Текст книги ""Фантастика 2026-4". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)"

Автор книги: Артемий Скабер

– Молодой человек, – смерил взглядом Дмитрия, и тот невольно сделал полшага назад. – Выбирайте выражения. Я только с вами познакомился, а вы ведёте себя так, словно хотите вызвать меня на дуэль.

Глаза Зубарова-старшего блеснули, а кто-то из толпы тихо присвистнул.

Когда я был в лавке Смирнова, то приготовил несколько особенных иголочек. Влил в них в два раза больше яда, чем в остальные. Они стали меньше, зелёными и немного мягкими. Пробовал сделать ещё таких, но почему-то остальные рассыпались.

Руки чесались проверить их в деле как можно быстрее. А тут такой случай, прям с порога нарываются… Как я могу отказаться? Ладонь уже опустилась в карман, и я прихватил одну из новинок. Осталось дождаться подходящего случая.

И он выдался почти сразу. Один из официантов уронил поднос с напитками. Все рефлекторно повернули головы. И мой снаряд угодил в грудь Дмитрию.

– Ай! – дёрнулся он.

– Что такое? – поднял брови я, изображая удивление.

Заиграла музыка – какая-то разновидность вальса. Младший Требухов начал тяжело дышать и потеть. Окружающие с удивлением поглядывали на него, явно озадаченные этим внезапным недомоганием.

– Вероника, – обратился я к девушке, и все вокруг затаили дыхание. – Разрешите пригласить вас на танец?

Протянул руку девушке и не прогадал. Она тут же согласилась, отец даже не успел среагировать. Мы начали в спокойном ритме. Постепенно я ускорился и кружил красавицу в центре зала.

Гости расступались, образуя круг. Шёпот восхищения пробегал по толпе. У Вероники вспотели ладони и бешено стучало сердце. Вскоре взгляды всех присутствующих были прикованы к нам. Девушке это крайне понравилось, она ехидно улыбалась Елене, которая не могла скрыть зависти.

Даже Запашный отвлёкся от своих дел, его брови поползли вверх от удивления. Музыканты, казалось, играли с особым вдохновением, подстраиваясь под наш ритм.

Наконец-то музыка закончилась. В зале на мгновение воцарилась тишина, а затем раздались аплодисменты.

– Па-вел, – выдохнула девушка, когда я разорвал объятия. Её глаза сияли. – Это было… Великолепно. Восхитительно. Изумительно. Вы прирождённый аристократ. Мне довелось со многими танцевать, но ваши движения, чувство ритма… Благодарю!

Окружающие дамы с завистью смотрели на Веронику. Отлично, главной цели я добился. Теперь о Магинских снова заговорят.

Привёл девушку к отцу. Поцеловал её руку, отчего она смутилась, а несколько молодых аристократок рядом тихонько вздохнули.

– Что-то Дмитрий неважно выглядит, – кивнул я на красного Требухова. Гости вокруг с интересом повернулись в его сторону. – Всё нормально? Может, у молодого барона плохо со здоровьем? Или он перебрал?

– Со мной всё в порядке! – запыхтел паренёк, пытаясь выпрямиться. – Просто бесит, когда к моей сестре прикасаются всякие ничтожества. Тем более, если оно скоро помрёт.

По залу пронёсся шокированный вздох. Несколько дам прикрыли рты веерами.

– Дмитрий! – рявкнул Требухов-старший, его лицо побагровело. – Ты что себе позволяешь? Следи за языком!

– Зачем? – искренне удивился сыночек, покачнувшись. – Вы смешиваете Магинских с помоями постоянно.

Пацан засмеялся, отец пытался дёрнуть его за рукав, чтобы тот пришёл в себя. Я же улыбался, замечая, как гости вокруг нас напряглись в ожидании моей реакции.

– Сергей Геннадьевич, – произнёс спокойно. – Я оставлю эти слова без внимания, если ваш сын немедленно извинится передо мной.

– Конечно! – тут же вспылил Требухов-старший и снова дёрнул Дмитрия за рукав.

Мужик следил за реакцией Зубаровых, которые пребывали в небольшой прострации.

– Ещё чего, мне перед червём извиняться… – хохотнул пацан, покачиваясь. – Он же смертник из вымирающего рода.

Все замерли. В воздухе повисло напряжение, которое, казалось, можно было потрогать руками.

– Что ж… – пожал я плечами, и многие инстинктивно отступили на шаг.

Раздался звонкий хлопок, который немедленно привлёк взгляды присутствующих в зале. Я хорошенько вложился в удар. Голову Димки неслабо колыхнуло. На его роже уже разгоралась бордовая отметина.

Послышались удивлённые возгласы и даже пара одобрительных выкриков.

– Ублюдок! – дёрнулся на меня пацан, но его перехватил Зубаров-младший.

– Я вызываю вас, молодой человек, на дуэль, – произнёс я безэмоциональным голосом. – Вам придётся заплатить за свои слова.

Гости вокруг нас отступили ещё дальше, образуя широкий круг. Кто-то из дам тихонько ахнул. Запашный, нахмурившись, начал пробираться сквозь толпу в нашу сторону.

– Согласен! – тут же бросил Дмитрий, его глаза лихорадочно блестели.

– Нет! – попытался вклиниться Требухов-старший, лицо которого покраснело от злости.

– Да! Уничтожу… Раздавлю! – сыпал угрозами пацан.

Толпа вокруг нас загудела, как встревоженный улей. Дамы прикрывали рты веерами, мужчины перешёптывались, бросая на меня оценивающие взгляды.

Я же спокойно стоял, сохраняя идеально прямую спину, ровное дыхание и уверенный взгляд. Заметил, как Зубаровы удивились моей выдержке.

Внезапно толпа расступилась, пропуская Запашного. Ставленник императора, не удостоив меня вниманием, лишь отвёл в сторону глав родов. Я видел, как он что-то яростно шепчет им, то и дело бросая в мою сторону недовольные взгляды.

Спустя несколько напряжённых минут Требухов-старший, побледневший и осунувшийся, кивнул. Запашный повернулся к публике:

– Господа, дуэль состоится. Но, – он сделал паузу, – учитывая обстоятельства, поединок будет проведён на мечах.

По залу пронёсся удивлённый шёпот. Димочка, пошатываясь, выступил вперёд:

– Я не хочу прикончить его магией, – пацан попытался ухмыльнуться, но вышло больше похоже на гримасу. – Он не стоит её, жалкий слабак!

Его слова вызвали смешанную реакцию. Кто-то из гостей одобрительно закивал, другие покачали головами.

– Что ж… Хороший выбор, – ответил я, едва сдерживая улыбку.

Слуги быстро освободили центр зала, гости жадно столпились вокруг, предвкушая зрелище. Я чувствовал на себе сотни взглядов.

– Дмитрий, – повернулся к сопернику, и зал мгновенно затих. – У меня тут завалялось немного манапыли.

Достал из кармана кусок хвоста «летающей колбасы». По толпе пронёсся удивлённый вздох.

– Может быть, поставим на нашу дуэль? – приподнял я бровь. – Если, конечно, наследник Требуховых обладает ресурсами.

– Да! – тут же согласился пацан, и его глаза алчно блеснули. – Поставлю в два раза больше, чем есть у тебя, ничтожество!

Димка пыхтел, а вот его отцу эти слова пришлись не по душе. Но выбора не было, публики столько, да и мои слова… Я положил на стол свою ставку. Требухов-старший достал пузырёк с такой же пыльцой. Внимательно посмотрел, сколько у меня, и насыпал в нишу полагающийся остаток. Неплохо… Если уж решил действовать, то по-крупному.

Запашный проговорил правила нашей дуэли. Ставленник императора выглядел уверенным. Значит, придётся его ещё раз удивить.

Дерёмся мы до первой крови или пока кто-то не сдастся. Оружие одолжил сам Миша Зубаров. Я покрутил его меч. Неплохой. У меня в своё время были лучше.

Дуэль на балу… Да ещё среди наследников аристократов с землёй. Это событие надолго запомнят и будут завтра передавать из уст в уста. Как раз то, что мне и нужно.

Запашный огласил правила поединка. Я заметил, как некоторые гости начали делать ставки между собой.

Нарочито неуклюже покрутил свой меч, выполнив несколько неумелых взмахов. Публика не скрывала своего презрения – то тут, то там раздавались смешки.

– Начинайте! – прогремел голос Запашного.

Я принял нелепую стойку, словно новичок, впервые взявший в руки оружие. Дмитрий, не теряя времени, бросился в атаку. Его удар оказался на удивление быстрым и точным, но… слишком предсказуемым.

В последний момент я ушёл с линии атаки, позволив противнику по инерции пролететь мимо меня. Публика ахнула, кто-то даже вскрикнул от удивления. Дмитрий развернулся, лицо пацана исказила гримаса ярости.

– Стой смирно, червяк! – прорычал он, снова бросаясь на меня.

Я продолжал уклоняться, не нанося ударов. Краем глаза заметил, как некоторые гости начали обмениваться удивлёнными возгласами. Запашный нахмурился, его рука нервно теребила пуговицу на пиджаке.

Дмитрий тяжело дышал. Движения пацана становились всё более неуклюжими. Пот градом катился по его лицу, рубашка промокла насквозь. Яд делал своё дело, и это не укрылось от внимательных глаз публики. Послышались взволнованные перешёптывания.

Когда он в очередной раз замахнулся, я наконец-то перешёл в наступление. Провёл серию быстрых и точных ударов. Меч Дмитрия отлетел в сторону, звонко ударившись о паркет. Острие моего клинка замерло у его горла. По залу пронёсся коллективный вздох изумления.

– Сдаёшься? – спокойно спросил я, глядя прямо на противника.

Глаза Дмитрия расширились от ужаса и недоверия. Он открыл рот, но вместо слов из горла вырвался лишь сдавленный хрип. Мгновение спустя юноша рухнул на пол без сознания.

В зале воцарилась гробовая тишина. Я медленно опустил меч и повернулся к ошеломлённой публике. Лица гостей выражали целую гамму эмоций – от шока до восхищения. Требухов-старший побледнел, как полотно, Зубаровы застыли с открытыми ртами.

– Кажется, молодому барону нехорошо, – произнёс я с притворной заботой. – Возможно, ему стоит меньше волноваться на балах и пить.

Поклонился аристократам, чувствуя на себе их изумлённые взгляды. Подошёл к Зубаровым и вернул одолженный клинок. Миша принял его, явно поражённый увиденным.

В этот момент в зал влетел Витас. В одной руке он держал меч, в другой – револьвер, а на лице и груди кровь. Гости в ужасе расступились, некоторые дамы воскликнули.

– Павел Александрович! – крикнул он, тяжело дыша.

За ним вбежали местные службы правопорядка, их сапоги гремели по паркету, пока Лейпниш пытался пробиться ко мне. Они попытались схватить его. Но я уже бросился навстречу, расталкивая оцепеневших гостей.

Глава 21

– Не трогайте его! – рявкнул я, расталкивая толпу. Гости шарахались от меня в стороны, как испуганные куры. – Это мой человек!

Пробился к Лейпнишу. Витас выглядел так, будто его пропустили через мясорубку: кровь, синяки, порванная одежда. Но глаза… глаза горели решимостью. Он убрал оружие, настороженно оглядывая собравшихся зевак.

– Павел Александрович, – прохрипел мне на ухо. – Беда…

– Давай без театральных пауз, – дёрнул его за плечо.

– На нас напали! – выпалил Лейпниш, скривившись от боли. – Суки, зашли из леса, атаковали наших людей. Есть жертвы…

– Минуту, – процедил я сквозь зубы.

Развернулся и попёр напролом через толпу. Гости расступались, шепчась за спиной. Краем глаза заметил, как Запашный что-то яростно втолковывает своим людям.

У стола с манапылью маячил Требухов-старший. Глаза алчные, рука тянется к моему выигрышу. Ну уж нет, голубчик.

– Это моё! – рыкнул я, указывая на кусок хвоста летающей змеи.

– Мой сын себя плохо чувствовал! – заблеял Требухов. – Дуэль не считается…

Не успел он договорить, как я уже был рядом. Адреналин бурлил в моей крови. Схватил за руку, вывернул. Вдруг хрустнуло что-то. Требухов взвыл и тут же ударил магией воды.

Шар врезался мне в спину. Толкнуло вперёд, выбило воздух из лёгких, спина заныла. Плевать! У Требухова дела похуже – плечо вывернуто под неестественным углом.

– Сергей, Павел! – вклинился Зубаров. А у самого глаза бегают – ищет, думает, как бы замять ситуацию. – Что тут происходит?

Я оттолкнул Требухова. Тот рухнул на пол, скуля, как побитая собака.

– Ничтожество, – простонал он.

– Рот свой закрой! – гаркнул я. Кровь в венах кипела от ярости. – Что случилось? Мою ставку в дуэли попытались забрать себе. Видите ли, Сергей Геннадьевич вдруг посчитал, что если его бездарный сынишка проиграл, то и платить не нужно.

– Серёжа? – Зубаров изобразил удивление. Плохой из него актёр. – Ты чего?

– Дима плохо себя чувствовал и… – начал блеять Требухов.

– Так не нужно было ему себя так вести, а тебе – соглашаться на дуэль и ставку, – отрезал Зубаров. – Ты чего позоришься? Возьми себя в руки!

Момент истины.

– Я, Магинский Павел Александрович, – голос громом разнёсся по залу. Гости замерли, ловя каждое слово, – объявляю Требуховых врагами моего рода. Слабые, не чтящие законы трусы!

– Павел, – вмешался Запашный. На его шее вздулись вены.

– Я бросаю вызов твоему сынку! – продолжил, игнорируя ставленника. – До смерти! Через неделю! С учётом того, что вы не следите за своими обещаниями, бой будет на моей территории.

– Согласен! – выпалил Серёжа, баюкая руку. А глаза безумные… Попался, голубчик.

– Приглашаю всех на данное мероприятие, – обвёл взглядом публику. – Станете свидетелями того, как наследника убьют!

Развернулся. Улыбка появилась на моём лице. Идеально получилось, лучше и не придумаешь. Завтра весь город будет гудеть.

Кивнул Витасу, что пора валить. Вышли из зала под шёпот толпы и взгляды сотен глаз. Только в коридоре почувствовал, как меня прошиб пот. Спина горела адским пламенем. Сука, Требухов явно на третьем или четвёртом уровне.

Спустились по лестнице, вышли на улицу. У входа нас ждала машина. Я запихнул Витаса внутрь, залез сам.

– Боря, домой! – рявкнул водиле. – И быстро! Выжми из неё всё, что можешь.

Машина рванула с места. Я откинулся на сиденье, прикрыв глаза. В голове крутились планы мести.

– Господин… – прошептал Витас. И голос такой хриплый, будто наждаком по горлу прошлись. – Простите, я не ожидал, что так нагло…

– Говори, – открыл глаза, уставился на мужика. Лицо у него… Краше в гроб кладут.

– Я закончил все дела и вернулся обратно, – проглотил он. Кадык дёрнулся. – И тут вижу людей в чёрной одежде. Лица скрыты, твари стреляют направо и налево. Наши поздно среагировали.

– Сколько? – спросил я, а внутри всё сжалось.

– Человек пять убиты, – выдавил Витас из себя, глаза его сразу потухли. – Раненым уже оказывают помощь.

– Есть среди уродов потери? – моё лицо вмиг окаменело. Челюсти сжались до скрипа.

– Троих убили, одного схватили, – поморщился Лейпниш, будто лимон разжевал. – Его уже допрашивают. Остальные ушли. Мы не преследовали – опасно, могла быть ловушка. Я, как убедился, что всё под контролем, рванул за вами, к Смирнову. Тот сказал, где вы.

– Понял, – откинулся на спинку, закрыл глаза. Пальцы забарабанили по обивке, а в голове – карусель мыслей.

Повытчик со своей подставой. Только я в город – и нападение. Случайность или хорошо спланированный ход? Чего они добивались?

Если бы это было после нашей стычки с Требуховыми, подумал бы, что пытаются перебить мои действия. Тут без Запашного точно ничего бы не вышло. Он стоит за всем? Обиделся, урод, что не получилось нас подставить?

Ничего, я разберусь. И ставленник императора очень мне в этом поможет.

– Павел Александрович, – позвал Витас. Голос его чуть окреп. – Я приобрёл оружие и форму. Был в конторе, получилось купить десяток мужиков. Они завтра вам принесут клятву верности. Ещё восемь наёмников нанял. Все маги и неслабые – от второго уровня до четвёртого.

– Четвёртого? – уточнил я. Брови поползли вверх.

– Да, двое, – кивнул Лейпниш. – Захотели попробовать себя у нас в лесах. Завтра все с утра прибудут.

– Придётся поторопиться, – кивнул я. Мысли роем кружились в голове.

Твари атакуют со всех сторон. Только одну дыру затыкаю, через другую прут. Но ничего, сейчас методично начнём избавляться от проблем. Старик небось там вообще в шоке.

Наконец, мы выехали из города. Оставалось минут десять до особняка. Витас достал пузырёк.

– Будете? – спросил он у меня. В его взгляде читалась забота. – Лечилка.

– Нет, – мотнул головой. – Давай приходи в себя.

– Вычтете из моего жалования, – хмыкнул Лейпниш. Попытался улыбнуться, но вышла гримаса. – Ваши алхимики ещё приготовили из грозовых волков и остатков. Я позаимствовал.

– Лампа и Ольга? – тут же спросил я. Сердце ёкнуло. – С ними всё в порядке?

– Не знаю, – пожал плечами мужик, и его лицо нахмурилось. – Когда я был в ангаре, их там не видел. Мужики сказали, что вроде бы они сбежали при нападении.

– Надеюсь! – выдохнул я.

Какова же цель всей этой акции? Подорвать авторитет Магинских? Отомстить мне? Уменьшить количество людей? Алхимики? Дед? Может быть любая, как и все они вместе.

Тем временем машина остановилась, я выскочил сам и огляделся. В нос ударил воздух, пропитанный гарью и кровью.

Ничего криминального. Дырки в зданиях зияют, как раны. Небольшие пожары в складских помещениях уже потушили. Остались только чёрные подпалины на стенах.

На земле лежали тела моих людей, закрытые тряпками. Трупов оказалось больше – целых семь человек. Каждый – как удар под дых. Я перевёл взгляд на остальных. Двадцать воинов с оружием расположились по территории. Лица напряжённые, взгляды настороженные.

Люди Елизаветы тоже снуют то тут, то там. Как муравьи в разворошённом муравейнике. Что-то записывают, осматривают, перешёптываются. Ищут следы или заметают? Хрен их разберёт.

В голове крутился только один вопрос: «С чего начать?» Решил, что первым делом нужно разобраться с тем, кого поймали. Остальное подождёт. Я направился к мужикам из службы безопасности, которые топтались у входа в особняк.

– Где тот, которого поймали? – спросил, подходя к ним.

– Он в подвале с госпожой, – ответил один из охранников, как-то недовольно скривившись.

Я вспомнил, что это те самые придурки, которые заглянули ко мне в комнату и которых я оставил «отдыхать». Ведь предлагал же им решить всё тихо-мирно. Но нет, нужно было им взъерепениться. Ладно, разберёмся…

Зашёл в особняк и увидел, что там всё тоже вверх дном. Слуги носились туда-сюда. Георгий, пробегая мимо, лишь кивнул мне и помчался на второй этаж. Я обратил внимание на тех двух служанок, которые недавно заглядывали ко мне, пытаясь что-то проверить.

«Займусь ими чуть позже», – подумал, наблюдая, как они тащат поднос с чаем. В нос ударил запах трав и чего-то кислого. То ли лимона, то ли какой-то ягоды. Мой источник тут же откликнулся: в напитке явно была магия. Дед совсем плох?

Я прошёл к двери, ведущей в подвал. Спустившись по лестнице, услышал крики, стоны и отборную ругань. Перед одной из комнат меня попытались остановить люди Елизаветы, но, узнав, тут же расступились.

– Говори, сука! – раздался яростный крик девушки из-за двери. – Кто тебя послал?

Послышались глухие звуки. Я заглянул в комнату и увидел, как Елизавета с завидной скоростью наносит удары по самому чувствительному месту пленника.

Оглядел избитого мужика. Обычный тип лет тридцати, с длинными тёмными волосами, слипшимися от крови и пота. Лицо опухло, один глаз заплыл. Губы превратились в кровавое месиво, а на полу валялось несколько выбитых зубов.

Очередной удар пришёлся по многострадальному паху пленника. «Да она же его просто забьёт, и этот концы отдаст от болевого шока», – промелькнуло у меня в голове.

– Успокойся! – я положил руку на плечо Елизаветы, останавливая её.

Девушка резко обернулась, занося кулак для удара, но, узнав меня, замерла.

– Павел Александрович, – выдохнула она сдавленно.

Елизавета вся взмокла. Её дыхание было сбито, а костяшки пальцев покрылись ссадинами.

– Иди пока подыши свежим воздухом, а я поговорю, – бросил ей.

– Раньше нужно было думать, а не по городам ездить, – огрызнулась она.

Я пропустил её слова мимо ушей. Сейчас не время собачиться.

– Нужно защищать свой род! – заявила девушка с вызовом.

Резко развернулся. В моей руке блеснула игла, которую молниеносно всадил ей в шею, рядом с веной. Чуть надавил, чтобы не дёргалась. Глаза Елизаветы тут же расширились.

– Лизонька… – улыбнулся я, глядя на неё пристально. – Ты, похоже, деточка, немного запуталась и забыла о своём месте. То, что ты ублажаешь старика, не делает тебя хозяйкой. В следующий раз, если не будешь следить за словами… То будет очень больно, и я остановлюсь, только когда ты поймёшь. А теперь моргни.

Охранники у входа вбежали в комнату и замерли, уставившись на нас. По игле, воткнутой в шею Елизаветы, медленно стекала кровь, капая мне на пальцы.

– Уведите её и займитесь чем-нибудь полезным, – бросил я им и вытащил своё оружие из шеи девушки.

«Дерзкая дамочка», – подумал я. Ещё не решил, оставлять ли её в особняке или заменить кем-то более вменяемым. А вообще, дед, похоже, совсем из ума выжил, если спит с главой охраны.

Когда меня оставили одного, я снял пиджак и повесил его на гвоздик рядом. Закатал рукава рубашки. Пленник напротив, кажется, перестал скулить. Но, судя по луже под ним, от боли даже обмочился.

Я положил рядом с собой десять игл. Взял стул и сел напротив мужика.

– Привет, – сказал ему. – Я Магинский Павел Александрович.

– Не фскажу… – промямлил он и сплюнул кровь. – Хоть у-бывайте. П-евать!

Распухший язык мешал ему говорить. Да уж… С таким много не наболтаешься.

– Дружок, – произнёс я, всаживая первую иглу ему в ляжку.

– А-а-а! – заверещал пленник и тут же отключился.

– Быстро… – покачал я головой. – И как мне из тебя правду-то доставать?

Я выдохнул и вынул иглу. Вот же женщина, довела мужика до исступления. Не знает, когда нужно остановиться!

Глянул на бессознательное тело передо мной. Теперь придётся ждать, пока он придёт в себя, чтобы продолжить допрос.

Прошло минут десять, прежде чем напавший на мой род очнулся. За это время я успел заняться своими иглами, насыщая их ядом. Попытался сделать ещё парочку таких, как получилось у Смирнова, но безуспешно. При очередной попытке насыщения магией материал портился, рассыпался в руках.

«Жаль… Больно уж хорошо она себя показала», – подумал я с досадой. Вспомнил, как эффективно сработала игла на Димке.

Перевёл взгляд на мужика. Его опухшие веки с трудом открылись. Он уставился на меня настороженным, затравленным взглядом.

– И снова привет, – сказал я, вытирая со лба выступивший пот. – Давай я немного объясню, чем мы с тобой сейчас будем заниматься. Ты не против?

– Убьютки! – попытался выругаться он, но из-за распухшего языка получилось лишь невнятное бульканье.

– Будем считать, что да, – кивнул я и быстрым движением всадил ему сначала одну иглу, а потом вторую. Мужик застыл, словно его окатили кипятком. Глаза – единственное, что теперь двигалось – расширились от ужаса.

– Это подарочек от иглокрота, – пояснил я, наблюдая за его реакцией. – Твоё тело не двигается, но боль ты чувствовать можешь. Каждый нерв, каждую клеточку.

Огляделся и заметил в углу комнаты старый ржавый нож. «Даже не знаю, что он тут делает. Вроде бы складское помещение», – мелькнуло в голове. Металл покрылся ржавчиной, но лезвие всё ещё выглядело острым.

Вернувшись, я сел на стул. Скрип старого дерева эхом разнёсся по комнате. Одним резким движением вонзил нож в ногу мужика. Лезвие вошло в плоть с противным чавканьем. Пленник не издал ни звука, но его глаза… Они кричали.

– Вот, – кивнул я, не вынимая нож. – Скажи, неприятно? Получается, я могу с тобой делать всё, что захочу, а ты будешь в сознании. Даже закричать не сможешь. Представь, какие у меня открываются возможности.

Его глаза расширились ещё больше, если это вообще было возможно. Я видел в них панику, смешанную с болью и отчаянием.

– Мне, честно, это не приносит никакого удовольствия, – пожал плечами, медленно проворачивая нож в ране. – Просто вы напали на мой род. И я бы хотел знать, кто вас послал. После обещаю убить тебя быстро. Без лишних мучений.

Ещё пару раз ударил ножом мужика, выбирая места, где боль была бы сильнее, но кровопотеря – минимальной. Затем вынул одну иголочку, позволяя ему немного пошевелиться.

– Так что скажешь? – спросил я, вытирая окровавленный нож о его рубашку. – Продолжать? У меня ещё много идей.

– Плевать! – выдавил он сквозь зубы. Его голос дрожал от боли и страха. – Я уже смертник. Сразу это понял. Главное, что господин будет доволен.

Внезапно лицо пленника изменилось. Он с удивлением обнаружил, что его язык начал хорошо работать, а слова правды сами срывались с губ. Именно этого эффекта я и добивался.

– Что происходит? – пробормотал мужик в замешательстве. Словно пытался понять, почему не может солгать.

– Знаешь, мне довелось посетить не один допрос, – сказал я, лениво покручивая иглу в пальцах. Она блеснула в тусклом свете комнаты. – Там это называлось чистосердечным признанием. Так кто тебя послал?

– Вячеслав Кириллович! – тут же выпалил он, словно не в силах сдержать слова. – Приказал убить как можно больше людей и навести шуму. Чтобы все знали, какие вы ничтожества и слабаки.

– Благодарю, – сказал я, вставая со стула. Дерево снова скрипнуло под моим весом. – Видишь, это было несложно. Всего лишь нужно сказать правду.

– Плевать! – улыбнулся мужик, и в глазах блеснуло что-то безумное. Улыбка исказила распухшее лицо, превратив его в жуткую маску. – Я не доживу, и вы ничего не докажете. А твой род потерял своих алхимиков.

– Что? – резко повернулся я к нему, чувствуя, как холодок пробежал по спине.

– Девка, блондинка, кичилась, что она служит роду Магинских, – прохрипел он с садистским удовольствием. – Теперь её заставят очень долго работать. В две смены… А тупой пацан мёртв. Скоро все Магинские сдохнут!

Я почувствовал, как внутри всё закипает от ярости. Во мне словно раскалённая лава поднималась из глубин, грозя вырваться наружу. Положил руки ему на лицо и выпустил магию.

Зелёный свет загорелся, окутывая голову сиянием. Кожа под моими руками начала плавиться, словно воск на огне. Мужик закричал – дикий, нечеловеческий вопль, полный боли и ужаса. Этот крик эхом отражался от стен, пока я продолжал растворять голову пленника. Потом он резко замолчал.

Я остановился, тяжело дыша. То, что осталось от головы, с глухим стуком упало на пол. Запах палёной плоти ударил в нос, вызывая тошноту.

В этот момент дверь с грохотом распахнулась. В комнату вбежали люди Елизаветы вместе с ней самой. Их глаза расширились от ужаса, когда они увидели то, что осталось от допрашиваемого. Одного охранника тут же вырвало.

Я поспешил на выход. Лампа… Ольга… Только не вздумайте!

– Что? Что он сказал? – крикнула мне в спину Елизавета дрожащим от напряжения голосом.

– За всем стоят Зубаровы! – бросил я, не останавливаясь. Слова застревали в горле. – Ещё мои алхимики…

Уже поднимался по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки. В голове стучал пульс, заглушая все остальные звуки. Мысли лихорадочно метались. Я уже придумал, что сделаю в ответ, но сейчас главное – спасти Лампу и Ольгу, если это возможно. Терять их никак нельзя.

«Сука!» – выругался я мысленно. Оказавшись на первом этаже, услышал крик. Это был голос Георгия, полный отчаяния и страха.

– Сюда! – вопил он. – Скорее!

Я на мгновение замер, разрываясь между двумя направлениями. Взгляд метнулся к входной двери, потом на лестницу, ведущую на второй этаж.

«Твою мать!» – пронеслось в голове. Времени на раздумья не было. Я рванул наверх, чувствуя, как сердце готово выпрыгнуть из груди.

Навстречу мне бежали те две служанки, их лица искажены страхом. Не знаю, почему… Просто на рефлексах я выхватил иглы и одним плавным движением всадил одной из девушек особенную иглу. А другой – восемь обычных. Обе рухнули на пол, словно марионетки.

Я побежал дальше, перепрыгивая через их неподвижные тела. Адреналин разливался по венам, обостряя чувства до предела. Оказался рядом с кабинетом старика.

– Его отравили! – причитал Георгий. – Он не дышит… Глава! Хозяин…