Текст книги ""Фантастика 2025-5". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Анджей Ясинский

Глава 11

Наши лица почти соприкасались.

– Пусти! – снова потребовала я.

Я чувствовала, как Адейр напряжён, натянут, словно струна. И то, что он стоял так близко странным образом на меня действовало.

Всё происходящее казалось возмутительным, даже невозможным! Ещё вчера кузен был для меня просто незнакомцем, ничем и никем. А сейчас…Да что такое со мной происходит? Это отвратительно! Отвратительнее всего было то, что… нет, даже додумывать не стану, но…его близость взволновала меня. И с этим решительно ничего нельзя было поделать, кроме как прикрываться яростью и злостью.

Волнение, смущение и жар накрыли неожиданно, и я оказалась совершенно к этому не готова.

– Чёрт бы тебя побрал! Оставь меня в покое! – протестующе зарычала я, когда Адейр сделал прямо противоположное тому, о чём его просили – прижался ко мне всем телом. – Какого чёрта ты творишь?

– Доказываю, что ты ошибаешься на мой счёт, дорогая кузина, – он смеялся, но глаза его оставались серьёзными. – Хочу, чтобы ты знала – девочки мне тоже нравятся.

Его зубы обнажились в оскале, словно у волка, в глазах плескалось пламя.

– Скажи, я возбуждаю тебя, кузина?

– Да пошёл ты!

Вместо ответа он намотал мои волосы себе на руку, так, что малейшее движение причиняло мне острую боль, лишая возможности вырываться и впился в мой рот так, будто трахал его своим языком.

Руки Адейра были тяжёлыми. Они мяли моё тело до синяков, заставляя закусывать губы, чтобы не стонать в ответ. От этой неправильной боли моё тело млело, таяло и ныло – было хорошо и больно одновременно. Его рот был слишком настойчив и умел, чтобы я смогла остаться безучастной.

Он вжимался в меня так, будто хотел срастись со мной. Целовал так, словно намеревался съесть. Его неудержимая, кажущаяся неконтролируемой, страсть, погружала в какое-то полубессознательное состояние. Я только и могла, что рвано, поверхностно дышать, цепляясь за его плечи.

Было что-то животное, магнетическое в его движениях. Я задыхалась от жара и тяжести его тела. Отталкивали его от себя и одновременно с тем сама прижималась.

Он тянул мне во влажную, полную томительной неги, тьму, и я скользила туда за ним почти бездумно, позабыв обо всём. Не хотелось ничего, лишь бы это продолжалось. Хотелось только чувствовать.

Когда он вошёл в меня, боль была невероятно острой, и я протестующе вскрикнула.

В ответ он тихо рассмеялся:

– Да, кричи, –выдохнул он тихо. – Мне нравится слышать твой голос. Я хочу, чтобы ты кричала.

– Ненавижу тебя, – прорычала я в ответ, вонзая ногти ему в спину.

Он прогнулся, напоминая большую чёрную кошку. Его волосы липли ко лбу, а остальные пряди вились вокруг лица.

– Придёт время, и я тебя убью, – прошипела я. – Ты мне за это заплатишь!

Вместо ответа он входил в меня снова и снова, прижимая к холодной земле, толкаясь в глубину моего узкого, девственного тела ритмичными, глубокими, мягкими толчками. А моё тело с восторгом принимало это вероломное вторжение.

Я никогда не думала, что можно испытывать такое чисто физическое, животное, незамутнённое, лишающее желание мыслить, удовольствие. Наслаждение переполняло меня, раскалёнными гвоздями пульсировало в разгорячённой плоти, требуя завершения. Экстаза. Хотя я и сама не понимала толком, к чему стремилась.

Я себя не контролировала впервые в жизни, совершенно потерявшись в ощущениях. Я вся горела и таяла, как снег на палящем солнце, пока не дошла до максимума и не рухнула вниз с оглушительной высоты.

– Да! – прорычал он, кончая, прижимая меня к себе с такой силой, словно намеревался сломать пополам. – Да!

Будто молнии пронзали тело. И вслед за тем я услышала свой тихий, гортанный стон, глухой и протяжный, словно со стороны.

– Чёрт! – я всё ещё держалась за его плечи.

Мне не хотелось открывать глаза.

Через силу я всё-таки подняла отяжелевшие ресницы и вместо воображаемых звёзд увидела над собой тонкое лицо Адейра.

Его чёрные волосы трепало ветром, будто ураган прошёлся. Отчасти так и было.

Магия страсти уходила. Я отчётливо осознавала, что лежу на холодной стылой земле, на которой только что бездумно рассталась с собственной девственностью.

Чувства медленно возвращались ко мне. Осознание чудовищной безнравственности и неправильности того, что только что случилось, навалилось на меня своей тяжестью.

Я всегда надеялась, что первый раз у меня случится с тем, кого я люблю, с тем, для кого я сама буду что-то значить. Что физическая близость между нами станет естественным продолжением наших чувств.

Адейр был практически первым встречным. Он меня ненавидел, да и я к нему особенной нежностью не пылала. Он мне и не нравился даже! Как же так получилось, что человек, чужой и чуждый во всём, мог подарить мне такое удовольствие? И если бы это действительно был первый встречный, с которым мне больше никогда не пришлось бы встретиться, но нет! Это проклятый кузен, чтоб ему пропасть!

Двоюродный брат? Какой кошмар!!!

Я чувствовала себя грязной. Как от такой грязи отмыться? Мне хотелось раствориться в воздухе и переместиться за тысячу миль от этого места, чтобы никогда-никогда-никогда больше с Адейром не встречаться!

Но как не избегала я смотреть в его стороны, он всё-таки перехватил мой взгляд. Адейр глядел на меня с вызовом, прищурив глаза, время от времени облизывая вспухшие от наших поцелуев, потрескавшиеся на ветру, губы.

Господи, какой позор. Как это выдержать? Мне отчаянно хотелось лупить кулаками по листьям, разбрасывая их в разные стороны и кричать, кричать, кричать.

От одной мысли что вот такой, с растрёпанными волосами, смятыми юбками, в плаще в следах влаги, со вспухшими губами мне придётся пройти через половину парка и замка, возможно, попасться на глаза Вину, Ньюту, не говоря уже о Лоуэле, я почувствовала, что ломаюсь.

Как же было стыдно!

А кто поручиться, что эта тварь со змеиными глазами, кошак ободранный, станет обо всём молчать? Парни редко держат язык за зубами. Как же не похвастаться очередным трофеем? Тем более, что он наглядно продемонстрировал весь уровень своего уважения ко мне. Да я его, уважения, наверное, и не стоила?

Как такое могло случиться? Как я допустила?! Это даже изнасилованием не было – я сама позволила ему это сделать. Я почти добровольно рухнула в эту звериную, животную страсть.

Жаль, что люди не умеют сбрасывать с себя тела, как змеи. Будь на это хоть малейший шанс, я бы так и сделала.

Словно разряды тока проходили по нервам, заставляя сглатывать воздух и слёзы.

– Так и будешь там сидеть? – окликнул меня Адейр. – И молчать?

– Ненавижу тебя. Лучше бы ты скормил меня зомби!

– Позволь с тобой не согласиться. Зомби тебе порадовать нечем, с питательной точки зрения ты ничего особенного собой не представляешь – мяса-то на костях почти нет. Хотя, если честно, ты вообще ничего особенного собой не представляешь. С любой точки зрения.

Как он меня бесил – слов нет. И делал это осознанно, как опытный экспериментатор нажимал на клавиши и прислушивался – что дальше?

Не собираясь ему подыгрывать, я повернулась к Адейру спиной, и постаралась, насколько могла, привести себя в порядок, очищая одежду от пятен, собирая рассыпавшиеся длинные волосы в низкий пучок на затылке. Сама себе я напоминала наполненный до краёв бокал, из которого в любой момент вот-вот выплеснется ядовитое содержание.

Ступать вперёд следует плавно. Очень плавно.

– Эй, ты куда?

Отвечать я демонстративно не стала.

– Я не разрешал тебе уходить!

Он что?! Издевается?!

Я только прибавила шаг и в следующий момент передо мной как в дурацком мультике сплелась зелёная стена из ветвей и листьев.

– Какого чёрта?! – зло всплеснула руками я, оборачиваясь. – Ты кем себя возомнил? Убери это. Немедленно!

– Или – что?

– Если я сейчас не уйду – не знаю, что сделаю. Возможно, попытаюсь тебя убить?

– Всё интересней и интересней, – насмехался он. – С тобой не соскучишься.

– Ты мне отвратителен. И не надейся, слышишь, что эта выходка сойдёт тебе с рук. Я не вещь, которую можно использовать по своему желанию. За случившееся ты ответишь.

– Как?

– Как и положено за любое насилие.

– Не гони, дорогая. Я тебя не насиловал – я доставил тебе удовольствие.

– Удовольствие, которое доставляется без согласия и разрешения, такое же насилие, даже хуже – это издевательство. Плевок в душу! Я тебе отомщу.

– Вопрос прежний – как? Обвинишь в насилии? Кто тебе поверит? Ну, положим, если даже и поверят, ты же знаешь, что в таких случаях симпатии всегда на стороне насильника, а не жертвы? Я бы на твоём месте на стал позориться.

– Тебе привычней позориться на своём. Можешь быть уверен, я подниму такую шумиху, что после сегодняшнего ты ко мне на пушечный выстрел не подойдёшь. Не посмеешь.

– Вот тут ты дважды ошибаешься, Вероника. Во-первых, ещё как посмею, я ж не робкого десятка парень. А, во-вторых, кто сказал, что он мне нужен – второй раз? Думаешь, ты так восхитительно хороша? Ты неуклюжая, неумелая и нелепая девственница. Да ты ничего не смыслишь в удовольствии.

– По-твоему поведению я так и поняла. Тебе ни капельки не понравилось.

– Я хотел тебя унизить и унизил! Большего мне от тебя не надо.

На щеках его от злости выступил нездоровый румянец, глаза блестели.

– Раз так – прекрасно! – воинственно вскинула я подбородок. – Дай мне клятву, что больше пальцем меня не тронешь, и я забуду о твоём существовании. Мне это будет вовсе не сложно. Ведь, откровенно говоря, до сегодняшнего дня я вспоминала о тебе только тогда, когда нужно было придумать альтернативу группе Ворона! Эй! Какого чёрта?!

Испуганно воскликнула я, когда Адейр сделал шаг вперёд, вновь приблизился. Он глядел на меня злым взглядом и тяжело дышал

– Поклянись, что больше не прикоснёшься ко мне! – упрямо требовала я.

– Не стану. Ты об этом ещё, конечно, не знаешь, маленькая кузина-девственница, но человеческое тело – греховный сосуд. Оно просто так о полученном удовольствии не забывает. Завтра ты сама передумаешь и повиснешь у меня на шее. Хорош же я буду со своей дурацкой клятвой? Я же тогда ничем не смогу тебя помочь?

Я понимала, что он откровенно и нагло хамит. Я очень старалась не вестись на провокации.

– Ты можешь быть на этот счёт совершенно спокоен. Гарантирую, что не стану вешаться на твою тонкую, скользкую шею, братец. Так ты дашь слово? Или мы начинаем войну?

Он нагло, мерзко ухмыльнулся, упираясь рукой в сплетённую им же зелёную стену:

– Кишка тонка, сестрёнка, против меня воевать, – зашептал он на ухо. – Разве что кого другого против меня науськаешь? Помогущественнее себя? Но вот только, чтобы мотивировать его на подобные подвиги тебе снова придётся раздвигать ноги. И тут мой урок окажется очень кстати.

Размахнувшись со всей силы, я ударила его по губам, прерывая поток грязных слов. Его голова по инерции мотнулась в сторону, рассыпавшиеся волосы мазнули меня по руке.

Адейр на мгновение замер, опустив голову. А потом медленно её поднял, взирая на меня жёстко, насмешливо, с вызовом.

Ярость, застившая мне глаза, была неистовой силы. Мне казалось, что я сейчас задохнусь от негодования. Подонок! Чтобы ты сдох в мухах. Рассыпался пеплом под ветром. Исчез бесследно! А следом за тобой пусть развеются воспоминания о последних часах моей жизни.

– Значит, война? Да, кузина? Подумай хорошенько, как бы не пожалеть об опрометчивом решении?

Выстроенная им зелёная стена рассыпалась пеплом от сотворённого мной «мёртвого» пламени и, не оборачиваясь, я стремительно направилась к замку.

По пути в свою комнату, пересекая зал и коридор, я старательно игнорировала обращённые на меня испуганно-вопросительные взгляды сокурсников, так же, как и их стихающие при моём появлении разговоры. Я интерпретировала их по-своему, чувствуя себя пригвождённой к позорному столбу, так, будто бы надпись о случившемся в лесу сияла у меня прямо на лбу с описанием всех подробностей.

– Вероника!

Нехотя обернувшись, я увидела Вина в компании неизменных Камиллы, Амайи и Ньюта.

– Ты в порядке? – поинтересовались подошедшие друзья. – Как…

– Это были не мои родители, – собственный голос слышался мне деревянным.

– Не твои родители? Но…

Почти все, кто стоял в холле, глазели на меня и перешёптывались. Это факт – мне не мерещилось.

С удивлением я обнаружила, что к нам приближается Кайл Мэйсон с бледным, расстроенным лицом. У сопровождающей его Дженнис губы были привычно плотно сжаты. Рядом с ними вышагивал высокий полицейский.

– Мисс Старлинг, почему вы одна? – резким голосом вопросила Дженнис. – Где ваш кузен?

– Не знаю.

– Не знаете? – мне послышалось в её голосе возмущение.

– Мы расстались в лесу, – пояснила я. – Адейр, видимо, решил прогуляться.

– Прогуляться? – хмурое, замкнутое лицо полицейского заставляло меня нервничать.

– Да.

– Зачем?

Что за нелепый вопрос? Зачем люди прогуливаются?

– Наверное, он решил подышать свежим воздухом? После того, с чем нам пришлось столкнуться на кладбище, каждый успокаивает нервы, как может.

– Что вы делали на кладбище? – монотонным голосом продолжал допрашивать полицейский.

А Дженнис каркающим голосом пролаяла вдогонку:

– Отправились подышать свежим воздухом после той бойни, что устроили в морге?! Объяснитесь, пожалуйста!

– Мы отправились туда, куда вы нас отправили! На нас напали, чуть не убили, а теперь все эти вопросы… откровенного говоря, я бы сама не отказалась бы получить разъяснения! Только не знаю, куда мне за ними обратиться?

– Да ты хоть понимаешь, что вы натворили?! – заорала на меня Дженнис, заставляя думать – в своём ли дама уме?

– Ты не ранена? – мягко обратился ко мне Кайл Мэйсон.

Он всегда обращался со мной до тошноты мягко.

– Нет, к счастью. Обошлось.

– Мы отыщем Адейра Морела прежде, чем парень натворит ещё чего-нибудь, – пообещал полицейский директору. – А вы позаботитесь о том, чтобы девушка не покидала стен Магистратуры.

– Без проблем, – кивнул мистер Мэйсон.

– Не понимаю, что происходит? Адейра в чём-то обвиняют? – обратилась я к друзьям.

– Ты шутишь?! После того, что этот псих Морел устроил в морге?!

– А что он устроил?

Друзья изумлённо посмотрели на меня, будто я сказала что-то, не поддающееся их пониманию.

Мне набросили на плечи одеяло и поспешили увести из общего холла. Не сопротивляясь, я покорно следовала за проводниками.

Мистер Мэйсон, заведя в директорский кабинет, пододвинул мне кресло.

– Садись. Чай будешь?

Я кивнула. Я бы сейчас, как китайский болванчик, кивала на любое предложение, лишь бы от меня отстали.

Кай вышел в соседнюю комнату, а я, ведомая шестым чувством, подошла к его компьютеру. И замерла, глядя на монитор. На нём на стоп-паузе замерли наши с Адейром изображения.

Мы были в морге. Как раз перед тем, как сопровождавший нас полицейский стянул простыню с трупа.

Как это понимать?

Я навела курсор мышки на «пуск» и кликнула по ней, запуская видео.

На камере не отразилось ничего из того, что было в «нашей» реальности. Не было никаких зомби, не было разлагающегося офицера. Был Адейр, который ни с того, ни с сего, начал палить по окружающим нас людям «синими» молниями. Люди кричали, пытались убежать, но… его магические стрелы настигали их снова и снова.

Не веря тому, что я только что увидела, я запустила видео сначала. И снова увидела ту же череду меняющихся кадров. Причём на видео я стояла в центре цветового убийственного шоу, не принимая в нём никакого участия, хотя с точностью помнила, как вносила личный вклад в «общее» дело.

Кто кого морочит? Адейр ли зачаровал меня? Нас обоих зачаровали, заставив поверить в опасность, которой не было? Заставив видеть за фигурами реальных людей зомби, от которых мы, в нашем представлении, защищались, в то время как на самом деле мы убивали ни в чём неповинных сотрудников морга?

Кай замер на пороге, балансируя с чашкой чая в руке.

– Не нужно было на это смотреть, – проговорил он, пристраивая чашку на уголок тумбочки. – Очень жаль, что тебе пришлось пройти ещё и через всё это. Рад, что ты не пострадала, но…

В этот момент дверь распахнулась и полицейские волоком втащили в директорский кабинет кузена Адейра. Причём «втащили» в прямом смысле этого слова – на поводке, как собаку.

Хотя – нет. Не на поводке. Серебряный обруч стягивал его шею, а две другие цепочки обвивались вокруг кандалов на тонких запястьях. Другой конец позвякивающих цепей находился в руках стражей порядка.

Кузен смерил меня разъярённым взглядом, видимо, как и я до этого делая ошибочные выводы о своём положении.

Он зло рассмеялся:

– Слушай, сестрица, я зря не принял твои угрозы всерьёз. Но, признаться, я не понимаю, каким образом ты успела околдовать всем этих бравых мужей?..

Он ни черта не понимал и не отдавал себе отчёта в истинном положении дел. Меня вдруг затопила злая радость и какое-то тёмное торжество. Мне даже делать ничего не пришлось. Мироздание само за меня отомстило.

– Отпираться бессмысленно, Адейр, – голосом героини из мелодрамы вещала я. – Все уже знают о твоём преступлении.

Сделав шутовской шаг вперёд, Адейр приставил к ноге ногу, из-за чего цепь на его ногах загремела. И отвесил мне шутовской поклон.

– Не возьму в толк, из-за чего сыр-бор?

– Неужели ты нисколько не раскаиваешься в содеянном? – добавила я трагизма в голосе, внутренне не только наслаждаясь, но и забавляясь ситуацией.

От удивления его брови высоко поднялись. А на лице застыла плутовское и в то же время жестокое выражение. Он чуть наклонился ко мне, скаля зубы в злой ухмылке:

– Ты действительно хочешь, чтобы я всё рассказал? Вот так прямо при всех? Во всех подробностях? Во всей красе?

– В этом нет нужды. Все уже всё видели. Во всех подробностях. Видишь ли, в антимаговских моргах есть камеры. И на них не действуют никакие чары.

– Что? Ты о чём?!Ты с ума сошла?..

Я развернула к нему монитор и запустила видео.

Это было чистейшим наслаждением, видеть, как менялось его лицо. Как от глумливой насмешки не осталось ни тени. Теперь вместо самодовольства в его лице было что-то загнанное и обречённое. Гнев, осознание, просветление – словно он догадался о чём-то, что до этого ускользало от внимания и бессильная ярость, в которой он сжимал кулаки почти до хруста.

– Видишь? Улики неопровержимы.

– Это подстроено! Меня подставили! – взорвался кузен.

В этот момент мне почти стало его жалко. Потому что это было правдой. Кто-то его подставил, ловко сыграв в поддавки. Кузен был хитёр и прозорлив. Для своих девятнадцати-двадцати. Но тот, кто сыграл с ним в эту партию, был хитрее, изворотливее и прозорливее.

– Это была самозащита! – слова слетали с его губ рычанием, чуть ли не плевками.

Он был в ярости. Он был в отчаянии. А кто бы не был?

– Мы – защищались! Ты же была там! Скажи им!

– От кого вы защищались? – развёл руками капитан. – Я вижу рядом с вами только беззащитных не-магов, которых ты поджарил, как овец на заклание.

Адейр обернулся ко мне, ища моей поддержки. Наши взгляды скрестились. И кузен обмяк, поняв, что помощи от меня он точно не дождётся, хуже того, вздумай я сейчас дать противопоказания против него – забью их, как крышки, в гроб.

Интересно, за убийство десяти человек ему положено пожизненно заключение? Или смертная казнь?

От мысли о последней меня как сквозняком ледяным обдало. Он, конечно, негодяй и сволочь, но настолько отягощать свою совесть я не собиралась.

– Ах ты, сука, – почти беззлобно прошипел он сквозь зубы.

– Перестаньте ругаться, молодой человек. Вы и так заставили Веронику пройти через настоящий ад! – оборвал его Кайл.

– Ад? – засмеялся он. – Ад для неё начнётся, когда я вернусь из тюрьмы. Ты слышишь меня, гадина?!

– Слышу, – спокойно кивнула я.

В глазах кузена промелькнуло понимание, что сказанное было сказано зря. И сделанное – тоже. Но ни того, ни другого уже не исправить.

Он не отрывал от меня взгляда пока шёл к дверям. Ярость и надежда светились в его глазах. И обещание мести.

Ну-ну, конечно, ты отомстишь, моя радость. Если вырвешься. А я постараюсь, чтобы этого не произошло. Сделаю для этого всё, что в моих силах.

– Всё хорошо, – похлопал меня по руке Кай. – Ты в безопасности. Всё в порядке.

«Вы идиот?!», – хотелось завизжать мне ему в ответ.

Вот что хорошего?! Что?! Он что, не понимает, что кто-то ведёт своюЮ очень жесткую игру.

«Против тебя ли? – снова вопросил меня собственный же голос. – Адейр любитель неприятностей. Видимо, с кем-то он успел уже сыграть. Возможно, в то самое обольщение, которому пытался научить и тебя. А может быть, просто перешёл кому-то дорогу? В любом случае тот, кто хотел уничтожить его, тебе не враг. Тебя он не тронул».

Я медленно вышла из директорского кабинета. Как раз в тот момент, когда Адейра вели по холлу первого этажа, прямо у меня под ногами.

Он вскинул взгляд. Но остановил его не на мне. Кузен глядел в противоположную от меня сторону. Туда, где в тени колон стоял Ворон. Весь в чёрном, почти сливаясь с тенями.

Парни обменялись взглядами.

Кот улыбнулся Ворону с вызовом, словно говоря: «Это не конец. Я ещё вернусь И вырву тебе твои перья».

«Кто вы друг другу? Соперники? Любовники? Враги?», – с болезненным озарением подумала я в тот миг, понимая, что не так уж сильно хочу знать правду.