Текст книги ""Фантастика 2026-4". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)"

Автор книги: Артемий Скабер

Глава 5

Мы двинулись из гостиницы. Майор Горбунков был крайне возбуждён, словно ребёнок перед походом в цирк. Даже походка изменилась: он чеканил шаг, расправив плечи, а грудь выпятил вперёд, будто прицепил все свои награды разом. А их у него… Хотя нет, ещё не проверял.

Остановился на мгновение, чтобы вдохнуть чуть прохладный воздух. Южный городок уже начал просыпаться. Торговцы выносили товары, солдаты маршировали небольшими группами, из открытых окон доносились запахи готовящейся пищи. Всё наоборот: тут жизнь начинается, когда солнце и жара уступают место прохладе. Кажется, мне больше подходит более умеренный климат.

Пока мы пробирались по главной улице военного городка, каждый встречный солдат приветствовал нас с майором. Горбунков важно кивал, даже не глядя на них.

Офицер открыл дверь чёрной, с матовым блеском машины и сразу же забрался внутрь. Я сел следом, почувствовав облегчение от тени салона. Здесь хотя бы не палило солнце, но духота была такая, что сразу же рубашка начала липнуть к спине.

– В ресторан «Погоны», – отдал приказ мужик.

Водитель-сержант кивнул, и мы поехали. Автомобиль мягко тронулся с места, подпрыгивая на неровностях мостовой.

Майор молчал и смотрел на город, будто видел его впервые. Я же на всякий случай держал заларак готовым. Может, проверить Горбункова своей иголочкой правды?..

Соблазн был слишком велик. Но машина уже начала сбрасывать скорость. Возникнет много вопросов, пока Горбунков будет в состоянии прострации и ещё потом полчаса приходить в себя. Да и водитель рядом. В другой раз.

Сержант остановил машину возле двухэтажного здания с вывеской «Погоны». Ресторан располагался на центральной улице, рядом с военной комендатурой. Судя по обрывкам разговоров, которые я успел услышать, место считалось элитным, по крайней мере, для этого захолустья.

Мы быстро вышли. Скрипнула дверь, и швейцар в поношенном, но чистом мундире поклонился. Внутри ресторана контраст с улицей был поразительным. Мягкий свет приятно грел помещение, а главное – тут было прохладно. Самое то после жары на улице.

Интерьер говорил о попытке создать что-то роскошное при ограниченных ресурсах. Деревянные панели на стенах, лакированные, но в некоторых местах с трещинами. Тяжёлые бордовые шторы на окнах, слегка выцветшие от времени. Столы, накрытые белыми скатертями, с серебряными приборами, которые, впрочем, при ближайшем рассмотрении оказались лишь посеребрёнными.

Мы прошли несколько столиков и завернули за угол, дальше миновали много дверей. Пять шагов, и вот уже внутри. Небольшое помещение с кожаными креслами и столиком – отдельный кабинет для важных гостей. Или для тех, кто не хочет, чтобы их подслушали.

Майор плюхнулся в одно из кресел, словно медведь в берлогу.

– Всё, – выдохнул он. – Тут тихо-спокойно, лишних ушей нет, можно поговорить.

Я пожал плечами и расположился в кресле рядом. Мягкая кожа приятно обволакивала тело. Посмотрел на офицера, который достал какие-то папки из внутреннего кармана кителя. Лицо мужика казалось слишком серьёзным для обычной беседы.

– Магинский, – начал он, постукивая пальцами по папке. – То зелье, которое ты мне дал. Его эффект… Это что-то с чем-то. Проверили на десяти офицерах, и действительно они могут двигаться после отравления степными ползунами. А твари – просто бич для нашей армии. Из-за зелья даже последствия после отравления легче в несколько раз. Значит, можно быстрее выздороветь и вернуться на фронт.

– Рад, что вам понравилось, – кивнул, сохраняя нейтральное выражение лица.

– Признаюсь честно, мы пытались повторить его, – глаза Горбункова блеснули каким-то лихорадочным огнём. – Да чего уж там, лучшие военные алхимики ломали головы над составом, но так и не смогли приблизиться к тому эффекту.

– Понимаю, – ответил спокойно, внутренне подбираясь. – Это наработка моего рода и одного крайне редкого профессионала.

– Наслышан, – оборвал меня мужик, и в его голосе появились нотки нетерпения. – Кое-что получилось узнать. Некий Евлампий, алхимик седьмого ранга в Томской губернии. Чудо… Гений, ещё и молодой.

Интересно, сколько потребовалось усилий и денег, чтобы добыть эту информацию?

– Дорого он мне обошёлся, очень, – продолжал я набивать себе цену, следя за реакцией майора.

Официант постучал в дверь и вошёл с подносом. Без единого слова он поставил перед нами графин с какой-то прозрачной жидкостью – видимо, водкой – и тарелки с закусками. Горбунков даже не посмотрел на него, только махнул рукой, и слуга тут же испарился.

– Не люблю ходить вокруг да около, – положил папки на стол Пётр Алексеевич. Его маленькие глазки впились в меня, как две буравчика. – Командование заинтересовано в изготовлении такого зелья для офицеров на фронте. Поэтому вот какое у меня к тебе предложение. Передаёшь нам рецепт и алхимика и свободен. Получаешь звание капитана и живи себе радуйся, вернёшься домой офицером. Занимайся, чем привык: девок порть, охоться. Что ты там делал?

«Как соблазнительно звучит, если бы это не было высочайшей формой охреневания. Может, на вас ещё мою землю переписать?» – пронеслось в голове, но я сохранил невозмутимое выражение лица.

– К сожалению, вынужден отказаться, – грустно ответил, словно сам опечален таким поворотом событий.

Горбунков изменился на глазах. Его лицо покраснело, начиная от шеи и заканчивая макушкой. Желваки заходили под кожей, а пальцы сжались в кулаки так, что побелели костяшки. Похоже, господин майор не привык получать отказы.

– Ты понимаешь, сколько я напрягался, чтобы всё это выбить? – ткнул он на бумаги. Его голос стал ниже и опаснее. – Звание, освобождение от службы во время войны?.. Да многие душу продадут за такую возможность!

– Могу представить, – кивнул. – Но я…

– Магинский! – рявкнул мужик, ударив кулаком по столу. Графин подпрыгнул, расплескав водку. – Ты меня не зли! Я человек спокойный по природе, но теперь на меня давят, как узнали про зелье, не могу ничего не делать. Тут или я, или ты. Я с тебя не слезу… Всё, что было до этого в армии, покажется курортом.

– Понимаю, – криво улыбнулся, наблюдая, как на лице Горбункова играют желваки.

– Не заставляй меня портить тебе жизнь. А я смогу это с лёгкостью сделать, – продолжил он, нависая.

«Дипломатия – не его сильная черта. Ну что ж, пора бы и мне вступить в этот момент торгов», – подумал я.

– Делайте, что посчитаете нужным, – встал. – На этом, считаю, наш разговор окончен. Могу идти?

Горбунков открыл рот, и перед моими глазами предстала замечательная картина: майор, который не может произнести ни слова. Его лицо выражало настолько искреннее изумление, что я едва сдержал смех. Явно не ожидал такой реакции.

«Люблю военных… У них всё прямо: мотивы, потребности, цели и задачи. И сейчас не мне нужно переживать о своей судьбе, а Горбункову. Видимо, наобещал с три короба и, когда не получилось, решил сразу получить всё».

– Стоять! Старлей, ты чего? – встал Горбунков и расправил плечи, словно готовясь к рукопашной. – Совсем, что ли? Решил со мной в игры играть? Да я тебя!

Он занёс руку, вот только я не понял, зачем. Одна моя мысль, и дыра будет в голове от глаза до стенки черепа.

– Пётр Алексеевич, – спокойно произнёс, смотря ему прямо в глаза. – Вы бы сначала узнали у меня о ситуации и о возможности того, о чём просите. Но ведь попёрли на баррикады. Сначала конфетка, а потом угрозы.

Майор тяжело дышал. Его грудь вздымалась, как кузнечные мехи, а внутренняя борьба отражалась на лице. Наконец он опустился в кресло, не сводя с меня взгляда.

– Я отказался передать вам рецепт не потому, что не хочу, а не могу, – сделал невинное лицо. – Оно под защитой клятвы крови моего рода. А алхимик тоже поклялся на крови служить только моему роду. Если её снять, то его уже ничего не будет сдерживать.

Горбунков думал и смотрел на меня, в его глазах виделись счёты. Майор взвешивал варианты, просчитывал последствия. В конце концов, он военный, а не торговец. Мышление другое.

– У меня приказ! – выдохнул мужик, словно признавался в чём-то постыдном. – И я не смею его нарушить. Меня за… Вздёрнут. Я столько сил потратил, чтобы до генералов дойти и показать результаты, а ты…

– Вот начали бы с этого, и мы бы по-другому говорили, – стал менять тон. – Вы человек не то чтобы знакомый, но помогли, а я аристократ и всегда возвращаю долги… У меня есть несколько идей.

– Говори! – тут же заинтересовался мужик, подавшись вперёд.

Вот рыбка и заглотила крючок. А теперь перейдём к моей задумке.

– Нужно создать лабораторию где-то рядом с местом службы, – начал я.

– Зачем? – тут же напрягся мужик, снова становясь похожим на ощетинившегося ежа.

– Потому что нужны будут степные ползуны и моя магия, – хмыкнул. – Это один из компонентов зелья и причина, почему у вас без меня ничего не выйдет.

– Допустим, – майор оценивал взглядом, словно прикидывал, вру я или нет.

– Я смогу приказать одному из своих алхимиков приехать сюда с заготовками от другого, – продолжил, рисуя в его воображении картину возможного сотрудничества. – Мы сделаем для вас сто литров зелья. Но для этого нужно будет написать в род послание и ещё его защитить по дороге сюда. Врагов у меня хватает. Видели, что они сделали с моими документами?

Пётр Алексеевич замолчал и начал обдумывать предложение. Ольгу или Лампу срывать я не буду, а вот Смирнова – более чем. Кто же думал, что появится Горбунков и настолько сильно заинтересуется моим предложением? Я улыбнулся. Отец Ольги кое-что с собой привезёт, пока мои люди будут готовиться по другой задумке.

– Что ты хочешь взамен? – спросил меня майор, прищурившись. – Деньги? Награды? Звание? Уехать домой?

– Деньги? – повторил. – У меня их достаточно на все мои нужды и хотелки. Награды уже получил. Звание? Пока устраивает то, что есть. Уехать домой? Да как я могу, когда тут война? Кем буду после этого?

– Что? Что ты хочешь? Хватит сиськи мять! Говори прямо! – надавил мужик, явно не понимая, чего я добиваюсь.

– На всех бутыльках будут стоять проба моего рода и этикетка, что это бесплатное зелье Магинских для южной армии.

– Что? – удивился Горбунков, отклоняясь назад. – Что за бред?

– Пустяк, согласитесь? – хмыкнул я. – Просто чтобы офицеры знали, кто им спасает жизнь в опасный момент. Можете списать на моё аристократическое тщеславие.

Пётр Алексеевич снова замолчал, взвешивая мою просьбу. По факту это пустяк для военного и армии, но не очень хорошо для политики и императора. Именно то, что мне нужно. О роде Магинских должны знать. Мы помогаем на фронте и делаем это добровольно и, что важнее, бесплатно. Настоящие патриоты в столь затяжной битве.

Общие настроения военных я уже считал, и количество недовольных тут политикой монарха даже больше, чем среди земельных. Слишком благодатная почва, чтобы её не использовать. Но у всего есть ещё одна причина. Так что это некая инвестиция в моё светлое будущее.

Майор начал жевать губы. Я видел, как в его глазах происходит внутренняя борьба. С одной стороны – практически невыполнимая задача добыть рецепт. С другой – такое простое решение, но с какими-то политическими последствиями, о которых он, скорее всего, даже не догадывался.

А как поступает обычный военный? Решать проблему тут, о других пусть думают те, у кого звание выше и голова больше.

– Хорошо, – кивнул мне мужик, и в его глазах читалось поражение.

– Тогда жду от вас соответствующие документы, – продолжил я, чтобы закрепить успех. – С моей стороны потребуется письмо в род, и нужный человек поедет со всем необходимым. Груз нужно сопроводить и охранять.

– Что за груз? – поднял он бровь.

– Зелья, части монстров, артефакты – всё, что необходимо для создания нужной жидкости.

– Пиши письмо! – тут же дал мне бумагу Горбунков, словно опасаясь, что я передумаю.

– Сначала документы, заверенные генералом южной армии и великим князем, – остановил мужика. Нужны гарантии.

– Да уж… Ты точно земельный аристократ, – хмыкнул майор. – Крутишь мне яйца, не доверяешь?

– Простите эту слабость. Но после того, что сделали с моими документами… Сами понимаете, – пожал плечами. – И ещё одна маленькая просьба: узнайте, кто стоял за подменой.

– Кто-то высокий и важный, – тут же ответил Горбунков. – Достать его у тебя не выйдет, я бы на твоём месте и не рыпался. Не ищи на пятую точку приключений и врагов, у нас их и так с избытком.

– А я и не собираюсь, – успокоил. – Просто привык знать своих недоброжелателей.

На этом наше общение подошло к концу. Дверь открылась, и официант принёс счёт. Горбунков небрежно бросил деньги на стол, даже не глядя на сумму.

Я был доволен, как слон. Вышло даже быстрее, чем рассчитывал. Кто же знал, что майор так будет рваться к повышению и попытке стать полезным? Амбиции и желание выслужиться подтолкнули его идти сразу к генералам.

Предполагал, что у меня есть месяц. Ничего, это не должно сильно повлиять на мои планы, даже наоборот, лишь подтолкнёт их.

На машине меня вернули в гостиницу. Настроение теперь просто замечательное, наконец-то началось пожинание плодов. Пока мы ехали, смотрел на городок, на снующих туда-сюда военных. Странно, но мне даже начинают нравиться эти узкие улочки, запах пыли и раскалённых камней.

Уже поднялся на этаж своего номера, как заметил солдата, – молодой паренёк со светло-русыми волосами, в выгоревшей на солнце форме. Он стоял у моей двери, переминаясь с ноги на ногу.

– Павел Александрович! – вытянулся сержант. – Вас ожидают внизу.

– Сейчас, мне нужно пять минут, – кивнул, доставая ключ от номера.

– Простите, но приказали немедленно доставить, – проглотил военный.

– Хорошо…

Хотел проверить Лахтину. Не стоит её оставлять надолго одну, но, если приказ… Выбора не оставили. Кивнул сержанту и последовал за ним.

Мы спустились вниз. В маленьком ресторане при гостинице уже сидел Сосулькин. Небольшой круглый столик, накрытый белоснежной скатертью, за ним майор в парадной форме с… Откуда у него столько наград и орденов в его-то возрасте? Он что, с детства полфронта прошёл?

– Павел Александрович, – кивнул мне Сосулькин, – присаживайтесь. Будете что-нибудь? Я бы вам посоветовал водочки. Холодненькой, такой, чтобы язык обжигала. А на закуску… Селёдочки с хлебом, капустки квашеной и маринованных грибочков, а ещё огурчики малосольные…

Пока он перечислял, у меня во рту выделялась слюна, пришлось проглотить. Умеет же гад соблазнить.

– Не откажусь, – улыбнулся, садясь напротив майора.

Расположился за столиком в ожидании встречи с кем-то ещё, не просто же так Сосулькин меня сюда вызвал. Нам принесли всё, что перечислил мужик, и мы пригубили по одной ледяной стопке. И где они столько льда нашли в таком регионе?

– Итак, – начал Сосулькин, промокнув губы белоснежной салфеткой. – Что скажете, Магинский?

– На тему? – поднял взгляд, отправляя в рот кусочек селёдки.

– Вашей работы в ССР, – подмигнул мне майор. – Ой, подождите…

К нам направлялся мужик. Светлые волосы, как у меня, высокий. Когда он подошёл поближе, первым вскочил майор и тут же выпрямился, словно струна. Я глянул на погоны нового гостя и тоже поднялся.

– Майор, старлей, – кивнул он. – Прошу прощения за задержку.

– Ну что вы, Василий Агабекович, – голос Сосульки стал таким мягким и обходительным, даже больше, чем обычно. – Мы только заказали.

Снова сели за столик. Большаков – генерал-майор, теперь я мог рассмотреть его погоны. Не очень часто можно увидеть такого высокопоставленного офицера в захолустном городке. Мы хлопнули ещё по одной, и водка приятно обожгла горло.

– Это он и есть? – спросил мужик, глядя на меня.

– Так точно, Магинский собственной персоной, – ответил майор с такой гордостью, словно сам меня вырастил.

– Молодой, – покачал головой Большаков. – Но твои отчёты просто поражают… Я-то ожидал тут матёрого воина или гениального стратега увидеть, а никак не юнца.

– Василий Агабекович, не судите строго, – улыбнулся Сосулька. – Я тоже сначала не верил, но все факты налицо. Уникальный ум, получил звание до офицерской школы, организовал успешный взвод. Все экзамены сданы без самих экзаменов. Отражал атаку на часть и даже всех предупредил. И это за какие-то недели.

– Угу, – кивнул генерал-майор. – Уже ознакомился с рапортами Журавлёва и всех остальных.

Я посмотрел в глаза военному. Меня тоже смерили взглядом без каких-либо эмоций.

– Значит, Магинский, – закивал своим мыслям Большаков. – Итак, старлей, мы в курсе, что ты попал в ССР и служишь там, знаем, какие у тебя задачи.

Ничего не ответил и просто молчал. Лучше не подтверждать и не опровергать то, что я не должен разглашать.

– Павел Александрович, – взял слово Сосулькин. – Мы хотим, чтобы вы докладывали сначала нам о найденных предателях.

– Простите? – посмотрел на генерал-майора, пытаясь понять, к чему он клонит.

– Твой приказ – карать без суда и следствия, имея на руках доказательства, – хрустнул шеей Большаков. – Это слишком самонадеянно и нагло. Но кто-то всё-таки выбил его.

Не удивился осведомлённости офицеров. И, кажется, начал понимать, почему в части находился Сосулькин, да и эти его глупые вопросы про то, как я отношусь ко всему.

– Насколько понял, вы хотите, чтобы после сбора улик и доказательств я сначала предоставлял их вам. И, если одобрите, то только после этого занимался устранением предателей и шпионов, а уже потом мои отчёты получала ССР?

– Ты оказался прав, Эдуард Антонович, – хмыкнул Большаков, бросив взгляд на Сосульку. – Умён.

– Никаких официальных документов на это у вас нет, – продолжил я, глядя в глаза генералу. – Приказов или распоряжений свыше. Вы преследуете свои цели в операции и не хотите, чтобы кто-то всплыл в этой истории. А помощь вам – моя личная инициатива?

– Да, – честно признался генерал-майор. – Какие-то проблемы? Никто тебя не заставляет, но в случае содействия… Мы в долгу не останемся. У нас свои приказы и задачи, о которых тебе нельзя знать.

«Так, это может означать несколько вещей. Тот, кто протолкнул сей приказ, – враг, поэтому сразу показалось ловушкой для меня. Либо в ССР есть предатели. Или… Кто-то собирается прикрыть задницу своим людям. Никто не хочет терять погоны, когда полетят головы. Особенно если кого-то продвигал по службе, а он предатель или шпион».

Какая моя выгода? Пока никакой. Но это только пока. Чем больше людей будут мне должны, тем лучше. В любом случае я буду действовать по обстоятельствам.

– Хорошо! – кивнул. – Связь через майора. Ведь он не просто так отправлен как сопровождающий офицер. О приказе вы знали заранее, поэтому способствовали, чтобы господин Сосулькин был рядом и, если что, вмешался.

Генерал поднял брови и уставился на меня. В его глазах читалось что-то среднее между удивлением и расчётливым интересом.

– А я вам говорил, Василий Агабекович, – засмеялся майор. – Отроду восемнадцать, а в голове уже за полстолетия минуло. Словно только и занимался политическими интригами и войнами. Крайне редкий экземпляр.

– Могу ли идти? – спросил я, с грустью поглядывая на закуски. Не успел даже половину попробовать.

– Свободен! – кивнул мне генерал-майор, и в его взгляде, кажется, появилось уважение.

Я покинул офицеров, продолжающих обсуждать свои планы, и направился к себе в номер. Голова гудела от всего произошедшего. Две встречи, два соглашения, и оба выгодные, хоть и разным образом. День можно было считать удачным.

Открыл дверь номера и замер на пороге. Внутри словно прошёл ураган: вещи раскиданы, кровать перевёрнута, и… Коля. Он лежал на полу с пробитой головой, в луже крови.

Дёрнулся к нему. Пульс – еле-еле. Тут же достал лечилки: одну – на рану, другую – в рот.

Пацан дёрнулся и обмяк. Что? Яд? Его сердце остановилось. Сука! Положил руку на тело и начал выкачивать токсин. Активация источника, каналы, зелёное свечение… Колю выгнуло дугой. Твою мать! Какого хрена оно во всём организме?

Пришлось напрячься. Я выпустил почти половину источника, чтобы чужеродная субстанция начала подчиняться. Постепенно сформировал его в шарик. Из пространственного кольца появился кинжал, воткнул его в плечо Коли. Разрез, и потянул яд на себя. Чёрная субстанция тут же упала рядом на пол, шипя и извиваясь, словно живое существо.

Сердце парня остановилось. Снова. Чёрт! Схватил ещё одну лечилку, опрокинул содержимое в приоткрытый рот Коли. Жидкость стекла по подбородку, но часть попала внутрь. Ударил кулаком в грудь – раз, два, три. Но сердце не запускалось.

– Давай же! – процедил сквозь зубы, повторяя удары. – Не смей сдыхать, чтобы я потом объяснял, что тут произошло.

Выкачал яд, но последствия были хуже, чем я думал. Снова и снова бил в грудь, пытаясь запустить остановившееся сердце. Пространственное кольцо открылось, выпуская очередную порцию лечилок. Опять влил в рот. Ничего.

– Сволочь, не вздумай!

Резко ударил по грудине, точно в солнечное сплетение. Тело парня выгнулось дугой и опало. Не сработало. Волосы прилипли к потному лбу, пока я продолжал попытки. Наклонился, приложил ухо к его груди. Тихо. Даже мысленно поклялся, что если парень выживет, то… Снова лечилка, снова удары в грудь. И вдруг – едва уловимый стук. Сердце!

Остановившись, прислушался. Бьётся. Слабо, неровно, но бьётся. Внутри разлилось облегчение, сменившееся ледяной злостью к тому, кто это сделал.

Костёв закашлялся, его лёгкие со свистом втянули воздух. Глаза моргнули, но не открылись. Жив. Теперь нужно стабилизировать состояние.

Достал из кольца восстановление магии и выносливость. Вылил обе склянки в рот Коли, не обращая внимания на то, что половина растекалась по подбородку и шее. Главное, чтобы хоть что-то попало внутрь. Кожа на лице парня начала приобретать нормальный цвет, дыхание выровнялось. Кризис, кажется, миновал.

Я осмотрел рану на голове. Рассечение, мощный удар тупым предметом, причём не случайный – целенаправленный, чтобы убить быстро и эффективно. Чистая работа профессионала или человека с военной подготовкой. Единственное, не рассчитали, что он маг.

Пальцы коснулись тёмной жижи на полу – остатков яда, который я извлёк из Коли. Вонь стояла такая, что глаза слезились. Эта дрянь не походила ни на что из виденного мной раньше. Чёрная, маслянистая, и… живая? Она медленно испарялась, оставляя на деревянном полу странные узоры, словно выжженные кислотой.

– Какого хрена ты тут делал? – спросил я вслух у пацана, хотя понимал, что ответа не получу.

Коля лежал без сознания, хоть и дышал ровно. Я осторожно перенёс его на кровать. Веки дрогнули, но глаза не открылись. Хорошо, пусть отдыхает. А мне нужно понять, что случилось.

Окинул взглядом комнату: хаос. Явно была борьба, причём отчаянная. На стене отпечаток ладони – кровавый, размазанный. Похоже, Коля пытался удержаться на ногах. Стулья перевёрнуты, стол сдвинут, на ковре – следы ботинок.

Лахтина? Где Лахтина?..

Встал и бросился к ванной, дверь распахнулась от удара. Пусто. Вернулся в комнату, осмотрел все углы, даже под кроватью. Нигде. Ни следа.

– Сука… – выдавил из себя, сжимая кулаки.

Дурные предчувствия накатывали волной. Сначала ранили Колю, теперь пропала Лахтина. Совпадение? Вряд ли. Кто-то был в номере, пока я отсутствовал. Но, если за мной следили, зачем было сюда заходить? О королеве никто не знал.

Вернулся к Коле. Парень по-прежнему без сознания, но дыхание стало глубже и ровнее. Это хороший знак. Значит, зелья действуют.

На подоконнике что-то белело. Я подошёл ближе и увидел листок бумаги, придавленный осколком разбитой вазы. Развернул записку:

«Не нужно было идти против своих собратьев. Решил связаться с простолюдинами? Мразь! Ты не земельный аристократ, а мусор. В следующий раз выбирай правильную сторону или сдохнешь».

Смял бумагу в кулаке. Слова жгли, как раскалённое железо, мысли заметались.

– Кто? – спросил я вслух, глядя на несуществующего собеседника. – Земельные? Но зачем? Как?