Текст книги ""Фантастика 2025-5". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Анджей Ясинский

Соавторы: Василий Горъ,Екатерина Оленева,Олли Бонс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 349 страниц)

Глава 14. Первая стычка

Утром Лейла едва не проспала. Она так спешно собиралась, что толком даже не успела привести себя в порядок. Отстать от соседок было смерти подобно, ведь сама она в Академии ещё совершенно не ориентировалась.

Когда во время завтрака началась раздача почты. Это было так странно бумажная почта в век интернет-технологий? Но что поделать? У властителей мира свои заморочки.

Лейла вскрыла конверт и пробежалась по нему взглядом:

«Дорогая, – писала Василиса, – спешу сообщить, что у твоих родителей все хорошо. Твой отец получил повышение по должности и весомую прибавку к зарплате. Они вместе с твоей матерью приобрели новое жильё в замечательном, экологически чистом районе – потомки Чёрных Змеев не должны ютиться в съёмном жилье даже тогда, когда чары в их крови спят. Рядом с домом есть очаровательное озеро – тебе должно понравиться. Мне так точно понравилось.

Дорогая, как случилось, что ты не рассказала мне новости о помолвках – одной разорванной, второй – совершённой? Эссус в демонстративном тоне написал мне про то, что ты, якобы, натворила. Должна сказать, он крайне тобой недоволен. Разделяя его беспокойство, я, однако, не могу на тебя сердиться. Бессмертием клянусь, идея со свадьбой принадлежала чёрному юмористу по имени Нортон Хэйс? Его шутку оценили по достоинству, и ему придётся за неё расплатиться.

С другой стороны, что бы там Эссус не твердил, всё складывается хорошо. Майлзы старинный род – один из самых древних в магической Британии, ты даже специально не смогла бы подыскать себе лучшей партии.

Но если сын Лисандра окажется тебе не по вкусу, не огорчайся. Замужество – это не навсегда, если рядом есть я, готовая оказать любую услугу.

Искренне твоя

Василиса Аластаир Нахширон».

Лейла отпустила кончик пергамента и свиток сам собой свернулся. В задумчивости она пристально уставилась на сидящего перед нею Дэйва Майлза.

Что там говорила о сыне Розамунда? «Красивый, умный, очень нежный мальчик»? Ага, как же! Холёный и аристократичный? Сколько угодно! Только не нежный.

Лейла внимательно рассматривала зачёсанные назад белоснежные волосы, идеально отутюженный чёрный костюм, золотые часы на правой руке – всё в Майлзе, казалось бы, привлекало к себе, удерживало внимание. И вместе с тем он вызывал отторжение, даже неприятие. И дело было даже не столько в его вызывающем, высокомерном, капризном, как у истеричной барышни, поведении (хотя и это, конечно, тоже). Было что-то ещё, что подсознание уже зафиксировало, а до сознания не доходило, но вылилось в стойкую антипатию.

Майлз поднял голову и исподлобья глянул на Лейлу, взглядом давая понять, что так глазеть девушке на парня просто неприлично. Опомнившись, она отвела взгляд.

– Что, Аластаир? – скривил губы в усмешке Майлз. – Глаз с меня прям не сводишь? Нравлюсь?

– Напротив – не нравишься.

– А чего ж ты тогда на меня пялишься?

– Задумалась.

– О чём это, интересно?

– О том, как сильно ты мне не нравишься.

Ехидно улыбнувшись, она вышла из-за стола.

Первым уроком числилась Защита от Темных Сил.

Кабинет был увешан своеобразной наглядностью. Несколько забавно смотрелись эти ужасные картины, представляющие собой нечто среднее между творением Босха и подробной анатомической иллюстрацией: раскрытые раны, вывернутые под невероятным, неестественным углом конечности, оторванные части тела.

Живописненько так. Тошнотворно.

– Я никому не велел доставать учебники, – рявкнул стремительно появившийся на пороге класса…Нортон Хэйс.

Лейла от удивления чуть собственным языком не подавилась. Он – что? Учитель? И будет преподавать у них?! Почему её никто об этом не предупредил?!

Лейла оказалась совершенно не готова к такому повороту событий!

– Потерпите, мисс Флик, – обратился Нортон к Торри, от испуга уже успевший нырнуть в учебник, – ещё успеете зубрить. Сейчас я намерен говорить и требую безраздельного внимания. – Хэйс обвел учеников тяжёлым взглядом. – До сих пор, насколько мне известно, ваши знания по данному были направлению бессистемны и хаотичны. Каждый из вас учился у разных преподавателей и, естественно, у каждого из этих преподавателей была своя методика, собственные предпочтения. На моих занятиях все знания будут систематизированы, а навыки и приёмы отточены до совершенства. Очень часто от действий мага в решающий момент встречи со сверхъестественным зависит чья-то жизнь, не исключено, что его собственная. Так что данный предмет требует серьезных, углубленных знаний и высокой концентрации внимания.

Говоря это, Хэйс расхаживал по классу, шурша дорогой шелковой мантией.

– Силы зла бесчисленны, разнообразны, изменчивы и, в отличие от человека, чьи ресурсы, ограничены, – вечны. Это многоглавое чудище. На месте отрубленной головы всякий раз вырастает новая, хитрее и страшнее предыдущей. Ваш противник неуловим. Он постоянно меняет обличье и не поддается уничтожению. Следовательно, защищаясь, – чуть громче продолжил Хэйс, – нужно стараться быть не менее изобретательным и гибким. Эти картины, – он махнул рукой, указывая на стены, – дают довольно верное представление о воздействии Тёмных Сил. К примеру, пыточного проклятия, – он ткнул пальцем в женщину, зашедшуюся криком в агонии, – последствиях одержимости тёмном духом (существо с абсолютно бессмысленным лицом, бессильно привалившееся к стене) или нападения инфернала-зомби (кровавая кашица на земле).

Взгляд Хэйса прилип к Лейле:

– Мисс Аластаир, что вы способны поведать нам об этом виде нежити?

Лейла напряглась, почувствовав на себе множество взглядов, хотя Василиса и Эссус успели рассказать ей достаточно, чтобы она сумела дать исчерпывающий ответ на поставленный вопрос.

– Инферналы являются порождением темной магии, попадающей под раздел некромантии. Они подконтрольны только создавшему их магу и ограничены в своих действиях наложенным на них заклятием. Очень опасны, особенно если маг не способен удержать их под своим контролем. Постоянно жаждут крови.

– Отличный ответ. Насколько я понимаю, мисс Аластаир, вы совсем незнакомы с невербальными заклятиями? Можете назвать их преимущества?

– Внезапность? –попробовала догадаться Лейла.

Рука Торри нетерпеливо выстрелила вверх.

Профессор Хэйс почти обречённо посмотрел в сторону девушки:

– Мисс Флик, вы неотвратимы, как английские туманы. Хотите дополнить ответ мисс Аластаир? Говорите, что там у вас?

Торри подскочила, словно чёртик на пружинке:

– Преимущества невербальных заклинаний в том, что соперник не знает о ваших намерениях. Это даёт фору в долю секунды.

Лейла нахмурилась. Разве она только что сказала не тоже самое, пусть и другими словами?

– Слово в слово из «Стандартной книги заклинаний», – презрительно скривился Хэйс. – Всё верно, дамы. Если вы овладели искусством колдовать, не выкрикивая заклинаний, то ваша магия обретает элемент неожиданности. Разумеется, на это способен далеко не каждый. Здесь требуется особая концентрация воли и мысли. Сейчас, – продолжал профессор Хэйс, – вы разделитесь на пары и по очереди будете пытаться безмолвно заколдовать друг друга. Приступайте, – взмахнул он рукой.

Большинство невербальных попыток заканчивались пшиком. Дарк Коэльо, в паре с которым пришлось работать Лейле, аж побледнел от усилий, но толку было – ноль.

Когда они поменялись ролями, результат был тот же.

Хэйс, разгуливающий по аудитории, наблюдал за стараниями учеников, пока не задержался около пары Теда и Кевина Абнера.

Сколько не старался Тед зачаровать друга, у него, как и большинства, не получалось. Из тридцати пяти человек преуспели в выполнении задания лишь Торри Флик и Дэйв Майлз.

Торри, не издав ни звука, сумела отразить сбивающее с ног заклинание Невана; Майлз молча выбил оружие из рук своего противника по спаррингу.

Однако Нортону Хэйсу приспичило придраться именно к Теду и Кевину.

– Жалкое зрелище, Фокс. Смотрите! – с этими словами учитель направил палочку на младшего Аберна

Непонятно по какой причине, но у последнего сдали нервы, и он заорал, как сумасшедший, на весь класс: «Защита!» с такой силой, что от палочки распространилась невооружённым взглядом видимая волна. Заклинание получилось такой силы, что сбило учителя с ног.

Потеряв равновесие, Нортон Хэйс с трудом удержался на ногах, едва не рухнув на пол.

Выпрямившись, он с разъяренным видом двинулся на Кевина:

– Вы помните, в чем суть урока, Абнер?! В том, чтобы тренироваться в использовании невербальных заклятий! Не-вер-баль-ных!!!

– Помню, – буркнул Кевин.

В классе повисла напряженная пауза.

– Взыскание, в субботу вечером, у меня в кабинете, – сквозь зубы произнес Нортон Хэйс. – Урок окончен!

***

Уроки в Академии стали для Лейлы настоящим кошмаром. Минуя школу сразу поступить в высшее учебное заведение – это вам не шутки. Более того – совсем не разумно. Поначалу очарованная тем, что попала в настоящую сказку, Лейла как-то упустила этот момент из виду. Она думала, что в магическом мире всё сложится как у Иванушки-дурочка – по щучьему велению да по её хотению.

Не вышло.

На Защите от Тёмных Сил невербальные заклинания не давались никому, но на остальных уроках Лейла выглядела белой вороной – она не могла выполнить простейших заданий. Будучи амбициозной и исполнительной, она всегда хорошо училась. В круглых отличницах не ходила, но получение тройки для неё было всегда трагедией маленького масштаба. А в Академии её место оказалось даже ниже, чем уровень середнячков. Спасибо, что хоть у Эссуса её немного поднатаскали, а иначе – совсем труба и полное посмешище.

Чтобы хоть как-то выправить ситуацию, Лейла усиленно занималась, и днём, и вечером, а зачастую и заполночь. Почти всё свободное время она проводила в библиотеке, где кроме неё чаще бывала разве что всеобще признанная всезнайка Флик.

Обложившись книжками с ног до головы Лейла зубрила, чертила схемы, пыталась по полочкам разложить историю магии и заклинания, уловить хоть что-то общее, выявить систему, но пока все магические законы представлялись ей полнейшим хаосом.

Лейле нравилось в библиотеке. Помимо всего прочего, она находила там желанное уединение. На занятиях ей зачастую удавалось попросту игнорировать высокомерных, заносчивых однокурсников, общаясь с более дружелюбными представителями с других факультетов.

В гостиной у «водяных» она всегда чувствовала себя напряжённо, была там чужой, как инородное тело в хорошо отлаженном организме.

В тот вечер, когда Лейла вернулась из библиотеки, стрелки часов уже миновали отметку «десять». Большинство успело разойтись по спальням, оставив удобные кресла у камина в распоряжении узкого круга лиц.

С первого взгляда обстановка могла показаться даже уютной – ярко пылающий огонь в камине, на длинных зелёных диванах вальяжно расположился студент, наслаждающийся теплом и одиночеством – Дэйв Майлз.

Когда вошла Лейла, блондин сидел, полузакрыв глаза, и курил. В длинных белых пальцах дымилась сигарета.

Лейла, нахмурилась.

В помещении было уже изрядно накурено, а на маленьком столике выстроилось в ряд не менее трех бутылок из-под вина. Тут теперь что – так можно?

Забывшись на мгновение, Лейла стояла и наблюдала, как тонкие белые руки с длинными музыкальными пальцами плавно поднимаются к губам, как Майлз, глубоко затянувшись сигаретным дымом, задерживает его в лёгких, а потом выдыхает белое, полупрозрачное, дрожащее табачное облачко.

– Что? Опять пялишься на меня, Аластаир? Может быть, тебя тоже сигареткой угостить?

Голос у Майлза был манерный, тягучий. Он растягивал слова так, словно с наслаждением смаковал каждое из них.

– Курение, это дурная привычка, – холодно ответила Лейла. – К тому же, курить в помещении, к твоему сведению – это дурной тон.

– Да неужели? Правда, что ли?

Она попыталась уйти, но Майлз нарочито небрежным движением вытянул ноги, положив их на кресло, стоявшее напротив, тем самым преградив ей дорогу.

– Будешь учить меня хорошим манерам? Да кто ты вообще такая? Недокровка-паршивка.

– У тебя такой богатый словарный запас, Майлз! – наигранно восхитилась Лейла. – Я и слов-то таких никогда не слышала? Кстати, так, для справки, это определение никак меня не задевает.

То, что произошло дальше, выходило за рамки нормального. Такого не ожидаешь от адекватного человека из общества.

Майлз стремительно поднялся и оказался рядом словно в один миг:

– Сейчас же попроси прощения! – зашипел он.

– Прощения? – изумилась Лейла. – За что?

– Да хотя бы за то, что я вынужден дышать с тобой одним воздухом.

– Так не дыши, будь сильнее обстоятельств, – насмешливо откликнулась она. – Не знаю, Майлз, что ты там курил и почему никотин так странно на тебя действует. Возможно, ты просто псих от с рождения, но я бы на твоём месте всё равно свела спиртное к минимуму. Вредные привычки они такие – обостряют психические заболевания.

Майлз зло прищурился:

– Ты будешь извиняться или нет?

– Не буду.

Он грубо и больно схватил девушку за руку, резко притягивая к себе.

– Какого черта?! – возмутилась Лейла. – Немедленно убери от меня свои грабли, придурок!

– Ну и манеры у тебя! – засмеялся Майлз.

Лейла почувствовала, как его рука скользит вдоль её спины и уперлась ему руками в грудь, желая освободиться.

– Пусти! – повторила она.

– Или – что? – издевался он.

– Или пожалеешь!

Несильно схватив её за горло, Майлз выдохнул Лейле в ухо:

– Не смей мне угрожать, сучка.

– Пусти! – в третий раз повторила Лейла пытаясь вырваться, но добилась только того, что хватка Майлза сделалась жёстче.

Он намеренно, с видимым удовольствием причинял ей боль.

«Он воспитанный, нежный мальчик», – снова всплыл в памяти голос его матери. Нежный он – как же! Интересно, все матери так плохо знают свои сыновей?

Поняв, что вырваться не получится, Лейла сообразила резко обмякнуть в удерживающих её руках, что заставило Майлза рефлекторно принять на себя вес её тела. Он пошатнулся, утратив равновесие и Лейла воспользовалась этим, чтобы вывернуться из его рук.

– Неэтично, Аластаир, – губы парня сложились в очередную презрительную ухмылку. – Будучи волшебницей, не следует драться как плебс, особенно когда ты часть водной стихии. У тебя был шанс. А сейчас – прости, но… Парализуй!

Тело мгновенно как будто налилось свинцом. Лейла не могла пошевелить ни рукой, ни ногой, будто её паралич разбил. Словно подкошенная, рухнула она на пол. Хотелось визжать от ужаса, но голос покинул её так же, как и способность двигаться.

Медленно, с какой-то почти женской, кошачьей грацией, смахивая воображаемые пылинки с безупречной мантии, Дэйв Майлз приблизился к жертве, опустившись рядом с ней на одно колено, победно и снисходительно взирая сверху вниз.

– Поиграем? – выдохнул он, и Лейла почувствовала дурноту – от него сильно пахло алкоголем.

Блондин поднял её с пола как куклу и прислонил к стене, словно полено.

Лейла чувствовала, как его рука скользит по её бедру, но ничего не могла с эти сделать. Если бы она могла хоть вырываться! Хотя бы мычать, как глухонемая! Но даже таким нехитрым способом выразить протест не получалось. Всё, что было доступно под обездвиживающим заклятием – это взгляд, но им врага не сразить.

Было такое чувство, будто всё это происходит не с ней. Ничего более постыдного в жизни Лейле переживать не приходилось. Это чувство полнейшей беспомощности и страха перед тем, кто сильнее тебя – его не описать.

Если бы только ещё лишиться возможности чувствовать его отвратительные прикосновения! Лейла сгорала от страха и отвращения, пока Майлз неторопливо расстегивал застежку её мантии, а затем ряд пуговиц на блузке.

По-прежнему криво ухмыляясь, глядя Лейле прямо в глаза, медленно провёл по самому сокровенному месту, которое, если верить литературе, является средоточием женских желаний. И точно! Одно его прикосновение разбудило настоящий вулкан – вулкан ярости, ненависти и горячего, горького на вкус, стыда.

Эссус был прав. Этого блондинистого пакостника следовало придушить ещё в колыбели.

– Что здесь происходит? – прогремел голос Хэйса и Лейла заново уверовала в бога.

Хоть и сгорала со стыда, что их застали почти раздетыми, но – как же вовремя!

– Что здесь происходит?

При повторении вопроса голос профессора, вопреки ожиданиям, не поднялся вверх, а наоборот, зазвучал ниже и глуше, но при этом сделался только более угрожающим.

Лейла почувствовала, как горячая волна прокатилась по всему телу, возвращая мышцам способность сокращаться и двигаться.

Майлз невербально снял проклятие, наложенное им же ранее.

– Ничего, сэр, – ответил гадёныш. – Мы просто немного развлекались. Надеюсь, вы не против? – нагло заявил он.

– Это ты развлекался за мой счёт, подонок! – не выдержала Лейла.

– Полегче! – прошипел в ответ Майлз.

Но она и не думала сбавлять темп. Круто развернулась, Лейла направилась в сторону застывшего на пороге Нортона Хэйса.

– Ваш драгоценный протеже едва не изнасиловал меня только что! И самое удивительно, он, кажется, уверен, что это просто так сойдёт ему с рук?!

Майлз издевательски засмеялся:

– Да это полный бред. Не хотел я тебя насиловать. Просто подумал, что небольшой урок такой выскочке вовсе не помешает.

– Ты!.. – Лейла едва сдерживалась, чтобы не наброситься на мерзавца с кулаками.

–Я?.. – нахально развернулся к ней Майлз, предлагая продолжить.

– Довольно! – резко прервал их обоих Хэйс.

Неровные пряди черных волос обрамляли бледное, перекошенное злостью лицо профессора с гневливо изогнутыми бровями и презрительно сжатым ртом.

– Кто позволил тебе пить в школе, Дэйв? О твоём неподобающем поведении будет немедленно доложено матери.

– Я же уже говорил, эта сумасшедшая выдаёт желаемое за действительное. Да я никогда бы и пальцем не коснулся бы этой мерзкой полу-плебейки, полузмеи.

– Ты дешевый лицемер и трусливый лгун! – сжала руки в кулаки Лейла. – У тебя не хватает духа элементарно ответить за содеянное? Ты просто жалок!

Лейла вновь повернулась к декану:

– Ваша прямая и непосредственная обязанность обеспечивать безопасность ваших студентов, – заявила она Хэйсу. – Разве не так? Вы не имеете право оставить это безнаказанным!

– Вы желаете предать случившееся огласке? – хмыкнул Хэйс.

Майлз снова засмеялся, кривляясь:

– Что ты собираешься сделать, Аластаир? Нажалуешься Айзеку Абнеру? Что, по-твоему, директор сможет сделать мне? Выкинет из Академии? Ой, как же страшно! Я трепещу. Валяй, давай! Иди жалуйся. Хоть всему свету расскажи о случившемся. Выстави себя полной дурой.

– Замолчи, Дэйв, – одёрнул его Хэйс, устало потирая пальцами переносицу, словно у него вдруг внезапно разыгралась мигрень.

– Похоже ты прав, –согласилась Лейла. – Жаловаться Айзеку особого смысла нет. Он же наверняка постарается замять инцидент, сгладив острые углы, так же, как это сейчас делает Хэйс. Вам не нужны проблемы и огласка и плевать на справедливость. Я не стану говорить с Аберном. Я лучше поговорю с самим Эссусом.

При упоминании имени старшего Нахширона блондин зашёлся в почти истеричном хохоте:

– Серьёзно?! Ты действительно думаешь, что этому господину есть дело до какой-то жалкой полукровки?!

Лейла одарила его ядовитой улыбкой:

– Смеётся тот, кто смеётся последним, Майлз. Ты ведь всю жизнь просуществовал в вашем Магическом Сообществе? Как же так получилось, что ты до сих пор не знал, что Аластаир первое имя Нахширонов. И Эссус мой кровный родственник, опекун и… жених по совместительству.

Лейла специально не стала упоминать о том, что жених-то дядюшка бывший. Пусть красавчик подёргает, пофантазируют, что с ним сделают в замечательно организованной преступной группировке под патронажем Эссуса, когда узнают, что он пытался забрать «честное имя избранницы Господина».

Похоже, милого Дэйва проняло. Ещё как! Аж на лбу вон испарина выступила. Ко всем прочим своим достоинствам он ещё и трус? Прелесть-то какая!

Чувствуя себя отчасти отмщённой, Лейла вышла из общей гостиной.

Глава 15. Приворотное зелье и нерушимые клятвы

Профессор Мартин Лейле совсем не понравился – толстые усатые дядьки с замашками провинциального Казановы никогда не вызывали у неё восхищения.

Сам кабинет походил на лабораторный класс по химии. Повсюду здесь витали запахи, напоминающие ароматерапию, когда парфюмерные композиции подобраны неправильно. Они раздражали резкой назойливостью до головной боли, до скрежета зубовного.

Полные тревоги взгляды Майлза, которые приходилось то и дело ловить на себе, настроения Лейле также не добавляли.

– Ну? – радостно потёр руками профессор Мартин – на толстых пальцах блеснули массивные золотые украшения.

– Достаем весы, наборы для изготовления зелий и учебник. Те, у кого нет с собой ингредиентов, могут позаимствовать их из хранилища, – жизнерадостно оповестил учитель. – Весы, я уверен, найдутся там же. Итак, приступим, мои дорогие? Сегодня для показа я приготовил несколько зелий и составов. По завершению курса все вы должны будете научиться готовить точно такие же. Наверняка каждый из вас о них уже слышал, даже если варить и не приходилось. Кто скажет, что это?

По внешнему виду кипящее содержимое колбы напоминало обыкновенную воду.

Две руки взметнулись одновременно – Торри и Майлз. Девушка тянула руку порывисто, едва не вскакивая с места, Дэйв же поднял её с ленивой неторопливостью, словно бы даже нехотя.

– Мисс Флик, слушая вас.

Как истинный английский джентльмен Мартин решил предоставить слово даме.

– Это «Зелье Правды», – выпалила Торри. – Бесцветная жидкость, лишенная запаха и вкуса. Вынуждает того, кто ее выпьет, говорить только правду, о чём, собственно и сообщает его название. Магический аналог детектора лжи, используемого вне Магического Сообщества.

– Молодец, Флик. Всё правильно. Теперь – вот это?

Жидкость, булькающая во второй колбе, выглядела вязкой и мутной, словно кому-то пришло в голову зачерпнуть жижу прямо из болотца.

– Тоже весьма известное. О нем, кстати, недавно упоминалось в предписании министерства. Кто…? – начал было профессор Мартин.

– Это Маскировочное Зелье, сэр! – снова дала правильный ответ Торри. – Превращает принявшего его для других людей в невидимку, при этом не лишая объект физических свойств. При прикосновении или случайном столкновении с другими объектами чары рассеиваются.

– Прекрасно, прекрасно… Теперь это… да, моя дорогая? – с некоторым уже даже раздражением протянул Мартин видя, что Торри снова тянет руку вверх.

– Приворотное Зелье! – с видом победителя выпалила Торри. – Самое сильное любовное зелье в мире.

Мартин попытался продолжить:

– Многие, я уверен, узнали это зелье по очевидному алмазному блеску…

– И по пару, который поднимается вверх характерными спиралями, – с воодушевлением подхватила Торри, словно они с профессором вели беседу с глазу на глаз.

– Верно, мисс Флик. Всё верно. Вы молодец. Уверен, станете одной из первых учениц Академии.

Зардевшаяся от удовольствия Торри застенчиво опустила ресницы:

– Спасибо, сэр.

– Вернёмся к нашему зелью? Предупреждаю вас, несмотря на кажущуюся лёгкость и доступность этого, довольно лёгкого в приготовлении, средства, очень часто оно не оправдывает тех надежд, что на него возлагают. Приворотное зелье не рождает настоящей любви, потому что любовь – величайшее волшебство в мире, – искусственно воссоздать невозможно. Зелье вызывает лишь страстное увлечение, похожее на одержимость. Вы будете смеяться, но, пожалуй, это самое опасное и сильнодействующее вещество, что находится сейчас в этом кабинете. Да, да, – мрачно покивал Мартин в ответ на усмешки, – не стоит так улыбаться. Когда вы повидаете столько, сколько довелось увидеть мне на своём веку, то перестанете недооценивать силу страсти. Впрочем, – перебил сам себя учитель, – вам пора приступать к работе.

У Торри зелье получилось просто идеально, чего никак нельзя было сказать о творении Лейлы. В её котле кипело что-то, весьма отдалённо напоминающее нужный состав.

По окончанию урока, в конец расстроенная, Лейла запихнула палочку в сумку и направилась было к выходу, когда за её спиной раздался тягучий, манерный голос Майлза:

– Алаистар?

Она лишь ускорила шаг, совершенно не желая с ним разговаривать.

Но он не отстал:

– Подожди! – догнал он её, хватая за руку.

Лейла, гневно её с себя стряхнув, поглядела на молодого человека с брезгливой неприязнью:

– Чего тебе ещё?

– Нам нужно поговорить.

– Нет, Майлз, нам говорить не нужно – это тебе надо. Но до твоих потребностей мне, откровенно говоря, нет никакого дела. Какими бы они не были, это – твои проблемы.

– Да подожди ты!

Он больше не пытался схватить Лейлу руками, но зато упёр руку в стену перед её носом, словно шлагбаум поставил.

– Я всего лишь хотел извиниться за своё вчерашнее поведение. Понимаешь, перебрал с выпивкой и вёл себя не лучшим образом.

– С этим трудно поспорить. Но понимать это в мои обязанности не входит.

Лейла вновь предприняла попытку пройти мимо. И вновь – безуспешно. Майзл по-прежнему стоял на пути.

– Пусти! Мне нужно идти, – возмутилась Лейла. – У меня дополнительное занятие по полётам.

– Что мне сделать, чтобы ты приняла мои извинения?

Майлз понизил голос почти до шепота.

– Откуда я мог знать, что ты Его племянница? И ещё – почему ты сама-то ничего не сказала мне о том, что мы с тобой помолвлены?

– Ах, до тебя, наконец, донесли сей прискорбный факт? И почему я молчала? А как ты себе это представляешь? Я, на минуточку, если ты забыл, говорить под твоим заклятием вообще не могла. И не только говорить.

– А до этого?

– А до этого хотела посмотреть, что ты собой представляешь.

– Посмотрела?

– Лучше бы не видела.

– Что так?

– Ты мне не нравишься.

– Ты мне тоже, – насмешливо парировал он. – Кажется…

– Кажется? – хмыкнула Лейла. – То есть, ты не уверен?

– Да какое там уверен?! Откровенно говоря, Алаистар, до вчерашнего разговора с Нортоном я тебя вообще мало замечал.

– Правильно. Лучше бы не замечал и дальше. Так было бы лучше для всех. Жаль, увиденное однажды уже не развидеть.

Дэйв Майлз посмотрел на неё с горечью:

– Почему ты согласилась? – неожиданно спросил он.

Лейла, поколебавшись секунду, решила сказать правду. Ну, почти правду.

– Пожалела твою мать.

Дэйв нахмурился:

– Пожалела мою мать? –повторил он эхом. – Ты дала нерушимую клятву, связывающую тебя по гроб жизни с совершенно незнакомым тебе человеком лишь потому, что пожалела женщину, которую увидела первый раз в жизни? – свёл Дэйв тонкие брови. – Ты дурочка, Аластаир?

В его утверждении была изрядная доля истины. Вторая доля была в том, что на момент принятия решения идея любым способом избавиться от Эссуса в качестве будущего мужа казалось стоящей. Правда, теперь Лейла уже не была так уверена. На самом деле оба варианта далеки от идеала.

Выслушивать плоские остроты Майлза было, мягко говоря, очень неприятно.

– Я понятия не имела, что нерушимая клятва действительно нерушима. Знаешь, я и сейчас в это не до конца верю. Возможно, отыщется способ всё-таки увильнуть от брака с тобой?

Дэйв пожал плечами:

– Такого способа нет. Если мы разрушим помолвку, либо останемся бесплодными, либо умрём молодыми.

– Не страшно, – отмахнулась Лейла. – Иногда лучше прожить меньше, да лучше.

***

Тот день запомнился ещё одним неприятным инцидентом, произошедшим за ужином. Вернее, после него.

Непонятно зачем и для чего, но Майлз начал докапываться до Кевина Абнера. Возможно, всё дело в том, что ему всегда нужно кого-то достать, или день прошёл зря?

– С тех самый пор, как Нахширон прошёл на голосование в Палату Магов, твой папаша с Академии почти не появляется? – бросил Майлз Кевину в лицо. – Не знаешь, что он пытается провернуть?

– Если и знаю, то тебе-то я этого точно не скажу, – презрительно бросил в ответ Кевин.

– Да я и сам знаю. Твой папаша работает у министерских в стукачах, шпионит и вынюхивает в порядочных семьях, у которых недостаёт такта послать его куда-подальше, а потом работает доносчиком. Вам за это хоть платят? Или наш Святоша работает исключительно из любви к искусству? Судя по вашим доходам, последнее ближе к истине.

– Майлз, какая же ты мерзкая сволочь! – произнес младший Абнер полузадушенным хрипом.

– Это я-то сволочь? Разве я натравливаю легавых на семьи своих учеников за мзду?

– Ну, ты у меня сейчас дождёшься! – подорвался Тед, но Кевин удержал его.

– Не стоит. Не здесь, и не сейчас. Поговорим позже, – бросил он на блондина угрожающий взгляд

Тот в ответ только язвительно засмеялся:

– Жду не дождусь встречи, как монашка исповеди.

Сказано – сделано.

Парни сцепились в вестибюле, прямо перед большой парадной лестницей. Кто-то из рядом стоящих, у кого ещё здравомыслие иссякло не до конца, шагнул вперёд, встряв между драчунами, и заклятие, посланное Кевином в Майлза, угодило в миротворца. Тот растянулся на полу, судорожно дёргая удлиняющимися ногами.

Метаморфоза напоминала кадры из фильмов ужасов – ноги парня всё растягивались и растягивались, бесконечно, будто резиновые. Это никак не прекращалось. Невозмутимо перешагнув через рухнувшего противника, директорский сынуля, к удивлению Лейлы, вознамерился удалиться.

– Стой, сволочь!!! – брызжа слюной, кричал Майлз. – Ты хочешь оставить его так?

– Ты имеешь что-то против?

– Да ты издеваешься?! Сними проклятие сейчас же!

– Представь себе – не могу. Не знаю контрзаклинание.

Неизвестно, чем бы закончилось, не вмешайся вовремя подоспевшая Торри:

– Кевин, прекрати это. Немедленно! – не терпящим возражения тоном потребовала она.

– Как скажешь, – нехорошо улыбнулся тот.

Ноги стонущего мученика к тому моменту занимали почти весь коридор. С мерзким хлопком, словно кто-то отпустил до предела растянутую резинку, они начали быстро-быстро укорачиваться, возвращаясь в первоначальное состояние.

Парень заорал, царапая ногтями по полу, и потерял сознание.

Майлз и Пенни Уилкс кинулись к пострадавшему другу. Возмущённая Лейла, следуя воодушевляющему примеру Торри, набросилась на Кевина.

– Ну ты и козел! Я-то думала, что ты нормальный, а ты такой же псих, как и все в этой вашей чокнутой Академии!

Кевин открыл было рот, чтобы возразить, но не успел.

– Что здесь опять происходит?! – прогремел голос Хэйса.

– Абнер проклял Кэйна, сэр, – плаксивым голосом наябедничала Пенни. – Вот что происходит!

– Не правда! – возразила Торри, неожиданно меняя позицию и вступаясь за друга. – Кевин не произнёс ни слова! Мы все свидетели.

– Сегодня вечером всем явиться на отработку, – медленно выговаривая каждое слово, процедил профессор. – За новым взысканием. Вы меня поняли, Абнер?

– Да, понял.

– Да, понял, сэр!

– Да, сэр. Я вас понял.

Лейла едва не упала, когда кто-то очень сильно толкнул её со спины. Развернувшись, она изумленно посмотрела на красное, словно свекла в борще, точёное лицо Теда:

– Мы думали, ты нормальная, Аластаир, а ты, оказывается, такая же змея, как все с вашего факультета.