать о том, как я выгляжу, но передумал, только махнул рукой и отошёл. У него хватало других пациентов, которые действительно нуждались в помощи.

Когда меня оставили в покое, я достал зелья. Пора найти Смирнова. Многие уже спали в момент моего обхода больных. Прошёлся вдоль рядов, всматриваясь в искалеченные лица одно за другим. Кто-то без сознания, кто-то стонал, кто-то смотрел пустыми глазами в потолок.

Каждому из моих солдат я оставил по лечилке. Одну положил под подушку, другую – в руку. Это лучшее, что им здесь дадут. Врачи пытались мне помешать, но я не слушал их. Мои ребята, мои правила. Если нельзя отменить удар судьбы, то хотя бы облегчу их страдания.

Наконец отец Ольги был найден. Мужик лежал с перевязанным лицом. Я сел рядом с ним, чуть отодвинул бинты. Не так страшно, как казалось на первый взгляд. Ожоги, порезы, синяки… Но нет ничего, с чем не справились бы мои зелья.

Вылил ему одну лечилку в глотку, а другую – на бинты. Потребовалась пара минут, чтобы он пришёл в себя.

– Павел Александрович? – уставился на меня мужик, морщась от боли.

– Рад, что вы в порядке, – кивнул в ответ.

Глаза Смирнова забегали по помещению. Он пытался сесть, и я положил руку ему на плечо, удерживая.

– Простите меня, но всё, над чем мы работали… – мужик поднялся на локтях, несмотря на мои предостережения. – Уничтожено.

– Ничего страшного, – хмыкнул. – Сделаем ещё.

Мы замолчали. Рядом кто-то стонал, в другом конце палатки кричал раненый. Медбрат пробежал мимо нас с охапкой окровавленных бинтов.

– Много? – спросил меня Смирнов после долгой паузы. В его глазах отразились понимание и сочувствие.

– Сорок восемь человек. Остальные ранены.

Он резко выдохнул, словно получил удар в живот.

– Мне жаль… – уселся алхимик, глядя прямо перед собой. – Это были ваши люди.

Я лишь кивнул. Не хотел сейчас об этом говорить, и так внутри бушует пожар. Молодое тело требует вскочить и бежать спускать с Топорова кожу прямо сейчас. Только опыт и холодный рассудок кое-как удерживали порыв.

Мне не раз приходилось терять людей: в прошлой жизни, в этой. Перманентно. Но каждый чёртов раз было больно, только я не мог себе позволить показать эту боль.

– Какой у вас план? – уточнил отец Ольги, прервав мои мрачные мысли.

– Всё тот же. Вы мне нужны.

Его очки съехали на кончик носа, и он поправил их дрожащим пальцем. Глаза алхимика сверкнули решимостью сквозь стёкла.

– Я готов! – вскочил с кровати Смирнов, словно ночных травм и не бывало.

Он покачнулся, но устоял. Его решимость была почти осязаемой. Такие люди, как Игорь Николаевич, редкость. Настоящий фанатик своего дела, готовый на всё ради науки и меня. Это более чем устраивало.

Тем временем в медчасть зашёл майор – стройный мужчина с прямой спиной и безучастным взглядом, машина для выполнения приказов. Я встал и привлёк его внимание.

– Капитан Магинский, – поприветствовал он меня резким кивком. – Помещение и люди готовы по указу генерала. Мы можем приступить прямо сейчас.

Вот это оперативность! Видать, князю не терпится получить обещанные зелья, хотя, скорее, решить вопрос с полковником. Быстро он распорядился, особенно если учесть, что сейчас ночь. Я бросил взгляд на отца Ольги, и Смирнов тут же оказался рядом.

– Ведите, – сказал майору.

* * *

Через час мы уже занимались зельем. Новое помещение, выделенное генералом, оказалось просторным складом, быстро переоборудованным под лабораторию. Длинные столы, свежеотёсанные доски, разноцветные бутылки, привезённые откуда-то из недр империи. Со всех сторон – армейская точность и порядок.

Триста солдат, присланных генералом, выстроились в идеальные шеренги. Многие из них выглядели ошарашенными – возможно, впервые оказались в такой необычной ситуации. Некоторые косились на меня с явным недоверием, будто спрашивая: «Что за капитан тут раздаёт указания, когда недавно чуть сам не погиб?»

Я делал вид, будто таскаю ингредиенты на телеге из разрушенной лаборатории. А Смирнов раздавал указания солдатам, что делать, как и в каких пропорциях. Мужики шустро выполняли приказы, расставляли склянки, смешивали, разбавляли, закупоривали.

По моей просьбе сам принцип смешивания он не поведал присутствующим, этим вопросом отец Ольги занимался лично. Не хватало ещё, чтобы кто-то украл наши секреты. Мои зелья – мои доходы. А учитывая запланированные миллионы, которые генерал обещал выплатить, конкуренция мне не нужна.

Наблюдая за работой, я с удовлетворением отмечал, как ловко Смирнов управляется. Пришлось разыграть сценку, якобы возвращаюсь с очередной телегой ингредиентов из разрушенной лаборатории.По факту я подъезжал к остаткам здания и делал вид, что достаю из-под обломков ящики с зельями. А сам просто перемещал их из пространственного кольца. Везде стояла усиленная охрана, приходилось быть осторожным, чтобы никто не заметил моих манипуляций с кольцом.

Каждая такая поездка оказалась для меня испытанием. Физические упражнения укрепили кости в руке и ноге, которые я сломал во время взрыва. Всё время пил зелья: восстановление магии, выносливости и лечилку. Источник постепенно приходил в себя после битвы с Рязановым, но полного восстановления ещё не было. Пока тащил очередной ящик, заметил, как солдаты смотрят на меня с нескрываемым уважением.

Потребовалось полночи, чтобы всё организовать и запустить процессы. В какой-то момент я отошёл. Когда закончил, то уселся рядом со зданием, которое нам выделили для работы. Смирнов и солдаты всё ещё трудились внутри. Судя по звукам, работа шла полным ходом. Пора заняться монстрами. Мои степные ползуны и песчаные змеи совсем не развиваются. У меня в пространственном кольце после нашего выхода на поле боя собралось много мёртвых тел змеек. Самое время собирать с них урожай.

Первым делом я начал вытаскивать из тварей манапыль. Она скапливалась по всей длине их тела.

Взял одну змею, сделал надрез вдоль чешуйчатого брюха. Под шкурой обнаружил нечто, напоминающее светящуюся слизь. Сначала попробовал вычерпывать её, но это оказалось неэффективно. Тогда просто стал выдавливать, как зубную пасту. Жидкость текла медленно, густая и вязкая, собираясь в подготовленные ёмкости.

Так я обработал почти десять штук и охренел. Посмотрел на количество манапыли и присвистнул. Да тут целый килограмм с десятка! Серебристо-голубая масса пульсировала в контейнере, словно была живой.

«Сколько же там, в земле?» – посмотрел на поле битвы, которое было чуть видно из нашего лагеря. Теперь я понимал жадный взгляд генерала. Ничего удивительного, что Ростовский хочет эти земли себе. Ресурсы… Они решают, кто будет сильным и что сможет сделать. К кристаллам ему путь закрыт, а тут такое.

Расположил своё сокровище так, чтобы до него никто не смог добраться в пространственном кольце. А то Ам, Лахтина могут себе позволить похозяйничать.

Взял то, что осталось от выдавленных «колбас», и кинул в загон к ползунам и змеям, которых держал в пространственном кольце. Вот только они не стали это жрать. Крутились вокруг, обнюхивали, но не трогали. Схватили и использовали для… Наблюдал за монстрами. Твари растягивали шкурки, утрамбовывали их, делали что-то вроде… Гнезда? Похоже, что да.

Ладно… А что если дать им непотрошённую колбасу? Бросил в загон целую мёртвую змею, и степные ползуны тут же набросились на угощение. Твари рвали плоть, жадно глотали внутренности, сочившиеся зеленоватым светом. А потом начали кушать и змеи – набросились на своего собрата с такой жадностью, будто неделю голодали.

Хм… Значит, диету им можно изменить с людей на себе подобных. Вот только как замкнуть цикл, чтобы и еды хватало, и поголовье росло? Нужно собрать достаточно особей, чтобы они размножались быстрее, чем поедают друг друга. Или давать им только тела мёртвых сородичей…

Отвлёкся и улыбнулся. Вот чем я только не занимаюсь в этой жизни… От короны до разведения монстров – какой размах. В прошлой реальности даже бы не подумал о том, что буду сидеть ночью и кормить пауков, змей и ползунов.

Теперь следующий момент, что нужно проверить. Выпустил энергию из источника. Магия подчинения монстров направлена на тварей в загоне. Попытался мысленно приказать им подчиниться, признать власть. Монстры жались, дёргались, один даже погиб от напряжения, его голова просто взорвалась от внутреннего давления. Но подчинить их не вышло. Ведь тот выводок, от которого я забрал эти экземпляры, мёртв. Почему на них до сих пор не действует моя сила? Или коллективный разум как-то по-другому работает? Может, нужен какой-то ключ, особый приказ, который я не знаю?

Хмыкнул, подумав: «Дяди Стёпы не хватает». Он знал бы больше об этих тварях, возможно, смог бы подсказать. В итоге я остановил свои попытки подчинить, попробую снова позже.

У меня было ещё около ста штук мёртвых песчаных змей. Скормил пока десять, чтобы понаблюдать за результатом. Так, с этим закончил. Если честно, то не планировал сейчас таким заниматься.

Я время от времени смотрел за Лахтиной, она до сих пор была без сознания. Тело девушки покоилось на кровати в глубине моего пространственного кольца. Лицо выглядело умиротворённым, но по-прежнему бледным.

Очень бы хотелось, чтобы она пришла в себя до генерального сражения. Я планировал использовать Лахтину в предстоящем бою. С её ядом, с её силой, с её яростью… Такой союзник мне бы не помешал. Да и информация о рухах была бы кстати.

Я провёл рукой по волосам Лахтины, отводя непослушную прядь с лица. Странное чувство… Королева скорпикозов, гордая и величественная, теперь лежала беспомощно, полностью в моей власти. Она называла себя Величайшей Скорбью Глупцов, Хвостом Заката, Несущей Тысячу Ужасов, а сейчас выглядела как обычная девушка, хрупкая и уязвимая.

Поднял голову и посмотрел на небо. Звёзды мерцали холодным светом. Пора бы проверить ещё кое-что… Достал свою новую иголочку, покрутил в пальцах. Заларак – моё главное оружие против светлячков.

Сосредоточился на связи с ним. Источник пульсировал, откликаясь на внимание, а вот артефакт… Даже не знаю. Не светится, не летает, ничего такого, как у прошлого, нет. Бросил иголку и поймал её – баланс хороший. Закрыл глаза, подумав: «Ну давай, лети». Мысленный приказ, и никакого отклика.

Нахмурился. Точно помню, что связь установилась. Чувствую, он активирован, но почему-то не могу им управлять. Что-то здесь не так. Откинулся на деревянную стену здания и вздохнул.

– Ну и что тебе теперь нужно? – спросил я вслух, глядя на артефакт в своей ладони.

«Еда!» – ответили мне в сознании.

Чуть не упал от неожиданности. Не понял? Кто это только что сказал? Голос незнакомый, глубокий, с металлическим оттенком, словно эхо в пустом колодце.

«Мне нужна энергия!» – повторили настойчивее.

– Твою дивизию… – выдохнул я, глядя на иглу с неверием. – Когда я просил со мной поговорить, это было… просто шуткой.

Сука! Мало говорящих монстров, теперь ещё и артефакт? Может, у меня какое-то скрытое умение наделять разумом всё, к чему прикасаюсь? Поморщился: «Заларак, который хочет есть… Скоро даже мой меч начнёт требовать обед и ужин».

Я повернулся из стороны в сторону в ожидании, что это шутка и сейчас выскочит Смирнов со словами: «Та-дам!» Но никого не было. В голове всё ещё звучал этот странный голос, требующий пищи. Везёт же мне.

Опустил взгляд и посмотрел на иголку. Плевать! Чего в этом мире только нет! Уже не так сильно удивляюсь. Если мой артефакт хочет жрать, значит, будем кормить. Хрен с ним, лишь бы работал.

Начались опыты по насыщению заларака. Для начала предложил ему части монстров – куски плоти, органы, кровь, но они не подходят. Всё-таки заларак оказался не слишком «болтлив». Просто «нет» и всё, как капризный ребёнок за обеденным столом. Вот же гурман чёртов!

Следующими по списку стали несколько особей степных ползунов и живых песчаных змей. Расположил их в пространственном кольце, по одному предлагал залараку. Эксперименты проводил внутри, чтобы никто снаружи не увидел света или странных эффектов.

Монстры ему пришлись по вкусу. Стоило только попасть к артефакту, как он высушивал их досуха, оставляя только шкуру. Это меня очень опечалило, но был и плюс. Я нашёл способ, как получить кожу ползунов. Ведь от соприкосновения с залараком только она и оставалась. Убрал шкурки к остальным. Теперь нужны только твари, и у меня будут запасы на броню.

Змейки оказались повкуснее. Судя по тому, что от них ничего не осталось после встречи с моим артефактом, они содержали больше питательной силы. Заларак буквально испарял их, не оставляя даже шкуры.

На этом я остановился. Хочу увеличить поголовье, и у меня не так много захваченных экземпляров. Если продолжу кормить заларак, то останусь без резерва. А если учесть, что они кушают друг друга, пришлось бы начинать с нуля.

Обвёл взглядом своё пространство: «На чём же ещё попробовать? Некромант! Почему бы и нет? С его регенерацией всё будет в порядке».

Он сидел в клетке в глубине моего пространственного кольца, истощённый, но живой. Подошёл к нему, глядя в ненавидящие глаза. Воткнул иголку в один из пальцев некроманта. Как же он заорал! Бился в истерике и ругался.

«Тьфу! Гадость!» – заявил артефакт с явным отвращением.

«А ты, случаем, не охренел? – очень искренне спросил я мысленно. – Будешь есть то, что дают, иначе начну тобой носки штопать».

Некромант прижал к груди руку. На его пальце зияла рана, которая не затягивалась, как обычно. Интересно… Палец тоже не регенерировал, и там теперь было постоянное повреждение, которое не зарастало. Неплохо, очень неплохо. Несмотря на наклонности иголочки, она может оказаться полезной.

Магия заларака подавляет способности тварей к восстановлению? В сочетании с ядом это могло быть смертельно для любого существа, даже для руха. Осталось только выяснить, как им управлять, и артефакт станет идеальным оружием.

Последнее, что я дал попробовать залараку, – манапыль. И вот тут он наконец-то начал светиться, но сожрал почти полкило. Сука прожорливая, надеюсь, ты стоишь ресурсов, вложенных в тебя.

Серебристая субстанция исчезала, всасываясь в иглу, которая постепенно наливалась мягким голубоватым светом. Вытащил артефакт в реальность. Иголка была чёрной, как ночь, её даже не видно почти, но я чувствовал присутствие. В руке она казалась теплее, тяжелее, живее. Ладно, завтра попробуешь на вкус одно существо.

Откинулся на стенку довольный. Несмотря на потери, всё остальное более-менее в порядке. Зелья попадут в армию, моя фамилия и так всем известна, а станет спасительной.

Была мысль отдать бесплатно, но… зачем? Генерал хочет меня использовать, поэтому никаких поблажек. Пятьдесят миллионов не будут лишними ко всем остальным бонусам. С такими деньгами я смогу нанять ещё больше людей, купить снаряжение, оружие, кристаллы, укрепить особняк и расширить территорию. Скоро Енисейск станет моим, и траты вырастут.

Уже под утро ко мне вышел Смирнов. Рассвет только начинал пробиваться сквозь облака. Мужик еле стоял на ногах, но держался. Лицо его было бледным, а руки слегка подрагивали от усталости.

– Господин, мы заканчиваем, – кивнул он. – Солдаты оказались на удивление обучаемыми.

– Рад, – поднялся я. – Благодарю вас!

– Для меня честь служить вам, Павел Александрович, – поклонился отец Ольги. – Осталось только доделать противоядие от степных ползунов.

Зашёл вместе с ним в здание. Триста голов продолжали работу с моими зельями. Они двигались как единый организм – слаженно, чётко, без лишней суеты. Я с удовлетворением наблюдал за этой отточенной работой: разливали, смешивали, закупоривали, маркировали.

Уселся на какой-то стул, и начался забор крови. С учётом того, что недавно потерял немало драгоценной жидкости, меня просто вырубило. Сопротивлялся, конечно, но организм взял своё. В глазах потемнело, голова закружилась, и я провалился.

* * *

Открыл глаза, когда уже наступило утро. Солнце светило через грязное окно склада, падая на лицо раздражающими лучами. Голова слегка кружилась, во рту пересохло, а тело словно налилось свинцом.

Я принял зелья и осмотрел помещение. Выпил лечилку, затем влил в рот восстановление магии и напоследок – выносливость. Горькая гадость обожгла горло, но почти сразу по телу разлилась приятная теплота. В голове прояснилось, мышцы наполнились силой.

Солдат вокруг не было, ящиков, зелий – тоже.

– Вы пришли в себя? – открыл глаза Смирнов, сидевший на соседнем стуле. Не заметил его сразу.

– Где? – уточнил, массируя виски.

– Всё забрали, – потёр красные от недосыпа глаза отец Ольги. – Я ещё успел сделать сто литров противоядия против степных ползунов. Всё оформили, как вы просили. На бутыльках – имя Магинского и герб. Заверено моей печатью.

Поднялся и посмотрел на часы: десять утра. Потянулся, чувствуя, как потрескивают суставы. Тело почти восстановилось после всех приключений, но болело неимоверно. Особенно рука и нога, где были переломы. Хоть кости и срослись, но мышцы всё ещё напоминали о травме.

Пора… Время пришло. Топоров ждёт нас в полдень, а у меня ещё куча дел.

– Проверь состояние Костёва и остальных моих командиров, – сказал я отцу Ольги.

– А вы? – поднял брови мужик, придерживая очки пальцем.

– А я пойду подышу свежим воздухом, – улыбнулся, чувствуя, как губы растягиваются в оскале. – И вот что. Передай эти слова моим солдатам. Все, кто хочет, могут приехать в Енисейск, найти Витаса и сказать, что служили со мной. Их примут в род, дадут кров, еду и работу. Могут прибыть с семьёй, мы позаботимся обо всех.

– Павел Александрович? – напрягся Смирнов, уловив что-то в моём тоне.

– Когда начнётся сражение, уезжай, – хмыкнул я. – Передай остальным, что со мной всё в порядке и всё идёт по плану. Я ожидаю от каждого и каждой результатов. И ещё кое-что… Витасу скажи, чтобы начал посылать людей в Енисейск, пусть там закрепляются. Вот мои распоряжения в письменном виде с печатью и подписью.

Протянул бумаги, которые подготовил заранее. Смирнов принял их с таким выражением, будто я передал ему свою последнюю волю.

Подошёл к одному из ящиков и все шкуры, что у меня были от степных ползунов, вытащил из пространственного кольца, где хранил. Сложил их вместе с набросками чертежей, которые сделал ночью.

– Сделай тридцать один жилет, – показал на содержимое ящика. – Используйте кристаллы и манапыль для немагов, а для магов… – улыбнулся, вспоминая свои эксперименты. – Ты же сделал ещё сто литров противоядия?

– Д-д-д-а-а? – как-то неуверенно кивнул отец Ольги, словно опасаясь подвоха.

– Я видел, сколько крови ты взял, – хлопнул его по плечу, чувствуя, как под моей ладонью вздрагивают тонкие косточки. – Используйте для тех, кто будет носить. Витас знает, кому дать. И постарайтесь, чтобы следующие комплекты выглядели более презентабельно. Есть пара мыслей о будущих продажах.

Смирнов что-то записал себе в блокнот, торопливо покрывая страницу своим угловатым почерком. Сверху я дал ему сто тысяч на обратную дорогу – достаточно, чтобы он добрался до Енисейска. Предупредил, что, возможно, придётся быстро отступать. О его разрешении я договорюсь, с документами проблем не возникнет. Поговорю с генералом, чтобы выделил сопровождение.

– Не волнуйтесь, Павел Александрович, – тихо произнёс Смирнов, пряча деньги во внутренний карман. – Я обо всём позабочусь.

На этом наше маленькое собрание Магинских было окончено. Пока разобрались со всем остальным, уже стало одиннадцать часов. Небо затянуло тучами, как будто сама природа предчувствовала скорую бурю.

Я вышел из здания и направился к генеральской палатке. Заларак был у меня между пальцев. Чёрная иголка почти сливалась с кожей, но я чувствовал её – тёплую, живую, жаждущую крови.

* * *

В назначенное время количество офицеров у палатки генерала уменьшилось. Остались, как я понял, только те, кто будут «гасить» солнышко, когда оно вспыхнет. Видел среди них какого-то полковника с магией воды, майора с огнём, ещё пару высших офицеров с непонятными мне артефактами. Все они стояли тихо, перешёптываясь между собой. От них волнами исходило напряжение. Ничего, скоро решим одну проблему.