Текст книги ""Фантастика 2026-62". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: А. Таннер

Глава 11

Сколь неизбежна власть твоя,

Гроза преступников, невинных утешитель,

О, совесть! наших дел закон и обвинитель,

Свидетель и судья!

"Сколь неизбежна власть твоя" Василий Жуковский.

Интерлюдия

Лорд Алистер Донован томился в темнице.

Его скрутили по приказу неизвестного молодого викария. С этим священником он столкнулся впервые, хотя был уверен, что за два года в этом городе перезнакомился уже со всеми значимыми и не очень фигурами Уолсолла.

Как только его заперли в камере и стража вместе с неизвестным викарием вышла, к нему подошёл монсеньор Поль Бризе и мягким голосом сказал:

– Сын мой, мне очень жаль, – и в глубоких голубых глазах в свете факелов отразилось истинное сожаление.

– Не вините себя, отец Поль, – вздохнул Алистер, – я должен был быть осторожнее и проверить, чтобы в помещении больше никого не было.

Молодой лорд удручённо смолк. Он ворвался в церковь и, увидев у алтаря одинокую фигуру монсеньора, тут же во всеуслышание рассказал о близнецах. Как оказалось в зале присутствовал посторонний, тот самый новый священник. Он же подскочил к Алистеру и голосом змия искусителя, принялся расспрашивать детали.

Донован растерялся и выложил тому всё, как на духу.

– Принцесса приехала не одна, а в сопровождении епископа, – добавил отец Поль, вырывая Алистера из воспоминаний.

Сделав шаг назад, святой отец заговорил вновь:

– Мне нужно идти, подумаю, чем смогу вам всем помочь. А ты молись, все молитесь, – громче добавил он, – и пусть Господь будет к вам добр.

И удалился.

– Милорд, – донеслось с другого конца помещения, из самой последней камеры, – вы пришли за нами?

– Джордж, это ты? – прижавшись к решётке, спросил лорд, стараясь выглянуть дальше за ограждение, но, естественно, у него ничего не вышло.

– Да, милорд, я здесь и Амелия тоже.

– Добрый вечер, милорд, – раздался второй голосок, тоньше и звонче, – мне страшно. Здесь темно, холодно, крысы такие большие, одна хотела меня укусить, но Жоржи смелый, прогнал… А ещё я есть хочу…

Алистер кинул взгляд на одинокий факел, висевший около входной двери и наверняка его свет не достигал последних камер, в одной из которых заперли детей.

– Не бойся, Амелия, – он постарался добавить в голос больше уверенности, – нас обязательно выпустят. Не бывает мира без добрых людей. Вы ведь замечательные дети, не причинившие никому вреда. Это значит, что Господь не оставит вас.

Алистер говорил и сам себе не верил. Нет-нет, но капелька дрожи проскальзывала в его голосе. Благо дети были далеко и не могли этого заметить. Показать свой страх близнецам он никак не мог, но дать надежду – вполне.

– Я не верю в чудеса, – ответил Джордж, – нас сожгут на костре.

Тоска и обречённость сквозила в каждом слове мальчика.

– Не говори так, Жоржи, – воскликнул лорд и поспешно добавил, – мы… я что-нибудь придумаю. Мне нужно только время.

Тут раздался насмешливый голос из, кажется, соседней с ним камеры, уж больно хорошо он слышал говорившего:

– Не несите чушь, лорд, – голос был женским и скрипучим, – мы все помрём. И вы тоже, за пособничество колдунам. Моя казнь назначена на завтра, скорее всего вас потащат вместе со мной.

– Прекратите пугать детей! – громко воскликнул Алистер, храбрясь. Имея живое воображение он тут же в красках представил всё то, что описала незнакомка. По голосу сложно было определить возраст, но точно не девушка. – Это неправильно, – уже тише добавил он, а в ответ услышал презрительное фырканье и тихий плач Амелии, а затем утешающие бормотания Джорджа. – Ами, Жоржи, не слушайте эту безумную женщину! Мы вырвемся отсюда!

Его слова не возымели никакого действия, Амелия лишь расплакалась ещё сильнее. Алистер устало развернулся и оглядел "убранство" своей камеры. Грязная, свалявшаяся старая солома на каменном растрескавшемся полу; лавка для сна, которую подвесили на ржавые цепи, вбитые в стену. Маленькое окошко под самым потолком, откуда веяло ночной прохладой.

Лорд в который раз порадовался, что его не заковали в кандалы, висевшие на другой стене.

Вокруг копошилось несколько крыс. Эти твари совершенно не боялись человека, не спеша ходили мимо Алистера и деловито рылись в гнилой подстилке.

В сердцах пнув самую наглую и жирную, откуда только жир? милорд довольно оскалился, увидев, как та смачно стукнулась об стену, а потом глухо шмякнулась об пол. Товарки пострадавшей подняли возмущённый писк и шустро разбежались по углам.

– Умные, – фыркнул Алистер и чуть поморщившись, присел на вонючую лавку.

Ему оставалось лишь ждать и молиться. Что он и принялся делать, искренне веря в помощь Всевышнего.

Алистер задремал, когда его разбудил громкий скрип открывающейся двери. Затем послышались многочисленные шаги и голоса. Он не смог разобрать сколько человек двигаются в сторону темницы, но нутром чуял, что это совершенно необычно.

Подскочив, оправил помятый сюртук, застегнул все пуговицы до самого горла, привёл волосы в порядок и встал ближе к решётке так, чтобы его сразу нельзя было заметить, но сам он смог бы рассмотреть нежданных посетителей полностью.

Не успел он выровнять дыхание – настолько волновался, как услышал звук отодвигаемого засова.

– Ваше Высочество, – говорил кто-то, а потом он увидел сутану епископа, голос его был ласков, но неприятен на слух, – думаю, вам не стоит сюда заходить.

– Я же вам уже сказала, монсеньор Керье, – раздалось в ответ негромко, но очень твёрдо, – я сама решу стоит или нет. Проходите уже, не стойте в дверях, – раздражённо. При этом девушка не боялась вызвать недовольство монсеньора.

Лорд Донован сам не понял, как оказался вплотную к ограждению.

Он успел заметить, как люди перестроились и в темницу вошла, высоко держа голову, с невероятно прямой осанкой девушка, не старше его воспитанников. Тонкие черты лица, властность в каждом жесте.

С таким чувством собственного достоинства можно только родиться.

Принцесса. Её Высочество Элоиза Лея Беатриса Уэстлендская.

Он знал, что девушка является четвёртой дочерью короля. И эти земли отданы в её полное распоряжение. Зачем она пришла сюда? Навряд ли, чтобы спасти каких-то колдунов. Может, ей просто любопытно?

Принцесса спокойно огляделась, чуть поморщилась, да, запахи здесь стояли жуткие. И резко скомандовала:

– Больше света!

Неизвестно откуда тут же возникло ещё два ярко горящих факела в руках у дюжих стражников в королевской форме.

Её Высочество довольно кивнула и смело шагнула к первой камере, где замер ни жив, ни мёртв, лорд Донован.

– Ваше Высочество Элоиза, – он тут же опустился на одно колено, досадуя, что не сделал этого раньше.

– Встаньте, – прозвучало с той стороны решёток.

– Это лорд Алистер Донован, – заговорил маленький виконт Грей, стоявший по правую руку от принцессы, – директор вечерней школы Уолсолла. Положительный человек, замечен за непотребствами не был, работу выполняет, как положено.

Венценосная девочка равнодушно посмотрела на Алистера, а он, спокойно встав на ноги, заговорил:

– Ваше Высочество Элоиза, прошу вас, освободите детей. Они замечательные, добрые и никогда не причинят никому вреда.

Принцесса продолжала молчать, словно обдумывая что-то, а потом обернулась к коменданту:

– Покажите, где держат детей.

– Да, Ваше Высочество Элоиза, – глубоко поклонился тот, и прошёл вперёд, указывая дорогу.

– В чём их обвиняют? – услышал Алистер, с каждым словом принцессы искра надежды, разгоревшаяся внутри, стала меркнуть.

– Ворожат с водой. А вода – это святость! Нельзя оставлять их в живых! Дьявол вскорости поглотит их души окончательно, и они отравят все источники воды! – взвыл кто-то, по голосу Алистер определил, что это монсеньор Керье. – Что бы вы там ни решили, как бы ни жалели этих выродков, Вы не можете идти против церкви, Ваше Высочество!

– Детей перевести в замок, приставить охрану. Будем проводить расследование, пока я полностью не удостоверюсь в их виновности… или невиновности, – раздалось через несколько томительных секунд, – монсеньор Керье, я не иду против законов церкви. Мне хочется разобраться во всём самой. Не более того! – раздражение, прозвучавшее в голосе принцессы, можно было черпать ложкой.

Алистер вывернул шею под невероятным углом, чтобы хоть что-то рассмотреть, но он видел лишь отблески факелов и тени людей на полу.

– А здесь у вас кто, сэр Томас? – продолжила говорить Её Высочество, обращаясь к коменданту.

Люди подошли ближе к его камере, и лорд Донован, наконец-то, смог увидеть, что происходит.

– Ваше Высочество, – снова поклон, – это ведьма. Она совсем недавно загубила роженицу, та померла, бедняжка. Сему происшествию есть многочисленные свидетели. Завтра её казнят.

– Её тоже перевести вместе с детьми. Я хочу сама заняться колдунами на МОЕЙ земле, – и было это сказано так, что ни у кого не осталось никаких сомнений. И возражений.

Кроме епископа Керье, тот с шипением кинулся на дверь, за которой находилась повитуха, и прокаркал:

– Не позволю! – видать у монсеньора накопилось и он не выдержал, его аж трясло от праведного негодования.

– Сэр Локвуд, – спокойно произнесла Её Высочество, и великан сделал широкий шаг в сторону взбунтовавшегося священника, недвусмысленно положив ладонь на рукоять меча. Епископ сбледнул с лица и тоненько проблеял:

– Я отпишу Его святейшеству! Вы позволяете себе чинить препятствия святой инквизиции в её богоугодном деле!

– Монсеньор, – устало сказала принцесса, и откуда столько терпения в такой маленькой девочке? – Моё слово против вашего? Вы перечите мне?

Епископ сглотнул, оглянулся, но не нашёл поддержки, даже его помощник викарий, куда-то запропастился. Отец Поль Белье лишь покачал головой, никак не собираясь помогать коллеге по цеху. И Керье сдал назад. Было видно, что затаил обиду, но, кажется, это совсем не волновало маленькую принцессу. Кивнув своему телохранителю, чтобы отступил в сторону, она шагнула к камере Алистера и чётко скомандовала:

– Лорда Донована освободить, пусть идёт домой. Не преследовать, работы не лишать, – и посмотрела в глаза застывшему в шоке Алистеру, слегка улыбнулась, чуть приподняв кончики губ, – завтра сразу же после обедни жду вас во дворце. У меня будет к вам несколько вопросов.

И ушла. Как и не было.

Дверь темницы с громким скрипом отворилась, и широко ухмыляющийся стражник произнёс:

– Сегодня ваш день, милорд. Вы везунчик.

Лорд Донован не мог не согласиться с этим утверждением. И даже немного растерялся, не зная, что делать.

– Выходите, милорд. Али решили провести здесь всю ночь?

Алистер очнулся и вылетел из камеры прочь.

Как реагировать на всё произошедшее?

Право слово, он не знал.

Глава 12

В чужбине свято наблюдаю

Родной обычай старины:

На волю птичку выпускаю

При светлом празднике весны.

Я стал доступен утешенью;

За что на бога мне роптать,

Когда хоть одному творенью

Я мог свободу даровать!

"Птичка" Александр Пушкин.

– Отец Поль, – говорил лорд Алистер, сидя рядом со священником, – как думаете, Её Высочество сможет помочь детям? Она ведь ещё так юна, неопытна. Мне кажется, что всё это для неё просто какое-то развлечение.

– Тшш, – шикнул на него местный монсеньор, – тише вы, лорд Донован, даже у стен есть уши, а уж в замке грешно их не иметь. Лучше помолчите и дождитесь встречи с Её Высочеством Элизой, потом будете делать выводы.

Я тихо хмыкнула про себя, стараясь не рассмеяться. После чего кивнула маленькому виконту, и мы прошли из тайной ниши назад в кабинет, где мне теперь предстоит работать.

Лорд Донован и епископ Поль Бризе ожидали в приёмной пока их пригласят. Мне же было любопытно подслушать, о чём эти двое будут беседовать.

– Виконт Грей, я вас отпущу ненадолго, наша с вами беседа будет продолжена во второй половине дня. Нам ещё многое предстоит обсудить.

– Да, Ваше Высочество, – кивнул мальчик, после чего поклонился и вышел.

– Лорд Райт, прошу вас, пригласите отца Поля.

Мужчина довольно кивнул и вышел за дверь.

Я же присела на тяжёлый стул из красного дерева и ласково погладила отполированную столешницу. Кабинет был девственно чист. Ни одного свитка или книги видно не было. Ни шкафа, ни просто полок. Ни-че-го.

Зато был монструозного размера стол, хороший удобный стул и камин. Ах да, на полу лежал потёртый ковёр. Вот и всё. Такое ощущение, что бывший хозяин земель совершенно ничем не занимался. Странно. Нужно будет потом уточнить у лорда Райта или у лорда Абето с чем это связано. А может всё гораздо прозаичнее – всё убрали, чтобы я не рылась в чужих бумагах.

Дверь с лёгким скрипом отворилась и внутрь вошёл епископ Уолсолла – монсеньор Поль Бризе. Вчера при поверхностном знакомстве мне этот мужчина показался адекватным человеком. Невысокого роста, полноват, с ранней сединой и умными, пронзительными светло-голубыми глазами.

Я, не стесняясь, рассматривала священника, впрочем, он делал тоже самое и лёгкая улыбка, мелькнувшая на его губах, сказала мне о многом.

– Присаживайтесь, отец Поль, – кивнула я, указывая на стул напротив, – у меня к вам несколько вопросов. Как, впрочем, думаю и у вас ко мне.

– И вам доброго дня, Ваше Высочество, – сказал епископ, даже смутил меня немного, – я готов вас выслушать и ответить, если ответ у меня есть.

– Замечательно, – сложив ладони домиком, я ещё раз посмотрела в глаза этому человеку, – как вы относитесь к людям, обладающим необычными способностями?

Епископ откинулся на спинку стула и ненадолго прикрыл веки. Он явно не ожидал такого.

– Ваше Высочество, – заговорил он вновь, впиваясь в меня взглядом, – по церковным законам, таких людей нельзя оставлять в живых.

– Я знаю законы, отец Поль. В данный момент нас с вами точно никто не подслушивает. И поэтому можете хоть чуточку быть более откровенным, чем привыкли.

Священник медленно кивнул, принимая правила игры и заговорил.

– Я простой смертный, но жизнь повидал, и она меня, смею надеяться, хоть чему-то да научила. Считаю, что силы, которые просыпаются в некоторых, изначально не несут в себе никакого зла. Всё зависит от человека, которому они достались. Плохие люди есть и среди не колдунов. Также как и среди колдунов наверняка могут отыскатся хорошие.

По мере того, как он говорил, я всё больше и больше убеждалась, что с епископом Бризе мы договоримся.

– Дети, которых вы вчера перевели в замок Уолло, нет в них зла, – добавил он.

– Отец Поль, что вы посоветуете мне? Как с ними стоит поступить?

И снова священник ненадолго смолк.

– Если бы монсеньор Керье мог меня услышать, он бы тут же отписал Его святейшеству о лишении меня духовного сана. Но своё мнение я всё равно бы не сменил. Детей стоит освободить под клятвой не использовать неизвестные силы до самой смерти. Дать им прожить жизнь в полной мере.

Я кивала в такт словам епископа и, дождавшись окончания его речи, сказала:

– Я очень долго думала над этими вопросами. Молилась, чтобы найти ответ. Ведь Амелия и Джродж – это дети, их души чисты, неиспорченны. Наказывать ли их за то зло, которого они ещё не совершили? И вот к чему пришла: нужно научить их использовать дарованную Всевышним силу, – челюсть у священника медленно отвисла, – я считаю, что Господь в бесконечной мудрости своей, дарует людям эти способности, чтобы мы, люди, смогли обратить их нам на пользу. Понимаете, о чём я?

Епископ Бризе медленно качнул головой, давая понять, что не понял, а потом вдруг горячо заговорил:

– Вас убьют, Ваше Высочество, за подобные мысли! – даже наклонился вперёд, чтобы я сильнее прониклась.

– Убить могут, не отрицаю, отец Поль, – невесело улыбнулась, – но я бы хотела, чтобы вы меня поддержали. Нужно убедить людей, живущих в Уолсолле, что колдуны и колдуньи могут помочь им выжить. Показать их с другой стороны. Мне нужна ваша помощь, – поймав взгляд голубых глаз священника, я тихо, но весомо добавила, – а уж благодарность королевы Англосаксии будет безгранична.

Монсеньор Бризе захлопнул рот. Думал он пару секунд, а потом медленно кивнул.

– Ваше Высочество, мне нужно несколько дней обдумать ваши слова и.… предложение.

– У вас есть это время, – охотно согласилась я, – насколько я знаю, детей казнят с мешками на головах?

– Да, – вскинув брови, ответил епископ, – но вы же только что…

– Благодарю вас за уделённое время, – качнула я головой, отметая его недоумение, – за детей не беспокойтесь, всё у них будет хорошо, – всё же решила успокоить его, – а пока можете идти.

Не успела дверь за отцом Полем закрыться, как вошёл лорд Райт с написанным на лице большим вопросительным знаком.

– Он обещал подумать, – ответила я на невысказанный вопрос.

– И то хлеб, – кивнул тот и добавил, – я позову лорда Алистера.

– Не откажите в любезности, – улыбнулась.

С лордом Райтом мы общались уже очень хорошо. Имея общие цели не трудно сдружиться.

Лорд Алистер Донован несмело шагнул в мой кабинет и остановился на полпути к предназначенному для него стулу. Низко поклонился, и громко объявил:

– Доброго дня, Ваше Высочество!

– Доброго дня, лорд Донован. Присаживайтесь, – не смогла я сдержать улыбку.

Интересный персонаж. Красив, умён, храбр. Достойные качества.

– Лорд Алистер, я бы хотела поговорить с вами не о близнецах с их необъяснимыми способностями. А о вашей вечерней школе. Кто её посещает, какие предметы вы преподаёте. Возможно, вам нужна материальная помощь для закупа недостающих учебных материалов? Или, может, необходим ремонт в школе?

Не ожидавший подобного, Донован растерянно хлопал длинными чёрными ресницами, а я вовсю веселилась в душе. Нужно закрепить результат.

– И да, посещение занятий в школе со следующего года будет обязательным условием для всех горожан и жителей близлежащих деревень, если они хотят получить некоторые преференции от принцессы. Например, мешок зерна для посева.

– Н-но, – запнулся мужчина, – В-ваше Высочество! Это всё хорошо! Но дети работают наравне со взрослыми, люди откажутся. Силком ведь не заставишь ходить на уроки, – растерянно проговорил он.

– Никто никого не будет заставлять, – качнула я головой, – но смотивировать, – запнулась, видя непонимание на красивом лице Алистера, поправилась, – нужно создать такие условия, чтобы они сами захотели учиться. Например, по окончании школы смогут работать у меня в штате. Как вам такое? И ещё у меня заготовлено несколько вариантов для мягкого убеждения населения в необходимости уметь читать, писать и считать. Но об этом мы поговорим с вами после. А сейчас я вас очень внимательно слушаю.

Лорд Алистер Донован уходил из моего кабинета чуть шатаясь. Я видела, что он очень взволнован и заряжен действовать. Это-то мне и было нужно. А ещё кадры. И лучше, если они будут моими изначально, поэтому обязательное посещение уроков в школе – это не блажь, а суровая необходимость. Самых смекалистых и умных ждёт место подле меня. Всем остальным также найдётся место и работа. Страна большая, хороших кадров почти и нет, а за десять лет я смогу в этом вопросе заложить крепкую основу для дальнейшего развития.

В дверь постучали и сразу же в кабинет вошёл лорд Райт, а следом за ним женщина, закутанная с ног до головы в потрёпанный, местами зияющий прорехами, тёмно-серый плащ.

– Ваше Высочество, – прокаркала она, сделав неуклюжий книксен.

– Лорд Райт, оставьте нас, – попросила я помощника и тот, поколебавшись секунду, всё же вышел за дверь.

– Встаньте, – разрешила я, глядя на низко опущенную голову с глубоко надвинутым капюшоном, – как вас зовут?

– Белла Гронг, – ответила повитуха, а это была именно она, – травница, повитуха, лекарка.

– Хочу видеть ваше лицо, – спокойно заявила я.

– Ваше Высочество, вам не стоит глядеть на меня.

– И всё же, настаиваю, – усмехнулась я.

Женщина медленно откинула капюшон, и я уставилась на изборождённое глубокими морщинами старушечье лицо в обрамлении чёрно-седых, если так можно выразиться, волос. Кожа в отвратительных струпьях и рытвинах. Левый глаз затянут белой плёнкой. Жуткое зрелище.

– Сколько вам лет? – спокойно спросила я. Голос всё же не соответствовал увиденному, были у меня сомнения в истинном возрасте магини.

– Тридцать два.

– Почему вы так выглядите?

– Ваше Высочество, вам правда хочется узнать ответы на эти вопросы? Или это такая очень странная игра? Накормить от пуза, дать выспаться в тёплом месте, а потом отрубить голову?

– Хмм. Интересные вопросы вы мне задали. Но – нет, это не игра и не издевательство. Мне правда очень интересно узнать ответ.

Белла как-то совсем обречённо вздохнула и устало проковыляла к стулу, на который я несколько минут назад ей указала. Присела. И заговорила.

– Ваше Высочество, я ведьма. Лечу людей вот ими, – и показала мне морщинистые ладони, – использую свою душу, – палец ткнул в грудь. – И буду стареть, если перестану восстанавливаться.

– И как же вы восстанавливаетесь? – с исследовательским интересом уточнила я.

– Нужно прикоснуться к живому организму, необязательно человеческому, и потянуть его жизненную силу на себя. Но бедолага, у которого возьму энергию жизни, может не выдержать и помереть. Поэтому стараюсь восстанавливаться с помощью трав, что растут в заповедном лесу у подножия гор. Но растительной энергии всё же недостаточно. У людей я ни разу не брала ничего, кроме платы за помощь. Грех это, причинять себе подобному боль, воровать, отведённые ему Всевышним, годы.

Это интересненько.

– Несколько дней назад меня вызвали принять роды. Но там младенец застрял, моих сил не хватило. Роженица померла вместе с ребёнком.

– Погодите, – остановила я её рассказ, – люди знают о ваших способностях и до этого случая не сдали вас инквизиции?

– Нет, не знали, сил я раньше тратила немного, заметно не было. А вот на родах выложилась знатно и на глазах у всех резко постарела.

Я кивала. Белле просто везло. И мне тоже повезло – такой специалист на вес золота. Нужно только её обучить основам медицины. Той же биологии и химии. Эх, жаль, что в сутках всего двадцать четыре часа.

– Роженицу можно было спасти. Разрезать живот – вот так, достать ребёнка, живот зашить и приложить ваши ладони, чтобы рана скорей затянулась, – с каждым моим словом глаза Беллы становились всё больше, а я добавила, – у меня есть некоторые знания из лекарской теории, но эти вопросы предлагаю оставить на потом. Сейчас стоит сосредоточиться на более важных делах. Вас отведут в коровник, выберете там самое старое животное и заберёте у него жизненную энергию. Столько, сколько вам потребуется, чтобы полностью восстановиться.

Она поняла меня, но всё же спросила:

– Ваше Высочество, простите, но вам-то что с того?

– Скажу вам честно, мисс Белла, люди, умеющие лечить наложением рук практически любую хворь мне жизненно необходимы. А что касательно клириков, то их я возьму на себя.

– И вы меня не боитесь? – женщина смотрела на меня с нескрываемым изумлением и даже страхом.

– Нет. Я не боюсь вас, мисс Белла. Я хочу нанять вас, как мастера по врачеванию. И назначить соответствующую вашему труду оплату. В общем, детали потом. И, если мы поняли друг друга, можете идти. В приёмной вас ожидает человек, он сопроводит и проследит, чтобы никто вам не мешал.

Белла Гронг поднялась со стула, низко поклонилась, видно было, что у неё очень много вопросов, но перечить воле принцессы она не осмелилась, и, чуть припадая на одну ногу, вышла за дверь.

Моё одиночество не продлилось долго. В кабинет вошёл сэр Райт.

– Ваше Высочество, казнь будет совершена завтра ранним утром, пока все будут спать. И священники тоже. Свидетелями выступят стражники темницы.

– Хорошо, – кивнула я, довольная работой помощника, – пусть не забудут накинуть им на головы крепкие мешки.

Для того, чтобы утолить жажду крови Святой церкви я приказала начальнику тюрьмы найти три трупа, схожих фигурами на близнецов и лекарку, и заменить ими детей и Беллу на виселице. Кроме сэра Локвуда и лорда Райта, все, кто был в курсе моей махинации, получили взятку в десять золотых соверенов за молчание. Это была огромная по местным меркам сумма.

Лорд Райт даже предложил убить всех свидетелей, ссылаясь на то, что вечно те молчать не будут. Мне же никого умерщвлять не хотелось. Я знала, что кота в мешке не утаить и распространение этой тайны – просто вопрос времени. Главное, чтобы именно сейчас они промолчали. Я же воспользуюсь этим временем, чтобы упрочить свою власть на вверенных мне землях.

Рано или поздно церковь и те недалёкие люди, которые пропагандируют суеверия касательно одарённых, падут. С моей скромной помощью.

А ещё мне хотелось, чтобы другие маги, услышав слухи о том, что в Уолсолле колдуны и колдуньи могут жить спокойной жизнью, стянулись все сюда. Уж я найду каждому работу по способностям.

И даже возраст будущих магов королевства меня не особо волновал, их таланты были гораздо важнее.

– Вы уверены, ваше Высочество, что поступаете правильно, пригревая на груди колдунов? – всё же выразил свои сомнения лорд Райт. – Закон о преследовании и наказании смертной казнью колдунов и ведьм был принят церковью уже очень давно, и даже ваш отец, Его Величество Вильгельм Первый, поддерживает его.

– Лорд Райт, совершенно не важно, какая мне досталась земля и насколько процветающие места отхватили мои братья и сестра. Всё равно власть церкви стала слишком сильна. Совершенно неважно, – снова повторила я, – кто сядет на трон, он будет просто марионеткой Святой церкви. Всё в итоге закончится её властью. Совсем скоро мой отец будет рассматриваться только, как официальный правитель, скорее всего это уже так, в то время как церковники фактически являются правителями этой страны, согласны?

Я помолчала немного и продолжила:

– Лидер, который не будет подавляться Святой Церковью, смелый и решительный в своих действиях, пользующийся возможностью колдунов, направляющий их силы на созидание – даже мой отец со временем иначе взглянет на мои методы и решения. Таким образом, если Вильгельм Первый на деле убедится, что экстраординарные способности магов, давайте уже называть этих людей именно так, смогут сломать власть церковников, то законы об их гонениях станут лишь словами на бумаге, не более того… Сейчас я не могу гарантировать успех задуманного мной, но считаю, что, если не попробовать, мы будем жалеть об упущенной возможности. Как вы думаете, лорд Райт, стоит ли нам рискнуть? И, как вы выразились, пригреть на груди магов?