Текст книги ""Фантастика 2026-4". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)"

Автор книги: Артемий Скабер

Глава 11

– Эдуард Антонович, видите ли, я человек ответственный, последовательный и крайне инициативный, – начал я издалека, устраиваясь поудобнее в кресле.

Боль пульсировала в рёбрах, каждый вдох давался с трудом. Сложно было даже сидеть прямо, но старался не показывать свою слабость.

Сосулькин сидел напротив, крутя в руках дорогую перьевую ручку. Его безупречный мундир контрастировал с моей помятой одеждой, пропитанной кровью и потом. Лицо майора оставалось непроницаемым, но глаза выдавали интерес и настороженность.

– Мой род для меня… всё! – продолжил я, наблюдая за реакцией собеседника. – И если кто-то хочет пойти против, то это вызов.

Майор отложил ручку и задумчиво потёр подбородок. Несколько секунд он смотрел куда-то мимо меня, словно решая, как лучше ответить.

– Я понимаю тебя, Магинский, – наконец кивнул мужик.

Его голос звучал мягко, почти доверительно, но меня не обманешь. За этой мягкостью скрывалась сталь. Сосулькин – опасный противник, и сейчас он просчитывает варианты, как повернуть ситуацию в свою пользу.

– Тогда мне не нужно вам объяснять мои приоритеты и ценности, – пожал плечами и тут же поморщился от боли. – Если род будет защищён, то я смогу продолжить служить в армии.

Некоторое время мы сидели в напряжённом молчании. Слышно было, как где-то в коридоре разговаривают солдаты. Их голоса доносились приглушённо, словно сквозь толщу воды.

– Ты сказал, что нужна воля генерала или генералов, – Сосулькин чуть наклонился вперёд, его взгляд стал острым, как лезвие. – Что именно ты имел в виду?

Я озвучил свои условия. По мере того, как говорил, лицо майора менялось: сначала удивление, потом раздражение, затем – расчётливый интерес. Мои требования были наглыми, дерзкими, но… выполнимыми. И он это понимал.

Когда я закончил, Сосулькин молча встал, одёрнул китель и направился к двери.

– Жду ответа до утра, – бросил ему вслед.

Майор обернулся, смерив меня тяжёлым взглядом.

– Не перегибай палку, Магинский, – процедил он сквозь зубы. – Даже у моего терпения есть предел.

С этими словами мужик вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.

* * *

Сосулькин после разговора с Магинским

Майор злился. Нет, не просто злился – он был в бешенстве. Ворвавшись в свой кабинет, с силой грохнул дверью, отчего задрожали стёкла. Схватил первый попавшийся предмет – стакан – и швырнул его в стену. Осколки разлетелись по полу, словно ледяная крошка.

– Сопляк! – выругался Сосулькин, тяжело опускаясь в кресло.

У него всего один день, чтобы дать ответ Павлу. Либо аристократ уезжает домой, либо он, Сосулькин, решает несколько вопросов. Майор поверить не мог, что Магинский настолько хитрый манипулятор.

Когда он только успел пройти медицинскую комиссию? Ночью? Кто так делает вообще? Как он собрал врачей? Подкупил? Сколько бы ни проверял майор… Решение оказалось официальным, тут даже ни к чему не подкопаешься.

Но вот отпускать Магинского он не желал. У Сосулькина есть на него планы. Пацан себя хорошо показал и проявил. Когда он выполнит то, что нужно, проблема наконец-то будет решена.

Эдуард Антонович встал и подошёл к окну. За стеклом расстилался военный городок: серые здания, плац, солдаты, марширующие строем. Обычная картина, привычная до зубовного скрежета. Но сегодня всё это вызывало только раздражение.

Майор никак не мог избавиться от ощущения, что его используют. В лоб, без прелюдии. Прям как он это любит делать с другими людьми. А тут такое проворачивают с ним.

– Дрянной сопляк! – прошипел мужик, потирая виски.

Сосулькин не понимал, чего конкретно добивается Павел, кроме интересов своего рода. И это очень смущало. Потеря контроля и власти всегда такая отрезвляющая.

Майор вернулся к столу и тяжело опустился в кресло.

Искать нового кандидата или же помочь этому? – вот, какой вопрос его мучил. Требования Магинского были… необычными. Зачем ему это? Что он задумал? Какую игру ведёт?

Три часа Сосулькин ходил по кабинету, размышляя над ситуацией со всех сторон. Взвешивал варианты, просчитывал последствия. Искал подвох в словах Магинского, пытался понять его истинные мотивы.

Когда решение было принято, майор взял артефакт связи и активировал его. Поверхность кристалла засветилась мягким голубоватым сиянием, осветив лицо офицера снизу, придавая ему жутковатый вид.

– Генерал-майор? – произнёс он, наклоняясь к артефакту.

– Докладывай, – сразу же остановил его Большаков. Голос из кристалла звучал словно издалека, но властные нотки прослеживались чётко.

– Магинский… – поморщился от фамилии Сосулькин, будто от зубной боли. – Вы уже слышали, что на штаб напали монстры и разнесли его. Удивительно, но никто не пострадал. Кроме испуга, ушибов и пары переломов, ничего… Вот только парня похитили вместе с его человеком, и на том живого места нет.

Сосулькин говорил быстро, словно боялся, что его перебьют. Артефакт пульсировал в такт словам, эхом отдаваясь в пустом кабинете.

– Почему его? – задал вопрос генерал-майор. В голосе слышалось недоверие, смешанное с раздражением.

– Ещё выясняю, – ответил правду Сосулькин, нервно постукивая пальцами по столу. – Но до Магинского дошли слухи о родах, которые заглядываются на земли и хотят его прикончить.

– Это не наша проблема, – хмыкнул Большаков, и артефакт мигнул, словно в подтверждение.

– Вы правы… – поморщился майор, вспомнив слова Павла. Осколки стакана всё ещё поблёскивали на полу, напоминая о вспышке гнева. – Вот только у него на руках медицинские документы, освобождающие от службы.

– Что⁈ – голос генерал-майора изменился, став более резким, почти угрожающим. – Кто позволил?

Артефакт завибрировал, и на мгновение связь прервалась, но тут же восстановилась. Большаков был явно недоволен таким поворотом событий.

– Я поговорил с ним, и он готов продолжать службу, – начал издалека майор, подбирая слова. – Но у парня есть условия. Первое: все роды, которые открыли рот, должны быть жёстко осуждены военным руководством. Даже слухи неприемлемы, потому что земельного аристократа во время службы защищает договор с императором.

– Вздор! – повысил голос Большаков, и артефакт вспыхнул ярче, словно разделяя возмущение.

– Таковы его условия, – смягчил свой тон Сосулькин, пытаясь звучать рассудительно. – А ещё он хочет, чтобы великий князь подписал указ, что в случае смерти Магинского на войне титул перейдёт его жёнам, их у пацана две. К тому же армия первые несколько лет обязана будет защищать его род.

– Мы что, должны нянчиться с сопляком? – не мог поверить в этот бред генерал-майор. По артефакту пробежала рябь, отражая его эмоции.

– И последнее… – набрал воздуха в лёгкие майор, готовясь к самому сложному требованию. – Представить его великому князю, когда он прибудет на фронт.

Повисло молчание. Артефакт связи тускло мерцал – единственный источник света в полутёмном кабинете. Оба собеседника понимали, что требования не такие уж и жёсткие. Скорее, странные. Защита в случае смерти от армии… Подобное уже бывало. Всё в рамках соглашения между императором и земельными аристократами.

Публичное порицание и решение верхушки военных по каким-то земельным аристократам – тоже не проблема, там их никто не любит. Да и тема подходящая. Ещё раз ткнуть за то, что они ведут себя, как трусы, и нападают на земли офицера, который служит Родине.

Самой сложной являлась последняя просьба. Представить какого-то старшего лейтенантика великому князю и генералу южной армии. Мало кто поймёт, зачем, да ещё и ответственность за Магинского появится. Не просто же так его показывают.

– Ему нужно ответить до утра, – разорвал молчание Сосулькин, нервно проводя рукой по волосам.

– Хорошо… – поморщился и выдохнул генерал-майор, и артефакт погас, знаменуя конец разговора.

* * *

Когда ушёл майор, я развалился на кровати с улыбкой на лице. Наконец-то победа, пусть и маленькая! Сосулькин уступил, и теперь дело за генералами.

Тело ныло, каждое движение отдавалось болью, но я чувствовал себя лучше, чем когда-либо. План начал работать.

Много и не попросил, но за каждым требованием скрывались определённые мотивы. Про смерть и защиту рода… Это отвлечение внимания. Помирать я не собираюсь, а так показал, что мною движет. Главное – дать по носу тем родам, которые вдруг активизировались. Если сами по себе действуют… Ну, тогда им не повезёт. Военные любят ставить на место земельных. Но есть один нюанс. Ради кого это сделают? Правильно, ради другого земельного. Что это покажет?

А вот тут крайне интересно: что у меня связи в армии и на самой верхушке. Заставит некоторых врагов думать перед тем, как действовать. А другим намекнёт, насколько со мной выгодно дружить. И этим я обязательно воспользуюсь. К сожалению, власть, влияние, сила… Всё выстраивается постепенно и с разных сторон, но время ещё есть.

Если же это по приказу императора роды рты разинули… То тогда… Будет интересно посмотреть на всё происходящее. Эффект не заставит себя долго ждать. Ну а господа военные крайне слабы в политике, чем я и воспользовался.

И на десерт. Брат монарха… Уверен, моё имя уже не раз проскакивало в отчётах, а тут представят ему лично. Это упростит план для получения титула и поспособствует тому, чтобы меня заметили. Покажет для других военных, что я не простой офицер младшего состава.

В общем, укрепляемся со всех сторон. Но у этого есть цена… Придётся немного поиграть в примерного старшего лейтенанта. Не знаю, что там задумал Сосулькин и ради чего он хочет меня использовать. Точно что-то важное, раз готов помочь. Осталось только как-нибудь выяснить и приготовиться к этому.

Я перевернулся на бок, морщась от боли в рёбрах. Четыре сломано, два – с трещинами. Кровоподтёки по всему телу, рваная рана на плече от меча тени, ещё одна – на боку, от клинка некроманта. Сотрясение мозга и куча всего остального, что оставили Ам и скорпиоз. Выгляжу я и правда ужасно.

Одна радость – Лахтину удалось вытащить. Думал над её словами. Она согласилась подчиняться мне сама, без клятвы крови. Слова королевы… Стоят ли они чего-то? Скоро узнаю. Если попытается снова напасть, то больше шанса девушка не получит.

Тяжело вздохнул, глядя в потолок. Мне обещали прислать докторов сегодня и зелья, поэтому пока не исцеляюсь и жду. Я ведь раненый.

Хрустнул шеей. Теперь следующие задачи. Сообщение от Воронова отцу уже должно принести плоды. Улыбнулся. Остаётся только Горбунков со своими желаниями. С разных сторон я показываю себя. Ведь для разрешения построить лабораторию и пригласить гражданского по важному делу армии придётся снова дёргать генералов и великого князя.

Сначала он обо мне узнает через новость о том, что я буду создавать зелья для армии совершенно бесплатно, только со своим гербом. А потом и по другим каналам представят ему. Думаю, не о каждом офицере столько слышат и он участвует в важных делах армии.

Но даже это ещё не всё. Главный сюрприз я оставил на десерт. Вот же будет шуметь штаб! Эта проверка покажет, чего на самом деле стоит брат императора и можно ли с ним иметь дело. Если откажутся… Даже на такой случай я кое-что придумал. Буду в выигрыше при любом раскладе.

Улыбнулся. Пока всё складывается, дела идут…

Сосулькин не соврал. Ближе к вечеру ко мне в комнату ввалилась целая делегация врачей. Хирург – сухощавый мужчина с усами щёточкой; терапевт – полная женщина средних лет с доброжелательным лицом; два молодых ассистента, таскающих за собой сумки с инструментами. Замыкал процессию лекарь – настоящий, с магическими способностями, а не простой костоправ.

Все осматривали. Кое-какие раны зашили, другие обработали зельями. Я терпел, хоть порой от боли хотелось выть, особенно когда вправляли сломанные рёбра. В такие моменты свет перед глазами меркнул, и только усилием воли удавалось оставаться в сознании.

После трёх часов пыток мне выделили… целых десять лечилок высокого качества и пять для восстановления магии таких же возможностей. А когда давали, вид делали, будто преподносят сокровища.

Я уже кое-что разузнал на эту тему. На юге почти нет земельных аристократов. Зелья поставляются из столицы, и они на вес золота. В основном используют для офицеров и аристократов. Остальным разбавленное дают, и то не каждый раз.

В связи с войной почему-то тут никто не открыл производство. А военные не заботятся о том, чтобы убивать тварей и найти алхимиков. Почему? Ответа на этот вопрос пока нет. Я лишь использую возможности, которые передо мной открываются.

Когда, скрипя зубами, доктора и лекари наконец покинули мою комнату, я выдохнул. Убрал зелья в пространственное кольцо. Достал эталонку третьего ранга и занялся самолечением.

Искусал себе губы от боли, начал пить. Пятнадцать штук лечилки и восстановления магии, девять – на раны. Сука, как же у меня шипела кожа… Вообще не понимаю дилетантство господ лекарей. Тут не нужно быть профессионалом – то, что у них есть и что они дали мне, слабо поможет.

Плевать! Активировал источник на полную, чтобы он занялся всем, что меня беспокоило. А этого до хрена и маленькая ложечка.

Провалился в сон. Приходил в себя рывками и в поту. Долго я тянул с лечением, и уже начались последствия для организма. Поэтому был почти всё время без сознания. Паучки тем временем охраняли комнату.

Помимо моих монстров, ещё и солдаты оцепили офицерскую гостиницу. И тут дело не в моей персоне. Прошлое нападение очень ударило по репутации командования. К тому же история со штабом… Нужно всем показать, что всё под контролем, да ещё и докладывать наверх, мол, «меры приняты».

Со мной по очереди сидели то Коля, то Воронов. Сквозь полузабытье я слышал их приглушённые голоса. Костёв что-то постоянно читал вслух – кажется, молитвы. Воронов больше молчал, изредка тяжело вздыхая. И жрал! Уверен, что слышал, как он чавкал. А делал барон это постоянно. Как в него вообще столько влезает?

Монстры получили приказы в случае чего убить каждого из них. В моём положении осторожность лишней не бывает.

Сколько-то дней я так и провалялся. Сложно сказать, сколько точно. В бреду время течёт иначе: то ускоряется, то замедляется, то вовсе останавливается.

Лахтина пыталась постоянно со мной поговорить. Я игнорировал девушку: пусть думает. Ам был подавлен тем, что упустил тень, поэтому позволил ему играться с некромантом, но силу у того не забирать, она мне самому пригодится.

Открыл глаза. Свет резанул по зрачкам, заставляя морщиться. Сквозь окно пробивались лучи солнца – яркие, почти болезненные после долгой темноты.

Заглянул в себя: вроде бы всё восстановилось. Потянулся и застонал. Твою мать! Сдержал стон, когда отрывал своё тело от простыни и одеяла. Кровищи натекло с ведро. Она засохла, и я словно в корке какой-то.

Повернул голову и увидел Колю, спящего на стуле. Бедняга. Подбородок уткнулся в грудь, рот чуть приоткрыт, из уголка стекает тонкая струйка слюны. Под глазами – тёмные круги от недосыпа.

Я разорвал путы, которые меня сдерживали, и поднялся. Стянул с себя все бинты, намотанные господами докторами. Ух ты… За время отдыха у меня выросли мышцы. Они и раньше были, а сейчас… Странно, я же ничего не ел всё это время.

Желудок заурчал, отчего я сморщился. Скрутило так, что в глазах потемнело. Сейчас приведу себя в порядок и пойду есть. Много, вкусно, горячее и разное. Облизнул сухие губы.

Аккуратно встал и пошёл в ванную. Горячая вода, потом холодная. Я пил. Много. Казалось, что у меня обезвоживание. Посмотрел в зеркало: определённо стал себя намного лучше чувствовать. К сожалению, остались шрамы от ударов некроманта и тени. Слишком поздно занялся лечением.

В дверь постучали, но Коля даже не шелохнулся. Вымотался пацан.

Я накинул халат и открыл.

– Майор? – уставился на военного, не скрывая удивление.

– Магинский! – скрипнул Горбунков зубами. Его лицо покраснело от гнева. – Даже не хочу знать, что было, но меня к тебе несколько дней не пускали. Приказ сверху. Меня…

Мужик злился. Его глаза метали молнии, а правая рука тряслась, словно в нетерпении схватиться за оружие.

– Чем могу помочь? – уточнил я с деланным спокойствием.

– Вот! – Горбунков ткнул мне в грудь какими-то бумагами с такой силой, что я чуть не отшатнулся.

– Проходите, – открыл дверь шире, пропуская взбешённого майора.

Когда он зашёл, первое, что увидел, – спящего Костёва и мою кровать, всю в засохшей крови. Мужик поднял брови и посмотрел на меня с нескрываемым удивлением.

– Пусть отдыхает, – кивнул я в сторону Коли. – Устал за последнее время.

Горбунков окинул Костёва быстрым взглядом, потом снова повернулся ко мне.

– Значит, не врали, что тебя ранили, когда ты на себе военных от турков вытаскивал? Дрался с монстрами и некромантом? – хмыкнул майор, и в его голосе появилась нотка уважения, смешанного с недоверием.

– Угу, – просто ответил я, усаживаясь на кровать.

Горбунков сделал всё, как я просил. Документы на разрешение одному человеку из рода Магинских приехать сюда. Прописано, что его и груз будут сопровождать и охранять. Договор о том, что я создам сто литров зелья против степных ползунов. И каждая бумажка с печатью и гербом рода Магинских.

– Подписывай! – бросил он мне, протягивая перьевую ручку.

Ух ты… Взял в руки инструмент. Это же артефакт! Ручка использует кровь вместо чернил. Дорогая вещица, редкая. Сделал несколько размашистых подписей и взял чистый лист бумаги.

Написал послание в род, что вызываю Смирнова для работы на фронте и помощи мне. Что он должен взять всё нужное для создания зелья против степных ползунов и уточнить у главного алхимика рецепт. Ингредиенты предоставят, а я буду помогать по возможности.

Сдержал улыбку от предвкушения и вернул все бумаги майору. Тот проверил и поморщился. Пока я изучал папки, нашёл подписи двух генералов и самого великого князя. Ну что ж, начало положено…

– Я пошёл! – Горбунков развернулся к двери, явно спеша покинуть комнату.

– Подождите, – встал с кровати. – А что насчёт моей просьбы?

Мужик поморщился, словно съел что-то кислое.

– Магинский, я узнал. Но не советую тебе рыпаться. Человек крайне серьёзный, пусть он и всего лишь майор… Дорогу ему лучше не переходить. Сожрёт и тут же высрет, даже не заметит.

– Кто? – поднял бровь, подходя ближе.

– Мне это дорого вышло, – начал набивать цену мужик, оглядываясь на дверь, словно боялся, что нас подслушивают. – Пришлось за очень многие ниточки потянуть, да так, чтобы не нашли, кто интересуется.

– Я не сомневаюсь, – кивнул, выдерживая взгляд майора. – Кто? – повторил вопрос, не давая ему уйти от ответа. – Как зовут того, кто подделал мои документы и отправил меня в обычную часть служить рядовым?

– Майор Свиридов Аркадий Петрович, – поморщился Горбунков, понизив голос почти до шёпота. – Суровый мужик. Но проблема не в этом, а в том, кто за ним стоит. И я бы на твоём месте радовался, что меня ещё не перемололи. Забудь и живи дальше.

– Кто за ним стоит? – спросил я.

Глава 12

Повисло молчание. Майор жевал губы и ничего не говорил.

Да тут может быть кто угодно: от старых друзей Жмелевского и до покойного, чтобы он переродился глистом, Запашного. Либо кто-то из аристократов, либо… Майор боится произнести, что это император? Удивил.

Я смотрел на Горбункова, ожидая ответа. Его лицо покрылось капельками пота – крупными, блестящими, как роса на траве. Взгляд метался по комнате, словно ища спасение. Короткие пальцы теребили пуговицу на кителе, а ноги переминались, будто майор стоял на раскалённых углях.

– Великий князь Ростовский. Генерал южной армии, – тихо ответил Горбунков, понизив голос до еле слышного шёпота.

Внутри у меня всё замерло. Не от страха, нет. От понимания масштаба игры, в которую я оказался втянут. Великий князь Ростовский – брат императора, человек, чьё влияние простирается далеко за пределы армейского командования. И он лично заинтересовался мной настолько, что распорядился изменить мои документы?

– Понял, – кивнул я, сохраняя внешнее спокойствие.

Горбунков выдохнул, словно с его плеч сняли непосильную ношу. Он отступил на шаг, бросил последний взгляд на меня – настороженный, изучающий – и выскользнул за дверь. Его шаги быстро затихли в коридоре.

Я остался стоять в халате посреди своего номера. Мысли крутились, как белка в колесе. Новость не то чтобы меня сильно удивила. Просто…

Облизнул пересохшие губы и сделал несколько шагов к окну. За стеклом виднелся военный городок: серые здания под ярким южным солнцем, солдаты, марширующие по плацу, офицеры, спешащие по своим делам. Обычный день.

Это немного меняет мои планы. Хотя… Нет! Всё так же, как и задумывалось.

Опёрся руками на подоконник, чувствуя, как прохлада дерева приятно остужает горячие ладони. Великий князь Ростовский… Брат императора лично решил вмешаться в мою судьбу. Причём не просто отправить на фронт, а в самую задницу – рядовым в обычную часть. Возможно, надеялся, что я там сложу голову. Но почему? Чем я успел насолить такой важной персоне? Или…

– Значит, великий князь? – улыбнулся, глядя на своё отражение в стекле. – Интересно… Крайне интересно.

Майор Свиридов действовал сам или по приказу? Вот главный вопрос. Если второе, то как обо мне узнал генерал южной армии и зачем ему так напрягаться? Вопросы… Вопросы…

А может, это связано с моими землями? С кристаллами? С тем, что я слишком быстро начал набирать силу и влияние? По большому счёту плевать. Ну, ещё один противник, сильный, могущественный. И я хочу получить от него титул. Да уж…

Потёр пальцами виски. Голова уже не так болела, но мысли, скакавшие от одного предположения к другому, вызывали лёгкое раздражение.

Что ж, теперь задача усложнилась, хотя стала лишь интереснее. Если сам великий князь уже обратил на меня внимание, то стоит использовать это. Встреча с ним, которую я так настойчиво требовал, теперь представляется в новом свете. Не просто способ получить поддержку, но и возможность оценить своего противника лично.

А может, и не противника? Возможно, великому князю что-то нужно от меня. Что-то, ради чего он был готов отправить в армию обычным рядовым. Проверка? Закалка характера? Или попытка избавиться от потенциально опасного фактора?

Внезапно за спиной раздался шорох. Я обернулся.

– Господин? – Коля сидел на стуле, протирая сонные глаза. Его голос звучал неуверенно, словно он не до конца верил в то, что видит. – Вы? Выздоровели?

Худое лицо Костёва выражало такое искреннее изумление, что я не смог сдержать улыбку. Пацан смотрел на меня, как на призрака. Тёмные круги под глазами только подчёркивали бледность кожи. Он похудел ещё сильнее, хотя, казалось, худее уже некуда.

– Судя по всему, – ответил я, отходя от окна.

Свет, падающий сквозь стёкла, ложился на кровать, выхватывая засохшие пятна крови на простынях. Коля проследил за моим взглядом и поморщился.

– Как вы себя?.. – попытался спросить Костёв, вставая со стула. Его ноги подкосились, и он чуть не упал, вцепившись в спинку для поддержки.

– Всё замечательно, – перебил, делая шаг вперёд и помогая пацану устоять на ногах.

Похоже, Коля так и не отходил от моей кровати всё это время, разве что ненадолго. Преданный до мозга костей, таких людей ценят. Именно поэтому я и взял его с собой.

Тряхнул головой и прогнал мысли, которые вдруг стали роиться.

– Позвольте задать вам вопрос? – крайне деликатно начал прапорщик, чем меня удивил.

Обычно Коля не стесняется спрашивать в лоб, без обиняков, а тут такие церемонии. Неужели после монстров он стал ещё более осторожным?

Пацан переминался с ноги на ногу, нервно сглатывая. Его кадык дёргался, словно маятник. Взгляд опускался в пол, потом снова поднимался на меня, затем опять вниз. Коля явно собирался спросить что-то важное для него, но не решался.

Поэтому начал я:

– У меня есть несколько монстров, которые подчиняются мне. Это семейное умение Магинских, – и ведь не вру. – Водяной медведь, морозные пауки…

Глаза Костёва расширились, став похожими на блюдца. Рот приоткрылся в немом вопросе, а руки, до этого нервно теребившие край гимнастёрки, замерли.

– А где они? – покрутил головой пацан, осматривая комнату, будто ожидая увидеть целый зоопарк чудовищ, притаившихся по углам.

Мне стало смешно от его реакции. Словно дитя, которому рассказали волшебную сказку. Но лучше дать некое объяснение, чем оставлять в неведении. Тем более, что Коля уже слишком много видел.

– Живут в моём теле… – понизил голос и заговорщически произнёс: – Едят меня изнутри, эта плата за власть над ними.

– Что? – глаза Костёва округлились ещё сильнее, а лицо побледнело так, что, казалось, из него выкачали все краски.

– Неважно, – подмигнул и махнул рукой. – Главное, они подчиняются мне, и ты можешь не переживать об этом. Конечно, никто не знает и не узнает о моих способностях.

Коля нервно кивнул, явно неуверенный, как реагировать на такое откровение. Его взгляд скользнул по моему телу, словно он пытался разглядеть, где именно прячутся монстры.

– А та красивая девушка? – проглотил слюну Костёв, набираясь смелости для следующего вопроса. – Мне показалось…

– Нет, не показалось, – хмыкнул я, вспоминая Лахтину. – Моя служанка – целая королева скорпикозов, крайне опасная и жуткая тварь. И характер у неё соответствующий.

Коля непроизвольно передёрнул плечами, словно от холода. Его взгляд стал более настороженным, а рука потянулась к поясу, где обычно висело оружие.

– Но почему она напала на вас? – проглотил Костёв, чуть бледнея.

– Ну… – задумался, что бы ему ответить. – Скажем так, у нас есть кое-какие разногласия в отношениях. Что я вообще говорю? Какие, к чёрту, отношения⁈ – В общем, я её подчинил и сделал человеком, пусть и ненамеренно, отчего у девушки камень на душе. Она была связана клятвой крови, а когда пропала, решила вернуть должок.

Собственные слова звучали странно даже для меня. Но какие, к чёрту, объяснения я могу дать? Что в серой зоне пришла скорпикоз, чтобы убить мать перевёртышей, а потом и меня, но ничего не получилось у королевы и её пленили? А я задумал получить личную боевую машину убийств? Что она действительно пыталась меня убить, но всё равно решил дать ей второй шанс? Как это прозвучит?

Коля стоял с таким видом, словно пытался переварить всё услышанное. На его лице отразилась целая буря эмоций: недоверие, страх, любопытство и что-то ещё, похожее на восхищение.

– Почему вы её не убили? – никак не унимался парень, решившись наконец задать вопрос.

– Потому… Потому… – пытался дать внятное объяснение. – Она моя! Это боевая единица, в которую я вложил много сил, времени и энергии. Ещё не люблю терять своё, поэтому мы с ней и сражались. Королева снова проиграла и теперь должна меня слушаться.

На этом лёгкий ликбез был закончен. Главное до Костёва я донёс. А то, когда всё началось, он вырубался от каждого вида твари. В будущем это будет сильно мешать.

Коля просто кивнул, принимая мои слова как истину. Иногда меня поражает, насколько легко он верит всему, что я говорю. Не знаю, хорошо ли это для него, но для меня весьма удобно.

Провёл рукой по лицу, ощущая щетину: надо бы побриться. Да и помыться не мешало бы второй раз. От меня всё ещё несло кровью и потом.

– Сколько я был в отключке? – поинтересовался у Коли.

– Почти неделю, – поморщился он. – Мы думали, что вы уже не придёте в себя. Ваши раны… Доктора приходили и смотрели, майор Сосулькин тоже. Всё пытался вам сказать, что он согласен на какие-то там условия.

Как и ожидалось… Моё состояние только лучше показало, что я не шутил. И это даже мне на руку сыграло. Отлично.

– Воронов где? – спросил я, вспомнив о нашем третьем товарище.

– А-а-а… – растянул пацан, явно не желая говорить. – Ну, он пару раз посидел с вами, а потом занялся своими делами. Ел, пил и даже к продажным девкам наведывался.

– Вон оно что, – улыбнулся, представляя эту картину. Типичный Воронов – как только запахло жареным, сразу в кусты. – Найди его и тащи сюда.

Коля кивнул и торопливо вышел из комнаты. Я же принялся приводить себя в порядок. Ещё раз умылся и побрился. Освободился от халата и надел форму, которую кто-то заботливо развесил на спинке стула. Материя казалась непривычно свободной – видимо, я похудел за время болезни.

Подошёл к зеркалу и внимательно осмотрел своё отражение. Кожа бледная, под глазами залегли тени, скулы выделяются сильнее обычного. Но главное – шрамы так и не стали меньше, два уродливых рубца: один – на плече, подарок от меча тени, второй – на боку, от клинка некроманта.

Переходим к следующему этапу. Время моей крайне странной увольнительной почти закончилось, пора двигаться дальше.

Через полчаса в дверь комнаты постучали. Я открыл и увидел странную картину: Коля, весь красный от натуги, тащил на себе Воронова, который едва переставлял ноги, и он был в… В состоянии сильнейшего опьянения. Так звучит намного лучше, чем «в дрова» или «в дерьмо».

– Маг, – икнул барон, пытаясь сфокусировать на мне мутный взгляд, – инский? Жив! – ещё раз. – Ой!

Воронов выглядел так, словно его пропустили через мясорубку, а потом собрали обратно, как попало. Мятый мундир, пропитанный чем-то вязким и сладко пахнущим. Жирные волосы прилипли ко лбу. Опухшее, красное лицо. Глаза – маленькие щёлочки на отёкшей физиономии. От него разило дешёвым алкоголем, сигаретами и ещё чем-то приторным – явно женскими духами.

– Павел Александрович, – тут же начал Коля, который держал качающегося толстяка. – Он был в борделе. Уже вторые сутки в таком состоянии.

– Что случилось? – спросил я, отступая в сторону, чтобы пропустить эту странную процессию в комнату.

Коля затащил Воронова внутрь и усадил на стул. Тот сразу начал заваливаться в сторону, и Костёву пришлось придерживать его за плечи.

– Кто? – уставился на меня мутными глазами аристократ. – Где?

Горький, почти кислый запах перегара заполнил всю комнату. Дышать стало тяжелее.

– В ванную его, – кивнул на дверь. – Холодная вода, и держать там, пока зубы не застучат. Выполнять!

Костёв тут же потащил младшего лейтенанта под душ. Оттуда послышались плеск воды и сдавленные ругательства Воронова. Какого чёрта с ним произошло? Получит у меня, когда сможет нормально думать.

Окинул взглядом номер. Хрустнул шеей и сел в кресло, закрыл глаза. Шестой ранг… Как же мне его получить? Манапыли нема, кристаллы закончились. Точно! Пальцы застучали по подлокотнику.

Из ванной доносились звуки борьбы: всплески воды, брань, угрозы и что-то ещё, похожее на мольбы о пощаде. Коля выполнял приказ на совесть. И правильно, Воронову давно пора было привести мозги в порядок.

Через десять минут дрожащий барон стоял на коленях передо мной. Тёмные волосы прилипли к белому как мел лицу. Зубы стучали, а взгляд стал немного осмысленнее. Отрезвляющий эффект холодной воды в действии.