Текст книги ""Фантастика 2026-62". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: А. Таннер

Глава 28. Памятник

Сквозь легкие занавески бежевого оттенка настойчиво пробивались лучи яркого солнца. Осень, видимо, где-то задержалась, и здесь все еще царило лето. В окно отлично проглядывались зеленые листья раскидистого дерева, растущего прямо около двухэтажного дома. Деревянный забор почти не просматривался сквозь густые заросли кустарника. Небольшой чисто выметенный двор был полностью залит солнечными лучами. Солнце еще не встало высоко, и приподнятое крыльцо отбрасывало на землю длинную тень.

Возле окна стоял высокий мужчина. Он еще не был стар, широкие плечи выдавили в нем немалую силу, еще не истраченную скоротечным временем. Поступь крепких ног, уверенные движения рук и легкий поворот головы говорили о хорошем здоровье и регулярных физических упражнениях. Мужчина повернул голову на шум, и стало видно его лицо. Гладкая кожа, ровный загар, высокий без морщин лоб, широко расставленные глаза сделали бы его лицо приятным, если бы не пара косых шрамов: один во всю щеку, другой мелкий, но более глубокий на скуле. Резко очерченные носогубные складки и подернутые сединой волосы предательски указывали на возраст. Властный и пронизывающий насквозь взгляд буквально приковал к месту вошедшего в комнату молодого человека.

– Атаман, Владычица прибыла, – юноша говорил глухо, видно, что здорово волновался.

Мужчина кивнул в ответ и подошел к открытым настежь двойным дверям. Прямо из потока солнечного света, бьющего из входа в дом, возникла женщина. К ней сложно было применить понятие возраста. Взрослая, но с легкой девичьей походкой дама. Голова гордо посажена на длинной шее. Легкое одеяние показывало прямую спину, чуть расширенные бедра и невысокую грудь. Отчасти оголенные плечи и свободные руки покрыты летним загаром. Пшеничного цвета волосы сложены в круглую прическу, в открытых ушах висят длинные серьги с капельками желтого камня, некогда называемым янтарем. Гладкое лицо, слегка припудренное веснушками, формой несколько напоминало лицо стоящего мужчины. Только глаза василькового цвета сияли намного ярче, раздавая миру радость цветущего бытия.

Женщина подошла вплотную к поджидавшему ее мужчине.

– Здравствуй, сестра.

– Доброе утро, брат.

Они взялись за руки и некоторое время смотрели в глаза друг друга.

– Ты совершенно не меняешься, сестра, – у атамана от улыбки разгладились черты лица, он буквально на глазах помолодел.

– А у тебя новая седина на висках, – женщина непритворно вздохнула. В её глазах ощущалась искренняя любовь и участие.

– Жизнь.

– Так ли? – васильковые глаза с тревогой смотрели на такое родное лицо.

– Не начинай! – мужчина слишком резко отдернул руки и повернулся к окну.

Женщина глянула на него, но быстро смахнула печаль с лица, ее глаза стали сиять по-прежнему. Она подошла к старомодному буфету и протянула руку к старой, потертой кружке.

– Святые источники! – воскликнула она. – Столько времени прошло, а она тут.

Атаман обернулся и неторопливо подошел к сестре.

– Точно, она, его любимая кружка. Помнишь, мама все ругалась, замени, говорит на новую, «видеть ее не могу».

Мужчина вздохнул и внимательно оглядел большую комнату. Его глаза на миг заволокло слезой, но он умел держать себя в руках. Владычица же только мягко кивнула.

– Ты все такой же кремень, брат.

– Ну а как иначе, сестра? – голос сильного мужчины чуть дрогнул. – Не те времена, чтобы сопли жевать. Но не будем об этом, у нас сегодня очень важный день.

Послышались шаги, и в открытые двери вошли двое. Кряжистый мужчина в форме воина: зеленая ткань куртки и брюк, вставки на коленях и локтях, сверху накинута замысловатая разгрузка, на поясе висит ремень с кобурой для пистолета. Натруженные руки сжаты в кулаки, а голова вертится туда-сюда, примечая и замечая все вокруг. Привычка опытного разведчика. Вместе с ним вошла женщина. Платиновые волосы коротко подстрижены, красивое лицо покрыто маской холодного отчуждения. Ее синие глаза становились поистине ледяными, когда она поворачивала голову в сторону воина. Женщина одета в легкие серые брюки и подобие жилета со множеством карманов. Ее стройное тело выглядело достаточно тренированным, а легкая поступь походила на движения тигрицы. На первый взгляд на ней не было никакого оружия, но мужчина-воин парой брошенных искоса взглядов отметил интересующие его места в одежде воительницы.

– Все готово? – старший мужчина вышел вперед.

– Да, атаман, – коротко ответил воин и отошел в сторону, давая дорогу предводителю. Женщина-воительница коротко обменялась взглядами с владычицей и также отошла в сторону.

– Ну что, сестра, нас ждут, – мужчина подал руку, и пара вышла на залитый солнцем двор. Так, под руку они и двинулись по дороге дальше. Та была засыпана мелким красным гравием и чисто подметена. Высаженные вдоль дорожки деревья и кусты шелестели все еще зеленой листвой. Только березки выдавали скорое приближение осени и холодов несколькими желтыми листками. Гордо неся головы, держа друг друга за руки, мужчина и женщина приблизились к небольшой площади.

Залитое солнечными лучами пространство было окружено аккуратно подстриженным кустарником. В круг, им образованным, вела всего одна дорожка. По обе ее стороны находились вооруженные люди. С одной стороны мужчины в зеленой форме и большими черными винтовками, стоящими сейчас у их ног. Воины были разных возрастов и ранжировались по росту. Здесь можно было увидеть и безусого юнца, старавшегося выглядеть как можно серьезней, так и старого вояку, с выбеленными невзгодами волосами и расписанным шрамами лицом. Напротив них выстроилась шеренга девушек и молодых женщин, одетых как та воительница, что пришла за Владычицей. Они все были похожи друг на друга своими белесыми волосами и сияющими от радости открытыми лицами. Часть воительниц держала в руках короткие карабины, у остальных за плечами висели луки.

Атаман и Владычица прошли мимо своих воинов и оказались на открытой площадке. Посередине ее высилось нечто, укрытое пока светлым покрывалом из брезента. По бокам сооружения стояли люди. С правой стороны те, кто походил внешним видом на командиров и руководителей с властными лицами. Главы основных человеческих поселений этой стороны мира. По другую сторону находилась небольшая группа, состоящая из стариков и пожилых людей, некоторые из них сидели в инвалидных креслах.

Вперед вышел атаман и сначала повернулся налево, отвесил старшему поколению вежливый полупоклон, группа справа удостоилась только легкого кивка. В ответ раздались глухие восклики. Женщина приветствовала людей поднятыми руками, как будто она хотела всех обнять. Атаман поднялся на небольшую трибуну, привычно зорко огляделся, сделал паузу, дождавшись полной тишины. Казалось, что даже листья на деревьях перестали шелестеть и замерли в ожидании.

– Друзья, сегодня у нас значительный день! Ровно двадцать лет назад от нас ушел великий человек, первый Атаман Этого Мира. Это ему мы обязаны существованием наших свободных поселений и нашему образу жизни. Это он сохранил часть ушедшей в небытие человеческой цивилизации и показал нам путь вперед. Это был мой отец – Михаил Бойко. Он, – мужчина на миг споткнулся, – он навсегда остался в наших сердцах. Еще пять лет назад мы захотели увековечить его память, но тяжкие обстоятельства тогда нам помешали.

Люди, стоявшие внизу, невнятно загудели, мужчины нахмурились. По щекам пожилой женщины с седыми волосами пробежали слезы, однорукий старик, стоявший рядом, слегка приобнял ее. Легкая тень пробежала и по лицу атамана. Ох, тяжело ему дались эти прошедшие в тяжёлых трудах годы!

– Но мы смогли все-таки выполнять задуманное, и теперь в нашей старой столице будет стоять памятник Первому Атаману! Сестра!

Он повернулся к Владычице, а та уже встала лицом к закрытому брезентом постаменту. К ней подошли две белобрысые тонкокостные девочки и заняли места по бокам предводительницы. На площади все замерло. Люди затаили дыхание, не каждый день можно увидеть подобное зрелище.

– Я, Огнейя, дочь твоя! – запела глубоким голосом женщина, девочка повторяли ее слова. – Я Владычица сил природных и земных, призываю тебя, мой отец, яви миру свой памятный лик, посей в наших сердцах тепло умиротворения и радость животворного познания!

Голос Владычицы становился все выше и сильнее, отдаваясь в дрожи, которая охватила и самых суровых воинов. Он буквально пронизывал людей до самых пяток, заставляя ощущать нечто неизмеримо большее, возникающее вокруг них по мановению женщины. Верхушки деревьев внезапно зашумели, свежий ветерок погнал по дорожкам летнюю сухую пыль. Люди вздрогнули, они вдруг ощутили здесь присутствие чего-то немыслимого. Некая неведомая сила вошла в этот мир, подняла на площадке пыль и смахнула покрывало с памятника. Затем воздух снова успокоился, пыль улеглась, и взорам людей предстал скульптурный человек из светлого камня.

«Атаман, это атаман!» – прошелестело по рядам. Сейчас не было места пафосным словам и высокопарным речам. Безмерное уважение и преклонение легко прочитывалось в глазах у всех присутствующих.

Первый Атаман был изображен в полный рост и как будто в движении. Лицо и все его тело устремилось куда-то вперед. Туда к Новому миру. Одетый в старую военную форму Того Мира, с множеством карманов, биноклем на шее и верным Калашниковым на согнутой руке. Владычица вздрогнула, искусный мастер мастерски изобразил отца по старым фотографиям. Она его помнила таким еще в Городе, в городе Тех, который она уже никогда не увидит. Молодое, чуть озорное лицо, отчасти приподнятые брови, еще не сжавшиеся в тонкую линию губы.

Крепкое тело еще не старого мужчины, скульптор создал из Михаила Бойко поистине былинного богатыря, искусно спрятав огромную силу внутрь каменной одежды, выдавая ее мощь буграми мускулов на руке и мощной шее. Но она помнила, что ее отец был достаточно сухощав, это его сын стал знатным здоровяком. Но видимо, люди только так могли представить себе героев легендарных времен. Когда в одночасье рухнул весь их прошлый мир, и оставшимся в живых людям пришлось принимать очень непростые решения.

– Сестра, – она увидела рядом лицо брата. – Я его еще помню таким. Эх, чтобы я только не отдал, чтобы очутиться Там и Тогда.

– Понимаю тебя, – с затаенным внутри теплом ответила Огнейя, ее лицо заслонила грусть. – Мы были маленькими детьми, у нас была семья и друзья.

– И весь мир, – тихо добавил атаман. Потом он оглянулся, и на лице опять появилась мягкая улыбка.

– Тетя Наташа и дядя Юра, – однорукий старик ловко поздоровался с высоким мужчиной, которого он знал с пеленок. – Ну, как вы? Как здорово, что добрались сюда!

– Ну а как же, разве мы можем пропустить такое. А ты возмужал, атаман! Эх и седых волос у тебя изрядно прибавилось. Судьба атаманская, она такая. Но ничего, лихие времена миновали.

– Вы так думаете, дядя Юра? – светлые глаза женщины, казалось, вонзались в самую душу старика.

– Эй, Огнейка! Прекрати так смотреть! Уф, ты как ведьма настоящая стала, – старик недовольно зыркнул в сторону белоголовой женщины.

– Не ведьма, а ведунья, дядя Юра.

– Да хоть как назови, – вступилась за мужа пожилая дама – В самом деле, Огнейка, у меня прямо мурашки по коже бегут, когда ты так начинаешь ворожить.

– Колдовать? – Огнейя приятно рассмеялась. – Это не колдовство, тетя Наташа, это сила природы, надо только ею овладеть.

– Ох, девка, лезешь ты, куда не след, – по-стариковски проворчал Юрий Ипатьев.

– За нами будущее, – снова расхохоталась Владычица и игриво глянула на брата. Тот с недовольством сморщился.

Молодой крепкий мужчина продвигал в их сторону инвалидную коляску с высоким, крепким на вид стариком.

– Здравствуйте, дядя Толя, – вежливо вышел вперед атаман, – очень рад, что и вы смогли приехать.

– Да вот спасибо внучку, – кивнул старик на молодца. – Он из рейса вернулся и подговорил. Сам я, как видишь, уже не ходок.

– Понятно, – атаман внимательно присмотрелся к юноше. – Одежда у тебя больно хорошая, откуда?

– В Амстердаме прикупил, а тамошние говорят, что с юга ткань поставляют.

– Значит, хлопок стали снова производить, – задумался Петр, потом встрепенулся. – Дядя Юр и дядь Толь, к нам перебраться не желаете?

– Спасибо, Петя, – ответил за всех Ипатьев, – сам видишь, климат меняется. Больно жарко у вас там, возле моря. Ну а мы все-таки народ северный, да и сами, почитай, у моря живем. Только мало нас осталось стариков.

– Понятно, – кивнул в ответ атаман и повернулся к Рыбакову-младшему. – Как там, вообще, у вас? Давно с вашими не общался, у меня самого на югах дел полно.

– Да нормально, атаман, – вежливо ответил молодой крепыш. – Корабли собираем совместно с финнами и шведами. Я пока шкипером, лет пять прохожу и стану капитаном. Торговля сызнова налаживается, без войны проще жить.

– Еще бы, – криво ухмыльнулся Петр, отчего его шрам стал выпуклее.

– Это тебя там в схватке баварцами приложили, – поинтересовался Анатолий.

– Крепкие ребята оказались. Много наших потеряли.

– Артемка, – всхлипнула Наталья Ипатьева, а Юрий снова положил на ее плечо здоровую руку.

– Мы за него отомстили, – на лицо атамана опустилась лютая зима, а Ипатьев понимающе кивнул.

– Проклятая война, – прошелестел тихо Рыбаков. – Нас и так мало осталось, а все людям неймется. Может, и права Огнейя, людишки просто так не меняются.

Атаман оглянулся, его сестра прогуливалась посреди приглашенных и всех одаривала ласковой улыбкой и добрым словом. Среди людей как будто солнечный ручей протекал, согревая и даря тепло. Он залюбовался своей сестрой, несмотря на возраст, она выглядела моложе многих из знакомых женщин. Их же у вожака было всегда с лихвой.

– Мне надо идти, – виновато посмотрел атаман на старых друзей отца, – сами видите, важные люди пожаловали, вечером еще увидимся.

– Иди, это твоя служба, – напутствовал его Ипатьев, а сам повернулся к памятнику. Этот человек в камне некогда был его близким другом.

– Заматерел, совсем мужчина стал, –пожилой, нон еще крепко выглядящий человек с совершенно седой бородой тяжело вздохнул.

– Он давно уже мужчина, отец, – проговорила светловолосая женщина, она была печальна.

– Ну а ты чего грустишь, дочка?

– Когда увидела этот памятник, даже поверила, что тебя уже и в самом деле нет.

– Меня и нет, – улыбнулся старик, – меня давно здесь нет.

Женщина встревоженно поднялась и подошла к окну, было время полнолуния, и двор оказался ярко освещен. Откуда-то из глубин памяти внезапно поднялись дворы ее детства, независимо от луны, всегда освещенные большими лампами, стоящими на высоких опорах. И где-то теперь дворик ее милого детства? Где, вообще, сейчас их город?

– Ты не жалеешь?

– Что ушел? – мужчина задумался. – А знаешь, иногда да. Но подождешь, посмотришь вокруг … Да и правильно! Можешь – делай!

– Как же друзья? – Владычица обернулась. Её внезапно охватило чувство бессилия перед неумолимым временем.

– Друзья … – старик тяжело вздохнул и задумался. – Огнейя, зачем трогать мое самое больное место? Все можно пережить, всему найти замену, но им замены нет и не будет. С одной стороны, жалко их, с другой … Ну, как им объяснить, почему я так медленно старею? Что еще полон сил и энергии, что мои дети еще живы и защищены моим даром. Они уже многих потеряли, ушли их товарищи, кто-то из детей и даже внуков.

Старик встал с кресла и твердым шагом двинулся к белокурой женщине.

– Ты ведь знаешь, что на кону! Это выше нас и наших желаний!

– Знаю, папа, – взрослая и умудренная жизнью женщина упала в объятья человека, некогда ласкавшего ее еще маленьким ребенком, и замерла на его плече. Ей тут было хорошо и спокойно. Она боялась признаться, что до сих пор чувствует себя рядом с ним маленькой девочкой, со смешной ребячьей походкой и застенчивой улыбкой. Ведь она Владычица, глава большого и важного клана и командир целой армии воительниц. На ее плечах лежит будущее человечества. Хотя может быть, и хорошо – вот так скинуть хотя бы на пять минуток слишком тяжкое для женщины бремя. Видимо, старик понял ее состояние, поэтому прижал к себе покрепче и погладил по волосам, в которых даже не было наметок на седину.

– Все никак не привыкну к твоему новому образу, – проговорил он тихо, – у тебя же в детстве были золотистые волосы и веснушки, а сейчас они больше похожи на платину.

– У моих девочек тоже. Папа – это же несложно, управлять своим телом мы учимся еще с пеленок. Ты бы видел ежедневные упражнения наших воительниц, – женщина усмехнулась, – как-то раз к нам приехали сотники от Петра. Их хватило только на пару дней. Но похвальбы до этого, сколько было! Уважать стали после этого нас по-настоящему. И побаиваться! Увидели в девицах серьезного соперника.

Она посмотрела на отца и тихим голосом спросила:

– Может, все-таки ко мне переберешься? И мы под приглядом, и встречаться будем чаще.

– Не могу, Огнеюшка. Я буду мешать, да на глаза кому не надо попадаться.

– Скажи, на Урале хорошо?

– Да. Много озер, чистые леса. Наш ученый городок хорошо снабжают и не мешают нашим экспериментам.

– Еще бы они помешали! – улыбка у Владычица была лучезарная, хотя глаза грустные. – Тогда иди, не хочу лишних слез. Там машина стоит и локомотив уже под парами.

– Спасибо, – старик еще раз обнял свою уже совершенно взрослую дочь и повернулся к дверям. Нечего оттягивать час прощания. Их время еще не пришло, увидеться смогут не раз.

На улице ее ожидала светловолосая воительница, она молча открыла пассажирскую дверь, а сама села за руль. Несмотря на возраст, ее движения были энергичны, лицо с остатками былой красоты спокойно.

– Как поживаешь, Оля?

– Я живу, Атаман, у нас все хорошо.

Суровая воительница позволила себе улыбнуться. Старик понимающе кивнул. Он знал ее еще молоденькой тоненькой девочкой, а теперь это взрослая женщина, несколько потяжелевшая после пяти родов. Но с такой же высоко поставленной головой и чудесными синими глазами. Красиво взрослеть и стареть могут очень немногие.

– Не жалеешь?

– Нет. Девочки со мной, а сын, – она внимательно смотрела на дорогу, освещенную только автомобильными фарами – Это его выбор, он хотел отомстить за братьев крови. Мы сами выбираем свой личный путь, спасибо вам, что дали нам такую возможность. Пусть и наши дети выбирают его самостоятельно. Это возможности Нового мира, нельзя их у них отбирать.

– Ну, тогда хорошо. Все идет как надо, – старик немного помолчал, рассеянно вглядываясь в некогда очень знакомую дорогу до станции. – Просто так странно видеть вас такими большими. Наверное, все старики живут больше своим прошлым, соотнося его с нынешним.

– Это вы-то живете прошлым? – воительница усмехнулась. – Это для остальных вы памятник, а для нас свет, озаряющий дальнейший путь. Даже не представляете, атаман, как вы нам всем здорово помогли. Все человечество обязано вам за новый путь вперед.

Старик улыбнулся глазами, он узнал все, что хотел узнать, и теперь был спокоен. Также спокойно они попрощались на станции. Мужчина уверенным шагом подошел к одинокому дизельному локомотиву и залез внутрь. Чуть попыхтев, скрежеща железом, железнодорожная машина, потихоньку разгоняясь, двинулась в ночь.

Ольга Шестакова-Потапова еще долго смотрела вслед красному огоньку, уносящему далеко на восток самого важного для нее человека, первого Атамана Этого мира Михаила Бойко. Раз за разом она переживала страницы минувшего, то ярко улыбаясь, то плача. Суровая предводительница воительниц не стеснялась своих слабостей. Сейчас она просто обычная женщина, оплакивающая своего мужа, детей и друзей, и трепетно вспоминающая лучшие мгновения своей жизни, связанные именно с этим человеком, ставшим навечно самой большой легендой Этого мира. Пусть он легендой и останется. Такой Дар дается далеко не каждому. К ним в поселок приходили люди и сильнее, но с червоточиной внутри. В итоге сила пожирала их без остатка. Потому что выдержать её мощь мог только Человек.

Айлин Лин
Всё могут короли!. 1. Элоиза, дочь короля

Аннотация

Борьба за трон? Это точно не ко мне. Я простая девушка, по образованию инженер, из семьи учителей. Вся моя жизнь предсказуема и для кого-то неинтересна. Но меня она полностью устраивала. И если бы мне дали выбор, я бы осталась со своим не очень красивым, но добрым женихом, в старой двушке, и на не очень перспективной работе. Но меня не спросили – отправили в другой мир, в семью, где ценность имеют лишь деньги и положение в обществе. Мне предстоит побороться и отстоять своё право быть счастливой.