Текст книги ""Фантастика 2026-4". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)"

Автор книги: Артемий Скабер

Соавторы: Василиса Усова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 344 страниц)

Глава 7

– Понял, – капитан покачнулся, опираясь на влажную от конденсата стену. По камере прокатился запах перегара вперемешку с дорогим табаком. – Его ко мне… На улицу приведите.

В тусклом свете фонаря плащ мужика казался почти чёрным, а тени от решёток превращали его лицо в жуткую маску.

Что-то пискнуло в углу камеры. Крысы? А потом началась борьба. Что же они там такого нашли?

– Простите? – жандарм нервно теребил пуговицу на мундире.

– Воздухом подышать хочу, – капитан схватился за голову театральным жестом. С потолка капнуло, попав ему прямо за шиворот. – Башка совершенно не варит. А тут ещё этот… душок.

Братья переглянулись. В полумраке их одинаковые лица казались вырезанными из слоновой кости. Бледные, с заострившимися от напряжения чертами. Василий нервно барабанил пальцами по колену, а Николай застыл.

– Но как? Он же…

– На ступеньках посижу, потолкуем, – Плащ махнул рукой, едва не задев фонарь. – Наручники оставьте, не сбежит… Минуток через… Ик!.. Десять. И ещё, – его голос вдруг обрёл стальные нотки. – Документы этих уродцев у кого?

– Пошёл ты, легавый! Пьянь подзаборная! Чего тебе нужно от нас? – Василий схватился за решётку.

– Да-да, этих самых идиотов, – капитан усмехнулся, и в его глазах мелькнул холодный расчёт. – Я их ещё в поезде приметил. Отдай мне и помалкивай, что они тут парятся. И дело об аресте прихвати.

Крысы в углу камеры прекратили возню. Шаги капитана и жандарма стихли в коридоре. Василий метался по камере, как тигр в клетке. Его начищенные сапоги оставляли следы на вытоптанной земле. Николай же замер у стены, прислонившись к холодным камням, только желваки ходили на скулах.

– Так вы знакомы? – спросил я, наблюдая, как пляшут тени от света проржавевшего фонаря на их лицах.

– Нет! – Василий резко развернулся.

– Брешешь, – старший даже не шевельнулся, только прищурил глаза. – Я, кажется, узнал этого типа.

– Чего? – младший замер на полушаге.

– В поезде, помнишь? – Николай говорил медленно, словно восстанавливая картину в памяти. – Тот алкаш, который всю неделю квасил. В столице его ещё заносили в вагон, как мешок…

С улицы донеслись крики пьяных гуляк. Жизнь в городе шла своим чередом.

– Думаешь, это он? – Василий побледнел.

– Рожу не помню, – старший оттолкнулся от стены, прошёлся по камере. Почти неслышно, мягко ступает – выучка проглядывала даже здесь. – Только храп проклятый и как ты у него стакан выбил… А он просто посмотрел на тебя. Так посмотрел, что ты потом всю ночь ворочался.

– Бред! Хотя, кажется, это… – младший снова ударил по решётке, железо глухо загудело. – Он хочет нас тут держать из-за этого? – голос парня сорвался. – Да мы разведчики. Его по головке не погладят!

Крысы в углу снова зашуршали. Николай же только качнул головой:

– А ты не видел? Ему плевать.

– Если мы не появимся завтра у ставленника императора, доложат в столицу! – Василий вцепился в свои короткие волосы. – Нас лишат лицензии, и прощай, счастливая жизнь! Сука! – он в сердцах пнул валяющуюся миску. – Чтоб у него печень отказала! Чтоб гадина подавилась своим пойлом!

Николай наблюдал за братом с тем спокойствием, которое приходит только с опытом.

– Молодые люди, – подал голос я.

Пришлось повозиться, чтобы забраться на жёсткие нары. Снаружи донёсся бой часов.

– Как я понимаю, вы должны были отчитаться по приезде. Но решили немного покутить? – спросил у них.

– И что? – Василий развернулся ко мне всем телом, его глаза блеснули огнём. – Тебя-то это как колышет, аристократик?

– Ну, для начала меня подозревают в том, что я убил шестерых аристократов. И отрезал им головы, – улыбнулся, наблюдая, как братья синхронно отшатнулись от решётки.

В камере повисла тишина. Стало слышно, как капает вода где-то в углу. Даже крысы притихли.

– Но я не виновен, – добавил небрежно, стряхивая с рукава несуществующую пылинку. – И планирую отсюда выбраться сегодня-завтра. Возможно, мог бы оказать вам услугу.

– Смешно! – Василий истерически хохотнул. – Тебя в лучшем случае повесят, душегуб! Ты себе-то помочь не можешь.

– Хорошо, – кивнул я, наклонившись на стену. Сырой камень холодил спину через тонкую ткань пиджака и рубахи. – Когда меня выпустят, загляну к вам. Вот только потом мои услуги будут стоить гораздо дороже.

– Иди в задницу! – Василий в бессильной ярости пнул решётку и тут же зашипел от боли. Его щегольские сапоги явно не предназначались для таких упражнений. – Достали! Не город, а помойка!

Николай же замер у противоположной стены, его взгляд стал цепким и внимательным. Меня оценивали. В отличие от импульсивного брата, он явно анализировал ситуацию.

Сквозь зарешёченное окно рядом с потолком пробивался тусклый свет заходящего солнца, окрашивая камеру в багровые тона. В этом освещении близнецы, несмотря на их внешнее сходство, казались разными, как день и ночь. Один – воплощение ярости и злости, второй – само спокойствие и расчёт.

Хотя оба умудрились устроить бардак на балу, попасть сюда. Про разведчиков я совершенно ничего не знаю. Неплохо бы уточнить перед тем, как действовать дальше. Ясно одно: к рудникам попасть я должен раньше них и убедиться, есть там кристаллы или нет.

Жандарм спустился в подвал, звук его шагов гулко отдавался от сырых стен. Ключ в замке моей камеры повернулся с противным скрежетом. Молодой служивый, на форме которого ещё не успели потускнеть пуговицы, склонился к моим ногам, возясь с кандалами.

– Встать! – выпалил он, пытаясь придать дрожащему голосу командные нотки. – К решётке! И следовать моим инструкциям. Или я…

Револьвер в его руке ходил ходуном, пока он пытался направить дуло мне в грудь. Я пожал плечами и выполнил требования. Железо клетки лязгнуло за спиной, и мы двинулись наверх. Я шагал впереди, чувствуя, как ствол упирается между лопаток.

Подвал сменился просторным залом. Десятки жандармов в синей форме сновали туда-сюда, бросая любопытные взгляды. Конвоир потянул меня за плечо, разворачивая налево. И вот в лицо ударил свежий воздух. После затхлости камеры он казался божественным нектаром.

На ступеньках расположился капитан в своём измятом плаще. Рядом дымился стакан с чёрной жидкостью. Судя по запаху, кофе. Мужик по-прежнему весь грязный, словно валялся в канаве, но глаза смотрели цепко и внимательно. На коленях лежала потрёпанная папка, по которой он водил пальцем, щурясь на бумаги.

– Капитан Дрозд! – вытянулся в струнку мой конвоир. – Подозреваемый доставлен!

– Молодец, Максим, – капитан даже не поднял взгляда от документов.

– Роман, – в который раз поправил жандарм, нервно теребя кобуру.

– Ага, как скажешь. Свободен, – Дрозд махнул рукой, стряхивая пепел с папиросы.

У входа напряглись шестеро жандармов, их руки машинально потянулись к кобурам, когда они увидели меня в наручниках. Металл браслетов неприятно холодил запястья, что немного раздражало.

– Садись, – капитан одним глотком допил свой кофе, поморщившись от горечи. – Поговорим чутка.

А почему бы и нет. Устроился рядом на ступеньке. Мой костюм уже всё равно годится только на тряпки.

– Как там тебя? – Дрозд повернулся. Недельная щетина покрывала его осунувшееся лицо, под воспалёнными от недосыпа глазами залегли глубокие тени. Не выпуская дымящуюся папиросу изо рта, он ловко прикурил вторую.

– Магинский Павел Александрович, – представился я. – Уже общался с вашим коллегой.

– Угу, – капитан выпустил колечко дыма. – Вижу. Странно, что тебя не отпустили. Нет, можно, конечно, попытаться надавить на допросе, вдруг расколешься. Но беспределить с земельным аристо… – мужик хмыкнул. – Тут нужно иметь яйца, а лучше пару комплектов и пути отхода.

– Слушайте, я не отрицаю, что какое-то время у меня в руках была голова убитого, – ответил я. – Вот только мне её подкинули, и мужик смылся в переулке.

– Да вот читаю свежий отчёт, – капитан постучал пальцем по папке. – Нашли капли крови там. Дело шумное. Как-никак имперские аристо дохнут. Удар по репутации, вот и хотят побыстрее закрыть.

Дрозд потянулся всем телом, хрустнув суставами, и запрокинул голову к небу. В каждом его движении сквозила показная лень. Мой источник вдруг отозвался. Значит, маг!

– Так… Убийства продолжатся, – протянул он задумчиво, выпуская дым в серое небо. – Может, попытаться поймать ублюдка на живца?

– Разумная идея, – кивнул я. – Нужно найти аристократа, который согласится.

– Может быть, ты? – Дрозд повернул голову, его глаза блеснули хищным интересом.

– Он меня видел, вряд ли получится. Да и вроде только безземельных ублюдок убивает, – отрезал я быстро.

Ага, ещё чего! Подсадной уткой я точно не собираюсь быть. У меня дел выше крыши, да и помогать за просто так… Увольте.

– Хм… Вроде бы логично, – капитан щёлкнул пальцами, и в воздухе мелькнули искры. – А ты не думал, что тот урод не просто так оказался в переулке? Что тебя подставить пытался? Вдруг это не случайность.

– Может быть, – пожал я плечами, делая вид, будто не заметил его магического выброса.

Ещё один желающий создать мне проблемы? Как мило…

– Давай так, – Дрозд зевнул, обнажив крепкие зубы. – Подумай над предложением. Я наблюдал за тобой в камере. То, как держишься, ведёшь себя… Сразу понял породу. Сам такой.

– Вы? – приподнял я брови, хотя манеры уже давно выдавали в нём не простого служаку.

– Младший наследник рода Дрозд, Егор Климович. Граф, – он улыбнулся, и на миг сквозь маску пьяницы-капитана проглянуло истинное лицо аристократа. – Но чё-то дёрнуло меня в органы пойти. Побыл на войне, в армии, и вот теперь служу его величеству на другом поприще.

– Приятно познакомиться, – кивнул я. – Так что со мной?

– Ждём документы, – капитан стряхнул пепел прямо на ступеньки. – В твой особняк уже поехали. Как привезут, можешь быть свободен, – он повернулся к жандармам, и его голос из ленивого стал властным. – Ещё кофе!

Один из служивых метнулся в здание, едва не запнувшись о порог.

– Насчёт тех ребят… – начал я осторожно.

– Оставь их, – Дрозд оборвал меня на полуслове. В его глазах промелькнул профессиональный интерес следователя. – Мутные пассажиры.

– Это понятно. Почему они вас так заинтересовали? – продолжил я, отмечая, как напряглись его плечи. – Не буду скрывать, у меня есть кое-какие планы на них.

– Ну, помимо того, что в поезде они покуралесили, – капитан затянулся, дым окутал его лицо пеленой. – Подрались несколько раз, переспали с замужними. Бывает… – Дрозд сделал паузу. – Меня смутило, когда они назвались разведчиками. Лицензии вроде есть, но, чую, непростые ребятки. И неслучайно в город приехали.

Внутренне улыбнулся. Я тоже подозревал в них что-то большее, но это ничего не меняет. Их можно использовать. А что касается рудника… Уже кое-какой план созрел.

– Ты подумай над моим предложением, – Дрозд принял из рук запыхавшегося жандарма новый стакан с кофе. Аромат свежесваренных зерён перебил запах табака. – Умею быть благодарным. Чем быстрее тут закончу, тем скорее окажусь дома.

– Обязательно, – кивнул я. – Вот только выйду отсюда.

– Увести! – рявкнул капитан, и его голос эхом отразился от стен участка.

Жандармы подскочили ко мне, позвякивая оружием.

– Да я сам дорогу знаю.

– Сделать несколько шагов вперёд. Остановиться и ждать дальнейших указаний, – отчеканил один из служивых.

Я шумно выдохнул. Ладно. Последовал инструкциям, чувствуя на себе внимательный взгляд Дрозда.

Меня повели обратно в камеру. Пока спускался по скользким ступеням, в голове крутились мысли о странном капитане. Аристократ из столицы, а ведёт себя, как последний забулдыга. Выглядит, словно бомж, провалявшийся неделю в канаве, и при этом глаза острые, цепкие. Ни одной детали не упускает. Что-то здесь не так…

Охранники почти вежливо подтолкнули в спину. Может, приказ Дрозда? Или просто прониклись моим статусом? Железная дверь с грохотом захлопнулась.

Я прислонился к влажной стене, прокручивая в голове его предложение. Поймать убийцу, а лучше прикончить гада. Заманчиво… Можно выведать что-нибудь интересное. Но рисковать своей шкурой?

Взгляд сам собой вернулся к братьям-близнецам. Ровные спины. Достаточно широкие плечи. Несмотря на то, что их злит ситуация, как-то они слишком сосредоточены. Оба резко повернулись и напряглись всем телом, когда меня ввели.

В этот раз хоть кандалы на ноги не нацепили, и на том спасибо. Железо наручников неприятно впивалось в запястья.

– Ну что, выбрался отсюда, аристократик? – Василий растянул губы в ухмылке. Даже синяк под глазом не портил его самоуверенного вида.

– В процессе, – хмыкнул я, устраиваясь на жёстких нарах. – Но у меня дела точно лучше ваших. Знаете, поговорил тут с капитаном… – сделал многозначительную паузу. – У него к вам большие вопросы. Думали, мужик просто бухал да спал в поезде? А он отлично помнит и ваши драки, и шашни с чужими жёнами.

– Что⁈ – Николай мгновенно оказался у решётки. Спокойствие слетело, как осенние листья под ураганом.

– Не мне судить, конечно, – пожал я плечами, с трудом сдерживая довольную улыбку. – Но как-то…

– Да они сами на нас вешались! – Василий повысил голос, его сапоги заметались по утоптанной земле. – Поили нас, а потом… – он замолчал, словно прикусил язык. – В другом городе их мужья подсели.

– Что ещё говорил капитан? – Николай прижался к решётке. В его голосе прорезались командные нотки.

– Много чего, – протянул я задумчиво, наблюдая, как братья переглядываются. Кажется, рыбка не просто клюнула. Заглотила наживку целиком. – Но мне-то что? Сидеть вам тут долго…

– Да пошёл ты! – младший пнул песок. – Это не нас в убийствах подозревают.

– Лицензии, – произнёс на это едва слышно, но эффект превзошёл ожидания.

Братья застыли. На их одинаковых лицах отразилась такая гамма эмоций, что впору писать учебник по физиогномике.

Тишину нарушил шум из камеры за спиной. Похоже, новый временный хозяин апартаментов. Грузный мужик лет сорока пытался встать, кряхтя и охая. Получалось у него не очень. Перекатился со спины на бок, подтянул колени к необъятному животу и кое-как поднялся, цепляясь за стену.

– Барон Жеванский, – представился он, тяжело дыша после своих акробатических упражнений. – Точнее, бывший.

Мужик явно нуждался в слушателях. История полилась, как из прорванной плотины. Служба в императорской канцелярии, жена, две дочери, жизнь удалась… А потом азартные игры. Долги росли, как снежный ком, пока не пришлось расстаться с титулом. Жена ушла, забрав дочерей, а сам он теперь грузчик на рынке.

«Заливает», – отметил я про себя, разглядывая его дорогой, хоть и помятый костюм. С таким брюхом много не наработаешь, да и руки слишком холёные для грузчика. Небось что-то совершил, о чём стесняется говорить.

Братья затихли, лишь изредка перешёптываясь. Василий методично ковырял землю носком сапога, словно пытался прорыть подземный ход. Николай привалился к стене, что-то бормоча себе под нос с закрытыми глазами. Думает…

Пусть помаринуются. Я им подкинул пищу для размышлений, теперь посмотрим, куда их это приведёт.

Только бы из особняка побыстрее приехали с документами. И надо бы узнать, как там Смирнов с моими деньгами. Мужик, конечно, тоже важен, с ним производство зелий должно ускориться. А они мне ой как нужны перед дуэлью с Димой. Весь город соберётся, нельзя ударить в грязь лицом.

Тяжела жизнь каторжная. Делать нечего, время тратится впустую. Закрыл глаза и сосредоточился на своём источнике. Ядро пульсировало. Я всё так же на первом уровне. Спасибо Олечке…

Нужно найти способ прорваться в ближайшее время. Прокручивал план и задачи.

– Что ты говорил про возможность заработать? – Николай открыл глаза, в которых появился хищный блеск.

– Брат! – Василий приблизился к нему, схватил за плечо. – Это местный аристократишка. Что он может предложить? – в голосе прозвучало столько презрения – впору было морщиться.

– После того, что я узнал… – протянул я с ленцой, наблюдая, как желваки заходили на их лицах. – Наверное, ничего. Нужно было тогда соглашаться.

– Урод! – выдохнул младший близнец, сжимая кулаки.

– Лучше подумайте, чем вы сможете меня заинтересовать, и тогда вернёмся к этому разговору, – небрежно поправил манжет рубашки. – Уверен, что никто в накладе не останется.

Братья переглянулись и замолчали.

– Молодой человек! – раздался елейный голос за спиной. – Я ведь даже вашего имени не знаю. Мы же все тут коллеги по несчастью.

Обернулся. Жеванский смотрел на меня с преувеличенным интересом, его маленькие глазки блестели в полумраке камеры.

– Магинский Павел Александрович, – представился я.

– О! Для меня большая честь познакомиться с вами, – он просунул пухлую руку сквозь решётку. Золотой перстень тускло блеснул в свете фонаря. – Я был знаком с вашим отцом. Замечательный человек. Жаль, что судьба так рано забрала его у нас.

Что-то в этом тоне меня насторожило, но я не успел среагировать. Протянул руку для рукопожатия. И в тот же миг его пальцы, неожиданно сильные для такого рыхлого тела, сомкнулись на наручниках, как железные тиски.

Резкий рывок. Мой лоб встретился с холодным металлом решётки. В глазах потемнело от удара, а в следующее мгновение что-то острое вошло под рёбра.

– Сдохни, сучёнок! Как и твой папаша, ублюдок! – прошипел Жеванский мне в лицо.

Глава 8

Урод отскочил от решётки с неожиданной для его комплекции прытью. Близнецы подлетели к прутьям, их лица побелели от напряжения. Странно, что я это заметил.

– Охрана! – голос Николая прорезал затхлый воздух подвала.

– Легавые! Быстрей сюда! Тут человека у вас под носом убивают, – Василий вцепился в решётку.

Сука… Ещё чуть-чуть, и попал бы в печень. По телу прокатилась первая волна боли. Я закашлялся, во рту появился металлический привкус.

– Кричите-кричите. Вот только бессмысленно. Мальчик больше не жилец, – Жеванский захохотал, его брюхо колыхалось от смеха. – Яд сумрачной мыши…

Я стоял и крутил головой то на братьев, то на него. «Тварь!» – пронеслось в голове. Дыхание перехватило, словно кто-то накинул на грудь раскалённый обруч. Лёгкие горели адским пламенем. Перед глазами поплыли чёрные пятна.

Яд? Источник отозвался мгновенно, забил, как набатный колокол. Энергия хлынула по каналам к месту удара бурным потоком.

Я упал на колени и сжался. Раз! Тело сковало, будто в тисках. Каждая мышца окаменела, пульс молотом бил в виски. Звуки исказились, словно я оказался под толщей воды. Крики братьев доносились, как сквозь вату, но жандармы почему-то не спешили на помощь.

Токсин оказался на удивление мощным. Источник захлёбывался, пытаясь его поглотить, словно ком раскалённого металла. По венам потекло жидкое пламя, выжигая всё на своем пути.

«Давай!» – рявкнул сам на себя. Сжал зубы до хруста и потянул энергию глубже. Источник завибрировал, как перегруженный двигатель. Ещё! В глазах потемнело, но я продолжал давить, выкачивая отраву из тела.

Каждый вдох давался с трудом, грудь сдавило сильнее, пот заливал глаза. Время растянулось, как резина. А потом… Хлопок! Его никто не услышал, кроме меня.

Звук раздался где-то внутри, в самой глубине сознания. Источник треснул, и осколки медленно разошлись, как льдины по весне. Да ладно? Понимание обожгло мозг: «У меня всего несколько секунд».

Энергия хлынула из каналов в ядро бурным потоком. Без магии в теле я мгновенно ослаб, свалился набок. Источник норовил расколоться ещё сильнее, трещины ветвились, как молнии по ночному небу.

Но я держал его, вцепившись всей волей. Помирать сегодня не входило в мои планы. Губы сами растянулись в улыбке, и в тот же миг трещины затянулись, словно их и не было. А после источник увеличился, налился силой.

Удар! Магия хлынула обратно в каналы, устремилась к ране, жадно поглощая яд. Вот уж не ожидал… Даже не знаю, благодарить этого ублюдка или нет.

«Поздравляю со вторым рангом – Адепта», – мысленно усмехнулся сам себе. Похоже, удача решила немного компенсировать последние неприятности.

В коридоре загрохотали шаги. Жандармы, наконец, соизволили спуститься.

– Что произошло? – рявкнул один из них.

Слух возвращался – резко и сразу резанул по ушам. Я попытался что-то сказать, но… Ничего!

– Где вы были, твари? Специально медлили? – Василий чем-то стучал в решётку. – Тут человека убивают! Подсадили суку с оружием! Продажные мрази… Да таких, как вы, ублюдков нужно самих вешать!

– Что? – в голосе служивого мелькнул страх.

Лязгнул замок моей камеры. Жандармы подлетели, перевернули меня на спину. Представляю картину: кровь на рубашке, рядом поблёскивает нож.

– Быстро! – скомандовал второй. – В наручники ублюдка! Срочно доложить – кто привёл, кто досматривал, кто сюда определил!

– Есть! – топот убегающих сапог разнёсся по камерам.

– Твою мать… – надо мной склонился жандарм, его лицо побледнело. – Если он помрёт, тут не просто погоны посрывают. Головы полетят! Это же барон Магинский, земельный аристократ! Нас на фарш пустят… Лекаря! – заорал он так, что в ушах зазвенело. – Срочно!

«Значит, документы мои привезли», – мелькнула ленивая мысль.

– Давай, пацан, только не вздумай тут подыхать! Слышишь? – меня затрясли, как грушу. – Орлов, живей! Где штатный лекарь?

– Он… – чей-то голос сорвался. – Его нет в участке.

– Сука! – прошипел жандарм. – Я найду того, кто за этим стоит!

«Вот и познакомился с местными правоохранителями, даже друзей завёл…» – едва сдержал я ухмылку. Тело всё ещё сковано – не пошевелиться, но яд отступал. Ничего, приду в себя… Душевно побеседую с этим боровом! Узнаю, кто за ним стоит.

– Он ещё дышит! Быстрее! – надрывался над ухом служивый.

– Тише… – наконец выдавил я из пересохшего горла. Собственный голос показался чужим, хриплым. – Сейчас чуть полежу и…

– Как? – услышал удивлённый голос своего убийцы. – Не может быть! Это же яд сумрачной мыши.

– Брат, глянь! – вздохнул шумно Василий. – Аристократик жив. После такого? Да это же!..

– Тише, – прозвучал спокойный и заинтересованный голос Николая.

– Барон Магинский, вы… Вы… – жандарм продолжал трясти меня, словно пытался выбить душу.

– Мужик, меня сейчас вырвет. Хватит! – с трудом выдавил я сквозь зубы. – Ты что, не видишь рану в животе?

– Нашли лекаря! Уже бежит, его кто-то позвал, – эти слова растворились в наступающей темноте.

* * *

Я открыл глаза. Живот тянуло, но терпимо. Осмотрелся: кабинет? Массивный стол из красного дерева, кожаный диван, на котором я лежу, портрет императора на стене.

– Воды, – мой голос прозвучал, как карканье вороны.

– О! Живучий ты, Магинский, – знакомые насмешливые нотки. – Думал, помрёшь, а мне это дерьмо разгребать. Аристократа попытались убить в камере… Шумиха бы до столицы дошла. На вот!

Капитан протянул мне гранёный стакан. Я схватил жадно. Во рту пересохло, будто там песок насыпали. Сделал глоток.

– Т-во… – закашлялся, отшвырнув стакан. Жидкость разлилась по полу тёмным пятном.

– Молодёжь… – Дрозд покачал головой с наигранной печалью. – Это же отличная брага, а ты её на пол. Считай, от души оторвал.

– Воды, – повторил я, чувствуя, как горло обожгло.

Шаги, звон стекла, и капитан вернулся с новым стаканом. На этот раз я принюхался – обычная вода. Осушил залпом и попытался встать.

– Дай-ка посмотрю, – Дрозд наклонился, придирчиво разглядывая рану. – Царапина.

Я хмыкнул, осторожно касаясь места удара. Кожу стягивало чем-то липким. Похоже, залили заживляющим составом. Ещё и прорыв на уровень… Голова ватная и еле соображает.

– Повезло тебе. Попади он в печень… – капитан плюхнулся рядом на диван, от него снова пахнуло перегаром. – Уже пил бы я за тебя.

На это я лишь дёрнул уголком губ. Повезло? Скорее, вовремя среагировал. Жирдяй действовал, как профессионал: ни лишних движений, ни колебаний. Отца вспомнил и показная почтительность. Да и то, как он вставал, мол, ему пузо мешает. В общем, явно не первый раз человека убивал. Не ожидал я, что мои «друзья» решат прикончить меня прямо в участке.

– Кто? – сел и повернулся к капитану.

– Жеванский. Мёртв, – Дрозд пожал плечами с деланным безразличием. – Когда вязали, успел проглотить яд. Или он в нём был с самого начала? Кто знает. Что же его сподвигло на такое? Но это неважно, считай, расквитался.

– Кто подослал? – в горле снова пересохло, но уже не от жажды.

– А вот это служебное дело, – голос капитана изменился, стал официальным. – Ответственно заявляю: мы во всём разберёмся и накажем виновных.

– Слушайте, – посмотрел я ему в глаза. – Тут личное. Мне нужно знать, кто из моих врагов предпринял эту попытку.

– Чтобы отомстить? Дело благородное, – усмехнулся Дрозд. – Вот только мне сейчас резни между родами не надо. Головореза бы поймать сначала. Классное я ему имя придумал? Ты, кстати, не решился?

– Уже помог вам одного вычислить. Поработал наживкой, – криво улыбнулся я, чувствуя, как рана отзывается тупой болью.

– Это да… Ладно, – капитан вздохнул. – Всё равно скоро узнаешь. Лейтенант Керасов. Что-то знакомое?

– Керасов? – прищурился я, вспоминая надменного служаку. – Он участвовал в моём задержании. На кого работает?

– Работал! – перебил Дрозд с мрачным весельем. – Его нашли в собственной квартире без головы. Представляешь, так заработался, что потерял её.

Капитан захохотал, словно услышал отличную шутку. Видимо, какой-то особый юмор служителей закона.

– Все ниточки оборвались? – уточнил я, хотя ответ был очевиден.

– В целом да. Жеванского определил сюда он – досматривал и запихнул в камеру. Убрал жандармов от входа и отправил лекаря якобы «на вызов».

– Ожидаемо, – процедил на это сквозь зубы.

Сработано чисто – все участники мертвы. Кроме Запашного, на ум никто не приходит. Значит, ставленник императора сделал свой ход. Ничего, скоро я отвечу. Сильно и по самому больному.

* * *

Сергей, слуга ставленника императора

Сергей поднимался по лестнице жилого дома, его шаги гулко отдавались в пустом подъезде, пока он свистел. Выходила немного жуткая мелодия. Навстречу спускалась женщина с маленькой дочкой. Слуга ставленника императора растянул губы в улыбке. Ребёнок тут же разразился плачем.

Мать инстинктивно прижала дочь к себе, пытаясь закрыть от пронизывающего взгляда лысого.

Тот лишь небрежно взмахнул рукой, и обе застыли на месте, словно статуи. Только глаза метались в немом ужасе.

– Так, тринадцатая, – бормотал он, разглядывая потёртые номера квартир. – Вот она.

Стук в дверь отозвался эхом. За ней послышалась какая-то возня: тяжёлые шаги, прерывистое дыхание, звон металла.

– Кто? – голос из-за двери дрожал от напряжения.

– Лейтенант Керасов, это Сергей. От Семёна Владимировича, – слуга постукивал пальцами по косяку. – Он вам кое-что передал.

Лязгнул замок, звякнула цепочка. В проёме показался Керасов – в одних штанах, что висели на подтяжках, и когда-то белой майке. Глаза лихорадочно блестят.

– Я всё сделал! – выпалил жандарм, нервно оглядываясь через плечо гостя. – Подсадил человека в камеру, у него нож с ядом. Убрал лишних людей и лекаря. Магинский уже мёртв. Должен…

– Ой, молодец какой! – Сергей шагнул вперёд, ухватил пальцами щеку лейтенанта, как бабушка – любимого внучка. – Что волнуешься? На тебя выйдут?

Лысый закрыл за собой дверь и посмотрел на жандарма.

– Да! Мне нужно уходить из города. Я думал…

– Подсобят?.. – слуга медленно обвёл взглядом квартиру. – Один?

– Да! Я ведь помог Семёну Владимировичу! Рискнул всем! – Керасов сжал кулаки. – Теперь опять начинать с нуля…

– Олежа… – покачал головой лысый. – А кто тебя спас, когда ты девчонку спьяну так отлюбил сильно, что она померла? Ведь были свидетели, улики, тело… А повышение? За это, думаешь, платить не нужно?

– Но… – Керасов замер, вспоминая свои «подвиги».

Именно тогда Запашный предложил помощь, когда жандарму грозила виселица. А вышло – раз, и тебя за изнасилование, убийство ещё и повышают.

– Ладно, принёс тебе деньги и новые документы, – Сергей небрежно махнул рукой.

– Правда? – лицо лейтенанта просветлело.

Слуга неторопливо достал из пиджака кость, направил на Керасова. Жандарм застыл, как муха в янтаре.

– Вот, другое дело, – улыбка Сергея стала шире. – Ты только не мешай. А то у меня не хватает кое-каких запчастей для проекта.

На кухне лысый выбрал нож поострее, вернулся к застывшему Керасову и принялся за работу. Ни капли крови не пролилось, когда голова отделилась от тела.

В отрубленную голову он воткнул кость, любуясь своей работой, словно художник – картиной.

– Ну, скажи что-нибудь, – Сергей поднял голову на уровень глаз.

– А-а-а… Б-б-б-б… – губы Керасова дёргались, пытаясь сложиться в слова.

– Вот умница, – оскал слуги стал ещё шире. – Пойдём, покажу, чем я занимаюсь и частью чего ты станешь.

* * *

– Это тот головорез? – мой взгляд невольно зацепился за папку на столе капитана. Дрозд вальяжно раскинулся рядом, закинув ногу на ногу, выпуская кольца дыма к потолку.

– Не думаю, – он стряхнул пепел в стакан с недопитой брагой. – Тут всё чисто сделано, будто хирург резал. Видишь? – ткнул пальцем в снимок, который достал из кармана. – Все сосуды прижжены, кто-то знатно повозился с нашим лейтенантом. А те убийства… Один резкий удар, и голова с плеч. Да и оставляли их на месте как послание. А Керасов даже не аристократ. Убрали, скорее всего, посредника, чтобы не сболтнул лишнего.

– Согласен, – кивнул я, чувствуя, как рана на животе отзывается тупой болью при каждом движении.

Я знал ответ, просто хотел что-нибудь выудить. Информация капитана оказалась полезной. Что за профессионал такой и на кого он работает? Словно мода пошла такая – людей башки лишать

– Ты как, оклемался? – Дрозд окинул меня внимательным взглядом.

– Вроде более-менее, – хрустнул я шеей, разминая затёкшие мышцы.

– Ну тогда вали отсюда! – он махнул рукой в сторону двери. – У меня работы… Вон видишь, сколько бумаг?

– Так на них стоит бутылка, и рядом стакан, – не удержался я от шпильки.

– Чтобы не разлетелись! – тут же парировал капитан с серьёзным видом. – Всё, давай двигай ножками. Там вроде тебя ждут. Какой-то мужик – Валерий, кажется. Поведение, повадки… В общем, хороший слуга. А рядом машина.

– Георгий, – поправил его, поднимаясь.

– Ну да, я так и сказал.

Я встал. Отметил про себя «любезность» капитана – меня уложили на грязный плащ, в котором он валялся в камере. Самое то для человека с открытой раной. Теперь костюм можно выбрасывать, уже и на тряпки не годится.

– Магинский! – окликнул Дрозд меня уже у двери. – Ты подумай насчёт поимки ублюдка. Я в долгу не останусь.

– Обязательно, – кивнул я, выходя в коридор.

Домой… Мне бы денёк отлежаться, зелий попить, рану залечить и каналы укрепить. Да и остальные дела… Губы сами растянулись в улыбке.

У кабинета капитана дежурили двое жандармов. Молодые ребята проводили меня до выхода, нервно держа руки возле кобуры. На моё замечание, что сам найду дорогу, только сильнее напряглись.

– Капитан приказал, чтобы вы вышли отсюда живым и здоровым, – пояснил один, оглядываясь по сторонам.