Текст книги ""Фантастика 2026-4". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)"

Автор книги: Артемий Скабер

Соавторы: Василиса Усова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 175 (всего у книги 344 страниц)

Толпа зашепталась. Я видел, как на лицах людей появляется недоверчивое удивление. Для них, привыкших бояться русских, такой поворот был неожиданным.

Ростовский сделал паузу, дав людям время осмыслить сказанное. Затем продолжил:

– Сегодня сюда прибудут первые триста солдат, они разместятся в лагере неподалёку. Граф Магинский и его супруга организуют всё необходимое. Если возникнут какие-либо проблемы – обращайтесь к ним. Империя гарантирует вашу безопасность и благополучие.

После генерала слово взяла Зейнаб. Я не понимал всего, что она сказала, но смысл улавливал. Турчанка говорила о новых временах, о возможностях и надеждах, о том, что военные будут покупать продукты и товары, помогать с защитой от набегов.

Лица людей постепенно светлели, в глазах появлялось что-то похожее на надежду. Не все верили, конечно, но перспектива иметь постоянных покупателей для своих скудных товаров была слишком заманчивой, чтобы просто отмахнуться.

Когда официальная часть закончилась, Ростовский спустился с помоста и подошёл ко мне.

– Неплохо для начала, – заметил он тихо.

– Когда прибудут войска? – кивнул я.

– Должны быть здесь через час, – ответил генерал, глядя на часы. – Сосулькин организовал всё ещё ночью.

Действительно, не прошло и часа, как раздался гул моторов. Колонна из десяти грузовиков медленно въезжала в деревню. За рулём первой машины я узнал сержанта, который вёз нас ночью.

Жители расступились, образуя живой коридор. Некоторые женщины крепче прижимали к себе детей, старики хмурились, но большинство просто наблюдали с молчаливым любопытством.

Сосулькин подошёл к первому грузовику, отдал какое-то распоряжение, и машины двинулись дальше – к месту, где должен был расположиться лагерь. Только две остановились на площади, из них выгрузились солдаты – около двадцати человек, все при полном обмундировании.

– Это охрана генерала, – пояснил подполковник. – И несколько специалистов, которые помогут с организацией лагеря.

Мы с Зейнаб стояли в стороне, наблюдая за происходящим.

– Ты всё это спланировал? – спросила она тихо, не поворачиваясь.

– Не всё, – честно ответил я. – Но многое.

Турчанка хмыкнула.

– Я начинаю понимать, почему султан хотел тебя убрать, – произнесла она с горькой усмешкой. – Ты… опасен.

– Только для врагов, – заметил, глядя на проезжающие мимо грузовики с солдатами.

К полудню прибыли остальные войска – ещё почти триста человек. Они сразу же приступили к обустройству лагеря: ставили палатки, рыли окопы, устанавливали полевую кухню и медицинский пункт.

Лагерь разбили на возвышенности, как я и предлагал. Отсюда открывался отличный вид на все окрестности: пашни и сады внизу, извилистая речка вдалеке, чахлый лесок на горизонте. В общем, хорошее место для наблюдения и обороны.

– Здесь разместим артиллерию, – показывал мне Сосулькин. – Тут будут казармы, когда построим. А вот тут – склады и хозяйственные постройки.

Я слушал, время от времени кивая. План мы продумали до мелочей.

Как только с размещением было покончено, генерал засобирался в обратный путь.

– Ты отправляешься домой! – заявил он. – Сегодня же подпишу приказ. Уходишь в запас капитаном.

– Благодарю! – кивнул я.

– Будь готов, Магинский. Теперь ты очень ценная добыча для любого, – хмыкнул Ростовский.

– Рад стараться, – улыбнулся.

– Помни, что мы связаны, – добавил он тихо, а потом наклонился. – Скоро с тобой свяжутся люди из ордена.

Сука… Как ты Амбиверу-то сюда приплёл? Ладно, разберусь как-нибудь.

– Доверяешь ей? – спросил мужик, глядя на Зейнаб.

Хороший вопрос. Доверяю ли я турчанке, которую знаю меньше месяца и которая вышла за меня по принуждению?

– Почти, – покачал головой. – Но она понимает своё положение. И знает, что случится, если предаст.

– Береги себя, граф, – неожиданно князь протянул мне ладонь для рукопожатия.

Проводив генерала, я вернулся в дом. Зейнаб ждала в общей комнате. На столе перед ней лежали какие-то бумаги – похоже, списки и расчёты. Она подняла голову, когда я вошёл.

– Уехал? – спросила коротко.

– Да, – кивнул в ответ, снимая мундир.

Турчанка вернулась к своим записям. Я подошёл ближе, глядя через её плечо. Список продуктов, расчёты расходов, план строительства нового дома… Она действительно занялась хозяйством.

– Ты играешь с огнём! – вдруг заявила девушка, резко отложив перо.

Её глаза блестели, в них читался страх, смешанный с вызовом. Я отошёл к окну, глядя на деревню.

– Не я первый начал, – пожал плечами. – Тебя и меня использовали, хотели подставить.

– Я знаю, – кивнула она, и в её голосе прозвучала горечь. – У меня свои счёты…

– У тебя своего не так много осталось, – поправил девушку, повернувшись. – Ты теперь часть моего рода, и на первом месте – мои интересы и род. Хочешь – можешь уйти прямо сейчас… – улыбнулся. – Твоя страна очень тебя ждёт.

Зейнаб поморщилась. Она лучше других понимала, что значит вернуться в Османскую империю.

Турчанка закончила свои дела и встала, поклонилась мне и направилась к выходу. На пороге она остановилась, но не обернулась. Тяжело ей. То, что Зейнаб считала домом, своей страной…

Мысли вернулись к воспоминаниям о допросе Мустафы. Бей, обездвиженный иглами с ядом правды, вынужден был отвечать на мои вопросы. Зейнаб, слушавшая каждое слово, становилась всё бледнее с новым откровением.

Бей действительно неплохо ко мне относился – уважал и считал, что должен за своё спасение, но… Приказы есть приказы. Ему велели везти меня на машине, чтобы турки успели приготовиться. С ним был какой-то артефакт, скопировавший мой облик и передавший его тем, кто из кумаров сделал двойников.

Его задачей тут было настроить народ против меня. Создать напряжённость в деревнях и направить людей на русские войска. В результате, по их плану, турки дохнут, бей не справляется. У меня забирают титул и территории, а мою страну обвиняют в подрыве мира.

И это только часть его обязанностей. Помимо этого, он должен был заменить жителей деревни шпионами, а потом и ассасинами, которые атаковали бы русских, создавая ещё большую напряжённость. А Зейнаб, чтобы показать мою никчёмность как мужа и мужчины, должны были изнасиловать и потом убить. Русский не оправдал доверия султана. Ну, и на десерт: Мустафа должен был забрать её кристалл.

Султан знал о нём и его силе. Я выяснил интересную особенность: камень привязан к девушке. Забрать можно только после её смерти, или она должна всей душой пожелать его передать.

Зейнаб хватило услышанного, чтобы её и так покосившаяся верность стране была полностью растоптана. Турчанку заставили выйти за меня, отца прикончил шехзаде. А теперь её планировали изнасиловать, убить, забрать кристалл…

Мои слова в тот момент сильно повлияли на девушку. Я лишь спросил: «И кто теперь дикие варвары?»

Зейнаб не дура. Её жизнь отныне зависит лишь от меня. Своей родине девушка больше не нужна. Отца списали, а она – расходный материал для политических интриг.

Хорошо, что после этой ситуации гонор и спесь сильно поубавились. Даже предложила разделить с ней ложе ещё раз, чтобы я точно стал её мужем. Молодец девочка – пытается манипулировать, сделать себя полезной.

Вот только мне пока от неё нужны другие действия. Турчанка должна руководить восстановлением и контролировать выполнение моих приказов, а остальное… Посмотрим.

Я ещё раз пролистал бумаги, оставленные Зейнаб. Почерк у неё был красивый, аккуратный. Каждая цифра выведена чётко, каждое слово – на своём месте. В списках не нашёл ни ошибок, ни упущений. Она действительно справлялась со своей задачей.

Направился на улицу. Сосулькин подошёл ко мне. Машина, которая должна увезти меня к ближайшей железнодорожной станции, уже ждала.

– Пора, граф, – улыбнулся подполковник.

– Да, – кивнул я. – Пора возвращаться в домой. Там накопилось много дел.

– Генерал просил передать вам это, – он протянул запечатанный конверт.

Я взял письмо, ощущая тяжесть плотной бумаги. Печать Ростовского была не тронута.

– Что это?

– Официальное освобождение от военной службы, – пояснил Сосулькин. – И несколько наград за успешное выполнение миссии.

– Благодарю! – сказал, убирая конверт во внутренний карман. – Передайте генералу, что я ценю его… поддержку.

Подполковник покинул мои земли. Остались лишь те, кто прибыл вчера. Я огляделся ещё раз, посмотрев на турецкий филиал моего рода.

Ростовский скоро отправится в столицу. Ему нужно будет всю мою задумку представить двору и императору лично. Как и мне, князю придётся непросто. За главного пока на южном фронте останется Сосулькин.

Я посмотрел на машину, которая уже ждала меня.

– Магинский возвращается… – хмыкнул себе под нос.

Глава 7

На моих губах играла довольная улыбка. Теперь, когда ситуация с Ростовским решилась, а войска размещены на позициях, могу позволить себе чувство удовлетворения.

Утренний свет заливал деревню, когда я вышел из дома. Зейнаб стояла у входа – бледная, с напряжённым лицом.

– Ты прямо сейчас уезжаешь? – спросила она, хотя ответ был очевиден.

Я лишь кивнул. Похоже, турчанка переживает. Видел, как она не могла сказать, что ей страшно, не хочет, чтобы я её тут оставлял «одну», но гордость и воспитание не позволили Зейнаб этого произнести.

У меня нет никаких чувств к своей «жене». Да и у неё тоже, кроме осознания, что она теперь не может без меня.

– Не облажайся тут. От этого зависит твоя жизнь, – произнёс тихо.

Девушка чуть вздрогнула. После того, как на её глазах я скормил Мустафу Аму, она стала гораздо сговорчивее и тише.

– Наши воины защитят не только тебя, но и мою землю, – добавил.

– Я всё сделаю, – кивнула турчанка. – Русские солдаты будут обеспечены всем необходимым. А местные жители уже начали понимать выгоду от их присутствия.

– Хорошо, – я поправил мундир. – Следи за поставками. Деньги тебе оставил, распоряжайся разумно.

Зейнаб кивнула. В её глазах читалась смесь страха и… надежды. Отличное сочетание для преданной работы на моё благо.

– Пиши отчёты каждую неделю, – добавил. – Отправляй их с нашими солдатами. Деньги, поставки, состояние деревень – всё должно быть указано.

– Да, мой господин, – прошептала она, опуская голову.

Машина, которая уже ждала меня, завелась. За рулём сидел молодой сержант – крепкий парень с серьёзным лицом. Он выскочил из кабины и отсалютовал:

– Капитан Магинский! Транспорт готов, как приказано!

Я кивнул, бросил ещё один взгляд на дом, на Зейнаб, на деревню. Сел в машину, захлопнул дверцу. Девушка сделала шаг вперёд, словно хотела что-то сказать или спросить, но вдруг передумала. Умная девочка.

– Трогай, – скомандовал я водителю.

Транспорт заурчал, набирая обороты. Пыль поднялась из-под колёс, заставив местных жителей отступить ещё дальше. В зеркале заднего вида я рассмотрел, как Зейнаб стоит у входа в дом, провожая меня взглядом. Рядом с ней уже суетились служанки, что-то спрашивая или докладывая.

Я уезжал. На душе было странно легко и спокойно. За спиной остались мои новые земли – шесть деревень на территории бывшего врага. Получить их не входило в мои планы, как и звание бея, жену-турчанку. Да уж, я точно не такого ожидал, когда отправлялся на эту войну. Но грех жаловаться, не считая некоторых постоянных проблем… Всё вышло более чем хорошо. Внутренний хомяк-генерал был вне себя от радости. Я получил титул графа, территории в Османской империи и соглашение с Русской империей, теперь они обязаны платить мне. Отлично…

Время – вот чего не так много, как хотелось бы. А пока мой маршрут прост: ближайший вокзал и домой. Уже настроил планов, чем займусь в пути.

Машина подпрыгивала на ухабах. Дороги тут были ужасными – ещё одна проблема, которую придётся решать. Ростовский обещал выделить инженеров для прокладки нормального тракта между моими деревнями и границей. Без этого никакой нормальной торговли не выйдет.

По мере удаления от деревни пейзаж становился всё более унылым: выжженная земля, редкие чахлые деревца, заброшенные сараи и хижины. Война прошлась тут железным катком, не оставив ничего живого. Вот именно это место я и должен превратить в цветущий сад с помощью своих монстров.

За окном мелькнули силуэты русских солдат – патруль, выставленный Сосулькиным для охраны подходов к деревне. Они козырнули, когда машина проезжала мимо.

– Господин капитан, – подал голос водитель, – разрешите обратиться?

Я повернулся к нему. Молодой парень – лет двадцати, с яркими голубыми глазами и квадратным подбородком – нервно сжимал руль.

– Говори, – разрешил я.

– Извините за вопрос, но… Это правда, что вы женились на турчанке?

Вот оно что. Слухи расползаются быстро.

– Правда, – кивнул я. – Великая задумка генерала Ростовского.

– И вы ещё теперь… бей? – в его голосе звучало недоумение.

– Да, я граф Российской империи и бей Османской, – усмехнулся в ответ. – Проблемы?

Водитель смутился:

– Никак нет! Просто… Никогда такого не слышал. Как это вообще работает?

– Как всегда в политике. Никто не знает, но все делают вид, будто разбираются, – хмыкнул я.

Парень кивнул, хотя вряд ли действительно понял мой ответ. Мы ехали дальше в молчании.

Вот за спиной остался и наш штаб. Я снова улыбнулся. Часть меня очень хотела вернуться побыстрее домой – чувство, схожее с тоской и тем, что соскучился.

Водитель теперь молчал, хотя по глазам видно: вопросов куча. Я откинулся на спинку сиденья и расслабился. Можно наконец-то подумать о будущем, не отвлекаясь на текущие проблемы. Моя власть на юге укрепляется, как и власть Ростовского. Но если войска уходят на север, значит, турки скоро попробуют нарушить мир.

Нужно готовиться. С одной стороны, укреплять деревни – пусть мои монстры поработают над плодородием почвы. С другой – усилить защиту рода дома. Мало ли что.

Тем временем солнце уже поднялось, когда мы добрались до железнодорожной станции. Жарища неимоверная. Пока ехали, открытые окна хоть как-то спасали. Наконец, прибыли и вместе с водителем вышли из машины.

– Спасибо за доставку, сержант. Можешь возвращаться в расположение, – протянул я руку.

Он выпрямился и отсалютовал:

– Так точно, товарищ капитан! Счастливого пути!

Отправился на вокзал – небольшое здание из красного кирпича, выкрашенное в унылый серый цвет. Потолок высокий, с лепниной, которая тут была очень некстати.

Повсюду военные – в основном раненые и те, кто закончили свою службу. Других действительно перенаправляли на север.

Атмосфера на вокзале была напряжённой. Солдаты курили, играли в карты, спали на скамейках. Некоторые бинты на их ранах были свежими, с кровавыми пятнами. На лицах читалась усталость, но и облегчение: они возвращаются домой живыми. Многим так не повезло.

Я прошёл мимо группы рядовых, и все тут же приосанились, козыряя мне. Капитанские погоны и награды на груди производят впечатление.

– Земляк, выпьем? – предложил кто-то из раненых, вытаскивая флягу из-за пазухи.

– В другой раз, – отказался тот, который был рядом. – У меня воспаление.

Билет мне уже купили, его передал сержант. Глянул на бумагу: плацкарт. Жопошники! Граф, капитан, и в плацкарте, так ещё и у туалета! Сука, самый дешёвый… Армия, что с неё взять? Как там было в моей прошлой жизни? Экономия должна быть экономной. Казённые средства же.

Посмотрел на часы: до отправления оставалось ещё полчаса. Решил подойти к кассе – может, удастся поменять билет. Окошечко было маленьким, с железной решёткой. За ним сидела молодая девушка с усталым лицом и потухшим взглядом.

– Здравствуйте! – улыбнулся я, стараясь выглядеть максимально располагающе.

– У меня обед! – тут же огрызнулась кассирша, даже не подняв голову.

Потом она всё-таки посмотрела на меня, и её взгляд заскользил по наградам на моей груди. Глаза расширились, а в горле что-то булькнуло, когда она сглотнула.

– Ка-пи-та-ан? – растянула девушка, рассматривая погоны.

– Красавица, – улыбнулся ещё шире. – Я хотел бы поменять свой билет.

Просунул его в окошко. Девушка не сводила с меня взгляда, словно загипнотизированная. Война сказывалась на всех по-разному: для кого-то человек в форме был напоминанием о погибших, для кого-то – символом защиты и надежды.

– Мне нужно купе, все четыре места, – протянул ей свой билет. – Вы тут?

– А? – она мотнула головой, словно сбрасывая наваждение. – Да. Простите меня! Просто здесь в основном рядовые да сержанты, редко прапорщики, и ведут себя так, будто каждый генерал, из-за которого война закончилась.

– Понимаю, – кивнул я. – Так что насчёт билета?

Она деловито открыла журнал, взяла карандаш и начала водить по листу бумаги. Перевернула страницу. Зачем-то убрала волосы за ухо и чуть выпятила грудь. Снова прошлась по списку, судя по всему, билетов и мест.

– Есть одно купе, – сказала девушка. – Третий вагон от начала состава. Доплата составит…

Я выложил деньги, не дожидаясь окончания фразы. Сумма для обычного человека немаленькая, но что такое тысяча триста восемьдесят шесть для того, кто купил мать перевёртышей за пятьдесят миллионов?

Девушка быстро оформила новый билет и протянула его мне вместе со сдачей.

– Счастливого пути, господин капитан! – улыбнулась она, и в её улыбке уже не было прежней усталости. – У меня сейчас обед, а у вас есть тридцать минут до отправления.

– Благодарю! – хмыкнул и проигнорировал замаскированное предложение провести время вместе.

Вещей у меня с собой… нет. Не считая того, что в пространственном кольце, а там целое состояние и армия монстров. Забавно, такие моменты приходится уточнять даже в собственных мыслях.

Я тут же последовал на перрон. Поезд уже стоял – огромный железный монстр – чёрный, дымящийся, с красной звездой на локомотиве и флагом страны. Рядом с вагонами суетились проводники, проверяя билеты и помогая пассажирам с багажом.

Военные мне козыряли и вытягивались, многие из них уже приняли на грудь. От этого поведение солдат становилось ещё более шумным и демонстративным. Кто-то пел, кто-то хвастался подвигами, кто-то просто смотрел в никуда пустыми глазами. Но моё появление навело шороху среди парней и мужиков.

– Увижу, что кто-то к бабе полез или к водке – с поезда скину! – рявкнул прапор на солдат, когда я проходил мимо.

– Но… – тут же жалобно зазвучал чей-то голос из толпы.

– Сапогов, пасть закрой! Видишь, кто с нами едет? Капитан… – негромко произнёс мужик, но так, чтобы я услышал. – Сидите тихо, как мыши. Жрите, спите – вот вам и увольнительная. В другом месте глотки свои напоите.

Улыбнулся, глядя на происходящее. Военные думали, что расслабятся, покутят в дороге, а тут я со своими капитанскими погонами. Для них это всё равно что инспекция.

Нашёл свой вагон – почти в начале состава, довольно новый, с чистыми окнами. Проводница – полная женщина с круглым лицом – сверила мой билет и пропустила внутрь. В вагоне пахло углём, металлом и чем-то вроде мастики для пола.

– Ваше купе – третье по коридору, господин капитан, – сказала она с уважением. – Чай будет через час после отправления.

Я кивнул и направился к своим местам. Купе оказалось чистым, с мягкими сиденьями и свежим бельём. Окно выходило на перрон, где всё ещё суетились люди, прощаясь или встречая пассажиров.

Занял место внизу. Закрыл глаза и мысленно вызвал подданных. Одна за другой в купе появились Лахтина, Изольда и Фирата. Первые две сразу же огляделись, оценивая обстановку с настороженностью хищников на новой территории.

Лахтина, бывшая королева скорпикозов, даже в человеческом обличье сохраняла что-то от своей прежней сущности – резкие движения, пристальный взгляд чёрных глаз, настороженность.

Изольда, мать перевёртышей, держалась с царственным достоинством, привычная к человеческому облику.

А вот Фирата, бывшая песчаная змея, выглядела растерянной и слегка испуганной.

– Занимайте места, – зевнул я, ощущая накапливающуюся усталость. – У нас почти пять дней пути, потом пересадка, и ещё… сколько-то. Тут можно сходить в душ, поесть. Всем говорите, что вы мои личные служанки, в случае чего. Вот вещи.

Вынул из пространственного кольца платья, туфли, нижнее бельё и что там им ещё может потребоваться. Каждая получила своё довольствие. Фирата немного тупила, поэтому за неё действовала Изольда. Девушки, не стесняясь меня, тут же начали переодеваться.

– Фирата, – обратилась к ней мать перевёртышей с едва заметной ноткой превосходства, – позвольте помочь вам с одеждой.

Та кивнула, с благодарностью принимая помощь. Её тёмная кожа контрастировала с белым платьем. Пришлось девушке-негру повесить на лицо вуаль, а на руки надеть белые перчатки. У нас не Османская империя, могут не так понять цвет кожи или принять за шпиона.

Лахтина натянула тёмно-синее платье, застегнула все пуговицы и повернулась ко мне:

– Я готова, господин. Какие будут указания?

– Пока никаких, – ответил я. – Просто будьте рядом, если понадобитесь, и не привлекайте внимания. Считайте это маленьким отпуском.

Мои слова подействовали как заклинание. У всех на лицах появились улыбки и предвкушение от маленького путешествия через страну. После приготовлений дамы тут же упорхнули из купе, отправились знакомиться с поездом. Я остался один.

Так, с чем бы неплохо разобраться по дороге? Заларак, моя кожа, последить за загонами монстров, ещё некромант и инвентаризация. Рискованно искать способ в поезде, как вернуть истинное обличье Фирате и Тариму. Оставлю это до дома. Выспаться и наесться – да… Думаю, заслужил.

Гудок паровоза возвестил о том, что поезд отправляется. Колёса медленно покатились, набирая скорость. Я прислонился к стеклу, глядя, как остаётся позади перрон, станция, а затем и весь город. Впереди ждёт долгий путь домой.

За окном мелькала унылая степь, изредка перемежающаяся чахлыми лесополосами. Скоро наступит настоящая игра – уже не на выживание, а на власть.

Дни потянулись. Я задёрнул шторы в купе, создавая себе подобие укромного уголка. Вагон покачивало на стыках рельсов, колёса монотонно стучали, убаюкивая. Первые сутки почти непрерывно спал, позволяя накопившейся усталости медленно отступить.

Мои «дамы» вели себя по-разному. Лахтина большую часть времени проводила, сидя в купе и наблюдая за пейзажем за окном. Изольда изучала пассажиров, чтобы найти угрозу. А Фирата… Негритянка с манерами змеи умудрилась подружиться с проводницей и теперь получала самый горячий чай и самые свежие булочки.

– Как она это делает? – пробормотал я, наблюдая, как девушка возвращается с полным подносом угощений.

– Улыбается и хлопает ресницами, – фыркнула Лахтина. – Примитивно, но эффективно.

– Люди очень странные, – заметила Фирата, ставя поднос на стол. – Реагируют на одни и те же действия совершенно по-разному.

– Ты ещё многого не знаешь о них, – усмехнулась Изольда. – Они сложнее, чем кажутся, и опаснее, чем многие твари.

Мать перевёртышей имела больше всего опыта в общении с людьми. Изольда веками жила среди людей, похищая детей и создавая своих «детишек». По сути, мы чем-то похожи с ней. Я в прошлой жизни танцевал под чью-то дудку и был двойником короля, а она служила монголам. Вот только это не оправдывает её действий.

Попытался ещё раз решить, как с ней поступить, но было лень. Редкое время, когда ничего не нужно делать. Хотелось им насладиться на полную катушку, ведь когда мне ещё представится такая возможность?

Девушки гуляли по поезду, кушали, умывались и спали. Были попытки достать меня разговорами, но после угроз, что верну их в кольцо, – сразу прекратились.

На одной станции у проводницы я выкупил ещё одно купе – через несколько вагонов от моего. Поселил туда Тарима и приказал ему особо не светиться. Пацан и сам не хотел показываться на людях. Привыкший к форме степного ползуна, он чувствовал себя голым и уязвимым в человеческом теле.

Девушки приносили ему еду. И через несколько дней под возмущённые взгляды дам я переселился к бывшему королю степных ползунов. Кто мог подумать, что монстры такие женщины?.. Уже к концу первого дня они начали сплетничать. Решил, что это их способ выпустить пар и расслабиться. Девушки обсуждали солдат, которые ехали в том же поезде: «Все какие-то не такие». А потом они перешли к другим пассажиркам в нашем железном транспорте. У них появилась какая-то своя игра – «Подойдёт ли она в наш род?»

У Тарима же было спокойнее. Я оставил паучков, чтобы следить за монстрами-убийцами, но те вели себя прилично. Была и ещё одна причина оказаться рядом с бывшим королём степных ползунов: хотел узнать о своей трансформированной коже как можно больше. И пареньку очень интересно было делиться со мной знаниями.

– Помимо защиты, наша кожа впитывает энергию, – заявил Тарим, сидя на верхней полке купе. Его тёмная кожа влажно блестела в полумраке. Он до сих пор потел после общения со мной и не смотрел в глаза. – Поэтому, живя с песчаными змеями, мы поглощаем манапыль.

Хм… Интересно. Получается, мне нужна ванна из этой манапыли, чтобы усилить свою защиту и всё остальное? По мере его рассказов я понял, почему начал ощущать яд: из-за слизи степных ползунов. Она чувствительна к этой субстанции, позволяет определять даже мельчайшие дозы.

– Степной ползун может эволюционировать, – заявил негр, глядя на меня своими большими тёмными глазами. Пришлось ему приказать, а то уже достал в никуда смотреть.

Я поднял бровь, ожидая продолжения. Эволюция монстров? Это что-то новенькое.

– Мой отец нашёл очень сильную самку и спарился с ней, – продолжил Тарим, потирая ладони с видимым волнением. – Он стал сильным воином в нашей серой зоне, – парень прокашлялся и добавил: – Среди монстров есть одна особенность, которую все знают. Самки копят силу почти всю свою жизнь, и самец её забирает себе, чтобы защитить потомство, стать санджаком.

Эту тему мы долго обсуждали. Пусть бывший король и не знал многого, но я смог собрать хоть какую-то картинку. В мире тварей тоже есть свои законы. Неразумные они только в самом начале – после вылупления, но Тарим не уверен в том, как все монстры появляются на свет. Точно знает, что в серой зоне. Их выпускают в наш мир через то, что мы считали серой зоной. По мере того, как твари развиваются, поглощают манапыль и кристаллы, обретают не только силу, но и разум.

Дальше первая эволюция. После неё они способны принимать человеческий вид. Чтобы закрепиться на иерархической лестнице, самки ищут сильных самцов. Те сражаются за них, остаются сильнейшие. Они после спаривания снова эволюционируют и возвращаются в серую зону. Там потомство и… На этом знания негра заканчивались.

Но суть я уловил: безмозглых тварей выпускают к нам в мир, чтобы мы не лезли к ним. За счёт магов и всего остального они усиливаются и возвращаются домой уже другими существами.

Так что в той серой зоне в Османской империи были настоящие монстры. Я пытался понять примерный ранг, но пацан не сильно разбирался в этом вопросе. Хотя у меня сложилось впечатление, что он просто боится говорить. Постоянно подбирает слова, словно, если ошибётся, то я его убью.

– Люди считают, что есть двенадцать рангов монстров? – задал я наводящий вопрос. Так получалось разговорить его лучше всего.

– Двенадцать? – Тарим фыркнул, прикрыв рот ладонью. – Это лишь те, кого они видели. Мой отец рассказывал о тварях двадцатого ранга и выше.

– Выше? – переспросил я, чувствуя, как по спине пробегает холодок.

– Конечно, – кивнул негр. – Есть существа, чью силу сложно понять обычному монстру. Их называют древними. Они обычно живут глубоко в серой зоне, заправляют всем и вся.

Я присвистнул. У людей только двенадцать рангов, и они считали, что у тварей тоже. А тут… Охренеть!

Попытался представить тварь двенадцатого ранга, а теперь двадцатого… Этот мир не перестаёт меня удивлять.

Следующая эволюция – после спаривания. Она даёт возможность твари принимать облик любой другой твари. Вспомнился рассказ Лахтины про отца, который стал рухом. Получается, он, собака сутулая, очень силён.

И вишенкой на торте стали слова негра:

– Я думал над вашими способностями, – сказал он, наклонившись ко мне ближе. – Вы похожи на мой вид, способный поглощать силу. Вам нужно спариться с моей сестрой и королевой скорпикозов.

– Понятно… – откашлялся я, чувствуя некоторую неловкость.

– Это должно усилить вас как монстра, и, возможно, вы дойдёте до эволюции, – продолжил он наседать, глаза его возбуждённо блестели.

– Есть одна тонкость, – улыбнулся. – Я человек.

Мысль немного огорошила меня. Спать с королевами видов, чтобы стать сильнее? Вроде как… Не, не мой путь. На мгновение почувствовал, что надо мной снова Совет аристократов, который приказывает, как жить. Хрен на весь макияж! Я сам решаю, что делать, как, где и зачем. И вот такой путь точно не входил в мои планы. Идиотом я тоже не был, чтобы полностью откидывать возможности.

– Человек, не человек, – Тарим пожал плечами. – Ваша аура говорит о другом. В вас есть часть нашего мира. Вы поглощаете, подчиняете. У вас инстинкты, как у королей монстров.

Ну, тут он не в бровь, а в глаз. Подчиняю монстров, но это моя способность, а не сущность. Разве нет?

Оставлю мысль на потом. Есть несколько моментов, которые меня очень смущали. Первое и главное: какая, в задницу, у человека может быть эволюция? Очень уж не хотелось стать монстром. Передёрнул плечами. В общем, теория требует изучения.

У меня пока другие задачи. В пространственном кольце много шкур степных ползунов, и я хочу себе подштанники и плащ с капюшоном. Нужно защитить голову, шею, ноги. Вот только как мне снова сделать слияние с кожей?.. Остаётся под вопросом. Не уверен, что это только из-за энергии рухов. Ладно, с кожей более-менее разобрались.

– А как вы думаете, господин, – Тарим прервал мои размышления, – если я встречу сильную самку нашего вида, смогу ли вернуть себе прежний облик?

Э, нет. Моему главному отряду монстров не хватало только размножаться и эволюционировать. Сука, а ведь это важно. Тоже оставлю на потом.

– Рано тебе пока о таком думать, – ответил я. – Сначала мне нужно больше узнать о процессе. Не хочу потерять ценного подданного из-за какой-то ошибки.

Тарим явно обрадовался, что я назвал его ценным. Моё одобрение было для него важным. Монстры, как оказалось, в чём-то очень похожи на людей.

За окном тем временем мелькали станции. Иногда поезд останавливался, позволяя пассажирам размять ноги, купить еды у местных торговок. Мои девушки-монстры тоже выходили, привлекая внимание своей красотой и манерами.

Изольда и Лахтина уже подмяли под себя почти половину военных. Те их угощали, кормили, но трогать никто не смел. Информация, что они мои личные служанки, быстро облетела поезд, как и то, что я граф. Вот так девушки стали чем-то интересным в путешествии обычных солдат.

А Фирата всё ещё путалась в человеческом обличье. Например, когда нужно кланяться, а когда просто кивать. Иногда она застывала посреди перрона, наблюдая за птицами с таким хищным интересом, что приходилось её одёргивать.