Текст книги ""Фантастика 2026-62". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: А. Таннер

***

На фоне элегантного Руфуса в белом костюме и его охранников в синем, я выглядел натуральным команданте из Африйских колоний. Но, наверное, именно таким и представлял себе меня Дюкетт-младший. Я взял с собой лишь Княгиню, чтобы показать руславийке, что она утратила моего доверия, да и не думаю, что появление Оцелотти так уж обрадует моего работодателя.

– Ваше возвращение вышло несколько, – он сделал вид, что подбирает слово, – бурным, как я вижу.

Мы сели за стол с лёгкими закусками и парой бутылок вина – ни к вину, ни к еде не притронулись, сразу начав разговор. И что-то подсказывало мне, будет он не самым простым.

– Старый вожак вернулся, – пожал плечами я, – но молодая кровь уже сочла его мёртвым. Пришлось показать, что у меня есть зубы, и я могу отправить наглеца в койку на пару недель.

– Но и вам тоже пришлось туго, – заметил Руфус.

– Молодая кровь, – повторил я. – Он был сильнее и быстрее, но без моего опыта сотен схваток.

– И всё же риск был велик…

Думаю, он намерено оставил фразу незаконченной.

– Не любил бы рисковать, мсье Дюкетт, – улыбнулся я, – работал бы бухгалтером.

Руфус кивнул, признавая мою правоту, однако я видел, что мои ответы не удовлетворили его.

– Я полностью контролирую своих людей, – твёрдо произнёс я. – Пока я здесь никто больше не посмеет мутить воду, иначе будет иметь дело со мной лично.

– Вы сможете избить одного-двух, а что будет если кто-то ещё бросит вам вызов?

– Зачинщиков редко больше одного-двух, мсье Дюкетт, но если что, я просто достану нож, и мало кто решится сойтись со мной.

– Говорят, вы победили эльфийского убийцу в схватке один на один.

– Это была почти чистая удача и высокомерие врага, – признался я, – но тем не менее, да – это так.

– Мало кто может так высказаться, что слова его не будут звучать похвальбой или, наоборот, ложной скромностью, – кивнул Дюкетт.

– Я не дипломат, и клинком владею лучше, чем словом, – ответил я, – так что давайте закончим прелюдию и перейдём к делу. Задаток уже на счету, вы оплатили его, не торгуясь, и теперь я жду от вас сути контракта.

– Зайду издалека, – туманно начал Дюкетт. – Слышал, у вас есть проблемы с памятью, насколько хорошо вы помните события в урбе Марний, что произошли несколько лет назад?

– Даже слишком хорошо, – заверил его я.

Хрустальный грот, невероятно скользкий пол под ногами, тяжесть крупнокалиберного револьвера в руке – и чудовищная фигура в центре, исходящая ослепительным светом. Да, такое не забудешь, как страшный сон, потому что реальность порой куда страшнее самого жуткого ночного кошмара.

– Тогда вы поймёте меня и не посчитаете предложенный контракт безумием, – напустил ещё больше тумана Руфус. – Я хочу нанять вас для путешествия за Завесу к месту, известному, как Колыбель, чтобы покончить с тем чудовищем, что несёт ответственность за взрыв в урбе Марний.

Вместо ответа я поднялся на ноги (Княгиня поспешила последовать моему примеру), одёрнул полы полувоенного кроя куртки и выдал:

– Я вынужден покинуть вас, мсье Дюкетт, благодарю за гостеприимство для моих солдат. Мы как можно скорее вернёмся в Афру.

Отправиться за дальний север, в земли Лиги, где властвуют мороз, кровожадные дикари, многие из которых не гнушаются людоедством, и жестокие, высокомерные сидхи, – нет уж, увольте. Лучше нарушить слово, лишившись остатков репутации, чем отправиться вместе со всеми своими людьми прямиком на тот свет. Да ещё в области за Завесой – полосой стылой пелены, за которой, собственно, и обитают эльфы-сидхе. Ещё до войны туда отправилась не одна экспедиция, и никто не вернулся обратно.

– Сядьте, – жёстким тоном произнёс Дюкетт. – Вы понимали, что ради простой миссии я не стал бы нанимать именно вас. Лучший наёмник Эрды, специалист по невозможному.

– У любого таланта есть пределы, – отрезал я, садясь-таки обратно на стул, говорить с Дюкеттом глядя сверху вниз было не слишком разумно.

– Здесь поставлена на карту судьба всей Эрды, уж простите мне пафос, но так оно и есть, – решительно заявил Руфус. – Тот, кто уничтожил гору в Марнии, превратив её в кратер глубиной в несколько сотен метров, не погиб тогда. Он собирает силу в той самой Колыбели, о которой я уже упоминал. Когда он выйдет оттуда, то станет эльфийским богом, и Эрде, такой, какой мы её знаем придёт конец.

– С чего вы взяли? – приподнял бровь я, хотя скепсис мой был сильно наигранным.

– Вы же помните, как сидхи ворвались в Великую войну со своими армиями северян, дикарей, вооружённых странным оружием, ведомых эльфийскими офицерами, которым они были преданы, словно псы. Помните, что творилось на фронтах, когда с севера хлынули в Аурелию армии Сидхской империи. А теперь представьте, что во главе их шагает самый настоящий бог.

– Не слишком ли громкое слово, хотя в Эрде достаточно богов и демонов, – пожал плечами я. – В Афре, к примеру, свой есть почти в каждой деревеньке и ему часто приносят кровавые жертвы.

– Вполне подходящее, особенно после того, что мне стало известно от вашего бывшего наёмника эльфа-ши Хидео.

– Так вот куда он подевался, – кивнул больше самому себе я. – Вы прибрали его к рукам после взрыва платформы в Архипелаге.

– Такого талантливого инженера ещё поискать, – не стал спорить Руфус, – и мой отец приложил все усилия, чтобы тот оказался у нас на службе. Тем более что после тех событий податься ему было решительно некуда. Но сейчас это не имеет значения. Хидео поделился со мной многими страницами истории народа эльфов. Они предпочитают хранить её в тайне, однако сейчас ситуация явно вышла из-под контроля, и Хидео рассказал мне всё, что знает. У эльфов были свои боги, когда они пришли в Эрду тысячи лет назад. Это были жестокие, совершенно свихнувшиеся из-за невероятной магической силы и жизни, продолжавшейся тысячелетия существа. Уже в Эрде они принялись строить империю на крови и жестокости, и это понравилось далеко не всем, даже среди самих эльфов. Тогда они ещё не были разделены на народы, и вместе сумели победить своих безумных богов. Убить существ такой магической силы им оказалось не под силу, простите уж за каламбур. Они заключили их, похоронили заживо, можно сказать. И в Марнии наткнулись на одного из этих самых богов.

– А тот ублюдочный эльф с серебряными волосами решил заполучить силу бога, – понял я, – вот зачем ему нужно было городить весь тот огород с атакой монстра, а после летающей крепостью, которую он поднял со дна залива. Два отвлекающих удара ради того, чтобы добраться до нутра суперпушки. Вот уж действительно планы внутри планов и колёса внутри колёс.

Кажется, Руфус не очень понял мою последнюю метафору или просто не ожидал чего-то такого от примитивного вояки, какими он, уверен, до сих пор считает меня.

– Но по словам Хидео, – продолжил он, – этот план провалился, во многом благодаря вашим усилиям, однако случилось едва ли не худшее.

– Бог завладел телом этого эльфа, – сделал вполне логичный вывод я, и Руфус подтвердил его кивком.

– Он потерял много сил после взрыва и собирает их, сидя в Колыбели. Там он вынашивает план мести всей Эрде – эльфам, людям, гномам, всем прочим разумным, населяющим её. Они должны либо покориться и стать рабами, либо умереть в муках. Иного выбора он никому не даёт – таков путь безумных эльфийских богов. Теперь вы понимаете, что поставлено на карту? И откуда весь мой пафос, который куда лучше подошёл бы для древних времён, нежели для нашего века прогресса и разума.

Тут было о чём подумать, но я задал первый вопрос, что пришёл на ум:

– Отчего именно я? Вы ждали все эти годы, верили, что я жив, хотя тому не было никаких разумных доказательств, однако вы продолжали верить и ждать. Почему для вас, мсье Дюкетт, на мне свет клином сошёлся?

– Вы ведь помните, чем всё закончилось тогда, в Марнии? – спросил у меня вместо того, чтобы ответить Руфус.

О да! Я помнил это отлично – даже слишком хорошо.

Несколько лет назад

– Прикрываю, – крикнул я, уходя с дорожки перекатом.

Я сумел встать на колено, вскинул к плечу приклад автоматической винтовки, и тут же нажал на спусковой крючок. Эльф легко отбил очередь в три пули, потом следующую и ещё одну. Однако я не собирался сдаваться. Стремительными движениями менял магазин и продолжал стрелять, почти без остановок. Среброволосый был вынужден отбивать пули – он не мог повернуться спиной ко мне и продолжить свой путь.

Детектив же бежал. Так быстро как только мог. Нёсся во весь опор, стараясь не обращать внимания на то, что начинает задыхаться. Сердце громко бухало в груди. Кровь стучала в ушах. Виски ломило. Горло сжималось, не желая пропускать воздух в лёгкие. Он очень сильно пожалел, что не удалял времени поддержанию физической формы. Но бежать было надо, несмотря ни на что.

Со ста метров из незнакомого оружия не попасть никогда. Даже с пятидесяти. Надо подобраться к нему метров на двадцать, а лучше на пятнадцать – и тогда он может быть уверенным, что всадит ему все три чудо-пули прямо в грудь. Вот только хватит ли у меня патронов, чтобы сдерживать эльфа столько времени.

Узнать это детективу было не суждено. Среброволосый сделал свой ход раньше. Он метнулся навстречу детективу, как показалось, проскользнув между пуль. Свиду несуразно длинный, но как мы успели узнать смертоносный, меч его сверкнул в ярком свете. Стремительный выпад – клинок пробил детективу левое плечо. Он сумел дёрнуться в последний миг, и острие лишь на несколько дюймов разминулось с сердцем. Левая рука повисла плетью, и он едва не выронил револьвер. По телу начал разливаться знакомый холод. Все сосуды как будто набили мелкой ледяной крошкой вместо крови. Отвратительные ощущения.

Эльф почти без усилий поднял его в воздух. Детектив висел на клинке его меча, словно наколотое на булавку насекомое. Эльф и рассматривал его с интересом энтомолога, обнаружившего необычного жука или муху нового вида.

– Обычная свиду букашка, – произнёс эльф. – На что ты надеешься? Ваше оружие – ничто против меня.

Детектив поднял руку с зажатым в ней револьвером. Курок взвёл как только мы вышли из лифта. Выстрел грянул такой громкий, словно из пушки пальнули. Пуля угодила эльфу грудь, хотя целил он вроде в лицо. А жаль. Очень хотелось увидеть, как пуля сотрёт улыбочку с его губ. Отдача почти вырвала револьвер из руки, но детектив удержал его. Даже как-то сумел взвести курок снова – и выстрелил во второй раз.

Если после первой пули эльф только покачнулся – её приняла на себя магическая защита, которую он успел обновить – то вторая развернула его. Он опустил руку, и детектив соскользнул с клинка, растянувшись на ледяной хрустальной поверхности. И снова ему каким-то чудом удалось удержать револьвер. Поднять руку и выстрелить в третий раз, пока среброволосый не пришёл в себя, было выше его сил.

На помощь пришёл я. Бросив стрелять в эльфа, я промчался разделявшее нас расстояние, пока тот рассматривал детектива, насадив на клинок. И теперь я взял руки детектива с револьвером в свои, чтобы не тратить время. Взвёл курок большим пальцем, и нацелил оружие на разворачивающегося к нам эльфа. Среброволосый вскинул меч, чтобы проткнуть нас обоих, и вот тут длина оружия подвела его. Будь его клинок покороче, он успел бы – двигался среброволосый невероятно быстро, но ему пришлось отвести руку слишком далеко. Детектив нажал на спусковой крючок в третий раз.

Пуля ударила эльфа в середину груди, отшвырнула назад. Эльф проехался по хрустальному полу, остановившись прямо у основания каменного дерева. И я понял, что нам снова не хватило одного патрона.

Истекающий кровью, ослабевший эльф сумел встать на колени. Окровавленные пальцы его коснулись поверхности кристалла. Я услышал громкий треск – борозды побежали во все стороны, словно паутина. А потом я увидел, как заточённая в кристалле фигура открыла глаза. И закричала.

***

Эта картина слово наяву промелькнула перед моим глазами. Я видел висящего на длинном клинке моего спасителя, которого я воспринимал теперь, как детектива, хотя и не знаю почему именно так. Видел заинтересованное лицо среброволосого, изучавшего свою жертву с интересом энтомолога. Видел и каменное дерево с кристаллом, в который был заключён безумный эльфийский бог. И вряд ли то, что истекающий кровью после попадания нескольких подавляющих магию пуль среброволосый ублюдок, дотянулся-таки до него, освободив из тысячелетнего заточения, изменило его психику в лучшую сторону. Скорее, наоборот.

– Мы с детективом из того урба всего лишь вместе расстреляли ублюдочного эльфа, но это не остановило его. Одной пули не хватило.

– Верно, – кивнул Руфус, – и теперь вы связаны. Никто, кроме уже причинившего прежде вред богу не может ранить его снова. У меня есть запас пуль против магов и ещё кое-какой антимагический арсенал, однако без вашей руки все они бессильны. Преображающийся в Колыбели эльфийский бог слишком силён, чтобы они теперь могли причинить ему вред. При условии, что оружие будет держать не ваша рука.

– А детектив? – удивился я. – Он же живёт в соседнем урбе, и с ним вам явно было бы проще договориться, чем со мной.

– Он погиб спустя несколько недель после тех событий, – ответил Руфус. – Застрелен в собственном доме, прямо на пороге квартиры.

Этого не могло быть, просто потому что не могло быть никогда. Ведь именно детектив был моим спасителем. Он помог мне выбраться из воды совсем недавно, в Альбе, и после помогал, хотя я ведь считал его покойником… Голова пошла кругом от всего этого. Я старался забыть то, что случилось в Марнии несколько лет назад, но эти события снова влияли на мою жизнь. Ненавижу! Ненавижу!

Я поймал себя на том, что пальцы правой руки сами собой нырнули под стол, к поясу, инстинктивно ища там рукоятку «нольта», торчащую из кобуры. Зубы скрипели, из горла рвался почти звериный рык. Я был готов перестрелять всех за столом, включая Княгиню, столь велик был мой гнев в тот момент.

Это заметили телохранители Руфуса. Оба заметно напряглись, готовые сунуть руки за пазуху, где лежат в наплечных кобурах пистолеты. Один даже небрежным движением расстегнул пуговицу пиджака, так что полы его свободно повисли и не мешали выхватить оружие. Однако Руфус осадил обоих коротким жестом, как будто знал, что сейчас со мной происходит.

Да какого… Он точно знал это! Я видел это в ледяном взгляде голубых глаз юнца – Руфус ведь был моложе меня лет на десять, если не больше. Лицо его окаменело, нервным движением он пригладил идеально лежащие волосы, но одна прядь выбилась и упала на лоб.

– Вы справились с собой? – поинтересовался он, когда приступ гнева прошёл, и я смог, наконец, дышать.

Оказалось, задержал дыхание на несколько минут и теперь лёгкие рвануло болью от глубокого вдоха. Я откинулся на спинку стула, тот жалобно скрипнул, и тяжело дышал ещё пару минут. Охранники Дюкетта не расслаблялись, пока я снова не сел прямо.

– Нет, – ответил я честно, – просто прошло. Скверные воспоминания несут скверные ощущения. Прошлое темно и полно ужасов, думаю, вы понимаете о чём я, мсье Дюкетт.

– В общих чертах, – кивнул тот.

– Раз детектив мёртв, – я знал, что это не так, ведь тот совсем недавно сидел за столик от меня в открытом кафе в Рейсе, а может всё же… Я выбросил эту мысль из головы, пока на меня снова не обрушился приступ гнева, который может закончится весьма печально, – значит, остаюсь только я. Но нет смысла тащить в путешествие за Завесу всех «Солдат без границ», для экспедиции подойдёт небольшая группа профессионалов, и я подберу её. И возглавлю сам.

– Я добавлю туда ещё несколько человек, – тут же заметил Руфус, – и первым буду, разумеется, я сам. И мои охранники, само собой.

С этим я готов был смириться, хотя и не был рад компании Дюкетта-младшего с его телохранителями. Но кого ещё он собирался взять в отряд – вот вопрос, и я тут же задал его.

– Об этом сообщу позднее, – ушёл от ответа Дюкетт. – Пока нам обоим надо заняться делами. Всю подготовку к экспедиции на север я беру на себя. От вас нужны лишь бойцы. Оружием я также обеспечу, по вашему выбору. Смогу организовать любое. Как и боеприпасы в достаточном количестве.

– У меня будет только одно условие, мсье Дюкетт, – заявил я, прежде чем уйти. – В отряде не должно быть больше дюжины человек. Больший будет слишком медлителен и это сильно уменьшит наши шансы на успех.

Руфус кивнул, принимая моё условие, и мы попрощались.

***

Мы вышли из особнячка, где располагалась резиденция Руфуса Дюкетта – надо сказать тот любил жить с комфортом, домик его смахивал на небольшое загородное поместье. Такие любили строить аристократы до войны, чтобы уединяться там от городского шума, когда в кругу семьи, а когда и с любовницей. Особнячок выбивался из общего стиля военного городка, где разместили «Солдат без границ» в Аргуже, однако Руфуса это ничуть не смущало.

– Ты ведь понимаешь, командир, – произнесла Княгиня, пока мы шагали к отгороженной недавно возведённым забором части лагеря, где, собственно, и располагались я и мои бойцы, – что он продолжит мутить воду.

– Если ты про Дюкетта, – показательно «не понял» я, – то не очень ясно, к чему бы это? И что ты понимаешь под словами «мутить воду».

– Не прикидывайся, командир, – покачала головой Княгиня, – ты прекрасно понял, о ком я говорю. Аспид продолжит агитировать бойцов, как только ты покинешь нас снова.

– Конечно же, он именно так и сделает, – кивнул я, – ведь его некому будет остановить. Извини уж, но ты с ним не справишься в рукопашной. Думаю, ты видела, чего мне стоила эта схватка.

– Ты можешь ходить прямо, несмотря на трещины в рёбрах, – пожала плечами Княгиня, – а вот Аспид вряд ли скоро встанет с постели.

– Уверен, он уже завтра будет на ногах, – заверил её я. – Такие, как Аспид, держатся на голом упрямстве, которое иногда путают с силой воли.

– Тем хуже, – согласилась Княгиня, – но ответь на вопрос, командир, что ты будешь делать с ним?

– В одном ты права, ему досталось сильнее, чем мне, и я могу отделать его снова.

Тут Княгиня уже не выдержала. Она заступила мне дорогу, и как мне показалось, едва удержалась от того, чтобы ткнуть пальцев прямиком туда, где у меня треснули рёбра.

– Не делай из меня дурочку, командир! – выдала она, и я, кажется, только сейчас оценил её, как женщину. Гнев оказалась ей к лицу, и мне это нравилось. – Ты собираешься взять Аспида в собой на Север и там и оставить?

– Заманчиво, – усмехнулся я, – но нет – он нужен мне здесь. Белый аспид отличный командир, и если бы не его амбиции и непомерное эго, которое раздувает кое-кто из «солдат без границ», я бы оставил его командовать, когда отправился в Арен.

Я был честен, и Княгиня уважала это, хотя мои слова больно ранили её – я видел.

– Ты уходишь от ответа, – вновь встала она рядом со мной, и мы продолжили путь к нашей части лагеря, – значит, для этого есть причина.

– Я ухожу от ответа, чтобы поиздеваться над тобой и поупражняться в остроумии, – честно признался я. – Прежде мне никогда не удавалось вывести тебя из себя, Княгиня.

– И ты ответишь мне, как намерен поступить с Аспидом? – криво усмехнулась она.

– Знаешь, как я стал лучшим наёмником Эрды? – вместо ответа спросил я, сам себе напомнил Руфуса.

Княгиня в ответ только головой покачала.

– Отец всегда завидовал тебе, поэтому и не присоединился, хотя многие ему советовали сделать это. Он говорил, что ты не лучший наёмник, а всего лишь ловкач, который заставил всех поверить в это.

– И он был прав, – кивнул я, и когда она глянула на меня, я не улыбался. – Это не шутка и не издёвка, твой отец был полностью прав. Как все боги и герои я начал с того, что сам принялся творить миф о себе. Но делать это можно разными способами.

– Например, как?

– Например, никогда не делать того, что от тебя ожидают, – теперь уже позволил себе усмехнуться я, – и не оставлять противнику выбора. Именно так я и собираюсь поступить с Аспидом.

Княгиня поняла, что больше из меня ничего не вытянуть, и до самого расположения мы шли молча. Но молчание наше не было угнетающе тяжким, просто каждый думал о чём-то своём.

***

Княгиня оказалась полностью права – мутить воду Аспид начал ещё в госпитале, и Шрам, прикидывающийся его верным фактотумом, вовсю помогал ему в этом. Вообще, не будь среди «Солдат без границ» этого руславийского ублюдка, возможно, и Белый аспид никогда не рискнул бы идти на открытый конфликт даже с Княгиней в моё отсутствие. Именно Шрам постоянно раздувал эго Аспида, потихоньку подбивая того на бунт. Ловкий сукин сын, ничего не скажешь, и талантливый манипулятор. Именно благодаря этому таланту он всегда выходил сухим из воды, просто потому, что никогда сам не ввязывался ни во что, оставаясь лишь этаким голосом из тени, ничего не говорившим напрямую, а потому за руку его никто не поймал.

Я не мог просто взять и вышибить Шрама из «Солдат без границ». Мы были не просто наёмным отрядом или армией, у нас были свои принципы и своего рода кодекс, которому я вынужден был следовать, несмотря ни на что. Лишь поэтому Шрам до сих пор оставался одним из нас, но это ненадолго.

Аспид собрал у себя нескольких бойцов, среди них я заметил, к своему сожалению, пару офицеров, на кого делал определённые ставки, считая их более верными нашему общему делу. С другой стороны, от этого дела остались лишь руины, так что их вполне можно понять. А вот никого из «Диких котов» там не оказалось, и Оцелотти был просто на седьмом небе от счастья, что никто из его людей не пришёл даже послушать Аспида.

– Он не наш командир, – уверенно вещал Аспид, сидя на койке. Вопреки тому, что я сказал Княгине, он ещё не начал вставать, и лишь недавно стал уверенно садиться. – Я уверен в этом.

– И что у тебя есть, кроме слов? – довольно скептически поинтересовался один из офицеров.

– Он никогда прежде не использовал приёмы розалийской ножной борьбы, шоссо,[1] – ответил Аспид, – а ты сам видел, как он обработал мои ноги и бок. И в конце – встречный удар, это ж тоже приёмчик шоссо. Среди нас есть розалийцы, они тебе подтвердят.

Собравшиеся бойцы начали кивать, весы явно склонялись на сторону Аспида. Именно этот момент я выбрал для своего эффектного поведения.

Мы с Оцелотти вошли в палату, где лежал Белый аспид, и я в несколько широких шагов оказался прямо у его койки.

– Извини, я без цветов и конфет, – выдал я, не потрудившись поприветствовать Аспида. – Ты сиди, сиди, ноги я тебе отделал хорошо.

Опомнившиеся офицеры и бойцы повскакали на ноги и отдали честь. Я ответил им тем же, но когда они потянулись к выходу, остановил коротким жестом.

– Я не собираюсь отчитывать Аспида, – сказал я, – и новости, которые вы узнаете сейчас, скоро станут известны всем, так что ничего секретного. Садитесь.

И я первым подал всем пример, сев на стул рядом с койкой Аспида. К слову, в палате больше никого не было – неоткуда взять раненым во время длительного отдыха, а на тренировках «солдаты без границ» редко получают травмы, настолько серьёзные, чтобы загреметь в лазарет.

– Вскоре я снова покину вас, – заявил я, – чтобы выполнить контракт с Руфусом Дюкеттом. Возьму с собой лишь нескольких, а большая часть вернётся в Афру, к Миллеру, налаживать дела в Республике Носорожьего рога.

– Занзарленд, – неожиданно высказался кто-то из офицеров. Он сидел за моей спиной, и я не знаю даже, кто это был. – Так решили назвать своё государство эти черномазые борцы за свободу.

– Неплохо, – пожал плечами я. – Как бы она ни называлась, но теперь станет домом для «Солдат без границ», как долго – не знаю. Я вполне могу не вернуться оттуда, куда придётся отправиться по контракту с Дюкеттом, – что интересно, никто не поинтересовался куда именно я отправляюсь, впрочем, все давно привыкли, что я могу покинуть «Солдат без границ» и уехать выполнять какое-то почти самоубийственное задание, причём иные я придумывал для себя сам, – хуже того, моё имя из-за этого могут окончательно смешать с грязью. И, возможно, будет за что.

– Зачем ты пришёл ко мне, чтобы поделиться этим? – приподнял почти бесцветную бровь Аспид, и я подивился тому, насколько идёт ему позывной.

– Потому что ты возглавишь «Солдат без границ» в этом, как его, – я прищёлкнул пальцами и из-за спины подсказали:

– Занзарленде.

– Именно, – кивнул я, – Занзарленде. Больше мне положиться не на кого.

За одно только вытянувшееся от удивления лицо Белого аспида я бы готов отдать правую руку.

– Миллер – крут, но он не боец, калека, и не сможет повести людей в бой. Оцелот – спец, и за ним пойдут только его «коты». Княгиня, – я намерено потянул паузу, прежде чем продолжить, – отправится со мной, как и Шрам, кстати. В том деле мне пригодятся руславийцы. Поэтому остаёшься только ты, Белый аспид. И, главное, если моё имя снова смешают с грязью, повесив добрую сотню собак, как это было после двух инцидентов в Марнии, ты отречёшься от меня, сам станешь лучшим наёмником Эрды и сменишь имя армии, чтобы «Солдаты без границ» исчезли навсегда вместе со мной. Ты понял меня, Эли Бумсланг? – намерено обратился к нему настоящим именем я.

Чего я не ожидал, так что того, что Аспид с трудом поднимется-таки с койки и отдаст мне честь. Не формально махнёт рукой, как в первый раз, пользуясь своим статусом раненого, но почти также же чётко, как на плацу. Со скидкой на последствия нашей схватки, конечно. Я встал следом, приложил руку к рёбрам жестом ничуть не наигранным, мне и в самом деле было больно, и ответил на его воинское приветствие столь же чётко. Руки от виска мы опустили одновременно.

Что ж, я уладил все дела в Аурелии, и теперь можно спокойно готовиться к экспедиции на Север. Я подумал тогда, что ещё так недавно для меня не было страшнее места, чем Альба, давящий со всех сторон бетонный ад, после я сменил его на зелёный ад Афры, а вот теперь, похоже, придётся очутиться в третьем аду. Вот только как бы он не стал для меня последним.

[1]Шоссо (от розалийск. старый ботинок) – розалийское боевое искусство, в котором используются в равной мере и руки, и ноги, комбинируя элементы бокса и удары ногами.