Текст книги ""Фантастика 2026-4". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)"

Автор книги: Артемий Скабер

Соавторы: Василиса Усова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 344 страниц)

Глава 22

Я ворвался в комнату деда. Откинул с дороги слугу, который пытался делать непрямой массаж сердца. Подскочил к старику. В нос сразу ударил знакомый кислый запах, от которого защипало в глазах. Источник ясно дал понять, что передо мной яд! Память услужливо подкинула картинку: две служанки несут поднос с чаем.

«Потом разберусь с этими тварями», – отмахнулся я от воспоминания. Сейчас важнее спасти старика. Чёрт! Мне никак нельзя допустить, чтобы Магинский помер – это разрушит все планы. Но что я могу сделать? Как обратить магию яда вспять?

Я схватил его за руку: пульс едва прощупывался. Сердце билось так слабо, что вот-вот остановится. Мой взгляд заметался по комнате и зацепился за стол. Там лежал тот самый нож, которым я уже резал главу рода для проверки крови.

«А если?..» – мелькнула безумная мысль.

Я вскочил, схватил нож и рухнул обратно рядом с дедом. Лезвие прочертило красную линию на горле. Действовал скорее по наитию.

– Павел! – взвыл Георгий, его голос сорвался на фальцет. – Что вы делаете⁈

– Отвали! – рявкнул я и дёрнул плечом, когда меня попытались оттащить.

Кровь старика хлынула по моей руке – тёплая и липкая. Источник моментально отозвался, признав знакомую магию в жидкости. Так… Теперь нужно её потянуть в себя? Звучит проще, чем есть на самом деле. «Плевать!» – положил руку на рану, чувствуя, как кровь пульсирует под пальцами.

Закрыл глаза, представляя потоки энергии. В груди забился источник, словно второе сердце. Кажется, я даже почувствовал отголоски магии деда – слабые, затухающие. Мысленно приказал яду течь из его крови в меня. Вот только ничего не происходило.

– Давай же, твою мать! – процедил я сквозь зубы.

В этот момент в дверях появилась Елизавета. Глаза её горели безумным огнём, а в руке блеснул нож.

– Тварь! – крикнула она.

Елизавета прыгнула на меня, словно дикая кошка. Вовремя вмешался Георгий. Девушку сковал его лёд, превратив в прекрасную и жуткую статую. Да у него четвёртый или пятый уровень! Вот это скорость, вот это сила…

Тряхнул головой, возвращаясь к старику. Нужно торопиться, пока эта полоумная не освободилась и снова не попыталась мне отомстить. В её воспалённом мозгу я наверняка выгляжу убийцей, вскрывшим горло деду, чтобы захватить власть.

И тут… Кажется, получилось! Что-то липкое, горькое и противное начало втягиваться в меня, словно густой сироп через соломинку. Твою мать! Ну и повезло же мне с магией… Во рту появился вяжущий вкус, язык начал неметь.

Я попытался сглотнуть, но в горле застрял ком. А потом накрыло волной. Такой силы, что в глазах заплясали звёзды. В ушах загрохотали барабаны, а в висках застучали молотки. Мир поплыл, теряя чёткость.

Мой источник жадно впитывал яд из тела старика, как губка – воду. Я чувствовал, как растягиваются каналы – всё шире и шире. Да! Давай, ещё чуть-чуть! Каким-то странным образом вплотную подошёл к границе первого уровня… А потом свет погас.

Я резко открыл глаза, и мир вокруг закружился безумной каруселью. Первое, что увидел – старик. Живой и даже в сознании. Он надрывно кашлял, выплёвывая кровь, и держался за располосованное горло.

Я попытался повернуть голову, но комната тут же устроила весёлые пляски перед глазами. «Так, этого мы пока делать не будем», – решил сразу. Заметил, что Елизавета всё ещё скована льдом. Значит, я отключился совсем ненадолго.

Наконец, предпринял героическую попытку встать.

– Павел, тихо, не торопитесь, – прозвучал голос Жоры, в кои-то веки в нём проскользнули нотки беспокойства. – Я… Вы… Не знаю, как, но вы спасли дедушку.

– Ага, – закашлялся. Во рту всё ещё стоял мерзкий привкус яда. – Магия какая-то. Сам в шоке.

Упёрся руками в пол и попытался толкнуть себя вверх. Тело отзывалось с такой неохотой, словно я только что разгрузил вагон кирпичей.

– Внук! – просипел старик. Произнёс он это с удивлением и чем-то похожим на гордость.

– Потом, – оборвал я его, пытаясь сосредоточиться. – У меня тут дел выше крыши. И все горят.

– Ярослав! – магический лёд, наконец, растаял, и Елизавета бросилась к деду, словно наседка. – Ты жив! А твой внук… Этот… Он хотел тебя убить!

– Дура! – я ухмыльнулся, чувствуя, как от слабости подкашиваются ноги. – Его пытались прикончить ядом, причём уже давно. А сейчас был финальный аккорд. Типа контрольный в голову, только изящнее.

– Елизавета, Павел Александрович прав, – сурово посмотрел на неё Георгий. В его обычно бесстрастном тоне появился металл. – Он своей магией спас Ярослава Афанасьевича.

– Как? – девушка открыла рот, хлопая глазами.

– Слушай, тебе, похоже, работу нужно менять, – я не удержался от улыбки. – Ты не тем местом думаешь. Кстати, две служанки, которые валяются внизу… Они, скорее всего, причастны к покушению.

– Убью! – Елизавета развернулась к двери, сжимая кулаки.

– Стоять, – остановил её властным тоном. – Видел твой способ допроса – мужику все яйца отбила. Это не метод.

– Вообще-то, – она резко обернулась, сверкая глазами, – вы ему лицо сожгли и оторвали голову. Я такого даже в кошмарах не видела.

Георгий вскинул брови, глядя на меня с немым вопросом.

– Не слушай её, – небрежно махнул я рукой, пряча улыбку. – Стресс, все дела. Перенервничала девочка, вот и выдумывает всякое.

– Но я… – Елизавета открыла рот для новых обвинений.

Но тут её подозвал дед, и она умчалась к нему, бросив на меня недоверчивый взгляд.

Я вышел из кабинета, прикидывая дальнейший план действий. С чего начать? Допросить дур-служанок или броситься на поиски Лампы? В груди что-то сжалось при мысли о рыжем пацане. «Только бы этот гений был жив», – мелькнуло в голове.

Спустился по лестнице, перешагивая через девушек, лежащих без сознания.

– Этих связать! – рявкнул я людям Лизоньки, кивая на застывших служанок. – Кляп в рот, и чтобы они ни говорить, ни двигаться не могли! И ещё… – сделал паузу, убедившись, что все слушают. – Главную вашу не впускать. Заприте девушек в моей комнате. Подведёте… – многозначительно усмехнулся. – Вы же видели, что я сделал с тем мужиком?

Двое из них уже имели сомнительное удовольствие познакомиться со мной поближе. А теперь только закивали, как китайские болванчики, не произнеся ни звука. В их глазах читался неприкрытый страх.

Я вышел на улицу. Витас с мужиками что-то делал на территории, все суетились. Направился к нему.

– Господин! – выпалил он запыхавшимся голосом, заметив меня. – Я слышал, ваш дедушка… Примите мои соболезнования. Это такой удар для рода.

– Живой он. Так, репетиция всего лишь была… – улыбнулся в ответ.

Вот это скорость распространения слухов. Прямо как в деревне. Не успел чихнуть, а уже все знают, что помираешь.

– А? – глаза мужика выпучились, словно у рыбы на берегу. – Простите. Я это… Не так понял.

– Потом, – отмахнулся я. – Лампа? Видели его?

– Павел Александрович, – Лейпниш опустил голову, и моё сердце пропустило удар. – Он в моём домике. Голова пробита, рёбра сломаны. Без сознания.

– Фух! – выдохнул я с облегчением. – Живой, засранец!

С плеч словно целая гора свалилась. Поспешил к домику, где лежал алхимик. Дел ещё оставалось много, но хоть одной заботой меньше.

Заглянул внутрь и замер. На кровати лежал пацан, его рыжие волосы потемнели от крови до бордового цвета. Лицо всё в кровоподтёках, грудь почти не двигается. Я положил руку. Сердце билось – слабо, но уверенно. А вот с источником беда. Похоже, он пытался что-то сделать в момент нападения.

– Мы дали ему его же лечилку, – произнёс за спиной Витас. – Вылили на рану и в глотку.

– Понял, – кивнул я и тихо произнёс: – Ольгу украли эти твари.

– Что? – Витас подскочил, словно ужаленный. – Девушку забрали?

– Нет, блин, одолжили, – хмыкнул я с горечью. – Сейчас её немного полюбят, она им зелья поварит, и потом вернут. Как новенькую.

– Ублюдки… Суки! – Витас пыхтел от злости, словно паровоз. – Да как они посмели⁈ Ударили со всех сторон… Ваш дедушка, род, теперь вот алхимики.

Я смотрел на бледное лицо Лампы. Его состояние явно оставляло желать лучшего.

– Лекарей из города уже вызвали, – Лейпниш тяжело опустился за стол и достал свою мутную настойку.

Он плеснул себе в стакан, а когда поймал мой взгляд, молча наполнил и второй. Мы, не чокаясь, опустошили посудины. Горькая жидкость обожгла горло, немного прочищая мысли и убирая вкус яда с языка.

– Что думаете? – спросил Витас, глядя на меня с надеждой.

– В процессе, – потёр я виски. – Сначала пообщаюсь с двумя особами и сложу общую картину. Тогда и приму решение, – посмотрел на него. – Собери людей на всякий. Магов, тех, кто не ранен. Возможно, скоро они мне потребуются.

– Есть! – Витас резко вскочил и вышел.

Я смотрел на Лампу и чувствовал, как внутри закипает холодная ярость. Людей и так не хватало, теперь ещё меньше стало. С утра привезут новых, но их к клятве нужно привести. Посмотреть, чего стоят, и только потом можно будет использовать.

Ольга и Зубаровы… Да и моя сценка с продолжением, которую я затеял с Требуховыми. И почему в сутках всего двадцать четыре часа?

Вернулся в особняк, чувствуя, как внутри всё кипит от нетерпения. У моей комнаты уже дежурили мужики. С ними Георгий – прямой, как палка, с привычно бесстрастным лицом.

– Простите, Павел Александрович, – поклонился слуга. – Вы позволите присутствовать при вашем общении? Всё-таки девушки относятся больше ко мне. Так что это своего рода личное.

– Хм… – я выдохнул, прикидывая варианты. – Ладно. Пойдём послушаем, что запоют эти дамы.

Бросил взгляд на дверь и чертыхнулся про себя. Блин! Совсем забыл про замок, который сам же просил повесить.

– Вычту из вашего жалования, – бросил я, указывая на сломанную дверь. На лице Жоры не дрогнул ни один мускул.

На полу моей комнаты расположились связанные девушки. У одной задралось платье, демонстрируя красные трусики и аппетитную задницу. Слуга с неожиданной деликатностью одёрнул ткань.

«Так, с какой начать?» – мелькнула мысль. Решил взяться за ту, что получила особенную иглу. Вытащил кляп из её рта.

– Павел Александрович! – тут же защебетала девушка елейным голоском. – Я… Что происходит? Почему на нас напали и связали?

– Маргарита, – Георгий сел на мою кровать, и его взгляд стал ещё холоднее обычного. – Позволю вам рассказать правду. Будете врать…

На руке слуги материализовалась ледышка, которую он тут же метнул в грудь девушки. Та застонала и скукожилась, словно промёрзший воробей.

– Тише, мой друг, – я улыбнулся, наблюдая за его реакцией. – Это всё-таки дамы.

– Молодой господин, для меня нет разницы, кто предатель и какой у него пол, – отрезал Жора.

– Современно, – кивнул я с усмешкой.

Устроился рядом со слугой, но что-то меня смутило. Где реакция на токсин? Когда проверял его на Диме Требухове, эффект был мгновенным. Парень выложил всё, что знал, и даже то, о чём сам не подозревал. А эти две уже сколько под действием яда? Но девушка всё равно молчит, как партизан.

– Кто вас послал? – спросил я прямо. – Вы травили моего деда всё это время?

– Что? – в глазах Маргариты мелькнул страх, но он выглядел каким-то… искренним? – Никогда! Мы бы… Я, сестра…

«Значит, всё-таки родственницы, – отметил я про себя. – Не зря показались похожими».

– Маргарита… – Жора устало выдохнул, словно учитель, объясняющий прописные истины тупому ученику. – Хватит играть комедию. Не заставляйте делать вам больно.

– Но я правда!.. – попыталась возразить девушка.

Георгий молча сформировал новую ледышку и отправил в ногу второй. Симона – кажется, так её зовут – дёрнулась и глухо застонала сквозь кляп.

– Хватит! Прошу! Это не мы! – твердила Маргарита, как заведённая.

Хм… Не сомневаюсь, в их руках точно был яд. Да и они шныряли по моей спальне без спроса. Но что-то здесь не сходится.

– Что вы делали у меня в комнате? – спросил я, внимательно следя за реакцией.

– Ничего! Мы не посещали вас без разрешения! – голос девушки звенел от напряжения.

Прищурился, анализируя ситуацию. Интересно получается. Мой яд на них не действует. Почему? Тот же Дима нёс всё, что у дурака было в голове и на языке, не мог остановиться. А эти две… Либо у них иммунитет к яду, либо… Либо они говорят правду?

В голове начала складываться совсем другая картина происходящего, и она мне не нравилась.

– Устал слушать ложь. Особенно после всего, что сегодня у нас случилось, – пожал плечами слуга.

В руке Жоры мгновенно сформировалось копьё изо льда. Прозрачное и острое, словно бритва. Он всадил его в ногу Симоне. Та задёргалась, как припадочная, и тут я понял. Действие моих игл прошло… Но как? В ней же с десяток штук. «Она маг? – мелькнула мысль. – И какого уровня, если смогла побороть мой яд?»

Лицо Жоры оставалось всё таким же бесстрастным, словно ледяная маска. А ведь он сейчас выдернул копьё из ноги девушки и тут же начал проталкивать его бедняжке в живот. Я перевёл взгляд на Маргариту и замер.

Кожа девушки начала темнеть, будто её окунули в чернила. Странно, но волосы остались светлыми. Даже наоборот, они будто ожили, стали расти на глазах, извиваясь, как змеи. По всему телу проступила мелкая чёрная шерсть, похожая на крысиную. Глаза затопила карамельная муть, превращая их в жуткие омуты без зрачков. Уши удлинились и заострились, как у летучей мыши.

– Жора… Жора! – я потряс его за плечо, сжимая иголки в руке до боли. – Ты это… Так и должно быть?

Слуга отвлёкся от Симоны и уставился на Маргариту. То, что когда-то было хорошенькой служанкой, превратилось в кошмар наяву. Верёвки, стягивающие её, лопнули, как гнилые нитки.

Существо вскочило на ноги одним плавным движением. Жора среагировал молниеносно. Схватил меня за плечо и отпрыгнул в сторону. В то же мгновение между нами и монстром выросла ледяная стена толщиной в треть метра. Тварь издала ультразвуковой писк, от которого заложило уши.

Жора взмахнул рукой, и стена ощетинилась десятками ледяных игл, которые устремились к монстру. Но тварь просто отмахивалась от них, словно от назойливых мух. Её рот… фу! Её рот растянулся, как резиновый мешок, обнажая ряды кривых клыков, торчащих из нижней губы, как сломанные гвозди.

Существо выбросило вперёд руки. Пальцы удлинились, превращаясь в чёрные щупальца. Они с хрустом врезались в преграду. По льду поползли трещины, словно паутина. Другие отростки обвились вокруг тела всё ещё связанной Маргариты.

«Она такая же? – пронеслось в голове. – Почему не обратилась? Что за чертовщина здесь творится?»

Тварь одним ударом вынесла окно, осыпав мою комнату дождём стеклянных осколков. Подхватила вторую служанку и приготовилась к прыжку. Георгий развеял защитную стену.

Температура в комнате упала так резко, что изо рта пошёл пар. Начал падать снег, кружась в воздухе, как в рождественском шаре.

Глаза слуги полыхнули ярко-синим светом. Жора соединил руки, а потом резко развёл их в стороны. Воздух наполнился звоном. Десятки ледяных кольев материализовались и зависли. От каждого фонило такой силой, что волосы на затылке встали дыбом. «Он точно на пятом уровне, – подумал я. – Не меньше».

Магия сорвалась с места потоком смертоносных снарядов, устремляясь к окну. Тварь, несущая на спине Маргариту, не успела увернуться. Колья настигли её в прыжке. Они вошли в тело «нормальной» служанки. Кровь тут же хлынула из спины. А сама она превратилась в подобие ледяного ежа. Существо издало вой такой силы, что второе окно пошло трещинами и осыпалось водопадом стекла.

Мы отпрыгнули в сторону. Что-то металлическое просвистело там, где только что стояли. Слуга тяжело дышал, пот катился по лицу градом. В его обычно пустых глазах плескались ярость и удивление.

– Жора… – выдохнул я, чувствуя, как адреналин бушует в крови. – Какого хрена тут сейчас было?

– Перевёртыши, – сплюнул он себе под ноги, нарушая все правила этикета разом.

Глава 23

В мою комнату влетели люди Елизаветы во главе с ней самой. Запыхавшиеся и с оружием наготове. По грохоту на лестнице я понял: подмога спешит и со двора. Где-то внизу прогремели выстрелы. В том, что тварь успела смыться, я не сомневался. Убил ли Жора вторую – Маргариту – или нет? Вот это вопрос.

– Всем выйти, – сказал я тихо, но с такой интонацией, что спорить никто не решился.

На нас попялились какое-то время и начали расходиться. Даже Витас поднялся с оружием в руках, ожидая команды.

Я тяжело опустился на кровать и уставился на слугу. От недавней схватки в комнате остался настоящий погром. Выбитые окна, осколки повсюду. Лёд на стенах медленно таял, оставляя мокрые разводы.

– Жора, я жду объяснений, – произнёс, чувствуя, как адреналин уступает место свинцовой усталости.

– Перевёртыши… Это… – замялся мужик, что было для него крайне нехарактерно. – Существа!

– Не думал писать учебники? – я не сдержал усмешки. – Серьёзно, твоя краткость меня восхищает. Может, всё-таки подробнее?

– Это люди. Если быть точнее, то маги, которых изменили в детстве, – Жора заговорил тише. – Когда в раннем возрасте пробуждается магический источник, что бывает крайне редко… Таких ждёт великое будущее. Но в некоторых странах…

– Едят людей? – я вскинул бровь, вспомнив рот твари с торчащими клыками.

– Нет, – замотал головой слуга. Потом поправился: – То есть да. Есть такие места. Но тут не про это. Детей кормят манапылью, смешанной с кровью монстров. И они становятся этим… Перевёртышами.

– Миленько… – я дёрнул щекой, представив процесс. – Кто же этот ублюдок, чтобы до такого додуматься?

– О… Вы не представляете, сколько их, – Жора повторил мой жест. – Эти существа становятся идеальными убийцами и шпионами. Они не стареют, выносливы, у них отличная регенерация. И ещё могут принять облик любого человека. Говорят, даже как-то память копируют.

«А я думал, в этом мире меня больше ничем не удивить, – пронеслось в голове. – Хватило монстров, но нет – тут ещё и такое».

– Это моя ошибка, – Жора склонился. В его голосе впервые прозвучало что-то похожее на раскаяние. – Последний раз мы проверяли слуг пять лет назад. Процедура дорогая и редкая, вызывали специалистов из Томска.

– Подожди! – я поднял руку, пытаясь собрать мысли воедино.

Картина складывалась интересная. Десять лет назад что-то случилось со стариком. Его начали травить. Папаша Павла тоже захворал и помер на дуэли. Потом меняли слуг, причём не раз, но кто-то оставался. Ещё мать этого тела говорила, что в особняке предатель. А оказалось, целых два… Или?

Что-то тут не сходится. Возможно, те, кто всё начали… Нет, бред какой-то. За десять лет должны были вычислить отравителей. Это же не шутки – десять лет! И вообще, зачем так растягивать гибель старика? С отцом всё понятно – убрали, получили магические рудники и ослабление рода. А дальше какая-то чехарда.

Как ни крути, выходит, что у Магинских было несколько шпионов. И они вполне могли работать на разных хозяев. Последний вопрос повис в воздухе: «Остались ли ещё?»

Хотя были и положительные моменты. От двух дур-перевёртышей мы избавились. Но есть ли подобные им в особняке?

– Господин, – поклонился слуга. – Простите, мне нужно доложить о случившемся вашему дедушке.

– Иди! – махнул я рукой, но тут же остановил его: – Хотя подожди. Мне нужна новая комната. И ещё порядок навести. А главное – вызови тех, кто проверяет на «перевёртышность».

– Через неделю – это минимум. И стоить будет тридцать тысяч, – тут же ответил Жора с точностью счётной машины.

– Деньги будут, – отрезал я. – Подготовь всё к этому моменту так, чтобы никто не догадывался. И если что, в расход без разговоров.

– Обсужу с главой рода, – поклонился слуга и вышел, оставив меня наедине с мыслями о том, кому ещё в этом доме нельзя доверять.

Я оглядел разгромленную комнату. Похоже, список врагов Магинских только что пополнился новыми, весьма неприятными личностями.

* * *

Особняк Запашного

Семён Владимирович сидел в своём кабинете, наблюдая за догорающим пламенем в камине. Языки огня отражались в бокале с дорогим коньяком, который он рассеянно покачивал в руке. Мысли снова и снова возвращались к событиям на балу.

Поведение молодого Магинского никак не укладывалось в привычную картину мира. Слишком уверенный, словно и не из угасающего рода вовсе. Начал с танцев – и сразу покорил чуть ли не всех незамужних девиц. Слуги только и шептались о нём, расхваливая манеры и умение держаться в высшем обществе.

Но, видимо, этого внимания ему показалось мало. Когда Дмитрий Требухов начал его задевать, а потом и откровенно оскорблять, Запашный поморщился. Ведь он же всё объяснил этим идиотам. Например, о том, как себя вести с Магинскими, что те уже на грани и не нужно ничего дополнительно делать.

А что вышло? Дуэль… И Павел, который всего лишь на первом уровне, играючи победил Дмитрия с его третьим. Решили сделать поблажку – выбрали меч в качестве способа поединка. И ведь не было никаких сведений о том, что сопляк умеет им владеть. Какая ошибка!

Теперь на глазах всего города и аристократов Требуховы унижены. А старший ещё и полез забирать ставку – жадный ублюдок. В итоге о Магинских заговорили, причём совсем не так, как планировалось. Теперь все обсуждают успешного и подающего надежды наследника.

«Если бы выполнили Зубаровы и Требуховы поручение, а Магинские провалили проверку, всё было бы по-другому», – с досадой подумал Семён Владимирович, делая глоток коньяка.

В кабинет бесшумно скользнул Серёжа, похожий на призрак в полумраке комнаты. Его бледное лицо казалось особенно жутким в отблесках догорающего камина.

– Я думаю, – тихо произнёс Запашный, не поворачиваясь к слуге.

– Есть кое-какие новости, – недовольно выдавил из себя лысый.

Семён Владимирович бросил взгляд на своего помощника. Тот сжимал кулаки так, что побелели костяшки, желваки играли на скулах. Что-то его сильно напрягло, а такое случалось… почти никогда.

– И? – Запашный чуть подался вперёд в кресле.

– Зубаровы сделали самостоятельный шаг, – Серёжа справился с эмоциями, вернув лицу привычное безжизненное выражение.

– Что? – переспросил Семён Владимирович, надеясь, что ослышался.

– Пока был бал, они напали на Магинских. Как я понял, есть раненые и убитые.

– Идиоты… – выдохнул Запашный, с трудом сдерживая ярость. – Придурки! Зачем? – он резко встал, заметавшись по кабинету. – Почему с людьми такая беда? Думают, что умные, совершают ошибки. А потом бегут ко мне, чтобы я помог!.. Как ты узнал? – он резко остановился, впившись взглядом в слугу.

– Наш человек в особняке доложил, – ответил тот, не меняясь в лице.

– Кого-то схватили? У Магинских получилось узнать, кто на них напал? – Семён Владимирович залпом осушил бокал, словно надеясь, что алкоголь притупит раздражение.

– Да… – лысый впервые за разговор опустил взгляд. – Не успели избавиться от языка.

– Плохо! – Запашный покачал головой. – Это плохо… С утра отправлюсь к ним, попробую успокоить и взять ситуацию под контроль.

– Это ещё не всё, – перебил Серёжа.

В кабинете повисла тяжёлая тишина, нарушаемая только потрескиванием догорающего полена в камине.

– Ярослава Афанасьевича попытались убить… – наконец произнёс слуга.

– Я же приказал не торопиться! – Запашный с силой грохнул пустым бокалом о стол.

– А это не наш человек.

– Кто⁈ – ставленник императора подался вперёд, как хищник перед прыжком.

– Мы выясняем.

– Что-то мне не нравится это всё, Серёжа… – Запашный устало опустился в кресло. – Ой как не нравится. Всё шло по плану и вдруг начинает сыпаться. Люди глупят, будто мне кто-то мешает… – он потёр виски. – Готовь экипаж. С утра к Магинским, чтобы они там ничего натворить не успели.

– Как прикажете, – поклонился слуга и растворился в темноте кабинета так же бесшумно, как появился.

Запашный остался один, глядя на последние догорающие угли в камине. Впервые за долгое время он чувствовал, что ситуация ускользает из-под контроля. И это ему совсем не нравилось.

* * *

Я поднялся с кровати. По особняку всё ещё бегали слуги, их шаги отдавались гулким эхом в коридорах.

Меня перехватила Елизавета. Она выглядела бледной, под глазами залегли синяки.

– Павел Александрович, – её голос дрожал. – Я должна… Я хочу…

Девушка вдруг пошатнулась, схватилась за стену. Машинально поддержал её за локоть.

– Присядьте, – кивнул на ближайший стул. – Вам нехорошо?

– Просто голова закружилась, – она слабо улыбнулась. – Когда я думаю, что могла потерять Ярослава… – её рука непроизвольно скользнула к животу.

– Дед ещё поживёт, – посмотрел вниз.

– Я должна признать, что ошибалась насчёт вас, – наконец произнесла она. – Когда увидела кровь… Нож… Подумала…

– Что я решил ускорить своё восхождение к власти? – усмехнулся.

– Простите, – Елизавета опустила глаза. – Я слишком привыкла всех подозревать. Это часть моей работы – видеть угрозу в каждом.

Не стал говорить, как они проспали предателей, перевёртышей и кучу всего остального. В другой жизни уже бы лишил её жизни за такой «профессионализм». Хотя чего ожидать от провинции в заднице империи?

– И как, помогает? – прислонился к стене, разглядывая Елизавету. Сейчас она казалась совсем потерянной.

– Обычно да, – девушка снова побледнела и сглотнула. – Извините… Я буду просить у Ярослава Афанасьевича разрешения уйти с поста главы охраны. Начала допускать слишком много ошибок, – сказала она тихо.

Желания её останавливать у меня не было. Елизавета права. Придётся ей искать замену. А выбирать-то толком непонятно из кого…

– Вы очень похожи на своего дедушку, – вдруг сказала она и встала. – Та же решительность. Та же забота о роде. Я рада, что ошибалась насчёт вас.

Девушка развернулась и пошла по коридору, чуть покачиваясь. Я же направился на выход.

Выйдя на улицу, увидел группу из пятнадцати человек. Все вооружены. Лица напряжённые, взгляды злые и прикованы к тёмной стене леса.

– Господин, – Витас материализовался рядом, словно из воздуха. – Всё, как и приказывали. Люди готовы, – он помедлил. – Вы что-то решили?

– Угу, – кивнул, разминая затёкшую шею. – Пойдём до Зубаровых прогуляемся. Девушку хочу вернуть, да и отомстить нужно. А то моя задумка не сработает.

– Я тоже так считаю, – Витас поддержал меня, но в его голосе появились тревожные нотки. – Вот только… Чтобы добраться до тварей, нам нужно сначала пройти лес. И это только начало. Могут встретиться монстры.

– О чём ты? – я развернулся к нему, чувствуя подвох.

– Потом переход через Сопли, – продолжил Лейпниш, и я едва сдержал усмешку от этого нелепого названия. – А дальше лес Зубаровых, где у них стоянки. И как только начнётся шум, к ним поспешат на помощь. До особняка мы не дойдём, особенно в таком количестве. Есть риск, что кого-то схватят и предъявят.

– У нас тоже их человек, – возразил я и тут же осёкся.

«Блин… Не сдержался. Молодая кровь! Твою ж налево», – мысленно выругался. Я ему всю рожу сжёг, да ещё и голова оторвалась. Не самый удачный свидетель получился.

– Был… – поправил сам себя. – Был у нас их человек, но потом там немного всё пошло не по плану. Некого нам показывать.

– Вот и я о том же, – Витас покачал головой. – Поверьте, и я, и все мужики хотим мести. Да и девку жалко, молоденькая совсем, испортят. А ей потом жить с этим.

Задумался, прокручивая варианты. Ничего делать в открытую точно нельзя. Значит…

– Выстави охрану, пусть дежурят до самого утра, и потом встречаем пополнение. Я пойду один, – озвучил решение.

– Что⁈ – Витас схватил меня за плечо с неожиданной силой. – Нет! Ни в коем случае! Да я… Мужики… Никто себе такого не простит. Господин!

– Ладно, – согласился я.

Следуя легенде, мы сказали, что идём осматривать территорию и немного углубимся в лес. То же самое Витас должен был передать всем остальным. Никому не нужно знать о настоящих планах.

Наша группа двигалась по лесу, стараясь ступать как можно тише. Витас шёл впереди, постоянно принюхиваясь и вертя головой по сторонам. Да уж, ночные прогулки с недавнего времени стали уже частью моего расписания.

Мужики держали в руках новое оружие, купленное Витасом на те деньги, что я выделил. Помимо привычных мечей и быстрострелов, у нас появились ещё и ружья. Тоже не совсем обычные. Дуло шире, словно у дробовика, но патроны больше напоминали небольшие артефакты. Внутри каждого тускло мерцала какая-то магическая начинка. Мне даже удалось подержать один, пока собирались. Источник тут же отреагировал, признав наличие энергии.

Лейпниш долго распинался об их эффективности. Мол, пробьют даже шкуру водяного медведя. Правда, прозвучало это как-то неуверенно. Скорее, он просто повторил слова продавца.

«Что ж… – усмехнулся я мысленно, поправляя иглы в рукаве. – Посмотрим, как они себя проявят в реальной схватке». Хотя если эти пушки действительно окажутся эффективными, можно будет закупить их побольше. Магические патроны, конечно, влетят в копеечку.

– Тихо слишком, – буркнул Лейпниш, останавливаясь и вскидывая руку.

Я тоже это заметил. Никаких следов монстров. Ни огнелисов, ни иглокротов. С лысыми волками бы предпочёл не встречаться, как и с летающей колбасой. Даже мелкой живности не видно. А ведь по этой тропе сейчас дважды прошли люди Зубаровых. Лес словно вымер.

– Странно, да? – усмехнулся я, оглядывая пустынные заросли. – Твари куда-то пропали. Видимо, соседи наши дорожку к нам протоптали и, помимо нападения, ещё и поохотились.

– Абсолютно верно, господин, – кивнул Витас, его пальцы нервно поглаживали рукоять меча. – Уроды постарались, расчистили путь. Словно красную дорожку для нас постелили.

Мы продвинулись ещё метров на двести вглубь леса. Деревья здесь росли реже, между стволами легко можно было пройти, не цепляясь за ветки. В тусклом свете угадывалась тропинка. Примятая трава, сломанные ветки, следы частых передвижений. «Как по бульвару ходили, твари», – мелькнула злая мысль.

– Наша стоянка должна быть за тем холмом, – шепнул Витас, указывая вперёд на тёмный силуэт возвышенности.

Когда мы поднялись, я замер. Перед нами расстилалось пепелище. Чёрное пятно на фоне ночного леса. А воздух вокруг всё ещё хранил слабый запах гари.

– Сожгли, суки… – процедил я сквозь зубы, чувствуя, как внутри закипает ярость.

Витас молча кивнул, его пальцы побелели от напряжения на рукояти меча. Остальные мужики без команды рассредоточились возле нас, внимательно осматривая лес.

– Они специально всё подчистили, – произнёс Лейпниш, поворошив носком сапога угли.

– Это после нашей с ними встречи, – я присел, осматривая пепелище. – Избавлялись от трупов своих людей и заодно нам нагадили.

Ситуация складывалась неприятная. Теперь у нас нет стоянки, придётся строить новую, лучше несколько. А это люди, ресурсы, время. Ещё охрану выставить нужно. Да уж… Проблем только прибавляется.

– Сколько до реки? – спросил я, отряхивая колени от пепла.

– Минут десять ходу, – Лейпниш понизил голос до шёпота. – Только нужно быть осторожнее. Зубаровы наверняка выставили дозоры.