Текст книги ""Фантастика 2025-5". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Анджей Ясинский

Соавторы: Василий Горъ,Екатерина Оленева,Олли Бонс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 185 (всего у книги 349 страниц)

Хотя, если по справедливости, это они неслись по чужой полосе.

Линда тут же пожалела о сделанном замечании. Расхохотавшись, почти как шкодливый мальчишка, Рэй прибавил скорость, бесшабашно и дерзко перестраиваясь из ряда в ряд.

Его только веселили и подстёгивали несущиеся вслед возмущённые гудки.

– Какого чёрта ты творишь?! – вырвалось у Линды, когда из-за них чуть не столкнулись лоб в лоб две машины. – Сбавь скорость, мать твою!

– Если у кого-то плохая реакция, это их проблемы, – пожал Рэй плечами. – А вот если ты ещё раз посмеешь мне указывать, да ещё и вспоминать мою матушку, это может плохо для тебя кончиться.

Наконец они затормозили. К удивлению Линды, у какой-то, судя по виду, промышленной зоны, заброшенной вот уже несколько лет.

Отовсюду торчали куски арматуры, металлические двери, запаянные намертво проходы, уводящие куда-то в глубь непроглядным тёмных дыр.

– Это что? Декорации к фильмам ужаса? – не смогла она удержаться от шпильки.

– Можно сказать и так, – снова подхватив Линду под руку, Рэй вытащил её из машины одним рывком, усмехнувшись в лицо мягко и нагло, как кот, намеревающийся сожрать пойманную им мышку. – Если только ты не любишь групповуху так же, как люблю её я.

Линда попыталась выдернуть руку, но он только крепче сжал пальцы.

– Идём, дорогая. Упираться бессмысленно.

– Зато приятно!

– Ну, каждый получает удовольствие доступным ему способом. Кто я такой, чтобы за это тебя осуждать?

– Отпустите меня, пожалуйста, – взмолилась Линда.

Она не особо верила в успех предприятия. Но попытаться всё равно стоило.

Внутри металлических ангаров было ненамного уютнее, а главное, ненамного теплее.

К удивлению Линды, они вошли в лифт. Тот начал медленно опускаться в шахту.

И вот тогда её стало по-настоящему страшно. Солнце, люди и жизнь оставались наверху, а тут словно живым в могилу опускаешься.

«Я хочу верить, что сплю и просто вижу страшный сон», – пронеслось в голове.

Спокойный и невозмутимый, будто идёт на работу в офис, с бумажками копаться, Рэй Кинг шагнул в длинный узкий коридор, с множеством металлических дверей.

– Что это такое? – не удержала вопроса Линда, с испуганным изумлением рассматривая подземный город.

– Мой дом. Как и полагается червям, мы живём под землёй. Ничуть не менее удобно, между прочим, даже комфортнее, чем в небоскрёбах. Если правильно всё обустроить, конечно.

– И вы, конечно же, всё обустроили правильно? – язвительно протянула она.

– Конечно, – хмыкнул Рэй.

Он толкнул одну из комнат, открывая взгляду Линды даже не комнату – судя по размерам, скорее, зал. Людей здесь было не меньше двух десятков, от лиц в глазах зарябило. А сердце сжалось испуганным воробушкам, когда все они разом притихли и принялись, словно школьники, подниматься с мест.

– Привет, ребята, – кивнул им Рэй. – Отдыхаете?

– Мы это заслужили, – не слишком уверенно захорохорился чернявый тип, судя по внешности, латинос. – Парни имеют права немного повеселиться после того ада, через который прошли ради тебя.

– Да я не против. Даже привёл вам красотку чтобы добавить в ваш скучный мальчишник немного перчика.

Линда едва не кинулась бежать со всех ног, куда глаза глядят. Удерживало только сознание, что бежать некуда. Со всех сторон стены, охрана, замки, вооруженные до зубов мужчины.

– На проститутку она не похожа.

– Наверное, потому, что не проститутка? – сощурился Рэй. – Она работает на нашего конкурента, и я хочу доставить ему, своего рода, предупреждение. Так что, развлекайтесь, ребята. «Всё включено», платить ни за что не придётся. Одно маленькое условие – что бы вы там не делали, девушка должна остаться живой.

Линда никогда и представить себе не могла подобного ужаса. В её отношениях к мужчинам всегда в приоритете были принципы равенства и взаимного уважения. Умная и сдержанная, они никогда не позволяла себе попасть в сомнительную ситуацию.

Лишь в этот раз всё пошло не так.

Линда чувствовала себя загнанной в нору лисицей, окружённой свирепыми псами. Всюду горящие похотью глаза, всюду глумливые улыбки, потные майки, липнущие к телу.

Самое неприятное, что в другой ситуации она сама могла бы счесть многих из окруживших её сейчас самцов очень даже ничего. Подтянутые, накаченные мачо знойного испанского типа. Но как не хорош волчара, лань, которой он вышел навстречу, знает только одно – это конец! Для неё не существует ничего, кроме осознания собственной боли и страданий. Все другие качества кроме острых клыков для приговорённой жертвы не имеет значения.

Единственным препятствием между ней и пускающими слюни хищниками был Рэй Кинг. И Линда бросилась к нему за защитой, чисто инстинктивно хватая за руку:

– Пожалуйста! Пожалуйста, нет! Не делайте этого. Я не переживу! Я не смогу!..

Рэй стряхнул её с себя, словно надоедливую букашку. Его лицо было словно каменным.

– Не мои проблемы.

– Пожалуйста! – упала Линда перед ним на колени, пытаясь удержать, не дать уйти. – Я сделаю всё, что угодно! Только не заставляйте меня пройти через это!

– Я Ну и что мы на меня смотрим?! – обернулся он к своим парням. – Уберите уже её от меня.

– Будь ты проклят! – заверещала Линда, чувствуя, как чужие липкие руки поднимают её с пола и тянут за собой, словно бесы в ад. – Мерзавец! Гад! Гореть тебе в аду! Тебе мало было убить моих родителей! Отнять детство, счастье, любовь!!! Тебе всего мало, ненасытная тварь! Ради пустой забавы ты отнимаешь последнее, что у меня осталось – чувство собственного достоинства. Если бы я могла, я бы собственными руками стёрла тебя в порошок!

Волосатые короткопалые пальцы одного мужика лапали её, другой мертвой хваткой глумливо удерживал, не давая возможности увернуться, уйти, отбиться.

– Лучше убей меня!!! – взвыла Линда. – Ты, чокнутый придурок!!! Если пришла в голову фантазия насиловать меня, сделай это сам, долбанный пидарас! Всё, что ты способен делать это стоять и смотреть, жалкое подобие мужчины! Импотент! Или единственная, у кого на тебя стоит, это твоя сучка-сестричка, такая же жалкая психопатка?!

В зале стало так тихо, что, наверное, было бы слышно, как пролетела муха.

Если бы муха тут, конечно, летала.

Медленно, угрожающе, как в замедленной съёмке, Рэй Кинг остановился на полпути, не дойдя до двери несколько шагов.

Развернулся, поглядев через плечо.

С белого лица, красивого по всем понятиям и канона, глядели жуткие глаза разъярённого монстра.

Так же вальяжно, как лев, уверенный в собственной силе и непобедимости, Рэй приблизился к всхлипывающей Линде.

«Сейчас он меня убьёт», – подумала Линда. – «Ну и пусть! Всё лучше, чем то, на что меня решили обречь».

Она вскинула голову, с вызовом глядя в ненавистное лицо.

– Что ты сказала? – тихо спросил он.

– Сказала: хочу, чтоб ты сдох! Как собака. Медленно и мучительно. Хочу, чтобы ты заплатил за всё, что сделал с моей семьёй.

Её трясло.

Линда понимала, что с рук ей её слова не спустят. Но чего ей ещё бояться?

– Нет, – покачал головой Рэй. – Ты не это сказала – совсем другое. Сомневаешься в моей способности оттрахать тебя, куколка?

Пальцы его клешнёй до боли сомкнулись на её подбородке:

– Думаешь, тебе придётся это по вкусу?

– Мне пришлось бы по вкусу другое.

– Правда в это веришь? – насмешливо хмыкнул Рэй. – Что у тебя хватит силёнок прикончить меня?

– Пороха бы, может, и хватило, – прорычала Линда. – Да жаль, ружья нет.

– А ружьё я тебе дам, – весело проговорил он, блестя сумасшедшими глазами. – Пит?..

– Да, сэр? – откликнулся один из Кинговских головорезов.

– Давай, одолжи-ка даме свой пистолет.

Линда с недоумением глядела на протянутое ей оружие, зажатое в белых длинных пальцах Рэя.

– Ну? Что медлишь? Вот он я, перед тобой. Стреляй. Если сможешь.

Линда ошарашено поглядела на протянутый ей пистолет, переводя взгляд с чёрного дула, вблизи кажущегося огромным, на смеющееся, жёсткое лицо Рэя Кинга.

– Ну? – картинно выгнул брови он. – Чего медлишь? Выглядишь так, будто пребываешь в замешательстве. О чём думать? Или, на самом деле, ты уже не так сильно уверена в том, что жаждешь моей смерти? Нет, ты её, конечно, жаждешь, но рассчитывая посмотреть из-за угла на чью-то работу, держа собственные ладошки чистенькими, не замаранными ни в чьей крови. В этом вы, женщины, похожи друг на друга. Предпочитаете таскать каштаны из огня чужими руками.

– Я не…

– Так докажи это! Возьми оружие и спусти курок.

Его голос и взгляд были откровенно провоцирующими. Она нервно выхватила протянутое ей оружие.

Линда не была уверенна в скрытых мотивах Кинга. Она даже не была уверена в том, что они, эти скрытые мотивы, вообще существуют.

– Аккуратней, мисс Филт. Курок взведён, пистолет может выстрелить. Если вы преждевременно снесёте себе башку, то испортите нам всё веселье. И не волнуйтесь вы так. Обращение с оружием требует хладнокровия. И ещё, если вы намерены застрелиться, тогда всё путём, но если хотите пристрелить меня, его следует держать иначе.

Линда трясущимися руками направила пистолетное дуло в сторону Рэя.

Её трясло одновременно и от пережитого только что страха и от переполняющей душу ярости. От того, с каким насмешливым любопытством вся компания наблюдала за разыгрываемым бесплатно развлечением.

– Отлично! Итак, мисс Филт, вы это сделали. Молодец. Ну а теперь постарайтесь прицелиться… хотя самому мне представляется с трудом, что можно промахнуться буквально с трёх шагов, но я видел, как некоторые всё же ухитрялись проделывать подобное.

Линду трясло всё сильнее. Дуло заметно отклонялось то вверх, то вниз.

Пистолет был крохотный. Он мог поместиться в сумочке у Линды. Но при этом тяжёлым. Ощущение, будто держишь в руке монолитный кусок стали.

– Спокойнее, мисс Филл, спокойнее. Руку держите ровнее. Можете прислонить её к стене, или к чему-то, что поможет держать упор. Так будет легче. И учтите, что как только вы нажмёте на гашетку, будет отдача. Постарайтесь при этом оружие не выронить.

Любопытно, что чисто машинально Линда проделала всё, что Кинг советовал.

– Теперь положите указательным палец вот на этот маленький рычажок и, не забывая держать дуло направленным на меня, плавно спускайте.

Линда расширенными глазами смотрела на стоявшего напротив Рэя Кинга, спокойным голосом инструктирующего, как лучше себя пристрелить.

Ситуация откровенно абсурдная.

Она понимала, что с ней играют. Возможно, пистолет вообще не заряжен?

– Вы что-то долго целитесь, мисс Филт, – скучающим голосом протянул её мучитель. – Это становится неинтересным. Вы вообще собираетесь стрелять?

«Нажми на курок. Сделай это».

Она была уверена, что сможет. Когда на одной чаше весов лежит твоя жизнь, на другой – чужая, долго думать о приоритетах не стоит.

Тёмные волосы Кинга рамкой обрамляли бледное лицо. На нём не было ни тени испуга – он не боялся. А не бояться он мог только в одном случае – если точно знал, что находится в безопасности.

Придя к такому выводу, Линда испытала облегчение. Это просто проверка. Пистолет либо не заряжен, либо заряжен холостыми.

Зажав пистолет обеими руками, она медленно опустила его вниз, в пол.

– И только-то! – разочарованно протянул Кинг. – В итоге – пустой салют.

– Вы не дали бы мне заряжено оружие. Неужели вы думаете, что я этого не понимаю?

– Не дал бы заряженного оружия? – Кинг казался искренне удивлённым. – Это ещё почему?

– Вы игрок. Но, сдаётся мне, в некоторых случаях вы не прочь смухлевать.

– Даже если допустить, что вы правы, тем более нет поводов колебаться. Стреляйся, мисс Филт. Стреляйте.

– И что мне это даст? – сощурилась Линда.

Кинг рассмеялся:

– Да, откровенно говоря, ничего. Вы правы: я мухлюю. Правда, не так, как думаете. Пистолет-то заряжен. Но даже если вы выпустите в меня всю обойму, вашу участь к лучшему это не изменит. Просто даст мне лишний раз возможность покрасоваться, демонстрируя себя, любимого, в полный рост.

Говоря это, Кинг приблизился вплотную. Пистолет в руке Линды перестал прыгать туда и сюда, потому что теперь его дуло упиралась Рэю в грудь.

Если точнее, в область солнечного сплетения.

– Вы хотели задеть моё самолюбие, упрекнув в мужской несостоятельности? Положим, вам это удалось. На это «слабо» ведутся все без исключения особи мужского пола, отвечая на вызов не одним, так другим способом, – в глазах Кинга плескалось злое веселье. – Я в любом случае теперь докажу вам, насколько я горяч и могуч. Но если вы в меня ещё и выстрелите, я сделаю это с нимбом мученика над головой. Так будет интересней, не находите?

Линда помотала головой:

– Для меня интересней всего будет тот вариант, в котором вы меня попросту отпустите.

– Нет уж, попалась, так попалась, бабочка. Ну, так что? Смиренно примешь участь жертвы? Или же, для начала, пусть и без толку, но побрыкаешься?

В глазах Рэя Кинга не было ничего, способного внушить Линде надежду.

Именно в этот момент она поняла, что он не шутит.

Секунда, другая.

В голове пронеслись мысли одна шальней другой. Что лучше? Групповое изнасилование? Или мгновенная смерть? Пытка, через которую придётся пройти, унижение и боль?

Или куда более достойная смерть?

Всё в Линде протестовало против принятого решения. Она сама с собой была не согласна, но колебаться не было времени. Второго шанса не будет.

Видимо, что– то в её лице промелькнуло такое, что заставило Рэя Кинга насторожиться. Реакция у него была быстрая, молниеносная, как у кобры.

Линда не успела поднести пистолет к своему виску. Рэй выбил пистолет из её руки.

Выстрел прозвучал оглушительно. Резко и едко запахло пороховой гарью.

Оглушённая, пребывая в лёгком шоке, Линда стояла и смотрела на исказившееся лицо Кинга.

Видимо, в её восприятии время текло чуть дольше, чем было на самом деле. Потому что для неё момент, когда она выстрелила и удар по лицу, последовавший за этим, разделялся томительно текучими секундами. А одно, скорее всего, сразу последовало за другим.

– Да уж! Женщины никогда не устают удивлять. Этого варианта я почему-то не учёл, мисс Филт. Один – ноль, в вашу пользу. Ваш выбор вам зачтётся. Приступим к десерту.

– Нет!!! – рванулась Линда, с тем же успехом, с каким бабочка бьётся о стекло.

– Отдай её мне, отец.

Линда готова была благословить вмешавшегося уже за одно то, что руки, деловито задравшие ей юбку, замерли на бёдрах.

Рэй медленно повернул голову на звук раздавшегося голоса. Заплаканная, затравленная Линда сделала то же самое.

– Ливиан? Что ты здесь делаешь?! – прорычал Рэй Кинг.

Высокий и стройный молодой человек стоял у металлической лестницы, по которой, судя по всему, спустился минутой ранее.

– Ты столько раз приглашал меня после нашей последней ссоры. Вот я и решил, наконец, зайти. А тут такое дело… Знаешь, я приму твоё предложение отец. Но с условием.

– Кто бы сомневался? – скривился Кинг, не выпуская Линду из своих рук. – Какое условие?

– Я хочу эту женщину для себя.

– Да неужели? Решил поиграть в спасателя?

– Каковы бы не были мои мотивы, моё условие – это она. Я сделаю то, что хочешь ты, но лишь после того как ты сделаешь то, что хочу я.

– Эта женщина нужна мне для другой цели.

– Тебе решать, какая из целей для тебя важнее, – невозмутимо отозвался Ливиан.

– Обе важны. Но если ты так настаиваешь, я тебе её отдам. Желание детей закон для родителей.

Ливиан скривился, как если бы у него внезапно и сильно заломил зуб.

– Но и желания родителей следует исполнять, – продолжил Рэй. – Мне нужно доставить с этой женщиной послание нашему сладкому Альберту Элленджайту. Послание это должно быть хорошо читаемым и недвусмысленным. Возьмёшься сделать это сам?

– Что именно?

– Изнасилуешь эту куколку для меня здесь и сейчас, в кругу товарищей? Или кишка тонка?

– Я давно подозревал, что у тебя крыша не то, что потекла и поехала. Тут уже до фундамента коррозия дошла. Я сделаю это. Так, как ты скажешь и так, как захочешь, Рэй.

– Серьёзно? Станешь насиловать плачущую женщину? – смеясь, проговорил Кинг. – А как же все прошлые разговоры о высоких материях, сын?

– Повторяю, я сделаю всё, что ты захочешь. Но я буду единственным. Никто другой, включая тебя самого, её и пальцем не коснётся.

– Всегда подозревал, что ты жадина, – засмеялся Кинг. – Что ж? Твоё предложение разумно. И вашим, и нашим, как говорится. По рукам. Можешь приступать.

Линда испуганно переводила взгляд с Рэя на Ливиана.

– Ты хочешь, чтобы я сделал это прямо здесь? – брезгливо поморщился Ливиан.

– Именно.

– Почему?

– Я тебе не доверяю, – ухмыльнулся Рэй. – Вдруг ты чего-то не доделаешь, а эта прыткая красотка станет потом всюду утверждать, что не только отец, но и сыночек слабы в проявлении мужской силы.

– Ты больной на всю голову.

– Правда, что ли? – продолжал зубоскалить Рэй.

Ситуация конечно же наметила тенденцию к лучшему. Один, в данном случае, куда лучше двух десятков, спору нет. Но когда тебя собираются прилюдно отыметь это тоже не фонтан.

«Просто сожми зубы и терпи», – приказала себе Линда. – «Выбора всё равно нет».

Скользнув по лицу Рэя ненавидящим взглядом, Линда на ватных ногах двинулась в указанную ей сторону. Ливиан тоже, судя по всему, восторга от предстоящего не испытывал. Это радовало.

– Надеюсь, ты не стыдлива? – тихо выдохнул он, беря Линду за руку и толкая к стене, закрывая от многочисленных любопытных, похотливых, насмешливых и просто безразличных взглядов.

– А если стыдлива? Что тогда?

– Тогда ничего, – кивком отбросил он упавшую на глаза чёлку.

Адреналин, кипевший в крови, ушёл. На смену ярости, гневу, истерике пришло странное, но в какой – то степени спасительное отупение.

Запас человеческой прочности столь велик, что остаётся только удивляться.

Ещё вчера, кто бы Линде рассказал о возможности такой, прямо сюрреалистичной, ситуации, она бы с уверенностью утверждала, что не вынесла бы ничего подобного. Такое унижение немыслимо. И переживать его, наверное, даже и не нужно.

Но когда судьба тебя ставит перед препятствием и не оставляет выбора, ты просто закрываешь глаза, смиряешься и плывешь по течению. Она исчерпала все бывшие в её запасе средства защиты. Если бы продолжила истерику дальше, не факт, что Рэй не решил бы вернуться к первоначальному варианту где «все – все – все с ней одной». Ливиан был лучшим из худшего.

Сжав зубы, Линда заставила себя стоять спокойно и не сопротивляться.

Она пыталась себя уговорить, что всё не так уж и плохо. Он не стар, не толст, в иной ситуации его легко было бы счесть привлекательным. Даже пахнет дорогим парфюмом.

В действиях Ливиана нет садисткой грубости, желания её унизить.

Весьма вероятно, он, как и сама Линда, просто делает то, что должен. И, в сложившейся ситуации, нужно отдать ему должное, делает со всей возможной в этой ситуации деликатностью.

Когда рука Ливиана, скользнув к Линде в трусики, попыталась немного приласкать её, она дёрнулась, зашипев рассерженной кошкой:

– Это лишнее!

– Предпочитаешь на сухую? – индифферентным голосом поинтересовался он.

– Заканчивай с этим поскорее!

– Нравится роль мученицы? – хмыкнул он, в то время как его пальцы со знанием, умело делали своё дело.

Никакого неземного удовольствия Линда, естественно, не получала. Обстановка не располагала. Но её неудобство и дискомфорт были большей частью духовного плана. Физически боли она не ощущала.

Ливиан был бережен и аккуратен, осторожен и при этом методичен, как машина. На счастье, или на беду, но проблем с его потенцией у них не возникло.

В жизни Линды до этого было всего двое мужчин. Ни с одним из них дело до оргазма так и не доходило. По сути, когда отношения достигали определённой стадии, Линда просто делала то, что считалось правильным – она притворялась, изображая отсутствующую разрядку и считала это нормальным.

Считается, что у зрелой особи должен быть секс? Он был. Кто возразит?

С её стороны страсть слиянию никогда не предшествовала. Скорее, в действие приходила схема: надо – значит надо. Решение принимал разум, а не тело или чувства.

Секс казался Линде чем-то смешным, даже досадным, но тем, что терпеть можно и даже нужно, если собираешься строить отношения с мужчиной.

Не чувствуя совершенно ничего ни на одной из стадий процесса, начиная от поцелуя и заканчивая фрикциями, Линда, естественно, не понимала, что заставляет людей к этому стремиться. Время, потраченное в постели с любовником, было для неё убитым временем, которое куда с большим успехом можно было бы разменять на что-то для себя полезное или хотя бы интересное: чтение книги, просмотр фильма, разговор, наконец.

Поэтому неожиданно приятные ощущения внизу живота застали Линду врасплох. Она никогда не верила в «тело предало её», да по большому счёту, тело её не придавало никогда: ни тогда, прежде, ни сейчас.

Ничего в ней не плавилось, не переполнялось эмоциями. Эмоций как раз вообще не было. Никаких. Линда чувствовала себя в этой сфере пустой, как выеденная скорлупа грецкого ореха.

От неё в процессе участвовало только тело.

Но самое странно, что ему-то, как раз, вроде как всё и нравилось. Её тело, в отличие от самой Линды, не имело ничего против совершенно незнакомого человека, кажется, моложе неё самой, чьего лица она толком даже не успела рассмотреть.

Возможно, мозг Линды так извращённо реагировал на дикую ситуацию, в которую она попала?

Возможно, перенасыщенный адреналином организм, всё-таки не до конца избавившийся от гормонов, выдал то, чего с ним ещё не случалось до сей поры ни разу – оргазм?

Но в любом случае всё это никак не походило ни на восторг, ни на радость. Это было мерзко, постыдно и гнусно. Линда предпочла бы сладкой судороге, скрутившей внутренности, острую. боль.

В этой ситуации боль стала бы её защитой, барьером, бронёй.

Сдавленные стоны Ливиана действовали на Линду как оголённый провод на нервы. Этот глубокий и тихий, как сдавленное рычание, стон был ей ненавистен.

Её от него тошнило.

И от себя – тоже.

Линде невыносимо неприятно было видеть его дикий и долгий взгляд, когда Ливиан поднял голову.

Омерзительно было слышать, как он дышит сквозь сжатые зубы.

А Ливиан, как назло, всё ещё прижимал её к себе, стискивая за плечи.

Чувствуя такую злость, на которую раньше считала себя попросту не способной, Линда тихо прошипела, как змея, которой придавили хвост:

– Пусти!

Ливиан подчинился.

Разжав пальцы, он отдёрнул от неё руки, будто обжёгся.

Линде казалось, что она слышит свой собственный плач со стороны. Такой же болезненные и горький, как удары её сердца.

Мыслей не было.

Мысли словно обратились в мёртвых птиц. Они усыпали сознание чёрными перьями. Внутри души как будто поработала мясорубка.

Линда не смогла заставить себя даже взглянуть в лицо человеку, который только что владел ею. Пусть и не по своей воле, может быть даже без желания сделать это.

Всё это не скрашивало ситуацию – оно делало её ещё более безнадёжной и гадкой.

Не хотелось ни видеть, ни жить, ни дышать.

Но это ничего. Она, как лисица, заползёт в свою нору, отлежится, залижет раны.

Она выживет.

Должна выжить, чтобы заставить заплатить эту тварь за то, что он с нею сделал.

Не Ливиана – Рэя Кинга.

Линда тряхнула головой, чтобы избавиться от наваждения, но вместо того, чтобы рассеяться оно, напротив, приобрело более навязчивые черты и сделалось ещё более жутким – за спиной Ливиана, бледный, похожий на призрак самого себя, стоял Альберт.

Заметив замешательство в её взгляде, Ливиан обернулся. Как раз вовремя, чтобы нарваться на кулак, со всего размаха, точно молот, ударившего ему в лицо.

– Какого?!. – грязно выругался Ливиан, инстинктивно хватаясь за разбитый нос.

– Ах ты тварь!

Но нанести удар ещё раз у Альберта не получилось. Подоспевший Рэй перехватил его руку и ловко скрутил парня, заведя её за спину.

– Тихо, тихо, милый! Для мальчика из хорошей семьи у тебя слишком горячий нрав и плохие манеры.

– Пусти меня, – холодно процедил Альберт.

Глаза его отливали зелёным кошачьим огнём.

– Конечно, пущу. К чему нам долгий и близкий контакт, если мы не планируем заняться ничем интересным? Но ты бьёшь не того парня. Ливиан тут играет за белых, спасает девицу, а ты ему тут витрину портишь…

– Спасает девицу? От чего же он её спасает таким странным экзотическим способом?!

– Ты будешь смеяться, но – от меня. От странных людей при невероятных обстоятельствах спасают самые неожиданные поступки.

– Ты опустишь мою руку или нет? – прорычал Альберт.

– Даже и не знаю. У тебя такая замечательная попка, что я уже начал подумывать, а не подбить ли тебя всё-таки на более тесный контакт? Ну да ладно. Сначала дело – потом удовольствие.

Рэй отступил на шаг, выпуская Альберта из медвежьего захвата.

Тот потёр руку и оглянулся на Линду:

– Ты не пострадала?

– Зная Ливиана, я бы скорее рискнул предположить, что твой адвокат получила удовольствие, – усмехнулся Ливиан. – Я вообще-то иначе всё задумывал, но в итоге так тоже получилось неплохо. В моей жизни уже встречался этот весьма странный тип женщин, что от оргазмов страдают больше, чем от разбитого носа. Где ты откопал эту фригидную бабу?

Альберт ответил лишь разгневанным взглядом.

– В общем, мысль моя проста. Если ты ещё раз посмеешь сунуть нос в мои дела (имеется в виду финансовая часть, а что касается личной, тут я тебе только рад), то на месте твоего адвоката окажется твоя невеста. И не факт, что белый рыцарь, вроде моего старшего сына, окажется рядом. Всё может пройти не так…чистенько. Надеюсь, ты усвоишь урок, сладкий, – протянул Рэй. – Ну а теперь, если тебе нечего сказать, забирай свою сучку. Валите отсюда оба.