Текст книги ""Фантастика 2026-62". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"
Автор книги: А. Таннер
Соавторы: Айлин Лин,Ал Коруд,Борис Сапожников
Жанры:
Боевая фантастика
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 177 (всего у книги 352 страниц)
Глава 48
– Тряпку с моей кровью захватите и сожгите потом в печи! – сказала я, когда более-менее пришла в себя после ворожбы. Кровь действительно перестала литься, боль стала умеренной, пульсирующей и саднящей, но не такой как до самолечения. Убедившись, что тряпицу подняли, вытянула руку и прямо на рыхлой земле нарисовала символ, подсказанный Хранителем. Пальцы дрожали, силы в них было немного, во рту сухо, в глазах слёзы, но лучше сделать это сейчас, предупреждая ответный шаг сбежавшего мага крови.
Круг, внутри него три параллельные линии.
– Ми бладу килу энимэ! – и резко провела пальцем, разрывая неидеальную окружность. С ладони сорвались голубые магические всполохи, впитываясь в начертанную схему. В голове тут же зашумело, и я почувствовала, как из носа потекла тонкая струйка крови. – Мне кажется, я не от раны окочурюсь, а от потери крови. Сколько можно её проливать? – моему возмущению не было предела!
Но кровотечение закончилось так же быстро, как и началось. А упавшие на землю капли потемнели и с тихим шипением испарились, оставив после себя странный запах жжёной плоти и почему-то волос. Мерзкое сочетание. Этот вид магии отдавал гнилью на языке. Желание связываться с таким направлением колдовства окончательно испарилось, платить придётся бессмертием своей души. Даже ради спасения близких не стану прибегать к подобной ворожбе. Уж лучше какими-нибудь иными путями, если они есть. А в мире с магией их не может не быть.
Меня аккуратно, стараясь не сильно трясти, уложили на импровизированные носилки и понесли. Мужчины заклинатели не бежали, а скользили по пустынным и тёмным улочкам Зэлеса, унося драгоценную ношу в сторону дома своего правителя, где мне непременно окажут необходимую помощь.
***
Интерлюдия
Рондгул крутился с боку на бок, в голове вертелись разные планы побега из-под надзора охранников, приставленных отцом. Элька там ночью где-то сражается со злом, а он тут, в тёплой постельке! Да где это видано, чтобы будущий правитель наннури так бездарно проводил время?
Резко сев, хмуро уставился на тлеющие головёшки за решёткой жаровни, стоявшей неподалёку и распространявшей вокруг себя волны благодатного тепла.
Интересно, Шаризка ещё дома?
Откинув плед, мальчик вскочил и, тихо ступая босыми ногами, подобрался к двери. Осторожно потянув за ручку, выглянул в образовавшуюся щель. В коридоре никого не было. Но воины папы умели скрывать своё присутствие, как змеи под камнями среди пустыни.
Подумав секунду, Рон распахнул створку шире и выскользнул наружу. Горящие масляные лампы вовсе не согревали, поэтому тут было достаточно прохладно, ветерок пробежался по ногам, и кожа мигом покрылась мурашками. Комнаты сестры находилась в конце коридора. Быстро добежав до опочивальни Шариз, мальчик, секунду посомневавшись, всё же стукнул по косяку несколько раз. Прислушался – тишина. Тогда он просто нажал на ручку, и дверь распахнулась.
– Шаризка! – позвал он, входя в помещении. Как и предполагалось, кровать оказалась пуста и даже аккуратно застелена. – Снова смылась! – завистливо пробормотал мальчик. – Я тебя тут дождусь, и ещё раз попробую убедить брать меня с собой в вылазки.
Усевшись поверх покрывала, уставился в распахнутое окно. Зябко обхватив себя за плечи, пробормотал:
– Чего-то здесь не хватает. Хмм, – блуждающий взор гостя зацепился за негорящую жаровню и распахнутое окно. – Ах, вон оно что! – Родгул тут же вскочил и забегал по комнате: плотно запер ставни, зажёг масляную лампу, поскольку с отсутствием лунного света в помещении стало слишком темно. И затем поджёг камни в жаровне.
– Ух и как только Элька может спать в такой холодрыге? – попрыгав на месте, чтобы чуточку согреться, скользнул снова на кровать и с головой накрылся пледом.
Будущий правитель Зэлеса боролся с одолевающим сном с упорностью бактриана, но в итоге усталость взяла своё и Рон тихо засопел, сладко вытянувшись на кровати старшей сестры.
Его разбудили голоса, доносившиеся снизу: встревоженный матери и рычащий отца. С трудом разлепив слипающиеся веки, усилием воли мальчик заставил себя прислушаться.
– Почему не уследили?! – отец очень редко когда повышал голос. Но сейчас, если судить как хорошо его слышно аж на втором этаже, Горн кричал. Буквально орал что есть мочи.
Рондгул быстро откинул одеяло и помчался прочь из спальни, кубарем скатился по лестнице, и маленьким босоногим вихрем влетел в общую залу дома. Притормозив лишь в центре помещения.
Ошарашенно огляделся: несколько воинов замерли, опустившись на колени и понуро свесив головы на грудь. У слабо горящего камина стояли носилки, в которых лежала бледная-бледная Эльхам. Глаза её были плотно закрыты, но понять, что девочка испытывает страшную боль, не составило труда: высокий, светлый лоб был покрыт мелкими бисеринками пота, а в уголках рта образовались неприглядные мученические складки.
– Шаризка! – воскликнул Рон и метнулся к сестре, ловко увильнув от рук матери. Строгий окрик отца также не остановил мальца на пути к цели. – Ты чего разлеглась в этом овощном ящике? – плюхнувшись на колени, дрожащим голосом прошептал-вопросил мелкий, и тут заметил большой разрез на животе девочки. Сердце Рона ухнуло в пятки и затрепыхалось от страха. – Кто такое мог сотворить?
– Не трогай её, Рондгул! – прогудел над головой Горн, – нужно ждать Маглию. Вся надежда на лекарку.
– Я знаю, что делать, – слова сами сорвались с языка, – только опыта нет.
– Ведать теорию – это одно, но нужно уметь применять свои знания на деле, мальчик мой, – вздохнул хмурый отец, – посиди рядом с Шариз, – Горн не стал гнать Рона, а снова повернулся к охране: – Идите и ждите. Я приму решение, какого наказания вы заслуживаете…
– Они не виноваты в произошедшем, – слабый голос Эльхам разнёсся по комнате, заставляя Газису и Горна встревоженно обернуться: – Там был маг крови, очень сильный. Мои воины не справились бы с ним. Не знаю, кто его подослал. Возможно, это тот самый шпион, задачей которого была просто слежка, а, может, кто-то из теневой гильдии нанял его для устранения меня.
Девушка говорила и почти не морщилась, но слова давались ей с трудом, и перед каждой фразой она делала паузы.
– Воды, – просяще перевела взор на сидевшего рядом брата Эльхам.
– Пить тебе нельзя! – тут же ответил мелкий, – сама знать должна.
– Да, верно, – слабо улыбнулась девочка и снова смежила веки.
– А ну-ка, разойдитесь! – зычный голос лекарки, возникшей на пороге залы вселил надежду на благоприятный исход в испугавшегося мальчика. – Что у нас тут? – целительница тяжело опустилась на колени и простёрла руки над телом раненой. – Понятно. Хочешь помочь?
Женщина серьёзно посмотрела в глаза Рона, и тот быстро кивнул:
– Сделаю всё, что скажете!
– Уберите подушки с кушетки, – тут же принялась раздавать указания Маглия, – таз тёплой воды, чистые простыни, порвите их на лоскуты, и молитесь всем богам! Непростая рана, магическая, мне понадобится прилично времени и заёмной колдовской силы, кто готов ею поделиться?
Желающих нашлось предостаточно: все присутствующие заклинатели от Горна до маленького Рона.
– С каждого возьму понемногу, – хмыкнула довольная лекарка, закатывая рукава своего длинного платья. – Рон, полей мне на ладони, потом помой руки сам. Первым делом очистим рану, срежем омертвевшие ткани, а затем заштопаем.
Два часа Маглия колдовала над девочкой. Родители сидели в малой гостиной и молчали.
– Ох и накажу я её! – не выдержал напряжения Горн, – будет знать! Эльхам стала слишком самоуверенной.
Газиса лишь поджала губы сильнее:
– Всё неважно, пусть только дочь останется в живых.
– Нет, не буду наказывать, – вдруг передумал вождь, – она такая маленькая, хрупкая…
Главное, чтобы Маглия её спасла. А там разберёмся.
За входной дверью послышалось шебуршение, а потом створка приоткрылась и внутрь втянулся бархас, явно вернувшийся после ночной поисковой вылазки. Хозяева дома повернули к нему головы и успели заметить, как кот прянул ушами и дёрнул хвостом, а после опрометью бросился к двери, ведущей в соседнюю комнату, там, где лечили Шариз.
– Нужно открыть ему дверь, – поняла Газиса и решительно встала, – возможно, это животное как-то поможет Эльхам?
Глава 49
Интерлюдия
Но не успела женщина сделать и пары шагов, как дверь сама распахнулась, и в проёме показалась лекарка.
– Всё, что от меня зависело, я сделала, – сказала она, утомлённо оглядев присутствующих. Кот не стал дожидаться окончания речи Маглии, а тихо проскользнул мимо неё и исчез в комнате. – Колдун, что ранил Эльхам, практикует редкий вид магии. Но наша девочка смогла справиться и снять заклятие, что на неё наслали. Я залатала рану, осталось набраться терпения и внимательно следить за состоянием Шариз.
– Не отойду от неё ни на шаг, – кивнула Газиса, благодарно блестя тёмными глазами. – Спасибо! – добавила она, подойдя к целительнице. – Проси всё, что хочешь, всё исполним, если это в наших силах.
– Мне ничего не нужно, главное, чтобы наша маленькая шаманка поправилась. Она ещё так много должна сделать для нас всех, – едва заметно улыбнулась Маглия и посмотрела на Горна. – Ей нужно учиться магии и шаманству, кажется, с книгой для лечебницы и желанием помочь страждущим, Эльхам позабыла о главном.
– Хорошо, я поговорю с ней, – кивнул Горн, прекрасно поняв, о чём речь. – Можешь заночевать у нас, или, если хочешь, то тебя проводят до лечебницы, – добавил он. – А ещё накормят, и это не обсуждается. Ты едва на ногах стоишь от истощений.
– От еды и не подумаю отказываться, а потом пусть сопроводят…
Газиса вошла в залу, где на кушетке у камина лежала её дочь. Казалось, что она просто спит, только пугала сильная бледность и бескровные губы. Рондгул пристроился в ногах сестры и тоже сладко посапывал. Тут же нашёлся бархас, пристроившийся прямо в центре груди девочки.
– А ну, слезай! – переполошилась женщина, но голос поднимать не стала, боясь разбудить детей.
– Ш-ш-ш, мря-я-рш! – огрызнулся кот, и тоже негромко. При этом даже не приподнявшись.
– Тогда придётся тебя поднять! – упрямо поджала губы Газиса.
– Не трогай его, – в комнату вошёл Горн, – я чувствую магические потоки, идущие от животного прямо в рану Эль. Он каким-то образом её лечит, делится с ней накопленной магией.
– Но…
– Поверь, наш бархас необычный зверь. Моя интуиция редко когда подводит. Давай прислушаемся к моим ощущениям и оставим бархаса в покое.
– Хорошо, – устало согласилась Газиса, присаживаясь на стул подле кушетки. Взяв маленькую ладонь дочери в руки, осторожно сжала, – такая холодная. Как же их обоих уберечь от зла?
– Никак, – глядя на спящих детей, ответил вождь, – мы можем их только подготовить, напутствовать, подсказать.
– Пусть учатся на наших ошибках, – кивнула женщина.
– Да. И тем не менее они сами должны прочувствовать, к чему может привести то или иное решение, принятое впопыхах. То есть совершать промахи.
Горн подошёл к плотно закрытому окну и чуть отодвинул ставню.
– Эль не любит жару, – прокомментировал он свои действия. – Дорогая, пересядь ближе к камину, чтобы не замёрзнуть. А Рона я отнесу в его комнату.
Легко подхватив спящего сына на руки, Горн широкими шагами устремился к лестнице на второй этаж.
– Шаризка поправится? – не открывая глаз, сонно пробормотал мальчик, теснее прижимаясь к отцу.
– Конечно, – тут же ответили ему, – спи, завтра будет новый день, и он непременно принесёт много хорошего.
***
Ночь была тёмной… непроглядной… беспросветной… И таковой она стала сразу же после встречи с тем странным мальчишкой-магом. Интуиция никогда его не подводила и с самого начала приказ босса вызвал в груди небывалое сопротивление. Но предложенная награда перевесила доводы души и Дахан отправился на дело.
Маршрут мальчика ему был известен, как и то, что его крепко оберегают. Но охрану колдун вовсе не опасался, что ему какие-то людишки, они никогда ничего не смогут противопоставить полноценному чародею.
Пробежав несколько кварталов, наёмник прислонился взмокшей спиной к стене заброшенного здания и прикрыл веки, стараясь бесшумно отдышаться и прогнать мысли о беде, что вот-вот его нагонит. Через некоторое время сердце забилось ровнее, и колдун прислушался к окружающим звукам – нет ли погони. Но вопреки ожиданиям, за ним никто не гнался.
Присев на корточки, маг причмокнул губами, ощущая едва заметный сладковатый привкус крови мальчугана.
– Из него вырос бы сильный маг, – уважение невольно прорвалось сквозь глухое недовольство. Нарисовав круг и несколько точек внутри, соединил их линиями и хотел было произнести заклинание, дабы наверняка добить паренька, как почувствовал страшную боль в сердце.
Мужчина безобразно захрипел и завалился набок, в его теле закипели крохи чужой крови, сводя с ума и выворачивая нутро.
– От-ку-да? – в ужасе выпучив глаза, просипел Дахан, потянулся к рисунку, чтобы завершить ворожбу, но тут все конечности свело судорогой, да такой, что не вдохнуть, ни выдохнуть!
Магия крови… Он узнал заклинание, что было употреблено против него. И прекратил сопротивление. Оно более не имело смысла. Последняя мысль, мелькнувшая в воспалённом от боли сознании: мальчишка владеет тайными знаниями и ведает правила, когда проклятье за использование магии крови ему не грозит…
Утром следующего дня разложившийся труп наёмника нашли воришки, шедшие в центр Зэлеса на рынок. В этой груде из тряпья и гниющей плоти сложно было кого-то узнать.
– Смотри! Неужто там кошель! – воскликнул один из них, суетливо оглядевшись.
– Погоди! Приглядись-ка! – одёрнул дружка тот, что был постарше и поосторожнее.
– Ого! Точно такой же носил мастер Дахан, – тише и опасливее кивнул первый, – как считаешь это маг-телохранитель господина?
– Я ничего не думаю, но деньги трупу не нужны, а нам очень даже.
– Не боишься, что монеты прокляты? – проблеял-прошептал подельник.
Второй промолчал, взял палку и, поворошив в смрадно пахнущей куче, подцепил мешочек и осторожно подтащил к себе, набравшись храбрости, потянул за тесёмки и распахнул горловину.
– Золото и серебро, дружище. Припрячем, через пару лун заберём, думаю, всякая ворожба с него спадёт. Хозяин-то мёртв.
Две неказистые фигуры спешно растаяли в предрассветной дымке, как и не было.
Глава 50
Пробуждение было странным, с привкусом крови во рту, пустыней в глотке и непонятной тяжестью в центре груди.
– Мря-у? – и что-то прохладное ткнулось в щёку.
– Архи? – прохрипела я.
– Мря!
Я наконец-то смогла разлепить тяжёлые веки. Вовсе не так мне представлялось пробуждение после лечения Маглии, а то, что она приложила руку к моему исцелению – бесспорно!
Зрение плыло, но стоило моргнуть пару раз, как картинка стала чётче, и я тут же увидела любопытную мордочку зверя, не мигая глядящего прямо на меня.
– Так вот почему дышать сложно, – тихо заметила я. Кот удобно лежал точно на моей грудной клетке и даже не думал вставать.
– Шаризка! – рядом нарисовалось встревоженное личико Рона. – Ты как?
– Пить, – выдохнула, даже не пытаясь шевелиться: все конечности казались неподъёмными, каменными.
– Погоди, сейчас, – братишка убежал куда-то в сторону, застучал графином о корпус стакана, затем послышались звуки льющейся воды. – Давай помогу голову приподнять, чтобы не расплескалось.
Холодная влага благодатным нектаром пролилась в жаждущее нутро, заставляя меня спешить и выпить всё до капли, а потом попросить ещё.
– Ты чего так накинулась! Поперхнёшься, а я не умею делать искусственное дыхание, даже одно описание этой процедуры, мне кажется, противнющим! – скорчил рожицу Рондгул. – Отдышись, там целый графин, и он никуда не собирается убегать.
Ворчание мелкого позабавило, и я улыбнулась:
– Спасибо за заботу. Ты давно тут?
– Как солнце встало, сразу помчался к тебе. Ты вчера лежала, даже будто не дышала… Эль, мне так страшно стало, а вдруг ты меня покинешь, что я тогда делать буду? – голос мальчика едва заметно задрожал, в тёмных очах мелькнули слёзы.
– Жить, – ответила я, вполне серьёзно. В такие моменты смеяться и сводить всё в шутку никак нельзя, нужно уважать чувства других.
– Да, это понятно. Но пусто станет, вот тут… – Рон прижал руку к сердцу и как-то не по-детски вздохнул.
Я посмотрела на него, но встать и обнять не могла – тело по-прежнему было ватным.
– Архи, друг мой милый, не мог бы ты прилечь рядом и слезть с моей груди. Дышать тяжело, – обратилась я к коту, стараясь показать брату, что не заметила солёную влагу в его глазах.
– Мряф! – фыркнул зверь в ответ, помешкал секунду, но всё же переместился на кушетку, мне под бок.
– Уф! – облегчённо выдохнула я, одновременно почувствовав, что с теплом бархаса ушло ещё нечто неосязаемое. И будто это были магические целительские токи, испускаемые животным.
– Всё же кошки – необыкновенные существа, – кивнула я. – Спасибо Архи, за помощь.
– Мря-у! – и меня лизнули в ладонь.
Дверь распахнулась, и в комнату вошли родители. Они тут же подошли ко мне и присели на кресла подле кушетки.
Папа молча сверлил меня тяжёлым взором чёрных, как омуты, глаз. Я не стала как-то оправдываться, мы все здесь обо всём прекрасно знали и понимали не меньше. Я ошиблась, этому нет оправданий. Мама заговорила первой, не выдержав тишины:
– Как ты, доченька? Ничего не болит? Есть хочешь? Маглия перед уходом тебя осмотрела, предупредила, что сегодня, а может, и завтра не сможешь подняться с кровати. Наказала напоить тебя мясным бульоном с волнушкой, и давать почаще чистой воды.
– Так и есть, – ответила я, ещё раз прислушавшись к своему телу, – даже руку поднять могу с трудом.
– А я ведь предупреждал! – всё-таки не стерпел отец, слова срывались с его губ рвано, мужчина явно едва сдерживался, чтобы не накричать. – Беспечность, самоуверенность – всё это чуть тебя не погубило, Эльхам!
– Тише, дорогой, – в этот раз Газиса не стала молчать. – Только боги ведают, что нам суждено. Шариз, как мы все опрометчиво полагали, была единственным магов в Зэлесе. Но откуда-то вдруг появляется ещё один колдун, при этом не какой-то посредственный, а маг крови. Я сходила в библиотеку, посмотрела, что есть на счёт этого. Нашла немного, но и прочитанного хватило, чтобы сделать вывод: наша дочь чудом осталась жива!
Папа пыхтел, хмурил брови, но в монолог мамы так и не вмешался.
– Этот маг мёртв, – вдруг вырвалось само собой, – Хранитель хатэ подсказал, как его убить. А ещё я сделала один очень важный вывод.
– И какой же? – насмешливо уточнил Горн, скрещивая внушительные руки перед собой.
– Нам нужен оберег от таких чародеев. Планирую засесть и создать для каждого из вас медальон-артефакт. Правда, пока не решила, как к нему подступиться, но непременно что-нибудь придумаю.
Отец уходил из залы хмурый и такой же недовольный, как и в самом начале беседы. Он не озвучил никакого наказания, но я нутром чуяла, что-то будет. Скорее всего, мне вообще запретят выходить за пределы поместья.
Ладно, даже если так, то выводы уже сделаны: учёба магической науке и создание пороха. А ещё напрошусь сходить в лечебницу, всё же нужно закончить начатые там дела.
– Ты что-то замыслила, – проницательно заметил братец. – Я с тобой. Теперь не отвертишься.
– И не подумаю, – слабо усмехнулась я, – полагаю, сидеть мне отныне тут, в поместье, а отряд во главе с кем-то из приближённых отца отправится в пустыню на поиски серы. О! – осенило меня, – если ты со мной?..
– Конечно, я с тобой! – тут же набычился Рон.
– Тогда нас определят к бактрианам, ведь нитрат калия можно получить только из компоста. Состав компоста до ужаса прост: верблюжий навоз, зола, известь, хворост и другие органические соединения. Будем эту бурду собирать и наполнять бочки, перемешивать до однородной консистенции.
– Шаризка! Фуу! Ну ты! Слов нет!.. – застонал мелкий, театрально-мученически закатив глаза к потолку. Но он сам вызвался, и отказаться от данного слова уже никак не мог.
Глава 51
Как только я пришла в себя и почувствовала силы заниматься и работать, меня загрузили по полной. Например, первое задание Хранителя казалось очень простым, много позже я убедилась, что это далеко не так. Итак, передо мной стояла задача держать водный платок в воздухе так долго, как смогу, при этом выполняя иную работу. В этот раз такой работой было помешивание воняющей бурды во вкопанном в песок большом бочонке. Чего только в этой таре не было, и всё это должно настояться, чтобы на выходе получился нитрат калия. Очень нужный мне ингредиент для создания пороха.
Рондгул пыхтел рядом, то и дело бросая на меня хмурые взгляды из-под насупленных бровей. С положением он мирился, кажется, только благодаря водной взвеси, что зависла перед ним и охлаждавшая разгорячённую кожу мелкого. Кроме нас двоих, тут находилась одна из команд, собранных отцом мне в помощь. Они безропотно выполняли каждое моё поручение, не задавая ненужных вопросов и всецело сосредоточившись на своей работе.
Сморгнув капельку пота, поманила пальцем "платочек" и прижала его к лицу. Ощущение будто нырнула в тёплую речку. Освежает и даёт энергию. Рон, поглядев на меня, сделал то же самое, но ему пришлось самому шагнуть навстречу водной пелене, чтобы освежиться.
– Я тебе это ещё припомню, – пробухтел он, снова берясь за увесистую ступу.
– Обязательно, – согласилась я.
– Давай после сгоняем на Ньеру? – вдруг предложил мелкий. – Купаться хочу!
– А что, хорошая идея. Давай! – согласилась я. – Только…
– Что?
– Папа, скорее всего, не позволит, – мне стало по-настоящему грустно.
– Сбежим, попроси своего Хранителя, – Рон понизил голос до едва различимого шёпота, – морок наслать на всех в доме или усыпить на несколько часов.
– Ага-ага, – покивала я с серьёзным выражением лица, – ещё лезгинку сплясать, – а всё это влияние моих сказок на неокрепший детский ум. – Ишь как у тебя воображение разгулялось, нестандартно мыслишь!
– А то! – колесом надул грудь мелкий и значительно подвигал чёрными бровями.
– Ты такой забавный и прехорошенький! – умилилась я, не забывая работать мешалкой.
– Сама такая, – тут же окрысился братишка, – и мелкая. Всего-то на полтора года старше, а всё туда же, нос выше неба от собственной значимости.
– Эка ты разошёлся, – без тени улыбки покачала головой. – Я же, любя, просто пошутила. Ладно, заканчивай со своей бочкой, пойдём к следующей, у нас их три десятка, работы до ночи хватит. А что касается Ньеры… Я спрошу у папы позволения, не будем нарушать хрупкое перемирие с ним. Их доверие потерять легко, восстановить сложно будет.
– Предки слишком тебя опекают.
– Нас обоих и это, наверное, правильно. Заботиться о своих детях – святое дело каждого родителя.
– Они нам должны? – сделал свои выводы Рондугл, переходя, как и я, во второй ряд с тарами, вмурованными в песок.
– Вообще, да.
– Получается, и мы им тоже.
– Выходит, так, – кивнула я. – А вообще, слово "долг" тут неуместно. Любовь, взаимное уважение, доверие, доброта и понимание – это всё составляющие крепких семейных отношений.
– Попробую запомнить.
– Не только запомнить, но и прочувствовать. Нас любят, Рон, без оглядки, принимают со всеми, так скажем, недостатками.
– Я идеален! – высокопарно вскинув руку вверх, Рондуг поправил несуществующую шляпу на голове. Мы в унисон рассмеялись и продолжили работу.
Время в хорошей компании, занятой одним делом, пролетело незаметно, и вот на сияющий песок Лолелли опустились сумерки, стало чуточку прохладнее. Я чувствовала, как у меня гулять не только руки и ноги, как ноет шея и поясница. А ещё огнём горят магоканалы. Мне бы просто упасть в кровать и не шевелиться.
– Ты бледная какая-то, – участливо заметил напарник, подавая фляжку с мерзкой тёплой водой. – Устала?
– Не то слово, – буркнула, благодарно принимая сосуд.
– Получается, не будешь проситься на озеро? – тут же огорчился Рон.
– Отчего же? Пойдём домой, поговорю с папой.
Мы шли к нашему поместью кружным путём, подальше от любопытных глаз горожан. Небо постепенно темнело, на его бархатном полотне медленно, но верно проступали далёкие звёзды, светившие, как обычно, холодно и ярко. Я шагала в окружении своей охраны и дышала полной грудью: всё же ночь мне ближе, мерное сияние луны успокаивало и наполняло неведомой силой. И пусть сейчас плечи гнулись вперёд от невидимой тяжести, оставшейся после трудового дня, а колени утомлённо дрожали, я любовалась окружающей первозданной красотой пустыни, в которую столь органично вписался Зэлес.
Мой славный дикий кот присоединился к нам немного попозже, почти на подходе к дому.
– Как дела? – спросила я, присаживаясь на корточки, – пойдёшь ко мне на руки?
– Мря-ф! – пушистик сделал два шага назад и забавно сморщил мордочку.
– От меня неприятно пахнет? – догадалась тут же.
– Это ещё мягко сказано, – фыркнул Рэним, стоявший чуть позади.
– Ну спасибушки, – я показала язык Архи и встала. – Тогда просто иди рядом. Магоканалы ноют, сил нет терпеть. Вот хочу сходить, искупаться в волшебных водах Ньеры.
– Мря! – одобрил моё решение кот.
– Осталось уговорить папу…
Отец находился у себя в кабинете, и я, быстро помыв руки, лицо и шею, прямиком направилась к нему, не обращая внимание на строгий взор Газисы.
Горн, не отрываясь от пергамента, в котором что-то писал, спокойно выслушал моё желание и тут же, не раздумывая, сказал:
– Хорошо, иди, – какой неожиданный ответ! – С тобой пойдут мои воины… Чего стоишь? – отец вскинул голову, удивлённо на меня посмотрев.
– А почему ты разрешил? – вырвалось против воли.
– От тебя так пахнет, что, кажется, с таким может справиться только Ньера, – стараясь не морщиться, ответил вождь. – Завтра к бочкам с навозом пойдут другие люди. Ты туда больше ни ногой.
– И что мне теперь делать? Сидеть сложа руки?
– У тебя, насколько я знаю, есть незаконченные дела в лечебнице, и сестра Зока хотела с тобой поговорить. Ещё ты не дописала свой целительский справочник. Работы хватает. Ты всё это начала, но недоделала.
Я возмущённо надулась:
– Потому что думала, что ты мне это всё запретил.
– Я запретил тебе разгуливать по ночам, но днём в окружении охраны и в обход центральных улиц – пожалуйста.
– Ты ничего такого не говорил.
– А ты не уточняла.
– Была расстроена.
Папа отложил перо в сторону и внимательно на меня посмотрел:
– Сегодня рано утром вглубь пустыни ушла немногочисленная группа заклинателей. Они будут искать серу, сверяясь с картой тобой нарисованной.
– Ура! – радостно воскликнула я.
– Сбежавшего шпиона нашли мёртвым в воровском квартале. И ещё там же отыскался полуразложившийся труп неизвестного человека. К нему даже крысы не посмели прикоснуться.
– Это тот самый маг крови.
– Откуда такая уверенность? – приподнял правую бровь Горн.
– Чувствую, – односложно заявила я, пожав плечами, поскольку внятно объяснить свои ощущения всё равно бы не смогла.
– Хмм, пусть будет так. Как твои занятия с Хранителем?
– Он меня истязает, – поморщилась я, – смотри, руки едва могу поднять и ноги волочу с трудом. Задания выдаёт вроде бы простые, но… заковыристые.
– Это всё тебе на пользу. С каждым днём ты обязана становиться всё сильнее. Заклинатели тренируют свои способности рано на рассвете, и после заката. А в дневное время оттачивают навыки ведения боя на шамширах.
– Ни разу не видела их занятия.
– Потому что девочкам туда путь заказан. Там же одни мужчины.
– А можно мне тоже как-нибудь позаниматься с ними? – пропустив мимо ушей замечание папы, быстро спросила, – ну, пожалуйста!
– Нет. Но на площадке позади дома – кто тебе запрещает? А теперь марш отсюда. Тебя ждёт купание в озере и восстановительный сон. Завтра завершишь начатые дела для лечебницы, а вечером я хочу с тобой кое-что обсудить.
– Что именно? – полюбопытствовала я.
– План обороны. И какую посильную помощь мы можем оказать первому поясу оазисных городов. Ведь не только нам предстоит защищаться, но и всем остальным.
