Текст книги ""Фантастика 2026-62". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: А. Таннер

Глава 3

После заявления чернокожего пирата я на несколько секунд замерла, переваривая услышанное. Леди Генриетта суетилась вокруг окаменевшей мадам Полли, а я думала, думала... и ничего путного в голову не приходило. Мысли метались, вспугнутыми птицами.

Вдох-выдох, нужно успокоиться, паникой делу не поможешь.

Что мы имеем? Нас трое слабых женщин, против оравы похотливых мужиков, привыкших грабить, убивать и насиловать – ничего сделать не сможем. Я далеко не ниндзя, ходила на курсы по самообороне, но в нынешнем теле, где ручки-веточки и ножки-палки, навряд ли смогу защитить бедную Полли от надругательства озверевших пиратов. Как бы точно не прибили.

Переведя задумчивый взгляд с закрытой двери на Полли, оценила её внешность. На вид ей было лет пятьдесят. Но, подозреваю, что ошибаюсь.

– Мадам Полли, – обратилась я к ней, – сколько вам лет?

– Ммне, – дрожащими губами ответила она минуту спустя, после того как леди Генриетта повторила мой вопрос ещё раз, – мне сорок пять, милая моя Кэтти.

– Вы ещё очень молоды, – сказала я, потому что для моего мира это вовсе не возраст и жизнь у многих именно только после сорока расцветает новыми, яркими красками, – почему вы не вышли замуж? – решила отвлечь женщину, и пусть мои вопросы беспардонные, зато она хотя бы ненадолго, но забудет о том, что вскорости может с ней произойти.

– Ох, ох, – запричитала она, слёзы, блестевшие в её глазах, всё же покатились по бледным пухлым щекам крупными каплями, – как так-то? За что с вами, со всеми нами так поступил Всевышний?! Вы ничего не помните из-за этих мерзких, грубых, отвратительных пиратов! И я на грани гибели!..

– Тише, тише, – попыталась я её успокоить, – вы мне расскажите о себе, а я обязательно постараюсь поскорее всё вспомнить.

Дуэнья, сделав глоток из поданной Генриеттой чаши, постаралась всё же взять себя в руки.

– Я, моя дорогая девочка, – дрожащим голосом продолжила она, – троюродная сестра вашей почившей матушки, замуж меня не брали из-за бедности рода и отсутствия приличного приданого. А когда Мария Елена вышла замуж и предложила мне помочь ей ухаживать за вами, с радостью согласилась. Там уже и женихов мне нашла ваша матушка, но я не захотела покидать вас...

Пока она торопливо, глотая слова и слёзы, рассказывала о своей не самой интересной жизни, я встала и подошла к окну, единственному в каюте. Собранное из мелкой слюды оно плохо пропускало свет.

Взгляд на него и взгляд на фигуру женщины.

Должна влезть. С трудом, возможно, даже с треском, но я её туда втисну. Чего бы ей это ни стоило. Пару заноз переживёт.

Около окна стояла кровать. И она была намертво прибита к полу каюты. Очень-очень хорошо.

– Леди Генриетта, – обратилась к замершей мышкой фрейлине, – собери все простыни и платья. Всё, что есть в этой чёртовой каюте, – зло пробормотала я, в голове созрел жуткий план, но иного в таких условиях я придумать не смогла.

– Почему мы не сбежали через это окно? – спросила я мадам Полли, догадываясь, что она скажет, тем временем фрейлина быстро собирала затребованное.

– Ваше Высочество, – глядя на меня круглыми глазами, ответила дуэнья, – вы не умеете плавать! Я, впрочем, тоже.

– Раздевайтесь до нижней рубахи, – приказала я ей, та смотрела на меня, разинув рот. – Мадам Полли, – подойдя к ней, присела рядом и тепло сжала пухлые ручки, – доверьтесь мне. Я вас защитить не смогу. Не в моих это пока силах. Поэтому придётся схитрить. У нас не так много времени для реализации задуманного мной плана.

– Я верю вам, моя Кэтти, – вдруг согласно кивнула мадам Полли. – И пусть вы ничего не помните, но ваш взгляд всё такой же решительный, как и раньше. Вы никогда не были принцессой-одуванчиком, принцессой-белоручкой, – призналась она, – всегда со всеми спорили и поступали по-своему. В папеньку пошли, в герцога Омальского, а он весьма своенравный мужчина, – чуть мечтательно добавила она и я сразу поняла истинную причину, почему она так и не вышла замуж. Бедняжка была влюблена в отца Екатерины.

– Тогда делайте, как я говорю, – вернула её с небес на землю и женщина, вспомнив, что её ждёт, мелко затряслась. Боюсь, если у нас не выйдет, второго насилия дуэнья просто не переживёт: либо покончит собой, либо тронется умом. Ни того, ни другого я ей не желала.

Пока мадам снимала платье, а затем многочисленные подъюбники и страшный корсет (благо на мне такого пыточного устройства не было), я вязала узлы, создавая из простыней крепкую цельную верёвку.

– Вот в чём заключается мой план, – спокойно начала говорить, продолжая работать, – я вас вывешу над морем, вы спуститесь по этому "канату" и проведёте вися на нём столько времени, сколько потребуется.

– Леди Генриетта, – обернулась я к девушке, молчаливо взиравшей на мои действия, – вы тоже раздевайтесь. Мне, кажется, не хватит материала для импровизированного "каната".

И тут меня осенило! Я даже чуть не вскрикнула от пронзившей мысли: на этом корабле мне, а точнее нам всем, делать нечего. Возможно, я поступаю неразумно и стоило бы дождаться выкупа от женишка или папеньки, но, вопрос, а как долго продлится ожидание? За это время бедную мадам отправят на корм рыбам. А она мой человек, и подобного допустить ч никак не могу!

– И ещё, – решилась я, – я передумала. Вы умеете плавать? – резко спросила я, глядя в глаза фрейлине.

– Ик, – испуганно хлопнув длинными светлыми ресницами, Генриетта ответила, – д-да, Ваше Высочество!

– Отлично! Итак, мы все спустимся по этой верёвке в море, первой пойдёшь ты, Генриетта, следом вы, Полли. Потом спущусь я и мы медленно поплывём к берегу, – забыв все эти вежливые "приставки" "леди" "мадам", отчеканила я.

– Мы утонем! – воскликнула дуэнья, вскакивая с места. – Только леди Генриетта, возможно, доберётся до берега.

– Всё будет хорошо, – не говорить же бедной женщине, что я умею плавать. Проще потом объяснить адреналином и страхом за жизнь, чем сейчас пытаться объяснить неизвестно откуда взявшееся умение.

От всего услышанного глаза юной фрейлины, кажется, стали ещё больше, но она, нужно отдать ей должное, молча принялась снимать платье.

Один конец получившейся верёвки, я привязала к ножке тяжёлой кровати, а другой собиралась скинуть в окно. Но прежде его стоило открыть.

Оконные створки до того склеились друг с другом, что никак не желали поддаваться.

Я пыхтела, наверное, около четверти часа и всё безрезультатно. Позволить себе действовать грубо не могла – слюда могла от такого хамского отношения просто разлететься вдребезги. И это точно услышат наши похитители.

– Что же делать? – пробормотала я, стараясь расшатать эти дурацкие рамы, буквально легла на них и давила всем своим подростковым тельцем.

И-за того, что я была крепко занята этим делом, уйдя глубоко в свои мысли, не услышала, как в скважине провернулся замок и дверь тихо отворилась.

– Не так, – над ухом прозвучал тихий сильный голос, а я чуть не заорала от неожиданности, честное слово, едва в обморок не грохнулась, хотя подобного со мной никогда не случалось прежде.

Резко повернув голову, столкнулась с тёмно-карими глазами Большого Бо.

– Вы только поранитесь, – как ни в чём не бывало продолжил он, поднимая меня в воздух и опуская на пол, – я сам.

А я задумалась сколько же лет этому гиганту? Короткие седые волосы, выбившиеся из-под банданы, и сеточка морщин вокруг глаз говорили о том, что где-то пятьдесят – пятьдесят пять. Как я раньше этого не заметила? Хотя, чему я удивляюсь, мне не до разглядываний было. Только сегодня головная боль чуть притупилась, и я смогла наконец-то поворачивать голову в разные стороны.

Пока я замерла, размышляя, мужчина достал увесистый широкий нож и ловко, просто мастерски просунул лезвие между створками и, навалившись на раму плечом, смог сдвинуть их с мёртвой точки. Дальше дело техники: подковырнуть там, тут и, вуаля, окно распахнулось наружу, а в каюту ворвался свежий береговой бриз вместе с ним до нас донеслись пьяные крики гуляющих на берегу солдат.

Биг Бо поманил меня к себе указательным пальцем и я не раздумывая подошла к нему, становясь рядом.

– Вон там, – ткнул он пальцем куда-то в сторону от пристани, – живёт рабочий люд. Много хижин без хозяев. Спрячьтесь в любой, в которой е будет гореть свет. Я приду утром, принесу вам еды, – добавил он, собираясь покинуть каюту. – Вас найду, не волнуйтесь.

– Подождите, – окликнула я его, и чернокожий пират выжидательно замер.

– Вы вовсе не безмозглый, как вас назвал рыжебородый, – спокойно сказала я, глядя прямо в его глаза, – но мне интересно совсем другое: почему вы помогаете нам?

Бо пожал широкими плечами, и вдруг шагнул к ножке кровати, к которой я привязала один конец импровизированного каната. Без труда развязав мой узел, он как-то хитро свернул ткань и завязал её совершенно по-другому.

– Так надёжнее, – пояснил он, выпрямляясь. – Долг жизни, – ответил он мне, но я ничего не поняла, а он, ничего больше не сказав, вышел вон.

– Спасибо! – только и успела сказать я.

Мы стояли посреди комнаты и тупо пялились на закрытую дверь.

– Всё, – хлопнула я в ладоши, фрейлина и дуэнья синхронно вздрогнули, переведя взгляды на меня, – выступаем!

Первой пошла Генриетта, было заметно, насколько ей страшно, но девушка, молча, крепко стиснув зубы, сделала всё, что я ей сказала: перебирая неспеша руками и помогая себе ногами, беря ими "канат" особым хватом, принялась спускаться вниз. Сообразительная и смелая. Достойные уважения качества.

– Мадам Полли, – обратилась я к женщине, – вы всё видели?

– Да, – трясясь, ответила дуэнья.

– Главное не спешите, – подбодрила я её и помогла протиснуться в окно.

Мадам Полли тихо что-то бормотала, кажется, молилась, и иногда вздрагивала, когда края рамы впивались в её нежное тело.

Сумерки только-только вступили в свои права, и я видела, как около верёвки неспешно перебирая руками ждала Генри. Хорошее имя для сокращения, мысленно подумала я, и даже улыбнулась. Тем временем дуэнья медленно, как бегемотик на тонкой леске, спускалась вниз. Было заметно по её напряжённым плечам и одеревеневшей шее насколько ей страшно. Но попасть к насильникам пиратам было страшнее во много раз больше. И она терпела.

Оглянувшись в каюту ещё раз, решила прихватить с собой так и не понадобившееся платье леди Генриетты и мадам Полли. Связав их в тугой узел, привязала к своему телу наподобие рюкзака и, молча попросив помощи у Бога, вылезла наружу.

Прежде чем начать спуск, прикрыла ставни насколько позволяла торчащая из окна "верёвка", и только после этого шустро принялась спускаться вниз, к блестящей водной поверхности.

"Жди меня, Тортус, я иду!" – мелькнула шальная мысль и я, едва сдержав нервный смех, погрузилась в тёплое ласковое море.

Глава 4

Как мы добирались до берега лучше не вспоминать.

Я устала. Генриетта устала. Мадам Полли тоже, как это ни странно, устала, но больше от страха утонуть и утащить нас, двух тощих девчонок, на дно.

Мне и фрейлине буквально пришлось тащить, тихо подвывающую от ужаса женщину, на себе. Синяки от её рук точно появятся на наших телах. Мне стоило большого труда уговорить дуэнью хотя бы не дёргаться и довериться воде. Вопросов, откуда я умею плавать – никто не задал, в таких условиях не до того было.

Когда мы уже подплывали к берегу, на землю опустилась ночь. А с пиратского корабля, где нас держали в заложниках, раздались громкие крики. Я даже оглянулась – было любопытно, что там происходит.

– Явно нас ищут, – пробормотала вслух.

– Да, Ваше Высочество, – кивнула леди Генриетта. – Обнаружили пропажу.

– Не тормозим, нужно поторопиться, скорее всего спустят шлюпки на воду и отправятся нас искать, но, очень надеюсь, что они уже порядком пьяны и не сразу поймут что к чему, – вздохнула я и тут мои ноги нащупали дно, – мадам Полли, можете выдохнуть. Земля прямо под нами.

Женщина судорожно выдохнула и встала на ноги. А дальше ей уже не нужно было ничего говорить: мадам поспешила выйти на берег полностью. Мы весело переглянулись с Генриеттой, но тоже не стали задерживаться в воде, пора выбираться на сушу.

– Ведите себя максимально тихо и осторожно, – инструктировала я их, поправляя тяжёлый от воды ком из одежды за спиной. Некогда было снимать его, чтобы отжать тряпки. – Пойдёмте. Нет. Стойте.

Женщины замерли испуганными сурикатами, вылупив на меня блестящие в темноте глаза.

– Нас видно, – объявила я шепотом, – наши нижние сорочки буквально светятся в темноте. Снимаем. Пойдём голышом!

– Оо, – я заметила, как леди Генриетта округлила рот, её изумлению не было предела.

– И не спорим, – строго добавила я, всё же скидывая с себя "рюкзак", а затем стянула нижнюю рубашку, оставаясь совершенно обнажённой. Ощущение полной беззащитности накрыло с головой, погружая в панику. Но я, решительно стиснув зубы, засунула свои тревоги куда подальше и, подхватив одежду, поспешила вперёд, не став оглядываться.

Мы шли к тёмной части Тортуса, туда, где через раз светились окна в домах, беря левее, к тем очертаниям зданий, где практически не было освещения. Из центральной части пиратского городка до нас долетали звуки музыки и веселящегося народа. И чем дальше мы отходили от этого места, тем спокойнее мне становилось. Но адреналин всё равно кипел в крови и каждый сторонний шорох заставлял всё моё существо вздрагивать от страха. Подвернувшаяся под ноги палка вселила в меня чуть больше уверенности.

– Сойдёт, – сама себе тихо сказала я, перехватывая импровизированное оружие поудобнее.

Четверть часа мы шли, замирая от любого непонятного звука. Женщины жались ко мне, тревожно вертя головами.

– Этот, – ткнула пальцем в домик, очертания которого едва различались в такой густой, просто чернильной тьме.

Небо заволокли тучи, не давая свету звёзд и луны осветить землю. Что, кстати, было нам на руку. Всё же кожа у нас тоже была достаточно светлой, хоть и не такой белой, как платья.

– Ждите здесь, – если что-то случится, бегите куда угодно, но прочь от города. К скалам бегите, – добавила я и шагнула к строению.

Осторожно подкравшись к входной двери, прижалась к ней ухом.

Тишина. Постучала костяшками пальцев и снова прислушалась. Ни шороха в ответ.

Посчитала до десяти. И решилась.

Толкнула дверную створку от себя, тяжёлая, гадина! Поднапряглась, буквально навалившись всем телом, забыв про возможные занозы, чуть ли не легла на неё и та, наконец, со страшным скрипом поддалась. Если бы не хорошая реакция – лежать бы мне на грязном полу хижины, среди непонятного мусора.

Замерла. Уж очень громко дверь скрипела.

Но вроде как обошлось.

– Заходим, леди! – позвала я их, стараясь кричать шёпотом.

Меня услышали и помощницы оказались рядом со мной через несколько секунд.

Закрыв дверь уже с той стороны домика, я, дрожащим голосом произнесла:

– Мы молодцы. Первый этап пройден, а теперь давайте разберём этот ком из одежды и как-нибудь разложим, чтобы подсохло.

Спасли мы тревожно, забившись в дальний угол хижины, обнажённые, продрогшие, мы жались друг к другу в поисках тепла.

"Как бы не заболеть" – мелькнула вялая мысль и сознание отключилось. Пережитый стресс истощил организм и тот включил защитную реакцию.

Утренние солнечные лучи, заглянувшие в оконный проём без стёкол, нагло замерли у меня на лице.

Леди Генриетта чихнула, а мадам Полли отвернулась, печально что-то пискнув.

Я неохотно открыла глаза, и то потому что чувствовала, что тело затекло, став практически деревянным.

А если бы я попала сюда в зимнее время? Или здесь не бывает привычных мне холодов? Эти мысли ужаснули и также подстегнули к действиям.

Кряхтя, как древняя старуха, встала на ноги. Нужно разогнать кровь по телу. Поэтому приседаем, машем ручками-ножками. Что и принялась делать с особым энтузиазмом.

– Ваше Высочество! – обратилась ко мне леди Генриетта, – что вы делаете?

– Тело застыло, – честно ответила я, – хочу согреться.

Не прошло и минуты, как ко мне присоединилась Генри и мы вдвоём, обнажённые, принялись разогревать скованные мышцы.

После проверили разложенные на грязном полу платья. Под парочкой обнаружились мелкие крыски, что с списком разбежались по тёмным щелям хибары.

– И мы с ними спали? – прошептала ужаснувшаяся мадам Полли. Она тоже встала и даже пару раз поприседала за компанию.

– Выходит, что так, – моему равнодушию мог бы позавидовать слон.

Какая-то апатия навалилась. Слишком много произошло за столь короткое время: умереть в одном мире, чтобы воскреснуть в другом, да не в своём теле, а в теле подростка. Сбежать от пиратов, отправившись вплавь по ночному морю. А акулы? Я ведь даже тогда не подумала об этом. Что ещё ждёт меня? Какие приключения свалятся и окончательно прибьют?

Натянула подсохшее, но всё ещё влажное платье на голое тело, решила обойтись без нижней сорочки, подошла к окну, но так, чтобы полностью не выглядывать.

Пустынная улочка и через пару домов виднеется синее море.

Убедившись, что поблизости никого нет. Обернулась к женщинам.

Домик состоял из одной комнатки, в ней ничего не было, лишь мусор на когда-то ровном полу, сейчас изъеденном во множестве мест крысами или ещё кем-то. Даже печи не было. Видать всё же местный климат не предполагает дополнительных средств отопления. Странно. Помню, что даже в субтропиках зимой может быть ниже нуля.

Впрочем, неважно, я не собираюсь здесь жить.

Не успела додумать мысль: а собственно, что делать дальше, как в дверь тихо постучались и внутрь, не дожидаясь разрешения войти, шагнул Биг Бо.

– Как вы нашли нас? – спросила я, забыв поприветствовать странного гостя.

– Я колдун, – спокойно ответил мужчина, пригибаясь, чтобы не стукнуться о низкий потолок.

–Колдун?! – дрожащим голосом, пропищала мадам Полли, стараясь прикрыть меня своими пышными телесами. – Не убивайте нас!

– Мадам Полли, – взяв её за плечи, твёрдо сжала их, стараясь привести женщину в чувство, – если бы хотел, давно бы прикончил, – я была раздражена, – и вы, леди Генриетта, возьмите себя в руки, а то не ровен час грохнетесь в обморок, прямо на пол, где гадили крысы.

Мои слова отрезвили фрейлину и она, дрожа, прижалась спиной к стене.

– Вот мужская одежда, – как ни в чём ни бывало продолжил говорить пират, – переоденетесь в неё. Тут еда, – рядом с тугой котомкой лёг мешочек поменьше. – Пока поживёте здесь. Я подумаю, как вам помочь. Вскорости должен приплыть «Чёрный клык». Капитан там нормальный, возможно, удастся пристроить вас к нему в юнги. Но для этого вам нужно как-то стать похожими на мужчин. Подумайте над этим.

Вопрос о том, что скрывается за фразой "я колдун" задам потом. Не поверю в магию, пока собственными глазами не увижу. Но сейчас не до того.

Я оглянулась на мадам Полли. И, если я и леди Генриетта за пацанов ещё могли сойти, то вот дуэнья точно нет. Что же делать?

Глава 5

– Вы и правда собираетесь это сделать, Ваше Высочество?! – ахнула мадам Полли, прикладывая руки к пухлым щекам. – Леди Генриетта, ну хоть вы встаньте на мою сторону! – взмолилась женщина, поворачиваясь к фрейлине, замершей в шаге от меня.

– Мы должны это сделать, дорогая мадам Полли, – устало вздохнула девушка, было заметно, что ей также, как и дуэнье нелегко свыкнуться с мыслью, что придётся отрезать волосы.

– А ещё этот пират-колдун! – последние три дня это была любимая тема дуэньи. Почему она так боялась колдунов – непонятно. Никаких сверхъестественных сил у него я так и не заметила.

– Успокойтесь! – подняла я руку вверх, призывая женщину замолчать. – Пусть он хоть трижды колдун, ведьмак, оборотень или вампир! Мне нет до этого дела! Биг Бо единственный сейчас, кому мы можем отчасти доверять. Это понятно?

– Да, – кивнула леди Генриетта, и требовательно посмотрела на покрасневшую мадам.

– Да, – нехотя согласилась та, – но если Святая Церковь узнает о нашем общении с отступником – отсечёт нам головы за то, что приняли помощь от этого пирата-колдуна.

– А кто такие ведьмаки, оборотни и вампиры? – заинтересованно обратилась ко мне фрейлина, перебив причитания дуэньи. Вот что значит молодость и любопытство, присущее этому прекрасному времени.

– Я не знаю, – махнула рукой, – откуда-то вспомнились сказки о них.

– Вы начали что-то вспоминать? – ухватилась за главное девушка.

– Я вам такие сказки не рассказывала, – подозрительно прищурилась Полли.

– Так, всё! – уперев кулачки в тощие бока, я объявила, – подслушивала, наверное, кого-то или прочитала, библиотека во дворце полна книг!

– Такое может быть, – кивнула мадам Полли, а я, чтобы её отвлечь, поудобнее перехватила нож, оставленный Бо, и приложила лезвие к одной из двух кос.

– О нет! – снова запричитала женщина, благо позабыв о своих подозрениях, – не могу на это смотреть! – и отвернулась.

– Давайте я первая, Ваше Высочество! – шагнула ко мне Генриетта, но я остановила её одним взглядом.

– Я сама.

И не задумываясь быстро провела бритвенно-острым ножом по своим блондинистым волосам.

– Ооо, – округлила глаза юная фрейлина, когда я повернулась к ней полностью.

Обе косы лежали под ногами, а на моей голове теперь было очень короткое каре. Кривое, неровное. Но за пацана я теперь точно сойду.

– Повернитесь, – приказала Генриетте. Та послушно встала ко мне спиной и я решительным движением срезала её красивые каштановые локоны.

– Мы теперь с вами очень похожи, – улыбаясь, сказала я, разглядывая девушку. – Как братья.

Я и Генриетта уже переоделись в рубахи из жёсткой холщовой ткани на завязках, и в потёртые старые штаны, державшиеся на наших тощих талиях благодаря чему-то отдалённо похожему на кушак. Маленькие грудки перетянули широкой тканью, сделанной из нижних сорочек. Было трудно дышать, но, думаю, привыкнем.

Ботинок у нас не было. Будем ходить босиком.

Мадам Полли продолжала ходить в платье, она всё никак не могла решиться и переодеться в принесённую пиратом мужскую одежду.

– Вы наша тётушка, мадам Полли, – оглядев леди Генриетту, начала сочинять я, – ваше платье нужно переделать так, чтобы не было понятно, насколько оно дорогое. Нужно его "состарить", поэтому вам придётся тереть его камнем и песком, стирать в море, чтобы появились разводы и пятна. Мы ваши племянники. Меня Зовут Кейси, а леди Генриетту – Генри. Ясно? И переходим на "ты". Никаких леди, мадам, Ваше Высочество, следите за языком.

– Да, – кивнула фрейлина, и полушёпотом повторила, – Генри... а что? Мне нравится! – захлопала она в ладошки.

– Тебе нужно вести себя, как мальчик, – качая головой, предупредила её я.

– Я постараюсь, – посерьезнев, ответила девушка. – Это самое невероятное путешествие, в котором я лично принимаю участие, – вдруг сказала она. – Но в книгах не так страшно, – вздох был полон печали.

– Согласна с тобой, Генри, – чуть понизив голос, принялась тренироваться я.

– Ух ты! Как здорово у вас получилось, Ваше... ой, Кейси!

До самого вечера мы тренировались говорить чуть иным голосом, под шорох трудящейся над платьем мадам Полли.

После того, как ночь полностью окутала остров, отправились втроём к морю, где дуэнья принялась полоскать платье от песка.

После возвращения в хижину доели остатки чёрствого хлеба и такого же деревянного сыра. Запив всё это водой из бутыля, спасибо Биг Бо! легли спать.

– Завтра утром я пойду в порт, нужно заработать денег и осмотреться, – решила я поделиться с женщинами своими планами.

– Что-о? – даже в темноте я смогла разглядеть уставившуюся на меня дуэнью.

– У нас нет денег, – спокойно ответила я, – Биг Бо не было вчера, и сегодня он не появился, возможно, он больше никогда не придёт. Нужно двигаться самим. Я испачкаю лицо грязью и точно стану зачуханным мальцом.

– Какие слова вы странные говорите, Ваше Высочество, – снова пристала ко мне дуэнья. И милая Кэтти она уже давно не употребляла.

– Жизнь у нас сейчас тяжёлая, дорогая мадам Полли, – вздохнула я, – откуда всё это в моей голове появилась, когда меня чуть не пришибли – не знаю. И неужели вы теперь любите меня меньше?

– Ох, дорогая моя Кэтти! – тут же отреагировала женщина, прижав меня к своей внушительных размеров груди, – прости, грешную! Ты чуть Всевышнему душу не отдала, всякое ведь могло случится и ты тоже могла перемениться! Сказывали, что люди на грани между жизнью и смертью могут стать странными, вот, может, и у тебя так?

– Скорее всего, – изрядно устав, вздохнула я, – если вас так напрягают перемены во мне, то как только мы выберемся отсюда, вы отправитесь домой.

– А вы? – ахнула дуэнья.

– А я ещё не решила, чем займусь, – честно ответила я.

– А как же Его Высочество Константин?!

– Я его не знаю, если честно и знать не хочу. Мне, кажется, с ним не по пути, – пожала плечами. – Но сейчас это не то, о чём нам надо беспокоиться. Всё, спать.

И, откинувшись на стену, прикрыла веки.

Рано утром, когда солнце едва коснулось своим лучами горизонта, я уже была на ногах и раздавала инструкции:

– Сидите здесь, никуда не ходите! Если вдруг придёт Биг Бо, скажете ему, что я пошла в порт подзаработать немного монет. И купить еды.

– Хорошо, – послушно кинула Генри.

– Вас это тоже касается. мадам Полли. Вы же не хотите попасть в лапы пиратов, чтобы они закончили то, что собирались с вам сделать? – нахмурив брови, спросила я.

– Не хочу! – в страхе затряслась женщина, и я теперь была уверена, что она никуда не выйдет.

Взяв в углу пригоршню грязи, провела по щекам, но так, чтобы было естественно, словно я просто не мылась очень долгое время и повязала на голову импровизированную грязную бандану.

Остановившись перед хлипкой дверью, постаралась успокоить заколотившееся сердце. Вдох-выдох, Катька, держись! У тебя всё получится!

Резко распахнула дверь и вышла наружу.

Огляделась. Было тихо и пустынно. И ничего удивительного: мы затаились в самом дальнем конце пиратского городка.

Ходить босиком по острым камушкам было больно, но выбирать не приходилось.

К пристани, где скорее всего уже кипела жизнь, я пошла петляя среди хижин. Чем ближе я подходила к центру, тем больше людей встречалось мне по пути.

На меня, одинокого, тощего мальчишку обращали столько же внимания, сколько на грязь под ногами. Никому я нужна не была.

Выйдя на пристань, осмотрелась: многочисленные корабли, с которых что-то беспрерывно стаскивали или, наоборот, грузили. Ящики, тюки, крики, маты, ушибленные ноги и руки – всё это здесь присутствовало. Какофония стояла страшная! Меня эта картина захватила настолько, что я прозевала опасность:

– Чего вынюхиваешь, малец? – прорычали над головой, я едва не вскрикнула от неожиданности, но смогла удержаться, прикусив щёку до крови.