Текст книги "Современный зарубежный детектив-14.Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: авторов Коллектив

Соавторы: Сьюзен Хилл,Жоэль Диккер,Себастьян Фитцек,Сара Даннаки,Стив Кавана,Джин Корелиц
сообщить о нарушении

Текущая страница: 59 (всего у книги 346 страниц)

Глава 54

Наоми

Знакомый скрип. Неужели она слышит его в последний раз?

Звук, с которым открывался люк, показался ей увертюрой, подходящей прелюдией к ее уходу из этого мира.

Наоми Ламар встала и, нетвердо стоя на ослабевших ногах, смотрела вверх на ведро, которое, покачиваясь, медленно опускалось к ней.

Она так нервничала, что даже почувствовала позыв к мочеиспусканию, хотя только что сходила по малой нужде. В колодце не было подходящего для этого уголка, но она подыскала такое место, где, как ей казалось, моча быстрее всего исчезала в щели пола.

Наоми запрокинула голову и смахнула со лба клопа, который выполз из ее волос. Ее тело уже не чесалось. Теперь оно горело, так сильно она расчесала себя до крови. Шею, руки, грудь, ноги, покрывшиеся за два месяца волосами.

Однако сверху придет избавление.

Ведро покачивалось в полуметре над ее головой. Последовал сильный рывок, и она испугалась, что компьютер может выпасть из ведра. Наоми вытянула руки вверх (к пауку), однако ничего не произошло, но зато она смогла ухватиться за ведро.

Она судорожно вцепилась в него и держала так крепко, как обняла бы Анук, если бы хоть один раз в жизни ей представился такой шанс.

Когда ведро находилось на уровне бедер, она опустилась вместе с ним на пол. И расплакалась.

Она вспомнила тот день, когда в университете были вывешены результаты экзаменов, а она не хотела идти в крытую галерею, не хотела стоять в очереди вместе с другими студентами, чьи мечты благодаря одному взгляду на список могли получить мощный импульс или разбиться вдребезги.

Однако в конце концов она уже не могла больше ни одной минуты оставаться в своей комнате. Любопытство победило страх и погнало ее по кратчайшему пути к «Черной доске». Такое же чувство охватило ее и сейчас сгорая от любопытства, она вынула ноутбук из ведра и раскрыла его.

Одну, может быть, две секунды она смогла сидеть с закрытыми глазами. Но потом не выдержала и начала читать сообщение паука. Последнее сообщение, полученное от него, после того как Наоми призналась в бесспорно самом ужасном поступке, совершенном ею в своей жизни:

«Очень хорошо, миссис Ламар. Именно это я и хотел от вас услышать. Наконец-то вы сказали правду. Если у вас есть еще что-то, о чем вы хотели бы рассказать перед смертью, вы можете набрать сообщение на клавиатуре этого компьютера. Как только вы отправите ноутбук ко мне наверх, я позволю вам умереть».

Глава 55

Шатаясь, Мартин вышел в приемную «Адской кухни», попытался ухватиться за стойку и опрокинул при этом пластмассовый горшок с искусственными гортензиями.

Анук уже и след простыл.

Когда ему наконец удалось снова встать и выбраться из больничной палаты в фойе, он увидел только ее спину, полоску голой кожи в том месте, где больничная ночная рубашка не была застегнута, как полагается. Затем электронные двери закрылись, и у Мартина уже не было возможности помешать девочке покинуть карантинную зону.

Чтобы отыскать ультрафиолетовые метки в недрах корабля. Босиком. С ультрафиолетовой лампой в руке.

Слезящимися глазами Мартин смотрел на стальные двери шлюза и не представлял себе, как сможет снова открыть их, даже если ему и удастся пройти казавшиеся непреодолимыми три метра, отделявшие его от выхода.

Проклятые побочные действия.

Что-то – возможно, таблетки, больной зуб, падение в воду, сильное физическое и моральное истощение, а может быть, все это, вместе взятое, – превратило его голову в котел с избыточным давлением.

Каждый шаг вызывал в его голове настоящее землетрясение средней силы, поэтому он должен был сначала трижды подумать, прежде чем куда-то отправиться. Двигаться в направлении выхода было бы пустой тратой сил. Его ключ был у Анук, а без него он не сможет выбраться отсюда.

Я болен. Я совершенно выбился из сил. И к тому же заперт.

Мартин попытался нащупать свой телефон, но в кармане брюк его не оказалось. Он не мог вспомнить, чтобы Анук забирала его себе вместе с ключом, когда он лежал на полу в ванной; возможно, телефон выпал из кармана, когда он упал.

Мартин повернулся. Его мозг колыхнулся в противоположном направлении. Во рту он ощутил привкус желчи. Его сразу же бросило в пот.

Мартину хотелось лечь на пол и уснуть. Но у него не было другого выбора, если он собирался выбраться отсюда. Он закрыл глаза и, держась руками за стойку, медленно двинулся назад в направлении палаты Анук. Чем меньше его отвлекали внешние раздражители, тем больше были шансы на то, что его не стошнит. И действительно, вслепую дело пошло быстрее. До перехода в больничную палату на его пути не было ничего, на что он мог бы натолкнуться, и ему нужно было все время двигаться только прямо. При этом он старался делать глубокие вдохи и выдохи, чтобы насытить свой мозг кислородом.

В конце стойки Мартин остановился и стоял до тех пор, пока не смог локализовать боль в районе затылка. Хороший знак. Как только боль будет не вездесущей, а ограничится лишь определенными зонами, он сможет сконцентрироваться на ней и – можно надеяться – когда-нибудь победит ее.

Он осмелился открыть глаза и увидел прямо перед собой дверь в больничную палату Анук, которая была, к счастью, приоткрыта.

Мартин задумался над тем, что он должен будет делать, если не найдет свой телефон, но тут же до него дошло, что телефон ему и не нужен. Ему достаточно нажать на тревожную кнопку в палате Анук, которая была связана с его мобильником и с мобильником…

Елены!

Мысль о докторше заставила его замереть на месте.

Почему же это сразу не пришло ему в голову? Он был здесь, внизу, не один. После покушения на Елену Бек она была тоже переведена в «Адскую кухню»!

Мартин повернулся направо.

Даниэль сказал ему, что ее палата находится наискосок напротив палаты Анук. На этой стороне коридора имелась только одна дверь, о которой могла идти речь, но она была закрыта.

Мартин плотно зажмурил глаза, огненный шар с левой стороны лба достиг размера кулака, который, как губку, мял его мозг. Это было уже лучше, чем стальной шар накануне. Он постучал кулаком в дверь. Подергал за ручку. Позвал Елену по имени. Никакого результата.

Мартин помассировал шею, нажал большим пальцем на отросток одного из шейных позвонков в надежде, что боль во лбу сначала усилится, а потом ослабнет. При этом он наклонил голову вбок, посмотрел вверх и обнаружил над дверной рамой красный рычаг, который Елена показывала ему при первом посещении «Адской кухни».

«В случае крайней необходимости вы сможете с его помощью открыть замок…»

Без промедления Мартин рванул рычаг вниз. Он услышал гидравлическое шипение, а затем дверь приоткрылась внутрь.

– Елена?

Он вошел в скудно освещенную внутреннюю каюту, которая была обставлена так же, как и палата Анук. Такая же смесь гостиницы и роскошного санатория. В спертом воздухе ощущался запах несвежего дыхания и освежителя воздуха.

Докторша лежала на боку, повернув голову в сторону двери, ее глаза были закрыты. В свете ночника последствия покушения все еще были заметны. Заплывшие глаза, одутловатые щеки, распухшая шея. Но дыхание было ровным, и, по-видимому, она не испытывала боли. Хорошим знаком Мартин посчитал отсутствие капельницы и кислородной маски на ее лице.

Он подошел к кровати и прикоснулся к обнаженному предплечью женщины. Она никак не прореагировала на это, он попытался растормошить ее.

Она что-то пробормотала себе под нос, тихонько почмокала и попыталась вялым движением отбросить его руку, но он только крепче схватил ее.

– Елена, помогите мне.

Она открыла заспанные глаза и, казалось, в первый момент не узнала его. Лишь постепенно ее взгляд прояснился.

– Что?.. – спросила она сонным голосом.

Он склонился над ней:

– Мне срочно нужен ваш ключ! Где он?

Она скривила лицо, словно съела что-то кислое. Подавив зевоту, она спросила:

– Зачем, у вас же есть, есть… свой?..

Мартин не хотел даром терять время. Он был заперт, Анук на свой страх и риск бродила по кораблю, и, хотя все говорило об обратном, что-то подсказывало ему, что ее мать все еще жива. И находилась в большой опасности!

– КЛЮЧ! – рявкнул он прямо в ухо докторше и схватил ее за плечи.

Елена испуганно посмотрела налево на стул, на котором висели купальный халат и ее униформа. Мартин понял ее без дальнейших слов.

Он заковылял к стулу, схватил сначала ее брюки, но потом нашел ключ в нагрудном кармане ее блузки.

– Куда вы собрались? – услышал он охрипший голос Елены, когда был уже у самого выхода.

Он обернулся к ней:

– Вы имеете представление, где находится «Голубая полка»?

Докторша широко раскрыла глаза.

– «Голубая полка»? – переспросила она и оперлась на локоть, чтобы встать с кровати.

– Да.

В состоянии крайнего возбуждения Елена сбросила одеяло, под которым лежала только в трусиках и футболке с короткими рукавами. Ее глаза горели.

– Как же я сразу не додумалась до этого!

Она попыталась встать, но упала на кровать, со второго раза ей все же удалось подняться.

– Что это за место? – спросил Мартин, когда она наконец встала.

– Мы не можем терять время, – сказала она, накидывая на плечи купальный халат. – Быстрее. Я… я… отведу вас туда.

Глава 56

– «Голубая полка»?

Даниэль Бонхёффер прикрыл межкомнатную дверь в свою спальню, куда зашел, чтобы узнать, как чувствует себя Юлия, когда зазвонил его сотовый телефон. Успокоительные таблетки больше не действовали. Если Юлия не кричала на него, то металась, как разъяренная тигрица, по комнате, натыкаясь на встроенные шкафы.

– Да, она находится между палубами В и С, в средней части судна, рядом с пунктами управления. Но, ради всего святого, скажи, что ты там потеряла?

В твоем состоянии?

Елена ничего не ответила ему. Или она отключила свой телефон. Или же связь прервалась. В обоих случаях Даниэль не знал, что и подумать обо всем этом.

Его невеста была больна. Ей следовало лежать в постели, а не отправляться на нижнюю палубу, где находилось чудовище, которому она хотела нанести визит вместе с Мартином Шварцем.

«Голубая полка».

Это было скорее циничное название устройства, которое относилось к тому времени, когда защита окружающей среды была дорогим хобби скучающих личностей, считавших себя «спасителями мира», а отходы сбрасывались с кораблей в открытом море. «Султан» входил в число первых роскошных круизных лайнеров, имевших на борту свою собственную водоочистительную установку и установку для сжигания мусора. Правда, во время спуска «Султана» на воду у него еще не было мусоросжигательной установки. В первые три года карьеры этого лайнера, когда далеко не все европейские порты знали толк во вторичной переработке и разделительных системах канализации и обработки воды, мусор и нечистоты, для которых в портах не было пунктов приема или они были слишком дорогими, совершенно официально сбрасывались в море.

Для этого мусор накапливался в круглом, шахтообразном колодце, прессовался с помощью специального пресса, а затем в виде многотонных глыб выталкивался в море.

На «Голубую полку».

Устройство, с помощью которого раньше мусор сбрасывался в море и которое получило свое название («Голубая полка») благодаря своей деятельности по загрязнению окружающей среды, находилось в том месте, которое он только что описал Елене.

Минутку, ну конечно…

Даниэль услышал, как Юлия открыла дверь в смежную ванную комнату, и подошел к своему письменному столу.

«Голубая полка». Там и находилось убежище?

Даниэль нажал кнопку прямого вызова телефона, стоявшего на письменном столе, однако, прежде чем он успел связаться с ПУМО, пунктом управления машинным отделением судна, из его спальни выбежала разъяренная Юлия.

– Эй, Юлия, подожди…

Он положил телефонную трубку на рычаг, чтобы помешать своей знакомой уйти, но она уже была у двери.

– Не прикасайся ко мне! – злобно прошипела она, когда он хотел схватить ее за рукав. На ней был белый купальный халат, который он накинул на ее плечи вчера. Ее волосы прилипли к вискам, как морские водоросли. Казалось, что за ночь ее лицо осунулось, а махровый халат стал слишком велик, словно страх, заботы и отчаяние заставили ее резко похудеть.

– Юлия, пожалуйста. Останься здесь. Куда ты собралась?

– Прочь, – сказала она. – С глаз долой от человека, который не помог мне, когда речь шла о жизни моей дочери.

– Юлия, я понимаю…

– Нет. Ты не понимаешь. У тебя нет детей. У тебя никогда их не было. Ты никогда не сможешь понять меня, – бросила она ему в лицо, распахнула дверь и исчезла в глубине коридора.

Даниэль, пораженный ее несправедливым обвинением, не стал удерживать Юлию и дал ей уйти.

Как оглушенный он вернулся к своему письменному столу, на котором зазвонил телефон. Он не спеша снял трубку.

– Это инженер Рангун из ПУМО. Вы только что пытались дозвониться до нас, капитан?

Бонхёффер кивнул и попытался взять себя в руки.

– Да. Я хотел лишь спросить, подключена ли еще «Голубая полка» к электросети.

Официально уже около пяти лет это устройство для сбрасывания прессованного мусора за борт было выведено из эксплуатации. Однако неофициально ее никогда не отключали от электросети, на тот случай, если мусоросжигательная установка выйдет из строя и во время длительного плавания возникнет проблема с отходами. Как-никак за один-единственный день на «Султане» скапливалось почти девять тонн твердых отходов, а к ним еще добавлялись двадцать восемь тысяч литров сточных вод. Ежедневно!

– Теоретически да, капитан, – подтвердил инженер.

Даниэль хорошо знал этого специалиста. По телефону его фальцет звучал скорее как женский голос. В корабельном хоре он пел на Рождество звонким сопрано, но на судне не было ни одного человека, который решился бы посмеяться над этим, так как если голосу Рангуна и не хватало мужественности, то инженер полностью компенсировал этот недостаток своим прекрасно натренированным телом.

– Теоретически? Что это значит?

– Что мы не отключили мусорный пресс от электропитания, как было рекомендовано, но он давно не проходил техническое обслуживание. Я не уверен, работает ли он теперь.

Даниэль догадывался, что инженер был удивлен темой их разговора, но его подчиненное положение не позволяло ему задать прямой вопрос – а Даниэль и не собирался делиться с ним своим предположением: что на судне не было более удобного места, чтобы в течение нескольких месяцев прятать человека.

Или чтобы утилизировать его!

У «Голубой полки» был бетонный пол, который одним нажатием кнопки раздвигался в середине, и половинки пола уходили в стену до тех пор, пока шахта не превращалась в трубу без дна; затем опускавшийся сверху пуансон выталкивал спрессованный мусор прямо в воду.

– Вы можете ее отключить? – спросил капитан Рангуна.

– Могу, но не отсюда. Она не подключена к новому пульту управления. Но электрическую цепь можно разомкнуть на месте. Мне заглянуть туда?

– Нет, подождите. Сейчас я спущусь к вам.

Еще один свидетель, этого нам только не хватало!

Даниэль положил трубку, схватил свою капитанскую фуражку, лежавшую на столе, быстрым шагом пересек комнату, открыл дверь…

…и увидел дуло револьвера, направленное прямо ему в лоб.

Глава 57

Наоми

Сочинение прощального письма заняло у Наоми некоторое время, хотя в конце оно состояло всего лишь из одного предложения. Удивительно, но она чувствовала странную расслабленность во всем теле, с тех пор как захлопнула крышку ноутбука и положила компьютер в ведро.

Несмотря на приближение объявленной смерти и на то обстоятельство, что она не знала, каким образом она ее постигнет, Наоми не чувствовала никакого страха.

Видимо, это то, что католики понимают под очистительной силой исповеди.

Глубоко в душе, в самом темном уголке своего сознания, она всегда чувствовала, что ее ждет страшный конец. Что ее смерть должна быть страшной, если существует высшая инстанция, которая заботится о справедливости.

И такая инстанция существовала.

Эта инстанция находилась по другую сторону веревки, и она заставила ее признаться в том, что невозможно было выразить словами. Заставила вытащить на свет божий то, что было спрятано в самом дальнем уголке ее сознания.

Заставила записать это.

Мою исповедь.

Наоми хотела бы увидеть его, паука, который решил ее судьбу. Хотела бы узнать, как выглядит человек, который разоблачил ее.

Теперь она поняла, откуда паук узнал ее самые интимные тайны. И почему он хотел ее смерти. Наоми узнала прошлое паука, а тем самым и его мотивацию, с тех пор как он подробно ответил на ее вопрос «Кто ты?».

Она поняла, почему должна быть наказана, и это понимание привело к душевному примирению. Она больше не чесалась, ее дыхание было спокойным, и она не моргнула и глазом, когда ее тело содрогнулось от вибрации.

«Начинается», – подумала она, не зная, что именно запланировал паук, чтобы покончить с ней.

Она услышала негромкий скрежет, словно два мельничных жернова начали вращаться в противоположном направлении, потом она заметила, что щель в середине пола колодца стала увеличиваться. Медленно, но неуклонно.

Скорее из любопытства, чем от испуга она встала с корточек и наблюдала за тем, что происходило с полом под ее ногами.

Он двигался!

Обе половинки круга начали скрываться в боковых стенках шахты подобно тому, как раздвижные двери исчезают в стене.

Она с интересом установила, что зазор между обеими половинками пола теперь составлял около тридцати сантиметров. И что она могла слышать, как внизу, под полом, бурлит вода. Если половинки пола будут исчезать в стене с такой же скоростью, как и сейчас, то не пройдет и двух минут, как пол полностью уйдет у нее из-под ног.

И она упадет в воды Атлантики, находящиеся в двух с половиной метрах под ней.

При этой мысли Наоми улыбнулась.

Глава 58

Если бы кто-нибудь наблюдал за ними, как они продвигались вперед, поддерживая друг друга и цепляясь друг за друга, как двое утопающих, он бы принял Мартина и Елену за двоих пьянчужек. Но на пути вниз, на палубу С, им никто не встретился, что объяснялось тем, что Елена выбрала окольный путь. Большинство служащих «Султана» ничего не потеряло в трюме лайнера, по меньшей мере в той зоне, где находились грузовые отсеки. Здесь хранились запасные части, которые не потребовались при трансатлантическом плавании. Если экипажу надо было спуститься сюда, то моряки пользовались грузовым лифтом, а не железной пожарной лестницей.

– Так будет быстрее, – пробормотала Елена у подножия лестницы, но потом она потеряла ориентацию, когда они оказались в вытянутом помещении с множеством труб, где приходилось втягивать голову в плечи, чтобы не удариться о них.

У Мартина возникло такое ощущение, словно он оказался внутри подводной лодки, что было ему знакомо из фильмов. На трубах находились вентили, которые могли быть открыты с помощью вращающихся колес, покрашенных ядовито-зеленой краской. Здесь имелся шкаф-стенка, состоявший из множества блоков предохранителей и большого количества приборов, стрелки которых почти не двигались.

На его вопрос, в каком направлении они должны теперь идти, Елена достала из кармана купального халата свой мобильник, позвонила капитану и расспросила его о дороге. Мартин удивился, что Бонхёффер вообще понял свою невесту, так сильно она говорила в нос, однако после обмена несколькими короткими фразами, очевидно, он помог выйти ей из затруднительного положения, потому что Елена показала налево и пропустила его вперед.

Вскоре они подошли к белой переборке с врезанной в нее стальной дверью, которую удалось открыть только с напряжением всех сил; для этого Мартину пришлось вращать обеими руками запорное колесо, а затем надавить плечом на дверь, открывающуюся вовнутрь. Дверь была такой же толстой, как в большом банковском сейфе.

Находившееся за дверью помещение оказалось просторнее и темнее. Здесь пахло пылью и дизельным топливом. Пол был покрыт грязью, а с приборных шкафов свисала паутина; установленные здесь приборы были более старой конструкции, чем те, которые они видели до этого в соседнем помещении.

– Где мы сейчас находимся? – спросил Мартин Елену, которая в изнеможении прислонилась к одному из пыльных ящиков.

– Понятия не имею. Какой-то старый пункт управления. Там впереди… – Не в силах закончить предложение, она показала на дверь в конце помещения.

Мартин двинулся в указанном направлении.

Он шагал по валявшимся на полу шурупам, одноразовым носовым платкам, клочкам бумаги и прочему мусору, который, видимо, не убирался здесь целую вечность. В конце помещения он наткнулся на следующую дверь, которая открылась с еще большим трудом, чем предыдущая.

За дверью его принял под свои своды собор.

По крайней мере, таким было его первое впечатление, когда он ступил за порог и очутился в высоком, как дом, помещении, которое освещалось только рядом галогенных лампочек, закрепленных на стенах справа и слева.

В торце помещения, там, где в соборах находится алтарь, виднелась блестевшая медью труба, напоминавшая резервуар в пивоварне и имевшая овальное поперечное сечение. Две трети ее наружной обшивки изгибались внутри помещения, а задняя треть входила во внешний корпус «Султана». Своеобразная пожарная лестница поднималась вдоль резервуара вверх и исчезала в темноте в пяти метрах над головой Мартина.

– Это здесь! – крикнул он, чтобы подать докторше сигнал, что нашел «Голубую полку». Во время их спуска в недра корпуса судна она объяснила ему, откуда взялось такое название и почему эта установка по удалению мусора больше не работала.

Он обернулся назад, но Елены в проходе не было, и никто ему не ответил.

Возможно, она все еще отдыхала, собираясь с силами. Он сейчас вернется за ней, но сначала Мартин хотел получше осмотреть «Голубую полку» и прилегающее помещение.

Он поднялся по ступенькам на помост, который окружал резервуар, и осмотрелся. Анук нигде не было видно. Он позвал ее по имени, но она не откликнулась, так же как и докторша до этого.

Мартин посмотрел вверх.

Он подумал, что, по всей видимости, мусор загружался в шахту через специальное устройство в ее торце, полутора палубами выше.

Шахта! Вода в колодце!

Перед его внутренним взором возник точный до мельчайших деталей рисунок Анук.

Поскольку в этом месте корпус корабля был сильно изогнут, то, по крайней мере, треть днища трубы должна была находиться над бушующей Атлантикой. Как только шахта заполнялась мусором, достаточно было лишь открыть днище, и мусор падал в море. Со своего места у подножия «Голубой полки» он не мог разглядеть устройство, с помощью которого это осуществлялось. Он задался вопросом, не подняться ли ему по лестнице, имевшейся на резервуаре, когда при обходе вокруг него обнаружил дверь. Она была в рост человека и, возможно, могла использоваться рабочими для уборки и технического обслуживания внутреннего помещения.

Мартин приложил руку к двери, которая закрывалась рычагом, похожим на запирающий механизм дверей в самолете. Он подергал рычаг, но внезапно платформа под его ногами содрогнулась от сильного толчка, сопровождаемого пронзительным скрежетом.

А я думал, что «Голубая полка» не функционирует.

Казалось, что резервуар ожил и что-то задвигалось у него внутри.

Еще сильнее Мартин испугался, уловив какое-то движение у себя за спиной.

– Елена?

Он подумал, что это тень докторши мелькнула на стенке резервуара, которая наконец преодолела свою слабость и присоединилась к нему, но никак не рассчитывал увидеть тонкую фигуру без лица, которая стояла в тени и голова которой была закрыта капюшоном. Он сразу узнал ее, хотя встречался с ней всего лишь один раз. Она держала в руке пластмассовое ведро.

Мартин хотел назвать имя этой особы, но она прыгнула вперед и ударила его сбоку по голове предметом, похожим на ноутбук и по ощущению тяжелым как кирпич, когда его ребро попало Мартину прямо в висок.